FOX69

Так. Я вам бой выложу, а с вождём договаривайте)

Сизарель, оружие у вас уже отобрали перед аудиенцией вождя)

Никакого) вы в деревне полной хасиндов)

Да, нам костёр разжечь нечем. Вот и собираем)

Два здоровенных амбала разоружили их ещё на дороге, а сейчас, держали низкорослого гнома за ворот доспеха. Его порыв к Дэнизе остановил огромный тесак у горла: - Стоять, мелкий тварь! - рявкнул хасинд, вдавливая лезвие в плоть.

Какашками с ГТ) *надо насобирать*

Они просто вам не верят)

Это было неожиданно. Огромные, волосатые и свирепые люди в шкурах появились из ниоткуда. После выхода на поверхность он ощущал себя не лучшим образом. Он снова проваливался в пропасть, в пустоту, поэтому нападение стало для дварва сюрпризом. Руки автоматически выхватили топоры, а тело приготовилось к броску. Но вместо атаки, он почему-то отступил назад, прикрывая собой, тех кто стоял за спиной. У противника явно был численный перевес и им оставалось только молча принять свою участь.

Да, кто знает куда они делись ко времени ДАО) Может ушли) Хотя, в пещере их там достаточно было. А остальные может уже не функционировали. А мож Каридин их в лаву спихнул или разобрал)

Сколько раз Джейн говорила, что мы идиоты))) Очередное подтверждение) Предложение: оставить Нашкеля с големом и бронто))

Скоро должен появиться наш многоуважаемый вождь и начать нас брать в рабство. Gорыныч, на выход!)

Йес!))

Вопрос на засыпку))

Големы Стального легиона. Те самые, сто двадцать шесть, которых отправили на поиски исчезнувшего Каридина. Теперь, он знал точно. Они здесь. И они охраняют самое ценное наследие прошлого. Погребённое под монолитом камня и забытое на веки. Они никогда не уйдут и никогда не отступят, похоронив надежду для себя и для своих потомков. Безумная идея, воплощенная в жизнь. Плоть одетая в камень. Душа запаянная в лириум. ...Душу в моих големов вдыхает смерть этих храбрых воинов. Они приходят ко мне, в чем мать родила. Я облачаю их в броню - такую большую, что даже самые крупные воины смотрятся в ней как дети. Наковальня становится их первой и последней колыбелью. Со всех сторон от нас - толща земли не менее чем в милю. Никто не слышит, как они кричат, когда я заливаю расплавленный лириум через глазные отверстия, через рот, через каждый шов и каждую щелочку доспехов. Они затихают быстро, но запах остается надолго. Запах, горячего металла с едва заметной ноткой, крови. Я должен спешить. Броня становится ковкой, и я придаю ему форму молотом и щипцами. Вскоре раскаленное тело начинает биться у меня в руках, скручиваясь и извиваясь с каждым ударом молота. Оно снова стонет - низко и сдавленно - но я научился не обращать на это внимания. Сейчас главное - не ошибиться. Нельзя, чтобы в глазу осталась окалина или в ноге - необработанный кусочек гранита. Они стонут, пока я работаю, но ведь это лучше, чем остаться сломанным, покалеченным? Те, с кем я беседовал, говорят мне о мучительной боли, но если бы они могли взглянуть со стороны, они увидели бы совершенство. Страницы истории, совершенные деяния, чудовищная боль. И всё напрасно. Тьма порождает тьму. Големы - достояние и ошибка дварва. Великое совершенство и сокрушительный крах. Фитилёк кремневой зажигалки коснулся воскового шнура. Скрученная шерстяная нитка затлела. Ещё несколько секунд и лириум схватится огнём. Пора. Он разжал перчатку и небольшой цилиндр покрытый металлическими пластинами отправился в полёт ко дну древнего хранилища. Бесконечные мгновения ожидания, и глухой отзвук взрыва заставил пошатнуться всех на поверхности, а обрушившийся вход навсегда запечатал так и не разгаданную тайну. Засада После небольшого отдыха, оставив голема и бронто в укромной пещере, группа двинулась на запад, чтобы разведать дальнейший путь, но уйти далеко им было не суждено...

Отделите мой пост кто-нибудь и я вас уведу.

Сейчас, к хасиндам пойдём)

25-тое на календаре. Полдень.

- Я воплощение Хаоса. - безымоционально сообщил проводнику очевидное Нашкель. Распинаться о причинах случившегося перед ним? Перед кем-либо еще ? Увольте. - И я действительно не могу вернуть ее. Пока. - помолчав, одержимая добавила. - Мне нужно время, я думаю. Она не хочет назад. Понять все тонкости одержимости существу отрезанному от Тени было сложно. Он ещё раз посмотрел в провалы зрачков и решил оставить в покое то, что осталось от Рамоны. В конце концов не ему решать подобные проблемы. Дварв поднялся и ушёл.

Сейчас, Ган взорвёт на фих колодец и кто выбрался, тот выбрался))))

мы выползли из пещеры по шахтовому колодцу. Все уже на полянке. Ты тоже по умолчанию Ган вытащил Рамону последней. Сизи тоже пришёл. Все выбрались. Можешь вклиниться, да)

- И я не знаю, как ее вернуть. - в голосе сквозила обреченность. Ратиган долго смотрел в неестественно чёрные провалы глаз, медленно осознавая произошедшие метаморфозы, и наконец, сказал: - Что же ты за Дух, если не можешь вернуть девчонку?

Он подошёл к обрыву и, вдруг, услышал снизу: - Ратиган! - взволнованно крикнул антиванец, едва не переходя на родной язык от радости, - Да будет твоя жизнь слаще антиванского вина! Помоги, Рамона пострадала от жилы лириума! "Ещё не все поднялись", - скользнула мысль, и дварв полез обратно в шахтовый тоннель, освещая себе путь кристаллом. - Лириум? - удивился Ратиган, подхватывая с рук обессиленного эльфа худенькое тело Рамоны. - Где она его нашла? Поднимайся наверх. Осторожно. Он вытащил целительницу на белый свет и отнёс в ту самую нишу, где пела Дэниза. Уложил на расстеленный спальник и укрыл своим плащом. - Эй, Рэми, - потормошил он девушку. - Очнись.

Мы уже на поверхности

Мы будем выдвигаться, нет? А то нас там уже хасинды Горыныч заждались))

И тогда полюбит?))