Перейти к содержанию
BioWare Russian Community

Nevil

Посетители
  • Публикаций

    583
  • Зарегистрирован

  • Посещение

Репутация

459 Популярный

Информация о Nevil

Посетители профиля

Блок последних пользователей отключён и не показывается другим пользователям.

  1. Nevil

    Dragon Age: May Andraste

    — Потому что это в сказках благодарные дамы отплачивают отважным мужам ключами и туманными обещаниями сокровищ. В реальности, если чужой человек подойдёт к чародейскому сундуку и без спроса его откроет, мне кажется, будет очень много неудобных вопросов. Возможно, много очень неудобных ударов по голове. Или одной горящей задницы. Так что, — он мягко похлопал по её руке, — откроем вместе, когда я вернусь. Да и кто знает, — сказал он, поворачиваясь, чтобы уйти. — Может, я не отважный муж и вернусь, визжа от страха, с пустыми руками. — Так ведь в этом всё удовольствие от поиска сокровищ — нарваться на драконов! Лирил хотела добавить еще что-то крайне важное о роли драконов в приключениях в целом и в поиске сокровищ в частности, как вдруг её осенило. Постойте-ка. Это снова происходит... Мама, папа, Анна, близнецы мельника, лисенок Фыр... скольких она еще обокрала прежде, чем поняла, что на самом деле творит? Она тщательно заковала улыбки под маску спокойствия, она спрятала смех в мире грёз, и всё же... опять это неприятное чувство, будто небо решило обрушиться. Ты чудовище, Лирил, мерзкая, безобразная гадина: подошла задать невинный вопрос, а толкнула незнакомца на какие-то безумные поиски. Во время уговоров ты думала, что поддалась зову сердца, а на деле же ты, сама того не замечая, как коварная расчетливая тварь, просто избрала самый эффективный путь к достижению цели. Посмотри на него хорошенько: хлопает тебя по руке, не принимает награды! Это должно было стать обычной хладнокровной сделкой, а превратилось в наг знает что. Лицо девушки оставалось по-прежнему спокойным, но взгляд наполнился смятением и тревогой и она тут же резко отдернула руку. И ничего уже не отменить, ты и сама знаешь, вздорная девчонка, стоит лишь бросить камень и кругов на воде не избежать. Все что отныне ты будешь делать — наблюдать и задыхаться от бессилия! Нет! — у неё ещё есть время, даже чтобы убить маму понадобилось полгода. Она должна будет все исправить, непременно. — Будь осторожен, Страж. Прошу. — только и прошептала чародейка. — Об этом я прошу сильнее, чем о всем прочем. Больше её здесь ничего не держало. Лирил развернулась и быстро, будто желая сбежать от собственных мыслей, направилась к лазарету. Маленький резной ключ обжигал ладонь чужим теплом.
  2. Nevil

    Dragon Age: May Andraste

    — Эй! — окликнул её Алистер, занервничав от такого ответа. — Какие маги и какой замок? Мне ваши секреты не нужны. Лирил моментально обернулась и удивленно посмотрела на Стража. — Правда? А чьи нужны? Это становилось забавным и будь она игривее или мстительнее, воспользовалась бы замешательством Стража, чтобы отплатить тому сторицей за недавние розыгрыши. Когда-то давно она бы именно так и поступила, но с тех пор жизнь научила чародейку слишком многому. — Ключ от сундука магов. — она легко вздохнула, собираясь с силами, чтобы изгнать слова с губ. — Твоя проницательность превосходит высшие пики Морозных гор. Чародеи его не заслуживают, они позабыли о долге, а вы, похоже, еще не успели. Значит пусть его содержимое послужит тем, кто готов действовать, а не лепетать бесконечные глупости о собственном величии. Ну что, уговор? — произнесла она, вопросительно выгибая бровь.
  3. Nevil

    Dragon Age: May Andraste

    — Хорошо. К слову, — Алистер взял ключ из рук девушки и рассмотрел его по-лучше, — это к чему? — Маги. Сундук. Замок. — Лирил слегка пожала плечами, мол что тут может быть непонятного, очевидно же, что ключ открывает замок. — Разберешься. Слова давались ей с всё большим трудом. Она будто наговорилась на вечность вперед: дело того, конечно, стоило и девушка верила, что старалась не зря, но общаться с людьми порой было так утомительно. Не зная, что можно еще добавить, она слегка кивнула на прощание и развернулась к уводящим прочь от лагеря Стражей ступеням.
  4. Nevil

    Dragon Age: May Andraste

    — Хмм, дай-ка подумать... Может, если это будет не поручение, а просьба... Да, дружеская просьба... Тогда ситуация не будет такой неприятной. Да, думаю так. Не хочешь попросить меня о чем-то, Лирин? — на его лице появилась слабая улыбка. Что?! Снова это? Ты просто игнорируешь мои прямые просьбы указать на кого-то из Стражей и заменяешь такой, которую хотел бы услышать? Ты говоришь, что я трачу много слов, но сам же не отпускаешь меня битый час? Ты требуешь дружескую просьбу, но я вас, Стражей, впервые вижу! Это уже не свет-и-бред, это что-то чрезвычайно изощренное. Встречались ей конечно в Кинлох чудаки разных мастей и степени заскоков, но чтоб такие... Так-с, думай Лирил, думай! Составить просьбу для друга в краткой, достаточной форме. Кто ей здесь вообще друг? Задумавшись девушка чуть склонила голову набок и прикусила губу. Хм... Ну конечно же — мабари! Он умный, добрый, храбрый, честный, он в беде и Лирил хочет прийти ему на помощь во что бы то ни стало! А еще он все понимает без слов и не дурачится попусту. Да он идеален на фоне некоторых... — Прошу цветы с болот для сэра Рычарда! — девушка протянула странному Стражу ключ на раскрытой ладони. — Прошу!
  5. Nevil

    Dragon Age: May Andraste

    — Ты сказала "скверны"? Боюсь, моя странная рыжая колдунья, от неё нет исцеления. Мы проверяли. — Я знаю. Чародеи считают так же. Именно поэтому так важно проверить любую, даже самую невероятную возможность. Рушить догмы — лучший способ не стареть. Человек, поведавший мне о способе с цветком желает излечить мабари. Но если это сработает на мабари, то почему не может сработать на человеке, ведь есть поверье о том, что долийские хранители знают рецепт травяного зелья, способного замедлять действие скверны. Где бы только найти радушного хранителя, который захочет поделиться знаниями с шемлен, да еще и посреди Диких Земель? — чародейка пожала плечами, мол не вижу очередь из желающих разбираться с очевидно важной проблемой. — Я хочу воочию убедиться в эффективности возможного способа и заодно всё о нем разузнать. Любая зацепка ценна: знание дорогой гость, да посещает только упорных. Кроме того, этот раненый... сейчас его словам никто не верит, но если бедняге станет легче, то возможно в глазах окружающих его слова приобретут больше веса и он будет наконец-то выслушан. В королевстве безумцев единственный нормальный человек сам будет выглядеть безумным. Это настораживает... сама возможность того, что с ума сошел не он, а мы, зарывшие свои головы в песок наивной беспечности. С каждым сказанным словом Лирил все больше напирала. Она становилась самоуверенной и решительной, когда дело доходило до пояснений, иногда даже слишком. Девушке самой не нравилась эта черта, брат раньше частенько подшучивал над ней за это, называя то малышкой бронто, то хваткой мабари. Что это я делаю? — запоздало спохватилась Лирил. Если хорошенько надавишь, то получишь желаемое! — надменно нашептывала рациональная Лирил. Получишь, но действительно ли хочешь заполучить помощь таким образом? — перечила Лирил эмоциональная, самая тихая и нелюбимая из всех возможных. Обычно она молчала, — чародейка научилась держать её в ежовых рукавицах, но стоило той только подать голос, как тут же начинались проблемы. Всегда. — Знаешь, — тише и мягче добавила чародейка Круга после некоторых раздумий — пусть этот раз будет первым... я о спасительном ворчании. Ты не обязан делать то, чего не хочешь или идти наперекор собственным убеждениям. Ты ничего мне не должен, прошу, просто подскажи того, для кого помощь чародейке не покажется настолько... неприятной задачей и я уйду. Обещаю, что больше не буду раздражать вас своим присутствием, "главный-не-главный" Страж и беглец-из-Круга. Теперь уже Лирил не смотрела на собеседников, её взгляд приковал камень полуразрушенных сводов, шершавый, твердый, непреклонный даже перед ликом времени. Она завидовала его стойкости и решительности переспорить вечность. Отрадно спать — отрадней камнем быть. В Дракона Век преступный и постыдный не жить, не чувствовать – удел завидный...
  6. Nevil

    Dragon Age: May Andraste

    — Я уже потерял. Потерял всё. Осталась лишь моя жизнь, которой, как и любой жизни — грош цена. Нет нужды беспокоиться обо мне. Мой путь к Серым Стражам, я уверен, отличался от твоего. Так что лучше заботься о себе и своих друзьях, если таковые у тебя есть. Ясно. Он такой же раненый и злой, как все прочие маги Круга — подумала Лирил. Вот так одним взмахом обесценил все чужие жизни в попытках оправдать ничтожность собственной. Самый опасный вид чародеев: те, что утопают в отчаяньи. Лирил даже не было его жаль, ведь с этим он и сам справлялся с лихвой. — Грифоны... все заняты. Ты не пыталась спросить про цветок у своих коллег? — Вопросительно-просящий взгляд Алистера при этом был обращен на новобранца. — И не думаю, что стоит отвлекать Алистера от его дел. Сначала я, теперь ты, Лирил. Если я верно понял, сейчас он исполняет обязанности главного среди Стражей. Не беспокой его по пустякам. — Гарак закатил глаза и сделал неопределенный жест рукой, мол, не бери в голову, это её нормальное состояние. — Заняты, жаль... Не то чтобы Лирил не знала, что последние грифоны исчезли еще в Век Бурь, не то чтобы верила в их чудесное возвращение, но иногда бывает в сердце такой вид надежды — безумный, когда цепляешься за любую призрачную возможность наперекор всему, даже здравому смыслу. Девушка очень любила легенду об Айсли, которую частенько в детстве слышала от брата, полеты и чувство избавления, которые они дарили. Как-то осваивая искусство путешествия она столкнулась с проблемой подчинения крылатых форм. Причина была достаточно проста: она не знала и не могла знать самого ощущения полета, а воображаемый полет не переполнял её чувствами и в итоге форма быстро рассыпалась. Это настолько озадачило Лирил, что она стала отказываться спать, а позже и есть. Днями напролет девочка завороженно наблюдала за стаями птиц в поднебесье, в попытках понять их ощущения, но взамен просветлению чувствовала себя беспомощной пленницей собственной формы: не идеальной, неуклюжей, ограниченной и скучной. Так тянулись длинные серые бессмысленные дни и бессонные ночи, пока наконец брат не заманил её под старый развесистый дуб и не познакомил с новой забавой: качелями. Закрой-ка глаза, расставь-ка руки, представь себя птицей... вхуж! Лирил знала: это не было полноценным полетом, но ощущение свободы, когда с замиранием сердца взмываешь вверх стало её избавлением. — ...было бы расчудесно уснуть на крыльях ветра, искупаться в лазури и распугать все облака, вжууух! — девушка довольно зажмурилась и по привычке расставила руки, не скрывая восторга от воображаемого полета, и только затем поняла, что сказала это вслух. Она испугалась и моментально распахнула глаза, но тут же успокоилась: они и так считали её чудачкой — ровным счетом ничего не изменилось. — Кхм-кхм... так вот, обращаться к коллегам бессмысленно — никто из них не сможет покинуть пределы лагеря без конфликта с храмовниками. Обычных патрульных просить о таком я тоже не могу: без сопровождения Стражей или магов раненых подобным образом станет только больше. Если поиск исцеления от скверны пустяк для исполняющего обязанности главного среди Стражей, так тому и быть, но возможно в военном лагере найдется "не главный" Страж, который согласится меня выслушать? Где мне найти "не главного" Стража?
  7. Nevil

    Dragon Age: May Andraste

    — Я Серый Страж, меня зовут Алистер. Кто умирает и какие цветы вам нужны? — Да-да, ты Серый Страж, а я Иссея... Лирил хотела было отмахнуться от вздорного парня, но вдруг поняла, почему этот разговор казался ей таким странным. Поначалу она не обратила на это внимания, но от сумасброда не веяло ложью. Он потешался над ней, но не лгал, — это была редкая, особенно для игры в нарочный бред, достаточно ровная и в то же время яркая палитра эмоций. Он либо был искусным лжецом, либо свято верил в то, что он — Серый Страж, либо действительно таковым являлся. Последнее предположение казалось Лирил наихудшим: если этот дурачащийся мальчишка — Серый Страж, то раненый бедняга может оказаться ближе к истине, чем сам того желает. И будто в подтверждение её самых неприятных догадок заговорил чародей. — Это... Лирил , да. Эту девушку зовут Лирил, Алистер. И, полагаю, она вместе с контингентом моих бывших, так сказать, коллег, будет участвовать в боях. Или не будет. Не помню её специализацию. - вспомнил я эту девицу, хоть и с трудом. Если верно помню, её Истязания наделали немало шума, и ещё она странная какая-то. Как её вообще сюда отправили? С надеждой, что её порождения тьмы её прибьют? Повернувшись к девушке, он ответил, — Я знаю. И, поверь, мне терять больше нечего. И страдальцем в клетке я больше не буду. Круг сам по себе та ещё клетка. — Тебе всегда есть что терять. — вздохнула Лирил. — Просто это не всегда очевидно до тех пор, пока этого не утратишь. Я сама себя сюда направила и никакие порождения меня здесь не прибьют. Вообще-то в этом весь смысл: я здесь, чтобы порождения не прибили никого. Никого. — последнее слово девушка добавила с нажимом. — Прошу, держись подальше от шатров Круга, пока что все заняты, но как только ритуал будет окончен, кто знает, как изменится настроение храмовников. По словам чародея не было похоже, чтобы собеседники дурачились друг с другом, значит такой участью наградили только её. Какое обидное ребячество... было бы, если бы Лирил умела держать на кого-то обиду. Посмотрим, будешь ли ты продолжать в том же духе после услышанного — подумала Лирил, спокойно обращаясь к Стражу. Если такова цена, я буду подыгрывать хоть орлейскому шуту. — В лазарете появился раненый. Нет, не раненый... мертвый, только он пока не набрался мужества признаться себе в этом. Он и я — таких нас двое. Он всё ещё дышит, он говорит... вообще-то он так кричит, что увиденное от его криков может ослепить или свести с ума! Но его тело, вся его сущность стала неправильной, она отказывается удерживать в себе жизнь, отвергает саму возможность быть живой. Он похож на... кубок без дна: такой невозможно наполнить, влей хоть весь Амарантайн. Я хочу исправить это, вернуть гармонию тому, что дало трещины. Возможно тогда он снова станет видим для идеи жизни. Для этого мне нужны цветы с болот: белоснежные лепестки с кроваво-красной сердцевиной. Цветок приметный, и таких мне нужно хотя бы два: для себя и псаря, человека тихого, но как оказалось, обладающего странными знаниями, недоступными даже целителям Круга. Если все получится мы спасем две жизни, а я обрету крупицу знаний. Если он лжет — я научусь лучше разбираться в людях, что само по себе награда, хоть и не сравнимая с двумя спасенными жизнями. Я не обманываюсь, шансы на успех невелики, но лучше сожалеть о провале, чем об утраченной возможности. Я готова платить. — завершила Лирил, протягивая на ладони резной потертый ключ. — И где же твой грифон, Страж?
  8. Nevil

    Dragon Age: May Andraste

    — Круг немножко в другой стороне... Вы заблудились? Никогда такого не было и вот опять, — второй "медовый гуленька" за сегодня. Хотя стоп... один говорит интенданту всевозможные несуразицы, второй сообщает ей, чародейке Круга, что Круг в другой стороне, на месте, где должны располагаться Серые Стражи она находит мага из Круга и какого-то чудака... Если подытожить, то все становится очевидно — они играют в свет-и-бред всем лагерем! Анна когда-то научил её этому развлечению и они целыми вечерами могли вести беседы самыми невероятными фразами. На каждую долю правды — долю исключительного сумасбродства, тщательно смешать, приукрасить по вкусу. Подавать с серьёзным выражением лица, несмотря на хихиканье оппонента. В любой другой ситуации Лирил бы просто проигнорировала эту детскую забаву, но еще по пути сюда она решила во что бы то ни стало соответствовать ожиданиям окружающих: то, о чем она собиралась просить было слишком важным. — О, нет, я в идеально нужном месте! У меня приглашение для архидемона от королевы наг на чаепитие в честь урожая дождя! Её Величество считают, что капли должны быть крупнее и непременно розовыми, тогда цветы на болотах заколосятся новым цветом. Я очень желаю увидеть эти невероятные цветы! — выпалила Лирил, одаривая странного молодого человека коротким взглядом. Впрочем, её внимание тут же вернулось к магу. — В лагере два десятка храмовников, шанс уйти чародею из лагеря живым и в своем сознании — ничтожный, поверь мне, я рассчитывала всю прошлую ночь. Хватит с меня одного голодающего страдальца в клетке. Что ты здесь делаешь и где Серые Стражи? У меня человек умирает... и не только. Мне нужны цветы, правда, очень нужны.
  9. Nevil

    Dragon Age: May Andraste

    Леон шел ва-банк. Он, конечно, надеялся, что утро мудренее вечера и за прошедшую ночь в памяти все как-то само собой уляжется с милостью Создателя, но то ли Создатель был глух к его мольбам, то ли неспокойному разуму Леона не способно было помочь даже чудо. — Я хотел бы потолковать с бесстрашным бородачом на предмет поддержания боевого духа. Мужчина оторвал взгляд от товаров и с сомнением уставился на Леона, как на умалишенного. Ясно, значит не угадал — с досадой подумал Леон. — Плюшевым возмездием? Взгляд мужчины стал еще жестче. Да демон тебя дери, у тебя же есть какое-то подобие бороды. Ты должен быть чем-то мягким или бородатым. Нужно думать, как паук. — Кудрявый кукуренок? — Леон начинал злиться, скорее на себя самого, и стал перечислять уже все что только мог припомнить наобум. Сиськи Андрасте, если кто-то это все услышыт, подумают, что я заигрываю с мужиком, годящимся мне в отцы! — Пылкий зюзя? Медовая гуленька! Интендант смотрел на молодого наемника с недоверием, но последняя фраза, кажется, попала в цель. Мужчина широко улыбнулся и Леон было уже вознамерился вознести хвалу Андрасте, как за его спиной кто-то нарочито прокашлялся. Наемник почувствовал, как жар заливает щеки и, отказываясь верить в происходящий кошмар, повернулся, чтобы лично убедиться, что нежный голос за спиной всего лишь плод разгулявшегося воображения. Андрасте точно его наказывала: перед ним стояла рыжеволосая девушка, та самая, за которой Леон следил третий день к ряду. Лирил подошла к интенданту, не обращая внимания на странного юношу. Вообще-то её немного раздражало, что кто-то тратил время и занимал внимание нужного ей для расспросов человека какими-то нелепыми играми. — Вы знаете Танната? Высокий, темноволосый, зеленоглазый. — Ээа..аа.. — непроизвольно вырвалось у парня. Если бы он только мог сейчас провалиться сквозь землю, он бы с удовольствием провалился. Девушка наградила его холодным взглядом. Чего он лезет? — Я ищу его. Это важно. — с нажимом добавила она, игнорируя реакцию парня. Интендант растеряно метался взглядом между посетителями. С одной стороны он знал Танната и в этом не было ничего невероятного, с другой — перед ним стоял его же посыльный, который явно мало того, что позабыл все пароли, так еще и не спешил ни в чем сознаваться. За ним что была слежка? Последнее чего хотел предприимчивый снабженец, так это скандала связанного с нелегальной торговлей, разбирательств и прикрытия отличного источника дополнительных доходов. — Столько лиц каждый день. Всех и не припомнить... Он лгал. Лирил не была уверена в чем именно, но что-то было не так и это раздражало еще сильнее, чем дурачащийся рядом болван. — Где его видели в последний раз? Точно не припомните? А если я опрошу стражников? Сколько людей у вас бывает за день? Как вы можете не знать, с кем ведете дела? Это нелогично... Поток вопросов нарастал, как снежный ком и из-за их тона Леону чудилось, что рядом с ним стоит не хрупкая девушка, а по меньшей мере денеримский дознаватель. Вот я влип, — она его не просто ищет, она злая, что тот виверн по весне. Не удивительно, когда речь заходит о пауке, я тоже становлюсь злым. Видимо у них меж собой счеты и треклятый чароплет втянул меня в эту историю, чтобы я проделал за него всю грязную работенку, как всегда. Знать бы еще, что во втором письме. Было сказано передать его цели наедине в безопасном месте, но от паука скорее дождешься, что там угрозы расправы, чем нечто, что поможет мне склонить её на свою сторону. Это в лучшем случае, если в той белиберде вообще есть хоть капля смысла. Он мог и просто пошутить, как обычно. С него станется. — Ну что вы... эээ... госпожа... как всех запомнить то. Тут же целая армия стоит, сами посмотрите и всем чего-то да нужно. — тем временем оправдывался интендант. — А еще то патрули, то разведки. Не упомнишь кто где ходитъ, да и не нужно мне этого. Лирил чувствовала, что желанная зацепка буквально ускользает из её рук, но поделать ничего не могла. У неё заканчивались аргументы и давить уже было не на что. В случившейся неудаче она винила только себя, и от этого её тон становился ещё холоднее и отрешённее. Беседа еще недолго продолжалась, и с каждой выплюнутой чародейкой фразой Леон только сильнее уверялся, что открыть цели свои замыслы до тех пор, пока она не окажется в его полной власти, было бы опасно и неосмотрительно. Наконец повисла тяжелая тишина: у одной окончились аргументы, другой увиливал от прямых ответов с ловкостью стреляного лиса, Леон стоял столбом и за последние десять минут успел дважды побелеть и трижды залиться краской. Андрасте, ну и конфуз, торчу тут, как дочка банна на выданье. И прежде чем подумать нервы Леона выдали такое, чего он и сам от себя не ожидал. — А тебе какие платья нравятся? — Платья? — рыжие локоны резко дернулись в такт повороту головы. Для Леона все, в чем ходили маги, вне зависимости от пола и занятий было платьем. Кроме того, она была девушкой, а по мнению Леона платья, прически и украшения занимали большую часть женских разговоров, если не всю. Девушка посмотрела на него долгим, тяжелым взглядом и Леон почему-то припомнил как когда-то в детстве побывал с отцом на турнире. Тогда его еще готовили стать достойным наследником и отец таскал его с собой куда только мог. Там были рыцари и длиннющие копья, — первые норовили выбить из седла друг друга посредствам вторых. Да-да, вот именно с такой силой безжалостная коронель врезается в щит во время сшибки. — Эээ... наряды? В чем бы ты хотела ходить, если бы могла выбирать? Леон чувствовал себя идиотом, но даже это было в разы лучше вязкой тишины. — Темное. Неброское. Практичное. — Практичное? — брови Леона поползли вверх. — Да. Практичное. Брюки. — подтвердила чародейка. — И еще пояс для зелий, было бы удобно. И высокие сапоги, здесь кругом болота и степь, а мы... Она приподняла краешек мантии демонстрируя всю непрактичность легких туфелек. — Понимаю... — улыбнулся Леон. Хотя на самом деле не особо то и понимал. Не будь её лицо таким серьезным и спокойным, он бы подумал, что девчонка над ним зло потешается. У неё ладная фигура, любая бы хотела воспользоваться своими преимуществами. Молодые девушки любили выглядеть выгодно и броско, — Леон это знал. Что с этими магами не так?! — Простите за хлопоты. Я пойду. — обратилась она к интенданту, теряя к наемнику всякий интерес. Лирил и так потратила на ничего не давшие разговоры уйму времени и не желала тратить еще больше. — Мда... ну и фрукт. — протянул торговец, когда девушка удалилась на приличное расстояние. — Так что тебе там было нужно для "поддержания боевого духа"? Терять было нечего и парень выпалил: темное, неброское, практичное. Он спросил и о поясе, и о сапогах. Интендант кивал и едва сдерживал улыбку. От себя в пожелания Леон добавил только белую ленту для волос, — уж очень ему пришлась по вкусу огненная непокорная грива чародейки. После он сговорился о снаряжении для себя и даже новой лошади. Паук был прав, демон его раздери, на подготовку пришлось потратить тот кошель, что поувесистей. Лирил шла по лагерю, распекая себя за поспешность. Если бы не этот "медовая гуленька", распорядитель лагеря мог быть куда сговорчивее, а она поспешила, сглупила и вот результат. Ясно одно: Таннат в лагере, интендант нервничал, — точно знал о ком его спрашивали. Но подходить к нему повторно с расспросами теперь бесполезно, не признается же он ей открыто в собственной лжи без дополнительных стимулов. Отличный же урок я получила, — думала Лирил, поднимаясь по ступеням к расположению Серых Стражей. В этой части лагеря она еще не бывала и сомневалась, что сегодня здесь кого-то вообще застанет. Тут было тихо, гораздо тише, чем у палаток королевских солдат, псарни или лазарете. Интересно, все ли кто находится в этой части лагеря — Стражи? Впереди она увидела двоих, они о чем-то беседовали и, кажется, еще не успели заметить чародейку. — День добрый. Могу я поговорить с кем-то из Стражей? — главное не повторить былой ошеломительный успех. Лирил твердо намеревалась вести себя максимально по-человечески, вернее соответствовать тому, чего другие от неё обычно ожидали. — Мне бы хо... Однако сегодня её намерениям не суждено было сбыться: тот, второй, она его точно откуда-то знала. Круг — вспомнила Лирил. — Я видела его в Круге. Возможно ошибаюсь, имени не помню, как не помню имени никого из сотен скучных окружающих, но лицо слишком знакомое. Слишком, чтобы быть ошибкой или совпадением. — ...Круг. — выдала она, не завершив предыдущей фразы, уперевшись взглядом в знакомого незнакомца.
  10. Nevil

    Dragon Age: May Andraste

    Остагар Таннат был человеком предусмотрительным и педантичным во всем, что считал хоть сколько-то важным. Предусмотрительность заставила его избрать бумагу и чернила худшего качества для письма с весьма смелыми и опасными по меркам Ферелдена инструкциями, педантичность — тщательно и аккуратно промаслить бумагу, чтобы ни сырость близлежащих болот, ни возможный дождь, ни пролитое вино не смогли уничтожить драгоценные строки. Строки были действительно драгоценными, так как писались всей разношерстной компанией завсегдатаев Покусанного Дворянина и имели для Танната не только материальную, но и сентиментальную ценность. Они как-то зашли туда с Дэмиеном — храмовником, приставленным к чародею для неустанного присмотра матушкой-церковью, и наткнулись на бездну холодных взглядов. Один хотел уйти, другой — остаться и они, как это уже водилось меж ними к тому времени, заспорили. Таннат поклялся, что к концу вечера свора напыщенных господ будет валяться под столами и распевать с ними песни, Дэмиен же был реалистом и верил лишь в колкие фразы и вздернутые носы. — Искусство, друг мой, искусство объединяет даже тиранов. — И что, ты на один вечер превратишь нас всех в поэтов? Забудь, это не под силу даже Создателю, к тому же у тебя с собой и посоха нет. — мялся храмовник все же не желая покидать роскошное заведение так скоро. — Нет, я заставлю всех почувствовать себя поэтами. Для этого не нужен посох, лишь вино, пара прекрасных взглядов, например... вот тех прелестниц, искра задора и твой незаменимый талант двигать тяжелые предметы. Клянусь, сдвинуть эти столы без твоей помощи будет не под силу. Поначалу игра шла не шибко резво, но вино, смех и улыбки красавиц сделали свое коварное дело. Все больше ротозеев присоединялось к веселой кампании то и дело ползающих под составленными вряд столами господ. Кто-то вновь выкрикивал очередную строку, все остальные подхватывали её остроумной рифмой, либо выпивали и ползли под столами нестройной гогочущей вереницей. Лица распалялись, смех становился звонче, рифмы — смелее. Самые курьёзные чародей тут же запоминал. К середине ночи дело приобрело такой размах, что попади этот кутеж на страницы "Распутной вдовы" от шока трепетали бы все платочки. Таннат любил создавать такие моменты, когда он, храмовник, куртизанки, дорогие и не очень, и еще пара десятков иных господ сбрасывали маски и превращались просто — в людей. Память о подобных мгновениях помогала ему двигаться вперед невзирая на предрассудки и малодушие окружающих созданий, которых из соображений вежливости принято было называть людьми. Знал бы только нахальный мальчишка-наемник какую ценность ему доверил чародей на пожелтевшем листке дешевой бумаги. Но тот, конечно же, о подобном знать никак не мог. За день слежки за предполагаемой целью Леон набегался и изрядно устал. На исходе дня, когда темнеющий горизонт уже почти проглотил пылающее солнце, он примостился у самого костра, вновь и вновь перечитывая бесстыжие строки. Откуда в голове у чародея вообще берутся такие мысли? Ладно там всякие нежные голубки, но что три страстные девы, демон их дери, делают в двух сонетах с орлейским кабанчиком в таком-то положении и почему Леону теперь приходится об этом читать?! Он хотел поспешно отложить письмо, когда заслышал за спиной чьи-то шаги — не хватало еще чтобы его, гордость семьи Лавентайн, застали за чтением такой вот мерзости! Рванул ветерок, не сильный, но резкий, и капризная бумага скользнула из пальцев. Неугомонная, она мотыльком вспорхнула навстречу собственной судьбе, пламя жадно лизнуло листок и прежде, чем Леон успел прошипеть "демон дери" все его подробные инструкции превратились в горстку жалкого пепла. — Маги... проклятые маги. И теперь я проклят вместе с ними. Видимо это милость Андрасте бережет меня от разврата и падения — хорохорился Леон. — Туда, конечно же, листку и дорога, но я запомнил не все... Создатель, сжалься, я еще и толком ничего не понял... Всю щекотливость незавидного положения, в котором он оказался, Леон оценил позже на следующий день, когда всерьёз и решительно взялся за подготовку к предстоящей эскападе. За прошедший день Лирил не продвинулась в своих поисках ни на шаг. Утром она не смогла переговорить с Винн — Старшая чародейка была слишком занята, а днем уже была занята Лирил в лазарете: вечером после её ухода появился раненый, от речей которого у любого нормального человека стыла в жилах кровь. — Расскажи им... сделай так, чтобы тебе поверили! Нам надо бежать! Порождения тьмы наступают! Лирил остановилась возле раненого не зная, чем еще она сможет помочь. Близился обед и сестра, которая за ним следила, куда-то подевалась. Возможно ему нужно просто выговориться? Страх умирает на губах — так когда-то говорил брат, баюкая и успокаивая её перед сном. — Здесь Серые Стражи. Не бойся. Говорят, когда-то они летали на грифонах... — постаралась успокоить раненого Лирил, присаживаясь рядом с ним. — Серые Стражи погибнут! Король погибнет! Мы все погибнем! — надрывался человек. Его голос срывался подобно подбитой птице. — Ты же тоже это чувствуешь, правда? Они оскверняют землю, и земля становится черной и больной! Ты чувствуешь это, я знаю! Его голос превратился в крик, разлетевшийся по немым руинам тысячей осколков. И самое противное, что Лирил чувствовала, действительно чувствовала: он не терял рассудка, не лгал и не преувеличивал. Она представила, как полчища из темных бесформенных силуэтов выползают из недр леса и затмевают горизонт. Черная земля, черное небо, черный дождь, черные птицы над полем из трупов. Лирил перестала дышать, зрачки её безумно расширились и не в силах больше смотреть на представленное она закричала упрямым упреком жизни наперекор молчаливому черному миру и вернулась в реальность — сестра церкви трясла её за плечи. — Что ты делаешь? — распекала чародейку обычно вежливая и кроткая женщина. — Твоя магия помогает неплохо, а вот речи, похоже, нет. — Стоит его послушать. — уже спокойно ответила Лирил. — Ты ничего не понимаешь. Довольно, ему нужно просто успокоиться. Держи, возможно и тебе тоже нужно. Лирил посмотрела на то, что ей протянула сестра. Это были пироги, кажется, с яблоками. Стало быть я оторвала тебя от еды. Мы верно так расшумелись, что ты прибежала к нам на помощь, совсем позабыв о себе. — Прости. — искренне вырвалось у Лирил. — Я хотела помочь, но возможно нам стоит его... — Просто иди, отдохни. Ничего больше не нужно. — настаивала невеста Создателя. Лирил вздохнула и сдалась. Сестра была прекрасной женщиной, но, к сожалению, убежденной в собственной вере и правоте. Если я упрусь, то не добьюсь ничего, кроме подозрений и споров. Стоит поговорить с кем-то еще в лагере, с кем-то более... открытым. Пироги приятно согревали руки, большие и пушистые — достойная же мне досталась награда за то, что я совершенно ничем не помогла. Я знаю того, кому они подарят больше радости чем мне — думала Лирил по пути к клетке с пленником. У неё все равно не было аппетита после оживших рассказов раненого, да если бы и был, отдать лакомство заключенному казалось чародейке правильным решением. Анна бы поступил так же. Она вспомнила как когда-то давно вот так же кралась с теплым хлебом и кувшином молока к запертым створкам конюшни и в груди предательски кольнуло. Столько времени прошло, а ничего не меняется. Узник встретил её опешившей улыбкой. Вчера Лирил долго спорила со стражником пока не уговорила того, что отдаст заключенному бедолаге свой ужин. Стражник кряхтел и бросал недовольные взгляды, но Лирил это не остановило, свое обещание она сдержала и пришла перед самыми потемками с ужином. Вероятно и стражник, и узник не надеялись больше увидеть взбалмошную девчонку и сегодня их лица выражали странный набор эмоций: один был рад, несмотря на своё бедствующее положение, другого распирало от злости. Солдат покосился на ношу в руках девушки и не выдержал. — На такое не уговаривались! — Уговор был кормить его моей едой. Это — моя еда. Я кормлю. — Да он теперь жрет лучше меня! — вспыхнул стражник. Это была правда. Что бы не говорили, как бы не относились к магам, обеспечены они были явно лучше рядовых солдат, по крайней мере Лирил так казалось. — Угощайся. — сказала Лирил мягче, протягивая стражнику один пирог. Тот побурчал, скорее для порядка, взял угощение и отошел. Узник проводил его долгим, пронзительным взглядом, но протестовать не решился. — Ты странная девушка. — лишь отметил он, дожевывая остатки выпечки. — Разве? — удивилась Лирил, чуть запрокидывая голову набок. — Многие так говорят, но я думаю, что странные как раз они. — Ты поняла вчера, что я тебя обманываю? — Да. Но это не было важно. — Ты не поверила в историю про ключ? — удивился он. — Не знаю. Я даже не задумывалась нужно ли мне в неё верить. Мне всё равно. — честно призналась она. — Но ты накормила меня. И сегодня пришла снова... Зачем? — Потому, что ты был голоден и заслужил лакомство больше меня. Это недостаточная причина? — Лирил смотрела бедолаге прямо в глаза, пытаясь понять причины внезапного расспроса. Узник рассмеялся. Такого он не слышал за всю свою жизнь в Денериме. Перед ним стояла настоящая дурочка, простофиля, которую обвел бы вокруг пальца даже младенец и всё же в этой глупости было что-то настоящее, располагающее. — Да прольёт на тебя Андрасте свое благословение! Вот тебе ключик, пользуйся на здоровье... хе-хе... Мужчина протянул руку к решетке и в ладони Лирил скользнул резной ключ в сомнительном состоянии, на ощупь немного теплый. Девушка посмотрела на узника с тенью сомнения. — Да бери, бери. Уж не знаю, отдал ли бы я его кому другому, а мне поди он больше уже не пригодится. — Спасибо. — прошептала Лирил. — И прости, я не смогу больше ничего сделать. Ты их здорово разозлил. Уходя от клетки девушка поймала себя на мысли о том, что теперь, возможно, она сама сможет договориться с Серыми Стражами, если те согласятся взять ключ в качестве награды за труды поиска цветка на болотах. Ферелден такая страна, где ценой жизни человека спасают собаку — думала Лирил, направляясь в центр лагеря. Если из лазарета её временно отпустили, то это удача и нельзя её растрачивать попусту. Сегодня она намеревалась опросить всех, кто может быть знаком с большим количеством людей в лагере и поговорить со Стражами. Первым в списке расспросов был конечно же интендант.
  11. У меня вроде бы все в силе по механикам (в теме и в таблице), нужно только запомнить 1 опыта.
  12. Nevil

    Dragon Age: May Andraste

    Таннат, за кадром - Что здесь происходит? - не удержался молодой наемник от неуместного вопроса, когда шагнул под полог походного тента. Он был все еще молод, полон смелости и уверенности в собственных силах, а оттого порой несдержан. Темноволосого человека с кубком в руке, задумчиво уставившегося на окружающий хаос из вещей и бумаг, эта наглость, кажется, даже позабавила. - Сборы конечно! Ты что же, никогда не видел сборы? - лукаво уточнил он, переводя взгляд на гостя. - Со дня на день в лагерь прибудет группа королевских магов из Цитадели Кинлох, следовательно, в услугах вашего покорного слуги больше нет нужды. При этих словах он шутливо поклонился, кубок наклонился и выплеснул из своих боков алую жидкость, плод любви земли и солнца - вино, так редко доступное простым мирянам в Ферелдене. Орлейское, скривившись подумал наемник, наше не имеет такого прекрасного оттенка. Откуда у этого паука такое роскошное вино, да еще и в военном лагере? А еще эти груды писем и в его услугах более не нуждаются? Как же, врет как дышит! - он уже было наклонился, чтобы поднять беспощадно залитые бумаги, когда хозяин тента остановил его небрежно брошенным: - Что там? Да пёс с ними! - немного помедлив он наконец добавил. - Для тебя будет поручение. Личное и... - Крайне важное. - вырвал остаток фразы из чужих уст наемник. Все таки он был еще молод и порой забывал, что дерзость и отвага могут как возносить, так и губить судьбы людей. В его случае случилось второе и теперь им, Леоном бесстрашным, старшим сыном и гордостью семейства Лавентайн, бессовестно помыкало это чудовище в облике человека. Все называли чародея просто - Таннатом, но по мнению Леона эта тварь не заслуживала ни единого из человеческих имен. - Ты учишься дерзить! Мне нравится! - улыбнулся наниматель. - Приятно осознавать, что ты хоть чему-то учишься! Демон бы тебя побрал, тебя и твой неунывающий нрав - брови Леона непроизвольно нахмурились. Это было его привычное выражение лица во время разговоров с проклятым чародеем. Таннат тем временем отошел и принялся энергично рыться на переносном столике в какой-то кипе бумаг, поочередно то извлекая, то откладывая обратно изрядно истерзанные документы. Наконец он выхватил нужные, откуда-то достал компактную флягу, еще один кубок, затем резким движением смел все остальное со столика и повернулся к гостю. - Прошу! - приглашение Таннат подтвердил жестом, а затем поочередно разложил на столе два незапечатанных письма, расставил два кубка, флягу. Разливая вино он начал пояснения. - В первом письме содержатся подробные инструкции. Подробные. Инструкции. - нарочито выделял чародей важные по его мнению слова. - Следуй им и ты не призовешь архидемона на наши головы! Леон не выдержал и выхватил первое письмо. Он злился, потому, что понимал, как глупо попался на очередную идиотскую уловку, понимал, но страх перед всем, что было связано с магией и мором был настолько велик, что руки сами потянулись к злосчастной бумаге. Вернее он думал, что злится, пока не прочел первые несколько строк указаний. Вот теперь он действительно злился! Рыжие локоны милой голубки Ты средь мужей тех найди, Груди её будто две незабудки... По мере продвижения по тексту глаза Леона становились все круглее. - Что это!? Это горячечный бред возбужденного мула! - вспыхнул юноша. - Ты убил во мне поэта! - хохотнул Таннат. Он явно был доволен произведенным на гостя эффектом. - Да я не прочь убить в тебе не только поэта, если бы ты только соизволил подохнуть, когда тебя так вежливо об этом просили! Это было уже слишком по меркам любых вассальных отношений, но чародея, кажется, разбирал не дюжий азарт. Он смеялся и чуть было вновь не расплескал вино, только уже из второго кубка, когда протягивал его своему наемнику. Немного успокоившись он добавил: - Разверни... - Да ты издеваешься, из этого описания ничего не понять, ни кто цель, ни... Леон по привычке ворчал, пока разворачивал письмо. Письмо было длинным, многократно сложенным поперек, разделенным на отдельные "сонеты" один другого пошлей. Но в конце письма на желтоватой бумаге красовался набросанный пером портрет девушки: нежное лицо, широкие ровные брови, кудрявые локоны, пухлые губы. Чуть ниже портрета из звездочек и точек образовывалась карта, не очевидная, но Леон сразу понял что это и прикусил губу. - Сиськи Андрасте... признаю... - наконец со вздохом выжал он из себя. - Художник из тебя лучше, чем поэт. - О... не обольщайся. Моя мазня не передает и толики истинного очарования. К тому же этот набросок неизбежно врет. - и понимая, что от него ожидают объяснений Таннат добавил. - Мы не виделись... какое-то время. Я рисовал по памяти, поэтому набросок вероятно врет - ищи по имени, но осторожно. Лицо чародея помрачнело, весь искристый задор испарился, теперь он стоял напротив Леона устало уставившись взглядом в алую глубину полного кубка, и на мгновенье Леону стало стыдно, что десяток минут тому назад он мысленно отправил неунывающий нрав чародея демонам на расправу. - Что со вторым? - Леона, конечно же, второе письмо интересовало почти так же, как Песнь Света тевинтерских магистров, но молчание становилось таким тяжелым и невыносимым, что любой вопрос или даже шорох от движения одежды стал бы спасительным. Чародей же, как на зло, затих, погруженный в собственные мысли и Леона это раздражало еще сильнее, чем издевки и безудержный смех. - Надеюсь, там не ноты? - попробовал он разрядить обстановку. - Это тебе предстоит выяснить самому. - тяжелый взгляд чародея, кажется, вырвался из глубин кубка. Таннат поставил кубок на столик, будто не желая вновь нечаянно утонуть в нем и призывно потянулся ко второму письму. - Ты поймешь, что с ним нужно сделать, когда внимательно прочтешь первое. Не торопись, не делай глупостей, не геройствуй. Я знаю... ты к подобному склонен, но давай не в этот раз. Помни, срок у тебя до начала боя, но чем раньше, тем лучше. Времени будет мало, его всегда мало, но в этот раз... подумай о своем бессмертном духе, Леон, прежде, чем тратить время на шалости. Не забывай о семье, ты поймешь о чем я. Вот плата... - с этими словами чародей достал два тяжелых кошеля и протянул юноше. - Один лично тебе, другой на сопутствующие расходы. Сам решай какой для чего, но на твоем месте на расходы бы я выделил тот, что тяжелее. И... контракт. Последнее слово всегда вызывало у Леона дрожь и желание забиться в самую темную дыру Глубинных Троп. Он едва совладал с этим желанием, пока чародей доставал из левого манжета маленький изящный кинжал. Размером примерно с ладонь, тонкий, филигранный и очень острый. Он мог по праву считаться произведением искусства если бы не был орудием пытки. Такая красота - прекрасный повод для зла и не удивительно, что окружающие не замечают его, пока не станет слишком поздно. - думал Леон наблюдая, как чародей протягивает ему стилет, обернутый в белоснежный саван платка. Трясущейся рукой он слегка надрезал и сжал левую ладонь, выцеживая алые бусины капель на чистую ткань. Совсем как недавно разлитое вино... - Трех достаточно. Не мучай себя. Хватит! - Таннат чуть ли не насильно отнял у наемника платок с кинжалом. - Дай обещание. - Клянусь не предавать, не говорить, сделать все предписанное... - выплевывал Леон знакомые, ненавистные слова. Эта часть работы на паука была самой противной. Каждый раз когда жадный сильверит впивался в его кожу и лакомился кровью Леон становился меньше, он чувствовал на себе чужую волю, довлеющую, безграничную, но не мог отказать себе в удовольствии подчиниться ей. Затем все лопалось, оказывалось иллюзией, глупой шуткой хохочущего лицедея и Леон злился, что мгновением ранее испытывал страх и желание, да, жгучее желание быть слабым, подавленным и подчиненным. Леон бесстрашный - жалкий трус и слабак, никто в мире не знал об этом, никто, кроме темноволосого чародея и Леон ненавидел его за это, за то, что тот показал ему, - только в мгновения соприкосновения с сильверитовым лезвием Леон мог быть самим собой. - Прости друг мой, я верю только клятвам на крови. - прошептал Таннат, пряча платок. - И до тех пор, пока ты не маг, я не смогу дать тебе того, чего ты хочешь... Пошатываясь и сгорая от унижения Леон направился было к выходу, чтобы поскорее оказаться вдали от самого опасного для него человека, но в спину ударила фраза, которую он никак не смог стерпеть. - И передай мои нижайшие поклоны дорогой матушке и братьям... Леон скрипнул зубами, резко выхватил меч и безрассудно бросился на чародея, чтоб через мгновенье обнаружить, что, вопреки всем ожиданиям, тот не отскочил, а наоборот, сделал практически тоже самое, буквально пронырнув под его удар. Сильверитовое лезвие сверкнуло у яремной ямки и Леон запоздало понял, что его в очередной раз провели. - Ты... проклятый птицелов. - прошипел от бессилия Леон. - Так вот и будь послушной птичкой, не трепыхайся, когда тебя вытаскивают из силков, не то повредишь крылья. - Я пойду с твоими письмами к храмовникам! - не унимался Леон, понимая, что это отчаянная ложь и никуда он не пойдет. Хотел бы пойти, не угрожал бы этим магу здесь и сейчас. - Да? И что ты им покажешь? "Горячечный бред возбужденного мула"? Думаешь, они оценят шутку? Храмовники весьма понимающие ребята! Ты на второе то письмо взглянул? - оскалился Таннат. - А вот я в ответ на это, например, сообщу о краже крупной суммы. Внутренняя обивка твоих кошелей такая узнаваемая. Спорим, я смогу сказать, что вышито на ней, а ты - нет. И кому тогда поверят, как думаешь? Мне или тебе с твоими бреднями на сомнительных листках бумаги. Очнись, на них даже вензелей нет, я молчу о печатях и качестве чернил. Склонившись к уху он перешел на шепот, отчего интонации его голоса стали более интимными. У чародея и без того был бархатный голос, теперь же он стал почти мурчащим. - Послушай ты, недоразумение, чудом не стекшее по ногам своей прекрасной матушки, я серьезно обеспокоен тем, что буду вынужден из-за твоего врожденного скудоумия омрачить лик такой прекрасной женщины неуместным трауром. Знаешь как оно бывает с этой магией, кровь такая непостоянная, так схожа у родственников, что иногда колдуешь что-то одно, а получаешь совсем другое или на другого. - подчеркнул чародей. - А потом плачь, трагедия и вековые проклятия и поди ж ты разбери кто виноват - ваш безмозглый папаша, что передал старшему сыну в полной мере всю свою гнусность и низость или моя очень избирательная магия. Леон притих. Взрослея, он научился справляться почти со всеми своими страхами, он действительно стал бесстрашным, пока дело не доходило до магии. Страх перед этой самой магией и ненависть к ней и привели Леона вначале в шайку к незаконным торговцам лириумным порошком, выслеживанию отступников, а затем и прямиком в руки "мага крови". После слов Танната он боялся даже вздохнуть, злость тут же уступила более древнему и весомому чувству. - Я действительно беспокоюсь о твоей семье, и скоро ты поймешь, что беспокойства эти не безосновательны. Молю Создателя, чтобы я оказался взбалмошным дураком, знаешь, как приятно бывает хоть иногда ошибаться. Но если нет... - Таннат устало вздохнул. - Лучше бы тебе меня послушать. Выполни все, о чем я прошу и будешь жить счастливо, счастливее многих в этом лагере уж точно. Держись за то, что у тебя еще есть, даже если ты не в силах это оценить по достоинству... пока. И будь так добр, все же утруди себя передать мои нижайшие поклоны дорогой матушке и братьям, ведь только благодаря их добродетели ты получил это задание. Таннат отстранился, убрал стилет и легко, почти по-дружески похлопал парня по плечу. Тот посмотрел на чародея пару секунд, молча развернулся и вышел из походного шатра. Правильно ли я поступил? - думал Таннат, - он не самый профессиональный кандидат, это уж точно. Зато он не предаст все огласке храмовникам, он сам боится их как огня... их и меня. Но что более важно, его так раздирает от ложных идеалов рыцарства, чести и отваги, что он точно не бросит одинокую девушку в беде. Он точно служит не за золото, - я бы никогда не доверил это задание тому, кто глохнет от звона монет. И у него действительно хорошая семья, такая, в которой магу можно будет провести жизнь в радости и счастье, если удасться сбежать из Ферелдена. И все же... Размышления чародея прервал скользнувший под полог храмовник. - Зачем ты с ним так? Он же хороший парень. Каждый раз уходя от тебя он выглядит побитым, как отверженный любовник. - начал он ласково укорять в манере, свойственной всем старшим братьям. Таннат и сам был старшим братом и прекрасно знал этот тон. - Хорошие парни не попадаются в мои сети. Ты забыл на чем мы его поймали? Его никчемные потуги позабыть о собсвенных слабостях чуть не погубили десятки храмовников. Пусть хоть немного помучается за содеянное, это, по крайней мере, - справедливо. Поверь, я делаю это ради его же блага. Пока есть я - он слишком занят, чтобы ненавидеть себя. - Маг, пекущийся о храмовниках... - широкая улыбка поползла по щетинистому лицу. - И все же... эта шарада с кровью... становится все убедительнее, даже я начинаю временами в неё верить. - не унимался храмовник. - Да брось, я скорее маг бесполезных бумажек, чем маг крови, но как еще заставить бестолочей исправно работать на благо других? Полно об этом сорванце, перед отъездом нас ждет бессонная ночь чтения грязных мыслей, интриг и доносов. Ты только посмотри на это - молвил Таннат, разводя руками - они все треплются и треплются, без сна и устали! Будь я действительно магом крови, клянусь, зашил бы всем пустомелям их бессовестные рты! Леон удалялся от походного шатра быстрыми, широкими шагами. Степной ветер, необычайно холодный для такого времени года, отпускал ему колючие пощечины и с каждым шагом, с каждым выдохом молодой парень изгонял из себя остатки липкого страха. Наконец, отойдя на край лагеря, он обернулся: отсюда тебя едва видно - ухмыльнулся Леон далекому шатру. А затем он окончатльно успокоился, его разобрало любопытство и он вспомнил о втором письме, ловкими движениями достал и раскрыл незапечатанный листок. По листу ленивой аккуратной вереницей тянулись бессмысленные символы. Просто абракадабра, набор букв вперемешку и ничего более. Очередная уловка - проскрипел зубами Леон и расхохотался над собсвенной глупостью, представляя, как показывал бы эти "доказательства" храмовникам. - Маги, проклятые маги! - С тех самых пор, когда в жизни Леона появились маги, все перевернулось вверх дном. Hide Знакомство с Остагаром Лирил по обыкновению начала с самых прекрасных вещей. В Остагаре их было две: мост и раскинувшейся за ним руины. На мосту ей удалось побывать всего единожды, когда входили в лагерь, но даже этого было достаточно, чтобы навеки запечатлеть его величественную красоту в своей памяти. Знакомству же с руинами препятствий было меньше, и первое, что сделала Лирил отойдя от палаток магов, - запрокинула голову вверх. Разрушенные ребра каменного свода, напоминавшие руки, протянутые к небесам, тут же начали шептаться меж собой о новой гостье в размеренном, вполне ожидаемом для таких древних существ, темпе. Лирил поблагодарила их за приветствие и не удержалась от комплиментов, ведь руины действительно по сей день хранили горделивое величие былых эпох, - тех далеких и славных времен, когда её дальние предки покоряли земли диких варваров. Поведайте мне все свои истории, прощу. Любую из них я посмотрю с осторожностью и трепетом. Я приглашаю ваш шепот в невесомый мир. Лирил уже закрыла глаза и приготовилась слушать истории земли и камня, как кто-то сзади хлопнул её по плечу. - Не спи на ходу! Зашибет еще кто! - это был один из сопровождающих храмовников. Он видимо заметил, что подопечная застыла, будто столб, и решил поинтересоваться не случилось ли чего. Не из злобы, тут же почувствовала Лирил. Он действительно забеспокоился обо мне, потому и подошел, а грубая фраза была выбрана, чтобы скрыть истинные чувства. Лирил представилась отличная возможность, чтобы попросить разрешения пройтись по лагерю и она ею незамедлительно воспользовалась. - Я задумалась о будущем. Я неопытный маг, меня не приняли в ритуал, но я вызвалась дежурить в лазарете. Мне можно пройтись по лагерю до дежурства? Это очень помогло бы мне в дальнейшем, когда знаешь, того кого лечишь - проще. Я неопытный маг. - ненавязчиво подчеркнула девушка. - Пожалуйста, это очень важно. Должно быть по меркам храмовника быть магом-новичком участь была не просто ужасная, но еще и обидная, так как взгляд в темной прорези шлема заметно потеплел. - Да, иди. Главное ни в коем случае не покидай лагерь и никому не мешай. Лирил кивнула в благодарность и отправилась на второе знакомство с Остагаром. теперь ей предстояло познакомиться с его постояльцами и это было куда сложнее общения с вежливыми руинами. Она пыталась расспросить встреченных солдат, не видел ли кто-то в лагере высокого зеленоглазого брюнета по имени Таннат, но все лишь отрицательно мотали головой, кое-кто вообще не слушал вопросов, кое-кто начинал припоминать своих товарищей, тут же забывая о предмете расспросов. К тому же выяснилось, что лагерь фактически разделен на части и солдаты в нем делились на армию короля и армию тэйрнa. Когда Лирил поняла, что просто ходит по кругу от одного шатра к другому ее стала охватывать тревога. Лагерь очень большой, гораздо больше, чем девушка могла себе представить, поговорить со всеми солдатами ей точно не удастся. Нужно было остановиться и придумать простой, но действенный план. Кроме того, то ли от предвкушения предстоящей встречи с братом, то ли от обилия незнакомых людей в Лирил проснулось странное чувство, что за ней пристально наблюдают. Это не было чем-то явным, угрожающим, но неприятное чувство постепенно и неумолимо нарастало, пока не перехватило горло и Лирил наконец сдалась, решившись укрыться, возле одной из полуразрушенных колонн. Она прислонилась спиной к нагретому солнцем камню и сделала глубокий выдох. Здесь меньше людей и так я хотя бы уверена, что мне никто не смотрит в спину, а взгляда в лицо я не боюсь. - успокаивала себя Лирил. Понемногу приходя в себя она прижалась ладонями к заинтересовавшему её камню колонны, стараясь как можно лучше ощутить его структуру, - тот осыпался с легким шорохом и в ответ на это издали послышалось тихое скуление. Это был мабари, чародейка мгновенно узнала известный любому ферелденцу голос, но вот осознание всей ситуации пришло чуть позже. Он был ранен, как-то странно и, по мнению Лирил, неестественно. - Бедняга. - прошептала девушка, пытаясь направить целительную волну раненому зверю. Мабари ответил чуть громче. - Кто там?! - тут же всполошился темноволосый мужчина средних лет, подходя к незваной гостье. - Что тебе здесь нужно? Как всегда в голове Лирил роилось множество мыслей и возможных ответов, но выбрала она самый важный: - Он ранен. - спокойно констатировала девушка. - Я знаю... - со вздохом ответил псарь. - Во время последней вылазки его хозяин погиб, а мабари наглотался крови порождений тьмы. - Ясно. - тихо ответила девушка. Теперь ей стало понятно, почему исцеляющее заклинание не произвело ожидаемого эффекта. - Эх, если бы кто-то надел на него намордник, я бы смог хотя бы ухаживать за ним как должно... - продолжал сетовать псарь. - Не знаю, желает ли он оказаться в наморднике, но можно мне его навещать? - пусть даже немного, даже если совсем чуть-чуть я смогу продлить его жизнь, чтобы найти какое-то исцеление. Нужно будет всех поспрашивать, возможно чародейка Винн поможет... - Я найду способ исцелить его. Должна! Я буду его навещать! - командным тоном оповестила Лирил опешившего мужчину, не дожидаясь ответа на ранее заданный вопрос. - Да известен один способ, чего его искать-то, но нужен цветок, очень приметный: белый, а сердцевина ярко-красная. Только вот растет он на болотах. Если бы кто-то принес его, уж я бы точно смог помочь... Эх, как не хочется терять ценный экземпляр. - Нужен цветок. Белый, сердцевина ярко-красная. Ясно. Разве Серые Стражи не патрулируют местности? - вздернула брови девушка. - Не знаю, говорят больно заняты они предстоящими приготовлениями. - Вот как. Заняты. Посмотрим. Псарь смотрел на незнакомку со смешанными чувствами. С одной стороны Лирил чувствовала благодарность, с другой её тут же перечеркивала темная полоса неверия. Это было вполне понятно: какая-то бесполезная чудачка лезет не в свое дело - так он это видел, пока она, Лирил, не докажет обратное. И Лирил это нисколько не задевало. Её мысли уже были полностью поглощены тем, как уговорить Стражей помочь и что при случае она сможет предложить взамен, ведь у неё, как чародейки Круга, не было чем оплатить даже простейшую услугу, не говоря о экспедиции на болота и уж тем более и речи не могло быть о том, чтобы найти растение самой - её никуда не выпустят храмовники, а если она сбежит, то тут же догонят, убьют, усмирят или отправят в обратно в Круг. Над этим она думала и в лазарете, и по возвращении в лагерь. А перед сном случилась очередная неприятность: к ней в палатку буквально ввалился один из чародеев и гордо объявил, что настоятельница церкви совсем их заела за прошедший день и стало быть ей, Лирил, как младшей и самой бесполезной, будет вверено завтра заниматься неумными капризами церковников. Он предупредил, что посланник несносный ханжа и задира, и чтоб она не смела позорить имя магов и ни в коем случае не поддавалась ни на какие провокации. Утро наступило практически мгновенно не смотря на то, что Лирил так и не смогла уснуть в первую ночь. Она все пребывала в раздумиях в поисках хороших решений и сама не заметила, как стенки палатки окрасили первые лучи солнца. Проблему с расспросами о брате пока придется отложить - слишком комплексная, нужно решить, что делать с мабари, - это срочно, и возможно Винн поможет как-то с наградой или переговорами. А что если... - её размышления прервал какой-то гвалт. - Вор! Вор! Тащи его! - стражники куда-то волокли отчаянно упирающегося человека. Маги почему-то вели себя куда живее обычного, что шло в разрез с их статусом. Лирил только вчера отчитали за непрезентабельность и несоответствие гордому имени всех магов, и вот что она видит: сами суетятся, что те зайцы в паводок. Позже выяснилось, что какой-то лиходей ограбил сундук магов, но уйти далеко от бдительной стражи не успел. Незадачливого воришку демонстративно посадили в клетку и Лирил стало жаль беднягу с первого взгляда. Сжавшийся в тесной клетке человек не был похож на закоренелого злодея. Он просто хотел жить, - подумала Лирил, - и это стало его преступлением. Убого. Разве желание жить раненого в лазарете более священно, чем желание жить беглеца. Почему я имею право, и даже обязана, помочь одному, а другому - нет? Странно. Он, конечно, трус, но разве быть трусом само по себе не достаточное наказание. Никто не хочет быть трусом, это же очевидно. Это как обвинять больного в лазарете, что он болен. Она мысленно пообещала себе хоть раз навестить бедолагу и отправилась в лазарет на дневную службу - может быть сегодня удастся пообщаться с новыми солдатами и расспросить о Анна? Пребывая полностью поглощенной в собственные раздумия девушка совсем позабыла о вчерашнем тревожном чувстве и не заметила, как пара медовых глаз пристально провожала её всю дорогу сквозь лагерь.
  13. Nevil

    JRPG

    Нет, не одному. Но она лидер дома, пусть и картонка, а значит все равно в центре сюжета и никуда от этого не деться.
  14. Nevil

    Dragon Age: May Andraste

    На исходе второго дня на горизонте показалась пасть силуэта Лотеринга. Будь Лотеринг городом - процветающим, со множеством шпилей и высокородных домов, эта пасть несомненно была бы клыкастой, хищной и великолепной в своем оскале. Она бы впилась в темнеющее небо своей безжалостной хваткой, оставляя на нем лишь рваные раны растерзанных облаков. Но Лотеринг, в чем позже убедилась Лирил, не был ничем процветающим, в его строениях не было и доли величественного гения, превращавшего жилища людей в шедевры, а потому его силуэт на фоне закатного неба скорее напоминал беззубую ухмылку умирающего старика. Лирил так долго ждала удивительных открытий от встречи с новым миром и теперь она была действительно... удивлена. Саму деревню проходили уже утром третьего дня - останавливаться в ней для процессии магов не имело никакого смысла. Магов было семь, сопровождающих храмовников вдвое больше, в довершение ко всему обозы и лошади. Такая группа грозила занять половину и без того переполненной солдатами гостиницы и вызывать ненужный интерес местной публики. Остановились лишь ненадолго в церкви, не то ради благословения всемилостивой Андрасте, не то чтобы храмовники пополнили какие-то свои припасы. Кто-то шептался с преподобной, кто-то шаркал коленями по полу в поисках спасения собственного духа... Какие глупости - подумала Лирил. Лирил это никоим образом не интересовало - она уперлась взглядом в заинтересовавшие её витражи, пытаясь распознать истинный смысл инфернальных картин из света и стекла. Проходящий сквозь мозаику осколков свет, казалось, вот-вот запоет, и Лирил прислушалась. Когда её воображение уже почти слилось с лучами мягкого преломленного света и вместо положенного всадника её взору предстали языки обжигающего пламени и сомн перекошенных ненавистью лиц, что-то треснуло или разбилось. По залу прокатился звенящий звук и мир, в который проникла Лирил, резко схлопнулся - она снова была в Лотеринге, а за её спиной мать настоятельница с любовью и нежностью отчитывала веснушчатую юную служительницу за нерасторопность и опрокинутые курильницы. Покидая Лотеринг Лирил не понимала, почему раньше так ждала с ним встречи. Должно быть она поддалась меланхолии, надеялась увидеть в нем хоть что-то, напоминающее её родную деревню: играющую на улицах шумную детвору; всезнающих кумушек, живо беседующих на лавках подле своих домов о свежих, самых важных сплетнях; мужей, благородных и статных, сжимающих при встрече руки в железных рукопожатиях; чиcтые улочки; опрятные крыши домов с пляшущими на них под зов ветра флюгерами; радостный смех... Но ничего подобного в Лотеринге не было. Все, совершенно все в Лотеринге выглядело однообразной серой массой. Невзрачные одинаковые лачуги, грязь на улицах после прошедшего недавно дождя и люди, неотличимые и безликие, копошащиеся на площади и улочках будто мухи. Девушка решительно забралась в седло подле сопровождающего ее храмовника, решив ни в коем случае не оглядываться назад. Ей казалось, что стоит обернуться и толпа, шумящая за спинами покидающих селение магов, превратится в груду мертвых тел. Последующие дни путешествия на юг оказались куда приятнее и спокойнее. Группа мерно разбивала маленький лагерь для ночевки вечером и так же мерно собирала его ранним утром. Воздух юга становился более пряным и вязким. Присутствие храмовников Лирил не пугало, никто более не покушался на ее покой, не заставлял принимать лириум или делать что-то странное. Сопровождающий её храмовник, кажется, даже потеплел к юной чародейке за время путешествия и на последней стоянке, согреваясь у костра, предложил угоститься каким-то сладким хлебом и рассказами о былой юности. Первое Лирил приняла с осторожностью, а второе - с огромной благодарностью. Она слушала историю о прошлом, изредка то кивая, то приподнимая брови в такт интонациям седеющего человека. Когда маги достигли фронтира лагеря в Остагаре, сердце Лирил переполнилось надеждами и радостью. Она нетерпеливо заерзала в седле, чем вызвала искреннюю улыбку сопровождающего. - Да, девочка. - услышала она хрипловатый, низкий голос храмовника. - Это место великой победы. Здесь наш Король даст бой и одержит победу над Мором. И ты, даже такая маленькая, уже часть этой будущей победы. Гордись Ферелденом, гордись Королем, гордись собой. После этих слов ее охватило странное, двоякое чувство, ведь из всех перечисленных более всего Лирил гордилась... братом. И она намеревалась отправиться на поиски предмета своей гордости сразу, как только освободится от обязанностей по лагерю.
  15. Nevil

    Greedfall

    эммм.... там обратная зависимость судя по всему :) Показать контент У меня она не только побежала давать показания, а еще и призналась, что если бы Сарде не предложила, то Афра сама бы пошла в свидетели без нашей помощи. Hide
×