Hobbes
-
Публикаций
811 -
Зарегистрирован
-
Посещение
Сообщения, опубликованные Hobbes
-
-
Миранда в сквад не входит, но, в отличие от Джек, с ней отношения полноценно продолжаются, даже соответствующая сцена присутствует(но подробностей не показывают, как для любителей Мири не прискорбно).Т.е. таких персов как миранда и джек обделили чутка?
-
Как его получше захватить? Чем вырубать водителя, чтобы его не повредить?
Я обычно разбиваю стекло прицельными выстрелами, затем из снайперской винтовки добиваю водителя.
-
У кого был роман в МЕ 2 с Джек. В МЕ 3 он продолжается или они просто обменяются "поцелуями" в академии?
Кроме пощечины, парочки поцелуев и танца(пощечину и танцы получить можно и без романса) ничего не будет.
-
В чем прикол, если ты отказываешь ей в самом начале при первой встрече она расплачиться и уйдет и делай все тоже самое, но она умирает на миссии Горизонт
если же откажешь в середине у терминала будет жить, я вообще не вижу смысла но попробую нашел в чем причина и прохожу заново, мне и еще сказали что отказав миранде я смогу завести роман с Эшли надеюсь что все получиться
Так, вопрос: В чем отказываешь? В романсе? Его не было со второй части. В информации? Предоставил только один раз, когда она попросила.
-
В игре был только один баг. Но какой! Когда играл в мультиплеер, то сначала экран начался подпрыгивать вверх-вниз, как при землетрясении, затем персонаж начал парить над картой, а затем, в буквальном смысле, оказался до землей. Такие пиксели шли — это надо было видеть :laugh:
-
Проголосовал за адепта и штурмовика. В ME3 адепт порадовал своей возросшей силой, в частности наконец-то нормально реализован навык "УШоковая волна", сметающая врагов с ног, а при максимальной раскачке ещё и удерживающая их в воздухе. Да и возможность наконец-то выкинуть этот надоевший ПП и взять в руки верный колхозный инструмент(Мотыгу) делает адепта одним из наиболее смертоносных классов в игре (проходил первый раз на Эксперте). А штурмовик рулил ещё с предыдущей части, мультиплеер ещё одно тому доказательство — сейчас играю штурмовиком на бронзе и серебре и всегда занимаю первое(редко, обычно если вступаю в игру уже после её начала, второе) место по набранным очкам.
PS: На днях все-таки решил пройти за парагоночку стража на Безумии и возникает вопрос: я раскачал по максу обе пассивки(на здоровье, броню), а также техноброню + защитную матрицу. Вкупе с дробовиком получился эдакий ходячий танк. Просьба для стражей-ветеранов посоветовать, что раскачивать дальше.
-
По-моему, с такой концовкой о реиграбельности и речи быть не может. В первый раз проходишь, с надеждой на нечто грандиозное в конце, при этом радуясь самой игре, а во второй раз и проходить то не хочется. Потому что нет никакой разницы - проходил ли Шепард все побочные квесты, или шел по сюжету, ни на кого не оглядываясь, спас ли он ту или иную колонию, или предпочел вместо неё сохранить оружейный завод(кто проходил в ME2 миссию с двумя снарядами, запущенными батарианцами в колонию и заводы, тот поймет).
-
1
-
-
[quote name=DAO занят кемто другим
' timestamp='1332085882' post='1132944]Это не баг (скорее всего), у меня ВСЮ игру были доступны особые реплики синие, так и красные. Это зависит от количества тех и других очков репутации, которые переносятся и с предыдущих игр. А т.к. мой перс ветеран с первой части, вот и доступны все варианты.
Ясно. Одно время я даже думал, что все дело во французском происхождении моего Шепа — ME1, пройденный за этого персонажа был чистой французской версией.
PS: И ещё, на мой взгляд, количество необходимых очков готовности ОЧЕНЬ НИЗКОЕ — у меня к концу игры было около 12к. Но учитывая, что половина из игроков в ME3 наверняка скачали пиратку, это ещё можно объяснить. Впрочем, что так, что эдак: Шепард в любом случае погибает.
-
У кого-нибудь было такое, чтобы в конце(уже в разговоре с Призраком) Шепу были доступны и синий и красный ответы? Это баг? Или так может быть? Могу предоставить скриншот неверующим.
Шепард раскачан полностью на парагона и обладает небольшим кусочком шкалы ренегата.
-
Спасибо замечательно тогда, я нашел ошибку почему миранду нельзя спасти если ты ей отказал в романе, догадываюсь сейчас проверяю, если ей отказать в начале игры тоесть первая встреча в Цитаделе то она умирает если же во время пульта отказать то все будет хорошо, не проверено но надеюсь что так, и спасибо за то что сказали насчет романа что можно закрутить
Спасти её можно, вовремя предупредив о Кай Ленге, предоставив весь "карт-бланш" который она запросит на Цитадели и добившись "синего" или "красного" ответа в разговоре с отцом. Во второй части отказал ей в романе.
PS: Даже не подозревал, что она может умереть.
А сама игра стала жестоким разочарованием, вернее, не она сама, а концовка. Эпичное начало, сменившееся интересным повествованием, к середине игры(примерно после излечения генофага) превратилось в монотонные миссии, следовавшие одна зи другой. Кат-сцены, встречи со старыми сопартийцами и знакомыми конечно порадовали, но больше всего впечатление производит непосредственно начало и и конец игры(кроме, разумеется, концовки).
А сама концовка убивает игру, ликвидируя все достижения, набранные как в предыдущих частях, так и в этой.
Общая оценка игры: 9 их 10. Поиграть можно, но осознание того, что все, совершаемое и совершенное Шепом во всех частях бессмысленно, просто отбивает желание и дальше браться за игру.
-
Прошу прощения за долгую задержку. Данный фанфик не заброшен, в ближайшее время будет написано продолжение( с редактированием начальных глав). Спасибо за отзывы и оценки.
-
Глава IV.
Перешагнув через порог двери, Коул оказался в настоящем царстве ночи - кругом простирался замогильный мрак. Приказав спутникам включить фонари на винтовках, он двинулся первым и ступил на лестницу. Посмотрев вниз, он увидел, что лестница завивалась как пружина, уходя в бездонный, насколько могли судить глаза, черный провал. Осторожно освещая путь фонарем, он стал спускаться вниз. Новак и Лахтинен следовали за ним.
Сколько они уже спускались? Час, два? Может, больше? Казалось, лестница никогда не кончится. Спутники шли, стараясь не смотреть вниз, в черную пропасть. Во многих местах лестница была обломана, один раз Новак чуть не покатился по лестнице, промахнувшись мимо ступени, но Эванс вовремя успел его удержать.
Внезапно, послышался чей-то протяжный свист. Коул поспешно закрепил ремень от винтовки поудобнее и осмотрелся. В конце-концов он установил, что это свистел пар, исходящий из пробоины в водонапорной трубе. Также он увидел, что они, наконец, достигли дна лестницы. Отряд оказался в огромной комнате, напоминавшей склад. Кругом находились нагромождения пустых ящиков. Новак осторожно коснулся одного из ящиков стволом винтовки. Тот сразу сложился, как карточный домик. Отпрянув, Новак выругался.
- Тихо! - полушепотом приказал Коул. Они находились в 50 метрах под землей, где, казалось, все звуки умирали. Они не слышали ни ветра, гулявшего среди мертвых зданий, ни батарианцев, вломившихся в здание и зачищавших в тот момент его этажи, ни шороха невидимых врагов, которые поджидали их всюду. Здесь, внизу, находилось царство ночи, первозданная тьма, подобная той, которая царила в безбрежной Вселенной.
- Не нравится мне здесь, шеф, - пробурчал Новак. - Мне кажется, что мы находимся взаперти и никогда не найдем отсюда выход.
Эванс не ответил. Он внимательно осматривал стены, в поисках рубильника. Но то ли это место освещалось по другому, то ли рубильник был загорожен ящиками, но его он так и не нашел. Приглядевшись, Эванс увидел запертую дверь, из-за которой, казалось, исходил свет. Он кликнул остальных, понимая, что идти неизвестно куда, имея на хвосте преследователей, смертельно опасно, но выбирать в данном случае не приходилось.
Его размышления прервал Новак:
- Ну что, шеф? Полезем туда, или вернемся наверх? Лично я считаю, чтобы мы тут не встретили, наверху нам придется куда хуже.
- Согласен! - поддакнул Лахтинен.
Коул все-ещё взвешивал все за и против. Но другого выхода все-равно не было и он понимал это.
- Ладно, пошли. - решился Коул.
Отряд без происшествий добрался до двери, но взглянув на неё вплотную, Коул с удивлением увидел, что она заперта. Осмотрев стены рядом с дверью, он увидел нечто, напоминавшее электронный замок. Но конструкция была ему незнакома. Он кивнул Новаку:
- Ты можешь его взломать?
- Дай-ка глянуть... Хм, возможно. Но если провалюсь, то дверь заблокируется намертво и её разве что взрывчаткой придется высаживать. У вас есть взрывчатка? - насмешливо сказал Новак.
- Взламывай уже!
- Хорошо, сейчас... - Новак вытащил уни-прибор и быстро прощелкал какие-то команды, устанавливая связь с замком. На самом замке появилось множество строк, быстро меняющихся на экране.
Коул, осторожно освещая путь перед собой, вернулся к лестнице и взглянул наверх. Оттуда доносились приглушенные постукивания - батарианцы спускались вниз. Ещё он наконец обнаружил рубильник, ранее скрытый от его глаз нагромождением автоматов из под спиртного. Эванс дернул за него. Сверху раздался какой-то треск, и искры на мгновение осветили все происходящее, после чего раздался еле слышный хлопок, и стало ещё темнее. А сверху донесся чей-то разъяренный вопль.
"Доигрался. Я просигналил им МЫ ЗДЕСЬ, ЛОВИТЕ НАС, так понятно, что никто не ошибется," - мрачно подумал Коул. Спешно вернувшись к двери, он сказал:
- Ты не мог бы побыстрее взломать эту чертову дверь, пока нас здесь не прижали, сделай милость?
- Знаете, шеф, тут так много последовательностей, что быстрее просто не удается... - в этот момент что-то щелкнуло, и красное освещение двери сменилось зеленым. - Готово, шеф.
Дверь с треском ушла в потолок и в этот момент у Эванса над ухом разорвался заряд, выпущенный из ускорителя частиц. Он бросился на землю.
- Прекратить огонь! - крикнул он неизвестному стрелку. В ответ из комнаты донесся чей-то отчаянный вопль, в котором слышался весь ужас смерти. Новак, выругавшись, бросился к двери, и, схватив Эванса за шиворот, попытался оттащить его назад, за порог. Но как только он оказался в дверном проеме, выстрел раздался вновь. Новак успел увидеть, как пуля, летевшая на уровне его глаз, отразилась от барьера, поставленного Лахтиненом.
- Новак, да скажи им, чтобы прекратили огонь! - заорал Коул. Новак, хрипло рыча, крикнул что-то неизвестному стрелку на турианском. После этого стрельба прекратилась, но до отряда из комнаты продолжал доноситься чей-то голос, содержащий в себе испуганные нотки. Спутники, отступив из проема, укрылись за стеной.
- Новак, что он говорит? - спросил Лахтинен.
- Тебе дословно перевести? Психика выдержит?
- Скажи, что ему надо, - перебил его Коул.
- "Не суйтесь сюда, или я буду стрелять". Это так, если опустить как минимум половину того, что он нам только что сказал. Хочешь узнать, чем этот пернатый нас кроет? Он, похоже, обмочился уже от испуга.
- Нет. Скажи ему, что мы не представляем для него угрозы и пришли сюда для того, чтобы вытащить его отсюда.
- Вытащить его? Смешно, шеф, он может решить, что в ваших словах кроется двойной смысл, - проговорил Новак. Высунувшись в коридор, он что-то сказал на турианском неизвестному. Затем повисло молчание, а через минуту турианец ответил. Голос был по-прежнему недоверчивый, но в нем уже не было того ужаса, который буквально изливался наружу при встрече.
- Эта пернатая тварь сказала нам, что если увидит с нашей стороны враждебные намерения, то сразу откроет огонь. Он требует, чтобы мы заходили, убрав оружие и держа руки перед собой.
- Хм, ладно. Лахтинен, тебя он не видел, так что займи положение у двери и будь готов открыть огонь, если что-то пойдет не так. И заходи только когда я позову. Тебе все ясно?
- Да, командир, - Лахтинен отдал честь, осторожно укрываясь за стеной.
Эванс и Новак осторожно вошли в комнату, щурясь от яркого света, после непроглядной тьмы склада. Она была небольшого размера, 10x10 метров в длину и в ширину. Справа валялся целый ворох сломанных датападов(как выяснилось впоследствии, это была складская макулатура). За ней находилась еле заметная дверь, абсолютно темная, справа от ней располагался электронный замок, тоже выглядевший абсолютно не функционировавшим. На потолке была пришпилина тварь, напоминавшая сумчатую белку, только в 10 раз большего размера(о том, как она там оказалась, Эванс предпочел не спрашивать). По всей комнате валялись использованные термозаряды, всюду были следы крови - на полу, на стенах и даже на потолке. Завершал все это великолепие перевернутый стол с игральными картами, находившийся у левой стены. Рядом со стеной лежал турианец, и, как показалось Эвансу, спал. А за столом, как за баррикадой, укрылся другой и лихорадочно целился в них, переводя прицел с Эванса на Новака и наоборот. Он обрушил на спутников целый ряд вопросов на турианском.
- Новак, что он говорит?
- Он спрашивает, кто мы такие и что тут делаем.
- Спроси его, он понимает английский?
- Да легко. - Новак что сказал турианцу, делая в воздухе какие-то странные жесты. Турианец что-то пробормотал и, спрятав винтовку за спину, сказал на чистейшем английском :
- Извините, что я открыл по вам огонь. Мне показалось, что эти твари опять вернулись...
- И вдобавок обошли электронный замок? - ухмыльнулся Новак. - А я то думал, что у них уровень интеллекта упал до уровня кроликов.
- Нет, вы не понимаете. Вы ничего не понимаете! Они значительно опаснее, чем вы думаете. С ними бесполезно сражаться, можно только сбежать. - турианца передернуло и он замолчал. Но когда Эванс шагнул к нему, он вскочил и забросил одну руку за спину.
- Осторожнее, у нас тоже есть пушки, - предупредил его Новак.
Турианец помедлил:
- Если бы вам пришлось испытать то, что выпало на долю нам, вы бы также шарахались от каждого шороха. А вы, наверное, батарианцы?
Новак расхохотался:
- А что, прямо так похожи? Нет, у нас на два глаза меньше! - он рывком оказался возле баррикады и, наклонившись к турианцу, сказал - Мы люди, и я ненавижу турианцев.
- Новак, хватит, - приказал Эванс. Переведя взгляд на турианца, он сказал:
- Мы из ВКС Альянса, подробности потом обсудим. Нас отправили чтобы найти вашу группу и обеспечить вашу эвакуацию... Так что, пожалуйста, скажите, как вас зовут, и что произошло с вашей группой. Вы обнаружили что-нибудь, что могло как то объяснить то, что происходит в этом городе?
- Меня зовут Арктуриос Мэллинар, лейтенант 16-го легиона Иерархии. Я был вторым офицером в нашей группе. Что касается происходящего здесь, то интересовало лишь то, как бы спасти свою шкуру. На нас напали сразу же после высадки, и мы не были к этому готовы. Они появились из ниоткуда, целые толпы людей, мутировавшие прямо на глазах...
- Что? Что вы хотите этим сказать?
- Я сказал, они напали неожиданно, как будто нас ждали. Двое из нас погибли сразу же. Я, Лерон, Антур и Фемиар с трудом пробились сюда и забаррикадировались в этом здании, но... Отсюда не было выхода. Мы попытались связаться с вами, мы рассказали, что здесь происходит, и ваше командование уверило нас, что за нами отправили эвакуационный челнок. Но мы два дня держали здесь оборону, а никто так и не пришел на помощь!
- Погодите, командование не получало от вас никаких сообщений. Нам также ничего не говорили ни о каких монстрах. К нам лишь пришел сигнал SOS, и больше ничего мы от вас не слышали.
- Ах ты, сукин сын! - заревел Мэллинар. Он с кулаками шагнул к Эвансу, но Новак сбросил с плеча винтовку и наставил её на турианца. Мэллинар отступил.
- Ублюдок... - проговорил он.
- Успокойтесь и расскажите, что с вами происходило? - Коул знаком приказал Новаку спрятать оружие.
- Мы посылали вам сигнал каждый час! Вы, люди, убеждали нас, что эвакуационная команда уже в пути, нам надо было лишь ждать. И мы ждали. Истекали кровью, но ждали!
- Слушайте, я не имею право выкладывать вам все, но это все, что я знаю. Альянс не получал никаких других сообщений. Нам был отдан приказ, выяснить, почему вы не выходили на связь. Ни о чем, что происходит здесь, нам не говорили...
- Вы спрашиваете, ПОЧЕМУ МЫ НЕ ВЫХОДИЛИ НА СВЯЗЬ?! Вы, ублюдки! Каждый час мы пытались с вами связаться! Раз десять нам говорили одно и тоже: ждать. И мы сидели в этом здании, сдерживая атаки монстров, сидели и ждали. А однажды нас просто прекратили слушать. Все наши попытки связаться с вами ни к чему не приводили, комплинк просто молчал, как будто у вас все вымерли.
- Но... - Эванс замолчал. Он был поражен тому, что только что узнал. Сначала командование не предупредило их о том, что их ожидало в этом городе, а затем оказалось, что... Но он все-ещё не хотел в это верить. Собравшись с мыслями, он предположил:
- Может быть, вы говорили не с Альянсом? Может, кто-то перехватывал все ваши сообщения?
- Говорю вам, это был Альянс. Я уверен в этом. Мы все были в этом уверены.
- А что было дальше?
- Когда мы окончательно убедились, что нас просто бросили умирать, мы стали искать другой выход отсюда. И, пробившись сюда с боем, в конце-концов обнаружили эту дверь. Куда она ведет, неизвестно, но у нас не было другого выхода. Антур пошел наверх, чтобы найти код от двери, вызвавшись добровольцем. Позже за ним отправился Лерон. А я остался охранять Фемиара, он был серьезно ранен, а панацелин у нас кончился. С каждым часом ему все хуже и хуже. А вас мы не ждали. Мы ожидали увидеть взвод штурмовой пехоты, но никак не двоих солдат без тяжелого вооружения...
- Троих, если честно... - усмехнулся Новак.
Коул знаком приказал Новаку замолчать и обратился к турианцу:
- А когда вы отправили Антура наверх?
- 5 часов назад. А через два часа туда отправился Лерон.
- Лерон мертв. Его труп лежит на вершине лестницы. А что касается Антура, то что произошло с ним, мы не знаем. Мы лишь нашли его датапад. Скорее всего, вы двое - единственные, кто уцелели из вашей группы. - с этими словами Эванс протянул датапад Мэллинару. Тот мрачно взглянул в него, и, увидев турианскую запись, сказал:
- Да, это он. Сомневаюсь, что он ещё жив. Но код он нашел. Надеюсь, это подойдет, - он кивнул на запертую дверь.
В этот момент Фемиар закашлялся и начал извиваться, как змея. Новак прыжком сорвался с места и, оказавшись возле него, применил панацелин. Спустя минуту, турианец прекратил дрожать и начал учащенно дышать, из его рта обильно выступала зеленая пена.
- Лахтинен, осмотри его! - крикнул Эванс финну, все-ещё стоявшему за проемом. Тот, убрав винтовку за спину, вытащил уни-инструмент и направился к Фемиару. Арктуриос свирепо зарычал на финна, но Эванс его успокоил:
- Он врач. Он ничего ему плохого не сделает. Новак!
- Да, шеф? - сказал поляк, тревожно поглядывавший в темноту склада, откуда исходила замогильная тишина, но в ней угадывалось приближение четырехглазых преследователей.
- Иди к лестнице и сообщи нам, когда батарианцы сюда спустятся. И ещё: Арктуриос, у вас остались мины?
- Всего одна, сказал турианец, - мы израсходовали весь тот запас, который у нас был, когда обороняли здание.
- Ладно, лучше чем ничего. Новак, заминируй нижний пролет лестницы, да так, чтобы при взрыве он обрушился. От батарианцев это нас не оградит, но хоть задержит их.
- Хорошо, шеф! - удивительно легко согласился поляк. Буквально вырвав мину из рук Арктуриоса, он ринулся в темноту склада. Посмотрев ему вслед, Эванс сказал:
- Арктуриос, уходить придется с боем. Если мы просто сбежим отсюда через ту дверь, причем с раненым, - он покосился на Фемиара, над которым хлопотал Лахтинен, - То враг нас очень скоро нагонит.
- Я понял вас, - сказал Арктуриос, - Но у меня нет термозарядов. Те заряды, которые я выпустил в вас, были одними из последних.
- Держи, - Эванс протянул ему горсть термозарядов. Турианец с одобрением выхватил их и щелчком вставил один из них в свою винтовку.
- Все-таки, я был неправ. Вы принесли нам надежду, а это кое-что значит!
- Посмотрим, не загнали ли мы себя с вашей надеждой в ловушку! - отрезал Коул. В этот момент Лахтинен доложил:
- Командир, у меня очень плохие новости.
- В чем дело, - спросил Эванс, подойдя к нему.
- Этот турианец заражен, панацелин тут не помогает. У него произошли изменения в строении ДНК, оно отклонилось на 30% от нормы. В лучшем случае, его ждет летальный исход через несколько часов. А в худшем, - он протянул Эвансу свой уни-инструмент. На нем светилась голограмма строения клеток турианца. Одни клетки разрушались, а из их частиц образовывались новые, вдвое большие по размеру, которые буквально поглощали другие, более устойчивые к мутации. Лахтинен раскрыл закрытый глаз Фемиара и обнажил расширенный втрое от нормы зрачок. Когда он посветил в него фонариком, турианец задергался в конвульсиях. Лахтинен спешно ввел ему ещё одну дозу панацелина, и турианец опять затих.
- Так он... Мутирует? - не веря своим глазам, спросил Эванс.
- Да, командир. Прибор также показал 20% разрушение головного мозга, он теперь даже не понимает, что с ним и где он находится. Кроме того, кровь у него отравлена, в результате передозировки панацелина.
Эванс резко повернулся к Арктуриосу:
- Вы знали об этом?
- Клянусь, нет! У нас в отряде был лишь полевой медик, но он погиб ещё когда на нас впервые напали.
- Кто ещё из вас был ранен?
- Антур. Когда он ощутил, что с ним что-то происходит, он и вызвался добровольцем, искать код допуска к двери. Но у него был лишь небольшой укус и от панацелина он отказался. Фемиар был ранен значительно сильнее, он буквально истекал кровью и если бы мы не израсходовали на него двойную дозу панацелина, он бы умер ещё тогда. Но панацелин буквально на глазах крошился и отваливался от кожи. Я вкачивал в него все новые дозы панацелина, когда он приходил в себя и сходил с ума.
- Лучше бы вы дали ему спокойно умереть, - мрачно заметил Лахтинен. - Даже если бы его в этот самый момент доставили в самый лучший батарианский госпиталь, а у батарианцев, как известно, лучшая медицина в Галактике, его бы все-равно не успели спасти. Командир... Я предлагаю пристрелить его, так будет милосердно.
- Только попробуй, человек, и я присрелю тебя! - прорычал Арктуриос.
Неизвестно, до чего бы дошел этот конфликт, но тут до спутников донеслись шум взрыва и крики. Затем раздались звуки стрельбы, а ещё через минуту Новак вломился в комнату, сжимая в руках винтовку.
- Ох, шеф, фейерверка не получилось. Одному из этих уродов взрывом мины оторвало обе ноги, но лестница устояла. А это значит, что скоро сюда нагрянут гости!
- Понятно. Арктуриос, вводи код в дверь, бой мы принять не сможем. Лучше отступить.
Кивнув, турианец ринулся к двери и, несколько раз сжав и разжав пальцы, ввел код. Раздался голос ВИ, что-то неразборчиво проговорившего, а затем на замке зажглась надпись: "Загружен 1% данных... Ждите..."
- To djabla warto! - выругался Новак. - Шеф, кажется, мы в западне. Четырехглазые перестреляют нас до того, как эта проклятая дверь вздумает открыться.
- Хватит, Новак - Коул осмотрел комнату, в поисках подходящей оборонительной позиции. Но если не считать стол из пластмасс, стоявший у противоположной стены и кучу датападов, лежащей у двери, укрытий в комнате не было. Кроме того, в комнате горел свет, так что из темного склада они выглядели как на ладони.
- Арктуриос, перетащи своего товарища к двери, - приказал он. - Где здесь рубильник? Его надо вырубить.
- Но зачем? - спросил Новак.
- Если эта комната будет ярко освещена, то враг будет отлично нас видеть, мы будем подходящей мишенью для снайперов. Так мы хоть уровняем шансы. И закрой дверь, ведущую на склад. Пусть сначала попробуют её выбить.
- Вот он, - показал турианец.
- Отлично. Я займу оборону за тем столом, а вы трое прикрываете дверь. Если я погибну, уходите через неё.
- Так точно, - Новак и Лахтинен отдали честь. Арктуриос с уважением посмотрел на него и сказал:
- Теперь я абсолютно убежден в том, что к нам на помощь прислали тех, кого надо было...
Договорить он не успел. Из склада донеслись вопли на батарианском языке и слитный топот множества металлических сапог, гулко отзывавшихся эхом по складу. Лахтинен ударил по кнопке блокировки и дверь с шумом опустилась в пол, а Новак дернул рубильник и комната погрузилась во тьму. Горела лишь дверь, ведущая в неизвестность, которая, впрочем, освещала только саму себя. Топот сразу прекратился. Коул мгновенно оказался за перевернутым столом. На дверь из коридора обрушился сокрушительный удар, дверь выдержала, но немного прогнулась в комнату. Затем раздался оглушительный взрыв и она разлетелась на куски. После этого в комнату, еле заметный в темноте, влетел серебристый шарик. Затем на уши спутникам обрушился удар, но все успели отвернуться. Очевидно, разорвалась светошумовая граната.
- Погодите, шеф, сейчас я им кое-что выскажу! - с хохотом сказал поляк.
- Новак, не смей!
- Да я их только взбодрю! - с этими словами Новак крикнул что-то батарианцам. Шум, исходящий из склада, стих. Затем поляк начал что-то быстро тарабарить на батарианском и спутники наконец поняли, что он говорит - отборные ругательства. Все покатились со смеху. Из коридора послышались гневные вопли, в которых содержалась явная угроза, и раздались резкие слова команды, после чего внутрь, еле заметным серым силуэтом, впрыгнул первый враг и сразу упал, получив в упор пулю из винтовки, выпущенную Эвансом. Затем темнота прорезалась лучами от фонарей, закрепленных на винтовках. В дверь начали один за другим протискиваться батарианцы в штурмовой броне, уверенные в своей неуязвимости. Один из них держал в руке огнемет. Хищное пламя вырвалось из раструба и в этот момент баллон на спине у батарианца взорвался от попадания деформации, выпущенной Лахтиненом. На батарианцев обрушился вал огня, кто-то из них завопил, от нестерпимой боли и, полыхая, бросился на середину комнаты и сразу упал, получив в голову милосердную пулю, выпущенную Эвансом. Ещё один батарианец превратился в решето, от совместного огня Арктуриоса и Новака. Но не было пределом страданий противника. Один из батарианцев вскинул руку с гранатой, намереваясь швырнуть её в Коула, и упал, получив точный выстрел в шлем, пробивший щит и броню навылет. Падая, он взмахнул руками и выпустил гранату, через несколько секунд разорвавшуюся среди батарианцев. Остальные враги, беспорядочно отстреливаясь, скрылись за дверью, ведущую на склад - ни один из отряда Эванса не был даже ранен.
Коул рывком загнав в винтовку новый термозаряд и прикрутив на ствол штык-нож, справедливо полагая, что бой ещё не кончился, крикнул Новаку:
- Сколько осталось ждать?
- Ещё почти 50%, шеф. И мне кажется, что четырехглазые ещё не смирились с поражением. - будто в подтверждение его слов, в комнату влетело несколько светошумовых гранат. Как только они разорвались, батарианцы с новыми силами ринулись на приступ, на этот раз послав вперед легко вооруженных и бронированных десантников, а не тяжелых и неповоротливых штурмовиков.
Один из врагов набросился на Коула, но напоровшись на штык, прикрученный к его винтовке, обмяк - он, пройдя через легкую броню, как нож сквозь масло, пронзил его сердце. Ещё один рухнул, встреченный перекрестным огнем Новака и Мэллинара. Остальные, расположившись в коридоре, открыли огонь по столу, за которым укрылся Коул. Увидев, что щит в мгновение ока упал до 10%, он заорал:
- Лахтинен, барьер, немедленно!
Щиты упали до 0%, но через секунду Коул увидел, что они вновь 100%-е. Пробормотав про себя слова благодарности, он застрелил особо меткого батарианца, палившего в него без остановки. Затем один из них рухнул, получив мощный удар прикладом винтовки. Коул с трудом разглядел Арктуриоса, перешедшего в рукопашную. За ним следовал Новак, расстрелявший ещё одного батарианца, только что подошедшего из коридора.
- Готово, командир! - крикнул Лахтинен.
Коул рывком оказался у двери, успев по пути насчитать девять батарианских трупов. Арктуриос и Новак, отстреливаясь, тоже отступили к двери. На замке горела запись: "Загрузка завершена. Доступ разрешен." Лахтинен щелкнул что-то на двери и он с шумом распахнулась. Арктуриос взвалил Фемиара, все это время лежащего у двери, на спину и первым отправился за порог, но Коул остановил его. Кивнув Лахтинену, он первым пропустил его вперед, а турианцы пошли уже следом. Затем прошли Эванс и Новак, дав ещё несколько предупредительных выстрелов в комнату, где уже скопилось множество мертвых, раненых и контуженных батарианцев. Оказавшись по ту сторону двери, Новак щелкнул по электронному замку, находящемуся там. На нем зажглась надпись: "Загружен 1% данных... Ждите..."
Выругавшись, Новак в темноте зашарил руками по стене. Обнаружив бронированную крышку, он рывком содрал её и выдрал блок питания. Дверь тут же захлопнулась намертво. Отряд оказался в кромешной тьме и тишине, и только из-за двери до них доносилась запоздалая стрельба...
-
3
-
-
То есть варианты "а вдруг здесь какое-то новое хитрое вещество/вирус/бактерия, ничем пока не детектируемое" и "а вдруг выброс вещества повторится случайно или намеренно через какое-то время" даже не рассматривались? И всё это может передаваться при контакте, не обязательно по воздуху. Не знаю как опытные морпехи, а я бы в такой ситуации как у них (полная неизвестность, толпы пропавших без вести, заброшенная исследовательская база, какие-то мутанты) предпочел бы вообще никак с такой окружающей средой не контактировать, буквально руками не трогать, не то что дышать.
Ну, на самом деле, про вирус им ничего не было известно, но он, как выяснится позже, был весьма нестабилен и разрушился через несколько часов после того, как вырвался из под контроля. А опытный морпех из них только их командир. Поляк не солдат, а разведчик, который больше привык сидеть в штабе, а финн вообще гражданский. Это можно сказать, отряд спасения, а не спецназ(считалось, что город давно вымер и опасности никакой нет). И насчет люков: о том, как собаки проникали в канализацию и выбирались обратно на поверхность будет сказано по ходу фанфика.
-
Не понятно. Пишешь, они были в броне и шлемах, а потом вдруг резко начали плевать на трупы и ощущать ветер. Это как? Наплевали на безопасность и разгерметизировали скафандры?
И зеленокожих азари не бывает. Та единственная, что нам встречалась была просто больная
Они определили до этого состав атмосферы и обнаружили, что в ней больше нет никаких опасных веществ. А зеленокожие азари бывают, если невнимательно проходил игру: в ME1 в жилых кварталах и в ME2 в особняке Хока.
Извиняюсь за долгое отсутствие, выкладываю третью часть. Продолжение выложу завтра же.
Глава III.
- Командир, поглядите-ка сюда, - позвал Новак, с тревогой смотря в окно. Эванс подошел к нему и ему в лицо ударил резкий порыв ветра, доносящийся с улицы. В 20-ти метрах от супермаркета завис батарианский летун, пилот которого, по видимому, осматривал местность. Лишь нескольким собакам удалось сбежать с места побоища - большинство в крови валялись на земле. Вонь, поднимавшаяся от ран, была невыносимой. Новак закашлялся, и защелкнул шлем. Тем временем Эванс увидел, что из-за домов вынырнул другой летун, по видимому, транспортный. Он медленно направлялся к супермаркеку, поблескивая в лучах робкого солнца, еле проглядывавшего сквозь свинцовые тучи. Подлетев к зданию, он с шумом начал снижаться, и из него начали выпрыгивать батарианцы, одеты в штурмовую броню и вооруженные чем-то почище, что имелось у людей...
- Допрыгались... - пробормотал Новак, отвернувшись от окна.
- А что там такое? - спросил Лахтинен.
- Хороший вопрос. Я могу дать тебе две версии, а какая из них больше подходит, решай сам. Первая: на улице пусто, а весь этот шум - результат твоего воображения. А вторая: сбежали мы из собачьей пасти, в когти к четырехглазым. И мне кажется, что они будут к нам куда более "дружелюбны", чем монстры.
- Н-нно... Они же нас не найдут, правда?
- Ха! А ты может слышал, что они биотиков за километры чуют? Когда они пойдут нас искать, ты будешь первым, кто попадет к ним в лапы.
- Что? Хватит! Ты не понимаешь, что мы все умрем?!
- Умрем? Ну, мы только что чуть не умерли, когда полезли за тобой в эту проклятую канализацию. Вот там действительно, мы чуть все не умерли!
- Хватит, Новак. Ситуация осложнилась, но мы живы, наше оружие ещё функционирует, монстры, я думаю, и с ними явно не дружат, а это значит, что мы ещё повоюем.
- Шеф, давай хотя бы перекусим! - недовольно сказал Новак. Я понимаю, что нам надо поскорее отсюда убираться, но мы ещё даже не завтракали, а скоро полдень. Кроме того, более подходящее место для завтрака мы вряд ли скоро найдем. Не говоря уже о том, что если они нас схватят, то вряд ли они решат нас угостить сытным завтраком. Скорее, они закусят нами.
Коул взглянул в окно. Батарианцы быстро продвигались к супермаркету, но пока находились на значительном удалении. И хотя внутренний голос призывал немедленно уходить, тем более, что их позиция отлично простреливалась с летуна, Коул, скрепя сердце, согласился:
- Ладно, привал на 5 минут. Потом сразу выступаем, если не успеваете доесть, то остатки берем с собой. Новак, следи за дверью.
- Хорошо, шеф. Спасибо, - отозвался поляк, принявшийся усиленно копаться в своем кейсе, доставая сухпай, выданный при сборке отряда. Лахтинен последовал его примеру. Тем временем, Эванс, не испытывавший голода, осторожно, чтобы его не заметили, вновь выглянул из окна. Транспорт уже улетел, а его боевого собрат, все-ещё реющий в небе, прикрывал рассыпавшийся десант, который, приняв боевое построение, осторожно продвигался к супермаркету. Коул осмотрел их в электронныц увеличитель, встроенный в шлем, надеясь, что они не засекут едва заметный энергетический импульс, и прикинул шансы. Выводы были неутешительные: враг значительно превосходил их в численности - около 20 против трех, плюс летун - и в вооружении - скорострельные, но легкие X - 15 f у его отряда против крупнокалиберных винтовок(дизайн был Эвансу незнаком, наверняка недавняя батарианская разработка, а уж в чем-чем, а в оружии батарианцы толк знали!) и огнеметов, которыми были вооружены несколько штурмовиков. Похоже, они имели дело с профессионалами.
"М-да, сложновато будет с ними всеми расправиться, но мы попробуем другой выход" - подумал про себя Коул. Он пригляделся повнимательнее. Один из батарианцев что-то приказал другим. Языка Коул не знал, а автоматический переводчик в этом городе не работал, даже электронный увеличитель постоянно глючил и в конце-концов перестал работать. Однако он заметил, что двое из них тащили ящик с чем-то тяжелым, очевидно, переносили взрывчатку. А это означало, что батарианцы намеревались в открытую брать здание штурмом. Обернувшись к остальным, Коул сказал:
- Ну что, поели? Поднимайтесь, время дорого - скоро они будут здесь.
- Как, уже? - спросил Новак, хрустя печеньем, которое ещё больше разжигало в нем аппетит.
- Хорошо, Новак, я иду первым. Ты меня прикрываешь, а Лахтинен за тобой.
- Спасибо, шеф, - со смехом раскланялся поляк, поспешно доедая печенье.
- Но-но, не обольщайся. Скоро твои навыки нам понадобятся. - сказал Коул, подойдя к разбитой двери. Он с крайней осторожностью перелез через неё, сжимая в правой руке "Фалангу", не забыв при это отключить целеуказатель. Оказавшись по ту сторону порога, он бросил быстрый взгляд в обе стороны. Он оказался в узком коридоре, слева находились две двери, ведущие в туалетные комнаты, а справа коридор уходил в темную комнату, где, очевидно, не работало освещение. Как, впрочем, и вся электроника в здании. Вентилятор, висящий на потолке, как ни странно, продолжал крутиться. Кругом стояла мертвая тишина, как будто здание вымерло. И именно в этом и выражался неописуемый ужас, который превращал действительность в ночной кошмар.
Сняв со спины винтовку, Коул махнул рукой остальным:
- Новак, Лахтинен, все чисто. Сюда.
Поляк едва не зацепился ногой за целую часть двери и едва не упал, успев удержаться руками за стену. С проклятием он принял устойчивое положение. Вслед за ним перелез и Лахтинен.
- Так, бойцы. Небезопасно спускаться, не зная, что находится у тебя в тылу. Поэтому идите, - он махнул в сторону туалетов. - проверьте, что там.
- Ты хочешь, чтобы мы осматривали толчки?! Да я лучше пойду, поздороваюсь с четырехглазыми! Они несколько почище, хотя я в этом сомневаюсь!- заявил Новак.
- Так иди! Что тебе мешает? Вон окно, уже выбитое, до земли недалеко, а они снаружи только и ждут, что к ним отсюда кто-нибудь спустится. Давай, выходи к ним. Кроме того, они тебя, может быть, накормят сытным завтраком, о котором ты мечтал.
- Как нибудь в другой раз, - проворчал Новак. Он покосился на комнату, находящуюся справа. - Но я, это... Как бы выразиться... - он замялся.
- Не хочешь идти, проверять женский туалет? - ухмыльнулся Лахтинен. - Если учитывать то, что происходит в этом городе, то я бы не стал задумываться об... Этических вопросах.
- А, вот ты и иди, проверяй его. Мы ради тебя уже побывали в канализации, и мало того, что там на меня давила гнетущая атмосфера, а уж запах... - Новак поежился. - Бррр, даже фильтры шлема не могли его переварить! Как будто он поселился внутри них.
- А ну прекратить, немедленно! Вперед, осмотрить обе комнаты. Я пока подежурю здесь, - раздраженно сказал Коул. - Если что-то обнаружите, сразу докладывать. И давайте без глупостей.
Оба бойца, молча отдав честь, исчезли, каждый в той комнате, которую условился осмотреть.
Через 5 минут в комплинке раздался голос Лахтинена:
- Командир, я закончил осмотр. Ничего не обнаружено.
- Хорошо, возвращайся. Новак, что у тебя?
- А, сейчас... - в эфире послышалось журчание.
- Станислав, ты что, отливаешь? - со смехом спросил его Лахтинен.
- Да заткнись! Я с утра в толчке не был!
- А помниться, ты только что отказывался туда идти!
- Я сказал, заткнись!
Коул, улыбаясь, слушал, как поляк и финн перебраниваются в эфире. Наконец, он откашлялся, чтобы привлечь их внимание.
- Хватит, бойцы. Новак, что ты обнаружил?
- Так... - журчание прекратилось. - Ничего себе!
- Новак, что там?
- Тут, это... Лежит окровавленный мужской труп, причем без головы. Да так чисто её, по видимому, смахнули! Кровь по всему полу растеклась, как будто кто-то намеренно её выливал. Никаких полезных вещей на нем нет. Больше ничего интересного. Шеф, выступать?
- Хорошо, возвращайся. - сказал Эванс. Лахтинен уже подошел к нему.
- Так точно, шеф, ответил Новак, стоя спиной к трупу. Выходя из комнаты, он не заметил, как из обрубленной шеи с чавканьем выбралась какая то тварь, мгновенно вспрыгнувшая на потолок и исчезнувшая в узкой вентиляционной шахте, приняв шум за журчание воды, обильно стекавшей из неплотно закрытого душа.
- Осматривайте не только пространство перед собой, но и пол и потолок. Неизвестно, на что эти твари способны, - предупредил Коул. - Вполне возможно, что они следят за нами даже сейчас.
- Да не было там ничего! Я все осмотрел! - возразил Новак.
- Неважно, что там ничего не было. Опасность может подстерегать за каждым углом.
Эвансу не давала покоя мысль, что что-то они упустили. Казалось, кто-то за ними наблюдает, подмечает каждый их шаг и создает все новые и новые препятствия.
Отряд двигался по направлению к темной комнате, держа оружие наготове. Подойдя к порогу комнаты, Эванс, он шел первым, остановился и внимательно оглядел её. Комната была небольшого размера, со множеством вешалок, на которых в изобилии висела одежда. У дальней стены стоял стол продавца, на стене, позади которого, имелись следы крови. И, Эванс не поверил своим глазам, пуль.
- Так-так. Значит, мы, по крайней мере, на правильном пути, проговорил он.
- Шеф, вы хотите сказать, что это стреляли те турианцы, которых мы ищем? - переспросил его Новак.
- Вполне возможно. Но не похоже, что они держали здесь оборону. По видимомо, они пытались быстро покинуть это место и искать их, по видимому, стоит на нижнем этаже. Смотри, - он указал на противоположный выход из комнаты, за которым была видна на покореженная автоматическая лестница, которая, из-за отсутствия питания, в данный момент не работала. На лестнице валялись несколько мутировавших трупов, со следами воздействия ускорителей частиц, пробивших их насквозь, настолько сильна была сила удара. Трупы лежали головой вниз, что свидетельствовало о том, что они были застрелены когда пытались спуститься с лестницы.
- Ну, я думаю, это логично. Я бы, например, не поверил, что у кого-то из продавцов, если он не мутировал, было оружие, или что эти твари вдруг поумнели до такой степени, что вновь овладели способностью не рамахивать оружием, а стрелять из него.
- Тот человек, которого мы застрелили тогда, сразу после высадки, тоже не полностью лишился интеллекта, чтобы не уметь стрелять, - напомнил Лахтинен.
- Ну, возможно, мутации его ещё не так сильно коснулись. А если бы мы прибыли на час позже, он бы уже прыгал на четвереньках, оброс шерстью и дико завывал. А что, неплохая идея была бы, верно?! - и Новак разразился смехом.
- Так, хватит болтать. Новак, осмотри кассу. Лахтинен, займи оборону возле той двери.
Что-то бормоча про себя, Новак двинулся к месту продавца, отшвыривая стоящие на пути постаменты. Он уже занес руку, протягивая её к кассе как что-то хрустнуло и армированный пол, к его величайшему изумлению и ужасу, провалился под ним. Размахивая руками, отчаянно пытаясь за что-нибудь уцепиться, Новак с грохотом рухнул вниз. И сразу потерял сознание.
На него нахлынули видения: он стоял посреди разрушенной Варшавы. Кругом все горело, он чувствовал невыносимый жар и задыхался в смраде дыма. Внезапно он услышал детский смех и, оглянувшись, увидел свою дочь. Она стояла рядом с воронкой, образовавшейся, по видимому, от попадания крупнокалиберного артиллерийского снаряда, и насмешливо взирала на него. Новак шагнул к ней и не заметил, что угодил в канализационный люк. После нескольких секунд полета оказался все в том же городе, но картина изменилась. Кругом проносились электромобили, звучали сирены, а из-за небоскреба, рядом с которым стояла его дочь, выплывал огромный корабль, строением напоминавшем огромного кальмара. Одно из щупалец нанесло мощный удар по небоскребу и он сложился как карточный домик, а затем рассыпался на многочисленные обломки, дождем посыпавшиеся вниз. Новак со всех ног ринулся к дочери, но дождь обломков накрыл всех, кто стоял рядом с небоскребом, образовав огромный завал...
- Nie, nie... - бормотал Новак, протирая глаза. Наконец, он очнулся. В голове как-будто перегорел блок эмоций и он больше ничего не чувствовал. Неожиданно тишину прорезал комплинк:
- Новак! Ответь! Доложи свое состояние, немедленно!
Новак вскочил и огляделся. Он находился в отделе, где, по видимому, продавались спиртные напитки. напротив него стояли автоматы с газировкой. И один автомат явно был не тем, за кого себя выдавал...
В этот момент, ему на спину приземлилась какая-то тварь. Новак рухнул на колени и сбросил её. Истошно вопя, монстр упал на пол и, сразу вскочив, развернулся и опять попытался броситься на него, но опоздал: очередь из "Защитника" порвала его в клочья. И все страхи вновь ожили.
Отдышавшись, Новак схватился за комплинк:
- Я в порядке! Но я тут не один. Скорее сюда, я совсем не хочу здесь подыхать! Слышите?!
- Не унывай! Держись, сейчас спустимся к тебе.
- Только поторопитесь, ладно? - Новак увидел, как из дальнего угла, разметав нагромождение ящиков, к нему бежало существо, отдаленно напоминавшее ящера. Новак выстрелил в него, целясь в голову, но пули отскочив, не нанеся существу вреда. Оно прыгнуло и поляк еле успел пригнуться, одной рукой сбрасывая винтовку с плеча, а другой выхватывая "Фалангу". Ящер, который, по видимому, не обладал шибко развитым интеллектом, перелетел через него и, развернувшись, прыгнул вновь. Новак опять пропустил его над собой, успев всадить в мягкий живот существа пулю из "Фаланги". Ящер взвыл и, упав на пол, свернулся и затих.
В этот момент Новак почувствовал, что кто-то схватил его за плечи с ревом отшвырнул от себя. Он врезался в шкаф со спиртным, повалив его на пол. Сотни бутылок, весело дребезжа, покатились по полу, иные оказались разбиты и из них вытикало содержимое. В другое время Новаку было бы жалко, что пропадает столько добра, но в данный момент ему было не до этого. Он вскочил на ноги и осмотрел нового врага. Он напоминал автомат со спиртным, но в котором были отверстия для рук, ног и головы. А лицо у него было отвратительно: коричневого, в цвет земли, с приплюснутым носом и невероятно узкими, как дверные щели, глазами. Нечего было и думать, чтобы пытаться пробить его импровизированную броню из "Фаланги", а "Защитник", который, теоретически, мог с этим справиться, лежал в противоположном углу. Гигант оторвал крупный кусок от одной из полок и швырнул в Новака. Но обломок завис в воздухе, а затем обрушился на голову автомата. Тот закачался на месте, как пьяный, и получив в незащищенную голову очередь из винтовки(стрелял Эванс), рухнул на пол, как подкошенный.
Эванс с усмешкой подошел к винтовке, лежащей в дальнем углу, и бросил её Новаку.
- Вот видишь, мы все-таки подоспели вовремя. Но и ты, как я погляжу, даром время не терял, - он взглянул на трупы прыгуна и ящера.
Новак ничего не ответил. Вместо этого он спросил:
- Ну так куда пойдем дальше?
- Хм. Наверх подниматься, думаю, нет смысла. В конце-концов, турианцы вполне могут быть здесь, внизу. Вот только где точно, неизвестно. Осмотрите стены, но дальше чем на 5 метров не расходиться...
Внезапно, до отряда донесся еле слышный звук взрыва, исходящий из противоположного конца здания.
- Так, быстрее! - поторопил Эванс.
- Вскрыли входную дверь? - уточнил Новак. Коул не ответил.
Спутники лихорадочно заметались, и наконец, Лахтинен наткнулся на то, что они искали.
- Командир, взгляните-ка, - позвал он.
Эванс увидел его стоящим над трупом турианца. Шея у него была свернута, а на броне ясно отпечатались следы укусов.
- Так-с, похоже одним членом группы точно стало меньше, - сказал Коул.
- А по мне, так все они уже давно стали трупами. Не удивлюсь, если скоро мы наткнемся и на остальных. - усмехнулся Новак.
- Тихо, дай-ка его осмотреть... - Коул коснулся головы турианца и проверил температурные датчики. - Да, он мертв. Всего в группе было шесть турианцев, ещё один, тот самый, кто оставил код на том датападе, пропал без вести, но пока мы не можем считать, что он наверняка погиб. Но... Вот этот ещё теплый. Значит, его убили совсем недавно. Так, поспешим. Кто-то ещё мог остаться в живых. - с этими словами он указал на дверь, на пороге которой и лежал труп.
- Эх, что-то мы слишком много думаем о турианцах. А он нас кто подумает? - мрачно заметил Новак. О своем видении он решил спутникам не рассказывать.
-
2
-
-
Хорошо. Что касается тактических боев - обязательно создам такие условия. Враги, которые попадались отряду действовали несогласованно, вследствие низкого уровня интеллекта. В дальнейшем будут попадаться и другие, более опасные.
-
Как выясняется впоследствии, результаты инцидента могут повлиять на судьбу всей человеческой расы, причем даже привести к её полному уничтожению, но это будет описано впоследствии. Итак, вторая часть:
Глава II
Эванс и Новак осторожно шли по темному тоннелю канализации. Казалось, время остановилось и только журчание воды убеждало их, что все это происходит в реальности. Вскоре, свет, пробивающийся с поверхности, погас и спутники оказались в кромешной тьме. Эванс зажег фонарь винтовки. Где-то впереди были слышны крики, но они не приближались, а казалось, удалялись от него.
Вдруг Новак выронил винтовку и, схватившись за шлем, опустился на пол. Обернувшись, Коул увидел, что поляк, что-то бормоча на своем языке, лихорадочно рассекает руками воздух, будто пытаясь побороть невидимого противника. Эванс шагнул к нему и в этот момент до них донесся нечеловеческий вопль. На этот раз, он шел оттуда, откуда они пришли. Коул схватил поляка за руку и, рывком поставив его на ноги, вытащил инъектор с адреналином. Содрав с поляка шлем, он впрыснул содержимое ему в шею. Спустя несколько секунд Новак очнулся.
- Wszystko dobrze, szefie... - пробормотал он.
- Что?
- Извини, шеф. Просто мне показалось... Будто они пытаются забрать меня во мрак, откуда они пришли. Сам город восстал против нас! Я не могу даже описать, каково это...
- Хватит нести чушь. Как насчет "них", так и насчет города. Надень шлем, - Эванс взглянул в тоннель, откуда исходили вопли.
Оба бойца ринулись туда. Эванс чувствовал, что крик слышится все ближе... Причем не только спереди. Чувство опасности, сформировавшееся за годы службы в ВКС, заставило его обернуться. За ними следовали двое монстров. Один из них походил на человека, только у него не было ни одного зуба, губы были в два раза крупнее, чем обычно, и он был был буквально усеян язвами. Второй был покрыт черной чешуей и напоминал огромного ящера.
"Так... Чтобы это ни было, оно нас явно не любит..." - подумал Эванс, срывая с плеча винтовку. Но Новак его опередил, бросив во врагов гранату. От взрыва стены тоннеля, казалось, содрогнулись, одну из тварей, которая напоминала человека, разорвало на куски. Другую отбросило к стене и Эванс расстрелял её из винтовки.
- Гранаты не использовать без приказа! - приказал он.
Бойцы двинулись дальше. Через минуту их взорам предстало такое зрелище.
Танели Лахтинен неподвижно застыв, смотрел в темноту. Подбежав к нему, Эванс рывком развернул его к себе и увидел на его лице выражение смертельного ужаса. В этот момент одна из водонапорных труб, протянутых вдоль стен тоннеля, буквально зашипела и из пробоины, образовавшейся буквально на глазах, полилась вода. В темноте раздались тяжелые шаги. Затем Эванс почувствовал мощный удар по барабанным перепонкам, как от разрыва светошумовой гранаты. Глаза как будто потеряли светофильтрацию, в ушах засвистело. Коул был как в тумане. И в этом тумане он увидел блики красных огоньков, которые танцевали во тьме, как светлячки. Неожиданно огоньки собрались в одну точку и превратились в огромный шар, который осветил две огромные когтистые лапы, которые его поддерживали. Через несколько секунд из тоннеля вышло и само существо. Шар взмыл на его лапами и взлетел выше его головы. Ростом существо было выше двух метров, одето в огромный серый плащ, укрывавший её с ног до головы. Лишь лицо было отчетливо видно: оно напоминало лицо инопланетянина, из популярных американских киножурналов второй половины полудикого XX века. Цвет кожи был абсолютно розовый, абсолютно черные глаза, которые были лишены зрачков. Строение губ, кругом отпечатавшихся на лице, напоминало присоску пиявки, и пораженный Эванс понял, что оно вообще не имело рта, а губы были выступами на абсолютно гладком лице, подергиваясь, как червяки. Ещё он понял, что не может пошевелиться.
Гигант раскинул руки, и шар, ярко освещающий темную канализацию, полетел в лицо Эвансу. В этот момент его кто-то схватил за шиворот и отбросил к стенке. Буквально через секунду шар взорвался на том самом месте, где стоял Эванс. Заряд щитов упал до 20%, датчики скафандра завопили, предупреждая о резком скачке температуры за бортом. В этот момент Коул вновь почувствовал, что владеет собой.
- Открыть огонь! - приказал он.
Новак, уходя от второго шара, откатился в правый угол тоннеля и, вскинув винтовку, выпустил всю обойму в гиганта. От плаща во все стороны, вперемешку с рваной тканью, полетели кровавые ошметки, но гигант не издал ни звука. Коул прицелился ему в голову, но пальцы словно приросли к винтовке, а прицел самопроизвольно плавал, никак не наводясь на цель. Тем временем, враг запустил третий шар, и снова в него. Коул откатился в сторону, понимая, что не успеет найти подходящее укрытие. Но шар неожиданно повис в воздухе. Очнувшийся от шокового состояния Лахтинен с трудом пытался удержать шар в воздухе.
- Направь шар обратно в него! - крикнул Коул.
Шар медленно полетел в монстра. Тот не успел среагировать и шар взорвался, находясь в полуметре от него.
Гигант схватился за обожженое лицо и рухнул, сраженный метким выстрелом Новака.
Коул тяжело поднялся на ноги. Темная, как ночь канализация неожиданно показалась ему призрачно-серой. Ни радости от того, что он выжил, ни ужаса от пережитого, он не испытывал, как будто в голове перегорел блок эмоций. Он повесил винтовку на пояс и обернулся к Лахтинену.
- Какого черта ты полез сюда?
- Командир, я... Я не могу вспомнить. Как будто меня кто-то звал. Я не мог сопротивляться зову.
- Вот как! - усмехнулся Новак, - Я тоже чувствовал что-то подобное, но уже здесь. Шеф, может все-таки расскажешь нам, во что мы ввязались?
- Мне известно не больше, чем вам, солдаты, - мрачно сказал Коул. - Я никогда не встречал таких тварей, даже молотильщик, с которым мы сталкивались на Требине, когда зачищали скопление Артемиды от гетов, не являлся настолько непонятным.
- Непонятным? Да эта тварь, которую мы только что грохнули, владела биотическими способностями, причем даже более сильными, чем у среднестатичного биотика! Когда я отбрасывал шар обратно в него, он попытался овладеть моим разумом и сделал бы это, опоздай я хоть на секунду! - воскликнул Лахтинен.
- Без паники, бойцы. Чтобы нам ещё не встретилось в этом городе, мы обязаны довести свою миссию до конца. Отряд, который турианцы сюда забросили, комплектовался из лучших сотрудников спецслужб Иерархии. А значит, есть все шансы, что они ещё живы.
- Живых тут ненавидят, - бросил Новак. - Куда идем дальше? Вперед, или вернемся? Только вот, что-то не хочется мне возвращаться, как будто это ублюдки только и ждут, что мы попадем к ним в когти... - он боязливо оглянулся.
- Пойдем вперед. Судя по карте, там должен быть другой выход, неподалеку от супермаркета. Турианцы вполне могли закрепиться там.
- Командир, а что же насчет батарианцев? Я не уверен, что потеряв здесь летун, они просто так оставят этот город... - сказал Лахтинен.
- Согласен, четырехглазые небось, уже отправили сюда части регулярной армии. И если они нас поймают, то повесят на нас гибель ихнего летуна, с последовательным превращением нас в дуршлаг. - ухмыльнулся поляк.
- Насчет батарианцев те же инструкции. Избегать с ними связи, но при непосредственном контакте разрешен огонь на поражение. Мы здесь как на войне, бойцы. Постарайтесь этого не забывать. - с этими словами Коул бросил Лахтинену его винтовку.
- Эх, как я соскучился по своему Люблину... - проговорил Новак.
Спутники шли уже почти полчаса по темному тоннелю канализации, который, казалось, был бесконечным. Изредка Коул слышал чьи то шаги, доносящиеся буквально отовсюду. Казалось, кто-то наблюдает за ними, из кромешной тьмы, куда уже годами не заглядывал свет. Эвансу чудилось, что он и его спутники остались единственными живыми людьми во Вселенной, а вокруг царила первозданная ночь. И эта ночь, прорезающаяся лучами фонарей, смыкалась вокруг отряда, подползая все ближе и ближе к нему, будто пытаясь его поглотить.
неожиданно Новак указал на стену. Направив на неё луч фонаря, Эванс увидел заржавленную лестницу, упиравшуюся в заваренный люк.
- Так, отлично. Не уверен, конечно, в прочности лестницы, так что лезть будем по одному. Новак, вскрой люк. Мы прикроем.
- Как прикажешь, шеф, - проговорил поляк. С трудом забравшись по лестнице, которая могла в любую минуту рухнуть на пол, он вытащил электронный резак и начал распаивать люк.
И сейчас же в темной тишине канализации, до спутников донеслись отдаленные завывания. Вой длился не переставая, постепенно приближаясь. Коул поторопил поляка:
- Новак, ты не мог бы побыстрее, пока они на нас не обрушились?
- Нет шеф, но если хотите, то можете залезть сюда, вместо меня, авось дело быстрее пойдет... - тут вой раздался совсем близко и Новак покосился на тоннель, - А может, и нет.
- Хорошая мысль, - сказал Коул, резким движением снимая винтовку с пояса и занимая сидячее состояние за импровизированным укрытием, которым служила свалка странной железной рухляди, - Но немного запоздалая. Лахтинен, биотику не применяй без приказа.
- Так точно, командир, - отдал честь Лахтинен.
Вой, казалось, стоял в ушах, но атаки все не было. Наконец, из тоннеля выскочил пес и, бросившись на Эванса, упал, получив в лоб несколько пуль, разорвавших его голову на куски. Эванс глянул на труп. В собаке не было ничего сверхестественного, если не считать того, что шерсть, которая покрывала её, на самом деле была черной чешуёй...
В этот момент, жужжание резака прекратилось и Новак крикнул, что люк вскрыт. Махнув рукой Лахтинену, Коул поднялся на ноги и начал отступать к лестнице. Из тоннеля в его сторону, с отчаянным лаем бросилось несколько собак. Одна из них, взмыв в прыжке в воздух, приземлилась на Лахтинена, и сразу же, наткнувшись на биотический барьер, упала на землю, и, получив в упор очередь из его винтовки, затихла навсегда.. Ещё двоих застрелил Коул, но собаки все прибывали. Пропустив Лахтинена первым, Коул прижался к лестнице, отстреливая обезумевших тварей. Одна из собак все-таки сумела вцепиться ему в руку. Щиты поглотили удар от укуса, и пес, не сумев уцепиться за бронескафандр, рухнул на землю и взвыл, очевидно сломав ноги. В следующий момент его голова превратилось в кровавое месиво, получив очередь из винтовки.
- Командир, ваша очередь! - крикнул Лахтинен. Коул резко обернулся к лестнице и увидел, как собака, попытавшаяся обойти его, корчится рядом на земле в предсмертных судорогах.
Коул забросил винтовку наверх и, вцепившись в лестницу, полез по ней. Он уже почти выбрался на поверхность, как одна из собак, подпрыгнувшая на нереальную для неё высоту, вцепилась ему в ногу и крепко повисла на ней 30 килограммовой гирей. Коул с огромным трудом продолжал лезть наверх, положившись на щит. Но когда до верха оставалось совсем немного, лестница отломалась от стены.
- Шеф, хватайся за руку! Быстро! - заорал Новак, протягивая ему руку. Коул в последний момент успел её схватить, а пес, держащий его за ногу, сорвался и с визгом полетел вниз. У земли визг оборвался - тварь свернула себе шею. Подтянувшись, Коул выбрался из люка и растянулся на земле. Новак начал заваривать люк, ограждая спутников от разочарованного воя, доносящегося откуда то снизу.
Через минуту Коул поднялся и первым делом проверил состояние скафандра. Щиты поглотили все удары, кое-где остались вмятины, но серьезных повреждений не было.
- Все в порядке, шеф? - спросил Новак.
- В порядке. Выдвигаемся к супермаркету.
Спутники двинулись дальше. Было ровно 8.00 утра, но кругом не было ни слышно ни птичьего щебета, ни шорохов. Казалось, вся жизнь мира ушла в ночь, а днем город выглядел безмолвным и пустым. Но Эванс понимал, что первое впечатление всегда обманчиво и произошедшие события только подтверждали это. Однако истинный масштаб опасности, царившей в этом городе, ему суждено было узнать гораздо позже...
Подойдя к супермаркету, спутники увидели, что ход в него взорван и на месте входной двери был завал.
- Весело, - проговорил Новак, - Только не говорите, шеф, что мы будем это расчищать.
Коул осмотрелся. Стекла на окнах супермаркета были бронированные, но одно из них (к его величайшему удивлению) было напрочь выбито. Он указал на него.
- Что? Шеф, ты предлагаешь лезть туда? Проще уж взлететь!
- Новак, если у тебя есть идея получше, мы с удовольствием послушаем. - ответил Эванс.
- Подождите, а может есть и другой вход? Ну, аварийный выход? - предположил Лахтинен.
- Аварийный? Ха, проще найти, чем взломать! Ты не понимаешь, что система безопасности тут беспрецедентная?
- Хватит! - оборвал их Эванс. Он взглянул снова на окно:
- Оно находится всего в 2-х с половиной метрах от земли. Если подсадить, то вскарабкаться можно. А затем первый поможет забраться остальным.
- Как скажете, шеф. И не волнуйтесь, я вас прикрою, - проговорил Новак.
- Эх, Станислав, хорошая была попытка, но неудачная. Первым идешь ты.
- Вы уверены, шеф? Может, - Новак покосился на Лахтинена. - Может биотик лучше справится с такой задачей? Может он применит свои великие способности и забросит нас туда без всяких усилий с нашей стороны?
- С ума сошел? Я не смогу это сделать! - возмутился Лахтинен.
- Новак, это приказ, а приказы не обсуждаются. Так что вперед! - ответил Эванс.
Сплюнув, поляк подошел к стене супермаркета и взглянул наверх. Тут из окна раздался шорох, а дальше на спутников обрушилась целая череда событий.
Из окна показалась чья то рука, которая схватила Новака за шиворот и забросила внутрь. В этот момент Лахтинен, ни слова не говоря, указал на другую сторону улицы. Эванс взглянул туда и увидел. как целая стая собак, выбравшись из канализации через открытый люк, с бешеным лаем несется прямо к ним.
- Новак! Новак! Ответь, немедленно! - заорал Эванс в комплинк, пытаясь перекричать лай, заглушавший все вокруг. В ответ из окна послышались вопли и звуки стрельбы, затем до Эванс донесся шум падающего тела. А потом Новак возник в окне, с дымящейся винтовкой наперевес.
- Спасибо, шеф, что решили послать меня сюда перв... Psja krew!
- Так, Лахтинен, прикрой. Новак, заткнись и помоги залезть.
Матерясь через полслова, Новак бросил винтовку в глубь комнаты и протянул Эвансу руку. Но в ту же секунду до спутников донесся рев летуна.
- Быстрее, черт бы тебя побрал!
Наконец, Эванс залез в окно. Обернувшись, он увидел несколько собачьих трупов, лежащих рядом с супермаркетом. Ещё одна собака летела назад, отброшенная биотическим ударом, испуганно скуля. Лахтинен прижался к стене, перезаряжая винтовку. В этот момент из-за домов показался летун, с ревом разрезая воздух. Лахтинен бросил винтовку Эвансу и, вцепившись в руку Новака, полез по стене. Отбросив винтовку в сторону, Эванс бросился к окну и помог Новаку. Наконец, все трое оказались в комнате, а снаружи доносился шум взрывов - то взрывались ракеты летуна, накрывавшие уцелевших собак.
Наконец, все стихло. Первым тишину нарушил Новак:
- Шеф, когда вздумаете снова послать меня первым, предупреждайте о том, что местные нам не очень рады, - с этими словами он указал на получеловеческий труп, валяющийся посреди комнаты.
- Я думаю, ты в этом уже убедился! - усмехнулся Эванс. Поднявшись с пола, он подошел к выломанной двери, ведущей из комнаты. Её верхняя часть была выбита чем то тяжелым и валялась на полу в комнате, а нижняя часть имела следы многочисленных укусов. Вдобавок оказалось, что она была намертво заблокирована, но проем в ней был достаточно широк, чтобы можно было пролезть. Эванс махнул рукой спутникам:
- Уходим.
- Подождите, командир, - сказал Лахтинен, подняв с пола датапад, лежащий в дальнем углу комнаты, который Эванс не заметил. - Может, на нем есть что-то важное.
- Давай сюда, - приказал Коул.
Взяв датапад он внимательно просмотрел его содержимое. На нем была информация о товарах, находившихся в супермаркете, информация о разгрузке и...
- Хм, странно.
- В чем дело, шеф? - к нему подошел Новак.
- На датападе есть запись, сделанная на турианском. Причем, судя по дате, она была сделана около 10 часов назад. А значит, турианцы вполне могут быть ещё живы. Новак, переведи, - Коул протянул ему датапад.
- Так, дай глянуть... Ага... - Новак около минуты просматривал запись, а затем усмехнулся:
- М-да, не сильно ему повезло!
- Говори уже, что там.
- Хорошо, только дочитаю... Так, слушайте: "Мне удалось получить коды доступа в секретную часть здания, что могло дать нам возможность скрыться от них другим путем. Но меня отрезали в этой комнате, и они вот-вот сюда доберутся. Постараюсь бежать через окно. Оставляю датапад здесь, на случай если кто-нибудь наткнется на него. Код доступа 6YG-3UK-2HV." - вот и все. От чего код - непонятно. И главное: что тут может быть таким важным, что держится в секрете? Касса, что-ли?
- Хватит, Новак. Эта информация может нам пригодиться в дальнейшем. А главное - мы наконец наткнулись на след пропавшей группы. Возможно, они знают, от чего этот код или хотя бы оставили записи. В любом случае, они не могли исчезнуть бесследно. А теперь выдвигаемся.
-
4
-
-
Есть. Проходить его после Firewalker'a) А если честно - не знаю.
-
Проверил, высаживается на Молоте. Но откуда черт побери он взялся у меня на Нормандии, если я не прошел Повелитель пламени?
Я тоже проходил Firewalker после Повелителя. Что самое интересное, я мог созерцать Молот в грузовом отсеке только после Firawalker. Даже после Повелителя его там не было. Возможно, это просчет разработчиков, считавших, что Firawalker проходится раньше Повелителя.
-
"Покупайте лицензию!" - вот зачем.
Лицензию как раз и покупал - а скачивать все-равно пришлось.
-
А приземляешься на планету на чем? На челноке или все-таки "Молот"?
На Молоте. Там ведь поначалу зачищаешь станцию от гетов и уничтожаешь... Но это уже сюжет. А Молот стоит во дворе, в него садишься уже потом.
-
Вы слишком много играли в МЕ, если:
.... Каждый раз, садясь за комп, вы ожидаете, что вот-вот его захватит злобный ИИ, объединенный с разумом человека.
.... Когда после похода в клуб вы наутро просыпаетесь с больной головой, то у вас возникает желание пойти к бармену и заставить его выпить то пойло, которым он вас тогда угостил...
.... Увидев, что человек воздевает руки кверху, вы бежите без оглядки, считая, что он собирается применить биотику.
.... Перед стрелкой Вы пытаетесь вспомнить, где забыли свою винтовку, т.к. не нашли её за спиной.
.... Поранившись, вы первым делом ищите не компресс или бинт, а панацелин.
.... Или удивляетесь, что ваше здоровье не восстанавливается самопроизвольно за считанные секунды.
.... Ложась спать, вы уверены, что проснетесь под звуки выстрелов и голос Миранды.
.... Поднявшись с операционного стола, вы первым делом хватаетесь за лицо, проверяя, все ли шрамы залечены.
.... Перед тем, как выйти из дома, вы обязательно берете с собой не более-не менее двоих спутников.
.... Вашего босса вы называете "Призрак". И порой замечаете бирюзовый блеск в его глазах, похожих на механические.
.... Поссорившись со своей девушкой, вы пытаетесь вспомнить, на каком слоте засейвились...
.... или обыскиваете все комнаты у себя дома, чтобы замутить с другой.
.... Вы боитесь идти к доктору, так как он может набить вам морду и выкинуть из клиники, если вы попытаетесь стырить у него чего-нить.
.... Вы уверены - если вас рвет, то это наверняка из-за того, что вы накануне перепили "Ринкола".
.... Всех наркоманов, находящихся в экстазе, вы сравниваете с Богом Биотики и искренне интересуетесь: насколько велики их биотические способности?
.... В аптеке вы просите продать вам панацелин...
.... искренне удивляетесь, что он так дешево стоит...
.... и ещё больше удивляетесь, когда вам протягивают упаковку таблеток с надписью "пенициллин".
.... Вы подбираете всякие любопытные вещи, убеждая себя, что это пригодится вам в исследованиях.
.... Стоя перед гардеробом, вы часами не можете выбрать, какую броню надеть и какого она будет цвета.
.... Ваша девушка увлекается археологией.
.... Вы уверены, что все ожоги и шрамы на вашем теле - результат незаконченности проекта "Лазарь".
.... Услышав, что в таком то регионе вспыхнула эпидемия, вы предполагаете, что надо только повернуть винтиль, чтобы её остановить.
.... Во всех анкетах вы отмечаете свое место жительство как "Нормандия".
.... Вы сравниваете ООН с Советом Цитадели.
.... В магазине вы всегда требуете от продавца сделать вам скидку.
.... Придя в гости к своей девушке первым делом вы ожидаете от неё услышать: "Взломаешь пару-тройку терминалов?"
.... Долго думаете, прежде чем принять предложение о работе в научной лаборатории - а вдруг ещё взорвут...
.... Вы боитесь иной раз зайти в какую-либо пещеру, так-как там могут быть хаски.
.... Услышав пьяные вздохи, вы лихорадочно снимаете со спины винтовку, уверенные, что услышали хаска.
.... Когда вас кто-то обгоняет на машине, вы начинаете рефлекторно маневрировать, чтобы уклониться от сбрасываемых мин.
.... Вы уверены, что если вас преследуют видения - это результат воздействия протеанского маяка.
.... Находясь в гостях, вы взламываете там все сундуки и сейфы.
.... Если вы считаете, что день прошел удачно, то начинаете высчитывать, сколько за это вам начислилось очков навыков.
.... Если вам не удалось убедить в своей правоте вашего собеседника, то вы считаете, что это произошло потому, что вы не прокачали очки убеждения парагона/ренегата.
.... Возвращаясь домой, вы ожидаете услышать от своей секретарши, что к вам на терминал пришло очередное письмо.
.... Оказавшись на месте археологических раскопок, вы первым делом ищите протеанские артефакты.
.... Вы не можете легко найти торговца оружием и искренне удивляетесь.
.... При виде какого-нибудь жука, вы предполагаете, что это уменьшенный во много раз Хранитель.
.... Вы считаете, что все псы, живущие на Земле - изнеженные болонки.
.... Если вы вступаете в драку, то вы удивляетесь, не увидев прицела перед собой.
.... Если вам в руки попадает четырехглазое существо(рыба, опоссум, паук), то вы без жалости убиваете его, сравнивая его с батарианцами.
.... Придя в тир, вы первым делом ищите орудие для стрельбы по пыжакам.
.... Целясь, вы пытаетесь врубить "Адреналин", чтобы расстрелять противника, пока тот не успеет шевельнуться.
.... Вы покупаете и читаете ВСЕ книги, которые вам попадаются, потому что вы считаете, что это дает вам очки опыта.
.... Вы прошли ME более 50-ти раз...
.... и собираетесь пройти ещё столько же.
.... Каждая машина, по вашему мнению, должна быть снабжена пушками.
.... Вы удивляетесь, что шарик, лежащий у вас на столе, не плавает над ним, если к нему прикоснуться.
.... Программа-максимум в вашей жизни - спасти Галактику от вторжения Риперов.
.... Программа-минимум - закрутить роман с синекожей инопланетянкой.
.... Вы потеряли ключи от дома и теперь пытаетесь взломать дверь - сначала с помощью уни-геля, но вспомнив, что уни-гель давно отменили, вы пытаетесь найти электронный замок и обойти его защиту.
.... Услышав слова: "Они заметили нас" - вы быстро прячетесь за какое-нибудь укрытие.
.... Услышав, что кролики так шибко размножаются, вы считаете, что они приходятся родственникам ворча.
.... Вы называете свою собаку Урцем.
.... И хотите сбагрить деньжат, устроив собачьи бои и поставив на него.
.... У вас дома есть арсенал, где лежат все стволы из ME
.... Вы знаете имена разработчиков ME наизусть.
.... Вы уже до 12 ночи читаете этот сайт
а щас ещё пойдете вновь проходить ME1 с ME2 впридачу...-
8
-
-
Ну вы блин, даете
Аффтор, пиши исчо))
-
Во-первых умений было пять, во-вторых уникальные были (например светошумовая у Касуми)
Проблема в том, что, если конечно играть без читов, полностью прокачать можно только 5 навыков + 1 на любой 6-й навык(а если обнулить характеристики и вновь их прокачать, только по другому, все-равно понимаешь, что другие навыки теряются). Можно или прокачать множество навыков, но не до конца, или заюзать чит, но это на любителя.
-
так или иначе, но все ожидания выполнены не будут: обязательно где-нибудь облажаются. Но это мелочи, хуже если выпустят основной сюжет, а всякие вкусности и плюшки, которых в том же МЕ2 процентов 40 игрового времени, надо будет где-то искать за отдельные бабки.
Ничего, настанет тот день, когда и ты, и кто либо другой ещё сможет поиграть в ME3 со всеми возможными локациями, персонажами, сюжетными поворотами и т. д. и т. п.)
' timestamp='1332085882' post='1132944]
Впечатления от игры
в Mass Effect 3
Следуя такой логике, лет через 100(если Человечество к тому времени ещё сохранится) тоже самое можно будет сказать насчет 20-ти летних — они будут считаться за нынешних детей :tongue:
А по меркам Азари —106-9 лет в переводе на человеческий, равен 18 годам. Но стереотип исключительно азарийский — в ME2 на Иллиуме можно встретить азари, обсуждающую со своим отцом возможность вступления в "Затмение". А отец её саларианец! Для которого 40 лет это уже предельный возраст. Так что, по сравнению с той же Лиарой, она вообще вчнрашний младенец.
И да, она шикарна )