FOX69

— Да, мессир, мы служим. Но все же всё полезно знать. - Ещё один пытливый ум, - добродушно усмехнулся Тео. - А то нам одного мало. "Пытливый ум" продолжал хрустеть морковкой в сладком предвкушении плодов очередной расправы над многострадальным опционом. - Иногда, лучше не знать, Пол, - уже серьёзно проговорил Красс, поправляя усиленную сильверитовую сбрую на костяной морде Тибо.

— Из того, что сообщил давеча мессир Лурц, — негромко проворчал эльф, — я понял только то, что всего этого он мог смело и не говорить, если бы мы ему требовались для одной охраны. - Как сказал канцлер, нам придется решать возникающие проблемы. А значит, пригодятся таланты всех, кто в группе. Простая логика - если бы кто-то из нас не был нужен, то его бы тут и не было сейчас. Канцлер. Канцлер. Канцлер. Канцлер за два прошедших месяца стоял у Тео ровно поперёк глотки. Поступки канцлера вообще трудно объяснить с помощью простой логики. Тео хотел промолчать, но всё же ответил: - Не всем канцлер из этой группы может отдать прямой приказ, поэтому нужны объяснения. Но это не касается ни тебя, ни меня, ни Улвы, Пол. Если мы всё ещё служим в армии. Заинтересованные Патриком взгляды Красс постарался не замечать.

- А я то к этому каким боком? - негромко проворчал Патрик - Вон тем, - Тео посмотрел на оголённое запястье руки, которой Патрик держал морковку.

- Командир, - досталось Крассу отдельное приветствие. Подошедшему телохранителю легата Красс учтиво кивнул в ответ. - Мессир Мастарана. — Ага, а вокруг еще столько опционов ненадеваных. Да ясно, что ты не прост, Патрик. Тут, кажись, все не зря собрались. Только вот зачем… Я пока не очень понимаю. - А нам и не надо понимать, Пол, - Тео наконец-то отлип от бревна, на котором чуть не уснул, и подошёл к Тибо. Драколиск вот уже несколько минут пытался выковырять из-под забора дохлую крысу. Но раздутая тушка застряла и выводила животное из себя. Через узкую щель крыса была освобождена из плена и отдана на растерзание зубастой пасти. Одно движение пищевода и добыча провалилась в желудок. Тибо тряхнул рогатой головой и хрипло заурчал. А его хозяин добавил к сказанному. - Мы выполняем приказ. А наш приказ заключается в том, чтобы сопровождать и защищать мессира Лурца. Не более того.

Вздохнуть и плечи расправить, обращаясь к Крассу негромко: - У мессира много пожитков. - Угу, - кивнул ей Тео. - И все "крайне" необходимы, как я теперь понимаю, - не без иронии добавил он.

- Мы же уезжаем, - сделал непонимающие глаза Рыжий. - А если он со своим буйным темпераментом до кого докопается, я то причём? Я, может, его как родного брата люблю, а он... Значит, всё же устроил какую-то каверзу бедолаге. За рыжим всегда последнее слово, чтобы вы знали. Тео только махнул рукой. Не предупреждать же Сивера об очередной пакости. Пережил не одну, переживёт и эту. Главное - объект для изощрённого убийства будет уже далеко. - Avanna, господа! - приветствовал всех Децимус, выходя из кареты и улыбаясь тепло и весело. - Погода благоволит нам! Тео встретил прибывший экипаж с долей безысходности. Рессоры кареты были по-прежнему прогнуты, как и в тот день, когда он встречал столичного гостя, а значит, до отмеченного списка руки мессира Лурца не дошли или не собирались доходить. Глава экспедиции вздохнул. С гружёной каретой не разгонишься. - Avanna, мессир Лурц, - Тео даже изобразил улыбку для учёного. Улва посмотрела на Красса вопросительно. Позвали нас всех, но не просто же так? То-то больше Улве кажется, что мессир кудрявый и сам справится со своим добром в этом походе, нежели еще с людьми незнакомыми. - Что, Улва? - бросил Красс в сторону многозначительного взгляда красноглазки.

- Патрик, - позвал Тео хрустящего морковкой приятеля, - скажи мне честно, что Солер не огребёт, когда мы уедем. Иначе, его порвёт на сотню мелких Солеров, и они будут гоняться за тобой даже в Тени.

На сборы ему хватило пол часа. Не сказать, что термы и литр эля способствовали бодрости главы экспедиции, но на ногах он стоял твёрдо, даже забыв о двух прошедших бессонных ночах. Вернее глава не стоял, а твёрдо сидел на бревне, навалившись спиной на колья забора. Новая броня нагрудника под походной мантией источала специфический запах выделанной драконьей кожи. Тёплый и приятный. Почти мирный, разительно отличающийся от привычных запахов пота, крови и немытого тела. Первый раз за год он покидал легион, который стал для него вторым домом. Не оправдав надежды отца и матери, а уж тем более деда, наследственного морталитаси, он выбрал карьеру военного, и теперь отступать от армейской стези не желал ни на шаг. Армия – его призвание. А на кафедру боевых магов в Круге Минратоса Теотор Красс-Шармаль поступил одним из первых из всего потока. Боевые маги. Наследие древних эльфов. Это они, эванурисы, в далёкие времена Арлатана вложили в руки чародеев магические мечи, трансформировав ментальные способности в физические. Воинская элита, служившая в гвардии испокон веков, занимавшая высокие посты в личной охране знати. Искусство такого боя эльфы называли «диртэна энасилин» - «знание, ведущее к победе». И пусть, братья по магии «гиланъим банал вен», никогда не державшие в руках меч на «пути, уводящем в сторону», с некоторым высокомерием поглядывали на воинов-магов, вступающих в грязный, кровавый и лишённый магического изящества бой, в Империуме такие подразделения были на высоком счету и отправлялись в самые важные места передовой. Но в данный момент «элита» сидела на бревне и старалась не заснуть, о чём-то беседуя с собственным драколиском. Общалась до тех пор, пока не подошёл морковно-рыжий друг. - Неплохо он тебя вчера отоварил, - констатировал Тео нанесённые физиономии Патрика увечья. А тут и Пол появился. — Триарий пятой… э… мессир, к вашим услугам, — и неуверенно исполнив жест приветствия, как водится в армии, спросил, — позвольте спросить, на время миссии какая роль уготована мне? Нам ведь нужно выдавать себя за гражданских? Так вот, атрибуты серых стражей избавили бы меня от необходимости многое объяснять, но породили бы лишние вопросы к цели нашего путешествия. А без них вопросы могут возникнуть. Я… нанят? - Отставить, триарий, - улыбнулся недавний центурион. - Теперь, по именам и никак иначе. Хочешь в форме серых ехать? В принципе, с нейтралитетом серых, может и к лучшему с учётом того, что ты эльф.

30 плуитаниса 7:00, южные ворота лагеря первой центурии Стального легиона А с утра вновь было яркое солнце, вынырнувшее из зеленоватых вод Нокена. Оно щедро дарило тепло полусонным путникам и обещало по-летнему жаркий день. Центурия давно бодрствовала, возвращались ночные караулы с блокпостов, гремели пустые вёдра на кухне, на плацу шла тренировка по рукопашному бою, хрипели норовистые драколиски, и над всей армейской бытовухой то тут, то там раздавались зычные приказы декурионов, подкреплённые крепким тевинтерским матом. У южных ворот первый центурии давно поджидал остальных членов группы, теперь уже бывший, центурион цепных псов. Рядом, коротко привязанный к кольям ограды, похрюкивал Тибо, кося янтарными глазами на мимо проходящих людей с тайным намерением куснуть любого, кто приблизится на опасное расстояние. Предстоял долгий путь. Шесть дней по имперскому тракту до Маротиуса. Территории относительно спокойной, принадлежащей Тевинтеру. Отряды кунари вглубь материка забредали редко, предпочитая оставаться в прибрежных городах со свободным выходом в открытое море. Маротиус, Перивантиум, Солас никогда не знали оккупации. Людей этих городов никогда не касалась порча Кослуна, а магистры южных земель были преданы Магистериуму. После толп беженцев с севера, южные города были переполнены. Эвакуированные занимали давно брошенные поместья, полуразрушенные башни и дворцы прежних владельцев, основательно расширив существующую инфраструктуру через семьдесят лет после вторжения захватчиков. Благо области Ста Колонн славились плодородием и изобилием своих земель. Здесь снимали три урожая в год, два из которых давала природа и один магия. Много крестьянских угодий, раздолье для торговцев и ремесленников, обычных сапороти, бывших здесь основной движущей силой производства. На многочисленных горных шахтах добывали руду и уголь, а на равнинах возделывали бескрайние поля и сады. Тихая пастораль мирной и тихой жизни. Нынешним путешественникам предстояло не менее трёх остановок в пути и беспрепятственный проход по сопредельным областям. Большие отряды легионеров здесь принимали с распростёртыми объятьями, сбежавших дезертиров казнили на месте. В эти неспокойные времена оружие разрешалось носить всем, от мала до велика. Но только не эльфам. Имперских магов здесь почитали, как и во всём Империуме. Здесь, в глубинках, реформы Гессариона никогда не воспринимали всерьёз, и местный сенат за давностью лет состоял исключительно из магов. Хотя, жаровни в храмах Андрасте пылали постоянно.

В палатке центуриона Одна из противоборствующих сторон предпочла отступление. Эти двое никогда не помирятся. Подумал Тео, провожая макушку Патрика, скрывшуюся в несанкционированном лазе. На хитрой физиономии под маской невинности вновь скрывались коварные признаки какой-то каверзы. - Почему ему всё сходит с рук? - возмутился опцион несправедливостью. Противник вновь отделался малой кровью. - Может, потому что он не легионер? - Тео устало опустился рядом на табурет, поболтал на дне остатки спирта и допил. Поморщился, вытер рукавом губы. - Предлагаешь его через строй прогнать и на воротах лагеря распять? Солер промолчал, доцеживая бренди. - Он хороший парень. Только гиперактивный немного, - в очередной раз встал на защиту рыжей бестии Красс. - Это по-твоему немного? Тут армия, а не цирк. - Я в курсе, да. Завтра ты избавишься от его назойливого внимания, возможно, навсегда. - Слава сиськам Андрасте, - взмолился Сивер, закидывая в рот закуску. - Кажется, светает. - Угу, - мрачно буркнул Солер. - Поспал ты перед дорогой. - Да, хрен с ним. Не впервой. Пошли в термы, а? Мне кажется я насквозь солью пропитался, пока в воде сидели. Время ещё есть. Около часа. - Пошли, - кивнул опцион. - Только захвати эль, если ещё не выпил. - Не успел, благодаря твоему дружку неуёмному.

В палатке центуриона - Сходи, дружище, от греха, - посоветовал Тео, допивая остатки спиртного.

Палатка центуриона Наступило шаткое перемирие. Солер пил. Патрик занимал тактически выгодную позицию и отсвечивал красным ухом. Красс стоял на страже между двумя враждующими формированиями. Формирования с недоверием поглядывали друг на друга и пока к консенсусу не приходили. Тео разлил остатки бренди и подал кружку пострадавшему от осьминога. - Ну что? Мир? - командир очень надеялся на благоразумие подчинённых, чтобы не пришлось выгонять обоих. Хотя, это было бы лучшим вариантом. Сон после выпитого валил с ног. Опцион злобно зыркнул зелёными глазами разъярённого кота и поднял кружку, изображая добрую волю.

Палатка центуриона - Ах, ты помириться хотел? - возмутился "Сильвер". - Иди, я с тобой помирюсь. Навсегда. И каракатицу свою захвати, я для неё найду в тебе отверстие... - Стоп, - Тео прервал новую вспышку гнева. Плеснул в кружку бренди и подал опциону. - Давай, выпьем за мой отъезд и твоё повышение. Раз уж поспать нам не дали. Патрик, выползай.

Палатка центуриона - За ЧТО?! Shatta!! За что?! - заорал разъярённый опцион, так что, наверное, повскакивали по тревоге гастаты и велиты в соседних палатках. - Сивер, успокойся, - Тео держал Солера за плечи и не пускал довершить начатое. - Успокойся, твою мать!! - второй окрик разбудил ещё несколько палаток. - Я спокоен, - наконец-то, опцион взял себя в руки и перестал напирать. - Сядь! - приказал Тео, осаживая погибель Патрика на стул. - Ты представляешь! Иду я, как последняя мокрая, уставшая тварь, которая всю ночь вбивала гвозди в "мясо" и бревна в песок закапывала, которая, кстати, прикрывала твою рыжую жопу, гадёныш! - Солер опять сорвался и соскочил, но тут же был посажен обратно силой и крепким матом. - Захожу на кухню, эля прихватить, а фуражир мне говорит, что эта рыжая гадина около кухни крутилась с сеткой кальмаров, - переведя дыхание выдал опцион. - Ну и? - не понял Тео или сделал вид. - А кто ты думаешь на такое способен? На эту дурацкую выходку?! - Что он сделал-то? - Осьминога мне в постель подложил, хер креветочный! А я лёг на него. А у него клюв, ё....!! Тео вздохнул, отпустил плечи Солера и позвал из-под стола. - Патрик. Сколько ты хочешь ещё прожить?

Палатка центуриона - Скорее справлять поминки, - нехотя ответил Тео, опрокидывая кружку. Закинув в рот ещё несколько креветок, он посмотрел на Патрика и промолчал. Таллис не дурак и сам догадается. В следующий миг у палатки послышались тяжёлые шаги и недовольное бормотание. Резкий окрик велита командирским тоном, и пола палатки вздёрнулась вверх, пропуская внутрь лунный свет и Сивера Солера собственной персоной. И не друга он пришёл проводить глубокой ночью, потому что обещал зайти утром и принять командование центурией. Его лицо выражало отнюдь не радость, а в руке болталась скользкая тушка огромного кальмара. - Ах, ты, сучонок! - взревел опцион и кинулся к рыжему. - Dathrasi! Satta! Katara, bas! Vishante kaffas! - кунарийские и тевинтерские ругательства неслись вперемешку, пока опцион уверенно шагал по направлению к рыжему. - Нееет, - протянул Тео, поднимаясь из-за стола и пытаясь предотвратить убийство Патрика осьминогом. - Сивер, стой! - рука преградила путь опциона. Он остановился, но намерений не изменил. Скользкая тварь вырвалась из его руки и стремительно полетела в морковную голову, которая от сокрушительного удара пошатнулась и, не удержавшись на табурете, сверзилась под стол вместе с худым телом.

Палатка центуриона - С Полом говоришь, - Тео отхлебнул изрядную часть из кружки и пододвинул к себе блюдо. Патрик себя превзошёл, потому что с морепродуктами хотелось съесть собственные пальцы. - А чего его не позвал поужинать и выпить? Раз вместе ловили. Наливай.

- Я тебя спрашиваю, когда ты успел? - Тео вернулся с бутылкой. Вынул зубами пробку и уселся на табурет к столу. Всё равно ведь не отстанет и гадам таким аппетитным не след быть забытыми. - Тащи кружки.

Палатка центуриона - Fasta vass! - были бы у него сейчас силы, он бы подпрыгнул от неожиданности. Ну, неет. Солер уже давно спит. - Твою Андрасте мать! - выругался Тео и сел. - Патрик, я тебя прибью. Какого хера? Он уткнулся в ладони и протянул по лицу. Ещё с влажных волос закапала вода. - Чего ты притаранил?.. Пожрать... А жрать хотелось. Именно, жрать, а не есть. Он поднялся. Ощупал мокрую рубаху. Переодеться? Махнул рукой. И ещё раз, чтобы зажечь светильник. И только сейчас увидел ассорти на столе, достойное столичных рестораций. - Ты когда успел? - донеслось до рыжего. Центурион побрёл в дальний угол палатки, где стоял небольшой сундук. - Вина нет, но есть антиванский бренди. Подойдёт под этих гадов?

Поздний вечер 29 плуитаниса А вечером лагерь центурии загудел. Две трети личного состава принялись праздновать. Куда пропала ещё одна треть, никто не знал, кроме командования. Да, и не заметишь сразу отсутствие трёх декурий в общей суматохе. Солдаты пили, веселились, устраивали бои и магические фейерверки. Визжали шлюхи, храпели на импровизированной арене боевые драколиски, а на вертелах источали ароматы свиные окорока. Праздник Проводов зимы шёл полным ходом. А в это время на побережье десять всадников и двадцать человек пехоты ждали в засаде, примкнув к караулу блокпоста, который атаковали три раза в сутки на завтрак, обед и ужин, как шутили в центурии Красса. Где за год погибло больше народу, чем по всей береговой линии фронта. Лёгкий подход с воды, открытая местность и прилив, который был подспорьем врагам. Они сидели по пояс в воде и ждали. - Думаешь, полезут? - Не уверен, но надеюсь. Разведчики пообещали. - Жаль, что уезжаешь. Буду скучать. - Правда что ли? Поплачь на прощанье не забудь, - во тьме ночи усмехнулись. - Обязательно, после бутылки самогона, - усмешка в ответ. - Тсс… слышишь? - Вёсла. - Угу. Слабый зелёный огонёк, полуночным светлячком полетел у самой воды, предупреждая о начале атаки. Это был не бой. Скорее убийство. Три лодки с пятнадцатью гребцами накрыла зимняя вьюга, и магический холод сковал солёную воду. Полуобездвиженных кунари, ещё живых, вытаскивали на берег и прибивали к высоким столбам с перекладинами стальными скобами. Клеймили тавром для скота и поднимали над песчаным берегом. Для устрашения очередного десанта. Они снова придут. Жечь, убивать и забирать в рабство, сметать ограждения и разрывать тела раненных голыми руками, а магов… о скорбной участи тевинтерских магов лучше не рассказывать всем. Это только для студентов военных академий кунари рациональны и у не убивают пленных после боя. Здесь, на восточном фронте проходили другую школу и получали знания, которыми ни одна столичная кафедра не владела. Тридцать человек вернулись в расположение части уже перед рассветом, когда потухли костры и обозные проститутки покинули жилища солдат. В палатке было душно. Он стянул мокрые доспехи, скинул сапоги и упал на низкое ложе. Лицом вниз. Спать. Хотя бы час. Потом сборы и в путь. В неизвестность.

Палатка трибуна А в следующее мгновение она плавно поднялась и приблизилась к канцлеру. Ладонь легла на кресло, совсем рядом с чёрными кудрями Криспа. Пальчики отстучали какой-то короткий ритм. Сверху вниз она неопределенно-вопросительно взглянула на сидящего мужчину, слегка изогнув бровь. Его взгляд медленно скользил по чёрной драконьей коже. Мелким чешуйкам драконлинга, напоминавшим кожу змеи. От её бедра до запястья, и выше. До нежной зелени глаз, где сейчас, пылало отражённое пламя светильника. Она была прекрасна в ауре огня. Гордо вздёрнутая голова, королевская осанка и уверенный, дерзкий взгляд. - Береги себя, - сказал он ещё тише и отвёл глаза. Свечи в светильнике напротив потухли. - Сегодня ночью в лагере будет шумно. Можешь переночевать здесь, если есть желание.

- Конечно, мессир, - раб с готовностью протянул исписанный аккуратным почерком пергамент. Пергамент развернулся аккурат до поножей центуриона внушительным списком, который венчал предмет с серебряной крышечкой. - Ээ... - всё что мог сказать боевой офицер при прочтении списка. Ему самому для дальнего похода нужен был Тибо и стандартный армейский комплект, умещающийся в одном рюкзаке. Спустя пять минут, Тео повторно перечитал список, отмечая знаками вопроса две трети имущества учёного. - Вот, держи, - передал он свиток рабу. - Пусть мессир со всей серьёзностью рассмотрит целесообразность и необходимость применения отмеченных предметов. Я не хотел бы на него давить, но надеюсь на понимание.

За порогом стоял эльф с принадлежностями для письма. Поклонившись со всем полагающимся раболепием и не поднимая взгляд от сапог центуриона, он проговорил, негромким, но четким голосом: - Мессир Красс? Мессир Лурц прислали меня уладить вопросы, касающиеся багажа моего господина. Центурион чуть не вмазался в эльфа. Но вовремя затормозил и немного растерянного проговорил: - Ну да, багаж. А у вас есть список?

Палатка трибуна - О, нет, миледи, - кривая ухмылка издёвкой скользнула по губам мужчины. - К сожалению, это его природные качества. Он Носитель. Не Ключ. Носитель очень могущественной сущности, которая, я надеюсь, поможет вам в поисках за Завесой. Ключ предстоит найти Лурцу. Ключ, который откроет двери к неизведанному. Он улыбнулся ей и тише обычного проговорил: - Подойдите ко мне, миледи.

Палатка центуриона Лурц направился было к выходу и снова остановился, вспомнив о, собственно, предмете их разговора: - Да.. Мой человек придёт к вам, согласовать багаж,- вместо прощания проговорил он. - Да, мессир, - кивнул Тео. - Как вам будет угодно. Если меня не застанет на месте, пусть обратится к опциону Солеру. Проводив последнего гостя, центурион направился к столу с картой и расставил фигурки декурий. В задумчивости налёг локтями на столешницу и несколько минут передвигал и рассматривал, что-то царапая на деревяшке шипами наруча. Но вскоре резко оттолкнулся, натянул перчатку и пошагал к выходу. Дел на сегодняшний день и вечер хватало. А ночь обещала щедрые плоды из рогатых голов. На сборы и подготовку к походу он оставил два часа перед рассветом.

Палатка трибуна - Может быть, у вас есть, что рассказать мне о них? - о наставнике и ученике. - Лишняя информация не повредит. На свой счёт Ниса иллюзий не питала, люди, как правило, не слишком стремились распахивать перед ней душу по собственному почину. Обычно, она к этому и не стремилась. Ещё глоток вина и долгое созерцание кровяных блик на дне бокала, прежде чем он вышел из тени и опустился в такое же кресло напротив молодой шпионки. - Начать нужно с Эллина Девара, - сказал магистр, не отрывая взгляда от её миловидного лица и стараясь не касаться глубокой бирюзы глаз. - И его работ. Первый чародей Каринуса, посвятивший всю свою жизнь изучению Тени и возникновению Пустоты. Он коснулся слишком глубоких сфер мироздания. Настолько непредсказуемых и неуправляемых, что существование слухов о подобной информации уже было опасно. Поэтому, старика отдали Искателям, обвинив в пособничестве Ордену Пламенного Обета. Двадцать три года назад в решении никто не сомневался. Канцелярия была другой. Сейчас, появились дополнительные факты, которые поднимают работы Девара, но несколько с другой стороны, в обход запретному. Именно, Стагирит, пошёл другим путём. Параллельно Девару он изучал Тень и ареалы обитания древнейших духов. Насколько я знаю, ему удалось найти пределы существования Древних. Но его исследования застопорились. Объясняется ли это тем, что разум его притупился, или старческой ленностью в стремлении познавать, а может отсутствием ключа к Истине. Которым и владел Девар. Никто не знает, что было в тех документах. Они зашифрованы и большая их часть варварски уничтожена. Но не все. Основные дневники сохранились. Где они находятся, неизвестно. Маротиус, Каринус? Точно не Минратос, не Теринфаль. Дальше канцлер поведал историю учителя и ученика, рассказал о их доверительных отношениях, о том что старик натаскал мальчишку и передал всю информацию о собственных опытах и исследованиях Девара. Всё что тот знал из добытых крупиц уничтоженной информации. - А поскольку у Стагирита наследников нет и не предвидеться, маг из семьи сапороти, но надо сказать весьма сильный маг, для него надежда, опора и возможный наследник. Поэтому, Лурц - его любимчик и посвящён во все научные работы. Мы должны дать ключ Девара Лурцу и посмотреть куда это его заведёт. От тебя требуются внимательность к деталям и предельная осторожность. Наблюдать, фиксировать, передавать. И при необходимости предпринять корректирующие меры. Но не торопись. Никогда не знаешь на что способны эти учёные в последний момент.