Перейти к содержанию
BioWare Russian Community

Лидеры


Популярный контент

Показан контент с высокой репутацией 11.08.2019 во всех областях

  1. 6 баллов
    Помидофель - теперь ты видел всё!
  2. 5 баллов
    Вырывать фразы из контекста плохо,даже непорядочно. Это как со знаменитой фразой "религия опиум для народа(она облегчает его страдания)".
  3. 4 балла
    - Здравствуй, Рафаль. Я рада, что могу увидеть тебя раньше отмеренного срока, что могу сказать, как сильно я тобой горжусь. Что он мог сказать? Что никогда в жизни не мог себе представить этой встречи - но надеялся на неё с первых минут здесь? Что где-то в глубине души всегда жил страх, что его отец был прав, что он действительно "неправильный Солейн"? Так много вопросов хотелось задать. Вопросов личных, столь земных. На какое-то мгновение он действительно почувствовал себя Волком Господним. Справившимся со своим долгом. Будто ласково потрепали по холке, благословляя отдохнуть у Трона. - Кристэль, что будет с попавшими сюда демонами? Угодно Господу Нашему, чтобы они продолжили здесь свою жизнь? Рядом с людьми и ангелами? И кто будет попадать сюда после окончания земного пути? Я слышал разные версии от жителей Города.
  4. 4 балла
    - Я снова в неоплатном долгу у тебя, Беатрис, - улыбнулся Рафаль, сдвигая лицевой щиток со своего шлема. - Что есть долги между друзьями? Лишь выражение приязни, - улыбнулась Беатрис в ответ. И во все глаза уставилась на Кристэль. Ее аура была отмечена тем же Даром, что и у Беатрис, только сияла куда ярче. Коллега. Беатрис склонилась в безукоризненном книксене перед той, что впитала в себя истинный свет и сама стала им. Каким-то чудом он успокоил безумный ход сердца. Снял шлем. Глубоко поклонился и встал на колено перед святой. - Волк Господень Рафаль Солейн приветствует тебя, Lupus Dei. Кристэль мягко улыбнулась, одновременно Рафалю и Беатрис, и, подойдя к своему потомку, ласково коснулась его волос закованной в латную перчатку, но все равно каким-то образом теплой и заботливой ладонью. - Здравствуй, Рафаль. Я рада, что могу увидеть тебя раньше отмеренного срока, что могу сказать, как сильно я тобой горжусь. -Освальд Вуд, и Морин Смит. - Представился он за двоих, для тех самых приличий, хотя, безусловно, их имена она знала. Но, вопросы, ему действительно хотелось задать. -Что теперь будет с Городом? И снова приветственная улыбка озарила лицо святой. - Освальд, Морин, я рада вас видеть. Город все еще остается опасным местом, но постепенно это будет меняться. Как и было задумано изначально, он оживет и наполнится новой жизнью, терпеливо ожидая исполнения своего предназначения. Он будет расти, как растет дитя, с четверенек уверенно поднимаясь на две ноги, расправит плечи-кварталы. Станет местом, где даже, казалось бы, несочетаемое может объединиться в прочный союз, скрепленный любовью, что даст свои плоды в назначенный срок.
  5. 4 балла
    Не всё что Тьма вбирала в себя, гинуло окончательно, воспрянул из-под тени веков Город, и Кинан Харингтон, казалось бы, полностью ею поглощённый, вернулся в своём человеческом обличье, обретя дар и избавление, которое было даровано лишь самой малой части тех, кого она коснулась. И Освальд не слышал его последние слова, что было в них? Какой смысл? Что мелькнуло в его глазах перед смертью? Когда он подошёл ближе с Морин на руках, тот был уже совершенно, окончательно, мёртв и лишён головы. Но тело сжигать им придётся по старинке, его звезда, живой огонёк, сильно устала, и упала в забытье. Жаль что она и брат, не вздохнут, и не встретят этот миг торжества в сознании, и не увидят Божьего чуда, сошедшую до них святую, не услышат её слов. Но он передаст, обязательно передаст. Он бы тоже встал на колени, перед волчицей Господней, но в его положении сделать это было проблематично, а потому он поклонился как смог. И улыбнулся Рафалю в мыслях, когда от сердца отлегло болезненное воспоминание, как его с Мортимером ранили. Встретить своего предка, идеал к которую стремился, и получить от него похвалу, и слова самого Его... Люди умирали и за меньшее. Волку Его, которому едва не пришлось умереть дважды. Хотелось верить, что третий раз смерть подкрадётся к нему нескоро, когда он будет в теплой постели в окружении шаловливых внуков. -Освальд Вуд, и Морин Смит. - Представился он за двоих, для тех самых приличий, хотя, безусловно, их имена она знала. Но, вопросы, ему действительно хотелось задать. -Что теперь будет с Городом?
  6. 4 балла
    Кинан, Инани, доктор Харрингтон, Дитя Пустоты… Чем бы ни было это существо, оно оказалось до боли похоже на человека. Как и человек, тянуло свои любопытные ручки к тому, что трогать не стоило. Играло с тем, что даже не понимают – тем паче, что не может приручить. Воистину – Дитя. Призванное в их мир госпожой Уайт, ею же брошенное, непринятое в Санктуме. Дитя, которое не может оценить последствия. Чудовище, которое стало жертвой равнодушной… Стихии? Нет. Сущности? Чего, что непостижимо даже для пустотной жизни, если, прости, Господи, это жизнью можно назвать. Десятки, если не сотни смертей. Рафаль внимательно запоминал последние слова. Последние слова – это в чём-то святое даже для такого грешника, как доктор Харрингтон. Последние слова – самые важные. То, что оставляет после себя жизнь в последние мгновения. Харрингтон оставлял после себя знания. Крупицы того, что почувствовал, той бесконечности, с которой соприкоснулся его разум. Даже его нечеловеческий разум не смог постичь и подчинить себе Тьму. А последние слова… Последние слова были о Мэри. О жестокой, но любимой второй половине их оккультного тандема. Тандема, в котором даже тогда, в Карии, в их глазах виднелась искренняя любовь. И сейчас он вспоминал её. Совсем как… человек. - Покойтесь с миром, доктор. Исполняя волю дважды своей спасительницы, коротким ударом обезглавил тело последнего их врага. В который раз уже за эти две недели? Скольких он убил? Сколько новых грехов взял на душу? In Gloriam Tuam, Deus*. Они живы. Где-то в близком далеко мистер Вуд рядом со своей невестой. Здесь, не щадя себя Темновласка возвращала к жизни своего возлюбленного. Интересно, взаимны её чувства? Наверняка. Оба молоды, друг друга знают много лет, хороши собою. Какой мужчина не проникся бы чувствами к такой леди? Да ещё и спасительнице. С мечом. И пистолетом под подушкой. - Я снова в неоплатном долгу у тебя, Беатрис, - улыбнулся Рафаль, сдвигая лицевой щиток со своего шлема. На звук открывающихся врат сангвинар плавно повернулся и устало крутанул мечом в руках. Может, хоть теперь что-то хорошее? Он узнал её раньше, чем услышал её голос. Он видел это лицо, эти доспехи, это копьё на портретах. Видел и другие портреты, где она значительно более юная. Эти глаза. Такие же янтарные глаза, как у него. Точнее, его глаза были такими же, как у неё. Волчьи глаза. Глаза Lupus Dei. Он ждал, когда она представится. Безумно ждал подтверждения. Что это так, что это действительно она. Та женщина, которую он так хотел увидеть с момента, когда узнал, что это за Город. Он помнил острое разочарование, когда узнал, что экзорцисты и инквизиторы сюда не попадают. Меня зовут Кристэль Солейн. - Кристэль, - прошептал далёкий потомок. – Тэли. Волк Господень с золотыми крыльями за спиной. Первая Волчица рода Солейн. Каким-то чудом он успокоил безумный ход сердца. Снял шлем. Глубоко поклонился и встал на колено перед святой. - Волк Господень Рафаль Солейн приветствует тебя, Lupus Dei.
  7. 4 балла
    Такая заносчивость, такое высокомерие - пожалуй, впервые в жизни Беатрис в полной мере ощутила черную, настоящую ненависть, тяжелым камнем ложащуюся на сердце, чтобы через миг полыхнуть пожаром, способным пожрать весь мир в своем огне, заставляющим кровь кипеть от праведного гнева. Харрингтон должен был ответить за все, им содеянное, здесь и сейчас. За все жертвы, колосьями под серпом ложившимся в основание чудовищного плана. За всю любовь, что сменилась горем потери. За матерей, чье самопожертвование не смогло спасти их детей. За лишь чудом и божьей волей выжившего Донато. Осознание, что виновник всех этих смертей здесь, рядом, в пределах досягаемости, гулко стучалось в виски, требуя куда более личного, близкого контакта, Беатрис хотела ощутить, увидеть смерть этой твари из первых рядов, не на расстоянии пистолетного выстрела и потому рванулась вперед, текучим, почти неуловимым движением меняя пистолет на меч, что отдал ей Мортимер. Ангельский клинок лег в руку так легко и непринужденно, будто Беатрис родилась с ним и, пусть первый удар был с небрежной легкостью парирован, девушку это не обескуражило ни капли, шипя рассерженной рысью, но сохраняя благоразумие, не давая ярости туманить рассудок, она приготовилась к новой атаке, как вдруг Харрингтон зашатался и рухнул, настигнутый магией крови Рафаля. Беатрис немедленно воспользовалась слабостью противника, даже тени мысли о том, что это не благородный поступок, у нее не возникло. Не с этим противником. Не когда на кону весь мир и его жители. Экзорцистка не оставила Харрингтону ни единого шанса и застыла над его телом, тяжело дыша. Все кончилось? Как оказалось, нет. Тела вдруг забурлили знакомой черной жижей и, раньше чем кто-нибудь смог опомниться, слились в новую сущность. Бой начинался по новой и Беатрис, яростный порыв которой накатил и угас, снова взялась за архангельский пистолет. Снова сверкали и грозно звенели клинки, снова сердце Беатрис холодело от страха за Мортимера и Рафаля, схлестнувшихся с новым, невероятно грозным и сильным противником. Боже, да он еще и мог копировать себя! "Сражайся", - напомнила себе Беатрис, усилием воли заставляя руки не дрожать. Они победят и этого...рыцаря Тьмы. Вместе. А потом, как-то вдруг, случилось жуткое. Сначала Мортимер, а спустя несколько секунд и Рафаль оказались насквозь пронзены враждебными клинками. Беатрис показалось, что у нее из груди вырвали сердце, она видела, понимала, что раны смертельны. "Нет, только не они. Только не он! Не позволю!". С этим мысленным криком и сдавленным, глухо донесшимся через шлем рыданием, Беатрис пролила целительный свет на...Рафаля. Он был ближе, он еще стоял. Дар отозвался, как и в прошлый раз, неохотно, она уже почти полностью исчерпала тот незримый колодец, дававший ей силы пользоваться святой магией, но отозвался. И благодать снизошла на воина Господа, исцеляя его раны и вдохновляя на продолжение битвы во имя Его. Эти действия не остались незамеченными и уже самой Беатрис пришлось спешно уклоняться от атаки на нее, но темная фигура вдруг задрожала и рассыпалась быстро испарившейся маслянистой жидкостью - вместе со смертью оригинального Рыцаря Тьмы умерли и его копии. Тело самого Рыцаря, впрочем, исчезать не спешило, лишь через десяток секунд составлявшая его Тьма забурлила и испарилась, открывая вид на доктора Харрингтона, бледного и нагого, как в час своего рождения. Тело его было покрыто ранами и ожогами, но он еще дышал, тяжело, хрипло, неровно. Жить ему оставалось недолго и он сам понимал это, когда взглянул на подходившего к нему Рафаля. И в темных, снова обретших цвет и зрачок глазах, мелькнуло вдруг что-то...человеческое. - Эта Тьма...она не противопоставление Свету...это его отрицание...порожденное из запредельной ненависти, создавшей пустоту, в которой Света быть не может. Я...я почувствовал это, когда наши разумы слились, когда я....разбудил ее. Нельзя...было...я...ошибся...Мэри...прости...я дождусь тебя...там... С тихим вздохом Кинан Харрингтон, Инани, Дитя Пустоты, умер. На этот раз окончательно. Не успев пояснить, зачем ему понадобилось говорить хоть что-нибудь своим врагам. Была ли у него душа? И если да, какой путь ей предстоял? На эти вопросы ответ знал, наверное, только Он. Беатрис, тем временем, склонилась к Мортимеру, сняла с него шлем и, ласково коснувшись бледной щеки ладонью, снова, наперекор скребущей пустоте в груди, заставила себя пролить на любимого целительный свет. Перед глазами все помутилось, в голове зазвенело, но, каким-то образом, экзорцистка удержалась и не потеряла сознания, хоть и навалилась на плечи, пригибая к земле, чудовищная по своей силе усталость. Хотелось лечь, растянуться рядом с Мортимером на мраморных плитах и безучастно смотреть вверх, на вновь поголубевшее небо. Вместо этого Беатрис выпрямилась и вернулась к телу Харрингтона, посмотрела на Рафаля. - Надо отрубить ему голову. И сжечь тело тоже не помешает. На всякий случай. Не верилось, что они победили, что это все, Тьма изгнана, Кинан убит, Мэри пленена и получит по заслугам. Сполна. Казалось, что сейчас, вот-вот, случится что-то еще. Поэтому, когда закрывшиеся за время боя двери собора снова дрогнули и двинулись в разные стороны, раскрываясь наружу, Беатрис уже даже не удивилась. Лишь молча потянула из кобуры пистолет. Однако, уверенно шагавшая навстречу людям женщина не выказывала враждебных намерений. Более того, у нее за спиной сияли золотом крылья, сотканные целиком из лучистой энергии. Таким же был и нимб у нее над головой, а аура рассыпала вокруг отзвуки церковных колоколов. Определенно, к ним шла святая. Показать контент Hide Беатрис быстро оглянулась по сторонам и поняла, что вести разговор, похоже, придется им с Рафалем, Мортимер только пришел в себя и был слишком слаб, чтобы встать, то же самое было и с Морин, которой помогали Освальд и Карла. В руке незнакомой дамы было копье, да и сама она была одета пусть и не в ангельский доспех, а вполне добротные стальные латы с кольчужной оплеткой, Беатрис отчего-то не сомневалась. что по прочности они не уступают ее собственным доспехам. - Вы молодцы. Все вы. Справились и изгнали Тьму из Нового Иерусалима, - по английски, но с мягким акцентом, выдающем в ней уроженку Франции, произнесла женщина, голосом, который Рафаль немедленно узнал бы, ведь слышал его не далее как несколько минут назад. И тепло улыбнулась всем. - Но где мои манеры, простите. Меня зовут Кристэль Солейн. Господь послал меня сказать вам спасибо. От его Имени от всех нас, кто не мог появиться здесь. На то были причины, хоть я и не могу их раскрыть, ибо не ведаю их сама. Но могу ответить на иные вопросы, которые вы захотите задать, правда, боюсь, времени на них не так уж и много, скоро мне возвращаться...назад. Но главное вы сделали, теперь в Город смогут попадать отмеченные ангельским Даром и, хоть и осталось множество Искаженных, новых уже не будет. А ангелам на Земле более не нужно будет отказываться от крыльев. Кроме того, бесплодная земля снова обернется садом. Позвольте мне не раскрывать смысл этих слов, но многие в Санктуме и не только будут им рады в свой срок.
  8. 3 балла
    @julia37, Показать контент на прошлой неделе довелось попасть на его часовую экскурсию по Санкт-Петербургу. Тема лекции: общество Петербурга накануне Революции. Крайне импозантный дядька с отлично поставленной речью. Впоследствии прочитал его книжку «Война на уничтожение» — достойная монография о людоедском плане «Ост», который разрабатывали в Третьем Рейхе. По его (Егора Яковлева) же наводке, кстати, читаю сейчас книгу крупного историка Олега Хлевнюка «Сталин. Жизнь одного вождя». Чтение нелегкое, но весьма интересное, хорошая фактология. Как только закончу — обязательно отпишусь в этом топике. Hide 50. Книга популярного автора, которого вы еще не читали Пока же добавлю, что трижды пытался начать здесь свой отзыв о книге Джона Стайнбека «Русский дневник» и трижды стирал написанное. Не получается пока, не серчайте уж. Книга невероятная, одномоментно бьет и по мышлению и по чувствам. Описанные в ней вещи и события тронули меня до глубины души. Пока могу только сказать, что заказал в подарок близким и друзьям аж четыре экземпляра. Когда настоящие, живые реальные люди на руинах Сталинграда возводят светлое будущее, танцуют и желают подарить свою любовь и мужество всему миру… Знаете, это очень сильно.
  9. 3 балла
    Весь этот путь он копил вопросы, целый список длинной в Эверест, и вот сейчас, имея возможность получить ответы на некоторые из них, самые таинственные и сокровенные, он испытывал странное ощущение что не знает что спросить. Снова. Некоторые из них теперь не имели смысла, другие были плодом праздного любопытства, третьи были из числа тех, ответы на которые следует искать самостоятельно, прежде всего в себе самом... Рафаль задал же хороший, терзающий и его вопрос, о тех кому казалось бы было не место в первоначальном замысле Города, но кто всё равно оказался здесь. Станет местом, где даже, казалось бы, несочетаемое может объединиться в прочный союз, скрепленный любовью, что даст свои плоды в назначенный срок. -И может быть семена этого союза были заложены. - Подметил Освальд, может ошибаясь, а может и нет. Прежде чем эти семена взойдут и расцветут, Мирриам и Клариссе теперь предстоял долгий и кропотливой труд по созданию нового общества, и очистке Города от искажённых, но теперь, главное, это стало возможным. -А я не удержусь от вопроса о Тьме, о том как она появилась здесь, следует ли и теперь её опасаться, или же она исчезла и не вернётся? Может быть, нам следует передать что-то, тем кто живёт здесь сейчас, и тем кто на Земле?
  10. 3 балла
    KARY бард Кари не знал своего настоящего имени, возраста и даже пола. Впрочем, молодого андрогина это мало беспокоило, а в работе было даже весьма удобно - благодаря особенностям своей физиологии он мог соблазнить любого, а ведь соблазнение - первейшее оружие барда. Да, Кари был бардом - высококлассным шпионом, а при необходимости также вором, убийцей и соблазнителем. Имя? Как угодно заказчику. Возраст? От ранней юности до глубокой старости, как требуется по избранной для достижения цели роли. Родился ли он в Орлее или в любой другой части Тедаса, был украден у родителей или добровольно отдан в обучение Бардам - какая разница, если на размере гонорара это не сказывается? А если сказывается - благодаря тонкому музыкальному слуху Кари мог изобразить себя уроженцем любой страны, искусно гримируясь и подделывая любой акцент. Но ничто в этом мире не дается просто так - с раннего детства юный бард усердно учился своему ремеслу. Взлом тайников и ловушек. Нанесение грима. Языки - помимо орлейского наставники усердно вбивали в него знание антиванского, андерского, ривейнского, тевин, кунлат и даже основы гномьего, хотя как и где он мог пригодиться, одному Создателю известно. Точные и естественные науки - для проникновения в среду ученых; танцы, этикет и верховая езда - обеспечивали теплый прием в аристократических кругах (не считая того, что юному аристократу необходимо пристойно владеть мечом и кинжалом, а юной аристократке вести изысканные беседы на языке веера и цветов). Ну а музыканту с лютней в руках были рады везде - от скромной придорожной таверны до роскошного дворца. Пожалуй, еще одно-два дельца и можно будет удалиться на покой, купить виллу на берегу моря, где-нибудь подальше от военных действий и наслаждаться заслуженным отдыхом. Тихий шелест волн, неописуемо прекрасные рассветы и закаты... С тоски можно удавиться, тьфу! Hide
  11. 3 балла
    Клубничка. (нет, не та самая, как вы могли подумать, а просто клубничка). Показать контент Hide
  12. 2 балла
    Поймал бульбазавра в Pokémon: Let's Go, Pikachu!
  13. 2 балла
    В стиле прерафаэлизма от Хизер Ториер Анна и Эльза Hide Белль Hide Тиана Hide Ариэль Hide Не принцессы, но тоже Дисней и тоже хороши Hide
  14. 2 балла
    Господи, какие же вы нытики, если вы зарегистировались на этом форуме только для того, чтобы ныть, какой Антем дно.... Идите на ваш любимый ДТФ и нойте там.
  15. 2 балла
    Чтобы поржать, даже от себя ничего добавлять не надо, все очевидно: Потому что она не
  16. 2 балла
    Скажи это тем игрокам, кто пилит патчи для игр 15-летней давности
  17. 2 балла
    Имя: Дарио Паццини Возраст: 33 года Рост: 185 см Специализация: Искатель (агент Ордена) Родина: Антива-сити Оружие: Кинжал и короткий меч Прелюдия Центральный собор Неварры во всём своём осеннем великолепии возвышался над соседними постройками, вселяя благоговейный трепет как в сердца добрых андрастиан, так и тех, кто по собственной глупости или чьему-то злому напущению не желал впускать Создателя в истерзанную злодеяниями душу. Высокие ступени из чёрного мрамора вели к массивным дубовым дверям, украшенным сценой казни пророчицы, а обрамляли композицию вырезанные по кромке створок слова из священной Песни. Справа от входа располагалась облачённая в парадный пластинчатый доспех статуя Хаварда, а рядом с её подножием темноволосая певчая без устали цитировала строфы, превозносящие подвиги вернейшего из последователей Андрасте. Вечерние службы пользовались особенной популярностью у неваррцев в это время года. Мало кто отказывает себе в удовольствии прогуляться по хорошо освещённым центральным улицам, полюбоваться на богатое убранство скульптурных композиций и конечно же попросить у всевышнего благословение на следующую неделю. Член прославленного ордена морталитаси, Филипп Майер, с нескрываемым раздражением следил за тем как его ученик прокладывает для него путь сквозь эту гудящую словно пчелиный улей толпу. Ещё не хватало, чтобы какой-нибудь набожный простофиля в толкучке оттоптал ногу или того хуже, порвал недавно приведённую в парадный вид тёмно-пурпурную мантию. По счастью, путь мага лежал не на вечерний молебен, а потому совсем скоро он следом за Хавьером свернул в один из боковых переулков. Здесь, всего в сотне метров от ослепительного блеска и шумных разговоров располагалось почти неприметное двухэтажное здание, которое мало чем выделялось среди остальных. Только потускневшее от времени алое полотнище с вышитым на нём солнцем выдавало в доме принадлежность к церкви. Именно тут жили простые послушники, а также размещались складские помещения. Встреча в столь скромной обстановке была главной причиной пасмурного настроения Филиппа. - Клянусь, если от меня потребуют очередной отчёт касательно истраченных на эксперименты реагентов, в следующий раз я вместо себя пришлю дядю Феликса, - вполголоса пробормотал некромант. Родственник обладал прескверным характером, а уж недавняя смерть и вовсе сделала его невыносимым. Уже стоявший на пороге склада Хавьер поспешно спрятал улыбку за высоким воротником и постучался в дверь. Учитель часто ворчал, но при этом жутко не любил когда его подслушивали. В просторной комнате, чуть меньше чем наполовину уставленной бочками и ящиками, за длинным столом из чёрного дерева сидел пожилой мужчина в церковном одеянии. Он что-то сосредоточенно выводил на лежавшем перед ним свитке и лишь на мгновение взглянул на посетителей. - Ааа… господин Майер. Прошу, присаживайтесь. Маг посмотрел на стоявшие возле окна стулья и покачал головой, хоть собеседник и не мог того увидеть. - Мне бы не хотелось здесь задерживаться, канцлер Аллен. - Хотите успеть поучаствовать в вечернем молебне? Понимаю, дело благое, - церковник кивнул, окунул перо в чернильницу и вернулся к записям. Феликс нахмурил брови, наблюдая за канцелярской работой. Похоже его хотят вывести из себя. Некромант уже собирался разразиться громкой тирадой, когда Аллен отложил письменные принадлежности в сторону, убрал листок в верхний ящик и, наконец, оторвал взгляд от стола. - Видите ли, господин Майер, милостивая Владыка весьма озабочена слухами вокруг пропавшего посольства. Насколько ей известно, морталитаси собирают экспедиционный отряд для отправки в Нахашинские Топи. Мы бы хотели включить в его состав одного человека. Чрезвычайно надёжного слугу Создателя. - Простите, но от лица Ордена вынужден отказаться от столь щедрого предложения, канцлер, - криво усмехнулся Филипп, выражая “благодарность” неким подобием поклона. - Это я прошу меня извинить, господин Майер. Кажется мне не удалось в полной мере донести позицию Владыки, - расстроенно покачал головой Аллен и его почти бесцветные голубые глаза остановились на лице некроманта. - Она весьма настоятельно рекомендует принять этого человека в отряд. Некромант недовольно поджал губы. Как правило им без труда удавалось сдерживать желание церкви лезть не в своё дело, но если неваррианская Владыка действительно лично собиралась проконтролировать ход расследования, выбор оставался небольшой. - И кто же этот “надёжный слуга”, канцлер? - Его зовут Дарио, - Аллен указал в другой конец помещения, куда тут же синхронно повернулись маг и его ученик. В казалось бы совершенно пустом углу, на скамье сидел мужчина в тёмной одежде. Длинные, спутанные волосы, светлая борода и безучастный взгляд голубых глаз, устремлённый куда-то вдаль. На доверенного агента он походил с натяжкой, а вот на какого-нибудь певчего, пожалуй. - Чудесно. И если бы я не поинтересовался, этот ваш “слуга” так и прятался бы там? - Мне нечего сказать. Или некромант хочет задать вопрос? Я отвечу, - проговорил с едва уловимым антиванским акцентом Дарио, всё так же отрешённо разглядывая стены, потолок и мебель. Что угодно, кроме собеседника. Филипп беззвучно, одними губами, повторил сказанное мужчиной, повернул голову к Аллену, затем обратно. И только после продолжительного молчания морталитаси, не таясь, расхохотался. - Владыка собирается отправить с нами лириумного наркомана? Вы серьёзно? - Не будьте так строги к нему, господин Майер, - в примирительном жесте поднял ладони канцлер. - В детстве Дарио пережил ужасную трагедию. У берегов Викома разбилось торговое судно, вся семья погибла на глазах у мальчика. С тех пор у него есть… некоторые особенности. Однако Создатель наградил его иными талантами. - Умеет убирать комнату быстрее других послушников? Полно вам, Аллен. Не хватало ещё нянчится с ним. Мы собираем людей не на благотворительную прогулка для сирых и убогих, - морталитаси не выдержал и с силой ударил посохом в деревянный пол. По поверхности оружия пробежала пурпурная молния, однако Филипп сделал несколько глубоких вдохов и постарался взять себя в руки. - Это неприемлемо. - Если некромант не успокоится сам, я ему помогу, - раздался меланхоличное замечание из тёмного угла. - Ты?! - подобная наглость заставила мага опешить. - Нет, Аллен, серьёзно. У меня нет желания препираться. Это уже не смешно. - Я и не думал тратить ваше драгоценное время понапрасну, господин Майер. Если желаете посмотреть на Дарио в деле, у нас есть замечательное место для физических упражнений, - бесстрастно заметил канцлер и указал на дверь в противоположной от выхода в переулок стене. - Ваш юный спутник вполне подойдёт в качестве противника, не так ли? Или желаете выступить вы? Первоначальное раздражение постепенно улеглось и Филипп мог здраво оценить ситуацию. Ссориться с неваррской Владыкой и её верной канцелярской крысой для Ордена невыгодно. Но если даже неопытный чародей сможет победить агента в честном поединке… Да, чудесно. Пусть они дискредитируют сами себя. - Хавьер прекрасно справиться с этой обязанностью, - качнул головой некромант. На ученика он покосился с некоторым сомнением - выдающейся магической силой тот не обладал, но может оно и к лучшему. Не придётся объяснять почему они превратили послушника в пепел. Мужчина вырвался из задумчивого оцепенения, скользнул взглядом к скамье, но никого там не обнаружил. - Думаю, Дарио уже ждёт нас там. Пойдёмте, - проговорил, поднявшийся со своего места канцлер. Небольшая прямоугольная площадка располагалась под открытым небом, прямо между складом и жилым крылом. Некоторых послушников принимали в свои ряды храмовники, другие отправлялись в долгое, изнурительное паломничество в дикие земли, а поэтому к поддержанию физического состояния молодых людей Церковь подходила серьёзно. Пол примерно по щиколотку устилал ковёр из мелкого песка, по краям располагались стойки с тренировочным оружием, а с высоты двух метров за всем происходящим наблюдала статуя Андрасте. Площадку освещало полдюжины светильников, подвешенных на карнизы. Дарио действительно ожидал их в центре арены, по левую сторону от входа, обнажив короткий меч из чернёной стали стали и кинжал с двумя лезвиями. В остальном же здесь было тихо и безлюдно, в этот час почти все братья находились на службе. - Не жалей мастера Дарио. Раз уж его ждёт опасный поход в Топи, проверка должна соответствовать заданию, - криво усмехнулся Филипп, обращаясь к ученику. Хавьер коротко кивнул, встал в боевую стойку и направил посох в противника. Аллен подал знак к началу боя и Дарио рванул с места. Маг, не дожидаясь пока тот приблизится, создал несколько молний, каждая из которых с треском врезалась в кожаный доспех антиванца. Однако прежде чем ученик некроманта успел обрадоваться победе, тёмный силуэт вспыхнул голубым сиянием, дрогнул и растворился в вечернем полумраке. Хавьер выругался и уже через мгновение в посох врезалось лезвие меча, едва не оставив незадачливого чародея без пальцев. Мощным ударом в грудь Дарио заставил мага упасть на песок, а сам опустился на колено и приставил кинжал к горлу поверженного противника. Филипп Мейер наблюдал за этим стремительным представлением внимательно и сейчас казался мрачнее, чем когда переступил порог резиденции канцлера. Теперь сомнений в серьёзности намерений церкви у него не оставалось. - Так он… - Искатель. Да. Не у всех Бдение открывает таланты к разрушению магии, - Аллен протянул некроманту свиток, запечатанный знаком Создателя. - Уверен, вы сумеете представить решение Владыки в наилучшем свете.
  18. 2 балла
    Яндекс видит меня насквозь. Плейлист "Песни, которым хочется подпевать"))
  19. 2 балла
    Я, конечно, все понимаю, но два-три кота, поднявших заднюю лапу в знак согласия, ничего не решают. Если мы хотим игру, то надо активироваться уже сейчас. Хотя бы повесить в шапку форума объявление, что игра будет, допустим, завтра. Бросить клич народа. А то это выглядит, как лежание перед телевизором с мечтой "А не поехать ли мне в Занзибар".
  20. 1 балл
    - Кристэль, что будет с попавшими сюда демонами? Угодно Господу Нашему, чтобы они продолжили здесь свою жизнь? Рядом с людьми и ангелами? И кто будет попадать сюда после окончания земного пути? Я слышал разные версии от жителей Города. Волчица Господня снова улыбнулась. - Собственно говоря, попадают сюда уже не совсем демоны, у них появляется право выбора, менять себя к лучшему или оставаться погрязшими в грехе. Тем не менее, Господь не вмешивается в механизм отбора лично, но это не значит, что это происходит вне замысла Его. По иному я сказать не могу, прости. Но попадать сюда будут разные люди и не люди, чертя нити новых историй. -А я не удержусь от вопроса о Тьме, о том как она появилась здесь, следует ли и теперь её опасаться, или же она исчезла и не вернётся? Может быть, нам следует передать что-то, тем кто живёт здесь сейчас, и тем кто на Земле? - Тьма - это то, что было до Света. И когда Божественные Слова воссияли, она узнала, что такое боль изгнания. Простите, я не могу сказать большего, - покачала головой Кристэль и смягчила отказ улыбкой. - Но в Город Ей путь отныне закрыт, здесь остались лишь Ее жертвы. И вы умны, Освальд, меня действительно просили передать вам или, вернее, через вас, кое-что. Мир меж мирами будет создан вместе с новым Престолом. Кому рассказать эти слова, решайте сами.
  21. 1 балл
  22. 1 балл
    Его в пати надо взять в Тень, и потом с ним поболтать в Скайхолде, после возвращения.
  23. 1 балл
    то же, что с заселенностью европейских серверов Вначале все побегут играть, а когда дойдет, что "wow-классика" в наше время - непозволительная роскошь : по времени, по нервам... Вообще не понимаю этих ожиданий - в одну реку не войдешь дважды. Убей мильен мобов ради кучки фигнюшечек с шансом выпадения "ноль целых, ноль в периоде - один", чтобы скрафтить свои первые шмотки, без которых тебя никуда не возьмут. И когда ты все это проделал, потратив пару месяцев реального времени, и нацепил эти самые шмотки, выясняется, что тебя в принципе никуда и никогда не возьмут, потому что ты чертов неудачник и у тебя персонаж не той расы. ps Отсылка к пиратским серверам не принимается - его обитатели проделали все это сто лет назад, когда это было актуально, и теперь просто наслаждаются процессом
  24. 1 балл
    Лучшее, из того, что смотрел после Grimgar.
  25. 1 балл
  26. 1 балл
    Я конечно привык, что эльфы на стиле, но это даже для меня перебор.
  27. 1 балл
    То же самое. Вне зависимости, сколько там опыта отсыпят, или какой там крутой артефакт подарят, или будут ли дальнейшие последствия - если это в отыгрыш не вписывается, то пролетает мимо. Моя ГГ даже ничего из домов в столице (и в сторожке Думры) не таскает, хоть там и вещи иногда хорошие лежат. Единственное, что вызывает конфликтующие чувства - это тайники Джаманди. Но тут предпочитаю хедканонить, что 1. ГГ обнаружила их не во время атаки, а раньше 2. Решила загадку просто из любопытства, и ничего не взяла.
  28. 1 балл
    А я так не могу. Не манчкин. Клопов не скармливаю варгам, обойдется. Играю на нормале. Не ради опыта и лута, а ради отыгрыша.
  29. 1 балл
    Может тебе не интересен класс персонажа? Попробуй другой тогда. Боёвка довольно интересная, надо просто внимательно читать пояснения в первое время(я говорю про боёвку в реальном времени).
  30. 1 балл
    Мне наоборот показалось, что эта сцена показывает в некотором роде "беспомощность" супергероев. Они же не знают, как лечить, водить сложную технику, спасать людей в не совсем стандартной ситуации и пр. В некотором роде они как дорогие футболисты, которые только умеют бить по мячу.
  31. 1 балл
    Юмор для олдфагов Показать контент Hide
  32. 1 балл
  33. 1 балл
    В очередном акте насилия над всей 300 тысячелетней славянской культурой Нетфликс нанёс ещё один удар в сердце верных фанатов в очередной раз изнасиловав канон. Как стало известно из секретных донесений в глубинах даркнета из-за творческих разногласий с главной звездой сериала Генри Кэвилом и полной провальности снятого материала сериал на 87 процентов будет посвещён юным годам культового славянского персонажа. https://redanianintelligence.com/2019/08/08/tristan-ruggeri-joins-the-cast-as-young-geralt-of-rivia/ На основании психофизических характеристик молодого актёра можно сделать вывод и том, что он на 14% Исландец, 26% Коренной тайец, 5% Омчанин и БОЛЕЕ чем 55% 100% УГАНДЕЦ . Таким образом сквозь акт возмутительного блэквошинга и терзания оригинального текста, загублен не только сам сериал (ОПЯТЬ) но и карьера бедного мальчика. Предлагаю пожалеть очередную жертву Жидомассонских мультикультурных иллюминатов и подписать петицию требующую замену главного актёра. Мне лично лучшей кандидатурой кажется исполнитель главной роли в рекламе средства от запора, которую я посмотрел 5 минут назад. Не только он лучше отражает "поскудную" внешность книжного героя, но и буквально создан играть глубокие душевные страдания.
  34. 1 балл
    Кампания радует лидером по имени Huy и историей о том, как три подразделения Авангарда развязали полномасштабную войну из-за секс-робота. Там сценаристов Overlord к игре подпустили что ли? :D
  35. 1 балл
    Немного оффтопа) Вот эту) Это последний на данный момент выпуск довольно длинного цикла лекций "Настоящая игра престолов" историка Яковлева, охватывающего период, предшествующий первой мировой, и постепенно углубляющегося в двадцатый век, об истории родной страны. Я вообще, где вижу "Егор Яковлев", так сразу иду смотреть/читать) супер-дяденька^^ Если вдруг интересно не только про Царицын, а несколько шире, то советую посмотреть ФСЕ :3 Местами захватывающе настолько, что ложку мимо рта проносить начинаешь хD Hide
  36. 1 балл
    От "Хлеба" неожиданно перешла к "Хождению по мукам". И вот в поддержку местной славной традиции притаскивать забавные цитатки) По-моему, это несравненно хD
  37. 1 балл
    Малик "Шата" "Кровью или деньгами, а Хартия свое возьмет" "тряпки" Орзаммара Орзаммар, Пыльный город, 7:13 -Да, ты совсем сдурела, сальрока! – послышался из-за спины каркающий голос. Пахнуло сивухой и прогорклым потом нестиранных вещей. - Угу, - донеслось из слабоосвещённого угла, где коптил масляный светильник. В размытое пятно света выползла сморщенная, лохматая старуха. Опираясь на стёртую клюку из пожелтевшей большеберцовой кости бронто, она приблизилась к каменному столу и снова завопила: - Оторва мелкая! Ты что творишь?! Я тебе уже и платье заказала и место в Общинных залах присмотрела! Думаешь так просто купить тебе наряд?! - Пошла ты на хер со своим платьем, Общинными залами и пышными лордами, - отозвалась со скамейки девчонка, срезающая очередную светлую прядку волос с головы. - У тебя что, вши завелись?! – неистовствовала старуха. - Нет, - послышался краткий ответ, и ещё один соломенный пучок упал на пол. - Ну, и кому ты теперь нужна?! Лысая! Круглая голова, покрытая коротким «ёжиком» повернулась, и на женщину уставились два глаза – два бесцветных, прозрачных осколка. - Слышь, - грубо бросила лысая старухе, - напяливай платье и сама вали в Общинные залы. Только протрезвей сначала. Девчонка поднялась и пихнула ногой воздушную кучку пушистых волос. Даже для гнома она была слишком маленькой, щуплой и неказистой. А с новой причёской на неё бы и последний пыльник не позарился. Со временем, особенности расы заявят о себе, но, сейчас, в двенадцать лет, будущая коренасто-грудастая жительница Орзаммара напоминала нескладного худосочного цыплёнка с цветущим фингалом под глазом. - Дура! – взвизгнула старуха. – В Хартию намылилась! К этой паскуде Валте! Это она тебя пригрела, шлюха пещерная! Да, твоя мать… - Да, срать мне на мою мать! – старуха вмиг оказалась прижатой к неровному сколу раскрошившегося мрамора. Костыль выпал из немощных рук и покатился по каменному полу. – Два дня назад я принесла деньги, на которые можно было жить неделю в этой выгребной яме! Сегодня их нет! Второй день ты пьёшь со своим сожителем! - Я платье тебе купила! И пью! Да! Мы отмечаем! - Засунь себе в жопу это платье! – лысая девчонка отступила, оставив бабку в покое. – Я ухожу. - Надолго ли? – скрипнули старые кости, и узловатые пальцы потянулись за упавшим костылём. - Навсегда, - отрезала девчонка. Она сунула за голенище порванного сапога длинное самодельное лезвие, накинула на плечи дырявую куртку и пнула костяной костыль в противоположную от старухи сторону. – Трох аи мену, - и скрылась за тяжёлой проржавевшей дверью. - Сдохни, стерва! Будь ты проклята! – неслось ей вслед из тёмной грязной пещерки, которую старуха называла «домом». *** С тех пор, как она покинула «дом», в котором родилась, прошло тринадцать лет. Нескладный цыплёнок превратился в боевого бронто. Хрупкое тело окрепло и округлилось в нужных местах, добавилось роста и опыта. Но короткий соломенный «ёжик» на голове остался в память о том дне, когда она отказалась от предназначенного ей будущего. Она выбрала свою тропинку, с ухабами и ямами, крутыми поворотами и острыми шипами, через которые она продиралась, не смотря на кровоточащие царапины и болезненные раны. Она привыкла – больно быть должно. Иначе, ты и не живёшь. Если нечему противопоставить часы благоденствия, то как же понять, что они наступили. С годами в хрустальной радужке глаз поблёк дерзкий блеск, а к симметричным татуировкам клейма прибавились шрамы, протянувшись глубокими уродливыми бороздами по правой половине лица. Казалось, что она прикрывала их широкополой шляпой, но на самом деле использовала головной убор вместо традиционной орлесианской маски. Редко кто видел её глаза в тени нависающих фетровых полей. В людской толпе её часто принимали за ребёнка, и только ножны за спиной подталкивали к размышлениям об истинном назначении этого мелкого неприметного субъекта. Её путь до Вал Руайо был долог и лепестками роз не осыпан. Но должность агента по особым поставкам для Её Святейшества досталась без особого труда. Так уж сложились звёзды, камни, руны и прочие предметы судьбы, но её кандидатуру глава клана «Нагопасов» предложил сразу. То ли внушительный контрабандный список завершённых дел, то ли личные симпатии, но Малик «Шата» стала посредником между Белым Шпилем и синдикатом «Молот» - официальным союзом рудокопов и торговцев, который легализовал деятельность нескольких кланов орзаммарской Хартии. Встреча доверенного лица Белой Жрицы и агента синдиката состоялась около десяти назад. И с тех пор, их сотрудничество только укреплялось на благо наземной и подземной Империй. Официальные поставки лириума храмовникам Собора возрастали, а ризы, жаровни и алтари обретали новый рубиново-изумрудный оттенок. Орлей требовал лучшего. Гномы не скупились. Впрочем, отвергая возможность продешевить. Они принимали благосклонность Создателя, переправляя в столицу обширный поток контрабанды, взамен наполняя сокровищницы имперскими роялями якобы во славу Камня. *** Великая Орлейская Игра. Люди так кичатся ей, так превозносят. Игра определяет ценности духовные и материальные, гарантирует статус и положение, становится индикатором присутствия интеллекта и имперского менталитета богатых и бедных, слуг и господ. Все от мала до велика ныряют в бездонный омут орлейских политических интриг и с восхищением топчут друг другу пятки, втыкают шпильки и плюют в тарелки. И чем глубже укол, больнее отдавленная мозоль и смачнее плевок, тем продуктивнее процесс Великого Обмана и Предательства под изящными Масками. Но что дварва до людских затей? Какое дело Хартии до королевских людских дворов и помпезных названий процесса, которым дышит Орзаммар с рождения. Великая Игра? Король Орзаммара снизойдёт чтоб улыбнуться. Деширы хмыкнут в пышные усы. Хранители с усмешкой огладят бороды. Хартийцы будут ржать. Великая Игра – она в крови у каждой касты. От короля до пыльника, от воина до нагопаса. Подземному миру торговых кланов, синдикатов, котерий и многочисленных таможенных союзов невдомёк, что люди обозвали их привычный образ жизни Игрой, где торговые войны, политическая борьба и междоусобицы не стихают ни на секунду. Подземный мир играет по своим правилам. Бескомпромиссным, жёстким, где слабые быстро сходят с дистанции. Будь то политика, торговля или война с порождениями гномы не отступят, ибо отступать им некуда. И в этот раз они не сдали позиции в Игре и приберегли возможный козырь в запылённом рукаве. Представитель Орлейской Амбассадории был откомандирован самой Верховной Жрицей и включён в состав предстоящей экспедиции. Представителю шёл тридцать первый год. Он был мелок, молчалив и пристален. Малик "Шата" 31/140/45 Агент синдиката "Молот" в Вал Руайо, посредник Амбассадории, доверенное лицо Её Святейшества и член клана "Нагопасов" Орзаммарской Хартии Амбидекстр (и ещё где-то в багаже есть двухзарядная "Бланка") Орлейский камуфляж Hide Hide
  38. 1 балл
    Имя: Этьен де Рожер. Возраст: 45 лет. Внешность: скрыта доспехом. Рост и вес: 200/95 Профессия: Шевалье. Оружие: Щит и меч. Родовое поместье: Монтсиммар.
  39. 1 балл
    Айседора Элиаде-Пентагаст некромант 27 лет, 168 см Показать контент В фамильном некрополе Элиаде прохладно, словно осенью. Сейчас и правда осень, но там, под толщей серого гранита с вкраплениями необычного оттенка кварца — вечная осень. Осень жизни главы семейства, семидесятилетнего Антония. Осень рода Элиаде, блуждающего в тупиковых ветвях и почти растворившегося в более плодовитых фамилиях, так что даже у единственной наследницы этого самого некрополя фамилия Элиаде идет через дефис к материнской Пентагаст, словно старик-отец, опирающийся на посох - на родственные связи своей супруги. Все ее братья тут. Айри, первенец, молодой, теперь уже вечно молодой двадцатилетний выскочка, подававший большие надежды. Теперь уже не подающий никаких надежд, а только лишь подающий чай своей матушке в дни поминовения. Был казнен по приказу предыдущего короля за подстрекательство военной верхушки государства к свержению монарха. Это случилось задолго до рождения Айседоры. И второй ее брат, Олаф. Тот упал с лошади. Злые языки, правда, поговаривали, что лошадь под ним упала, ибо тучен был средний сын престарелого Антония и неповоротлив. Тот никаких надежд и при жизни не подавал, а нынче занимает нижний ярус крепко стоящей широкой мраморной полки фамильной усыпальницы. С ним отец тайком от матери играет по вечерам в карты. Тут и третий, младший, Жоржик. Умер в горячке младенцем. В связи с чем не успел подать и надежд. Он — любимец единственной дочери четы Элиаде-Пентагаст — Айседоры. И лишь рядом с ним она смеется звонким переливчатым смехом беззаботной молодой барышни, вот как сейчас. Вместо того чтобы спешить к отцу в лабораторию, расположенную тут же, ассистировать ему в его работе. Нет, в искусстве. Ибо Элиаде — магический род. От смеха резвящейся молодой женщины в какого-то мертвецкого цвета сиреневом строгом платье стынет кровь в жилах еще живого пока ее слуги — гнома Петро. Тот держится поближе к тяжелой кованой двери некрополя, за которой угасают почти не согревающие скупые лучи осеннего солнца. Там бешено краснеют, желтеют, зеленеют, в немыслимых сочетаниях бушуют яркие краски опавшей листвы неварранских кленов. Туда рвется его трусливая душа. Но верность, и конечно страх, вынуждают оставаться на месте, не шевелясь, лишь вслушиваясь в этот замогильный смех молодой потомственной некромантки прославленной Неварры. По совместительству мадам казначея короны. Должность заслуженная. Но злые языки поговаривают, что брошенная, словно кость, во укрепление верности угасающего, пошатнувшегося, но пока что полезного государству рода. — Дора! — Требовательный окрик отца прерывает неуместное веселье. — Я начинаю думать, что Орлей не пошел на пользу твоим занятиям. Отчего ты еще не одета? За Антонием из полутьмы прохладного коридора выступает бессловесный и, конечно, мертвый слуга-доверенный, протягивая столичной гостье черную мантию, нарукавники и долгий передник тонко выделанной кожи умерщвленного в полнолуние теленка. Смех обрывается. Стоящая несгибаемой спиной к говорящему дама оборачивается. На лике еще следы веселья. Но в глазах уже — почти болезненная сосредоточенность. Снисходительно дергаются уголки губ, но возражений против традиции магического цеха не следует, мантия надевается с живостью, свойственной тем, кому не терпится поскорей заняться делом. И вскоре отец и дочь, склонившись над покойным, точными движениями скальпелей вскрывают главные, крупные вены, пока слуга перекладывает печень на медную чашу весов. Семейная идиллия по-неваррански. Петро, брезгливо щурясь на плохо видные деления шкалы, записывает меры в книжечку. — Посольство так и не вернулось? — нарушает молчание глава семейства, протягивая руку за чистой тряпкой. Пауза нависает над обоими, заставляя гнома беспокойно вглядываться в темные углы покойницкой. Айседора обычно скупа на слова. И когда только возможно, глашатаем ее воли оказывается поверенный гном-счетовод. Но сейчас эта замена совершенно неприемлема. И уж Петро видно, как непривычно и неприятно становится женщине, застигнутой врасплох. Эта тема… часто в последнее время застигает врасплох ее исполненную достоинства молчаливость. — Нет. — Спустя несколько тягучих мгновений отвечает мадам казначей, обрезая нитку искусно выполненного шва. В этом ответе угадывается множество подробностей случившегося. И сомнения в решении избрать иной путь возвращения в столицу. И замешательство от того, что посольство бесследно сгинуло. И недовольство, что ей теперь приходится отвечать на многочисленные вопросы о судьбе пропавших. В то время как причина изменения маршрута следования ее лошади была удивительно прозаична: ей представилась возможность навестить родственницу, сестру ее матери, родную тетку. А раз уж казна и бумаги посольства пребывали в идеальном порядке и следовали в столицу вместе с посольским багажом в надежном опечатанном сундуке, то и надобности в госпоже казначее дорогой не ожидалось никакой. Миндалевидные глаза остановились на лице ее собеседника. Она ждала прямых вопросов. На которые, возможно, не ответит. Но молчанием будет сказано еще немногое. Лишь то, что она ничего не знает о судьбе злосчастного посольства. Боги, скорей бы окончились эти долгие дни поминовения. Чтобы вернуться из родительского замка в свой небольшой особняк в Камберленде, на службу государству. Одно утешение — Жоржик. Ну и еще, конечно, эта новенькая. Линда. Горничная матушки. Несколько брошенных случайных взглядов дикой серны. Острые скулы полукровки. Айседора, порозовев, опустила глаза, споро занявшись зельями. Если бы не долг крови, она бы была сейчас тут, в некрополе, почти довольна. Hide
  40. 1 балл
    А для меня его роман с Тали смотрелся как-то не естественно и притянуто за уши. Она слишком маленькая для него, особенно если сравнивать Тали и Шепард.
  41. 1 балл
    Имя: Лето Анаксас Возраст: 32 Рост/вес: 183/70 Reflets des morts Тишина никогда не поднималась над этими местами. Нагромождения склепов, надгробий, зияющих чернотой входы усыпальниц были порталами в бесконечные подземные лабиринты, продлевающие город, не предназначенный для живых, на сотни метров в недра земли. Холодный ветер стелился по мраморным плитам, создающим улицы некрополя и белый камень казался призрачной костью под светом сизой полной луны. Младший морталитаси шёл широким шагом по одной улице и юрко сворачивал в другую, безошибочно ориентируясь в хитрых сплетениях улиц без отличительных таблиц и указательных знаков. Он то и дело поправлял слишком длинную серую мантию, так и норовившую забиться под ноги и бросал укромные взгляды из-под латунной маски в виде черепа на идущую за ним по пятам статную женщину в чёрном. Она была из их ордена, но не выглядела как одна из них. Старший смотритель могил сказал сопроводить её до общего склепа семьи Рекс, вымершей полностью в начале века Бурь - поистине невероятная честь и символизм. Войти в царство мёртвых в начале нового века. Паренёк затормозил на одном из перекрёстков и на мгновение замешкался, на что гостья тут же недовольно фыркнула и протянула с едва заметным орлейским акцентом. - Ты так и будешь водить меня кругами? Этой ночью у меня много дел, младший. - её ледяной голос с лёгкой хрипотцой заставил мурашки поползти по коже под мантией ученика. А почти прозрачные зелёные глаза с поволокой, сейчас пристально вцепившиеся в маску морталитаси, казалось были способны видеть прикушенную губу сквозь плотный металл. - Мы уже почти пришли, миледи, простите. - пролепетал парень, сорвавшись в начале своей речи на подростковый писк. Отвернувшись и сдавленно выдохнув, парень пошёл по левой стороне, молясь про себя Создателю, чтобы память его не подвела. Всё в этой гостье было странным. Орлейский крой платья с пышными чёрными перьями и золотым шитьём, серебристая кольчуга, поблескивает под длинной одеждой, посох с приделанным клинком длиной с его предплечье и сам его материал был не деревом, а чем-то напоминающим вороную сталь. Разве стал бы уважающий себя морталитаси (да и любой другой маг) наряжать себя точно собирается сойтись с кем-то в близком поединке? Настоящий мастер Искусства должен быть тенью или возвышающейся башней чистой магической мощи, к которой не могут приблизиться простые смертные. Однако парень не смел высказать такие вопросы вслух, потому что одного взгляда этой женщины хватало, чтобы колени стали предательски слабо дрожать, а её прямая, как прут, осанка как будто была лишь фасадом для едва сдерживаемой мощи, которую юный маг ощущал своим ещё не сформировавшимся до конца магическим чутьём. Когда впереди замаячил косой скат белой мраморной крыши с золотыми языками огня на широких створках - парень облечгённо выдохнул. Он не ошибся. Вот только...он чуть сощурился, смотря в темноту рядом со входом в фамильный склеп Рексов. Он медленно обернулся к светловолосой женщине и уже было начал что-то говорить, как она подняла ладонь, заставляя его замолчать. - Я знаю. - невозмутимо произнесла гостья и сделала шаг вперёд, бросая небрежный взгляд на морталитаси. - Стой пока здесь и что бы ни происходило - не двигайся. Она не стала смотреть, как младший медленно кивнул, а направилась к входу в склеп. Точно из воздуха сквозь тени к ней вышел невысокий мужчина и что-то произнёс, предварительно отвесив почтительный поклон. Гостья медленно кивнула и вошла следом за ним в словно самостоятельно раскрывшиеся створки склепа. На мгновение над некрополем снова повисла нерушимая тишина, не нарушаемая даже ночными птицами. Но затем до слуха послушника долетел многоголосый вопль из склепа Рексов. Как будто десяток людей закричал и умолк в один миг. Его сердце забилось, так и норовя выскочить из груди. Что-то произошло и он не знал, что делать. Тяжело сглотнув, парень нащупал подрагивающей смуглой рукой холодную рукоять бронзового ножа и на негнущихся ногах стал медленно приближаться к тяжёлой двери. Но не успел он преодолеть последний десяток мелких шагов, как дверь с грохотом раскрылась наружу и в проёме показалась ночная гостья. Она тяжело опиралась на свой посох и кривила тёмные губы в непонятной гримасе боли и отвращения, одновременно придерживая что-то влажно блестящее на своём боку. Только через несколько мгновений до послушника дошло, что это кровь. - Я же сказала тебе не двигаться. - устало выдохнула женщина, стараясь принять ровное положение. - Можешь передать своему старшему, что они оказались предателями. Она ткнула себе за спину и послушник медленно приблизился к проёму. Там, в окружении саркофагов, стояла дюжина словно отлитых изо льда скульптур, а мрамор на полу и стенах покрывала толстая изморозь. Все эти скульптуры слишком хорошо были похожи на людей, пойманных в одном единственном моменте с оголёнными мечами и кинжалами в руках. - Но...кто… - залепетал парень, переводя взгляд с женщины на ледяные статуи и обратно. - Не твоё дело. - опять отрезала она, наконец выпрямляясь в полный рост и послушник увидел, как в надорванной ткани длинный кровавый порез начинает затягиваться буквально на глазах. И одновременно с этим одна из ледяных скульптур на глазах оплавилась и разбилась вдребезги. - Опять работать. - пробормотал послушник себе под нос, смотря на ставшую идти прочь женщину, а потом на новую партию мертвецов. - И как я должен достать их из льда?... Hide
  42. 1 балл
    Надеюсь ассасин про викингов пойдет по стопам Одиссеи Потому что Одиссея лучшая и самая интресная игра во всей серии
  43. 1 балл
    Я всю жизнь живу как Трис, делаю херню с полным осознанием, что делаю херню.
  44. 1 балл
    Не думала, что мимолётное упоминание того, что я позволила Алоту выбирать судьбу Изельмир самостоятельно, может вызвать шквал обвинений. Я считала, что автор достаточно потрудился, чтобы сделать выбор в квесте Алота не настолько чёрно-белым. Считаю так до сих пор. Страшусь даже спрашивать, чем у вас Алот занимается - реформацией или уничтожением Свинцового Ключа. Помощь может разное означать для разных людей. Моя ГГ помогла Алоту заключить перемирие с альтернативной личностью. В упор не вижу, в чём заключается извращение, когда оно проявляется в желании играть так, как интереснее мне. Так то да, но пробуждение необратимо, и психика Алота уже деформировалась под влиянием Изельмир, личность которой проявилась в период, который он был наиболее уязвим и подвержен давлению. Она просуществовала с ним большую часть его сознательной жизни, доставляя ему как неприятности, так и защищая его в ситуациях, где ему не хватало решительности. Что дальше будет - вопрос открытый, и я оставлю за сценаристами право опровергать мрачные прогнозы или воплощать их в игре. Ну у Хранителей там совсем жестяк может приключиться, несколько личностей сразу, жизненный опыт которых противоречит друг другу, шутка что ли. А при чём тут Текеху? Более неуместного сравнения подобрать нельзя. Странное дело, люди пишут так, будто решение помирить Изельмир с Алотом сопоставимо с невыполнением его квеста, наплевательством и чуть ли не полным равнодушием. Но контекст, который я получила в игре, был другой, и я пока не пожалела, что выбрала эту альтернативу.
  45. 1 балл
    Тебя никто за язык не тянул. Вот тебе три конкретных примера, навскидку. Встречаются в первые полтора-два часа игры(может даже сильно раньше), но все же кто-то может посчитать это спойлерами, так что будьте осторожны. Осторожно, стена текста Пример первый, практически незаметный. Квест с раздачей поддельных документов. Дженсен имеет на руках два паспорта(или что-то вроде паспорта) которые нужно сначала выдать двум нуждающимся аугументированным гражданам, а затем активировать в какой-то специальной конторе. В процессе выясняется, что активировать можно только один документ, а второй останется бесполезной бумажкой. С тяжелым сердцем Адам делает свой выбор, после чего следует диалог сводящий на нет весь смысл предыдущих действий. Диалог примерно следующего содержания: -А что будет с тем гражданином, чей документ не был активирован? -Его загребут на первом же посту и ему настанет карачун. -Печалька. Ну ладно, бывай. То есть Адам только что рвал жопу чтобы сделать доброе дело и спасти двух несчастных притесняемых граждан от ужасной участи(замечу, что платы тоже не просил), но вот почему-то сказать человеку, чей документ не был активирован, что все пошло не так и от документа надо избавиться, наш герой как-то не решился. То есть по-факту он просто подвел его под серьезную статью. Браво, сценаристы. Пример второй. Квест тот же, но накал маразма уже серьезно выше. К тётеньке-полицейской, стоящей на посту, подруливает сомнительного вида мужик, и вкрадчивым голосом сообщает, что ее коллега, несущий службу на соседней улице - вор, взяточник и вообще морально разлагающаяся личность. Тётенька говорит что сама неоднократно не могла кушать из-за того как ведет себя ее сослуживец, но все же просит мужика предоставить ей какие-нибудь доказательства. Через некоторое время, мужик приносит тётеньке какой-то документ то ли с перепиской подозреваемого с подельниками то ли еще что-то. Служительница закона тут же с воплями типа "От жеж гнида, я так и знала!!11" одной рукой хватается за автомат, а другой хватает напарника и бежит к посту подозреваемого. Не добежав метров пятнадцать, она вместе с напарником и воплями открывает огонь из автоматического оружия на улице полной народу, кладет негодяя и еще парочку стоящих рядом копов, и уходит обратно на свой пост, оставляя трупы(в том числе и труп своего напарника) лежать на асфальте. Занавес, аплодисменты. Вы уж меня извините, но это такой лютый трэш, что я даже не буду объяснять почему сценарист за это заслуживает быть просто уволенным с волчьим билетом. Ну и последний, но не в последнюю очередь. Очередь как раз у этого примера первая, но его я оставил на десерт, как самый показательный. Речь, собсно, идет о самой завязке игры. Итак, мы имеем такую ситуацию: Аугументрованные люди в какой-то момент получают сигнал от своих железок, сходят с ума и устраивают адскую бойню. Затем все возвращается в норму. Причину произошедшего, замечу, все прекрасно знают. Что же делать? Мне кажется, что самым очевидным и простым решением было бы законодательно обязать граждан с модификациями заменить их на более простые, не способные никак влиять на человека. На механику, в конце-концов. Да, не спорю, не всегда это было бы возможно. Есть импланты, например, сердечные или какие-то другие из той же оперы, которые сложно заменить, но все же и это решаемо. Наверняка бы нашлись те кто воспротивился бы такому закону, но вменяемых людей, понимающих последствия(тем более после наглядной демонстрации) все равно подавляющее большинство, и кучка упоротых маргиналов не смогла бы создать больших проблем. И это, замечу, одно из самых простых решений проблемы, приходящее в голову сразу. Что же мы имеем в игре? Людям оставляют их модификации. Людей начинают ущемлять в правах, запихивать в гетто и вообще всячески кошмарить. Это примерно как если восточным беженцам в европе сейчас раздать оружие. Что вообще происходит в голове человека пишущего такие сценарии? Я понимаю что "фантастика, условности видеоигры, блаблабла", но здравый смысл должен же быть. Вот как-то так. Hide
  46. 1 балл
    Показать содержимое В этом письме говорится не об Адаме - это отсылка к первой части Деус Экс. Того, кого "несут в постель" - это смертельно больной Люциус ДеБирс, нынешний глава Иллюминатов. Ко времени событий Деус Экс 1, Эверетт поместит его в криокапсулу с обещанием излечить, когда появятся новые технологии, но на самом деле он не хочет исцелять его и использует как советника. JC может отключить камеру и положить конец страданиям Люциуса. Проект М. - это Морфеус - прототип ИИ Дедала и Икара. Тоже из первой части DX, в той же локации что и Люциус. С Морфеусом можно поговорить, и этот диалог содержит основной философский посыл первого Деуса. Hide Hide
  47. 1 балл
    Бой. Раунд 1. Катарина ненавидела эту дурацкую прихоть Создателя раскрашивать ее жизнь в черно-белые полоски, особенно если они чередовались чересчур часто. На рассвете, вопреки собственным убеждениям засыпая на плече Сольвейга, она искренне верила отоспаться за предыдущие две бессонные ночи. Поэтому когда ее сон был грубо прерван раздавшимися в коридоре криками, она лишь прокляла про себя беспокойных Серых Стражей и попыталась спрятаться под подушку. Но когда сыпля проклятиями из комнаты выскочил пират, стало понятно — что-то случилось и сон придется отложить. На ходу сооружая из простыни какое-то подобие тоги — разгадывание тайны куда делось ее платье пришлось отложить до лучших времен, она выбежала из комнаты и неимоверным усилием воли (19) заставила себя остаться на месте, а не броситься с криком обратно, увидев нападающих порождений тьмы, которых ей красочно живописали весь ужин. Первым делом Катарина сотворила для себя Оберег (поглощает урон всех видов 1 раунд)
  48. 1 балл
    Мира явно расстроилась, когда капитан их покинул. - Какой генлок тебя укусил, Рэм? - возмутилась она. - Мы просто разговаривали. - Видел я, как вы "просто разговаривали", - прошипел воин. - Ты вела себя, как какая-то кабацкая девка. Сколько ты сегодня вып... Звонкая пощёчина не дала ему договорить. - Как ты смеешь называть меня кабацкой девкой? И с чего ты вообще решил, что можешь указывать мне? - тон её голоса всё возрастал. - Знаешь что - лучше бы ты и дальше сидел в этом своём любимом Минратоусе! Она развернулась и быстрыми шагами вышла из зала прежде, чем Рэм успел что-то ответить. Ему же оставалось молча пить, даже, когда все разошлись. Настроение было паршивее некуда.
  49. 1 балл
    Она медленно отступила от Каэди и села обратно в кресло. Торнадо огбернулся - Ты расстроилась? Нет, это не то что я не хочу брать на себя ответственность. Во всех смыслах. Как раз, хочу. Просто... Есть хорошие варианты, а есть идеальные. В идеале - вы возвращаетесь к ребенку вдвоем., целыми и невредимыми и все хорошо. Капитан оглянулся на закипающую в джезве воду и насыпал из мешочка чай в кружку. - А еще я тебя очень люблю. Он подошел к камину, осторожно вытащил джезву и залил чай кипятком. Потом взял кружку, подошел к Эспер и сел на корточки. - Вот. Тебе сахар или мед?
  50. 1 балл
×
×
  • Создать...