FOX69

- Что это за мясо, - рука потянулась к краешку одеяла, чтобы стянуть с белоснежной головы, - за сорок золотых? - Какого, какого? - одеяло дёрнулось обратно из руки берсерка и вновь накрыло белую голову. - Ходячего. Ходячее мясо дорого стоит.

Губы исказились в усмешке, а сапог прислонился спрятанному в одеяле плечу, толкнув. - Просыпайся, барзул ту мам отхо, - ещё один толчок и берсеркер садиться на корточки перед клеймённым, дотрагиваясь локтями к коленкам, - дети с мужем есть хотят, а ты даже хлеба не умудрилась купить на рынке, - с насмешкой сказал Джора. - Какого хлеба, родной? - доносится из-под одеяла. - Я мясо купил.

Убедившись, что Ратиган укрыт вплотную одеялом, Джора нежно дотронулся губами до ракушки уха, а затем резко потянул на себя материю, стаскивая вместе с ней клеймённого на пол(23). Что несколько получилось с запинкой. Берсеркер отошёл на два шага, когда тело достигло падения, а затем скрестил руки на груди. Сверху вниз взирая на легионера тёмно-зелёными глазами. Пробуждение было не из приятных. Резкий толчок, грохот и боль. Так иногда, в шутку будили друг друга разведчики в легионе. Он приоткрыл один глаз. Изношенные, но добротной выделки, сапоги. Кожаные штаны. Пояс с платиновым тиснением. Белая рубаха и выжидательный тёмно-зелёный взгляд. - Проснулся, дорогой? - лениво поинтересовался Ратиган, вновь закрывая глаз и натягивая на себя одеяло, словно его не переместили недавно на пол. - Тер санад, дельва, - пожелал он доброго утра и спрятался с головой.

Так мы ж так ходили уже, перед тем, как Бора утопить)

Всё вам тропы не нравятся. Красота...

В таверне Гном, подозвавший клеймёного, живо набулькал тому в стакан внушительную порцию чего-то крепкого и поднял свой: - Атраст вала, сальрока. С приездом в наш славный город, - сказал гном. По большому счёту "прижившийся" ничем не отличался от истинной кална дварва и даже огненно-рыжую бороду носил на Орзаммарский манер, плетёной от самых бакенбардов тонкими косичками. - Атраст вала, - поприветствовал Ратиган соплеменника и отпив немного, заказал себе ужин. - Смотрю, ты не с поверхности, - сказал дворф. - Откуда вы это все знаете? - удивился Ратиган, который раз слыша уверенное определение его принадлежности к подземникам. - Вееерг, - усмехнулся собеседник, огладив бороду. - Поживёшь на поверхности, сразу будешь видеть только по взгляду, что кнурлаг с троп. - Экир, - не стал возражать Ратиган. Может, он и прав. - Чего хотел-то? - Камней у тебя случайно нет? Хризопразов, хрусталя, гематита, самоцветов? Куплю. - Зачем тебе? - Детям покажу. Историю я в общине преподаю. Не хочу чтобы дон тилат от истоков отрывались. Дварва можно быть и на поверхности. - Да, - задумчиво покачал головой неприкасаемый. Он полез в свою поясную сумку и вынул оттуда россыпь камней. Рунами он теперь долго не будет заниматься, помятуя недавние события, так почему бы не отдать собранные экземпляры. - Держи. - Ого, - восхитился рыжий. - Сколько просишь? - Тхомал, верг, - небрежно махнул рукой Ратиган. - Да ну, благотворительность, - усмехнулся бородач. - Вот возьми, - и он вытащил из кармана десять золотых монет и сунул гостю. Ратиган принялся за ужин, а рыжий за пересчитывание камешков. - А как можно до Лейша побыстрее добраться? - вдруг поинтересовался Ратиган у "прижившегося". - Так на степных лошадях можно. Для дварва самое то. Они низкие и выносливые. - На лошадях... - со вздохом произнёс Ратиган, словно обречённый на казнь. - Ну да. Кстати, могу продать. - Тогда мне надо пару. - Пару так пару. Пойдём выберешь. - А сколько? - Сойдёмся. Кубор илитх. * * * В снятую комнату на втором этаже он вернулся далеко за полночь. Скинул одежду и нырнул в тёплые объятья любимого, чтобы утром в кои-то веки проснуться вместе. - Теперь, я тебя никуда не отпущу, мам бол гатиз урзхад, - проговорил Ратиган, уже засыпая.

Мастер-пост Ход 42. Зелёный тейг 23 умбралис. Утро. Купить лошадей. Отправиться в путь. Переночевать в заброшенном тейге. 24 умбралис. Полдень. Выйти на поверхность. К вечеру дойти до приморского городка Лейш. Кто же знал, что судьба так изощрённо пошутит с ними. Но, не смотря ни на что, теперь, они точно видели цель. Карта была расшифрована, местоположение Сердца Гор найдено. Дело оставалось за малым. Преодолеть несколько миль земной и столько же водной поверхности. Протянуть руку, взять и понять. Легко сказать - не просто сделать. Мёртвые степи Андерфелса измотали их не в пример глубинным тропам. Затхлый воздух с осквернённых равнин то и дело напоминал путешественникам о двух морах прокатившихся по этим землям опустошающим ураганом, сея разрушения и смерть. Сама земля здесь представляла гнилую буро-чёрную глину, которая часто попадалась и которую приходилось объезжать, чтобы копыта лошадей не застряли. Первой остановкой на их пути после дневного перехода, который значительно облегчили лошади, стал заброшенный безымянный тейг в северных предгорьях Охотничьего рога, который не был отмечен ни на одной карте, включая и древние свитки. Впрочем, случайно обнаружив пещеру Ратиган не настаивал, и желающие могли ночевать под осенним пронизывающим ветром с осквернённых территорий. Тяга сигилтан к верхнему миру была сродни одержимости дварва глубинными тропами, несмотря на все неудобства. Найденный тейг был настолько странен и необычен, что ощущение пребывания на поверхности показалось бы вполне реальным. Столько разнообразной зелени – травы, кустарников и деревьев не встречалось и в ином лесу. Откуда-то сверху лился яркий свет, подобный дневному. Казалось, сам камень над головой источал сияющие лучи. Весь город пронизан теплом и светом. Хотя, от зданий не осталось практически ничего. Растрескавшийся осыпавшийся камень стен, да остовы фундаментов напоминали о том, что здесь когда-то было поселение. Разрушенный до основания тейг без намёка на присутствие порождений. Они сюда не дошли, а может, скверна не коснулась этих мест из-за изоляции от глубинных троп. Но почему тогда такие разрушения? Землетрясение, действующий вулкан? Но города дварва стоят тысячелетия, камень надёжно хранит наследие. Так почему здесь камень не выдержал и уступил натиску неизвестной стихии. Может всему виной растения, так буйно разросшиеся? А может… магия? Присутствие которой здесь ощущал каждый. Была в этом месте своя непостижимая прелесть. Необъяснимая, неестественная, чужая. Камень в вышине подобный солнцу притягивал взгляды и завораживал. Ничего похожего не встречалось даже в первозданных тейгах. Да, и зачем дварва превращать подземелья в надземный мир. Ещё одна загадка бесконечного лабиринта глубинных троп. Отряд расположился на стоянку около небольшой речушки, в которой весело плескалась крупная рыба. Не те змееподобные, лишённые пигмента особи пещер, а привычные рыбёшки рек с поверхности. Под золотисто-зелёными деревьями дружными семейками росли мухоморы и опята, следуя всем законам природы надземного мира. Стоило обследовать найденный город, но чуть позже. Сейчас, каждый наслаждался теплом и светом, даже не подозревая о тайне хранящейся в камне под тейгом, в старых обрушившихся склепах. Утром следующего дня они обнаружат вход в усыпальницу, наверное, самую древнейшую на всём Тедасе, на заблокированных дверях которой путешественники увидят необычную резьбу. Пыльный камень хранил барельеф с изображением двух фигурок: эльфа и дварва. Они стояли друг против друга, держа в руках посохи. А свободные ладони, вскинутые вверх, были объяты магическим пламенем, которое соединялось наподобие моста между двумя существами. Были ли эти двое магами? Безусловно. Если бы один из них не был гномом. Ночью их поджидал сюрприз – стадо обнаглевших нагов, презревших опасность и покусившихся на провизию и вещи пришельцев. Около пол сотни розовых «хрюшек» бесшумно окружили лагерь в назидание задремавшим дежурным и подчистили сумки и рюкзаки с продуктами, не оставив ни крошки. Остатки ужина тоже благополучно перекочевали в ненасытные утробы мелких негодяев. Визг, раздавшийся на рассвете, разбудил весь лагерь. Наги пытались дожевать личные вещи и одежду, когда вернувшийся к своим обязанностям дежурного Лео огрел одного из них по щетинистому хребту. Верещащее стадо бросилось врассыпную, утаскивая багаж путешественников. КВЕСТ. «Кто хозяин глубинных троп?»

Только он хотел присесть, как от барной стойки донеслось призывное: - Сальрока, дело есть, - и "прижившийся" дварв махнул ему рукой. - Извините, - кивнул Ратиган в сторону беседующих женщин и ушёл в сторону кухни.

Ну и ладно, уйду я от вас, плохие вы и злые тётки

Время варьируется от желаний (даже не от возможностей) если не принимать рабоче-крестьянскую позу за основу мироздания с единственной целью размножения Ооо, наши фантазии лучше вам не знать))

На гримасе берсеркера появилась говорящая маска, со стороны которая не выражала и долю эмоций «правда мой камешек? А где ты будешь, пока я буду этим всем заниматься? О, наконец-то он погуляет с какой-то девчонкой» через минуту сменившаяся другой с двоякой ухмылкой на губах. Джора хлопнул Ратигана ладонью по щеке и попытался сесть. Благо одежда с оставшимися латами это ещё позволяли. - Приспособлю, мам дельва, - посмотрев на него, сказал Джора, - мне нужна любящая жена. Не гуляющая в сторону. - Ну что ты, мам экзонг конд, - проговорил клеймёный, усаживаясь рядом. - Нархо гадан сарутх. Он дотянулся рукой до лохматой шапки с хвостом, валяющейся рядом, стряхнул пыль с меха и снова вернул на голову благородного: - Кончай шапками подарочными разбрасываться, - сказал Ратиган и добавил, поглядывая в сторону куда он зашвырнул Девятый ключ. - Вот дилемма-то. Смотри, у нас есть два варианта. Первый. Забить на трох на этот кусок кварца и прямо сейчас уйти на тропы. Второй. Взять его и тащиться за сигилтан, неизвестно в какую очередную нарагин баш тиби. Ты за какой вариант? _______________________________________________________________________________________________________ Нордботтен. Поздний вечер Они добрались до первой попавшейся гостиницы и решили заночевать здесь, раз уж на улице сплошная ночная тьма. Номер на двоих. Широкая кровать, что загон для бронто. Чистое бельё и горячая ванна опять же на двоих. А потом, полтора часа изматывающей близости, когда гордость благородного-таки пала под напором умелых ласк, притворно-наивного взгляда и новых ощущений сводящих с ума. - Сучонок, - тихо прохрипел Джора, сталкивая Ратиган на его половину кровати. - Что ты со мной делаешь, мелкий говнюк? - пальцы, словно тиски ложатся на шею клеймёного и начинают душить. - Придушу гадёныша. - Всё так плохо? - осведомляется Ратиган, задыхаясь, но не оказывая ни малейшего сопротивления. - Гекур састош, - обессиленно шепчет берсерк, ослабляя хватку и падая в мягкие объятья одеял. - Пошёл вон отсюда, - он прикрывает глаза и отворачивается. Блаженная истома и жуткое желание заснуть. Гонка за последним ключом и ссора его окончательно доканали и он мечтал только поскорее обо всём забыть. Мерное дыхание, мощная грудь и плечи, покрытые чётким рельефом мышц. Он совершенен. Им можно только любоваться. Взгляд отрывается с трудом, и Ратиган заставляет себя сползти с кровати. Зачем? Очень хотелось есть, а снизу тянулись такие соблазнительные запахи, что на месте не сиделось. Он нацепил выстиранное чуть влажное бельё и надел вычищенный поддоспешник. Спасибо хозяйке гостиницы, их вещам за определённую плату, она придала вполне презентабельный вид. Отцепив от платинового пояса кожаных штанов благородного увесистый кошель, клеймёный закрыл дверь на ключ и спустился вниз в зал таверны, где увидел Фэй и Рэми. - Можно нарушить ваше уединение, достопочтенные матроны? - обратился дворф, как к благородным дамам Орзаммара.

Если честно меня тоже удивляет при чём здесь виагра) Или... ой, ладно. Кувыркание оно такое кувыркучее, может и 24 часа продолжаться без виагры.)))

вот-вот) а я о чём. Всю жизнь в астрале) Хоть бы нажралась и покувыркалась по-человечески))

Дааа... мне бы только мужа уложить) А мне шум не помеха)

Фэй, а если мы там же остановимся?)

Хоть бы Ключ не потерять)) Как-то я про него забыл))

Ближе к ночи, видимо, вернулись в город

- Соблазнял? – с придворной изумлением в голосе, переспросил Джора, дотягиваясь до ремня, чтобы прицепить назад. Он пожал плечами, шире ухмыльнувшись: - А ты их сам спрашивал? Может, они ненароком подумали, что я тут на замену швеи пришёл, - положив ладонь на голову, Джора вздохнул и оглянулся. Шапка лежала совсем рядом, но протягивать к ней руку пока не собирался. - Ах, ты у меня ещё и вышивать умеешь? - с притворным удивлением вскинул тёмные брови клеймёный. - Крестиком двуручным топором? А что ещё ты умеешь? Мне нужен работящий муж. Я требую очень больших расходов на своё содержание. Я очень придирчивая гримсткарвлос. Кто будет наш дургримст убирать? Меззинтар воспитывать? Вотх варить? Я к этому не приспособлен. Ратиган тоже бросил мимолётный взгляд на шапку и удаляющийся отряд, который счёл необходимым не вмешиваться в интимные дела двух дварва.

- Верг, барзул… на что ты их потратил? – хрипел голос дворфа. – На шёлковые платья? На драгоценные безделушки? На краску для лица? – он поднял голову, а на лице тень иронии. Губы слабо улыбнулись: - Ну и где это всё… вод кнурлаф? Ратиган отодвинул любовника, нависшего тёмной горой над ним и ответил: - Я соблазнял камнедробильщиков. Но так и перевёл наряды зря, - ухмыльнулся клеймёный. - Не клюнули, знаешь. Они к тебе в очередь стояли. Такие бородатые молотобойцы. И чем ты их привлёк? Неужели бол тиби?

- Один вопрос, гном, ты пришёл чтобы тебя пожалели или для того чтобы навешать ярлыков и самоутвердится? Или же прочитать мораль с той же целью? -Успел он спросить прежде чем его увели подальше. - Один ответ, Гишхун, - холодно бросил дворф.- Зачем ты пришёл? Морочить девчонке голову? Или жрать её эмоции? Поскольку голод тысячелетий толкает тебя паразитировать. Была бы моя воля я бы не бросил тебя в лаву, не раскатал на Наковальне пустоты. Я бы предал тебя забвению в том же футляре, где ты и был. - Я всегда мечтала быть слепой. - отозвалась провидица, уходя. - И если твой мир реален, а мой выдуман, тогда и вправду, я лучше буду жить в своей скорлупе. - Ты вправе быть кем хочешь, Рэми, - ответил ей легионер. - И жить там, где тебе удобней. Но и из окружающих не делай вселенское зло. Я не враг. А эти двое тебя убьют. Но тебе будет всё равно, потому что реальный мир для тебя давно не существует.

Да я тоже не о значках. Я о порядочности сигилтан)

Извращенцы вуайеристы!

Вот эти лица меня умиляют, даже не смотря на * Джора. Вы должны, как порядочные люди уйти дааааалеко в таверну уже)

Она кажется уже собиралась развернуться и уйти, но потом передумала. - И знаешь еще что... это ты пустой. Одна только злоба внутри. Злоба и ненависть ко всему подряд и ты выплескиваешь ее на всех, кто оказывается поблизости. И что самое печальное, ты даже не понимаешь, что делаешь. Как будто весь мир вокруг виноват, что ты несчастен. Провидица не знала, что сейчас в ней сильнее - злость или жалость. Да и... говорить что-то еще бессмысленно. Даже это говорить не следовало. "Сейчас тебя назовут проклятой сигилтан и хорошо, если не выльют на голову новый ушат того, что сидит у него внутри. Поэтому, иди." Рэми последовала умному совету, и развернувшись, зашагала в сторону города, а дварв скоро скрылся из виду. Ее сердце болело от того, что мир несовершенен и этого нельзя изменить. Оно последнее время болело так часто... Он забрал зелья, благодарно кивнув в ответ. И прежде, чем провидица успела удалиться, сказал на её злобную ничем не обоснованную тираду: - Ко всему подряд? Злость и ненависть? - повторил дварв её слова. - И даже к тебе? Чем я обидел тебя? Правдой? Или невниманием? Так оно тебе не нужно. Ты, как в болоте. Ты застряла в выдуманном мире. Но хуже всего, что этот мир тебе навязывают. И ты не отказываешься. Ты живёшь, как в коконе. Ты почти не жива. Ты общаешься только с духами. Ты не видишь чужой боли и радости. Не видишь живых. Ты сама, своим недопонимаем и обидами превращаешь мир вокруг в несовершенное уродливое нечто. Потому что совершенны для тебя, те двое, которые управляют тобой в твоей голове. И только их ты видишь и понимаешь. Агхал Вахрам свидетель, я никогда не желал тебе зла. Мне жаль тебя, Рэми. Ты слепа. Те не видишь, не чувствуешь и не хочешь. Твоя скорлупа тебе привычней. А духи твои на самом деле лицемерны, лживы и злы. В них нет правды.

В одну минуту он с силой переворачивает клеймённого на спину(27) и нависает над ним сверху. Что это такое вообще было? Всего-то час тому назад – может, больше – растерянность и вина терзали каждую клетку тела, словно после какой-то мучительной лихорадки. А сейчас от них остались крошки. - Я спросил тогда, - чуть не шепотом говорил Джора, не отрываясь от прозрачных глаз, - но если будешь при мне плохо вести себя, сучонок, - он оскалился и укусил нижнюю губу клеймённого, - гладить твою белоснежную головку я не стану - будешь ходить за мной с ошейником, если не ещё раз отвечать мне и выслушать не посмеешь. Он слегка морщится, чувствуя боль и солоноватый привкус на губах, и усмехаясь говорит: - Ах, ты долбаный медведь, кусаешься? Сейчас, доберёмся до постоялого двора и я тебе покажу кто сверху хозяин. А ты будешь гладить меня и не только белоснежную головку, - рассмеялся Ратиган в лицо Джоре. - А я буду внимательно слушать и отвечать на все вопросы, если у тебя получится хоть слово сказать. - Кстати, о гостинице, - вспомнил Ратиган, прижимая друга крепче к своей груди, вернее к драконьей кости, которая на способствовала развитию близости. - У меня нет ни копейки. И гордость меня не обременяет. С этого дня я буду пользоваться вами, любимый мой лорд, по полной программе. Х