FOX69

В лагере. - Я думала о нашем последнем разговоре. - начала она. - И теперь мне интересно, неужели в твоей стране так мало не одаренных магией людей? То есть, не могут же все быть магами? - Ну почему же мало? Есть и такие. Но всё-таки людей с магией в крови намного больше, чем во всём Тедасе. Ведь Империя это средоточие магии. В Тевинтер много веков стекаются отступники, малефикары, бежавшие из Кругов, приговорённые к Усмирению и казням. В государстве с развитой магократией люди со способностями имеют право голоса, выбор. Поэтому население Империи больше чем наполовину состоит из магов разноуровневых сословий.

Забирайте бабу и дёру)))

Я тебя уложил, иди спи)) Я за тобой послежу))

- Чью лошадь я могу взять? Или , по крайней мере седло? - Бери мою, капитан, - сказал малефикар.

По-моему Вал Дорма большой имперский город.)

Известие о пропаже Эспер оставило Элайю странно равнодушной. Хотя нет, не так - одна ее часть рвалась на помощь сестре, а другая часть наблюдала за этими метаниями со стороны, странным образом парализуя все чувства девушки и не давая ей сделать ни шагу. - Мне больно... - Элайя пошатнулась и безвольной куклой осела на землю. С усилием поборов слабость, Люций подскочил и поднял эльфийку. Он уложил безвольное подрагивающее тело на шкуры возле костра и укрыл тёплым одеялом. Обычное состояние после посвящения малефикара. Слабость, озноб, головокружение и сонливость. Завтра она будет совсем другой. Маг погладил девушку по голове, тронул кончик острого ушка и тихо сказал: - Спи, малышка. Сам он вернулся к стволу сваленного дерева и обессиленно присел, наблюдая за сборами спасателей.

Он посмотрел на малефикара, не решаясь просить его спасти девушку, которую наверняка ненавидел из-за сложившейся ситуации Этот взгляд он уловил сразу. Особой ненависти к Вороне Люций не испытывал, но вот неприязнь была на лицо. Он лишь отвёл взгляд в сторону, показав всем своим видом, что не намерен участвовать во всех аферах, которые затевает сумасбродная антиванка. И если никто не будет настаивать, он предпочтёт остаться. Спасителей и так было предостаточно. - Возьми зелья из моей сумки, - сказал он Тайтусу.

-Эспер вляпалась в неприятности. Снова. - не самым довольным голосом пояснила Амина. - Капитан говорит, ее похитили гвардейцы какого-то барона. - Интересно зачем тевинтерским гвардейцам потенциальная рабыня? - не понял Люций всей глубины проблемы. Обычно эльфов с таким рвением не похищают. Их ловят на улице и продают. - Надо поискать у работорговцев, я думаю.

Амина закатила глаза, положительно, от этой эльфийки одни проблемы. - И что будем делать? - А что случилось? - Люций чувствовал себя не лучшим образом, но общее беспокойство заставило его заинтересоваться.

Игнорируя вопросительные взгляды, долийка отыскала сумку Люциуса и разыскала то, что он просил, после чего вернулась обратно. На всякий случай она захватила два флакона. Маг улыбнулся на такую её предусмотрительность. Он влил в себя голубоватую жидкость, как страждущий воды в пустыне. На какое-то время ему стало легче. Но вскоре он почувствовал новые приступы тошноты. Разблокированная способность пока не подчинялась Элайе в полной мере. И с этим что-то нужно было делать. Единственно верный способ укротить магический хаос - это связать способности магией крови. Издревле Дар Думата помогал малефикарам усиливать и контролировать способности. Магия крови никогда не была отдельным учением, она лишь помогала, защищала, стимулировала. Элайя... - позвал он её. - Присядь со мной рядом. Я кое-чему тебя научу. С твоими способностями это необходимо, поверь. Она доверчиво опустилась на тёплую землю. - Дай мне руку... ...По тонкому женскому запястью скользит полулунное лезвие. Медленно. Один разрез, за другим. Под тонкой кожицей голубеет сеть вен. Они извиваются запутанной вязью, ползут на предплечье, плечо и ключицу. Хрупкие ниточки жизни, таящие в себе могущественную силу. Загнутое остриё не торопясь вспарывает вену за веной. Но боли нет, есть только его глаза. В черноте которых она тонет, захлёбываясь на дне кровавым потоком, несущим успокоение и уверенность. "Думат Великий. Хранитель Вечности. Источник Жизни и Огня. Я буду твоим рабом. Я принимаю Дар. Я преклоняюсь... Прими". "Кровь за кровь, Дар за Дар... Alea jacta est..." - Запомни эти слова. Они требуют крови. Кровь потребует их. Но теперь ты справишься со всем. Пока струится жизнь, ты владеешь собой и своей силой. Он залил раны на её руке тем особым составом и сказал: - Уже темнеет, пойдём в лагерь. И... никому не говори, чему я тебя только что научил. Это будет нашей тайной.

Не успеваю - всех)

Это плохо?)

Элайе только со второй попытки удалось правильно произнести все слова и расставить акценты в нужном порядке, но это уже был прогресс - если вспомнить, сколько они бились над первым заклинанием. Показалось ли ей, что магия сама направляет и подталкивает ее, стремясь освободиться, или же это так и есть? - Вот, умничка, - похвалил её маг за безупречное произношение. Надежда на восстановление маны появилась. - Будь добра, сбегай, возьми в моей сумке синий флакон с лириумной настойкой. А то мне что-то не по себе.

Храмовник забеспокоился?))

- Тебе плохо? - встревожилась Элайя. - Что я могу помогать? Левую руку девушки дергало и жгло будто огнем, она даже удивилась, что не чувствует запаха горящей плоти; но сейчас ее куда больше беспокоило состояние Люциуса, чем собственное. Маг прислонился к камню, не выпуская из лихорадочно сжатой ладони переплёт книги. Он лишь на секунду представил что бы произошло, если прочесть разрушающее заклинание до конца. Вполне возможно этот участок имперского тракта просто перестал бы существовать вместе с тем кто непреднамеренно сотворил конец света. - Помогать... - сказал маг через одышку. - Для начала, говори со мной только по тевинтерски. А теперь, повторяй слово в слово. Ещё одно сдерживающее заклинание было передано эльфийке. Люций очень надеялся, что она сразу же научиться его произносить правильно. Если нет - ему придётся забыть про ману и пользоваться только кровью и посохом.

Эля - это ходячий Апокалипсис.)) Я серьёзно)) Потому папаша Люция так её и заблокировал до поры до времени.

Девушка подняла глаза на подходящего Люциуса. - Мы продолжать? - спросила она, почему-то переходя на всеобщий. - Да, - не сомневаясь подтвердил маг. Он присел рядом с долийкой и обнял, крепко прижимая к себе. - Не расстраивайся. Научись быть сильной. Твои способности ещё не раз станут причиной злобы других. Ты ощутишь и зависть, и ненависть. Но не стоит растрачивать себя и свои силы на осознание чужой неспособности понять и принять. Ты выше их, ты сильнее. Тебе подвластно всё. Убогие измышления не достойны твоего дара. А теперь, - он встал и подал ей ладонь. - Идём. Вон на те камни. Я намерен сегодня ещё немного расшатать твою "ловушку". Они уселись друг против друга. Люций достал книгу и открыл на той самой странице с зашифрованными символами. Он заметил, как подрагивают собственные пальцы от волнения и неизвестности. С самого раннего детства наследник старой веры привык держать магию в узде, но сейчас, первобытная, дикая и неуправляемая, она могла разрушить и убить кого угодно. С облегчением вспомнив, что принял антимагический эликсир перед "занятиями", который призван хотя бы частично развеять любое воздействие, магистр начал читать древние символы непонятного языка Дракона. Девушка сидела напротив и внимательно слушала странные слова, слетавшие с губ магистра. Расшифровав строку, Люций остановился, внимательно наблюдая за эльфом. Открываемая способность по логике вещей должна быть ниже таких затратных заклинаний, как "Дробящая темница" или "Столкновение маны", но и "Ходячая бомба", из более слабых, его бы сейчас не обрадовала. Он пристально вглядывался в милую мордашку с острыми ушками и пытался найти признаки хоть чего-то, что указывало бы на открывшуюся частицу дара. Или Элайя и впрямь училась на ходу и у неё получалось сдерживаться или эта способность растянута во времени. Люций лихорадочно перебирал в голове заклинания Школы Духа, но так и не пришёл к единому выводу. Который вскоре ощутил в полной мере. Через некоторое время голова пошла кругом, его замутило и навалилась такая слабость, которая была характерна лишь для одного состояния. Люций не раз ощущал на себе воздействие "Святой кары" храмовников - аналога "Вытягивания маны" школы Духа. Магистр покачнулся, но успел плотно захлопнуть книгу. Он сполз с камня на землю, ощущая полное бессилие.

- Я не знаю, что сказать. Это... это пойдёт ей на пользу? Ты учишь её, но во благо ли она применит свой дар? Не обратит ли она его во зло? - А ничего и не надо говорить, - тут же сказал Люций. - Она приняла решение сама. И её воля встать на любой путь. На тёмный или на светлый. Не нам с тобой решать её судьбу. Она великий маг. И я не вижу ни одной причины, почему она им быть не может. Лишь только в угоду тем, кто боится такого дара? - через паузу он добавил, дав эльфу осознать сказанное. - И я не отступлю, пока полностью не разрушу оковы её способностей. Тейвен снова вскипел, но на этот раз сдержался. Уж о чём, а об этом ему говорить не хотелось. - Мне нет места в её жизни. Не после того, что я совершил. Я вообще жалею, что вернулся. Не будь меня с ней рядом, этого бы не случилось. Со вселенским спокойствием на лице Люций оценил очередные гневные порывы бывшего гладиатора. - Послушай, Тейвен, - он подошёл к нему совсем близко, зацепил горловину доспеха и притянул эльфа к своему лицу, так что дыхание обдавало длинное ухо. - Я видел смерть, унижение, предательство. Я видел, как ломаются люди. Не от боли, не от осознания полной безнадёжности. Их ломает жалость к себе. Ты боишься. Боишься признать слабость, тебя гложет страх собственной неполноценности, подпитанный жалостью. И ты упиваешься этим чувством, не видя ничего вокруг. Мне безразличны ваши интимные делишки, ваша похоть и несдержанность, которая закончилась беременностью Вороны, но если ты сейчас уйдёшь, ты не простишь себя никогда. Ты будешь корчится в душевных муках, коря себя до конца дней. Поэтому, хватит жалеть себя! - эти слова маг почти выкрикнул и, оттолкнув эльфа, пошёл к Элайе.

- Но я же не знала, что это Тейвен! - Элайя готова была от стыда под землю провалиться. - Есть простое правило в Круге и для учеников и для магистров. Прежде, чем бросить готовое заклинание, посмотри куда ты его бросаешь. Бывает трудно удержать готовые информационно-энергетические сгустки, поэтому лучше заранее определиться с возможной целью. Учись себя сдерживать. Контролируй свой страх. Эмоции не должны управлять тобой. Только холодный разум, никаких слёз. - Занимается магией? То есть... - давно крутившиеся в голове Тейвена подозрения подтвердились, - ты теперь её обучаешь? - В ней заключён огромный магический потенциал, - честно сказал Люций. - Её способностям позавидуют именитые магистры. - Ты бы себя со стороны послушал. Как думаешь, чем обычно занимаются в кустах мужчина и женщина, когда говорят друг другу такие вот слова? Моей первой мыслью было как следует разукрасить твою тевинтерскую рожу. - Вот спасибо, - поблагодарил маг. - Но я как-нибудь без украшений обойдусь. Ну, смотрю, тебе легче... - Люций поднялся. - Может, поищешь свою пассию? В её положении вредно так переживать.

- Да, наставник... - Элайя размазала слезы по лицу и без запинки отбарабанила заклинание. - Я, кажется, поняла как это делать. - несколько неуверенно сказала она. Потом, не удержавшись, еще раз шмыгнула носом. - А с Тейвеном все будет в порядке?.. - Даа, - уверил её Люций и с иронией добавил. - Если он, приближаясь к тебе, будет о себе напоминать, прося аудиенции письменно.

- Что... это было? Сейчас над ним стоял склонившийся Люций с полупустым флакончиком целебного снадобья в руках. - Это... ммм... Элайя, - неуверенно проговорил Люций, поглядывая на ученицу. - Она занимается. Немного не рассчитала силы. Да... немного, - Он заставил эльфа выпить остатки зелья. - А ты зачем за нами в кусты полез? Элайя, до этого тихо всхлипывавшая в сторонке, заревела уже не скрываясь. - Я... я не хо... хотела!.. - А вот плакать не надо, - категорично заявил маг. - Ты разве не слышала, что я тебе сказал сделать?

Девушка всхлипнула и оглянулась на Люциуса. - Это ужасно! Я совсем не хотела... Я думала, что на нас кто-то напал, и только потом узнала Тейвена. Ты можешь ему помочь? Люций подошёл к распластанному на земле эльфу и присел над недвижимым телом. - Деточка, отойди в сторонку, - он с опаской отодвинул Элайю от её жертвы. - Кто же спорит. Конечно, ужасно. Такой "Взрыв разума" я вижу второй раз в жизни. Первый, когда его одновременно творили пять магистров, чтобы свалить толпу генлоков. Помнишь, то сдерживающее заклинание? Повтори его сколько сможешь. А я попробую твою "мишень" в чувства привести. Он вытащил из поясной сумки зелье и влил в рот эльфа. Тот лихорадочно глотнул и через пару минут открыл глаза. - Легче? - осведомился Люций, придерживая голову Тейвена на весу.

* Элайя Элайя, мгновенно развернувшись в сторону потенциальной опасности, выпустила в сторону нападавшего сильнейший разряд ментальной энергии, не только оглушивший его, но и отбросивший на пару метров. Собственно, в этот момент тевинтерский магистр напоминал статую. Окончательно застывшую во времени и пространстве, хорошо хоть с закрытым ртом. Такой бурной реакции от своей ученицы он никак не ожидал. Ему уже было не интересно чего там с Тейвеном, потому что такие способности требовали серьёзного контроля. Он поплотнее завернул книгу в шкуру и решил пока ограничиться "Взрывом разума", который в руках этой эльфийки обладал прямо-таки разрушительным действием, хотя был призван лишь оглушать. - Элайя, детка, - хриплым голосом проговорил маг. - Не надо так реагировать на посторонних. Прежде отдифференцируй цель и только потом принимай решение.

- Я не говорю за всех. - снова повторила Амина глядя ему в глаза. - только за себя. Он лишь промолчал. Да и что можно сказать любящему человеку, которому ты позволяешь любить. Ведь, ты сам находишься в таком же положении. Как много он тебе сказал после того нелепого признания, которого не должно было быть никогда?.. - Да я никогда не хотел ни тебя, ни твоего поганого выродка!! Походя брошенная фраза Тейвена, малефикару не понравилась. Ему было наплевать кто, когда и как, и вообще чей там завёлся приплод, но припомнив, как Тейвен взвился защищая "самое дорогое" после его предложения, он весьма скептически посмотрел на благие намерения эльфа в отношении какого либо намёка на благородство. Маг лишь проводил взглядом влюблённую парочку, разбежавшуюся по сторонам. * Элайя Девушка проводила подругу взглядом, но не решилась последовать за ней Видимо, многих ошарашило подобное заявление эльфа. На мордашке Элайи как всегда отразились самые страшные терзания за чужую необдуманно совершённую глупость. Она переживала больше всех остальных и Люций решил её отвлечь. К тому же он давно подумывал о продолжении обучения. Он осторожно вынул из сумки, завёрнутую в пятнистую шкуру книгу "Захвата" и окликнул долийку: - Элайя! Пойдём, займёмся делом. Она послушно приблизилась, и они отправились в ближайший овраг, подальше от посторонних глаз.

- Ты говоришь странные вещи. - Амина села, когда Люций подошел к ней и прислонилась к седлу спиной. - Люди рискуют жизнями вовсе не за безликое государство, хотя в конечном счете выглядит именно так, а за свой дом, семью, дорогих сердцу людей... По крайней мере так дело обстоит со мной. - ее губы тронула мимолетная улыбка. - Поправь меня, если я ошибаюсь, но мне кажется, что Люциус Крисп совершенно нетипичный магистр. - Хочешь, сказать, что вы все готовы отдать жизни за тевинтерского магистра, который в жизни насовершал столько, что и костёр не очистит, - Люций горько усмехнулся. - Ради Думата, Амина. Я даже предположить не могу почему вы все до сих пор рядом.