FOX69

Тем временем магистр окончательно сбросив остатки хмеля от вспыхнувшей в жилах крови дракона, плотнее закутался в тёплый плащ, взял посох и отправился в обход лагеря по периметру. Спокойствие нынешней ночи и их бесшабашное веселье ему не нравилось. Слишком много внимания привлекли они к себе.

Амина, Амина... староверы практически не пьянеют от спиртного. Только от крови дракона. Не надо так сразу опускать-то))

За границей освещенного светом костра лагеря что-то происходило. Андреас решил, что если это нечто важное, то события непременно переместятся к костру и остался наблюдать что будет происходить дальше, сидя на ступеньке кареты. Похоже его Андреас не заметил. Магистр продолжал подпирать дверцу кареты. Внезапно, он протянул из тьмы бутылку с кровью ученику и спросил: - Что там происходит?

Тайтус не спеша ел кашу, слушая игру Люциуса на гитаре. Когда похлебка закончилась, он посмотрел на магистра, на пустую миску, собрался и встал, покачнувшись. - Спасибо, Люциус. Магистр встал следом за храмовником и отправился к карете. Пара глотков из чёрной бутылки сейчас не помешает. Но только два глотка. Он прислонился к дверце, откупорил бутылку и отпил. В голове прояснилось, а вдали замаячили две тёмные фигуры, склонившиеся на третьей. Неужели ещё кто-то напился?

- Это тоже хороший тост, - сказал Пуло и сразу же выпил, заев бренди кашей. Люций выпил следом. Его адъютант похоже заснул сам, оставив мастера голодным. Чему мастер не очень-то расстроился. Он снова потянулся к гитаре и, объявив, что Советник Архонта даёт последние гастроли и, они все практически удостоились какой-то там чести и имеют редкую возможность присутствовать на единственном в своём роде концерте, снова тронул струны: http://prostopleer.com/tracks/49686447WHi#

- Хах, ну зови тогда, - засмеялся в ответ Тайтус. - Только после этого я жду самого правдивого доказательства вины и угрозы жертв моего меча. А то, знаешь ли, у меня репутация. Ее надо поддерживать. - Эх, если бы ты был в Тевинтере... - с сожалением сказал Люций. - Хотя, тогда бы я может и не забыл то, что чувствовал. Всё что не делается, всё к лучшему. Пуло изобразил на лице на самое умное выражение лица, пожал плечами, стукнулся кружками с Криспом и выпил. - Иногда она бывает так кстати. Люций выпил следом, подливая в кружки новую порцию. В бутылке оставалось на дне, в голове практически - тоже. - Извини, Люций, - не слишком дружелюбно сказала она, - себе сам наберешь. Хотя, для этого у тебя еще есть твой ученик. По ее лицу было понятно, что из их разговора она слышала достаточно. - Какая заботливая жена, - восхитился магистр.

- Не, ну... - протянул Пуло. - Натягивание носов я могу понять, - усмехнулся он. - Только предпочитаю это делать в бою. В той атмосфере лицемерия, в которой играют все тевинтерские политики, сходишь с ума. Хочется взять меч в руки и пойти рубить за правое дело. Фигурально выражаясь. - А что... я бы не отказался от твоего острого меча и твёрдой руки на каком-нибудь нудном приёме у Архонта, - засмеялся маг. - Иногда, хочется смести с лица земли все эти постные, лицемерные рожи. Тайтус посмотрел в глаза Люциусу и долго не отводил от них своего взгляда. После чего протянул кружку и сказал: - За благоразумие, тогда. - Правда... не благоразумие ли меня привело в такую ситуацию. Я всегда считал, что поступал правильно. Разумно. - Да, парадокс, - Люций ответил внимательным взглядом, словно пытался найти на дне серых глазах ответы на все вселенские вопросы разом. - Выходит пора пить за дурость. Стихийщик внимательно наблюдал за беседующими магистром и храмовником. По мере того, как уровень янтарной жидкости в бутылке опускался, голоса становились громче, языки начинали слегка заплетаться, да и тема беседы неожиданно перескочила с любви на политику. Еще немного, и разговор плавно перетечет в сонный храп на два голоса. - Кто голодный - уже готово. - Анри, малыш, - обратился магистр к фавориту. - Ты не мог бы нас накормить как-нибудь? Хотя, бы положить что-то в тарелку.

Тайтус поддержал друга немного вялым кивком головы. - Мне интересно, когда тебе надоест эта политика. Ведь была когда-то вероятность, что ты вообще не сможешь вернуться в Империю. - Была вероятность, что я вообще останусь служить. А потом, всех моих родных убили и я остался один в стенах одного из самых знатных Домов Империи. Ты бы тоже пошёл в политику, чтобы сохранить древнее родовое имя, когда всё что создавалось веками было на краю гибели. А теперь, иногда я даже скучаю без политических склок, лицемерия и грязных игр в верхах. Приятно бывает натянуть нос своим оппонентам и спустить их на несколько ступеней вниз в иерархии рангов. Впрочем, тебе это не интересно. Пуло уже немного машинально, не задумываясь, ощупал лоб на предмет наличия этих самых рогов. - Я не привык делать из своих личных переживаний достояние общественности, - он поморщился, когда Крисп заговорил о Торнадо и Эспер. - Я вообще, похоже, не привык ими делиться... Только в последнее время на меня что-то нашло. А раньше было лишь с Эспер. И то, возможно, недостаточно часто... Раньше всегда было... просто. Был... кодекс, наверное. Никогда, если честно, об этом не задумывался. А сейчас этот кодекс стал как будто бесполезен. - Жизнь не стоит на месте. Она испытывает нас каждую минуту. И тебе в этот раз выпало испытание - тяжёлое и болезненное. Но ты примешь верное решение. Ты сможешь. Потому что я когда-то смог. У тебя хватит благоразумия поступить правильно.

- Тогда Амина и этот мальчик - и есть твоя семья. Но и выбор тоже твой, - добавил Тайтус и в который раз за сегодняшний вечер приложился к кружке. - Дааа... - протянул магистр, за Тайтусом прикладываясь туда же. В голове уже плясали весёлые демонята и ночь немного подёрнулась туманом. Бутылка опустел на две трети. - Мне бы ещё приоритеты расставить. Но теперь, проще. Амина положила с прикладом на мои принципы и ушла. Анри уйдёт чуть позже. Ладно, к демонам любовь! - Люций брякнул кружку на колено и налил ещё себе и другу. Он незаметно - как он думал - оглянулся и ничего не ответил. Ее саму, как и выражение ее лица во тьме он не заметил, но его тоже не говорило ни о чем хорошем. - Знаешь, у меня такое впечатление, что наш приватный разговор слышат все. Хотя, а чего нам скрывать. Рога вон ветвистые не скроешь, - Люций посмотрел на лоб Пуло. - У тебя правда, ещё только пробиваются. А у меня ветвистые. Но тоже не суть. Для Торнадо - это вообще не проблема.

- Ну, знаешь... я всегда считал, что семья стоит на первом месте. Обязанности - важны, долг перед страной важен, да и свои увлечения и радочти, конечно, тоже. Но если намерение серьезное, то семья становится для тебя самым главным в твоей жизни. Мне нравится моя работа капитаном стражи. Бывает нудно, но бывает и весело. Особенно с близнецами, - Пуло не смог сдержать улыбки при вспоминании о своих друзьях и том, через что они прошли за эти четыре года. - Но я всегда возвращался домой с мыслью, что... вот это - оно. Этим я жил. Хотя, конечно, в беспощадном Тевинтере не знаю, можешь ли ты расчитывать на такую жезнь, даже если бы захотел ее. - Для меня семья и официальная жена - это необходимость. Юлия Фульгинас связала воедино два Дома, которые теперь поднялись до запредельных высот. Почти все поставки лириума и красного песка в страну под нашим контролем. Моя семья - это не семья в твоём представлении. Я этим не живу. Я жил Аминой. А теперь этим мальчиком. Также молча и незаметно, как и ушла, Эспер вернулась в лагерь и села в стороне от круга света, который разливал костер. - Твоя жена крадётся в ночи у нас за спиной, - шепотом на ухо Тайтусу сказал Люций, сдерживая смех. - Хочет ударить чем-то тяжёлым, судя по выражению её лица.

Пуло принял яблоко, откусил и пожал плечами. - То, что он родился с таким статусом и в таком положении, не значит, что он только о нем и будет думать. Хотя Мастарна, конечно... довольно показательный пример стандартного Имперского мага, - ухмыльнулся Тайтус. - По крайней мере, как кажется на первый взгляд. - Да, дело даже не в том, - Люций тоже откусил сочное яблоко. - Как ты себе представляешь любовь двух занятых государственными делами и собственными Домами магистров? Редкие встречи между собраниями сената, решениями проблем Домов и собственными семьями... Такие отношения ещё быстрее убивают чувства. Поэтому, этот мальчик лишь красивая мечта, которую мне тоже придётся отпустить.

- Да, парнишка этот... - Пуло кинул мимолетный взгляд на сидящего недалеко Мастарну. - Значит, все не серьезно? - Ну, а что ты думаешь, хочет молодой амбициозный маг от своего наставника и учителя. Признания, продвижения по службе, протекции, помощи в карьерном росте. Какая тут любовь. Хотя, у меня планка кажется, падает. Кто бы поднял. Чуть покачиваясь магистр дотянулся до мешка с яблоками. Взял пару и падал одно из них Пуло. Свалить старовера с ног было не так-то просто. Он пил не пьянея, когда вокруг него собутыльники лежали вповалку. Лишь кровь драгонлинга могла одурманить его по-настоящему.

- Ну... - тихо сказал Тайтус после того, как Люций доиграл. - Теперь я понимаю тебя намного лучше. - Это хорошо... А я свой выбор сделал. И оглядываться не буду. Амина права. Она устала. Жизнь в Империи оказалась для неё карой, традиции и семейный уклад - неподъёмным грузом. Единственное, в чём я перед ней не виноват, так это в том, что никогда не обманывал. И она сама знала на что шла. Она уйдёт. Я отпустил её. Она вольна в своём выборе. Принуждать себя любить - это не про меня. По сути, я остался один. И хоть чувства к Анри с каждым днём сильнее, я ведь, понимаю, что они ни к чему не ведут. Обстоятельства заставят его всё забыть.

Сейчас, оттаскивать начнёшь))) Та неее... мы староверы, пьянеем только от крови драконов) Ну и чуть-чуть от алкоголя. Раз уже пою)

Ну тебя вроде не было))

- Понимаю, - мрачно согласился Тайтус. - Но убить его, разумеется же, я не могу. Прогнать тоже. Если ее буду держать взаперти, она меня возненавидит. Она и так четыре года сидела... Не знаю, как она себя тогда чувствовала. Я думал, она была счастлива. Я это видел. Хотя и знал, что она скучает по дому. Пытался как-то ей помочь, она говорила, что "все нормально", что она сделала свой выбор. А теперь что... Пуло сделал несколько глубоких глотков и поморщился. - Теперь она говорит то же самое. Она извиняется, она утверждает, что "не должна была". Вроде как говорит искренне, но... какой результат? Я не знаю. - Знаешь, капитан, - Люций положил руку на плечи друга и обнял. - Как бы это не больно звучало, но... отпусти её. Дай ей свободу. Она должна сама решить. Этот выбор за неё не сделаешь ни ты, ни Торнадо. И если она останется с тобой, ты будешь счастлив по-настоящему, потому что победил. Её душа, её сердце будет с тобой. Если же уйдёт к нему... а стоило ли тогда печалиться. И нужна ли тебе такая женщина. Он вновь чокнулся с бывшим храмовником, выпил обжигающий напиток и взял из рук слуги гитару Каэди. Пальцы коснулись струн, словно вспоминая давно забытые аккорды...

- Переживаю послевкусие публичного обсуждения необходимости оторвать мне яйца. Прямо-таки, к ним в последнее время так возрос интерес публики, что я даже не знаю что делать. Видимо, надо срочно жениться, чтоб оградить себя от домогательств. - Мессир, - к Торнадо подошёл слуга магистра, который его сопровождал вместе с возницей. - Хозяин просит одолжить у вас гитару. Он принял вновь заполненную кружку, сделал пару новых глотков и помолчал перед тем, как ответить. - Он сказал, что все еще любит ее. А еще он сказал, что не собирается нам мешать и уедет, как только разрешится проблема с демонами. Я не думаю, что тогда он лгал. Получается, мне остается только ждать и терпеть это напряженную атмосферу? Хотя я ему сказал, чтобы, по возможности, держался от Эспер подальше. - Ещё раз. Пусть у Торнадо хоть нимб над головой, хоть звезда усмирённого во лбу и он лишился волосатых яиц и стал Белой Жрицей Вал Руайо и Непорочной Девой одновременно, всё зависит от Эспер. А она к нему не равнодушна. Поверь. И рядом с женщиной, которая нравится, ой как не просто сдержаться. Надеюсь ты меня понимаешь.

- Спасибо, не надо. Я представляю, как это... - в голове возник образ из совсем недавней постельной сцены с Эспер, - отвлекает. И я говорил о терминологии. Если не "входить", то как же ты это называешь? Ну, помимо очевидных нецензурщин. - Подозреваю, что ничего не представляешь, - ответил ему маг, который о сексе знал не по наслышке с тринадцати лет. - Если не "входить", то мне нужно перо, чернила и лист бумаги, - улыбнулся Люций. - Меня в этом процессе каждая мелочь привлекает. Он допил остатки бренди в кружке и протянул ее Люциусу: - Еще есть? Поскольку они пили по два-три глотка, то литровая бутылка с крепчайшим алкоголем была пуста только на треть. Магистр опрокинул тару и янтарная жидкость вновь наполнила кружки. - Я тебе вот что скажу, брат, - маг снова уставился в кружку, а потом, в серые глаза друга. - Пока он рядом с ней, покоя тебе не будет.

- У вас всегда такие высокие требования, магистр. Даже трезвые глаза надо видеть. К слову, на счет вхождение в ворота - а если ты не "входишь", то что же тогда делаешь? - Капитан Пуло, - иронично-дружеская улыбка, основательно сдобренная алкоголем появилась на губах магистра. - Такие вещи я могу показать только на практике. Если ты о женщине, то немного позже. Если не о женщине, то могу показать наглядно прямо на тебе. - Мальчику нужны оба родителя. Мальчику нажна семья. Живая. И счастливая, - Пуло тоже отхлебнул. Напиток заканчивался. - Кстати, а что... с вашим сыном? Что вы решили? - Ничего. Всё останется по-прежнему. Неро мой сын. Проклятый из Дома Криспов. Он выучится и станет магистром. Общаться с матерью я ему никогда не запрещу. - А я не привык разговаривать о таком на людях. Тогда давай его прогонять. Активно, - после чего Тайтус вперил в Торнадо выжидательный взгляд. - Я думаю, он сам всё поймёт. А если не поймёт, то придётся подумать о волосатом фетише.

Эти слова заставили Торнадо остановится и обернуться. - Вариант третий, Тайтус, здравый. Принимаешь как установку то, что Тронадо это такой взрослый мальчик, который способен решать что-то своей головой. Оставляешь в покое его яйца, выдыхаешь и успокаиваешься. Люций, якорный баркас, какого фига, блин, ты тут разводишь вот это все? Давай я просто не буду сейчас озвучивать вслух и при всех - почему ты, по моему мнению это делаешь. А? - А ты озвучь. Чего теряешься? Амина вон озвучивала мои грехи в чужой постели. Это нормально. Давай. И это... дай гитару, а то скучно как-то. - Это может сработать, - согласился Тайтус. - Или задействовать хитрость - устроить групповой секс. А там - кто кого и куда - уже неважно, как я понимаю. Или просто заметить не успеет. Можно, к слову, напоить перед этим. Если это спортивно. Ну, и если еще Амина согласится. И он уже обоих сразу утешит, а вы потом сойдетесь, вновь полюбите друг друга и получится такой славный хэппи энд. - Интересная мысль. Я в групповухах с армии не участвовал. Поить его тоже не спортивно. Я хочу видеть его трезвые глаза, когда "вхожу в него", - магистр ухмыльнулся. - Фу, и везде его яйца, - прокомметировал Пуло, поморщившись. - Прям фетиш какой-то. Он сделал еще несколько глотков. Закусывать уже было нечем. - Видимо, занятная вещь эти яйца. - Мне первый вариант как-то больше нравится. То, что я готов убить ради нее - уже, похоже, не так меня пугает. А Берт... - Тайтус замолчал, шутить сразу перехотелось. - Я даже не знаю, что будет с ним. - Ничего не будет, вырастет. Мальчику нужен отец, - маг снова отхлебнул из кружки. - Давай ты уйдешь и не будешь мешать? С тобой мы уже говорили, и если обещание ты сдержишь, то яйца твои никто трогать не будет. Или мы с Люцием уйдем. Люций? - Как-то я не привык сдавать позиции и уступать.

- Ты же тевинтерский магистр, глава одного из старейших домов в Империи. Тебе доступно все, - пошутил Тайтус, снова без улыбки. - Думаешь, он на это может клюнуть? Только если соблазнить его должностью "самого любимого фаворита". Буду плакаться ему в жилетку, а он меня "утешать", - магистр сделал задумчивый вид. - Надо подумать, чем его очаровать. Принуждать как-то не спортивно. Если только пообещать, что он может, по старой памяти и Амину утешить. Пуло довольно долго молчал, пока не сказал, очень тихо: - Я не хочу никого другого. Только ее. - Ну и, говори что хочешь, - добавил он после небольшой паузы, - но я пока уверен, что, когда я в нее вхожу, она думает только обо мне. - Вариант первый. Активный. Берёшь Торнато, отрываешь ему яйца, засовываешь их ему в карман и хоронишь его где-нибудь в достойном месте с почестями и проч. Эспер, конечно, переживает, ходит на могилку, убивается. Но убившись окончательно о памятник, решает что хватит, потому что рядом её любимый Пуло, от которой у неё ребёнок. Вариант второй. Пассивный. Берёшь Торнадо, благословляешь его яйца и отпускаешь с ним Эспер. Начинаешь страдать, рвать на себе волосы и воспитывать сына. Потому что это не ты изменил, а она. И ребёнку лучше остаться с отцом, чем с чужим дядей. Спустя время Эспер, разбирается в своих чувствах. Она или возвращается к тебе или остаётся под волосатыми яйцами Торнадо. Примерно такой расклад. Сцены ревности, уговоры, мольбы, угрозы в таких случаях бесполезны. Да, и фраза "вхожу в неё" обычно мне напоминает, что у женщины между ног ворота.

- Как хочешь. Похоже, у него это действительно хорошо получается, - без тени улыбки на лице ответил Пуло. - Я похоже уже опоздал. Мне после огорчённых дам мало что светит. - Ну так и что ты предлагаешь? Да, она со мной, а не Торнадо. Она... моя. Я разве могу обвинить ее в ее чувствах? У меня ведь даже подтверждения нет, только свои чувства. Сказать, чтобы она вообще с ним не общалась? Ей, похоже, нравятся приказы, - добавил Пуло, закидывая в рот оставшийся сыр. Алкоголь поработал внутри, и теперь там вместо таких больных и неприятных чувств царил беспристрастный холод. Или страх. Тайтус не мог разобрать. - Что делать? Есть два варианта решения этой пикантной ситуации. Активный и пассивный. Но... следует сначала уяснить, нужен ли рядом такой человек, который при каждой возможности изменяет тебе в мыслях в другим. Ложась с тобой, целуя тебя, думает о другом. Эта мысль будет изводить тебя похуже любой пытки. Вернув её тело, ты не вернёшь её душу.

Тайтус снова вздохнул. Как будто они снова там, разговаривают на тему, которую никак не могут отпустить. - Я о тебя не вытерал ноги, - только и сказал Пуло. - Ну и хорошо. Счастье в неведении. Этот разговор, действительно, был лишним и давно забытым. - Конечно, нет! Ты думаешь, мне приятно было смотреть на этот танец? Я хотел убить его. И ее... хотел забрать. Думаешь, я тоже не вижу этих "намеков"? Но что с этими намеками я могу сделать. Наехать на нее? Обвинить? "Ты любишь его и не любишь меня"? После отсутствия доказательств и того, что у нас до сих пор происходит в постели? - Тайтус хорошенько приложился к кружке, запивая поднявшиеся чувства. - С Торнадо я уже поговорил и вроде как он меня понял. Посмотрим, насколько. - Дело, не в Торнадо, - магистр прожевал кусок хлеба с сыром, выпил и снова плеснул в кружки, свою и Пуло. - Дело в ней. С тобой живёт не Торнадо, а Эспер. И всё зависит только от неё. Покуда она проявляет инициативу, наш кэп будет увиваться вокруг сладкого. Он в этом бортник-спец. Утешитель всех опечаленных леди. Они печалятся, а он их "лечит" от печали. Им становится легче. Что ль тоже опечалиться? Может и мне как-то поможет? Как думаешь? - магистр улыбнулся, снова прикладываясь к кружке со спиртным.

- Ты ведь меня не обвиняешь? Я не хочу брать на себя такое бремя. И я пытался научить тебя другому. Он вздохнул и отпил еще немного бренди, закусывая куском хлеба. - Не знаю чему ты там меня пытался научить, но уничтожить мои чувства к тебе, получилось, - Люций дотянулся до яблока и взял несколько долек. - И конечно же, во всём виноват только я, если тебе так проще. Но мне плевать, если честно. Ты основательно вытер об меня ноги. И я похоронил эту любовь и даже на могилку не хожу. - Тебе обязательно было все это сейчас говорить? - Тайтус почувствовал, как внутри закипает коктейль из обиды и злости. Он с силой сдавил находящийся в руке хлеб, мелкие крошки посыпались на землю. - А ты что-то видел? - неожиданно спросил он изменившемся тоном голоса. - Тайтус... по-моему, только ты один у нас ничего не видишь. Или не хочешь видеть? Это другой вопрос. Лично мне не надо видеть, как они пытаются уединится, как изъясняются намёками, как эпатировали весь столичный бомонд, мне достаточно посмотреть им обоим в глаза, чтобы понять их мысли и чувства, - он немного помолчал, отковыривая кусок хлеба и складывая на него ломтики сыра. Потом налил в кружку храмовника новую дозу и сказал: - А ты предпочёл бы остаться в неведении? Предпочёл бы за своей спиной ещё и Торнадо?

- Заметно... - проговорил Пуло очевидное и задумчиво посмотрел на костер, отпивая бренди. - Наверное, - сказал он не сразу. - Наверное, это хорошо, когда после стольких мучений и переживаний ты способен ничего не чувствовать. Потому что переживания надоели. Люций усмехнулся, разглядывая дно своей кружки: - Кое чему ты меня научил. Как окончательно убить чувства. Спасибо. Второй раз было проще, - он сделал глоток, сморщился и закинул в рот сыр. - Это хорошее умение - ничего не чувствовать. Я бы хотел ему научиться. Пригодится. - Не хочу тебя расстраивать, но тебе точно это пригодится. И не важно ляжет она с ним или нет. Её измена намного хуже. Её душа изменяет тебе. Глядя на тебя, она думает о нём. Четыре года назад, я бы её уже убил. Из-за тебя. Но ты сам выбрал такую жизнь. Мне тогда никто не верил.