FOX69

Кабинет Первого чародея Рабы распахнули тяжелые двери. - Bona post meridiem, Первый чародей! - Децимус приветствовал Флавия Руфиуса церемониальным поклоном, как того требовал этикет. - Avanna, Децимус Лурц, - сидя за своим столом, обитым светлым бархатом, поприветствовал бывшего студента Первый. - Проходи. Рад тебя видеть. Думал, никогда в родные пенаты не заглянешь. Наслышан об утреннем происшествии. Саввидис все уши прожужжала об инциденте в приёмной. Что там за пьяный стихийщик буйный? Говорит, чуть не убил её. Серьёзно?

На явление Децимуса Лурца он не попал, узнав от прислуги, что встреча таки со светилом древностей состоялась. Зато он попал в гостевую комнату на уровне старших чародеев, уровне до которого в Минратосе он так и не добрался. Кандидат в старшие чародеи, кандидат в магистры, кандидат в Магистериум. Подающий надежды боевой маг, который ушёл на фронт, так и не использовав возможности, предоставленные ему судьбой. Послужил ли тому причиной его взрывной темперамент и стремление перевернуть традиции, братство либертарианцев, которое, даже здесь в Империи, ратовало за тотальную магократию, а может быть вехи его пути простимулированные неким Номараном оставили свой след, но кандидат в чародеи Минратосского Круга стал центурионом "Стального легиона". И этого уже не изменить. А в свете нынешних событий миссии покрытой мраком ему ещё и трибунал грозил. Поэтому, отмокая в ванне после бурной ночи, он принял твёрдое решение кое-что изменить в ходе их секретной операции. Но это потом, сейчас, волны наслаждения, горячая вода и холодный сидр. Тело перестало изнывать от боли, молодой организм полный маны хорошо справлялся с последствиями тяжёлой ночи, вкупе с настойкой "воскрешения", как в шутку называли антипохмельное средство студенты Кругов Тевинтера, и которую по просьбе ему притащил расторопный слуга, мессир Красс очень быстро скинул оковы интоксикации. Он продолжал лежать в ванне, потягивать ароматный яблочный сидр - одно из местных достижений оранжереи - и играть с поверхностью воды. Он был в своей стихии. Она умиротворяла и излечивала. От касания руки гладь воды превращалась в лёд, тут же вспыхивала пламенем и через минуту покрывалась каменными трещинами со взрывами искр молний на вершинах. Невинная шалость стихийщика, который недавно чуть не наделал глупостей, не преуспев в заморозке стервозных архивариусов. До визита к Первому оставалось меньше часа. И пока из ванны центурион выходить не собирался. Собственно на сборы ему нужно было десять минут. Вычищенные вещи доставили из "Отдохновения" в срок, осталось только облачиться и предстать. И поставить в известность.

Стараниями миледи Саввидис их разместили в главной башне на уровне старших чародеев, в комнатах крыла для гостей. Номера Круга не многим уступали номерам в «Отдохновении магистра». Еду приносили услужливые рабыни. Гости имели доступ на все уровни Круга, могли посещать любые факультеты и даже прослушать лекции, если на то будет желание. А ещё, могли кататься на магических платформах, которые поднимали и опускали студентов на верхние этажи, играть в шахматы, заниматься в гимнастических залах и присутствовать на тренировках храмовников. На первом ярусе располагалась огромная библиотека – гордость миледи Саввидис. Второй, третий, четвёртый и пятый занимали Четыре Школы Магии. Выше располагались кафедры различных дисциплин – от боевых магов до травничества и алхимии. Под куполом башни имелась обсерватория, теплицы, небольшой сад, кабинет Первого чародея и его заместителей. Распорядок дня был строгим. Лекции и практические занятия с девяти утра и до семи вечера. В десять часов Круг замирал, когда все ученики разъезжались по домам, а рабы, прислуга и преподаватели ложились спать. На посту оставались лишь храмовники. Ровно в полдень 7 нубулиса их ждал Первый чародей Круга Маротиуса - Флавий Руфиус в своём кабинете под куполом главной башни.

- Не будь скотиной, Красс. - фыркнула она, отвесив сидящему на земле легкий, почти невесомый подзатыльник. - И мы нормально сработаемся. Повисла небольшая пауза. Кажется, был заключен временный мир. - И, ради Создателя, сделай уже что-нибудь с этой вонью. Сидеть с тобой рядом просто невозможно... Миледи встала, и все той же особенной своей походкой удалилась обратно, в гостиную. Пить с ножом у горла вымученный чай. Прежде чем она ушла "грубый и вонючий, сидеть с которым невозможно", ответил на "лёгкий и невесомый" неприкрытым хамство и фамильярностью: - Ещё раз так сделаешь, получишь по башке, - он приложил к виску лёд. - А сработаться нам придётся, хотим мы того или нет. Встретьте там Лурца с объятьями. За меня. Чаю не хотелось, хотелось спать. Что он и сделал в отдалённой беседке сада, когда миледи удалилась прочь.

Грязный, вонючий, грубый. Стихийщик, одним словом. Одним словом, солдат. По вымощенному мрамором двору послышались легкие шаги. Изящной походкой, не торопясь уж больше, миледи в черном следовала за центурионом. Подошла, села на бортик, кинув взгляд на неожиданно, в жару, образовавшийся лед. - Если тебе вдруг интересно мое мнение, ты был... великолепен. Арсиноя смотрела в сторону, как будто и не к Тео обращалась, а так. Говорила сама с собой. И с сожалением вздохнула Он посмотрел на неё снизу вверх, проелозив взглядом от округлого бедра и до упругой груди, заглянул в ведьмовские глаза. Ну да, на такую можно запасть. Теперь, он Лурца понимал. Хотя, нет. Не понимал. Понимание такого толка ему было недоступно. Но когда-то придётся. Или нет. - Спасибо, - он опустил взгляд и откусил от кусочка льда. - Смысла только ноль. Ещё бы немного и я её упаковал. Что-то меня эта ночь окончательно из колеи выбило. Не забудьте записать мой очередной прокол, миледи. Хотя, хватит и тех которые уже есть.

Он шёл не оглядываясь. Вот кого нужно было отправлять в экспедицию с Лурцем. Миледи Саввидис. Гаатлок и камек в одном флаконе. Её одной хватило бы за глаза. Что-то вы херово кадры подбираете, мессир Крисп. Дойдя до фонтана во дворе Круга, он наклонился над бортиком и сунул голову в воду. Секунда, и вода замерзает тонкой корочкой. Голову он успевает вытащить, пока лёд не сковал физиономию. Отломив прозрачный кусок, сползает по бортику и садится на мраморный пол. Дааа. Холодная вода. Лёд хрустит на зубах и приводит в чувства.

- Хорошо, - какие-то слова его остановили. Честно сказать смысла он их не понимал. Просто слова. Человек из-за колонны куда-то скрылся. А подошвы сапог прилипли к полу. Так бесконтрольно он себя давно не вёл. То ли безумная ночь на то повлияла, то ли невозможность увидеть Децимуса прямо сейчас, то ли вздорная старая дура. Замер на минуту. Лёд превратился в воду. В голове гул. Перед глазами красные пятна. Развернулся и бросил через плечо. - Пейте чай. Ждите пока мессир проснётся. Я приду позже. И вышел из приёмной. Надо остыть пока кого-нибудь не оваял.

Круг магов - Так... - предел настал. Давление зашкаливало, пульс стучал в горле, мана переполняла все органы, спасибо Полу. Пол вокруг стихийщика покрылся инеем. Он вскинул руку и указал на колонну, за которой прятался человек в халате. Нынешний сенешаль Круга. - Это кто? - спросил он у старухи.

- А как вы сами думаете, мессир Красс? - насмешливо спросила Архивариус, переводя взгляд на центуриона. Но томить ответом не стала: - Он спит. Как и все нормальные люди в это время суток.. За исключением страдающих от бессонницы стариков, конечно же. И я отчетливо помню, как мессир Лурц, не стоит быть таким фамильярдным, мессир Красс, если у вас нет для того оснований..., - фыркнула миледи, выражая свой укор чужим манерам. - Так вот я прекрасно помню, что Децимус предупредил с кем и куда он отправляется и что будет ожидать своих... мм.. спутников утром. Да-да, такой прекрасный молодой человек в сверкающих доспехах, будто принц из сказки, ах, вот он! - Саввидис оглядела собравшихся через свои линзы, подмигнула Мастарне и снова сосредоточилась на Крассе. - Правда, я уверена, что он имел ввиду не столь раннее утро Похмелье - жестокая штука. А когда оно сопровождалось оргией - оно жестоко вдвойне. Даже втройне. Ещё секунда и рука покроется кристаллами льда, а стервозная тётка застынет навсегда статуей в очках. Но это крайности. Сначала его стихийная нутро взорвалось. - Миледи, - он значительно повысил голос, - если через пять минут мессир Лурц, мальчик и Деми не проснётся, - он сделал шаг вперёд и ещё один, чтобы окончательно удушить строптивую старуху перегаром, - я разнесу на хер всю вашу богадельню с благословения Архонта, Канцлера, Андрасте, Думата и Камня! Если вы ещё хоть слово скажете против, завтра вы будете висеть на столбе! Поверьте, у меня есть все полномочия отдать такой приказ вашим же храмовникам! Он перевёл дыхание и отступил, смилостивившись над женщиной и ослабив газовую атаку. Голова превратилась в пылающий котёл, тошнота подбиралась к горлу, поток маны в крови сходил с ума. Но он сдержался, отступил на прежние позиции и почти спокойно произнёс: - Пожалуйста, миледи Саввидис, будьте так любезны проводите меня в покои мессира Лурца, а мою команду разместите в башне Круга. Я вас очень прошу и надеюсь на взаимопонимание.

- О, мой милый, - в притворном ужасе замахала на центуриона руками пожилая дама. - Право же вам не стоило перечислять все эти громкие титулы! В моем возрасте так сложно долго удерживать внимание! - она кокетливо рассмеялась, но следующие слова были сказаны совершенно серьезным тоном. - И сосредотачиваться на самом главном! "Милым" центурион Красс бывал редко, если вообще бывал. Тем отчётливее ощущалось лицемерие пожилой магессы. - Если бы вас, миледи Саввидис, не затруднило сосредоточиться... - он не успел договорить. Наманикюренный пальчик потрепал маленькое аккуратное ушко с оттянутой тяжелой серьгой мочкой, будто пожилая магесса проверяла свой слух. - Прошу прощения, мой дорогой, я наверняка ослышалась, но неужели вы сказали, что Деми ваш.. пленник? Нет, нет, - она закачала головой, повязанной ярким шарфом, - конечно же меня опять подводит мой слух! Уверена, будь это так, Деми предупредил бы меня о том, что ему нельзя видеться со старыми друзьями! Он очень обязательный мальчик! Дав столь лестную характеристику причине всеобщего взбудораживания, Фиоленна Саввидис с улыбкой уставилась на главу группы. Лишь кончик носа ее чуть дернулся, без слов намекая, что дама чувствует идущий откуда-то (понятно от кого именно) неприятный запах, но воспитание не позволяет ей обратить внимание на данный казус. Деми? Мальчик? Центурион Красс пытался усвоить услышанное, пока миледи архивариус чирикала своё чарующее соло. Про этикет он знал не меньше, чем пожилая миледи, поэтому даже не пытался скрыть последствий бурной ночи. Стой он, здесь, сейчас, даже без штанов, она бы сделал вид, что не видит и продолжила щебетать. - Миледи Саввидис, - красноречие его постепенно покидало вместе с выдержкой, - я ценю вашу независимость и считаю должность архивариуса Круга Маротиуса, очень ценной для всеобщего блага Империума, но не могли бы вы сказать чем в данный момент занимается мальчик Деми? Поскольку все эти люди стоят на ногах в пять часов утра по причине его отсутствия и собственного долга, который нарушить не имеют права. Пока он не угрожал. Болела голова. Во рту что-то сдохло, а желудок постепенно начинало выворачивать наизнанку.

- Признаться, я ожидала вас раньше! - с улыбкой договорила она приветствие. - Bonum mane, миледи Саввидис, - неуверенно поприветствовал Красс пожилую даму. Для "доброго" утро было уж слишком ранним. - Мы задержались. Разрешите представиться. Центурион "Стального легиона" Теодор Красс-Шармаль. И мои спутники, которые сопровождают мессира Децимуса Лурца в миссии под патронажем Верховного канцлера Гериона Криспа и Его Величества Архонта Донатуса. Миледи, со всем уважением, мы не хотели нарушать ваш покой до завтра, то есть, сегодня, но вы вынуждаете нас пойти на крайние меры. По какому праву вы решили поместить мессира Лурца в Круг без ведома вышестоящих?

- Красиво тут у ваших малефикаров, - Виктор прикрыл рот ладонью, с наслаждением зевнул и поёжился. Утренняя прохлада пробирала не разогретое толком тело. Тихо, свежо, если встать с правильной стороны от центуриона. Первый визит в настоящую малефикарню явно не добирал зловещести. - Это только снаружи, - подал голос центурион с подветренной стороны, чтобы не провоцировать дипломатический конфликт. - Внутри - сплошные ужасы, - предупредил он и тронул стремена Тибо. Уже через десять минут, как опустился мост, пополнившийся отряд двинулся к центральному входу. - Доложите сенешалю, что прибыла группа из "Стального легиона" и передайте вот этот документ, - Тео протянул одному из храмовников верительную грамоту. - И побыстрее. Служитель церкви покорно склонил голову перед недовольным господином магом из "Стального легиона", уважая его ночные заслуги, и удалился. Их проводили в приемный зал Круга и оставили ждать. Сонный сенешаль, выдернутый из тёплой постели на самом сладком утреннем сне, поприветствовал гостей, которые тут же потребовали выдать им недавно прибывшего в Круг Децимуса Лурца и пригрозили всеми возможными карами со стороны архонта и канцлера.

7 нубулиса, 5 часов утра Четыре всадника приближались со стороны города к замку, который пристроился на уступе скалы. Его центральная башня доставала зубцами до белоснежных облаков, а многоуровневая конструкция была магически создана из цельного камня. Круг Маротиуса. Академия воспитавшая не одно поколение тевинтерских магов и принявшая студентов из оккупированных городов. Достаточно древняя чтобы иметь свою историю и обширный архив документов различных эпох. После реформ Гессариона Круг Маротиуса вырос из руин некогда стоявшего здесь храма Лусакана, Бога Ночи. Его стены и фундамент, уходивший на много сотен метров вглубь скалы, хранили мрачное наследие былых времён. К крепости вёл подвесной мост, который поднимали на ночь. Но зычный окрик центуриона взбодрил сонных храмовников, а имя Архонта Донатуса заставило привести в движение воротный механизм.

- Ничего, - подвёл итог Вик и двинулся вглубь комнаты. Непереводимый поток слов лился не меньше минуты. - А я не орхидея чтоб меня нюхать, - крикнул вслед нежному месье центурион. - Собирайтесь, мессир ВиктОр, а то пропустите самое интересное. Мы едем в Круг страшных тевинтерских малефикаров. Распоряжусь чтоб лошадей подали, - сказал он Полу на ходу и ушёл по лестнице вниз.

Что случилось? Что случилось? Откуда столько любопытства, вынужденно-дружественный посланник Её Святейшества? С Полом случился "командир". А с командиром случилась очередная жопа. Он шагал им навстречу и жевал яблоко, которое вряд ли бы помогло избавиться от последствий бренди, абсента и хни.

Не всё так страшно.) Нужно только один раз вступить.))

Громкий стук в дверь разбудил, наверное, весь этаж, а не только неваррскую мечницу. - Подъём! Атака! - окрик-приказ и центурион пошагал в свою комнату. Скинуть заляпанный френч, надеть походную мантию и портупею. Являться в Круг в том виде, в котором нашёл его Пол, было опрометчиво. Он всё-таки, представитель канцлера. Залив в себя литр воды из графина и убедившись, что от него по-прежнему разит отнюдь не розами, он наскоро умылся, схватил в руку яблоко и вышел в коридор, где Пол пытался получить аудиенцию у месье Виардо.

Я не против тебя и на полную ставку взять, если есть желание.)) Улва пригрела на груди по дороге.^^

"Отдохновение магистра" Постояв на пороге апартаментов целителя, он вспомнил о событиях произошедших в этой комнате несколько часов назад. Чем бы всё закончилось, если бы он остановился на его окрик? А ведь он хотел остаться. Послав подальше миледи и... если бы его не послали самого. Что-то исправлять было уже поздно. А за прошедшее время наворочено столько, что хватило бы на центурию на год вперёд. Тео вздохнул. Улыбка. Кудрявая голова. Робкий взгляд. И что я могу тебе предложить, Децимус... оргию в термах или... Пол. Его голос остановил мысли и заставил улыбнуться. - Как это "Не смогли"? Заглянул в соседнюю комнату Мастарны. Пусто. Вернулся. - Наверное, храмовники увели, не иначе. Группа с полномочиями Его Высочества Верховного канцлера "не смогла". Полный пиз..ц, - выругался центурион. - Пошли остальных разбудим. Надо двигаться в Круг. И пошагал в первую попавшуюся комнату. Улвы.

"Отдохновение магистра" Центурион и триарий, гипотетический магистр и гипотетический раб, братья по общей мане, а также охотники на диких горилл, теперь заодно и очень близкие приятели, вошли на постоялый двор перед утром. Рассвет ещё где-то блуждал за пиками гор, а окрестные петухи сонно расправляли свой помятый наряд, когда двум блудням стало известно, что мессир Лурц отбыл в Круг ещё ночью с какой-то старой вешалкой. - Я не понял, - растерянно проговорил Тео, осматривая пустую комнату Децимуса. - Он канцлеру давно для меня крест на тракте заказал?..

Где-то в одном из многочисленных скверов В тишине темного укромного сквера в спящем Маротиусе. — Хороший костюмчик, — пробормотал эльф, снимая какое-то чувство неловкости, — сейчас, поделимся, чего не сделаешь для хорошего человека, — вдохнул глубоко и на выдохе закрыл глаза, сосредоточившись на потоке манны. Костюмчик давно отошёл на задний план. По-прежнему, хранящий невозмутимый вид своего владельца глухим воротом и туго стянутыми декоративными ремнями, он основательно принял на себя часть штукатурки и глины, и теперь мечтал о молодой весёлой прачке. Что касается "хорошего человека", то Теодор Красс в данный момент счёл бы это утверждение весьма спорным. Но он промолчал. Это был живительный глоток для умирающего. Наполняющий поток, без которого маг переставал быть магом, и которым он сейчас бессовестно пользовался, как недавно пользовался чужими телами, так же как беззастенчиво брали его. Жадно впитывая каждую каплю эльфийской маны, он явно ощущал её природную силу, первобытную, стоящую у истоков, магию эванурисов Арлатана, который его соотечественники сравняли с землёй. Но эльфийская магия осталась. Как само мироздание она присутствует во всём, она исцеляет основы, губит первопричину, и она не иссякнет никогда. Нораменианам достались лишь крохи эльфийских знаний, каким же могуществом тогда обладали приверженцы утенеры. Мана струилась. Он жадно глотал. Не задумываясь, пил из бесконечного источника. Погоди. Не отходи. Ещё. Ты же знаешь, стихийщику надо много. Ну, ещё чуть-чуть. Пол. По-ли-хро-ний. Что значит это имя? Голова опустилась, и нос непроизвольно уткнулся в лохматое. Мессир Полихроний, а где ваша шапка? Где этот кусок сдохшей собаки? Где вы оставили сие произведение скорняжного искусства дорогое вашему сердцу? Лицо погрузилось в щекочущие вихры на макушке, а руки притянули эльфа к себе. Плотно, не задумываясь. Крепкие объятия, так сразу не разорвёшь. В тишине темного укромного сквера в спящем Маротиусе. Сейчас, можно было наблюдать любопытную картину. Высокородный минратосский магикус, судя по потрёпанному платью, заключил в страстные объятья эльфа, судя по конституции. Ничего предосудительного, если эти двое не придумают продолжение к этому сюжету.

Где-то в одном из многочисленных скверов Эльф с облегчением вздохнул. Придерживая за плечо, попытался помочь приподняться. — Ага. На этом свете. А просился на тот. У тебя все цело? Идти сможешь? До постоялого двора прилично ходу. Ты что-нибудь помнишь? Бутылка стукнулась о каменную плиту и разлетелась вдребезги. Запахло спиртом. Собрав все силы и желание жить, он обхватил эльфа за плечи и принял вертикальное положение. Мир встал с ног на голову. Перед глазами поплыло. Но на вопросы он отвечал по-армейски чётко: - У меня очень мало целого осталось, - цепляясь за узкие плечи своего спасителя, мессир приподнялся ещё и опёрся коленом о лавку. Усадил Пола рядом, не убирая рук с его плеч, вознёс непослушное тело, продолжая удерживать равновесие. - Идти смогу. Сидеть вряд ли. О, да, я помню, - центурион прикрыл глаза, припоминая подробности. - Я тебе как-нибудь расскажу. Пол... - голос был измождённым, - поделись ещё, а? Рука в чёрной перчатке потянулась за животворящей эльфийской дланью и приложила к своей груди. - У меня такое чувство, что меня взвод храмовников поимел и всё "Святой карой".

Вид у командира был такой, что Пола и самого замутило. Пора было подходить к решению вопроса более радикально. Он приложил руку к груди и сосредоточился на благотворном магическом потоке. Через несколько минут на целительную руку, которая казалось прорастала в плоть и кости, легла рука в чёрной перчатке. - Ты кто?... ммм... без разницы, не уходи, - губы еле шевелились, но целительный поток принесший частицу маны, подействовал на предводителя отрезвляюще. Энергетические каналы заполнялись, энергия Тени стимулировала магию в крови. Ещё спустя минуту мессир Красс открыл глаза и уже осознанно сказал. - Пол. Твою мать, я где? Shatta.

Где-то в одном из многочисленных скверов Брови поползли вверх и он в ужасе провел рукой перед уставившимся в небеса взглядом предводителя экспедиции. — Красс, мессир, Красс, да ты чего? Эй! потрогал у артерии - пульс есть. Предводитель экспедиции попытался сфокусировать взгляд, но кажется в мутном свете далёкого магического фонаря, желаемого не достиг. Он приподнял руку, крепко сжимавшую за горлышко бутылку, и постарался отмахнуться от видения. - Миледи, я не могу вас е... да и не хочу... - отрывисто проговорил он, возвращая початую бутылку в прежнее положение. - Дайте мне спокойно умереть.

Где-то в одном из многочисленных скверов Сколько прошло? Час? Два? Три? Когда он выполз на подгибающихся ногах на свежий, ночной воздух. Кажется удовлетворилась каждая клеточка тела. Болит всё. Как будто карета переехала с восьмёркой лошадей. И не один раз. Доковылял до ближайшего сквера упал на ближайшую лавочку. Ну как упал. С ощущением что разбил всё оставшееся бывшее в относительном здравии. С глухим стоном, завалился на бок, достал из кармана френча бутылку бренди и опрокинул. Откуда-то со стороны позвали. Нет-нет-нет. Я сухой. как после "Святой кары". Ни капли маны. Любой храмовник позавидует, как можно так самому себя выжать. Опять зовут? Отстаньте, на хрен. Мне никто не нужен. - Мессир... Голос женский. Мягкий, заботливый, милый... Мама я хочу домой. Голова идёт кругом. Кажется не только от недостатка маны. Что-то пили и курили, и жевали. Грёбаная ты пророчица... - Мессир... Глаза открываются, веки как чугунные створки. И правда женщина. - Н-да... ми-миледи... - эти слова даются с трудом, словно последние в жизни. Добейте меня кто-нибудь. - Мессир, не желает развлечься? Что... что?.. что?!.. к горлу подходит тошнотворный ком и его рвёт без остановки, всем тем что накопилось в желудке за последние часы в термах. Сил остаётся только на то чтобы перебраться на другую лавочку из собственной блевотины и откинуться, уставившись безразличным взглядом на звёзды.