FOX69

По дороге к склепу энтропия.... росла. Может, и хорошо, что не обернулся. Кто знает, чего бы не хватало у того медведя. Ведомые юным проводником, они добрались до нужных дверей нужного склепа без затруднений. Одна беда - отвратный смрад, стоявший повсюду. А с миражами духовной магии в своем сознании он уже почти свыкся. - Заходите, - замахал ладошкой грязный монстрик на руках Улвы. - Большой откроет. Только постучать надо. А мама меня, наверное, ругать будет, что я днём пришла.

Склеп Ну что ж, раз такого было условие, Ниса отстегнула пояс с ножнами и положила на пол. Главное ее оружие все равно оставалось при ней и снять его было никак нельзя. Только если содрать кожу. Как и передавать в лапы этого...конструкта подопечного, которого телохранитель просто взвалил на плечо, предоставив мессира Виардо попечению миледи и этого ужасного существа. Существо послушно двинулось и подобрало с пола спящего орлейца. Уложило на руки, словно младенца, и поволокло внутрь жилища. "Тихим местом" оказалась уютная комната со множеством матрасов и подушек, правда, пыльных и основательно пропитанных запахом плесени. Кажется, Девар была не слишком радивой хозяйкой и предпочитала науку домашним хлопотам. - Как проснутся, приходите в столовую, поговорим, - по губам хозяйки пробежала иллюзия улыбки. - И... - она остановилась в проходе, - не тратьте напрасно способности, здешнюю магию вам не победить. Иногда, я сама опасаюсь своих экспериментов. Её платье сухо зашелестело по полу, словно прошлогодние листья царапавшие высохшую землю, и гулкий стук каблуков стих. Погреб - Что вы думаете, мессир Красс? - обратилась она к центуриону. Тёмные брови центуриона с напускным удивлением поехали вверх. - Ох, Улва, лучше тебе не знать, что я думаю, - усмехнулся он и обратился к девочке. - Если мы тебя сейчас на улицу вытащим, ты не рассыплешься? Та отрицательно мотнула головой. - Тогда полезай ко мне на руки и покажи где ваш дом. - Нет, - категорично заявила Марийка. - Я с тобой не пойду. - Почему? - Красс мессир был оскорблён до глубины души таким отказом. Он даже удивился по-настоящему. - Я тебя боюсь, - пискнула девчонка. - Меня... да я хороший... - попытался он поспешно реабилитироваться. - Нет. - А вот это спорное утверждение, - Тео вздохнул. - Ну, а его, - указал на оборотня, - не боишься? Он в зверюшек умеет превращаться. Всяких... экзотических, - зверюшек тех он попробовал сполна за несколько ночей. - Нет. С ним тоже не хочу. У него ушей нет. - Ты на себя-то сморт... - договорить центуриону не дали. - Я Улву не боюсь. Пусть она меня несёт, - и грязные худые руки потянулись к красноглазой девушке.

Склеп - Тогда можешь сказать, как выглядит… домик? Где ты живешь. Я спрошу разрешения у твоей мамы. Нахмурившись, Улва спросила следующее: - Она... хоть не волнуется о тебе? Ты ведь не дома. - Домик, - повторила Марийка и назвала основную примету всех здешних обиталищ. - Каменный. С колоннами и надписями. Нет, не волнуется. Мне здесь лучше. А там, где мама живёт мне тяжело.

Погреб - Как нам найти маму? Нам тут стоит чего-то остерегаться, Марийка? Она дёрнула острыми плечиками - мол чего тут опасаться-то - и напомнила: - Я не могу ходить, пока светло. Не могу, - добавила растерянно с грустью.

Склеп Гулко стукнул упавший посох, выпущенный из ослабших пальцев. Рядом мешком свалился маг (отражение - провал). Мастер дипломатии в свою очередь успел самодовольно посмотреть и на лидера, и на всех по очереди, но следующему этапу переговоров предстояло пройти уже без него. Глубокий спокойный сон без сновидений одолел двух гостей на долгие сорок минут. - Магическая атака, - проговорил вслух Мастарна, выпрямляясь. Что ж, оставалось надеяться, что встреча на высшем уровне пройдет без эксцессов. Двое других остались на ногах и видели как тяжёлые створки каменной двери со скрипом разошлись в стороны, чтобы явить хозяйку склепа, который на поверку оказался не совсем склепом. Вырубленная в толще скалы пещера представляла собой обычную гостиную.Лестницы, мебель, портьеры, гобелены, картины, столы и кресла. Вот только освещения не было, кроме небольшого, то ли окна, то ли фонаря, на втором этаже, откуда струилось мутное бледное марево. Она встречала их у входа в чёрном поношенном платье и жилете сшитом из мелких бурых шкурок. Длинный седой спутанный волос, татуированное лицо и абсолютно чёрные глаза. Бездонные жутковатые провалы во тьму. - Оружие оставьте за порогом, - скомандовала она. - И занесите уснувших. Первый... Хозяйка склепа щёлкнула пальцами с длинными неухоженными ногтями - не иначе, чтоб сразить наповал стойкого телохранителя устоявшего перед её магией - и призвала Нечто, выползшее из ниши в стене. Оно было огромным. Если учесть что его рост превышал рост хозяйки в два раза. Белая кожа. Без явных признаков пола. С бельмами вместо глаз и келоидными рубцами вместо рта. Поперёк черепа тянулся глубокий розово-серый разлом. - Помоги им и проводи в тихое место, - отдала она распоряжение и уставилась на пришлых. - Оружие прочь! Погреб - Это… тоже что-то очень драгоценное. Для меня. Мне это подарил хороший человек. Наверное, если бы у этого существа могли загореться от вожделения глазки, они бы вспыхнули сейчас самым ярким светом. - Ах... какие красивые, - улыбка-оскал была подарена мечнице. - У меня такие были. Серёжки. Раньше. Но когда я заболела, мама их сняла. Девочка посмотрела на Улву и сказала: - Если мама разрешит, я тебе отдам ключ, а ты мне это, - кривой палец с отпавшим ногтем указал на предмет обмена.

Склеп - Затем, что вам несложно, Эмми? - подал он голос, - А мы вас очень, очень просим. Неприступный камень долго оставался безмолвным,но когда терпение гостей почти иссякло, донёсся тот же голос: - Хорошо.Я выслушаю вас. Но на моих условиях. А через несколько секунд визитёров начало клонить в сон. (Отражение -20)

Погреб От ножа, хоть и красивого, она отшатнулась и ещё сильнее сжала ключ. - Я не знаю, - на её сером неживом лице не промелькнуло ни одной эмоции, но в хриплом голосе слышалось разочарование. - Надо у мамы спросить. - А мы ведь даже не знаем от чего этот ключ и нужен ли он нам, - заметил Красс. - А с мамой у меня что-то нет желания встречаться. Кстати, а где она? - Там, - неопределённо махнула рукой девочка. - Она одна? - Нет. Тео оглянулся на своих спутников. Это очень-очень не хорошо, если мама не одна. Им бы вполне хватило и одной некромантки.

Погреб - А ты не хочешь поменяться? - спросил Пол наугад. - Неа, - тут же отказалась девочка и с любопытством уставилась на "Пола, который ниже". - А что у тебя есть? - всё же спросила она.

Погреб Испугался, что девочка услышит и тоже заподозрит его в убийстве формари, зашептал Крассу: - Еще бы не помнить. Нас чуть не грохнули... И... не важно. Это, наверно, та вещь, что у нее на шее? Интересно, что она за нее хотела бы... - Предложи ей членство в Ордене серых, - цинизм и окопный юмор центуриона никуда не испарились. Взгляд вновь падает к ладошке, сжимавшей некую вещичку. - Так крепко держишь… это что-то очень драгоценное? - Это мне дедушка подарил, - похвасталась Марийка и посвистела в ключик.

Погреб - А... Завеса, - он обратился к стихийщику, - кажется, я понимаю, что тут... Завеса. Этот дух, это и правда ребенок, Тео, - полупрозрачный поток энергии, аура синевы вокруг девочки говорил о... - но он очень слабый, и тут и там... Нет, Тень дает ей силу. Духи... ну надо же. Тео, я такое... никогда не видел. А ведь это почти прекрасно. Эта деревня - единственное место, где она может существовать. Ее поддерживает что-то из Тени. Не демоны, это что-то, дающее жизнь. - Духи... - сквозь энтропический дурман проговорил стихийщик. - Ни что-то, а духи. Духи умерших. Их тут сотни. И они привязаны к своим останкам. Да уж... - слов, после таких открытий не находилось. Центурион откровенно опешил. - "Прекрасно". Грохнуть деревню ради... этого. Марийка? Эта та самая внучка Девара, у которой есть какая-то его "вещь"? Что там плёл почивший Амброзиус? Ты помнишь? За прозрачных Улва не стала спрашивать. Хотя и предполагала, о каких «прозрачных» ребенок имел в виду. - Что с вами случилось? И с белыми? С вами случилось что-то плохое? Марийка опустила голову и помотала из стороны в сторону: - Я не знаю... Я болела. Потом я проснулась. А их уже не было. Мама сказала, что так и было. Спросите у мамы. Склеп - Я был в Маротиусе..., - даже говорить было тяжело, приходилось буквально заставлять себя выталкивать каждое слово: - Я нашел... зашифрованные свитки... Их оставил Эллин Девар... Как подсказку... Они.. указывают на Каринус... Но я думаю... я верю, что вы тоже можете... помочь нам... рассказать... что знаете... прошу... Его работы слишком долго... были в забвении. Я знаю.. он открыл нечто... что может повлиять на весь мир... Его работы сохранились... они не могли... не могли уничтожить их все... - Не могли... - хохот прекратился. - Но назовите мне хоть одну причину, почему меня должны интересовать ваши проблемы. Я живу здесь почти двадцать лет. Какое мне дело до Маротиуса, Каринуса и лично вас? Зачем мне вам помогать? Ответьте на этот вопрос, и я подумаю.

Склеп - Меня зовут Децимус Лурц. Я член Коллегии древностей Минратосского Круга магов, - представился он, решив умолчать про тайную канцелярию. В конце-концов, безобидный ученый выглядел гораздо лучше на фоне тех, кто разрушил жизнь этой женщины. Во всяком случае именно так рассуждал затуманенный энтропической аурой разум мужчины. - Я ищу работы вашего отца. - Работы! - смех раздался ещё громче, а давящее энтропическое облако казалось загустело вокруг не прошенных гостей. - Вы не по адресу обратились, Децимус Лурц. Поспрашивайте у огня. Он вам много интересного расскажет о работах моего отца! И зачем же вам нужны его работы? Погреб - Белые? Рубиновый взгляд не упустил из виду ключик. Задержался на ладошке, которая его сжимала, а затем подняли на искаженное личико. Улва слегка улыбнулась этому... очаровательному созданию. - Мы пришли... погостить. Наша дорога была долгая. Тяжелая. Мы очень устали, - на какое-то время задержала молчание. - Мое имя Улва. А этих мужчин можешь звать Полом и Тео. Пол тот, кто пониже. Существо кивнуло. И не выпуская ключ, приблизилась к незнакомке. - Белые. Они везде здесь лежат. А вы другие. Я таких видела раньше, только не помню. Давно. Оно потупилось, замолчало, а потом сделало маленький шажок в сторону красноглазой женщины. - Улва, - существо снова ощерилось, показывая полусгнившие зубы. - А меня Марийка зовут. А дедушка называл меня стрекозой. Я могу вас к маме проводить. Чтобы вы отдохнули. Только... - оно мотнуло лохматой головой, - ... я не могу выходить, пока светло. Пока солнце. Ночью мне ходить проще. Я вижу прозрачных, и они мне помогают ходить. СВ - магия. Магия Духа +10

Погреб Он оглянулся на Тео: - Это ребенок, - наверно тот тоже помнит, чем тогда все закончилось. Создатель, сколько еще таких историй по всему Тедасу. И везде одно и то же. - Я не уверен, но я не чувствую в ней демона. - Как-то странно это всё, - почти прошептал Красс, обращаясь к попутчикам. - Ребёнок в мёртвом городе. Чем она здесь питается. Как вообще живёт. Если... если это ребёнок. Настоящий... ребёнок. Чуть согнув колени, Улва негромко обратилась к ребенку: - Эй? - Ой! - шарахнулось существо и подскочило. - Кто вы? Мама говорила, что таких здесь больше нет, -прохрипело оно. - Есть только "белые", а "такие" остались там, - существо оскалилось в улыбке и двумя руками сжало ключ, висящий на шее. Склеп И громко обратился к обладательнице голоса: - Мы ищем Эмми Девар! Мы хотим поговорить с ней о её отце,! - И кто же это вспомнил о моём отце? - за дверью раздался хохот.

Погреб Он двинулся вперед, освещая коридор, идущий от помещения, в которое они спустились. Миновав короткий коридор, они попали ещё в одно помещение. Старый отсек погреба, где раньше хранили провизию. На земляном полу, на изодранном соломенном матрасе сидело маленькое нечто. Спутанные волосы, грязное длинное платье, тонкие руки, босые ноги и хриплый голосок: - Солнышко село, кроха моя, Время пришло засыпать, Мыслями ты отправишься вдаль, Я же буду твой сон охранять. Куда ты уходишь, кроха моя, Со мной расставаясь во сне?.. - пело то ли приведение, то ли живой человечек. Склеп Телохранитель подошел к двери и, глухо ударив в камень латной рукавицей три раза, налег на створку могучим плечом. Андрасте ее знает, эту дверь, может она и не заперта вовсе, а они стоят перед ней и сами себя перехитрить пытаются. Дверь долго хранила молчание, и когда отчаявшиеся визитёры начали терять терпение, из-за каменного монолита послышалось приглушённое: - Кто вы? Что вам надо? Голос был женским.

Погреб - Весьма неплохо для "никак", - облегчённо кивнул Красс. В дрожащем свете волшебного огонька они могли увидеть разбросанные под ногами тряпки, которые при ближайшем рассмотрении оказались детскими вещами и игрушками. Бдительность на Слух Склеп Волна антимагии прокатилась во все стороны от эпицентра, и словно цунами, накрыла дверь, потушив заодно и зажженный посох. Похоронная процессия ненадолго погрузилась во тьму. Ничего не случилось. Похоронные агенты так и остались стоять во тьме. Мессиру Лурцу стоило снова активировать "Волшебный огонёк", если они хотели что-то увидеть. А дверь по-прежнему осталась неприступной. Только где-то над головами нудно проскрипело в воздухе, хлопнуло и затихло. СВ - маги

Погреб. Экскурсия ущербной группы Здесь, у погреба, где чары энтропии были послабее, центурион немного приободрился, оглядел спутников и первым начал спускаться. - Свет бы... ни хрена не видно, темно , как... - сообщил он ползущим за ним, опустив однако красочное сравнение тьмы с глубинами человечьего тела. Улве и "бутонов" было достаточно. - Пол, у тебе как с Созиданием? Склеп Дверь поражала своей непоколебимостью и неприступностью. Ни ручек, ни скважин, ни щелей.

Около погреба - Нора, - пробормотал Пол. Зажмурился, потряс головой. Вроде бы дверь как дверь. Погреб. - И почему у меня нет уверенности, что в этом погребе хранят соленья и сыр... - проговорил Тео, наваливаясь на каменный вход и заглядывая в тёмный провал. - Там вроде лестница.

Здравомыслящая группа - Спускаемся?.. - вряд ли существовал способ выяснить все иначе. - Вряд ли у нас есть иной выбор, - ответил Лар. - Только позвольте мне пойти первым, пожалуйста. И первым встретить все, что может таиться во тьме склепа. Как и положено телохранителю. Вместо ответа Лурц согласно кивнул головой. В горле снова стоял горький ком. Рукой в перчатке тронул шершавый камень и послушно отступил в сторону, пропуская вперёд Лара. Кристалл на его посохе вспыхнул, разгоняя тьму на уходящих вниз ступеньках. Миновав длинный каменный коридор, они оказались в небольшом помещении с саркофагами. Все они были пусты. А на одной из облезлых, покрытых плесенью стен виднелась выбитая в камне надпись: Они не любят, не чувствуют и не знают. В их власти только их память. Они способны нести свою сущность другим. Они управляемы один раз. Править ими может только похожий на них. Они бессильны перед Владыкой по праву рождения. У них нет души. Они не любят, когда на них давит сила, превышающая тяжесть надгробной плиты. Их сила - в страхе перед ними. Их страх - в огне. Их воля - в слове Владыки. Под этими строками была массивная каменная дверь. Группа с временной деменцией Это было сказано человеком. Человеком, который принадлежал группе людей, хорошо понимающих, что такое здравый смысл. Оное чувство у второй же группы явно к демонам отшиблено. - Merde, - прошипела красноглазка, последовав за центурионом. Отшибленная группа, которую заботливая мать не решилась бросить на произвол судьбы, шла долго и упорно. Следуя маленьким следам, похожим на детские, которые скрылись у входа в старый погреб.

Пока основная группа экскурсантов увлеклась поисками некрополя, центуриона заинтересовали странные углубления в пыли. Он присел. В глазах марево, в голове морок, конечности ватные. Что это? Следы? Или...Поднялся и пошёл вдоль петляющей цепочки вглубь лабиринта узких улочек.

Похоже на фоне Энтропии Созидание торкнуло, и оно устремилось к равновесию. Две школы Материи, уравновешивающие друг друга, проявились в полной мере. Сильный энтроп и не менее сильный созидатель столкнулись на старом кладбище. Не удивительно, что Децимуса понесло. А вот школам Энергии здесь было не по себе. Подавив очередной приступ тошноты, Тео проводил взглядом спину целителя и благословил на поиски. Мастарна был рядом с ним и уже не раз доказал свою состоятельность. Виктору Красс вымучено улыбнулся. Улыбкой того самого черепа, который держал орлеец. Даже неизменная тяга к прекрасному ему сейчас изменила. С зачумленным видом центурион побрёл дальше.

А вот мертвецы на улицах заброшенного поселения и это ощущение... Путает мысли и в солнечном сплетении все сжимается от мощного поля магии энтропии, его собственные призрачные нити манны утрачивают четкость. Он оглянулся на Децимуса и Тео, чтобы убедиться, что они почувствовали то же самое. - Тут есть кое-что похуже горных троп, - заметил он, обращаясь к Крассу. Смерть. Последний год он видел её каждый день. Кровавую, жестокую, оправданную. Смерть в бою, в пылу сражения, когда трещат кости, вспарываются животы и фонтаны артериальной крови взмывают вверх. Смерть во имя победы. Смерть ради тех, кто остался за спиной. Последний рубеж, передовая - здесь смерть была не напрасной. Кунари гибли за свою идеологию, имперцы - за отчизну. Азарт атаки, бурлящий адреналин, ярость, вскипающая мана - бушующий вихрь боевой смерти. Умирать не страшно, когда знаешь ради чего. Смерть в этом поселении была другой. Лицемерной, коварной, неотвратимой. Страшной. Ступив на мёртвые улицы, он не мог избавиться от ощущения чьего-то присутствия. Словно что-то висело вокруг. Давило, лишало воли и туманило разум. Тлен, гниль, разложение тянулись приторным шлейфом от этих руин. Взбудораженная стихийная магия столкнулась с непробиваемой стеной, захлебнулась, словно огонёк пламени накрытый перевёрнутым сосудом. Замкнулась, направив силу внутрь её обладателя. - Тошнит, как с перепоя, - Красс был бледен. Он шагал рядом с товарищами, всё яснее ощущая присутствие сильной разрушительной магии. - Воздух... словно кисель... Запах... чувствуешь... будто гнойную рану разбередили. Не ощущаю Завесу... вообще... здесь она должна быть истончена. А ты? - спросил он оборотня.

15 нубулиса, после полудня Поселение морталитаси Давным-давно разрушенное поселение. Каменные лачуги. Обваливающие стены. Рассыпающаяся в прах штукатурка. Ни людей, ни животных. Даже вездесущих беркутов, парящих в вышине, не было видно. Тишина и запустение. В поисках склепа, в котором якобы пребывала наследница Девара, со слов неупокоенного Атанасиуса, они добрались до центра горного города. По пути осознавая весь ужас происходящего в недалёком прошлом. Белеющие кости в истлевшей одежде, сопровождали путешественников повсюду. Словно людей, населявших этот город, постигла внезапная кара богов, и они все умерли одновременно. Вот, на колодце висит скелет, ещё скреплённый сухожилиями. Останки руки придерживают ведро, а голова лежит отдельно на каменном бортике. В повозке обнявшаяся пара, в проходе дома хозяин с топором, кучка костей в спутанном длинном платье и детский конверт без содержимого. Эти люди жили обычной жизнью и, вдруг, в какой-то момент она остановилась. Морталитаси всем скопом устроили большой некрополь, размером с город. Всё как в лучших традициях Неварры, с размахом и грандиозностью. Разобраться с причиной гибели людей (Знание/Выживание), найти Эмму Девар (Разведка), маги - СВ. Бдительность - всем.

Первую треть пути по осыпающейся горной тропе прошли благополучно. Соединённые в одну связку, шли осторожно ступая и стараясь не смотреть в бездонную пропасть. Шаг. Выдох. Шаг. Вдох. Перчатки цепляются за спасительные выступы, спина ощущает каждую неровность. След в след, на одном дыхании, все вместе, все заодно. Когда Пол соскользнул со скалы, он подхватил верёвку, но та упорно скользнула вниз вслед за эльфом. За ним подхватили Арсиноя, Улва, Децимус и только Лар смог задержать падение. Какие силы прилагал Вик, чтобы выстоять в конце колонны, да ещё сдерживать падающего оборотня, только Создателю было известно. Сегодня, месье заслужил, если не триумфаторский венок, то “сorona ziwika”* точно. И кто бы мог подумать, что на последней трети центурион свалиться сам и его поднимут хилый Патрик и изящная миледи на голом энтузиазме. Хотя, на месте миледи верёвку стоило обрезать. Перейдя на другую сторону, рыжий лёг прямо на камни и спросил: - Как некромансеры на другую сторону переходили? Или им все равно: до моста живой, дальше зомби. Он хотел что-то сказать, но сбившееся дыхание не позволило ему выдавить ни слова. Присев у скалы, Тео прикрыл глаза. *золотой венок из дубовых листьев, тем воинам, кто спас в бою товарища

15 нубулиса, 7 утра, "Подъёоом!" Ночь прошла... снова тепло. Даже горячо. Ещё одна такая ночь и из-за отсутствия пещер готовить можно будет на тех камнях, где в непорочном согревании ютились тевинтерский центурион и орлейский бард. Утром хотелось кого-нибудь приморозить и раздробить, призвать землетрясение и снежную бурю. Не призвал. Сжал в кулак силу волю и всё остальное и ушёл к ледяному ручью. Хоть голову охладить. Вернулся с зачумлённым взглядом и мокрым волосом. Привычный "Подъём!" эхом разнёсся в горах не привычно громко. Чего-то забросил в рот, машинально сжевал и раскурил трубку. Лошадей и драколисков решено было стреножить и надеяться, что к их возвращению животины уцелеют. Через час, взяв только зелья, оружие и верёвки, отправились к мосту. Пройти по тропе в связке Нужно пройти три отрезка. Для начала определить очерёдность в связке. Каждый делает бросок на Акробатику/Атлетику. Если из 8 бросков 3 провала, то кто-то из этих троих (1в3) срывается. Вы можете попытаться удержать летуна. Удерживают двое по соседству (Сила +20 за помощь, оба броска должны быть успешными). При провале удержать пытаются следующая пара и т.д. Если никто не преуспел, то вся связка падает со скалы с уроном 2в10 с учётом стойкости и локализацией травм по таблице.

- Светлость, ты как, живой? Медикус наш кудрявый, конечно, чудеса творит, но это не значит что можно скакать горными козликами сразу после лечения. Это у меня головушка чугунная оказалось, всё ей не почем... Впрочем, о козликах - кушать нам что-то надо, так почему бы не этих самых козлов? Правда, их еще поймать надо, но это такая ерунда после брыкучего дерева... Словом, идем на охоту? - Выпалив одним махом всю эту тираду, рыжий воззрился на Теодора. - Неважный из меня охотник, как показала практика, - мотнул головой Тео. - Да, и тебе не советую. Козлики они по вертикальным стенам прыгают. Даже, если и подстрелить такого, то как из ущелья вытягивать? За уларами и сусликами, если только побегать. Ловушку бы сделать, так не с чего, - оптимизм светлости почил в бозе от собственной ущербности и неудовлетворённости. Он окинул взглядом лагерь, остановился на высокой фигуре орлейца, выдохнул. - Если мы завтра затеем какую-нибудь аферу с повреждениями, можно будет смело назад возвращаться.

Нет, шрамы не беспокоили. Беспокоила собственная тупость. Браво, центурион! Вы идеально подходите для этой миссии! Вернее для её провала. БОльшая часть отряда вышла из строя, провианта на сутки, вокруг голые камни, ни дров, ни нормальной живности, впереди деревня некромантов и неизвестность, а ещё горная тропа, которая потребует внимания и сил. Зато! У нас есть чертёж грёбанного арбалета. Shatta! Он поблагодарил целителя и покинул палатку. Настроение было не из лучших.