FOX69

- Человека мы одного ищем, - робко сообщил Томаш пред грозным скоятаэлем. - Эригбальд Ваор. Долго рассказывать какая извилистая дорога привела нас к тебе, но другой у нас не было. Мы искали тебя. Ты должен знать о нём.

Пичаль. Что "Сара", что "Скотт" - как-то вообще не греют, в отличие от дефолтной внешности. Почему Скотт не Стив...^^

- А я думал, ты на стезю Добродетели встал, - смехом ответил Томаш. - Не знал, что свой брат вор под боком. Может, когда и на серьёзное дело сходим, а?

- Ты его украл, Климе, - засмеялся вор, уверенный в совершённом криминальном действе. Такие вещицы задаром не прихватывают.- Спрячь подальше. И валить надо из деревни, пока нас на вилы не подняли за воровство.

- Ребят, - подал голос внезапно появившийся циркач, вникавший со стороны в разговоры друзей. - А может, нам этот амулет чародейке нашей показать? Мало ли, может чары на нём какие или след потянется? Пусть посмотрит. Он точно с эльфами связан. И в руках у них был.

Так вот всё дело-то в том)) Все мои Шепарды/Хоуки/Инкви - это чуваки за сорок. Слепить вьюношу косорукость не позволяет. Так что только Стиви. Его томность меня не смущает.)

Первый дефолт, которым мне хочется играть. Этот упрямый взгляд из под сдвинутых бровей, эти дерзкие вихры и трёхдневная щетина, уверенные жесты и напор. Хотеть ^^ Зачётный братко. Жду систер.)

- Томаш, - позвала она. Было несколько мгновений прежде, чем встретятся взгляды, - А вы.. ну, допплеры.. вы всё так же чувствуете, как и люди? Вряд ли она осмысленно разделяла эти понятия, но ответ мог развеять некоторые сомнения Ангелики. Смущенно отведя взгляд, она приступила к обработке раны под ключицей, сосредоточенно хмурясь, но то и дело ненароком задевая пальцами обнаженную кожу. Вторая её рука и вовсе застряла где-то на бедре мужчины, оставленная будто бы без внимания, но совершенным образом выдающая помыслы хозяйки. Оторвав голову от спасительного обезболивающего под шелковистой блузкой, он покорно отдался её рукам. Помыслы хозяйки ещё не обрели над ним полную власть, но вот прохладная ладошка на бедре пробудила откровенно смелые желания, которых он не ожидал. Нет, ожидал, но не вовремя перевязки. Или всё же ожидал во время? Или ожидал, но уже после? Или до? Запутавшись окончательно в мыслях, он услышал, что его спрашивают. - Ну да... - неуверенно ответил ей. - Даже, наверное, острее, чем люди. С его многолетним опытом ношения чужих личин ощутил он не мало. Складывая эмоции и чувства разных людей, он получал взрывную квинтэссенцию от близости. Но целомудренной девушке не стоит знать о его способностях и обширных умениях. Наверное. Пока не стоит. Но вот когда, если, вдруг... Волна жара хлынула к ушам, а сердце бойко застучало о грудину. Х

- Может быть причина в рубашке Климека? Живительная сила его миролюбивой натуры излечивает раны, снимает порчу, очищает ауру.. Наверное, стоит обратиться в церковь и канонизировать этого метиннца. Святой Климек — покровитель животных и людей. - Он смешной. Благородный и очень добрый. Пророка Лебеду можно им смело заменить, - засмеялся Томаш, не теряя из виду её глаз. - Пророк Мазур. Экскурсия по святым и целительным местам. Он хороший. Он мне нравится. Это недолгий монолог, отвлекающий внимание, закончился быстрым движением ладошки, приложившей проспиртованную ткань к первой ране. Предчувствуя, что будет больно, Ангелика придвинулась чуть ближе и приобняла Томаша за плечи. - Тшш.. - шепнула девушка, чувствую как напрягся её подопечный, - Мама всегда дула на больное место, хочешь, я тоже подую? - Ангелика хихикнула. Он зажмурился, скрипнул зубами от обжигающей боли и уткнулся лбом в её живот. - Угу, - поспешно согласился на "подуть, как мама", обхватив её за бёдра, если, вдруг, станет больнее.

Комната таверны - Но.. стянуть раны ты не можешь.. - тихо, но утвердительно произнесла Ангелика. Томаш отрицательно помотал головой, хоть и не вопрос то был. - Не могу. На мне даже шрамы остаются. Всё, как у людей, - сказал он и усмехнулся. - Это я подмазываюсь. Приблизившись к Томашу, она опустилась одним коленом на кровать сбоку от мужчины. Прохладные пальцы коснулись плеча, заскользили по руке к запястью и к зажатому лоскуту ткани в ладони. - Выглядит скверно, - оценив ущерб, Ангелика смочила тряпицу спиртом. Он поднял голову и зацепился за бирюзовый омут её глаз. Маленькая, хрупкая, нежная. Но такая зубодробительно решительная, что становится страшно. За неё. - На собаке быстрее заживало. Почему-то, - сообщил он девушке достоверный факт. - А на человеке опять воспалилось. Как бы не свалиться снова.

Комната в таверне - Как это.. скину? - спросила Ангелика и зачем-то посмотрела на свои руки, совсем недавно державшие за грудки циркача. И не сюртук это был, оказывается, - Твоё тело, как плавленный воск,да? - Ммм... - задумчиво промычал циркач, меняя облик, разглаживая складки, швы, ремни, избавляясь от иллюзии одежды. - Скорее тесто. Опара. Или густой кисель. Оно податливо, течёт и меняется. Я могу управлять им. Всё, можешь повернуться, - разрешил он. Больной сидел на кровати совершенно голый, прикрывшись одеялом, и ждал помощи от сестры милосердия. На груди, ближе к ключице, на плече и лопатке зияли три раны. Одна стрела прошла насквозь, вторую пришлось выдирать из плеча с мясом. Края ран воспалились и были горячими на ощупь.

Таверна Хотела было что-то сказать, но лишь вдохнула и покачала головой. Реакции метиннца иногда сбивали с толку. Рыжая молча пошла вслед за Томашем. Он прикрыл за ней дверь, поставил на тумбочку бутыль с самогоном, разорвал вдоль полотенце и улыбнулся рыжей. - Сзади на лопатке не достаю. Поможешь промыть и начисто перевязать? Только это, - не сказать, что он засмущался, но взгляд как-то скромно потупил. - Отвернись, я одежду "скину". А то сюртук сложно перевязывать.

Прихватив бутылку самогона и чистое полотенце, Томаш отправился в снятую угловую комнатёнку. С одним окном под потолком, но зато с двумя кроватями. По пути коснулся плеча Ангелики и попросил: - Ты не поможешь мне?

В корчме было тихо, пахло жареным луком и тушёной капустой. Оставив коней на дворе у коновязи, путники ввалились внутрь. - Комнатку можно у вас снять? - поинтересовался циркач у хозяина и обратился к Гриму. - Слышь, Людо, плесни мне самогону в стакан, раны обработать, а то что-то опять в жар бросает. На собаке лучше заживало, а человечье тело слабо сопротивляется.

- Не хочет говорить - леший с ней, - тихо сказал Войцех Томашу. - Пойдём в трактире узнаем, что за беда случилась. А то и у солтыса самого. Томаш согласно кивнул и оставил бабу в печали. - Чо-то странно как-то, - обратился он к Войцеху так же тихо. Подобрал повод и заставил лошадь подтянуться поближе. - Скорбят всей деревней по почившему. Поминки чтоль отрабатывают или дружные такие. Ладно, хрен с ними. Пойдём, может корчмарь просветит. - А не пофиг ли нам, какая у них беда случилось? - неожиданно и как-то устало произнёс Климек. - Может, ну их эти Вронки, да сразу в Плянки поедем? Да... Как будто там не может быть каких-то проблем, - вздохнул мужчина и пешился. - Пойдем в трактир, да. Пожрать-то хоть как надо. - А, вдруг, наш эльф тут наследил? А может, чем чёрт не шутит, и к смерти Божена этого святого причастен? - предположил Томаш, направляясь в сторону корчмы.

- Так сына солтыса схоронили! Хороший был парень, Божен то, никто от него зла вовек не видывал! Кошек и тех не гонял! Вот и скорбим, да поминаем ему за упокой! - Несчастный случай, али убил кто? Звиняйте, что интересуюсь, но мы с отрядом на постой в вашей деревне встать хотели, а тут вон проблемы какие, - проговорил циркач и добавил. - Не до приезжих поди раз всей деревней в скорби.

- Думаешь, эльф кметку в жёны взял, - отозвался Томаш на шутку Ангелики. - Я скорее поверю, что солнце на востоке заходит, чем в такой союз. Он пришпорил свою лошадку, подъехал к женщине в тёмном платке и спрыгнул на землю. - А что за горе у вас общее в деревне, милсдарня? - вкрадчиво поинтересовался вор.

- Глядикось, - наигранно удивился краснолюд, указывая на Томаша толстым пальцем. - Не испарился циркач то наш! - Хер вам! - окончательно пришёл в себя Томаш. - Чтобы вы самогонку без меня пили, - и опрокинул поданный стакан за встречу нового рассвета, который для него мог и не наступить.

- Ну и как тебя величать-то, брат? - усмехнулся он, освобождая допплера из своих цепких объятий. Циркач добродушно усмехнулся в ответ: - Так же, Климе, так же. Я всё тот же Томаш, братишка. Всё тот же циркач из "Весёлого вертепа". Я ношу образ того, кто мне когда-то был очень дорог и принял меня таким, какой я есть. Хотя, - допплер в шутку толкнул брата в плечо, - можешь называть меня Пон-Пон или Буран. Я не обижусь. - Экзамен? - наигранно вскинул брови Войцех. - Ты нам тут энто...не умничай шибко. Не профессор оксенфуртский, небось! Хотя бес вас, допплеров, знает. - Просто у меня богатый жизненный опыт, если ты понимаешь, - Томаш засмеялся и как бы невзначай подмигнул Войцеху. - Ну, наконец-то, эта паскуда-жизнь принесла нам хороший сюрприз! - провозгласил Людо, отходя к своим вещам и выуживая со дна одну из бутылок первача. - Давайте свои кружки что-ли, спать то таперича не уснуть! Выпьем, что Томаш наш снова с нами! Если бы они чувствовали то, что чувствовал он, то наверное, захлебнулись радостью, которой хватило бы на всех, даже на дремлющих в кустах зайцев и жаворонков в гнёздах. - Выпить, да ещё и по поводу - это хорошо, - оживился Войцех. Затем обратился к циркачу: - Кстати, доп...Томаш. А почему ты сразу не принял этот облик, а сначала блоховозом прикинулся? - Собака след держит, то есть по запаху идёт. Волком на дорогах опасно, тем более раненым - кметы прибьют. Человеком бы я вас вряд ли нашёл так быстро. А когда первый раз вас догнал, хотел открыться, но сил на трансформационные фокусы уже не хватило. Пришлось остаться, раны зализывать, - объяснил он партизану.

- Только не смей в меня оборочаться, - сурово напутствовал Людо. - А то, как пить дать, голову оторву и к жопе прилажу! Он выпустил парня и отступил на шаг назад. Похоже краснолюдки мощные женщины, потому что у гибкого мимика чуть глаза на лоб не вылезли и все газы не отошли в могучих объятьях бородача. - Не, не буду, - поспешно отмахнулся от сородича-нелюдя допплер, потирая чудом не раздавленные рёбра. - Из штанов неудобно смотреть будет. - Прости, что в лесу тебя бросили, - со всей серьезностью своей вины произнес Гримм. - Не углядел я за тобой, моя вина. - Нет в том твоей вины. И ничьей вины нет, - мотнул головой Томаш. - Пошли бы искать меня, сами бы сгинули. Меня только потому дриады в покое оставили, что я в волка перекинулся. А так бы нашпиговали стрелами. Хорошо, что вы не вернулись. - Нет, не забыл, - криво усмехнулся Войцех в ответ. - Хотел проверить, не забыл ли ты. После этих слов партизан протянул руку допплеру. Он принял шершавую жилистую ладонь партизана и улыбнулся своей прежней беззаботной улыбкой: - Значит, экзамен пройден? - Знавал я одного из вашей братии... - задумчиво пробормотал пиит. - Тож с нами на дракона ходил. да не запросто так, а заговорщиков вычислял. Так что, циркач, я тебе верю. Хоть ты и падлюка: заныкал тогда мою пуговицу, что у лесорубов нашли, с концами! - Я не заныкал! - возмутился Томаш. - Мы ж пропили все те деньги!

Людо протянул циркачу руку, без капли неуверенности в этом действии. - Хоть прежде и не доводилось с допплерами дружбу водить! Сначала он опешил и даже собирался отступить назад, но открытая ладонь и искренние слова остановили и заставили протянуть руку краснолюду. - Спасибо, Людо. Взгляд упал на остальных. - Я же, наоборот, доверяю тебе меньше, - снова вклинился в разговор партизан. - Как я могу быть уверен, что ты на самом деле тот циркач, с которым мы встретились у Тёмного? Может, настоящий Томаш на самом деле до сих пор гниёт в Брокилоне, истыканный стрелами этих зеленожопых курв, а ты всего лишь принял его облик? - Хмурый, - обратился Томаш к Войцеху. - А я ведь тебе первому сказал, что я не человек. Забыл про стражника?

- Докажи! Докажи, что ты и впрямь наш Томаш! - сурово проговорил Людо. - Что именно ты с нами столько дней бок о бок провел! Что ты не принял облик нашего погибшего друга! - Вот сюрприз так сюрприз. А я уж подумал, к нам призрак твой явился, - с лёгкой дрожью в голосе произнёс партизан. - А как ты думаешь, зачем бы я вернулся? Зачем бы снова подставлял шею под козни Тёмного? Зачем, сейчас, открылся перед вами? Мог бы собакой бегать или сменить личину и наврать с три короба, а не рисковать жизнью, - с грустью проговорил Томаш, стоя в круге света у всех на виду. Настолько беспомощным и уязвимым он ещё никогда не был. Одно движение меча, один взмах секиры, один болт, и он останется на этой поляне навсегда. - Я не ворую души, я лишь создаю иллюзию из своего тела. Облик Томаша Станека я принял давно. Перенял его мысли, привычки, навыки, память. Этот человек погиб три года назад. А я ношу его личину, как вы носите одежду. Мой настоящий облик людей пугает.

Климек долго смотрел на повязку, потом перевел взгляд на Томаша. На лице метиннца было абсолютное непонимание. - Но...как? Томаш посмотрел в широко раскрытые глаза парня и улыбнулся, скрывая за улыбкой дрожь и волнение. - Только не убивайте сразу, - хриплым голосом проговорил он, с надеждой глядя на остальных. - Я не причиню вам вреда. Я не приведение и не умертвий. Я нечто... другое. О существовании которого многие из вас, кажется, не знают. Я покажу. Потому что трудно поверить в сказки. С последними словами фигура циркача стала стекать вниз, словно мягкое масло, одежда терять чёткие очертания и перепутывать цвета. Всего через несколько секунд из неопределённого нечто сформировалось лохматое собачье тело и скромно уселось, виновато поглядывая на компанию. Для обратной трансформации ему потребовалось вдвое меньше времени. Он одёрнул загнувшуюся полу сюртука и, с опаской поглядывая на людей, сказал: - Я не человек. Нелюдь. Инородный элемент в вашей вселенной после сопряжения сфер. Вотчина моих предков была там, где сейчас раскинулся Новиград. Я допплер. Если вам это о чём-то говорит. Я могу принять образ любого живого существа, в точности его скопировав, - признался он сегодня повторно.

- Томаш? - голос у Людо был тяжелый и недоверчивый. Слова бухали, будто камни, бросаемые в воду и сразу идущие ко дну. - Отпусти девку... - Что случилось? - чуть более мягко добавил он, не желая пугать барда, но тут вскочил Людо, позаботился о хорошем освещении и... - Хера себе! - только и вырвалось у Климека. - Томаш?! - Это действительно Томаш. Он.. - девушка посмотрела на циркача. Объясниться он мог только сам. Но, если не захочет говорить правду, то и она никому ничего не скажет. - Но как ты спасся? И как нашел нас? - так просто краснолюд не собирался отступать. - Чем ты докажешь, что живой человек, а не мертвяк, явившийся за нами? А вот и дружеская встреча, которую он ждал с внутренним содроганием. Циркач ослабил объятья, потёрся носом о рыжую макушку и поднялся. Долго не отпускал девичью ладошку и всё же решился выйти в круг яркого света от костра. - Это я, - подтвердил Томаш слова Ангелики. - Я не умер. Меня ранили и решили, что я мёртв. Я догнал вас, как только смог передвигаться. Томаш подёргал повязку, наложенную Климеком два дня назад и посмотрел на мечника: - Спасибо за заботу, ребята.