FOX69

Коротко стриженная, худая девчонка в замусоленном переднике и старом шахтовом комбинезоне поставила перед гостем салуна керамический стакан со спиртным и удалилась, пожелав доброго вечера и доброго здравия, словно прислуживала не в злачном месте, а подавала снедь за домашним ужином. Кажется, за пару недель христианские догмы и добродетели таки просочились в этот заброшенный холодный мир и приобщили терраформеров к благодати и молитве. - Чувство долга - это хорошо, - улыбнулся святой отец. - В следующий раз перед кластером Ядра оставляйте меня где-нибудь на подлёте. Меньше проблем будет. Если бы не этот арест давно бы в Уроборосе были.

- Не такая уж и дыра, - сказал Монро, поднимаясь из-за стола с искренней радостью. Он протянул Скотти ладонь и сказал: - Я только проповедь недавно закончил. Прямо тут в салуне, да. Церкви у них нет. Не на атмосферной же установке их собирать. Он оглядел притихший народ, который после дневной смены мирно ужинал. - Люди везде одинаковые. И в центре, и на задворках. Если быть до конца честным, я думал вы за мной не вернётесь. Садись, - он указал на стул. - А остальные где?

Система Джорджия. Планета Медоу. 12 дней спустя Около пяти тысяч человек занимаются терраформированием, пытаясь сделать из бесплотной пустыни дендрарий с океанариумом. И кое-что у них получается. Пройдёт ещё несколько лет и под искусственной атмосферой Медоу зазеленеют луга, зацветут поля, а в водоёмах из каметного льда появится живность. Бактерии переработают почву и очистят от вредных примесей, а атмосферные установки прольют на благодатные земли первые дожди. Он сошёл с транспортника в числе грузчиков. Утомлённый полётом полицейский кинул к ногам опального святого отца сумку с вещами и с облегчением вздохнул о чудесном избавлении. Кругом сыпучий песок пустыни, вдали колышется синь воды, тянет солью, сыростью и морозом. Струйки чуть тёплого бриза разбавляют холодный воздух бесконечного безжизненного плато. Холодно. Джорджия висит в зените шариком от пинг-понга, а с запада восходит Дедал, стараясь тщетно сбежать от настигающего его мутного Мёрфи. Руки замёрзли, изо рта вырывается облачко пара. На отдалённых планетах всегда не хватает тепла. Орбитальные рефлекторы ещё не домонтированы, парниковый эффект пока слаб, но бедолаги поселенцы уже копошаться, в надежде заработать в первых рядах. Подобрав сумку и закинув на плечо ремень, монах благословил своего измученного поневоле стражника и отправился в рабочий посёлок, который виднелся впереди. Вместо домов грузовые контейнеры, вместо транспорта пара заиндевевших квадроциклов, кажется, давно списанных. Песок забивается во все щели, скрипит на зубах и першит в горле. Срывается снег вперемешку с дождём. Жёлтые электрические фонари слабо освещают узкие переулки. Сюрреалистические сумерки раннего утра с длинными неясными тенями. - Святой отец, - его окликнули. Он обернулся на голос. Заросший бородой мужчина в грязном комбинезоне и ватной фуфайке. Чуть постарше его самого. - Да, сын мой, - не задумываясь отозвался человек в чёрных монашеских робах. - А вы к нам надолго? - Ещё не знаю, - честно ответил он. - А вы христианин? - бородатый кивнул на крест розария намотанного на запястье священника. - Да. - Это хорошо. У нас тут давно священников не было. Был один. Гностиком себя называл. Интересно рассказывал. О сотворении мира, о той Земле-которая-была и много ещё о чём. О любви и покаянии. - А почему был? - Утонул. Когда лёд топили и водохранилище заливали. - Упокой душу его Создатель. Но я не гностик. Скорее католический ортодокс. - Ааа... - кажется, мужик в фуфайке был озадачен откровениями святого отца. - Ну так, Бог ведь един, - выдал он фразу безвременно усопшего пастыря. - Един, - кивнул Монро, шагая в ногу с новым знакомым. - А вы не могли бы нам что-нибудь рассказать после смены. Ну там, проповедь или как это? Мессу. Люди устали. А из развлечений у нас только салун с мордобоем. После смерти отца Павла какой-то беспредел творится. - Думаете им нужен священник? - Им нужен тот, кто даст надежду среди этого холода и песка. - Хорошо, почему бы и не побеседовать с людьми, если на то нужна есть, - согласился святой отец. - Только мне бы остановиться где-нибудь. И работу найти. - Да вон любой контейнер свободный занимайте. Отопление есть, вода, еда, работы только работать успевай. Пока всё бесплатно. Мы же вроде тут как первые. - Спасибо, - поблагодарил священник и спросил перед тем как расстаться. - А связь у вас с другими системами есть? - Есть. У шерифа. Даже кортекс есть. - Ну и славно. Благослови тебя Создатель, сын мой. Позови желающих, я приду. Тот отрывисто кивнул и пошагал вглубь поселения, загребая песок со снегом резиновыми сапогами. А сообщение на "Виверну" пришло с точными координатами местоположения опального отца, спустя пятнадцать дней со дня отлёта.

- Расскажу, если тебе ещё не надоело слушать про мой Орден, - он поднялся вслед за ней, какой-то уж слишком растерянной, из уст которой "всё хорошо" звучало как "наверное всё обойдётся". Про неудачный план побега говорить сейчас не хотелось. Он взял свёрток в руки и сказал: - Надеюсь, встретимся. Если у меня будет возможность, я выйду с вами на связь. Храни тебя Господь, Лин. И никогда не теряй веры. Порою кроме неё у нас ничего не остаётся.

Её не смелый жест и робость не укрылись от него, но виду он не подал. Лишь чёрные глаза по доброму смотрели на сестру. - Если честно, - он первым нарушил общее смущение на двоих, - я ума не приложу, каким образом вам сообщу свои точные координаты. Место высылки вы сможете узнать после приговора. А вот порт и город... Рука потянулась к свёртку с книгами: - Спасибо. Это мне точно пригодится. Надеюсь, Алина не выбрала ту самую книгу, чтобы скрасить моё одиночество, - улыбка снова вернулась на его губы, но через пару секунд по лицу скользнула тень. - Лин... я хотел тебя попросить вот о чём. Если, вдруг... всякое может быть. Если, вдруг, мы не встретимся. Забери мой карабин себе. Он достоин быть в хороших руках. Это трофей. Подарок одного человека. Брата, друга. Его тоже звали Давид. И он тоже был капелланом Безупречных, как и я.

Он внимательно её выслушал. Некоторое время молчал, задумчиво изучая стену. И, наконец, сказал, не веря в столь мягкий приговор законников Бернадетт: - Значит, депортация, - ещё одна пауза для полного осознания приговора. - Что ж, на всё воля Господа. Мысли взбудораженные добрыми новостями улеглись, и он снова улыбнулся Лин: - Поговорю. Если позволят. Мне кажется им разницы нет в какое место фронтира отправить. Лишь бы попутный транспорт был. А вот деньги оставьте. Никогда не умел давать взятки. И вряд ли научусь. Со связью тоже проблема. Только если через "Кортекс" с вами связаться. Коммуникатором меня вряд ли здесь обеспечат.

- Нормально кормят, - усмехнулся он. - Для монаха очень даже изысканно. Когда отлетаете?

- Лин, - он немного растерялся при виде гостьи, но тут же улыбнулся, - добрый день. Как вы? Всё в порядке? Заключённый присел на выделенный стул и посмотрел на женщину с нескрываемой радостью.

Посторонний приказ вырвал из полузабытия и вернул на грешную землю. - Меня вроде некому навещать, - прозвучал бесцветный голос заключённого монаха. Он поднялся с жёстких нар и пошагал на выход.

Следственный изолятор Третий раз за свою жизнь он ждал приговора. Первый - когда его, беспризорника, передавали Ордену. Второй - когда намеренно убил невинных. И, сейчас, когда доверие наступило на собственные грабли. Впрочем, он не сожалел. Даже приговор ему был безразличен. Всё в воле Божьей. И каждому деянию только Он судья. Серый камень холодил спину, а под рукавами палия лежал закрытый молитвослов. Слова молитвы невесомым эфиром оборачивали сознание в непробиваемый доспех веры. Наверное, в таком состоянии шли на костёр и на крест самые преданные фанатики Христа, ничего не чувствуя, кроме любви к Богу. Pater noster, qui es in caelis, sanctificetur nomen tuum. Adveniat regnum tuum. Fiat voluntas tua, sicut in caelo et in terra. Panem nostrum quotidianum da nobis hodie, et dimitte nobis debita nostra sicut et nos dimittimus debitoribus nostris. Et ne nos inducas in tentationem, sed libera nos a malo. Amen. Силой молитвы умерщвляется плоть, отсекается сознание, замирает душа и только дух пребывает на грани время и безвременья.

Когда ты пренебрегаешь бдительностью и здравым смыслом, случается неизбежное. Сейчас, он пожинал плоды собственной самонадеянности. В том, что ему выдали билет в один конец, брат Монро не сомневался, как не сомневался в том, что его компаньоны прислушаются к голосу разума и в скором времени покинут планету без него. Перед распахнутыми створками полицейского челнока сопротивляться было бы глупо, да и поздно. Установление личности, а именно, подтверждение деталей его приговора закончится арестом - без вариантов. Приговор мирского суда и орденского бальяжа однозначен. За нарушение границ недозволенного - наказание на усмотрение стороны зафиксировавшей нарушение. Что решат власти Бернадетт можно было только догадываться. Он хотел попросить связаться с командой, но передумал. О помощи просить не рационально, а благословить их в полёт можно и заочно. Из зол обычно выбирают меньшее. Как это знакомо звучит. Речитативом тех давних событий с болью врезающихся в память.

Сержант, окликнув пару ребят из уже сворачивающегося оцепления, указал брату Монро путь. Путь до ребят в форме для отца откровением не стал. Прихватив с собой молитвослов и розарий, он покорно сошёл с корабля.

Кажется, Генри сделал невозможное. Святой отец слышал издалека знакомые голоса и победоносную речь их штурмана, который уладил проблемы одним звонком. Кто же знал, что всё может быть так просто. Им осталось отбыть липовый карантин, не заплатив и кредита штрафа, расстаться с запрещённой пушкой и преступником. Опального капеллана арестуют в любом случае, это Монро знал наверняка. Что и подтвердило распоряжение законников. Из каюты он выйти не рискнул, чтобы не привлечь лишнее внимание полицейских. Новые проблемы команде "Виверны" ни к чему. Осталось дождаться наряда полиции, наручников и списка своих прав при аресте.

Сейчас, натягивая хабит, он очень жалел, что не сдался сразу и ввязался в разыгранный спектакль. Рискованный план команда вправе была не поддержать, а сценариста закидать помидорами. Использовать небольшой шанс, узкое окно в событиях для побега не успели. Хотя, этот побег мог сулить новые проблемы с документами на владение. Впрочем, и суточный карантин не слишком осложнил их положение. Подробная биометрика была на славный экипаж начинающих бандитов с вероятностью сто процентов. Аборигены центра, военные, преступники. Все они давно засвечены в базе. И если им суждено было "драпать", то нужно это было делать до визита блюстителей порядка на борт. Но всё случилось так, как дОлжно и на всё Божья воля, рассудил бывший капеллан. Когда осмотр врачом был закончен, святой отец передал свой id санитару и попросил вручить полицейскому, как и просили.

- Раздевайтесь, - потребовал врач у священника, доставая арсенал инструментов, по виду больше подходивший для пыточной, нежели для медицинского кабинета. Разделся, как просили, и покорно отдался в руки эскулапов в противочумном снаряжении.

Пока только исключительно положительные впечатления. Давно до утра в игре не сидел. Кажется, застряну в Эндерале надолго.)

- Какие симптомы, когда проявились?.. - раздался скучающий усиленный динамиком голос. - Слабость какая-то, сегодня появилась, - кратко ответил святой отец. - Может и ничего серьёзного. Очаг не оцепляли. Да и больных не много было.

- Да, я надеюсь, - он поднялся и ушёл в свою каюту, исполняя распоряжение законника.

Сквозь металл задраенного люка едва слышались голоса, вой сирен и шум моторов. Кажется, они упустили момент, когда действовать нужно было быстро, а не дожидаться всех служб Бернадетт в одном месте. Монро глянул на Лин и отрицательно мотнул головой. - Нет, не надо. Мне уже лучше.

- Лин, - слабо позвал священник женщину, - ты бы не могла принести из моей каюты снотворное. Ну то, которое мы недавно покупали в количестве трёх штук?

Он присмотрелся к Монро и передал кому-то, уже направляясь к выходу: - Вызовите медиков, здесь господину плохо. - Не стоит, - проговорил святой отец. - Корабельный врач осматривал меня. Но я не думал, что симптомы появятся так скоро. Инкубационный период оказался короче. Я недавно из системы Мёрфи. Мой Орден был там с благотворительной миссией. На одной из лун. Лихорадка невыясненной этиологии, - он сделал паузу, тяжело вздохнул и помахал рукой служителям закона, - поостерегитесь выводить экипаж наружу.

- А что здесь происходит? - донёсся до полицейских и команды голос из глубин корабля. - Господин Шенли, мы что, не летим? К патрулю вышел человек в чёрной монашеской сутане, вяло поприветствовал законников и устало прислонился к стене. Его лицо покрытое капельками влаги выражало страдание. - Что-то мне не хорошо... Он стёр "пот" с лица и присел на первый попавшийся ящик.

Шенли решил встречать, а потому дерзкий побег из-под носа у федералов не состоялся. Прятаться от полицейских сканеров было бы смешно, поэтому, падре прикинулся пассажиром и с молитвословом в руках остался в своей каюте.

- Мы будем готовы принять вас, - ответил Монро и отключил связь. - Может быть это обычный досмотр. Шенли, погоди. Если мы драпаем. То драпаем сразу. Ни к чему нам несколько трупов федералов на борту. Если мы взлетим, а они останутся здесь. Если запускаем, то идём до конца со всеми проверками.