FOX69

- А меня Лар зовут, Лина. Где твоя мама, я не знаю. Что ты помнишь, Лина? Девчонка помотала головой и ещё крепче вцепилась в шею взрослого. - Я не помню. Я играла. А потом, там... сижу... - она снова заплакала. - Нет, - неуверенно промямлил он. - А ты? - Нет, - подсознание как-будто отключилось, а Тень закрыла свои пределы наглухо. - Её надо убрать, Пол, - постарался сказать Тео так, чтобы слышал лишь один эльф.

- Почему? - мягко спросил Мастарна, обхватив запястья девочки своими, хватило одной ладони, настолько они были тонкими. - Надо разобраться, - сказал Тео, не опуская меча. - Будь я проклят, если что-то понимаю. Да убери ты её от себя, ради всех богов! Но тут на помощь пришёл Пол. - Девочка была одержимой. А теперь одержима статуя. Все кричали про статую Андрасте, - наконец начала перечислять он. - Но что теперь с демоном? - В статуе явно демон, - согласился Тео. - Значит он всё ещё там, на развалинах. Попутал носителей? Если тупой. Судя по его низкоуровневым попутчикам - демонам гнева, так оно и есть. Может, демон ужаса? Ужасами он деревеньку обеспечил. Но это не значит, что он снова не попытается завладеть прежним носителем. Она в любую минуту может его принять. Теперь она как открытая пустая бутылка, в неё всегда можно налить. Поэтому... - Тео осёкся, глянул на Пола. - Ты ничего не чувствуешь? - Хороший вопрос, - отозвался Лар, все же преодолев сопротивление всхлипывавшей девочки и опустив ее с рук на землю. Впрочем, далеко он ее не отпустил, удерживая за плечи. - Хочешь проверить ее еще раз? А ты, дитя? Как тебя зовут? Девочка крепче прижалась к шее взрослого и захныкала, прошептав тихо-тихо: - Лина. Я хочу к маме? Где моя мама?

Часовня Сразиться с одержимым - это совсем не то что сразиться с отрядом кунари. Всего два раза за свою жизнь он принимал подобный бой. Один раз на экзаменах по боевой магии, второй - пол года назад в оккупированной деревне, где от отчаяния один отступник вступил в сделку с демоном. Оба раза закончились удачно. Но сегодня, в маленькой деревенской часовне случилось странное. Плачущий ребёнок в окружении разодранных тел, окрик Пола: "Она не одержима! Стойте!" И опущенный в замешательстве меч. Два демона гнева выросшие из стен и статуя Андрасте, которая сдвинулась с места и медленно поползла к выходу. Впору было молиться. Если бы он верил во всеобщую Спасительницу. ... Демоны были повержены, а статуя... шла! Вернее, с нудным скрипом царапала пол часовни. Они выскочили на улицу, с ребёнком на руках и побежали. Мысль разрушить постройку и остановить сдвинувшееся с постамента изваяние пришла в голову центуриона сама собой. Сражаться с камнем, от которого разило энтропической магией было бессмысленно и опасно. Стоило им замереть в параличе или попасть в энтропическое облако они бы уже никогда не вернулись на тракт за своими товарищами по несчастью. Посох Пола, как оказалось, был способен не только греть камни и провоцировать обвалы в пещерах, но и разрушать построенное. "Каменный кулак" был ему в помощь. Часовня рухнула, и кровля завалила страдалицу, которой и после смерти покой был неведом. - Что это было, твою мать... - у самого себя спросил Тео, поглядывая то на бойцов своего маленького отряда, то на девочку на руках Лара. - Опусти её! - скомандовал он резко, активируя меч.

Ядовитый драколиск Красс потерял на время желание плевать в сторону канцлеровской кобры и вернулся к насущному: - Хорошо. Миледи и мессир Виардо, - взгляд упал на высокую фигуру на уроне своего роста, но не поднялся к искомому лицу, а опустился до области алтаря для недавнего страждущего. Через миг сбросив задумчивость, достиг нужной цели и мессир Красс проговорил, глядя в упор в карие глаза, - если он не против, конечно, избежать встречи с одержимой, останутся с Лурцем, так же, как и Патрик. Остальные со мной - в часовню.

Патрик отпрянул от окна и уже не скрываясь бросился назад. Сведения разведки не обнадёжили. Лучше бы иметь дело с уже преображённым одержимым, нежели с его непредсказуемым сосудом. Да и вид явившегося из-за завесы демона мог сыграть решающую роль в тактике ведения боя. Центурион задумался. Глянул на целителя и скорее попросил, чем приказал: - Децимус, уходите с Мастарной подальше от этого места. Я не хочу тобой рисковать. Нам будет проще сражаться, не прикрывая тебя.

Фурия взъярилась. За несколько секунд превратившись в драконицу. Колкость была намеренной. Он и не скрывал, судя по насмешливому взгляду. Один один, миледи. Подковёрная борьба фаворитов. А вы ведь фаворит, миледи, не так ли? Вопрос риторический. Но место я вам с удовольствием уступлю, даже если потеряю расположение его высочества. А это так, разминка, дабы вспомнить кем я должен быть, по сути. - Мессир Красс неосмотрительно демонстрирует нам всем свою осведомленность о том, какие в точности и кому приказы раздает канцлер. - любезная улыбка походила скорее на оскал. Её оскал встретила лицемерная улыбка сквозь сжатые зубы. Два тевинтерских хищника обменялись любезностями и ножами под ребра. - В таком случае, рекомендую вам, мессир, немедленно сообщить ему по вашим каналам связи о моем неподчинении. Может, тогда ваша чистая кровь перестанет кипеть не к месту? Займемся уже делом! "Чистая кровь" произнесённая с каким-то надрывом, насторожила. А что с вашей-то не так, миледи? Секунду он мешкал, потом проговорил ей в тон: - Памятуя о вашей протекции, миледи, я не рискну причинить Его Высочеству боль, - он склонил голову ей в ответ и обратился к Патрику. - Сгоняй к часовне. Разведай обстановку. Загляни в щели. Только тихо. И... "головой, а не жопой". Понял? (Маскировка)

- Кроме того, кто сказал, что она станет сидеть там и ждать, пока мы сожжем ее? - везучая.. везучая сопливая девчонка. Ну надо же?! - Так что.. я иду с вами, Красс. Вполне вероятно, я смогу быть полезна там. Даже две связанные в узел кочерги не удивили центуриона так, как решимость миледи нарушить приказ Верховного. - И вы готовы нарушить приказ самого канцлера, миледи? - на лице маска искренней растерянности, а в глазах обращённых к женщине неприкрытая ирония. Тонкую грань разрушаете , мессир Красс. Опять? В который раз. И вот за это вас ценит Номаран? Сомнительное достижение. - Мессир Красс, что это вы придумали. Тогда и я остаюсь. Кто будет ее глушить-то? Да и... а, да, архонт, - многозначительно пошевелил бровями. - Твой Архонт - Командор Серых, Пол. Так что не обязан. Но я ценю твою верность, - Красс благодарно кивнул эльфу. "А я вообще никому не присягал, но не привык бросать друга в беде. Не так уж много на свете тех, кого я могу так называть", подумал Патрик. Вслух он ничего не сказал, но эта мысль была прямо таки написана на хмурой физиономии. А Патрик в таком бою был бы обречён, поэтому, Тео только отрицательно мотнул головой, глянув на друга - не смей туда лезть!

- Тео.. Красс.., - Лурц повернул к лидеру отряда мрачно посуровевшее лицо. - Давайте сожжем церковь с этой тварью внутри. Не вступая с ней в открытый бой. Мы не можем уйти, оставив все как есть, но... Она вырезала целую деревню. И хотя крестьяне не чета воинам и имперским магам, бой с ней ставит под угрозу не только благосостояние нашего отряда, но и его целостность. А значит и нашу миссию. Ты это тоже должен понимать. - А кому, как ни тебе, Децимус, кандидату в старшие чародеи Минратосского Круга, знать, что запоры этой часовни не сдержат одержимого такой силы. В доме старосты два чугунных прута связанны в узел, проломлены стены, трупы вспороты, как тряпичные куклы и всё это голыми руками. И тебе лучше меня известно отношение Империума к подобным инцидентам. Вовремя не взятая под контроль "грязная кровь" опасна, - он не стал продолжать экскурс в историю и замолчал. Немного погодя добавил. - Уходите. Защитников у тебя достаточно. А я присягал не канцлеру, а Архонту.

Крестьянский дом Вик, выслушав центуриона, неуверенно потёр шею. - Полагаю, мы должны оповестить остальных? Мастарна и Полихроний могут обеспечить вам прикрытие. В своих способностях справиться с чем-то, что сотворило это с двумя кочергами, орлесианец несколько сомневался. Даже если оно было десятилетней девочкой. - Да, вы правы, мессир Виардо, - ни капли иронии. Красс был уверен в своих действиях и словах, а борода с сединой и нахмуренные брови лишь придавали ему суровости. - Идёмте. - Не надо, не отвечай. Глупость сморозил. Давай лучше думать, как разобраться с этим чудовищем. А вдруг она удрала из церкви, за столько то дней? И надо наших предупредить, кто в таверну пошел. - Предупредим, прямо сейчас. А потом, узнаем. Через несколько минут все члены группы знали о постигшем деревню несчастье.

Крестьянский дом Виардо ободряюще улыбнулся и обратил озадаченный взор на Красса. - Это ведь.. то, что называется одержимостью? - Девочка на портрете. Красс кивнул обоим сразу. - Одержимая! - это было понятно даже нетевинтерцу, далекому от магии. Но как такое могло произойти здесь, в Империи? - Я не понимаю... Если у ребенка проявилась магия, разве ее не забирают... эээ... для обучения? - Сапороти, - с некоторым разочарованием и презрением сказал центурион. - Родители вовремя не среагировали. За что и поплатились. Это слабый маг. Такая скорая одержимость говорит только об этом, о неспособности противостоять, слабой воле и ущербной родословной. Слабым магам в Империуме не место. Всё что могут сделать храмовники Круга - это убить её. Никто не полезет в Тень спасать "грязную кровь". Поэтому... я должен её убить. Пока она не натворила новых бед. Так говоришь, она в часовне спряталась? Крестьянин закивал скоро и мелко.

Крестьянский дом Вик перевёл дыхание. В коротком взгляде, брошенном на центуриона выразилась полная готовность повторить и усовершенствовать номер аколита с самим центурионом, только без ненужных воззваний и воплей. Проще говоря, месье Виардо был благодарен, как давно не был благодарен кому-либо, и не стеснялся своей слабости. Центурион лишь понимающе кивнул - не благодарите, не за что, мсье ВиктОр. - Мы не причиним вреда тебе, друг мой, - снова обратился он к крестьянину, - Расскажи, что случилось? Кто убил тех людей? - Ещё бы нам рассказала, - пробормотал себе под нос рыжий. Вкрадчивым словам орлейца и под напором хмурого взгляда тевинтерского аристократа крестьянин внял и начал вещать. От местного крестьянина, чудом спасшегося, они услышали страшную историю о проявлении первичных способностей к магии в обычной семье сапорати. Никто предположить не мог, что у дочери старосты деревни вдруг обнаружатся способности к чародейству. Это было величайшей радостью, здесь в Империуме, до того самого дня, пока ребёнок не стал вести себя странно. Всего за один день, четверо суток назад, десятилетняя Линна превратилась в монстра. Она дико хохотала, бегала из дома в дом и убивала всю домашнюю живность, а потом принялась за людей. Она собрала все трупы и перетащила в часовню, где и скрылась сутки назад. А он прятался здесь и ждал милости Андрасте и её посланца. Вожделенный взор вновь обратился к Виардо. Таверна - Похоже, вы смогли помочь его телу, но не рассудку, мессир, - спокойно, будто не в него вцепился мертвой хваткой парень, отметил Мастарна. На одну короткую секунду в его серых глазах мелькнуло что-то темное, мрачное. - Ладно, попробуем. Поднимайся, парень, пойдешь пока с нами, - осторожно потянул паренька вверх телохранитель. - Как тебя зовут? - Андрасте, АНдрасте, Андрасте... - причитал тот не переставая, словно хотел весь мир превратить в алтарь спасительнице. - Да, - так же спокойно согласился целитель. - Разум его покинул. Милосерднее будет прервать его страдания.

- Если у него шок, то последствия со временем пройдут... Покой, спокойный сон, благожелательное отношение... Если же изменения в его голове необратимы, то никакая магия не сможет помочь ему, - наконец, вынес он свой вердикт. Замолчал, вслушиваясь в путающиеся слова молитвы. Ладонь осторожно накрыла липкую рану на голове паренька, под пальцами растеклось голубоватое свечение.. Раны начали затягиваться, но на психическое состояние это никак не повлияло. Парень явно потерял все остатки разума.

Крестьянский дом - Ме.. эээ.. - первый раз за время этой поездки у Вика отнялся дар речи. Обращаться к аколитам "месье" со стороны спасителя было как-то несолидно, - Друг мой, - выдавил он после паузы, - Расскажи нам, что здесь приключилось. От недавно канонизированного святого, не иначе апостола Её, отняли голову, но объятий не ослабили. - Месср! Спаситель! Здесь страх и ужас творились! - голова снова вдавилась ту да же. - Андрасте всё видела, Андрасте всё знает! - Эй, nigrum*, встань, - послышался грубый оклик на тевене. Одно дело цеплять орлейца фамильярностями, и совсем другое позволять висеть этому на высокопоставленной вынужденно-дружественной стороне самой Белой Жрицы. Тут знаете ли, и до дипломатического конфликта не далеко. - Отпусти мессира! - вторая фраза центуриона была угрозой. Услышав до боли знакомый язык знатных магусов, крестьянин сдал позиции и выпустил свой трофей. - Простите, простите, мессир! - он ударил в пол лбом и замер. - Не убивайте!

Таверна Из прорубленного проёма выскочил подросток. В переднике, который когда-то был белого цвета, а сейчас покрылся грязной коркой и кровавыми разводами. Служке местной таверны не было и пятнадцати. Совсем ещё мальчишка. Но окончательно обезумевший. С разбитым лбом и головой с частично снятым скальпом. - Андрастееееееееееееееее!! - завопил он и кинулся к ногам славных лесорубов. Кажется, последние события окончательно уничтожили его воспалённый разум. Он подскочил, обхватил сильверитовый наголенник Мастарны и замер, шепча молитву. Крестьянский дом - Можете потрогать. Не жжёмся, - мужественно предложил он и лучезарно улыбнулся. Орлейца потрогали. Пальцем. Сначала осторожно. Потом основательно ткнули. - Мессир!! - мужик упал на колени и обхватил спасителя, с которым они так плодотворно беседовали, за бёдра и припал... Центурион Красс наблюдал всё действо со стороны. Его командный тон вряд ли бы помог делу. Но Виктор... то есть мсье Виардо был неотразим. Орлейский бард, как оказалось, не только виртуозно играл на скрипке, которую кстати командир первой центурии имел возможность слышать регулярно, пока мсье жил в лагере неприятеля, но и находить общий язык с чернью. А когда чернь прямо из подпола кинулась в объятия к мсье и припала к самому драгоценному центру средней трети тела, центурион окончательно превратился в бревно. От него и так-то пользы особой не было, если не в бою, а теперь на фоне достижений в психологии он чувствовал свою полную ущербность.

Таверна - Открывай, дурак, все закончилось! – успел проорать Пол, прежде чем тот возвратился к своему камланию. Дурак призывам не внял и продолжил долбить мантры за закрытой дверью. Но через несколько минут он истерично заорал, услышав чужой голос, и начал чем-то стучать с той стороны, видимо пытаясь пробить выход. Удары были глухие и сильные.

Таверна - Эй, там, внутри! Выходи, все закончилось! Те, кто тебе воспротивятся,Познают небесный гнев.Поля и леса возгорятся.Моря, выходя из брегов,Поглотят их. Ветры сотрутИх страны с лица земли.Молнии будут хлестать с небес,И будут они взывать... Дальше призывалась пророчица наша всеми известными способами. Деревенский дом Здесь было пусто. Разрушения минимальны. А откуда-то доносился тихий монотонный стук. Бдительность

Таверна В большом зале царил разгром. Сломанная мебель, обожжённые стены, растоптанная еда, в которой уже копошились личинки. Стойка бара, бочонки с пивом, постели, перьевые подушки были разодраны, разбиты и разнесены в клочья. Словно ураган пронёсся внутри заведения и превратил упорядоченность в сущий хаос. Если здесь и можно было остановиться то, только после тщательной уборки, которая затянулась бы не на одни сутки. Бдительность Дом старосты - Возраст? - переспросил Вик, с опаской потянув носом на улице, и только после вдохнул полной грудью. - Угу, - совсем не дипломатично буркнул Красс представителю вынужденного дружественного Орлея, рискуя снова позволить себе фамильярность. - Полового созревания. И проявления магических способностей. Но... как-то оно обычно не так происходит. Определённая направленность какой-либо школе должна присутствовать, а тут... Оказавшись на улице, Патрик вздохнул с облегчением. - Куда теперь? - Давайте, ещё в один дом заглянем? - предложил Красс. - Надо всё-таки, понять что здесь произошло. Вполне возможно помощь Круга необходима. Или... пойдём. И он уверенно пошагал к соседнему дому с тёмными окнами.

Дом старосты - Милая девочка, - констатировал он, не отнимая руки от лица и вопросительно поднял глаза на Тео. - Дочь хозяев? - предположил Рыжий. Искать сходство невинного детского личика с искаженными агонией лицами погибшей пары было безнадежным занятием, но он попытался. Похожи? Нет? - Может и дочь. Вполне. 7:17. Пятнадцать лет назад. Сколько ей тут года три-четыре, - центурион задумался. - Тот самый возраст, - сказал он, не объясняя. Они прошли вглубь дома, но больше ничего не обнаружили. Закрыв за собой дверь, вышли из тошнотворного склепа.

Дом старосты - Если бы это были порождения, то Пол бы уже вопил и гнал нас отсюда своей "Яростью", - заметил Тео. Пройдя дальше по пятнам засохшей крови, переступая через сломанную утварь, он приметил в углу свалившуюся со стены картину изодранную и исцарапанную. Поднял и показал спутникам. Внизу красовался вензель художника и дата 7:17.

Дом старосты А дальше, пройдя в гостиную, путники могли увидеть неприглядную ужасающую картину. Два распотрошённых трупа, внутренности которых были растянуты по всему дому и развешаны по стенам. На лицах мужчины и женщины средних лет, лежащих на полу, застыла гримаса ужаса и боли. Бдительность, Выживание, Знание - Vishante kaffar! - Тео отступил на шаг и сжал рукоять магического меча.

Тук-тук-тук! Кулак Лурца несильно постучал в створку. А вдруг испуганные чем-то жители просто прячутся внутри? На вежливый стук мессира никто не ответил. Может, тут нужен армейский сапог Красса или Мастарны?

Таверна Это была небольшая придорожная таверна в один этаж, с сытной деревенской кухней и несколькими комнатами для постояльцев, стойлами и запасом овса для лошадей. Двери парадного входа были наглухо заперты изнутри, так же, как закрыты ставни окон и задний вход. Сломать дверь – Сила -20, помощь учитывается. Залезть через чердак: Акробатика. Дом старосты Их встретила распахнутая дверь. И тихое жужжание мух. В тёмном провале входа виднелась разбитая посуда и завязанные узлом две чугунные кочерги.

- Не надо мёртвого, - поежился Патрик. - Может по домам прошаырнуться, вдруг они в подвалах сидят? - Не шустри, - одёрнул Патрика Тео. - Может и сидят. Но с чего бы в такой чудный вечер. - Ваше толстое тевинтерское чутье рисует ситуацию ничуть не хуже, месье Теодор, - центурион упорно отказывался вспоминать его фамилию, и Вик решил наконец-то ответить тем же. Всё равно это вносило только путаницу, - Полагаю, толщина не всегда имеет значение. Мсье Теодор, основательно углубившийся в свои мысли, как-то неопределённо глянул на южанина: - Если вообще имеет, - машинально ответил он и, наконец-то, соизволил вернуть приличествующий дипломатии этикет. - Мессир Виардо, - надолго ли. Осмотрев поселение ещё раз, он уверенно скомандовал: - Делимся на две группы. Лурц-Мастарна-Миледи-Пол. Патрик-Улва-Виардо-я. Мастарна за главного. В таверну. А мы навестим вон тот большой дом на пригорке. Надеюсь, что-нибудь выясним. Ночевать нам всё равно где-то надо. А здесь, кров, еда и корм для лошадей. Вперёд.

5 нубулиса, вечер Он спешился рядом с командиром, настороженно поглядывая по сторонам. - Вам ничего не подсказывает ваше тонкое орлесианское чутье, мессир Виктор? - спросил Тео у приблизившегося шпиона. - Кажется, народу должно быть больше. Или живого, или мёртвого.

5 нубулиса, вечер 4 нубулиса отправились дальше. От недавнего бедствия не осталось и следа. Снег растаял, словно его и не было, напитав весенние травы талой водой. Светило яркое солнце, и птицы заходились на все голоса. Полуденная жара заставила скинуть верхнюю одежду и продолжать путь налегке. На тракте попалась одна деревушка из десяти домов, жители которой сообщили, что дальше поселений будет больше. С постоялыми дворами и тавернами. Ночь прошла без происшествий за исключением мелькнувшей вдалеке неясной тени во время несения караула Патрика. На следующий день выбрались на отремонтированный отрезок тракта. Карета по этим широким плитам, наверное, плыла бы подобно кораблю. Но кареты не было, были лошади и драколиски, и вросшие в сёдла седалища. Солнце продолжало радовать путников до полудня. Потом пролился тёплый весенний дождь, и на горизонте повисла радуга. Зелень пестрила всеми оттенками, пели птицы, размножались звери, природа буйствовала и возрождалась. Тем не обычней было встретить на пути, чуть поодаль от дороги поселение с несколькими сожженными домами. Поскольку усталые и голодные лошади и драколиски требовали остановки, решение было принято. Отряд остановился у местной таверны на подозрительно пустой деревенской площади. Тишина. Ни звука. Никакого присутствия живых поселенцев. Обследовать деревню: таверну, дом старосты, жилой дом, часовню.