Elhant

Что вы плачете? Берите пример с игроков в соседней теме, они один день по две недели отыгрывают)) Если что, забудьте уже про то ограничение. Фиг с ним. Закончите, когда успеете.

Почему она потерялась?

- А ты будешь защищаться? - с любопытством переспросила девушка. - Я же говорил, что да, - сказал лич, уже уходя.

-Постой, -клирик окликнул Ринна зная что он ещё кое-что должен сказать. -.Мои слова не скажут тебя много, но так или иначе ты был достойным человек и им и остался, знай что она любит тебя. Я не сказал кое что, просто хочу предложить выбор. Это будет справедливо, - в его руке зажглось не угрожающие пламя. -Не спрашивай, мне жаль, что всё заканчивается так,но у нас есть сила уничтожить тебя хоть это будет и нелегко. Если ты этого пожелаешь, я сделаю это для тебя. Лич с подозрением и интересом - если такие эмоции вообще можно было прочитать в том огне, что пылал в глазах мертвеца - воззрился на руку клирика. - Ни к чему, - ответил он. - И ты, как и я, не можешь гарантировать, что кто-то из вас при этом не пострадает.

В смысле? Аля вроде ничего не писала. А не видит - так тебя же здесь нет)

А куда ее дели?) Пошла со всеми к личу.

Не разглядел в блаженной убийцу? Людей, призраков, таких как ты... А значит, глупец. - Ты не умеешь ценить жизнь и волю, хотя последним и обладаешь. Мне жаль каждого, кто мог бы отвернуться и вернуться к теплу. Если шанса заслуживаешь ты, то почему не они? Сменят веру, уйдут, когда смогут. - Интересно, а те, кого они убили и изрезали, заслуживали шанса? Невинные жертвы? Что за разговоры вообще, колдунья? Ты на чьей стороне? Но это уже не мое дело. Скажите Джаэн... - лич замолчал. - Скажите ей, что она меня спасла. После чего он повернулся и ушел, и скелеты последовали за ним.

Стоило больших трудов сохранять отстраненность и настороженность в разговоре. И - молчать. В последнем рыжая проиграла. - Ты сейчас серьезно предлагаешь нам поставить жизни других - пусть людей, или животных, под угрозу? Заменить ими свои? - глаза насмешливо прищурились. Хвост... сейчас ей бы не повредил, если бы не путался в алых одеждах. - Тебе будет жалко убийц и палачей, что идут за Лордом Тьмы? - Ты отправишься навстречу армии Бэйна? Ты уверен, что они не смогут подчинить тебя? - Рисса усилием воли спрятала сочувствие поглубже. - Это невозможно. Книга всегда будет со мной. Пока она цела, буду жить и я. -О ком ты говоришь? Я предложу тебе вариант, мне нелегко просить тебя об этом, получается что использую тебя, но, я попрошу тебя о помощи, и сделать ещё одно доброе дело. Здесь есть деревня Фридэйл, ей грозит опасность, орки, так или иначе встаёт выбор кого из них убить, орки или мирные жители. Ты можешь помочь нам с этим. А я обещаю закончить начатое, так или иначе. - Орков будет недостаточно. Как только они будут уничтожены, жители деревни обратятся против меня. И у меня не будет другого выбора, кроме как убить их в свою защиту.

- Есть те, чьи жизни ничего не стоят. И, слава Меликки, их очень много. Достаточно, чтобы убить меня.

-Мне жаль.... -Он должен помочь ему сделать что должно. - Попробуй отозвать нежить, или дать это сделать мне, положи книгу и отойди, ты можешь сделать это? Глаза лича вспыхнули, его рука засветилась зеленым огнем, а скелеты угрожающе подняли оружие. - Нет. Я не могу. Светящаяся рука дрожала, Рионн изо всех сил пытался сопротивляться заклятию. - Вам лучше уйти. Вы не справитесь со мной, нарушение Плетения не повлияло на мою силу, я все еще могу пользоваться магией - из-за этой книги. А ты в любом случае ничего не можешь сделать. Твоего бога здесь нет. Уходите. Я... знаю, что нужно сделать.

- Но что потом, Рионн? Ты хочешь увидеть ужас в глазах твоей семьи? Это убьет тебя второй раз и ты не удержишь Тьму в себе от смертельного размаха, который некому будет остановить. Не мучай ни их, ни себя. Уже то, что ради них ты не сдался, не стал чудовищем, позволит тебе уйти в чертоги твоего божества. Ты герой, Рионн и об этом твои близкие узнают, я клянусь тебе в этом. Лич застыл, глядя на волшебницу. В глазах его горел все тот же огонь. Больше ничего. В конце концов он отвернулся. - Она могла бы прийти сама... Она ведь видела меня уже таким... Последняя встреча у дома, который когда-то создали мы. Вместе. Рионн провел рукой по загнившему, покрывшемуся трещинами дереву. - Полагаю, я все еще чувствую то, от чего должен избавиться. И живу надеждами, которые должен убить. Но мне больше некуда идти. Башня разрушена, я сам отдал на это часть своей души. Единственное, что поддерживает во мне существование - это книга, которая в то же время является источником моей магии. Но я не могу ее уничтожить, заклинание не позволяет. И я не могу смиренно ожидать своей смерти от чужих рук. Этот запрет я так и не смог обойти.

- Я прекрасно это представляю, Рионн, - в карих глазах волшебницы плескалась боль. - Я до дна выпила эту чашу. Мне повезло больше, чем тебе, Илларион спас меня, освободил. Но спасать твое тело уже поздно. Но не душу. Она еще может уйти достойно в светлые луга. - Куда она может уйти, волшебница? Все, чего она все это время желала, чем жила - это увидеть свою семью.

[Успех] Лич стоял спиной к Иллариону, молча выслушивая его речь, и его разложившаяся, наполовину костлявая рука, которая сейчас держала перила разрушенной калитки, с каждым словом сжималась все сильнее. - Она... Она... Священник, ты представляешь, каково это - быть сосудом для темной магии? Слугой, который не управляет собственным телом. Собственной душой. Но знаешь что? Я управлял. Другие жертвы книг Женги в конце концов не могли противостоять тому желанию, что возникало внутри них, они соблазнялись властью и силой. Мое желание было очень сильным... Я чувствовал... - Рука сжалась до конца. Дерево треснуло, раздался противный звук и, вопреки законам магии, что сейчас были едиными для всех, зеленая волна снесла перила и часть висящей на петлях двери, заставив ее окончательно упасть перед мертвым магом. - Это неповторимо. Божественно, - в неестественном голосе лича все еще звучал трепет от переполнявшей когда-то его магии. - Это съедало меня изнутри, и я съедал эту силу в ответ. Боролся. Сидя на своем одиноком троне, погруженной в транс, в ужасный кошмар. Каждый день испытывая неповторимые муки и в то же время неповторимый соблазн. Я кричал в агонии от того, что разрывало меня изнутри, не в силах осознать тот очевидный факт, который означал, что для меня все уже было потеряно. Знаешь, что меня спасало все это время, священник? - Он повернулся, и пылающие бледным-голубым огнем глаза уставились на Иллариона. - Один простой образ. Банальная мечта, которая продолжала маячить на задворках сознания. Ее нежные, заботливые руки. Ее темные и кучерявые волосы, такие приятные, пахнущие ромашкой, которую она любила заплетать между своих кудрей. Ее глаза... Его глаза. Я... Я знаю кто я! - лич резко приблизился, нежить в это мгновение вздрогнула. - Я знаю, как я выгляжу. Но он мой сын!

Я уже не помню, как ее имя запоминал))

Что за Жжейив?)

-Нет, она не сказала. -Взгляд Иллариона смотрел на лича так словно перед ним было не ужасное подобие жизни а человек, ему уже не в первой раз было видеть личей, и он не боялся, к тому же в глазницах горел разум, а не только тёмный гнев. -Ей больно об этом говорить, больно думать о том что ты здесь, вернулся, когда она уже похоронила тебя. Она ничего не сказала, но я видел взгляд её серебряных глаз, видел вашего сына, и смог догадаться об этом сам. Я догадываюсь о причинах которых могли тебя сюда привести, но дам тебе возможность назвать их самому. - Нашего сына!... - лич сделал резкий шаг вперед, но остановился и замолк на полуслове, сдерживая себя. - Да, нашего сына. Она отказывается показать мне нашего сына, она отказываться появиться сама. И это после всего!... - Рионн отвернулся и с силой ударил рукой по деревянной стене. Полетели щепки.

-Да, Рионн, нас послала она и круг. И я думаю ты понимаешь зачем мы здесь. -В его голосе было сожаление но и твёрдость вместе с этим, сомнений не было, он сделает что нужно. -Мне жаль, но ответь мне прежде, зачем и как ты вернулся? - А она не сказала, зачем я вернулся? - спросил лич.

- И всё же ты первый выпустил стрелу, - не согласился с эльфом хин. - Приятного одиночества тебе. И пусть твоё изгнание будет тебе в радость. - Я и на рассчитывал на другую судьбу, когда уходил от своих сородичей, - на этих словах голос эльфа потерял способность выражать какие-либо эмоции.

- Мне нет смысла вас убивать. Я не желаю вам зла. Но этот человек получил стрелу заслуженно.

- О, разве? - хихикнул Бродяга, взмахнув хвостом. - Девицы-то так тяготеют... к тёмным. - Не тяготеют, они кричат в ужасе. - А что я должен был в объятья к тебе кинуться? Чтобы ты и меня стрелой, как муху, к стене пришпилил, - обернулся к дроу Гош. - Не он первый нож бросил, а ты. Так что придётся тебе терпеть наше присутствие или избавиться. Пробовать не советую. Эльф ничего не ответил, но через какое-то время сказал: - Рана не слишком серьезная, я лишь его обезвредил.

Лич Они увидели нежить еще не подступах к тому месту, где стоял обрушившийся маленький двухэтажный домик возле дерева. Пустые глазницы следили за каждым их шагом, голые черепа поворачивались туда, куда поворачивали они, но костлявые руки с оружием не поднимались, и сама нежить не делала никаких движений. Из-за кривой деревянной стены вышла фигура в балахонах - довольно порывисто и резко. Удивительно хорошо сохранившееся лицо, на котором разложение достигло лишь левого глаза, уставилось на отряд. Правый глаз практически полностью закрывали спадающие с головы неестественно белые волосы. - Кто вы? - Голос незнакомца немного дрожал, но не из-за слабости, а в виду какого-то магического вмешательства. Он тут же, спустя лишь пару мгновений, пришел к верному выводу. - Она вас послала? - Ага, спасибо тебе, Добрый Хрен, - огрызнулся Гош. - Может, лучше было не всовывать в него эту стрелу? И как ты думаешь, мы вдвоём попрём его до города? Я, как ты заметил, не борец-тяжеловес. - Быстро же пропала твоя доброта, полурослик, - сказал эльф. - Я вам с самого начала говорил уходить отсюда. Никто с поверхности не любит мой род.

- Чего будем делать? - обратился хин к тифлингу, не обращая внимания на эльфа. - Надо бы стрелу обломить, а то зацепим и разорвём какой-нибудь сосуд. И как тащить его? Я тебе мало чем помогу, ну если только чуть-чуть, - вздохнул он. Про красноглазого дроу он, казалось, совсем забыл. Сейчас, его больше интересовало состояние их общего знакомца и по совместительству "командира". Спустя какое-то время эльф снова заговорил: - Вот, - он кинул небольшой мешочек, который приземлился возле Гоша. - Высуньте стрелу и намажьте этим рану. Это остановит кровотечение на какое-то время, достаточно, чтобы вы успели донести его до города.

Ну, Зузу, ты же можешь просто предупредить, что можно делать и нельзя,перед уходом.

Ну, тебя уже оглушили, во второй раз, правда, но мы можем и отменить это тогда)

И он таки не оглушился) Но мы можете его еще раз приложить :D