FOX69

а воодушевляющий марш?)

С 16-18 предпочтительнее, но когда выходные (а они у меня два через два) можно и с 18 - 20.

ну вот я хороший

После завершения своей эпической миссии по освобождению Тевинтера все духи вернулись в Тень. Ну в эпилоге завтра кое что будет разъясняющее. Эпилог очень скромный) Только пояснения)

Ну там жеж написано Меня никто не читает *я херовый автор*Т_Т

Почему не вспомнил-то) Я через ДВА дня оттуда ушёл) так что можем отыграть ещё

Так дОлжно, samman «Ну, вот и всё. Чувствуешь ли ты? Знаешь? Сможешь ли понять и принять? Ты бы тоже поступил так. Но как же тяжело. Как тяжело это сделать. Простишь ли, возненавидишь или будешь страдать? Но мы должны. Ты знал это всегда. И был уверен – будущего нет. Это я надеялся в глубине души, посмев усомниться». Он шёл за ним следом, не отрывая глаз от чёрного затылка с сединой. Каждой клеточкой души, ощущая его, как самого себя. Каждое движение, каждый жест, каждый приглушённый стон от боли ещё не затянувшихся ран. «Ты так глубоко в моей душе, что я не силах отстраниться и забыть в угоду долгу». На его случайный поворот головы он лишь улыбнулся, спрятав за радостью блеснувшие слёзы. «Я люблю тебя. Люблю, мой единственный. И снова должен потерять. Но, по крайней мере, я буду знать, что ты жив». Доспехи и оружие обнаружились на складе в целости и сохранности. Кунари бережно относились к подобным вещам. Они собрали всё и отправились обратно в лазарет. Два дня прошли, как во сне в разрушенном лагере Вал Дорма. В эти два дня у него было всё. Семья, любимый и счастье, которым он не мог насытиться. Мгновение остановись и замри в вечности Камня. Позволь остаться и забыть. Раствориться в тепле рядом с родными и любимыми. Но ранним утром третьего дня чёрные доспехи легли на плечи идущего на эшафот. Топоры опустились в чехлы, мелодично звякнув лезвиями. Рюкзак на плечо, кирка и верёвка – за спину. Перед дверью он остановился. «Ты всегда спишь крепко, ты не услышишь, как уйду. Не оглянувшись. Потому что по-другому не смогу уйти. Ты знаешь, что я тебя люблю. И знаешь, чего мне стоило это решение. Но ты поймёшь. Должен понять». Дверь, словно в сговоре с уходящим, даже не скрипнула, закрывшись за его спиной. - Ган, не уходи, - её руки обнимают за плечи и на чёрную броню капают прозрачные слезинки. - Не уходи. Почему мы снова растаёмся? - Я должен, - дрожит его голос. – Я должен, Тэли. Я не могу нарушить клятву, скреплённую кровью и камнем. Я не могу предать, - он поцеловал её белоснежные локоны и отстранил. – Не плачь. Теперь, я буду, спокоен, что у тебя всё в порядке. Ты счастлива здесь на поверхности. У тебя семья, дети, муж, который всегда будет опорой. - Ган, - в прозрачных глазах дрожащие озёра слёз, - не уходи. Ты ведь не хочешь умирать. Джора говорил… Его имя бьёт, словно кнутом, а сердце замирает. Он больше ничего не слышит. И лишь тёмно-зелёный бархатистый взгляд ласкает теплом и любовью. Ещё минута, и он вернётся обратно. Бросит всё, станет кем угодно, лишь бы быть рядом. - Тэли, - лихорадочный вздох и он протягивает сестре кожаный кошелёк. – Здесь триста золотых. Возьми, вам они нужнее. И ещё, - герметичный футляр и связка каменных осколков ложатся в женские руки, - это древние карты Хранителей и воротные ключи. Отдай их Джоре, он знает, что с ними делать. Если у тебя возникнут проблемы, найди его. Он всегда поможет, - он осёкся, отвёл взгляд в сторону и прошептал: - И скажи ему, что я буду любить его всегда. Пока я жив, я буду помнить о нём. Прощай, сестрёнка. Будь счастлива. Он крепко обнимает её, снова целует и уходит, пряча на клеймёных щеках влажные дорожки.

О, пасиб, а я думаю, чего у меня ход один потерялся. Исправлю.

Население мирное, даже не захваченное, а принесшие ключи от города на блюдечке. Оккупированная территория. Не военнопленные. Всё, я спать, не могу больше ни-че-го...

Лицо нахмурилось, хотелось отрезать предложению клеймённого, но Джора промолчав, опустив голову. - Я снаружи буду этого сарая. Может, увижу кого-то, но не очень-то и хотелось, - негромко сказал берсерк выходя. Ратиган только покачал головой и пошёл за упрямцем следом, беззлобно бросив тому в спину: - Тан урзхад. Х

Они, да. Но лагерь для перевоспитания кабетари, а не содержания военнопленных. Такие прямые указания вводят в заблуждение тех, кто ищет истины)

- Не знаю... - растерялась Дениза. - А как это проявляется? Если как у Рамоны - когда у тебя в голове кто-то разговаривает, то нет. Но я так хотела сбежать из этого места, что это, наверное, тоже можно назвать одержимостью. - Но одержимые ушли, вроде как. Значит, ты всё-таки не одержима, - подумав, сделал вывод Ратиган. - Надо найти доспехи вещи. С топорами за спиной, как-то оно привычнее. Джор, давай ты здесь побудешь. А я тебе принесу вещи, - он вопросительно посмотрел на любимого. Что там сейчас бушует в этой голове у неуёмного берсерка, понять было сложно.

- Правда?! - обрадовалась Дениза. - Спасибо, - крикнула она уже на бегу, направляясь в указанную сторону и... едва не сшибла с ног выходящего в коридор Ратигана. - Ганчик, это ты! Как здорово! Про членов отряда он и думать перестал. Но как и по злому умыслу сказать дварва ничего не успел, когда на друга налетела знакомая бардесса. Не одержимая. Целая и невредимая с виду. Джора поморщился и пробурчал что-то несвязное в адрес девахи. Когда Дэнька влетела в палату, ему пришлось невольно отстраниться от друга. - Дэнь, - он взял её руки в свои и остановил, заглядывая в глаза. Ярко-синие, как всегда. Излишняя эмоциональность сродни одержимости. - Только скажи мне, что ты не одержима. Ведь, нет?

- Сколько мне ещё нужно лежать? – резко спросил берсеркер, убирая руки друга с плеч. – Два дня ничего не решают. Я и так пролежал день - достаточно с меня. - Ууу, какой злой медведь, - усмехнулся Ратиган, возвращая руки обратно. Ладони проползли по плечам, коснулись шеи и легли на затылок. Он заставил его наклонить голову и поцеловал в макушку. - Ну, пошли тогда, поищем народ, экзонг конд. Только сдаётся мне мы мало чем сможем помочь одержимым, даже если они из нашего отряда. - Вы так похожи на одного моего друга... Просто поразительно! Может, вы его видели тут - его зовут Ратиган. - Дени с надеждой уставилась на беловолосую. - Видела, - кивнула дворфийка и улыбнулась незнакомке. - Ган мой брат. Близнец. Он у Джоры. В той дальней палате.

Утром, пока Виктор еще спал, бардесса вышла поискать ему какую-нибудь одежду. Большинство помещений лазарета были пусты, но в одном из коридоров она заметила знакомую низкорослую фигуру с белобрысой шевелюрой. - Ган, это ты! - обрадовалась Дениза, но тут же поняла свою ошибку, разглядев в полумраке типично женскую фигуру. - Ой! Вы кто? - Я здесь, работаю, - ответила гномка и тут же поправилась. - Вернее, работала.

Я узнаю много нового =)

– Кто-то из отряда мог послужить им оболочкой. Но не мы, Ратиган, - осенило Джору и, покачав головой, он поспешил встать с кровати, ухватившись за бок. - И куда ты так ломанулся, как ездовой бронто, которого пнули по яйцам? - Ратиган поднялся и, обхватив широкие плечи, усадил Джору обратно на кровать. - Смотри, светает. А Парагон сработал ночью. Мы проспали. Я сам поищу отряд. Ляг, ради Агхал Вахрам.

Джора растерянно начал бегать глазами, положив ладонь на лоб. Что сделал Парагон? И куда ушли кунари с другими заключёнными? Так не значит, что внутри этого алмаза был… - Одержимые? – предположил вслух берсеркер. - Парагон выпустил... кого? Таких же духов, что и у провидицы? - Думаешь, он прорвал Завесу? И каких же он духов выпустил? Демонов или иных? - Ратиган задумался и медленно проговорил. - Ты представляешь чем владели наши предки? Что они умели. Тут невольно приходит мысль, что дварва на заре цивилизации были магами.

- Мам дельва? – устало, но с нотами изумления говорит Джора, попытавшись опереться на локоть. – Как тебя отпустили? - Не скочи, - сильная рука настойчиво укладывает его обратно. - Кажется, наш Парагон отработал за издевательства над нами. Что-то случилось, но точно не могу понять что. Но кунари ушли, вместе с большей частью заключённых. Сигилтан видевший уходящих говорит, что у тех были синие горящие глаза. Как думаешь, что бы это могло быть?

Дэнь, давай пожара не будет, пжл) А склады теперь просто ломать можно)

В камин ващемта)

А это... чё дом Стена уже подожгли О_о Я вроде не писала. Там только про лириумное пламя) Это не огонь, ни)

Утро следующего дня после разрыва Завесы Это был словно щелчок в мозгу, словно повернули тумблер на паровой машине и запустили какой-то неизведанный механизм. Он сел на кровати. Чуть брезжил рассвет, обычное утро на поверхности, к ежедневному явлению которого он стал уже привыкать. В бараке неестественная тишина и даже на улице не слышно командных голосов серых. Ратиган поднялся, всунув ноги в сабо и отправился наружу. Увиденная картина привела его шок. Он остановился на пороге и замер. Лагерь был пуст. Ни одного охранника, ни одного солдата и надсмотрщика. Только одинокие менкунрлан, бродящие с потерянным взглядом. - Что случилось? - остановил он первого попавшегося мужчину. - Не знаю, - ответил тот. - Вдруг, все взбесились. Кунари, люди, эльфы. Их глаза стали синими. Они переломали все замки, ограды и запоры и ушли. - И дварва? - с содроганием спросил Ратиган. - Не знаю, гномов я не видел. Больше не теряя ни минуты, он бросился в дальний блок к лазарету. На пороге его встретила взволнованная Тэли. - Ган, что происходит? Я ничего не понимаю, - за её спиной стоял безбородый гном и виновато улыбался своему шурину. - Ту сонн? - он обеспокоенно схватил её за плечи. - А дети? - Всё в порядке, - поспешила ответить она. Удостоверившись, что семье сестры ничего не угрожает, он бросился внутрь лазарета прямиком к кровати, на которой лежал благородный. Дыхание перехватило и бешеный стук сердца успокоился только тогда, когда он увидел мирно спящего Джору. Присев у изголовья прямо на кровать, он улыбнулся и с облегчением выдохнул: - Эшон, эшон урзхад, спит элик мам аром, - сказал он, будто непослушному ребёнку и чуть коснулся губами губ друга. Обнял подушку, на которой лежала вихрастая голова и полуприлёг рядом, словно цербер охраняя своё сокровище.

Вещи все на складе. Всё в сохранности) У тебя фантазия нисколько не хуже) Не прибедняйся и не завидывай :Р

А всё началось с канонной легенды о Доме рудокопов Вальдасин)