FOX69

Боится. Так, что ладони сводит судорогой, и они сжимаются где лежат. Шепчет в подтверждение. - До дрожи.. - А если поломаешь? - норг подаётся вперёд под нажимом охотничьей хватки. Синяки обеспечены. Благо, что секундное дело от них избавиться. - Вообще, лёд очень хрупкий. На самом деле, - звучит предупреждение. Ритуальные действа "героя меча и магии тела" заставляют "холодный разум" в очередной раз рухнуть в раскалённую преисподнюю. Ещё минута и подушка увидит новую серию "Каникулы в жаркой Италии". В глазах - жадность. С примесью удивления. Никогда не ощущал такой яркой, практически невыносимой потребности просто смотреть. - Меня терзают смутные сомнения, - шепчет и целует щетинистую щёку, одновременно с просмотром галереи с единственным экспонатом "Доктор Фрост" . - Мы упускаем что-то. А, именно, сафари. Львы, жирафы, антилопы, бегемоты. Ты когда-нибудь охотился на бегемота? Нам предоставляется редкая возможность. Он стаскивает охотника с насиженного насеста и ставит на ноги. Укутывает аурой, ментальным полем и ладонями и снова шепчет: - Нам пора. День будет долгим.

Утро 15 апреля - Всеми и сразу, - шепчет вкрадчиво, демонстрируя доступные привороты толчком бёдер, языком, поддевающим мочку уха и ответно скользящими под одежду руками. Из пристрастия к асимметрии - вниз. - Интересная последовательность ритуала, - ощущая на себе всю силу охотничьей магии, опускает глаза к руке, которая нарушает весь дзэн гармонии в прикладной геометрии. Попутно сам ломет аксиомы, которые защищают надежную пряжку штанов "сидящего на бортике". "Что ты со мной делаешь?" Вопрос практически серьёзный. Он не знает возможностей древней магии. А иначе - куда катится мир, апокалипсис, долг? Откуда этот, кажется, осязаемый барьер, накрывший крохотное, отделанное кафелем помещение, отделивший всё от двоих? - Я? - серый взгляд ложится на зелёный и цепляет шлейф таких близких эмоций. В них страх, неуверенность или попытка выявить фальшь? - Я хочу принести тебя в жертву Одноглазому, - зловеще шепчет на ухо, - а потом окрасить руны, самыми отвратными способами используя твоё расчленённое тело. Чуть отстраняется, касается губ и, сурово сдвинув брови, спрашивает: - Боишься?

Утро 15 апреля Охотник смеётся. Хохочет, ржёт в голос, отчаянно цепляясь за докторский рукав. - Тт.. те.. тебя это так заводит?! - Только с позиции физиологии, немного - казусов анатомии, и самую малость эстетики и гигиены, - он вглядывается в такие близкие зелёные глаза и невольно теряет случайную мысль: "Ты меня заводишь, Алан Келли. С любых позиций". - Ты не ведьмак, случайно? - добавляется вслух, а руки с холодного бортика перемещаются к охотнику на пояс, окончательно фиксируя на зыбком насесте. Ползут под рубаху, по обнажённой коже ледяными змеями и пригреваются под лопатками. - Приворотами не пользуешься? Х на 1-1.5ч

Утро 15 апреля Он знает себе цену и без комплиментов. Оборачивается с самой серьёзной физиономией и выражает вселенское охерение Большим Взрывом: - Ты запал на Патрика?! Нет, серьёзно?! Я всегда хотел посмотреть на избранника, который трахнется с нашим горячолюбимым. Значит, вот он передо мной? - варг резко разворачивается и оказывается визави с любовником. Колено вклинивается между бёдер, ладони сжимают бортик ванной, а лоб мягко толкает покачнувшееся тело. Но тут же "подхватывает" телекинетической волной, ограждая тёмный затылок от удара о кафель.

Утро 15 апреля Лучи земного светила нахально лезут в комнату, а солнечные зайцы, искупавшись в бассейне, сигают по блестящему карнизу прямо на подушку, повидавшую за несколько часов больше, чем некоторые синтепоновые за всю жизнь. Варг стоит в ванной и приглаживает седые волосы, скептически оценивая отражение. - Сорок три года, почти дед, член кардиологического общества, заслуженный спасатель Свальборда, - сокрушённо констатирует он. - Мотаюсь по дешёвым отелям, ковыряюсь в трупах и сплю с оборотнем, - секундная пауза на осознание собственной деградации, лукавой улыбки охотнику и вопрос адресованный ему же. - Ты никогда не хотел откосить от призыва, Алан? И сдохнуть наперекор Патрику. Рубаха ложится на плечи и полы прячутся под пояс джинсов. Варг прищуривается, глядя на себя в обрамлении зубной пасты, шампуня и геля для бритья. "Пора бы на пенсию".

*ушёл строить коварный план колдунства на вечер*

*ворчит* затарились пойлом, никаких демонов не напасёшься

Х

Не клади оборотню в рот что попало. На пальцах остаются чёткие следы чувствительного укуса. Залечишь. Если захочешь. Охотник улыбается и чуть поводит головой, ласкаясь о ладонь. Не дрессируется. Совсем. И это вызывает смех. Варг встряхивает окровавленными пальцами. "Не захочу", - тонкие струйки тянуться к запястью и каплями ложатся на простыню. "Ложись уже." - спокойно и умиротворённо. Снова тянет, ухватив за пояс в попытке завалить на постель рядом, второй рукой подтягивает подушку. "Ты всегда такой быстрый? - покорно занимает предложенную подушку, откидываясь на спину. - Ну? Я как бы ранен теперь. И что намерен делать?" Раны на пальцах продолжают кровоточить, сползая по запястью за рукав. "А оборотней в этом регионе прививают?"

"Боюсь этого". Лишь рука стискивает бедро крепче и тянет на себя. Он отрицательно поводит головой. "Нет, не за этим... Не так". Быть рядом. Чувствовать. Ждать в предвкушении. Подстёгивать желание. И возбуждение возводить на пик. Разбить остатки убеждений. Плечи в тисках ладоней. Чуть ближе, ещё, ещё, ещё. Медленно, не торопясь. Мгновение замри на совершенстве. Дистанция не может вечно уменьшаться. Предел есть у всего. Терпение имеет грань. "Не бойся". Пальцы путаются в коротких волосах, не в силах выбраться и с лёгкой болью цепляют и отклоняют голову охотника назад. Так он доступен, открыт и беззащитен. Губы припадают к шее и нежной влажной дорожкой тянутся к тёмному виску. Варг вдыхает уже знакомый запах полной грудью и пальцами второй руки проводит по распахнутым губам любовника, касается зубов и языка, бессовестно вторгаясь в плоть. Подносит влажные пальцы к своим губам и прикасается, чтоб ощутить его на вкус. "Мороженое", - улыбается доктор и отпускает пленника. Он долго всматривается в зелёные глаза и наблюдает. А ладонь ласкает щетинистую щёку, ухо и затылок. "Прилечь-то можно усталому врачу?" - вздыхает он.

Раннее-ранее утро, часа 3-4, я думаю

Господа мракоборцы, видимо, бой перенесётся на завтра. Утром на смену и мне придётся вас покинуть в самый неподходящий момент. Попросить кого-то провести - не вариант, из-за непредсказуемости развития событий. Так что разбираемся с ведьмой, досыпаем ночь, идём на качели/карусели, пробуем спасти людей. План Гэба, кстати, реален. Завтра в это же время начнём - 20-21мск и я всю ночь с вами) Не,не, всю ночь бой не будет)

"Мир возродится в объятьях проклятых" - ты хотел сказать))

"Нет", - вдруг приходит осознание. Лишь беглый взгляд в его глаза и доля секунды, чтобы почувствовать уверенность другого. Пока уверенность. - Зачем? - поспешное возражение и следом, будто извинение, - Если всё равно поймали. - Поймали... но без медиума, как без мусорной корзинки. Но мысли жаждущих почему-то теряются здесь и сейчас. Их намеренно не хочется слышать. Охотник наблюдает искоса, поворачивается на бок и подпирает щёку кулаком. - Мальчишка, - новое возражение, уверенное, и уверенная же, безмятежная улыбка, - Просто я - херовый отец. Но наверное это лучше, чем никакой. Разбираться в отношениях отцов и детей - не его ипостась. Да, и какое ему, северному варгу убелённому сединой, прошедшему шесть призывов, дело до амбиций какого-то мальчишки. До их личных отношений. Никакого. Свободная рука опирается о покрывало, соскальзывает, и пальцы осторожно, даже пугливо трогают колено. Не прелюдия, простое желание коснуться. Он даже не смотрит. Он чувствует - движение каждой мышцы, каждого сухожилия. Чуть дрогнувшие пальцы вора, лезущего в чужой карман за недозволенным. Глаза не отрываются от глаз. Физическое тепло ощутимо. Желанно. Пьяняще. Почему он? Почему не Габриэль? Не Ферре? Кто знает. Боги не спрашивают карая. "Ты думаешь я сюда мороженое есть пришёл?" - плетётся вязкая канва из слов и обволакивается сознание сидящего перед ним.

Алан кивает, облизывает лишнюю ложку и аккуратно кладёт на тот же столик, чтоб не мешалась. - А по нему похоже? - тяжёлый вздох, - Хотел бы я в это поверить.. У нас давно, - добавляет, он, подумав, - и непонятно. - Так может попытаться вернуть? - тёплый свело-серый взгляд ложится на глубокий зелёный бархат. - Не думал? С улицы слышаться крики, шум и грохот. - Странная сегодня ночь, - философски заключает доктор, не взирая на текущий Рогнарёк. - Кажется, ведьму поймали... - неуверенное предположение и следом, - а нет, поймали. Габриэль поймает... кажется она одержима, - и как приговор. - Надо бы сходить, - но сам не двигается с места. Мороженое отставляется ко всему прочему, а охотник растягивается поперёк кровати, заложив руки за голову. - Я не западаю на мальчишек, док. Я просто не всегда знал, что мне с ним делать. Возможно, мне вообще не следовало его подбирать. - Что сделано, то сделано, - он разворачивается и кладёт колено на гладкое покрывало. - И ничего не могло быть иначе. Не такой уж он и мальчишка. Контуры аур касаются другу друга. Охотник не поймёт, если его восприятие слегка не подстегнуть. Не касаясь, варг трогает его тело, обводит чёткие границы. Он идеален. Все оборотни совершенны. Природа зверя без излишеств. - Кто знает, как бы сложилась его жизнь без тебя.

в смысле тебя задушат?)))

В ведёрке лишняя ложка. И в холодильнике ещё одно. - "Прощальный" подарок, - хмыкает хозяин комнаты. Записка тоже ещё на кровати. Он проходит, усаживается на край кровати и поднимает клочок бумаги, чтобы не помять. Читать не нужно, он видит пальцами. "Нехорошо читать чужие письма, доктор". Записка отправляется на прикроватный столик. - Я не люблю мороженое, - начинать с обмана не хочется. - Мальчик вырос? - вопрос непрошено вплетается в сокровенное. Может и не стоит бередить душу охотнику, но слова ползут на волю сами. - Я думал у вас с ним серьёзно.

нет, поимка РПшно

"Мороженое ем", - в ответе столько уверенности, будто данное действие и впрямь выдаёт индульгенцию на отпущение от поимок любой чертовщины, - "Тут ещё есть. Хочешь?" " Хочу", - хотя лучше строганина с соевым соусом, чем холодная сладкая жижа. Но разве в мороженом суть. Суть не понятно в чём. Но хочется что-то изменить. Если не глобально, то хотя бы локально. Дверь в номер охотника отворяется самопроизвольно, варг входит, и "запирает" её тем же способом. - Много у тебя мороженого, - замечает доктор. - Не заболеешь?

А пока. Он тут кому-нибудь вообще нужен? Остаток ночи. Огрызок суток до утра. Кругом щиты, ловушки, барьеры. Не пройти, чтобы не споткнуться или не упереться носом в ментальный контроллер. Мракоборцы ловят ведьму. И поймают, он был уверен. А завтра... завтра будет новый день. Что принесёт он им? Если Габриэль прав, то стоит попытаться, хоть что-то предпринять. "А ты не ловишь ведьму?" - донеслось до Алана из глубины подсознания. Варг стоял на террасе, поодаль от бассейна, и вглядывался в светлеющий горизонт. Надо бы поспать. Но после приключений в баре сон благополучно сам отлетел в страну Морфея. "Шевеления" и смятение в номере охотника он ощущал явственно.

15 апреля На следующее утро, после бессонной ночи и борьбы с ведьмовскими происками, весь Пунто Ала был поставлен на уши известием о предстоящем конкурсе на скоростное поедание спагетти. Курортный городок гудел в предвкушении рекорда Гинеса и весёлого времяпровождения. На северо-востоке от «Cala del Porto”, где совсем недавно почили от обжоства 500 богатых и знаменитых, в парке аттракционов развернулось действо. Качели, горки, карусели и даже передвижной зоопарк — всё чтобы порадовать туристов. На высоком постаменте был установлен длинный стол, на котором покоилась дюжина тарелок. Соискатели знаменитой премии толпились тут же. Худые и толстые, молодые и старые - все были готовы испытать судьбу. Как раз в это время к парку и подошли мракоборцы...

- Могу попробовать поискать записи камер наблюдения в отеле, если таковые есть, - задумался Сид. - Попробуй. У кого-то такая мысль уже была, - согласился варг. Ясные глаза, в которых теперь не видно и толики неприязни, лишь растерянность, вопросительно смотрят на Свена, присоединяясь к заданному Хорасом вопросу. - Рик, - варг вздохнул. Его присутствие с ранеными отметили в последнюю очередь. Молодость, молодость. - Ты бы хоть мою физиономию как-то зафиксировал в этом месте. Повреждения я устранил, а ты бальзамы зря потратил. Х 1-1.5ч

так и призыв проспишь)))