FOX69

- Я представляю себе шелест волн о берег, когда надо терпеть боль или очень страшно. Это успокаивает меня. А еще этот запах. - она выудила из сумки метелку засохшей лимонной травы, которая все еще издавала отчетливый цитрусовый запах. - Похоже на морской бриз. - Я не знаю, что такое морской бриз, - Ратиган затушил сигарету и убрал остаток в потайной карман портупеи, чтобы не окуривать девушку ядрёной смесью. - На глубинных тропах есть озёра и даже моря. Но ни о каком бризе я не знаю.

Не сразу догадавшись, что говоря "не для леди", он имеет ввиду, не для нее, Рамона пожала плечами. - Мне просто интересно. А зачем это? Провидица имела представление о такой вещи, как трубка, разумеется. Дым некоторых трав использовался для ритуалов, она не могла понять, зачем это гному, в котором магии не ощущалось вовсе. - Не знаю, - Ратиган посмотрел на тлеющие туго свёрнутые листья. Он никогда не задумывался "зачем". В Легионе после боя с порождениями или в Хартии после местных разборок, добрая трубка табака была жизненно необходимо. - Иногда, успокаивает, иногда заглушает голод. Наверное, привычка. Я с пяти лет курю.

- Что это у тебя? - она ткнула пальцем в сигарету. Он не сразу сообразил к кому обращаются. Вытолкнув из лёгких облако дыма, Ратиган вскинул голову и постарался разогнать туман спрятавший девичье лицо: - Извини... Это табак, глубинные грибы, сфагнум, ну и ещё кое-что. Не для леди, слишком крепко.

Ему поскорее хотелось углубиться в знакомые лабиринты троп и забыть непривычные ощущения, как страшный сон. Всё здесь было не так. Гнетущий простор, слепящий свет, бездонная пропасть над головой, лицемерный ветер, уродливые деревья и засохшие пыльные растения под ногами. Он опустил голову и тяжело вздохнул, прикрыв глаза, чтобы не видеть. Дым сигареты окутывал лицо и заглушал незнакомые запахи. Решение за белой леди, а пока они могут лишь ждать. Сигарета медленно тлела, а в памяти мелькали тысячи пересечений подземных туннелей, которые им суждено было преодолеть, если байки хранителей окажутся правдой. Что ж, скоро время всё расставит по своим местам.

Видение Беатрисы - Ну разумеется, - протянула сестра, - обязательно угощу вас чем-нибудь сладеньким. Яркая вспышка и тонкие щупальца привычно вплетаются в мысли. Они не настойчивы, но отстраниться от них невозможно. Они несут слова и желания того, кто держит нити судеб. "Возьми, Найди И помоги. Здесь, ты изменишь будущее..." Очередной приказ и больше ничего. Как она его выполнит никого не интересует. Но отказать, значит, потерять себя навсегда.

Вот и мародёрство началось. И кто! Тевинтерская магесса нитки тырит! :D))))

Мастер-пост Ход 10. Во что ты веришь 15 фрументум. Добраться к вечеру до храма. Проникнуть внутрь. Верующие герои могут быть против. Спуститься в деревню к 5 часам утра следующего дня. Как выяснилось после боя, они попали в деревню Хейвен, где обитал жестокий изолированный культ. Что или кого он охранял так и не выяснилось. Но судя по заинтересованности Святой сестры, которая непременно желала почтить некую реликвию на горе, можно было предположить, что культ процветающий в этом месте всё же связан со Спасительницей, только вот каким-то странным противоестественным образом. В некоторых дворах по-прежнему попадались всё те же большие жаровни наполненные углями и человеческими останками, а жители, словно вымерли. Словно те два десятка человек, которых они упокоили, составляли всё население деревушки. Кругом покосившиеся заборы, осыпавшаяся штукатурка, проваленные крыши с застывшими трубами, заросшие сорняками огороды, беспризорные куры и истощённые коровы. - Да, что здесь происходит-то? - выкрикнула возмущённая Дэниза, насмотревшись на запустение и безжизненные окна домов. - Неужели мы не разберёмся с этим кошмаром? Где все жители? - Мы сюда не разбираться пришли, - строго заметила леди Райдо, оглянувшись на Рамону. Взгляд целительницы ясно дал понять, что просьбу Сестры они удовлетворят. - Хорошо, - безысходность так и сквозила в бесцветном голосе магессы. - Мы поднимемся на гору и посмотрим, чем всё это закончится. * * * Подъём был долог. До самого вечера. Горная тропа упорно в течении нескольких часов лезла вверх и уводила путешественников к холодной вершине. Обледенелые камни и снег живо напомнили всем о наступающей зиме и нужности нынешней неоправданной вылазки. Всё уже подумывали отказаться от затеи, но вдруг, впереди замаячили резные двери полуразрушенного входа. Группа ускорила шаг и легко справившись с последним подъёмом и замком на дверях, несмотря на разногласия, по поводу необходимости богохульной идеи, вломилась в святая святых. Огромный каменный зал, высеченный прямо в скале много веков назад, предстал перед ними. Здесь в глубинах горного пика, в обледенелом мире покоилась веками сохраняемая реликвия. Сверкающие сталактиты, свисающие с потолка, придавали месту упокоения особую торжественность, а посреди зала возвышалась закопченная круглая жаровня с давно иссякшим пламенем. Забытая реликвия потухшей славы. Они несколько раз обошли треножник с жаровней и обнаружили у его подножия старый потрёпанный дневник. Лео поднял древнюю книжонку, смахнул с обложки пыль с кристалликами изморози и открыл пожелтевшие страницы: «Жаровня, что стоит наверху лестницы в главном зале нашего храма, - прочитал он на общепринятом, - всегда была для нас загадкой. Именно в этой жаровне были созданы существа, которых мы зовем пепельными духами. В этой жаровне приносили себя в жертву последователи Андрасте, становясь вечными стражами Ее храма. Собрав по крупицам сведения из старых книг, из летописей и из противоречивых преданий, я смог понять, что за ритуал проводился при создании духов. Жаровня была зажжена от священной свечи, пламя которой пришло от негасимого огня, в котором сгорела сама Андрасте. Избранный послушник несколько недель постился и молился, не употребляя внутрь ничего кроме воды. Когда он, наконец, был готов, он брал в рот безупречную черную жемчужину и ступал в огонь. В древнем Тевинтере черные жемчужины наделялись магическими свойствами. Считалось, что жемчужина способна не дать душе пройти через Завесу, если держать ее во рту в момент смерти. Таким образом послушники Андрасте отдавали себя вечному пламени, они становились прахом и возрождались в виде духов, чтобы защищать Возлюбленную Создателя нашего». -- Брат Колгрим, учёный-историк церкви Спасительницы нашей, 5:50 Карательного века. Каким образом попал сюда этот дневник столетней давности, оставалось загадкой. Может, это был один из последователей тех самых учеников, а может, истый служитель веры, который хотел оставить память для потомков. Как бы там не было, но легенда обратилась в явь и перед группой изумлённых вторженцев предстали ужасающие существа. Они выползли из металла жаровни и заструились по каменному полу. Их вид наводил панический страх, их тела напоминали раскрытые рты, а жадные горящие глаза гипнотизировали и иссушали души живых. Ещё мгновение и пять чудовищ из Тени набросятся на путешественников, но внезапно, монстры замерли и начали вещать: - Ответьте мне и вы пройдёте... БОЙ КВЕСТ. Прихожане

Располагайтесь в каком-нибудь, но не основательно. Через пару часов двинетесь (по сюжету) дальше. А я спать

Ход завтра утром. Вечером ещё один бой)

Это место отчего-то вызывало отвращение, хотя причиной тому, возможно, были эти наземники. Но главная прояснилась, когда он подошёл к Доминике с клеймённым. - Нужно обследовать полностью деревню, пока здесь не безопасно. Я не собираюсь просыпаться ночью от запаха собственной тлеющей кожи. Святая сестра увела за собой белую леди. Двигаться и идти в этом чужом мире никуда не хотелось, тем более обследовать людские убогие хижины. Хрупкие постройки, растрескавшийся камень, обрушенные крыши. "Как они могут так жить", - та же мысль не давала дварва покоя. Он посмотрел на благородного, который по-видимому тоже был не в восторге от пребывания на поверхности, и присел на фундамент крестьянского дома. Тщательно вытер лезвия топоров об одежду убитого и, вынув сигарету из портупеи, прикурил от тлеющей рукояти факела ну углу дома. Х

Не настолько и редкое) Сильв, озаглавь как-нибудь текст или из под спойлера вытащи)

- Странно тогда, что был всего-лишь один маг. Предводитель или посредник? - хрустально-голубые глаза посмотрели на дворфа в ожидании предположений. - Может, мы... не всех убили? И есть ещё? - предположил Ратиган. - Караванщики Хартии рассказывали, что эти люди якобы охраняют какой- то путь. Дорогу в горы. Но никто там не был из дварва никогда.

- Если в состоянии идти - да. Ты нас привел сюда, а значит мог здесь быть и раньше. Что ты знаешь об этом поселении? И почему здесь так тихо?.. Пока маг не видела ничего необычного. - Я не был здесь, но знаю, что об этом месте говорят. Обычно жители недоверчивы и не пускают никого, но нападений на караваны не было насколько я знаю. Правда, караваны в эту сторону ходят редко. Может что-то изменилось за это время. Пока он говорил, он продвинулись вперёд и оказались в одном из дворов. Посреди стояли какие-то странные тёмные предметы на длинных перекрученных ножках, очень похожие на плоские чаши. Внутри каждой из них тлели угли и темнело что-то ещё. Ратиган обогнул магессу и осторожно заглянул в чашу. - Это... - запнулся он, видя обугленную руку. - Останки. Человека.

Зелье лечение притупило боль в раненой ноге и, не дожидаясь остальных, магесса сама пошла обследовать близлежащие строения. Необходимость все выяснить вело ее как вожак свою стаю. - Вам помочь, леди? - спросил Ратиган тевинтерку.

Так не ты один. Там вроде кто-то ещё писал. Я сама только сообразила)

Слушайте, а почему болты? Если в нас лучники стреляли)

- Кабул трох, - зло слетело с губ легионера, когда стрела лучника глубоко вошла в прореху доспехов на бедре и остановила ярость двух топоров. - Стрелять научись, - сжав зубы процедил дворф, обламывая оперение стрелы и вынимая обломки из раны. По бедру в поножи заструилась кровь, но ни звука из плотно сомкнутых губ. 54-(11+11)=32хп Пока он возился со стрелой белая магесса сожгла остатки врагов в полыхнувшем с её рук пламени. Он огляделся. Убогая деревня, ещё в более убогом верхнем мире. Он задрал голову и посмотрел в бескрайнее небо. "Как они здесь живут", - пронеслось в голове и его замутило, то ли непривычной обстановки, то ли от кровопотери. Прислонившись к стене первого попавшегося дома, он снял шлем и, вытянув из портупеи флакончик с зельем залпом опрокинул. Тепло разлилось по венам усмиряя боль и останавливая кровотечение. (54хп).

Возможно на его теле была какая-нибудь подсказка о том, как подразумевать это нападение. На расчленённом теле и залитой кровью мантии вряд ли можно было что-то разобрать, но в том месте, где по определению у человека была грудная клетка, красовалось символическое красно-жёлтое пламя.

Раунд 2 Воздействие заклинания Рамоны он почти не почувствовал. Лишь мотнул головой, стряхивая остатки боли и рванулся вперёд. Бронированный спящий латник огрёб от низкорослого дварва, за минуту превратившись с жестяную банку с рубленым мясом. Боец 4 60-20=40 Боец 5 60-(70-10)=0 Лучник 1 40-13=27-20=7 (не убивайте, чтоб взорвался во 2 раунде) Лучник 4 40 - 38 = 2 Лучник 5 40-13=27 - 11 = 16

Раунд 1 Поверхность. Яркое высокое небо, словно пропасть над головой. Сколько бы раз он не был здесь, он никогда не привыкнет к яркости солнца, непредсказуемости ветра и коварности осадков. Ратиган поморщился, словно это были не солнечные лучи, а обжигающее пламя. Марран застопорился на выходе из пещеры, предчувствуя нежеланную окружающую среду. Соли успокаивали его и караванный опыт помогал справиться с необычными ощущениями. Он только обиженно сопел и пытался скрыться за уступом скалы. Это оказалось, как нельзя кстати. Потому что в следующую секунду без всяких предисловий их встретили местные... болтами и стрелами. Фраза про очищающий огонь тоже была частью приветствия. Молниеносное движение и в ладони легионера привычно легли топоры. Бой, как вторая жизнь. Забрало шлема опущено и только цели в прорезях доспеха. Остановить легионера закованного в броню на пике атаки сложно. Перед глазами жизни на сильверитовых лезвиях топоров. Четыре поочередных взмаха превращают тело мага противника в нашинкованное рагу. Выносливость: 495 Маг-стихийщик 100-(30+10)=60, (оглушен на следующий раунд)-77=0 Боец 1 60-28=32 Боец 2 60 Боец 3 60 Боец 4 60 Боец 5 60 (усыплен на один раунд) Лучник 1 40 (усыплен на один раунд) Лучник 2 40 (усыплен на один раунд) Лучник 3 40-16=24 (каждый раунд отнимает 16Хп) (усыплен на один раунд) Лучник 4 40 - 38 = 2 (усыплен на один раунд) Лучник 5 40 (усыплен на один раунд)

Готово)

Обаяние это точно)) А насмотревшись Демонов да Винчи, так вообще обаяшка))

Оставшийся час до выхода он провёл за шлифовкой тонких пластинок хризопраза, которым придал нужную форму. Что из них получится только Камню известно. Сейчас, не лучшее время чтобы заниматься тонкой работой с лириумом. Разговор с лордом всколыхнул прошлое. Воспоминания едкой болезненной волной захлестнули душу, словно плавиковой кислотой разъедая старые раны. Он отложил плоский штихель, сгрёб камни в коробку и убрал в рюкзак. Воспоминания. От них не уйти. Память в очередной раз начинает свою пытку. "Не надо". "Всё получится, Ган". "Я не верю". "Но ты, ведь, со мной..." Лихорадочный вздох прерывает мысли, рука тянется к трубке с крепким табаком. Но никотиновый дурман приносит лишь кратковременное забвение. Каждое слово тайного разговора с хранителем вбивается в мозг, словно гвоздями. Он закрывает глаза, пытаясь отгородиться от смысла сказанного, но обессиленно опускает голову под грузом неизбежности. Надо забыть хотя бы на время, иначе прошлое парализует и постепенно сжирает остатки разума. Он резко поднялся, прицепил рюкзак к сбруе бронто и пихнул самодовольную рожу: - Он конд, - ладонь легла на мягкий бархатистый нос камнееда - единственное мягкое место на теле подземной зверюги. - Кнурл тиби. Готов на поверхность выйти? Придётся прогулять под их небом. Да и Святой сестре приспичило что-то там посетить. Ратиган осмотрел лагерь, многие уже были собраны: - Примерно через пол часа ходу мы выйдем на поверхность, - обратился он к путешественникам. - Обвалы не дадут пройти по тропам. Там небольшое поселение, думаю, они не будут против транзита по их территории. За деревней через старые шахты снова уйдём на тропы в сторону Редклифа.

- А решать всё гному, кто стоит выше слуг, кузнецов и воинов, - качнув головой, опешил Джора, - нет. Я не был на Глубинных Тропах дальше, чем положено. Не заходил в самое сердце, не заглядывал в самую тьму и не видал того, что за мразь там водиться в отличие от Легионеров, - он сощурил глаза. – Опровергну первое и второе и не постесняюсь сказать, что в некоторых вещах, тиби, я проницателен: не дома берегут. Берегут влияние и свою жадность. Я это понимаю, и не буду опровергать твои слова, тем более рассчитывая весомую разницу в положение общества. Но нас всё равно мало. Кастовые ограничение, женщины не способные дать мужчине ребёнка или же разорение. Можно было пойти на уступки, но для этого уже поздно. Проявить снисхождение тем, кто находиться ниже всех, а вам понимания и малой - не большой, а именно малой - благодарности, кто проявит милость – если кто-то из воинов, знати, кузнецов проявил к тебе доброту, если король предложил тебе стать воином или ремесленником, то ты стал бы мстить кому-то или же проявил никчёмную гордость, приняв роль одиночки? В таком случае неприязнь оправдана. И жадность оправдана, верг. - В таком случае, когда же вы станете королём Орзаммара, лорд Кондрат? - пререкание с благородным было не лучшим способом диалога, но по-другому не получалось. - Когда же вы откроете Пыльный город и выпустите армию голодных, больных и нищих в Алмазные залы? Веками существующее неравенство не изменить добренькими указами короля за один день. Беспризорникам из Пыльного города рубят руки за кражу нажьей требухи. Хартия торгует дварва. Лишайный эль убивает сотнями по негласному решению деширов. От голода умирают дети и зараза сочится из всех углов. А вы так просто решили всё изменить? Решили кинуть кусок хлеба в Пыльный город и всех примирить? Дать нам касты и лишить Орзаммара дешёвой рабочей силы и притока в Легион? Кто же будет работать в самых опасных шахтах, дохнуть от скверны и защищать холёные тела благородных? Вы сами? Вы пойдёте на глубинные тропы вместо меня? - на секунду он замолчал и в одно мгновение в его руках оказались сильверитовые топоры направленные лезвиями в лицо благородного. - Заха барукс. Я не имею права держать их в руках, хотя владею ими не хуже любого воина. Сейчас, я легионер, но неприкасаемому отрубят левую руку за осквернение оружия, правую за осквернение работы кузнеца и если он не умрёт, то снимут кожу и выбросят на глубинные тропы. Это придумал не я, это придумали лорды, ибо бояться признать, что клеймёные достойны нормальной жизни, - топоры вернулись в чехлы, а клеймёный добавил. - Так станьте королём, лорд Кондрат, если Совет и деширы поддержат ваши идеи. - Признание, - хмуро сказал гном. - Но это не детская забава и не передвижной бордель, где в любой момент можно позабавиться с какой-то девкой. Не в каждом – во мне, тем более – можно увидеть рвение к этой миссии, только то, что отвлекает. Сожалею? Признаюсь, пожалуй. Вместе с теми, кто сходиться во мнении - легко, а те кто добивается своей правоты сложно. И почему бы нет? – пожал плечами Джора. – Тихо, у себя в уголке ты можешь оскорблять меня, когда тебе угодно, вод. Или выскажи мне это всё вслух, если тебя раздирает на куски. - Что вам за дело до моих высказываний? Какая разница, что думает неприкасаемый о благородном? У дерьма мыслей не бывает. Его сгребают в ямы и забывают. Он замолк, выслушав последние слова клеймённого. Нет, никуда отцовские нравы не делись и мягкости по отношению к нему не прибавилось, но продолжал говорить Джора всё так же спокойно: - Вод беженец, - трактовал он, - и такой же неблагодарный, как и другие крысы из Пыльного Города? За то, что ты тут – тебе могут возвести статую Совершенного, чего мне никогда не добиться. Я не знаю, как к этому отнесутся остальные из Легиона, а вот королю ты будешь благодарен? Раз вы отщепенцы такие мстительные, почему бы тебе не взять в жёнушки дочурку и самому не стать королём, дабы та родила тебе девочку, а ты бы стал править как тебе угодно? Ты мстить-то будешь? - Ты до сих пор ничего не понял, сальрока? - в голосе Ратигана сквозили горечь и злость. Он оглянулся, чтобы его больше никто не услышал и проговорил. - Пять лет назад я принёс клятву Легиону. Кларн Вахрам айя киндз. На моей спине руна смерти. Обратного пути нет. Мёртвые Совершенными не становятся. А теперь, подумай, почему я здесь? Ратиган развернулся и пошагал к бронто, показывать кому бы то ни было блеснувшие в голубых глазах слёзы он никогда бы не стал.

А да)) Но Лео отказать невозможно)) Гана вчера разговорить - это надо было суметь))