FOX69

Так кто ж может подсказать, если я сам не знаю куда вас занесёт. >_>

убей в себе жабу^^

Всем по 700 о.о!

- А почему не храмовником? - искренне удивился эльф, - это вроде почетно... Ну, я пошел, а то там... дело одно. Пол заспешил в направлении недостроенного нужника, философски приняв не совпадающие с его предпочтения Красса. - Так Тевинтер же... - сказал Тео вслед уходящему. - Тут за храмовниками бегать надо, а не наоборот. Взгляд обратился на оставшегося. Недоверчивый, готовый затаить обиду на всю оставшуюся жизнь. "Ты знал?!" - вопрошал он. Он и сам испытал не малое удивление, увидев павшую от соли тварюшку, принесшую столько проблем. Отпихнул её сапогом от страдальца и уставился в грустные карие глаза. - Надо же... - растерянно проговорил Тео, - оно соли боится. И что он на десять минут раньше не вышел? - спросил у себя самого. - Вик, - робкий шаг навстречу в надежде, что не сбежит. - Ну, откуда мне знать было... я всю жизнь у моря прожил. Поспешно вытащив из-за пояса целительное зелье, вложил в ладонь травмированному и спросил, скромно взирая снизу на жертву ледяной экзекуции: - А ты бы правда хотел перрипати стать? Или тебе только меня прибить хочется?

- И бегать за вами всю жизнь? - собственное предложение "на всю жизнь", сделанное ему же неделей раньше, давно выветрилось из памяти. - Мм... - будущий убийца магов уверенно шёл на абордаж малефикаров, прижимаясь плотнее. Вот уже и абордажный крюк поблизости совсем. Метит в самое уязвимое. - Не знаю, как Пол, а я бы не отказался побегать от такого перрипати. Лёд таял, вода текла. Показалось чёрное брюшко виновницы процедуры и вставший дыбом волос на руке барда.

- Может я тоже "убийца магов"? - предположил бард, оценив бесплодность действий оборотня, - Бывают такие способности врождёнными? - Вполне возможно... - Тео вздохнул, наблюдая сорванное заклинание исцеления. - По крайней мере, тренируем мы твою ярость к магам постоянно. Может, к концу похода в коллегию перрипати вступишь? - Видите ли, Виардо, иногда маготоки бывают... ну, несбалансированными. Требуется корректировка... - Пол невзначай скользнул взглядом по профилю мага стихий и отправился за водой и... самогоном. Анестезия все же требовалась. Вскоре вернулся и предложил то и другое убийцам пиявки. Страшная вещь - оборотень с несбалансированными маготоками. А оборотень с самогоном - страшен вдвойне. - Пол, ты лучше лёд водой полей, - посоветовал Тео, уже намертво прилепившийся к барду, не хуже той самой пиявки. Тем временем лёд начал понемногу оплывать и превращаться в воду.

- А я чуть не утонул, - поделился покоритель природы приключением дня, и пояснил для ясности, - Рубашку стирал. Только сейчас вскинув голову вверх, Тео заметил глубокую царапину поперёк смуглого лба и слегка отшлифованную камнями физиономию. Посмотрел с сочувствием и со всей искренностью проговорил: - Хорошо, что ты не прачка, - и плотнее прижался к несчастному барду, на которого со вчерашней ночи свалилось слишком много небесных кар. Почему-то стало его нестерпимо жаль. Это большое, тёплое и такое одинокое во враждебной стране. Посмотрел в карие глаза и подцепил носом курчавый подбородок. - Мне казалось я смогу. Извини... Сейчас, оттаешь и надо будет к Лурцу подойти или зелье принять. — ...не бьется, - закончил он куплет и подошел поближе. Поглядел на свои инструменты: пила, молоток... - Помощь нужна? - О, Пол! - обрадовался Красс. - Очень нужна. Полечить надо. Сейчас оттает.

- Тео.. - прошипел бард, закрывая глаза, и стараясь дышать поглубже. Чай имел неплохие шансы выскользнуть из дрожащих пальцев благодетеля и обварить вторую руку жертвы для комплекта, - Не надо чая, - попросил пациент и уставился в глыбу, выискивая в синей глубине чёрную точку, - А пиявка тоже оттает? - поинтересовался он. - Пиявка?.. - про существование мелкой твари - причины криопроцедуры - лекарь уже забыл. - Ну, она... да, - руки, по привычке облапившие бёдра стоящего слишком близко, переползли на пояс, предотвращая двусмысленность момента. Нет, не думал он воспользоваться беспомощным на коновязи. - Но мне кажется, у неё будет шок. И она сама отпадёт, - покосился на прозрачный лёд и добавил, - теоретически.

Пациент вздохнул и доверчиво протянул руку. Создатель. И что доверчивых шпионов ничему не учит опыт общения с тевинтерскими боевыми магами. Уж сколько претерпел от названного центуриона и опять вверил себя в его кривые и буйные руки, которые с самого их становления существовали лишь для разрушения. «Целитель» встал. Придирчиво рассмотрел тварюшку. Переместил пациента поближе к деревянной перекладине коновязи и заставил положить руку поверх. Сконцентрировался, накидывая боевую ауру, со всей ответственностью к предстоящему лечению вскинул руки и шарахнул ледяной хваткой. Прицельно! Старался прицельно. Но объём гадины не позволил создать полный фокус, и заклинание охватило большую область. Настолько большую, что заморозились – тварюшка, предплечье барда и часть деревянной балки коновязи в монолитную ледяную экспозицию… - Не двигайся, - проговорил Красс так, словно часть заморзки и ему досталась. Лихорадочно сглотнул. - Только не двигайся. Минут через десять само растает. Только не шевелись. Серые глаза взирали снизу с полным осознанием собственной ущербности. - Вик, ты только не шевелись… чтобы рука не оторвалась, - он обхватил барда за бёдра и зафиксировал пациента. – Хочешь, я тебе чаю принесу? Горячего… - этот акт милосердия не мог искупить вины, но хотя бы отвлекал пострадавшего от заиндевевшей родной части тела.

Уроженец Вал Руайо с сомнением посмотрел на руку. Рука была большой, пиявка на ней - очень маленькой. - А ты попадёшь? Так, чтобы не в меня. - Ну... - философски изрёк криоцелитель, откладывая трубку. - Скорее да, чем нет. Но шанс замораживания есть.Но всё лучше, чем рука окаменеет?.. - должен же уроженец Вал Руайо понимать насколько одно зло меньше другого.

- Не отдирается, - как-то по-детски пожаловался он, подходя к ограде. - Я как-то с ними дел не имел никогда, - проговорил уроженец Минтратоса. - На море пиявок нет. Может, её... заморозить, - несмело предложил он.

Прикинув размеры кровососа, Вик решил, что всего его монстрику хватит надолго, и можно отложить расставание до встречи с кем-нибудь осведомлённым. Возвращался он отдохнувшим, себе на удивление, спокойным и очень голодным. Даже у жестокого трактирщика должно было дрогнуть сердце. Проводив целителя в компании с телохранителем принимать ванну, центурион уселся под навесом коновязи, в тени и достал кисет. День предстоял долгий. Вечер ещё длинней. Он набивал трубку и пристально окидывал округу взглядом. Зачем? Когда ничего не могло угрожать. Привычка - постоянно быть начеку, когда в дозоре. Его не заметить было нельзя. Демаскирующий фактор. Твою мать. На фоне деревенского пейзажа заштатной глубинки, среди крестьян с огрубевшими руками и согнутыми спинами, среди навоза и неказистых домишек, он шествовал с гордо поднятой головой и чувством собственного достоинства, выбиваясь из общей картины своей артистичностью. Высокий, стройный, свободный. Лёгкая походка от бедра... тёмная кожа... что-то где-то шевельнулось. Нет. Задавил, прямо на корню, придушил и заткнул подальше, припомнив прошедшую ночь. Отвернулся, настойчиво заталкивая табак. Может, в скопцы податься? Сосредоточенно вдавливал резанный моровик скромным гипотетическим скопцом до тех самых пор, пока орлеец с ним не поравнялся. Боковое зрение зачем ты есть? От глаз надо тоже избавиться, как и от причиндал. Голова невольно поднялась. Взгляд виноватый, но как-то без особого раскаяния. Снизу вверх, проползший от колен и до глаз. - Тевинтерский малефикар провоцирует дипломатический скандал? - кивнул на жирную пиявку на предплечье барда.

Лурц покивал словам стихийщика и уже было пошел прочь, но буквально через два шага остановился, обернулся, захваченный новой мыслью: - В чем именно ты сомневался во мне, Тео? - глаза смотрели испытующе, а на лице гуляла рассеянная, кривоватая улыбка. - Ты тоже думал, что я струшу и уеду? - Да, - ответил центурион. - Такие, как Квинт, умеют добиваться своего. И... не хочу тебя расстраивать, но Квинт не один на службе у Его Величества. Пока у нас есть фора и мы должны её использовать. Ещё ничего не кончилось, Децимус.

- И тебе день добрый, Тео, - несколько обескураженно ответил Децимус. Даже не углубляясь ни в какие тонкости, в словах командира чудилось недовольство. Конечно, задержка была непредвиденной и, Андрасте свидетель, весьма болезненной, но вряд ли стоило винить в этом Лурца. Пожав плечами, он ответил на заданный вопрос, вопреки собеседнику длинно и расплывчато: - Если скажешь, то хоть сегодня. Постараюсь удержаться в седле. Но не раньше, чем мне приготовят ванну и я поем. - Ванну?.. - улыбнулся Красс. Целитель оживал прямо на глазах и был, как никогда, стабилен. Сначала ванна, потом хоть снова в пекло. Не передумал, не сломался. И не сломается. Мессир Донатус, можете вырвать себе все волосы во всех местах. - Ванну нельзя пропускать. К тому же, возможно, последнюю перед длительным периодом воздержания от водных процедур. Значит, выезжаем завтра утром, - отчеканил он, как приказ, и добавил. - Я не должен был в тебе сомневаться, Децимус. Отдыхай. Дорога дальняя. А вот чем заняться остаток дня и ночь, центурион не представлял. Может дров порубить? И никаких карт и сеновалов больше!

На эти слова Децимус задумчиво хмыкнул, но ответить было нечего. Все внимание пришлось сосредоточить на одевании. Штаны, рубаха, сапоги. Вниз маг спускался сам, тяжело опираясь о посох и придерживаясь второй рукой то за стены, то за перила шаткой лестницы. - Я думал, ты дольше проваляешься, - проговорил центурион, приветствуя сошедшего во двор целителя. - Когда в Каринус выезжаем? - без предисловий спросил Красс. Углубляться в тонкости психологии центурион не умел, поэтому вопрос был лаконичен и рационален. Выздоравливающий боец обязан вернуться в строй.

К полудню центурион окончательно вернул себе прежний облик. Был подтянут и собран. Начищенные сапоги и броня, портупея, рукоять меча. Всё при полном параде. И даже перегар почти выветрился. Прошедшую ночь он старался не вспоминать. Решив на раздевание с отрядом больше никогда не играть. Он бродил по двору в ожидании восставшего Лурца. Всё-таки, хорошо быть магом Созидания - лишь бы не убили. Остальное излечимо.

- Ну и ночка выдалась. С этими словами он отправился сделать очередной заплыв к водопаду. - Иди уже, - отмахнулся Тео, - "жеребец". Он откинулся назад, припадая исколотой спиной с шелковистому песку, и заложив руки за голову, уставился в бездонную бирюзу неба.

- За друзей, Тео. За друзей переживаю. А что дурак, так я о том знаю, - он улыбнулся, коснулся его щеки тыльной стороной ладони, отвернулся и швырнул камешек в реку. - Ладно, вот скажи мне, тогда, раз тебя учили в Круге, вот как так выходит: уж два года как хожу я с приглядкой за Гнедком, а конем обернуться так ни разу и не смог. Я ж его уже как родного знаю, изучил уж все его повадки. И вот демона лысого тебе. - Тут я тебе не советчик, - он тоже подобрал плоский камешек и подкинул на ладони. - Оборотничество - редкий дар. Ему в академии не учат. Не классика. Как говаривала миледи Фрассен - "кустарное искусство подзаборных". Неотшлифованное, интуитивное, бесконтрольное. Ты ведь перекидываешься на подсознании. Чёткой схемы проведения заклятья нет. Маготок без вектора. Его уже не исправить. Просто тянешь из Тени всё подряд, сегодня там возьму, завтра здесь. Нет системы. Закономерной связи. Может, поэтому и не получается в коня. А может, - он толкнул эльфа плечом и засмеялся, - может, ты не жеребец вовсе. А какой-нибудь галла. Или кот. На обнажённую спину упали первые тёплые лучи. Туман рассеялся, и новый день занимался у них на глазах.

— Мне надо, чтобы ты горечи не носил за то. Так что не прошло. И сейчас хочу. Откровения. На больную голову. Пол... нашёл же ты время. Не нужны мне твои извинения. Да, и не виноват ты ни в чём. Послал. Я ушёл . Я не настаиваю. Вернулся и хочешь?.. Ооо, нееет, только не сейчас. - И что же, ты за всех своих любовников переживаешь? - усмешка скользнула по губам. - Тогда тебе в монастырь надо, Полихроний. Вот что я тебе скажу. Демон меня твой не пугает. Иначе, что же я за тевинтерский боевой маг. Меня без малого пятнадцать лет учили воевать со всем что шевелится здесь и за Завесой. К тому же, твой наставник тебе не говорил, что демоны всегда лгут, всегда испытывают нашу волю на прочность? Тварь может угрожать и питаться твоими страхом или гневом, но никогда не совершит задуманного.

Пол сел рядом. - Да, перед Улвой мы... я, как обычно, выступил, - опустил голову сокрушенно, не удержался и рассмеялся. - Что-то я плохо себе представляю Вика... Виардо... а впрочем, мы же и правда не помним. Слушай, ну я бы в любом состоянии до такого бы не додумался, мне же не... - он припомнил свой последний пьяный порыв, грустно улыбнулся, - я ведь тебя хотел. Вот. Так что мессир бард зря. Зря думает. - Перед Улвой извиниться надо, - проговорил центурион. Долго смотрел на воду, придумывая хоть один аргумент в своё оправдание. Не придумал. Вздохнул, усмехнулся и, обернувшись к серым глазам, с безобидной иронией подцепил: - Значит, хотел но не понял? Засада. Прошло?

- Ну а ты бы что предпочел: чтобы на этом сеновале мы не чурками проспались, верно? Тео усмехнулся, развешивая отполосканное бельё на ближайший куст: - Не знаю, Пол, - обернулся с улыбкой. - Иногда, выспаться тоже надо. По крайней мере, кроме глубокого похмелья я ничего не чувствую. Мне кажется, я спал. А если что-то и было... - он осёкся, поморщился, словно от зубной боли, - ...если мы Вика... Но он-то явно желанием не горел. Как-то всё по-идиотски вышло. Демон меня дёрнул подписаться на эти карты. Он уселся рядом с кустом на ещё прохладный песок и уставился на тихую воду заводи. - Ещё и Улву обидели... снова.

- Я с тобой. Надо бы искупаться хоть. Голова чугунная. Не против? Эльф поднялся и поплелся за товарищем. Он только махнул головой, приглашая следом. - Почему я должен быть против? - спросил, не требуя ответа, и вывалился с сеновала.

Он так ничего и не понял из молчаливого недовольства барда. Впрочем, наверное, по заслугам. Хотя, если что-то и было, то каждый из них это знал наверняка. И если Виктор так реагировал, то значит... Тео вздохнул и оторвался от спасительной балки. Что сделано, то сделано. Каяться поздно. С Полом он безмолвно согласился. Побратались. Считаем. - Пойду на реку. Надо голову на место поставить и пыль с сеном смыть, - сообщил он оборотню. - А потом, к Лурцу. Надеюсь ему полегчало. Центурион развернулся и, слегка пошатываясь, потащится к выходу.

Может и вырубились. Согласно мотнул головой. Самый разумный вариант, иначе хоть что-то всплыло бы в сознании. По отчуждённым взглядам Виктора Тео сообразил, что что-то упускает из вида. Наверное. Значит... я... мы... Нет. Такое я не забываю. Но вытащить на поверхность сознания хотя бы фрагменты минувшей ночи, память отказывалась. Штаны, наконец-то, пристроились на непослушные ноги. - Я не помню, - виновато проговорил и поднялся, опираясь о балку сарая. Голова пошла кругом. - Извини... Пойло какое-то убойное ты принёс. Что он тебе дал, этот трактирщик? Меня давно так не отключало.

- Я убью тебя, Красс, - сипло пообещал бард, медленно садясь на сене, и прижал пальцы к вискам. Холодно, чешется, тошнит и больно, больно, больно. Хоть Виардо и выглядел непорочно, но его обещание убить противоречило добродетелям спасительницы и шло вразрез с милосердием, которое должен олицетворять любой приверженец южной церкви. - За что?.. - не понял приговорённый, проигрывая в неравной борьбе со штанами. - Мне кажется мои добродетели так и остались непорочными,- проговорил, прислушиваясь к собственным ощущениям. Ощущения были чисты и невинны. - А твои? - Надеюсь, что всё... - пробормотал задумчиво. - ...или ничего? - Если мы чем-то и занимались, то кажется были далеки от посягательств на непорочность. Я помню рой... или нет. Ты не перекидывался?