FOX69

14 нубулиса, около 15:00 Весь путь до лагеря он преодолел стиснув зубы, на каждой неровности восхищаясь искренним матом выносливостью неваррских девушек-потрошительниц. Их статью, красотой, скромностью, терпением, а особенно силой. Силой, твою мать! Потому что сам, будучи боевым магом, мог похвастать рельефом мышц и атлетическими достижениями, но таскать оглоблю с таким весом, это надо испытывать очень-очень сильную любовь к полутораметровой железяке. На подгибающихся ногах центурион опустился около остывшего костра, стянул с онемевшего плеча двуруч и навалился на ближайший камень, прижавшись щекой к шершавой поверхности. Прикрыл глаза, загоняя боль поглубже в подсознание, и постарался слиться с окружающей средой. Не было ни сил, ни желания что-то предпринимать.

- Думаю, все улыбки в конце-концов достанутся нашему целителю, - заметил он вполголоса, и покосился на меч, - Помочь? Как-нибудь. - Подозреваю, ему достанутся не только улыбки, но и всё остальное, - пересиливая жгучую боль, ответил Тео. - "Как-нибудь" я и сам себе помогу, - улыбка расползлась по губам центуриона, даже не смотря на ранение. Тягу к прекрасному из него можно было выбить только вместе с жизнь. - Я бы предпочёл помощь со всем тщанием, мессир Виктор. Он поудобнее перекинул двуруч и поплёлся в ту сторону, куда уковылял медведь.

Вик страдальчески посмотрел на воплощение стойкости. - С вами застудишь, - но всё-таки сел, с проникновенным стоном мученика, - Можем считать мадемуазель отомщённой. Думаете, она скажет нам спасибо? - Думаю, вам достанется улыбка и поцелуй. Мне ждать от неё милостей не приходится, - усмехнулся центурион, со стоном закидывая на плечо дымящуюся оглоблю двуруча. - Создатель милосердный, как она это носит? А им же ещё и сражаться надо.

Его вообще не интересовало кто там что рисовал и какая тут Завеса. Собрав все сила Красс зацепился за камень и повис. Спасительный, милый, самый лучший в мире камень. Он держал. Казалось по спине прошлись острым лезвием и не раз. Хорошо что он не видел повреждений. На медведе никто кататься не захотел. Он и сам бы не полез на полуживого зверя. Глянул на Улву. Та сидела с обалдевшим видом и расширенными красными глазами. И совсем не дерево было причиной её ступора. Двуруч с наложенным заклятьем до сих пор тлел. - Я возьму, пока не остынет,- успокоил Тео мечницу и подобрал оружие. - Мессир, - он окликнул мечтательно пялившегося в небосвод орлейца, - спину застудите на камнях. Вам помочь? - согнувшись под тяжестью меча и боли, предложил стойкий центурион.

Андреас Мастарна. Слишком сильно. Слишком опасно. Слишком стихийно. Впрочем, как и у всех стихийщиков. И всё это в рыжем непредсказуемом Патрике. Гремучая смесь. Эти мысли сгинули в воронке бушующего урагана. Его отбросило на спину и шмякгуло о камень с такой силой что выбило воздух из лёгких. Камень за спиной пошёл трещинками и осыпался, а стихийщик медленно сполз наземь. Ладонь крепче сжала рукоять меча, он поднялся и снова ринулся в бой. Ещё немного, и древо превратилось в опилки и обрубки. Интересно, а можно было с ним поговорить? - Это и есть клад? - удивился рыжий. - Видимо, да. Все живы? - Тео оглядел бойцов. Виктор держался за живот, Пол за ноги, Улва согнулась пополам и Патрик тоже что там себе тёр. У него самого нещадно саднило поясницу.

Любопытство должно быть наказуемо. И наказуемо повторно. Поскольку миледи уже огребла, а другие - нет, они без промедления бросились получать причитающееся. Сильван. Очень одинокий сильван. Очень злой и уже основательно закопчённый после первой встречи с экскурсантами. Он был неистов и атаковал свирепо. Магический клинок прогнулся под натиском, но отбил налетевший сучок. Рядом месье посол изящно увернулся. Остальных не задело каким-то чудом. В следующую атаку магия природы накрыла всех. Колючки, лианы, ветки, сучья, корни, какие-то отвратно пахнущие цветочки, семена и щепки, летящие в глаза, лавиной обрушились на кладоискателей.

Поиск сокровищ - Топор дело хорошее, - согласился Патрик. - Ну попробуй, может и поддастся. Попробовали. И после первого удара топора поняли на кого его подняли. Старый дремавший сильван затрещал обгорелыми ветками и двинулся в атаку, вонзив в не прошенных гостей колючие шипы.

- Так темнело уже, да и некогда искать было, все спешили миледи в лагерь доставить. - Если не далеко, давайте сходим, - отозвался Тео, не отрывая взгляда от хозяина стремительного сильверита. - Мессир Виктор, не желаете углубиться в поиски гномьих сокровищ?

- Светлость, смотри что у меня есть! Взрывной снаряд небрежно перекинут из руки в руку, а неугомонный балбес продолжает: - Давай к дереву сходим, ты же вчера его не видел. А вдруг и правда клад найдем? - Осторожней, - предупредил Тео шалопая, поглядывая как тот играет бомбой. - А вы что, не нашли?

Миледи была госпитализирована, ей запретили вставать и передвигаться. Поход откладывался. Кажется, им предстояла ещё одна холодная ночь около моста. Или можно было разделиться. Но пока он только обдумывал решение. К тому же, командный центр мог изменить любые планы на корню. Больше Тео не загадывал. В конце концов, это они идут за Лурцем, а не он за ними. Он вернулся к остывшему очагу, похлебал горячего и поблагодарил Улву. К полудню потеплело. Красс скинул мантию и достал трубку. А что ещё делать-то. Можно понаблюдать за высокой фигурой и повспоминать недавний сон на двоих. Или лучше не надо? Если припоминать все подробности... нет, лучше не надо. Тут даже пещер не найти. Не к фолиантам же прыгать. Пол. Ну, за эльфом наблюдать уже не стоит. Совету любиться с кем-то другим Тео противиться и не думал. Понаблюдать за Патриком. Дохлый номер. Эта бестия опять куда-то сбежала. Верные Лар и Улва. Чего за ними наблюдать. Целитель с пациенткой. Пусть целит, чем быстрее, тем лучше. Ну, что?.. Мессир Виктор, буду наблюдать за вами.

Мелкое хулиганство, грозящее обернуться большими последствиями в тот великий день, когда сойдутся звёзды, содрогнётся небо, демоны выйдут из тени на переговоры с людьми, а у барда из Орлея и боевого мага из Тевинтера совпадёт, наконец-то, настроение. Может быть этот вселенский апокалипсис когда-то и случится, но не сегодня. Сегодня Орлей и Тевинтер соприкоснулись больше чем телами. Щит был передан под контроль оборотня, а посол остался под покровительством заинтересованной стороны до самого утра. Сон был некрепкий, мутный и откровенно порнографический. Вполне возможно в своих снах они встретились где-то в Тени, чтобы дополнить сборник "дерзких бутонов". Центурион Красс поставил бы на это и выиграл. 14 нубулиса, раннее утро Он проснулся, как всегда, рано. Нос щекотало. Открыл глаза. Чёрное, упругое, настойчивое, но в то же время шелковисто-мягкое. Улыбнулся. Вытащил нос из шевелюры орлейца. Сдвинул его руку, вытащил свою. Руки ночью вели себя очень вольно. Понял что видений из сна явно недостаточно. Снова уткнулся носом и потянул его запах. Ваниль... корица... кардамон... мускатный орех... кажется, всё сразу, не смотря на тяготы пути. Осторожно приподнялся и выполз с нагретого, заботливо подоткнув под бок Виктора свой край. Размял затёкшие плечи, огляделся и отправился к мосту.

У одинокой сосны Маг зло сощурил глаза. Надо бы разобраться с этой треклятой деревяшкой, посмевшей не подчиниться его огню, но... Увы, этим придется заняться в другой раз. Сейчас надо препроводить Источник в лагерь. Всходила луна и над головами непрошеных гостей мерцали звёзды. Вторженцев с нетерпением провожали. Маленькая сойка над разрушенным гнездом, белка потерявшая свою кладовую, трусливо спрятавшиеся жители муравейника, стайка уларов, припавшая к камням, и горный козёл бывший свидетелем развернувшейся драмы у одинокого дерева. Пришельцев было много. Они были шумные и страшные. Они убивали огнём. Поэтому, в следующий раз убивать будут их. У моста Двое так и сидели на камнях рядом, когда вернулись спасатели. Под плотно запахнутым одеялом не было видно сплетённых рук. Её принесли уже в сумерках. Немного повреждённую и живую. Удача идёт за вами, миледи Змея. Хоть я и предпочёл бы изменение её маршрута. Пока мы нужны друг другу, но что будет потом, когда столкнутся интересы тех, кто вершит историю. Нам явно не по пути. И даже, рядом сидящий орлеец менее опасен, чем вы. И вообще, рядом сидящий орлеец, в данный момент, представлял собой живое воплощение благодати. Он грел, молчал, к нему можно было прижаться, обнять и усугубить проникновение в стан врага. А самое главное - он любил Орлей! И нет ничего ценнее, потому что Родина помнит и воздаст. Хорошо ли плохо, но обязательно. А потом, тевинтерский центурион самозабвенно рассказывал о магических щитах, Тени, приёмах боевых магов, нёс магическую ахинею, пока у месье не закрылись глаза. Или ему только так казалось. А может, коварный орлеец запоминал. Неважно. Он был рядом. И это не только согревало тело в промозглой леденящей ночи, но и вносило упорядоченность в его обычный образ жизни.

- Хорошо быть послом, - довольно констатировал Вик, прижимаясь плечом к магу, - Всю жизнь бы так. На холодных камнях, у бездонного ущелья, с единственным источником тепла в виде не сдержанного никакими обетами ветерана-стихийщика. Куда вы только катитесь, месье Виардо? И как вы можете так бессовестно этим наслаждаться? - Всю жизнь быть послом? С неограниченными полномочиями? - рука центуриона самопроизвольна решила подарить ещё толику тепла и заботы где-то в области поясницы посла, нарушив суверенитет, и посягая на сопредельные территории. Сопредельные территории начинались значительно ниже, поэтому оккупация была приостановлена до официального разрешения властей. Ветеран-стихийщик сдерживался. Уже почти два дня! Или меньше. Осмысливал, боролся с собой и, наконец-то. принял решение, потому что, по-другому и быть не могло. Сначала Тевинтер. Остальное отвлекает, лишает свободы и здравого рассудка. Термы, рабы, эльфы, целители - не больше чем эпизоды. А вы, мессир Виктор? В эпизодических ролях или ведущий актёр? Не попробовав, не узнаешь. Х

Центурион лучился нематериальной заботой и вполне материальным теплом. Лучащегося центуриона хотелось обнять и прикорнуть на нём час-другой. Вик пошевелил пальцам над огоньком, вздохнул, и признался. - У меня нет палатки. Я не думал, что здесь будет настолько мало деревьев. - Горы, - констатировал центурион очевидное, продолжая дарить заботу и тепло. - Двигайтесь ближе ко мне. Накинем одеяло и будем... греться. Я не имею права подвергать испытаниям посла. Сапог придвинулся к сапогу, а бедро коснулось бедра.

К язычку пламени тут же потянулась рука, ладонь замерла над ладонью. Вик глянул в ту сторону, откуда могли появиться спасатели, и на всякий случай понизил голос до шёпота. - Мы же угробили палатку с книгами. У нас есть ещё? Все остальные вопросы таким образом вопросами даже не были. Над этим огоньком можно было погреть руки, поэтому, он остался полыхать в ладони, рассеивая тепло. - Ну, угробили мы мою палатку. У остальных, надеюсь, целы. Мне всё равно поддерживать щит всю ночь, а вам я нагрею.

Он сел рядом с центурионом, нахохлился, по глаза утонув в шарфе. - Кажется, нас все бросили, - заметил без особого сожаления, - Вы же умеете что-то делать с огнём, Теодор'. Вы не можете нас как-нибудь.. погреть? Как ни странно, но командование и само не испытывало сожаления по поводу отбытия большей части группы. Скорее покой и умиротворение. - Могу, но... - он повернул руку ладонью вверх, демонстрируя небольшой язычок пламени, - было бы не плохо что-то поджечь. Камни, к сожалению, не горят. Можно поставить палатку, уменьшить объём воздуха и нагреть. Лечь поближе друг к другу и продержаться до утра. Он посмотрел на чёрные глаза в засаде из шарфа и усмехнулся: - Вы не против лечь поближе к опасным тевинтерцам? - Подсветить дорожку, - развеселился Андреас Мастарна, подмигивая своему потомку. Но дерево не занялось и не сгорело окончательно. Осыпались лишь смолистые иголки лёгким пеплом. Да мелкие веточки опали вокруг.

Вик негромко рассмеялся. - О, меня, безусловно, ждут на родине. Не побоюсь предположить, что очень ждут, - он отступил от края на полшага и откинул плащ за спину, бодрящий холод впился в тело, - Вам не придётся ничего скрывать. Выбирать слова и умалчивать. Не придётся придумывать, как от меня избавиться, когда я узнаю слишком много. Тео с грустью усмехнулся в ответ. - Вы и должны всё узнать, мессир Виктор. Всё узнать и передать. Поэтому, вы ценны не меньше, чем тот же Лурц. Но несколько в другом плане. Надеюсь, вы понимаете о чём я. Он посмотрел на высокую фигуру, темнеющую над мрачной пропастью. - И если вы заметили, я не умалчиваю и не подбираю слова. Вы узнали о нашем отряде то, чего не узнал бы ни один противник Империума. Как использовать эту информацию - ваше дело. У меня нет указаний что-то скрывать от вас. Поэтому, - центурион постучал пальцем по трубке и потянул сладковатый дым, - по влиянию на Тедас масштабы этого предприятия будут грандиозны. Хотя... не скажу, чтобы я этого слишком хотел. Кто-то из верхов воспользуется ситуацией, прямо или косвенно, не спрашивая низы - нужно ли им это. Политика. Циничная и беспощадная, - он снова слабо усмехнулся и вернулся к трубке.

Пение оборвалось. Вик посмотрел вниз и улыбнулся.- Это будет удачный порыв ветра, правда, Теодор'? - спросил он, не оборачиваясь и не двигаясь с места, - Сделает вашу жизнь немного проще. - Почему вы так думаете? - как-то сегодня беседы не складывались с самого начала. - От вашей смерти моя жизнь не изменится. Мне ваша гибель удовольствия не принесёт . Да и вернуться вам, наверное, есть к кому.

Виктор стоял на краю обрыва, вглядываясь в пустоту. Ветер заигрывал с полами плаща, опасно покачивая высокую фигуру, из-под ног то и дело срывались мелкие камешки и катились в пропасть. Под ногами кружила смерть. Он мог стоять так ещё долго, ощущая её ненавязчивое касание и тихо напевая старую колыбельную. - Мессир, вы бы отошли от края, - проговорил Тео, затягиваясь в очередной раз. - В горах бывают сильные порывы ветра.

13 нубулиса, 17:00 Прошло два часа после того, как ушла группа спасения. Солнце тянулось к горизонту, и с горных вершин сорвался ледяной ветер. Ночь в горах снова будет холодной. Костёр давно потух. На этих высотах пламя съедало древесину за считанные минуты. Да и древесины было в дефиците. Голые камни, мох и щебень - мало пригодны для костра.Если только древние фолианты, которые теперь сгинули навсегда, могли согреть в холодную ночь. Скоро стемнеет. Он посмотрел на старый мост. Поход по тропе откладывался на неопределённое время. Стоило раскурить трубку.

- Ты кого посылаешь-то? Это не царапины. Я полечу, потом Лурц замахается ей кости вправлять. Как хочешь, идти надо целителю, а не коновалу. К тому же мост строить, Тео, это не маготоками баловаться. Я не из кармана достанный - помогу в лагере. А пока дай передохнуть. Взгляд - расстроенный и взбудораженный - метнулся к Полу. - Пол... пожалуйста... если ты и впрямь можешь... Иди. И так потеряно много времени, чтобы и дальше тратить его на споры. Процесс может зайти далеко... и магия.. уже не сможет помочь. Он не смог договорить, взволнованно взмахнув рукой. Каковы способности Пола? Каковы его знания? Неумелые действия могут лишь усугубить последствия до необратимых. Послушав Пола и посмотрев на сникшего целителя, центурион так и не понял почему миледи нельзя перенести в более безопасное место, а необходимо оставлять где-то в горах, рискуя не только её жизнью. Он подошёл ближе к Децимусу и сказал: - Я, наверное, не прав. Я не целитель. Тебе виднее. Может, я что-то не понимаю. Действуй, как считаешь нужным.

- Тем более, - кивнул Патрику Тео. - Лишний раз рисковать Источником ни к чему. Он оглянулся на целителя и приготовился отражать нападки по поводу своей некомпетентности в вопросах исцеления покалеченных деревом миледи.

- Мозги забыла ваша драгоценная миледи, - вмешался Андреас. - Видимо, за ними и полезла на дерево, с которого и свалилась. Требуется спасательная команда и средства переноски. Тео подозрительно глянул на рыжего. Тот сейчас был где-то параллельно реальности, а вместо него вещал дух. - Она не моя, как ни крути, Прочитайте ей лекцию, мессир Мастарна, - заметил Красс. - Почему сразу мозги? Романтичная особа. Красотами любовалась. Не всё же ей магов убивать. Улва, Полихроний, - обратился центурион к мечнице и оборотню. - Разберитесь на месте. Улва - организуй безопасную доставку, может волокушу сделать, а ты, Пол, полечи её. Потом, Децимус до ума доведёт. Кажется, с тем, кто обязан решать проблемы, их ещё больше становится, - проворчал распорядитель. - Идите.

- Там! - ткнул пальцем рыжий. Орать не было ни сил, ни желания, сорванное дыхание еще до конца не восстановилось. - Что "там"? Древние сокровища? - бросил Тео, уже предчувствуя новые проблемы. - Миледи лопату забыла?

Рыжую голову хоронители имущества Стагирита увидели издалека. Не заметить этот демаскирующий фактор на открытом пространстве около моста было сложно. Рыжее пятно металось, руки жестикулировали, и до архивариусов доносились глухие вскрики. Лар и Децимус подскочили, и это послужило сигналом к ускорению процесса захоронения. Книги, обёрнутые брезентом одной пожертвованной на благое дело палатки и надёжно обвязанные бечевкой, были неаккуратно определены на хранение и доверены очень глубокой каменной щели. Их сбросили вниз. Ни о каком бережном спуске сейчас думать было некогда. Не задумываясь об условиях хранения, команда привалила разлом большим плоским камнем и поспешила вниз со склона горы. - Что у вас тут стряслось? - прокричал издалека центурион. - Где миледи?