FOX69

Список давайте) Я готов. Кину за Амину) А когда вернётся?)

Я где-то здесь)

Всем, до завтрашнего вечера) Надеюсь, на боссов успею)

Серебряный Шпиль. И вот, они у фундамента Башни Архонта. Спиральная лестница взбирается по гранитной стене в подвальные помещения, где, возможно, Тайтус уже допрашивает опального Девайна. Ещё немного и он увидит его. Вергилия. Жгучее, болезненное, почти физическое, чувство мести вскипало в нём, постепенно вытесняя все человеческое. И чем выше он поднимался, тем острее становилась необходимость увидеть кровь врага на своих руках. Он приложил руку к холодному камню и слова заклятья открыли перед ними вход в Серебряный Шпиль. Криспы редко пользовались этим тайным проходом, хотя каждый знал о его существовании. Он был прорублен ещё с тех времен, когда Первый Архонт занял свой трон. Они пробрались внутрь. - А как мы его найдём в таком большом многоярусном здании? - спросил кто-то из спутников магистра. - Очень просто. Мы пришли в определённое время и я очень надеюсь, что Вергилий не отступает от вечернего ритуала молитвы. А значит, мы идём в "Подкупольную обитель Создателя". Там отправляют ритуалы все Архонты. Мы в нужном месте и в нужное время. Осталось лишь незаметно пробраться на самый верх башни. Охраны в Серебряном Шпиле достаточно. Это и личная стража и храмовники, поэтому мы должны быть предельно осторожны, чтобы не привлечь внимание всей этой армии. Узкая спиральная лестница довела их прямиком до купола. Три стражника встретившиеся на пути, безмолвно приказали долго жить. И вот, он у цели. Наконец-то. Сколько он к этому стремился, сколько призывал богов и вот его враг. Его руки в крови. В его глазах отражаются души умерших. Вергилий стоял перед алтарём и приносил вечернюю молитву, но лёгкий шорох заставил его обернуться. - Крисп! Но больше Люций не дал сказать ему ни слова. - Крисп!? - Авлус был поражен, но сейчас же это чувство уступило место гневу, глаза архонта потемнели. Он был почти уверен, что он погиб, но убедился в очередной раз, что все нужно делать самому. - Как ты выжил? Впрочем, мне не интересно, ведь это ненадолго. - Вергилий говорил насмешливо спокойно, хотя теперь, когда он знал все, у него не было ни единой причины убивать мага и остальных. - Зачем ты делал это? - в последний миг перед боем Люций все еще хотел знать, почему погибли его родственники. - Зачем ты убивал их? Они не имели отношения к казни твоей семьи! - Это была ошибка. Незначительная ошибка. - Архонт мысленно готовился к бою, он, как и его враг, ясно понимал, что живым отсюда выйдет лишь один из них, и Вергилий был совершенно уверен, что это будет он. - "Бегрез!" - позвал от беззвучно, но... впервые за все время не получил отклика. - "Бегрез, я призываю тебя, настал тот день, когда мне нужно твое присутствие в моем теле!" - и вновь пугающая тишина. - Ошибка!? - чувства Люция не взялся бы сейчас описать никто, даже он сам, да и чего стоили слова сейчас, когда перед ним стоял убийца его семьи. Он приготовился сплести самое страшное проклятие, которое только мог. - Перед смертью ты пожалеешь... - Не думаю, - тонкие губы искривились в злой усмешке, голос был тверд, на деле же Вергилий уже не был так уверен в победе, его подставили самым подлым, но далеко не неожиданным образом. Тот, кого он носил в своем теле двенадцать лет, тот кто помог ему убить отца и заставил поклониться себе в обмен на жизнь, оставил его в решающий момент. - "Справлюсь один." - решил седовласый магистр и позволил магии струиться через него в этот мир.

А если я сейчас пост кину, он не сольётся с моим же? Отделите кто-нибудь. Я кину ещё часть и спать) О, всё) Хикару,

Перед уходом. (перед уходом она с большим трудом заставила себя пойти и забрать его из комнаты, к великому облегчению, Люция там уже не было, ведь она не имела ни малейшего желания говорить с ним). Поздний вечер. И до их опасного путешествия оставалось не более двух часов. Обеспечить группу достойным оружием и доспехами тевинтерскому магистру не составило труда. Всё было готово, но кое что он должен был сделать. Погасить хоть как-то гнетущее чувство вины. Робкий стук и из-за дверей послышался голос слуги: - Миледи Амина, вам послание. Замешкавшись, женщина позволила войти десятку слуг, которые несли огромные корзины с цветами и лепестками роз. В мгновение комната превратилась в благоухающий рай. Насыщенный, сладкий опьяняющий аромат, вскруживший голову. Чёрные тевинтерские розы. Символ власти магистров. Наверное, в этой комнате сейчас были все изысканные экземпляры Минратоуса. - Миледи, - слуга с учтивым поклоном протянул ей бардовый замшевый футляр. - Мессир просил вам передать это, - он склонился ещё ниже и удалился, оставляя женщину одну. Она несмело открыла продолговатую коробочку и обнаружила там алмазное ожерелье и записку: "Я был не прав. Если можешь простить, я хотел бы встретиться".

Если тюрьма, то возможно ниже фундамента.)

:koo-koo: я вам разгромлю))

Всем пока, до завтрашнего вечера) Не разгромите башню))

Когда появился лабиринт глубинных троп на севере Тедаса, только гномам известно. Да, порождениям тьмы, которые во время первого Мора оставили после себя огромное количество дополнительных туннелей. Именно, здесь, в Империи пробудился Дух Великого Первого Дракона, воплотившегося в теле Архидемона. Каждый тевинтерец знал легенды прошлого и помнил о наследии спрятанном глубоко под землёй, но подробные планы проходов до святая святых – Места Пробуждения Первого – были известны лишь его истинным наследникам, до сих пор окропляющих алтари Думата человеческой кровью. Один раз спустившись в подземелья Минратоуса, не возможно было забыть путь ведущий к Храму, навершием которого служил фундамент Серебряного Шпиля – Башни Архонта. Люций помнил, как с отцом не раз посещал эти места, помнил бои с порождениями тьмы и первые свои проклятья, которые единожды коснувшись жертвы уже не оставляли ей шансов на спасение. Помнил утомительные переходы, спуски и обрывы, подземные реки, пещеры и заклинание «Пути», освещающее тропинку во тьме. - Будьте осторожны, - предупредил Люций. – Не сворачивайте с дороги. Обратно не вернётесь. Он не отпустит. Они очень долго спускались вниз, в самые недра. Куда был низвергнут Дракон, не покорившийся Создателю. На самом же деле, пребывающий в кипящей магме вечно до исчисления Времён. Это он не даёт ядру остыть и прекратить движение. Это он одушевляет всё живое и насыщает своей огненной кровью. Время перестало существовать в каменном мешке, заключившем их мягкие беспомощные тела. Над их головами осталось около двух километров гранита, известняка и мрамора, а они продолжали спускаться. И вот мерцающая тропинка начала взбираться вверх и через сотню метров путники поднялись в огромную пещеру. Камень её стен казалось, светился изнутри. Испепеляющий жар дохнул в лица и заставил отступить. - Здесь… - еле слышно сказал Люций, но его шёпот отразился стократным эхом под сводами грота и вернулся обратно громким криком. – Он восстал здесь, сотни лет назад. Маг встал на одно колено, сцепил руки в «замок» и склонил голову. Тихие слова древней молитвы наполнили пещеру и заставили раскалённый воздух дрожать. Там впереди виднелся проход в чёрный туннель, но до него нужно было ещё дойти через краснеющие под ногами камни. - А почему здесь камни красные? – спросил кто-то за спиной у Люция, когда тот завершил молитву. - Это дыхание Дракона, - ответил он, мало чем прояснив ситуацию с плескающимся под их ногами озером кипящей лавы. – Идёмте. Но на пол пути к проходу они замерли в оцепенении. Перед ними возвышалась в мутном клубящемся дыму голова рогатого Дракона. Она закрыла собой проход и смотрела на путников мутными бездушными глазами. - Думат Великий… - маг тоже был в замешательстве. Лишь несколько секунд спустя он сказал. – Путь закрыт. Мы не пройдём. - И что же возвращаться? – вопрос из-за спины. Маг чуть помедлил и проговорил: - Лишь кровь жертвы откроет эти двери, - он оглянулся через плечо. Его спутники попятились, а Люций с облегчением вспомнил недавнее свидание с Драконом в Чёрном Городе. Теперь, он сам имел статус жертвы. Кровь магистра окропила алтарь: - Кровь за кровь, дар за дар… Прими эту жертву... И в то же мгновение пространство над алтарём прочертила молния, а огромная голова дракона растворилась в облаке пыли и запахе озона. Вдалеке чернел проход наверх. До Серебряного Шпиля оставалось не больше километра...

Он шёл по тёмным коридорам, зная наизусть каждый поворот, каждую нишу в стене, каждую потайную дверь. Он поднимался всё выше и выше, туда под самый купол, где бегал ещё ребёнком. Здесь было тихо и спокойно, и вряд ли кто-то нашёл сюда дорогу. К тому же, устойчивое магическое поле скрывало вход, превращая двери в гладкую стену. Он был один. Всегда один. Наверное, это удел всех облечённых хоть какой-то властью. И эти люди, как казалось ставшие друзьями, никогда до конца не поймут тёмную душу магистра. Ты обручён с одиночеством и будешь душишь надежду собственными руками, до тех пор пока не умрёшь сам... Х

Да, разбить) Как в игре) Не понравилось?))

По слугам постреляй, чтоб быстрее бегали))) Стянул незаметно, когда целовались. Рот не надо разевать)))

О вообще на улицу можешь выйти, во двор, в сад вокруг башни, шарлатан мелкий(ая) )))

Спроси у Элаий))) Там уже и стреляйте все)) Берите ещё один гобелен)) *тут должен быть кулак*))))

- Что тебе нужно? Уходи, Крисп. Тебе не стоит разговаривать с рабом, это ниже твоего статуса. - Хм... - с грустью усмехнулся магистр. - Раб?.. Тогда ты не должен мне указывать, - он немного помедлил, рассматривая красный камень в ажурной оправе из сильверита. - Это символ, - сказал он эльфу, опуская амулет на крышку стола. - Символ крови тысяч рабов, поднявших восстание против своих хозяев. Символ свободы. Амулет Шартана. Я не знаю откуда он появился в Чёрной Башне, но он хранится здесь давно. В нём заключены души. Души твоего народа, Тейвен. Ты можешь принять их силу и знания. А можешь просто отпустить. Теперь, он твой, - Люций развернулся и пошагал к выходу. Уже около дверей, он обернулся и сказал. - Прости.

- Все вы, шемы, одинаковы. Чужая жизнь для вас не значит ничего, она лишь разменная монета для ваших безумных игр с мифическими идолами! Люций даже не обернулся, когда эльф убежал: - Не надо иллюзий, Тейвен, - еле слышно проговорил он, глядя в открытое окно на вечернее небо. - Ничего не меняется в Империи, даже, если меняется один человек. И всё, что я могу сделать - это облегчить жизнь своим рабам. Я даже свободу им дать не могу. Потому что их переловят и продадут снова. Он заставил себя немного подкрепится, затем проверил оружие, после чего заперся в той комнате, где ночевал. Ему хотелось поскорее покончить со всем, и навсегда покинуть ненавистный особняк. Маг стоял перед запертой комнатой эльфа и держал в руках яркий горящий камень на цепочке. Наверное, он испытал что-то подобное чувству вины, но к Тейвену его скорее всего толкнула жалость и участие. Он провёл рукой по замку и защёлка отъехала в сторону. - Тейвен, - позвал он эльфа.

Щас, пожалуй, посмотрю. Но Эля его хорошенько приложить может))))) *научил на свою голову*

Ага) У него бывает) :-$

- Как ты можешь так спокойно говорить об этом? - произнёс он как можно более размеренным тоном, - Тем более ты и сам знаешь, я ни за что на такое не пойду. Это самая грязная низость, какую только можно представить. Постой... тебе уже приходилось это делать? Хотя не отвечай, даже думать об этом не хочу. - А как об этом должен говорить малефикар? - голос Люция был отчуждённым. Гнетущее прошлое, болезненные воспоминания, путешествия по Тени, кошмарные сновидения, ссора с Аминой - всё сложилось и вылилось в злобный крик. - Кем ты меня считаешь?! Подстилкой вашего Создателя?! - он схватил эльфа за доспех и приподнял над креслом. - Я пью кровь драконов и людей, я поклоняюсь Думату и должен приносить ему жертвы! Я с детства проклят! А в этой башне умерло столько эльфов, что можно кладбище делать! Кем ты меня считаешь?! Святой Андрасте?! Он отпустил эльфа и отошёл к окну. Эмоции бурлили, а сил сражаться с самим собой практически не было.

- Да... Как ты вообще мог даже подумать об этом?! Ты... - секундная вспышка гнева промелькнула на его лице, но он сдержал себя, вцепившись руками в подлокотники кресла, отчего те затрещали, - я, по-твоему, похож на убийцу детей?! Да ещё и возможно, своих?! - Не кричи, - Люций засмеялся. Он встал похлопал эльфа по плечу. - Только не нужно стыдить малефикара. Оставайся со своими проблемами. Это было лишь деловое предложение. Сделка, не более. - Извините, что прерываю разговор, но ... Крисп, можно ли поработать в лаборатории? Тут он заметил голову Корина, высунувшую в щель двери. Кажется, этот парень всегда где-то рядом. Неужели он за всеми из тени следит. Интересно насколько он позволяет себе вольностей. - Нет, Корин, - отказал Крисп. В лабораторию отца он никого бы не пустил. Слишком большой негативный потенциал хранило это помещение. Любой инцидент в нём мог вызвать непоправимые последствия. - Мне хватило твоих ядрёных глюков на острове. Страшно подумать, если бы я не ушёл в Тень, то Эспер непременно меня оседлала. Но нижний цоколь я могу тебе предложить. Любые ингредиенты закупят слуги. Только осторожней.

- Пойми меня правильно... Я совсем не хотел, чтобы дошло до этого. То есть... остепенятся, заводить семью мне уже поздно. От своего ребёнка я никогда не откажусь, но... Я уже обсуждал это с Торнадо. Мне страшно за его судьбу в независимости от того, чьей он. Да и... Мы постоянно рискуем жизнью, а после сегодняшних событий мы, вполне возможно, не доживём до завтра. А даже если и выживем, думаешь, это благотворно скажется на малыше? - Тебе не понравится то, что я скажу, но... - Люций пристально посмотрел на эльфа, раздумывая стоит ли об этом вообще говорить. Но чёрный маг на то и чёрный, чтобы не делать различий в способах достижения цели. - Ты ведь знаешь, что магия крови способна на всё. Эспер ничего не заметит. Это будет безболезненно и быстро. А твоя совесть успокоится.

- Мне достаточно и простого подтверждения, - на некоторое мгновение он замолчал, затем выговорил, - этого-то я боялся... - То есть тебе не нужен этот ребёнок, чей бы он ни был? - поинтересовался Люций. - А если детёныш твой? Всё равно готов его потерять?

- Я насчёт своей просьбы. Быть может, тебе как-то между делом встречалась Эспер? Ты всё выяснил? - Она беременна, - почему-то сейчас перед этим эльфийским парнем, прошедшим с ним рядом ни одну милю и сразившим ни одного врага, ему не хотелось вычурности аристократа. - Срок совсем небольшой. Сердце только сформировалось. Но как я и говорил, я не повитуха и точные сроки мне неведомы. Я лишь могу сказать, есть или нет.

- Люций? Я не помешаю? - произнёс он, как только вошёл. - Заходи, не помешаешь.