FOX69

Элайя насупилась. - Можно я поеду в фургоне? - спросила она, надеясь оттянуть неприятный разговор. - Я очень устала. - Да, не вопрос, - он подсадил её в фургон и отправился к Амине, которая держала лошадей.

- Хорошо. - Элайя попыталась улыбнуться, но улыбка получилась какой-то вымученой. - Я еще ни разу столько не колдовала сразу. Она рассказала учителю подробности своей схватки. - Жалко, что последнего не сразу заметила, еще бы чуть-чуть... - Не перестаю тобой восхищаться, малыш, - он подал ей руку. - Поднимайся. Надо продвигаться дальше. Пойдём с нами. И я всё хочу тебя спросить, где ты взяла эту броню? Она ведь не просто дорогая, а очень дорогая. У тебя ведь не было таких средств.

- Да, ты прав. Показывай дорогу, я за тобой. - Да, сейчас, - согласился Люций, увидев возле фургона свою ученицу. Сил, чтобы самостоятельно забраться внутрь, у нее уже не было; эльфийка устало опустилась прямо в дорожную пыль. Он быстро приблизился к эльфийке, присел и взволнованно проговорил: - Как ты себя чувствуешь?

- Очень жаль. - Амина театрально вздохнула. - Не знаю, смогу ли я дождаться завтрашнего вечера... - Зато сегодняшний вечер ты можешь провести в кутеже и разгуле, - засмеялся он. - Послушай, кажется коняка твоя очнулась. Давай, поможем ей встать. Люций дёрнул за повод и толкнул коня в шею и в бок. Лишь шатнувшись, лошадь бодро вскочила и забила копытом. - Кажется, ему намного лучше. Хм... для лошадей вполне пригодно человеческое зелье. Надо запомнить, - он посмотрел куда-то вдаль и сказал. - Надо бы продвигаться к поместью.

Она поднялась на цыпочки и шепнула ему на ухо. - Это секрет, но если хочешь, я могу рассказать тебе его, сегодня вечером. - Заманчивое предложение, - улыбка не сходила с его губ, а глаза с лукавым прищуром изучали лицо женщины. - Но... сегодня вечером ко мне должен прийти один человек. Я очень надеюсь, что придёт. Поговорить по душам.

- Думаю, если ему потребуется помощь, то нас позовут. - женщина лукаво улыбнулась, а затем, решив, что лошадь можно уже оставить в покое, поднялась с колен, перед этим незаметно коснувшись губами щеки Криспа. - Прости, не могла удержаться. - И за что такая честь, миледи? - улыбнулся он, поднимаясь следом.

- Может немного зелья? - спросила Амина. - Он же еще долго будет хромать, если оставить все как есть. - Зелье?.. - не понял Люций. - Как-то мне не приходилось лошадям давать человеческие эликсиры. Но давай, попробуем. Он передал Амине флакончик с алой жидкостью и задрал голову лошади, так чтобы можно было влить жидкость в рот. - Мы однажды разговорились с ним на острове. После того случая с тобой. - Трактирщица тоже проводила эльфа взглядом. - Мы говорили... как бы странно это ни звучало, о любви, - она улыбнулась магу и пожала плечами, - и тогда он упомянул некую Вианну, мне кажется, это она и есть, только вот почему она напала на нас, не понятно.. - Если мы сейчас, к ним подойдём, - Люций неуверенно глянул на Амину, сомневаясь в своём предложении, - не будет ли это выглядеть несколько неуместно? Может, пусть он сам во всём разберётся?

- Как скажешь, только... ты ведь сильнее, да и тяжелее, поэтому сможешь удержать его в случае чего, а вот я могу и не справиться. - Амина предоставила магу самому выбирать, чем заняться. - Это не проблема, - сказал он, и лёгкий "Паралич" накрыл "Усыпление" поверху. Лошадь была абсолютна неподвижна. Теперь, не было необходимости её держать. Зазубренным краем ритуального лезвия Люций быстро извлёк наконечник и затампонировал рану чистой ветошью. - Заживёт. Минут через десять он встанет, - Люций посмотрел на удаляющуюся фигуру Тейвена .- Да, похоже он её знает. Кажется, это то прошлое, которое его никак не может отпустить.

- Ты можешь придавить ему шею к земле? А то если он неожиданно проснется, то я могу схлопотать копытом в лоб. - обратилась трактирщица к Люцию. - А я пока удалю наконечник. - Может, позволишь мне? - предложил он. - А ты подержишь.

- Люций, ты можешь усыпить его на время, надо хотя бы стрелу достать. - Амина кивнула на рыжего жеребчика. Пара слов, еле уловимый жест, и лошадь Амины низко свесила голову и, прикрыв глаза, сонно заберебирала мягкими губами.

- Надеюсь, и не будет. - отозвалась Амина, все еще глядя попеременно то на Тейвена, то на незнакомую эльфийку - Надо только закончить начатое, или у тебя другие планы, Тейвен? Ты знаешь ее? - А кто это? - не сразу сообразил маг, удерживая фыркающего коня. Животное явно волновалось.

По-прежнему отводя взгляд от Эспер, он прошёлся по полю боя вытягивая из трупов и агонирующих остатки жизни и оставляя за собой истинную смерть, и направился к своей лошади, к счастью запутавшейся поводом в кустарнике. После заклинания "Магии смерти" силы и магия прилично восстановились. Его недавний гнев, прошедший бой немного укротил Он распутал лошадь и пошагал к Амине и Тейвену неподалёку. - Кажется, мы удачно сегодня повоевали, серьёзных ранений нет, - сказал он. -

Истратив весь накопленный негатив, магистр не преминул вступить в бой. Он соскочил с лошади, ибо посох и лошадь понятия не совместимые на поле брани, и кинулся на правый фланг, туда где плотно пристрелялись лучники. "Магия смерти" кружила вокруг него постоянным водоворотом, вытягивая из трупов остатки жизненной энергии и подпитывая заклинателя. Ещё издалека эльфы с луками замерли от "Ужаса". Стрельба прекратилась. А через несколько секунд увесистый посох, прочертив в воздухе фиолетовую дугу, раскроил череп одному из стрелков. Из второго бандита жизнь вытекла бурным потоком, подпитывая силы магистра. Тот рухнул замертво, даже не успев дождаться сверкнувшего древка. Третий лучник, скинув оковы страха, повернулся и выпустил готовую стрелу в мага, но "Отводящая порча" унесла её далеко в сторону, а дезориентированный противник расстался с шейными позвонками, которые превратились в костяное крошево под натиском магического наруча.

Он намеренно уехал далеко вперёд, оторвавшись от основного отряда, чтобы не видеть антиванку и храмовника. В данный момент за себя он бы не поручился. Гнев и жажда мести вскипали и справиться с этими чувствами магистр не мог, да и не хотел. Люций точно знал - проклятье снято. Не будь Тайтус Пуло Тайтусом Пуло - лучшим капитаном в своей части. Этот храмовник никогда не был идиотом и, естественно, очистил свою куртизанку. Наложить проклятье заново - не составляло труда. Один лишь взгляд и ворона - вновь под чарами. Но прежде, чем заново обречь её на смерть Люций хотел посмотреть в глаза храмовнику, если тот соизволить прийти, если же нет... сценарий будет повторяться до бесконечности, с той лишь разницей, что проклятья немного ослабнут и не будут так бросаться в глаза. На дороге ...Под мерный топот копыт, однообразие пейзажа и навязчивые повторяющиеся мысли, магистр ясно ощутил посторонний звук, такой нехарактерный для безжизненной местности. Кто-то прятался в придорожных кустах. Он лишь успел предупредить группу, как начался бой. Вот тут и пригодилась вся злоба и нерастраченная негативная энергия тевинтерца. Жертвы, которых кромсали его спутники, слабели на глазах, истекали кровью и расставались с жизнью за считанные минуты. Раненые уже не могли излечиться. Они умирали в муках агонии, даже при выпитом исцеляющем зелье. А живые теряли ориентацию в пространстве, способность к критическим ударам, меткость и противостояние любой магии. Полный букет уязвимости предоставленный бандитам заклинаниями Энтропии.

Где здесь написано, что развеиваются эффекты? Храмовник наносит удар праведным огнём, нанося духовный урон цели и находящимся рядом врагам. Если цель – заклинатель, она должна пройти проверку на психическую устойчивость, в противном случае она теряет ману и получает дополнительный духовный урон пропорционально потерянной манне. Если враги, попавшие под удар, не проходят проверку на физическую устойчивость, они оказываются оглушены или сбиты с ног. В личку айда)

Уже простила, но... Снимать можно, но магу Духа, а никак не храмовнику. У нас это Эля умеет делать, но способность пока не открыта. Пока ты найдёшь мага с соответственной специализацией, у Эспер начнутся необратимые последствия. Во вселенной насколько я помню храмовники обладают лишь "Святой карой", которая снять "Смертельное проклятье" не может. Разберётся?.. Хм... А чего Тауйтус испугался?..

Уточнения по проклятию будут при встрече.) Оно не снимается, если внимательно прочитать мои посты.) Даже если каким-то способом "придумается" развеивание, проклятье никогда не поздно наложить снова. Малефикару хватит сил поддерживать его постоянно. Так что...)

Так выехать-то мы можем. Но всё остальное завтра? Ведь, опять первый час. Я сейчас, спать(

Ушки Элайи печально обвисли. - Прости меня, пожалуйста, прости! Я не хотела тебя огорчать, я знаю, что не имею права... не должна... не могу... - Вконец запутавшись в том, что она хотела сказать, эльфийка замолчала. Потом она вытерла слезы и выдавила из себя улыбку. - Я все сделаю так, как ты хочешь. Ты будешь меня учить? - Буду, - заверил он. - Пока ты не станешь Великой Долийской Ведьмой. Когда Магия подчинится тебе, ты сама решишь, как поступать дальше. А пока, мы будем вместе, всегда и везде. Я буду тебя учить и оберегать, а ты - слушаться и уважать, - и на этом Люций решил закончить разговор на затронутую тему. Он перевёл взгляд на новую лошадь и спросил: - Как она тебе? Поедешь со мной?

Элайя выскочила вслед за ним. Мага она догнала на конюшне, он угощал сахаром свою новую лошадь. Почему-то это невинное занятие окончательно вывело эльфийку из душевного равновесия. Нисколько не заботясь, слышит ли их кто-нибудь и как будут восприняты ее слова, она выпалила: - Даже лошадь значит для тебя больше, чем я! Неужели я такая уродливая? Она подошла ближе и схватила его за руки. - Я знаю, что сегодня ночью ты был не один - скажи, что такого есть у Нее, чего нет у меня? Почему ты ничего не замечаешь, ведь я же люблю тебя! Такого сюрприза в ближайшее время магистр не ожидал. Он видел, что девочка испытывает к нему нечто большее, чем дружеские чувства, но вот так сразу - "люблю"... Люция окончательно ошарашило. Он заторможено погладил свою новую лошадь, которой решил кардинально изменить расцветку и обратился к своей ученице: - Элайя, надеюсь ты понимаешь, что вот этим признанием очень сейчас огорчаешь меня, - Люций взял её ладошки в свои, успокаивающе поглаживая пальцами. - Я не скрываю, что был сегодня не один. И не собираюсь скрывать, тем более от тебя. Каждый из нас волен отдыхать, так как посчитает нужным. Это касается и меня и тебя, - он посмотрел в её грустные глаза. - И я тебя тоже очень люблю. Но как наставник любит своего самого одарённого ученика. Как отец любит дочь. Как брат любит сестру. Ты для меня очень много значишь. Я никогда тебя не брошу и всегда во всём поддержу, не смотря на то, правильно это будет или нет. Защита, покровительство и любовь тевинтерского магистра даются не всем. И тебе следует это знать и хоть немного ценить. И я бы не хотел в дальнейшем затрагивать эту тему. Ты меня понимаешь?

Криспа не трогай) А то устроим Доблесть vs Лиллит))) Чтобы не мешали своими добрыми и недобрыми делами)

В самом начале мы договаривались о небольшом хаосе. Или будем предохраняться? Алиш в личке глянь) Чтобы сохранить некую интригу))

Она исподлобья посмотрела на Криспа, и их взгляды схлестнулись, как два клинка. Затем эльфийка склонилась ближе к нему и тихо сказала: - Насильно мил не будешь, Люциус... Ни ты мне, ни я тебе, ни ты ему. Он поднялся, подошёл к ней сзади, обнял за хрупкие плечи и, нагнувшись к острому ушку, прошептал, вдыхая насыщенный аромат шоколадных волос: - А вот это уже не важно. И передай ему, если хочет, чтобы ты жила, пусть зайдёт ко мне, - кончик его языка незаметно для всех пощекотал кончик острого уха, а эльфийка почувствовала лёгкое головокружение, тошноту и муть перед глазами - первые признаки проклятия "на смерть". Не обращая внимание ни на возгласы Тейвена, ни на растерянность Элайи, магистр резко развернулся и покинул таверну, бросив через плечо: - Пожалуй, пора готовиться к отъезду, господа.

- Не явись. Это будет самый лучший подарок, который ты когда-либо сможешь сделать мне, - медовым голосом отозвалась эльфийка. - Не смогу... - маска благодушия не сходила с его лица. - Тебе?.. Тебе подарки вряд ли нужны. А вот ему, - он посмотрел на храмовника. - Я бы подарил такую хорошую двуручную пилу, чтобы рога подпиливать, - Люций поднял бокал. - За твой здоровье, Эспер, - и в следующее мгновение хрупкое стекло выскользнуло из его руки и разлетелось вдребезги, прямо перед лицом антиванки, обдавая её красными брызгами. - Ох, извини! Я сегодня такой неуклюжий, - сказал магистр приторно улыбаясь, но его глаза излучали в этот момент всю аккумулированную злобу Чёрного Города.

Эльфийка безмятежно улыбнулась. - В компании Тайтуса спится легче, - негромко ответила она, скорее самой себе, чем Криспу. - Я вот думаю... - магистр откинулся на изогнутую спинку стула и отпил небольшой глоток из своего бокала. - Что бы вам с Тайтусом на свадьбу подарить? Может пилу? - изобразил он неведение и неопределённость. Созерцание брони Элайи вызывало в нём двоякие чувства, но он склонялся к более приятному и продолжал наслаждаться идеально подогнанным дорогим - и не просто дорогим, а запредельно дорогим - доспехом на безупречной фигурке. Властная рука тевинтерского магистра принесла определённые плоды, перекроив наивное, беззлобное существо во что-то более уверенное и жестокое.