FOX69

А не рукоплещет ему только жмот! - гордо ответствовал Зюзя, с намеком поглядывая на быстро пустевшую миску парня. У самого пиита денег хватило только на дрянную выпивку, а о жратве приходилось только мечтать. - Браво, браво, мастер Зюзя, - хохотнул малой и пододвинул остатки еды пред голодный взгляд пиита. - Закусывайте, не стесняйтесь. - Так значится будем к кметам или торговцам в обоз проситься? - обратился циркач к Людо, как к самому старшему (ну, так ему казалось). - Если так, то нужно деньги посчитать. У кого сколько и хватит ли нам на оплату пути или только на выезд из города.

- Значит ты не просто публике голову морочь могешь? - сразу просек Гримм полезность нового знакомца. - А что еще умеешь? С оружием каким дружен? - Нуу... - замялся артист. - Я вообще-то, ножи бросаю. Под сценическим псевдонимом "Феликс Дырокол". - Трактирщик, ещще пива! - рявкнул окосевший пиит и качнулся, едва не свалившись под лавку. - Оппа, - поддержал под руку неустойчивое Великое Искусство младший коллега и помог принять относительно вертикальное положение. - Однако, внезапно как Муза навалилась.

- Твою мать... - выругался малой, вытаскивая из миски за ус тощего таракана. - Мясной бульон, - констатировал он факт присутствия насекомого в овощной похлёбке. Рыжий трупик шмякнулся на стол, а циркач отодвинув почти пустую миску, подозрительно заглянул в кружку с прокисшим пивом. - В первом же лесу поймаю зайца и зажарю.

- Никакого нет резона у себя держать бизона, так как это жвачное хмурое и мрачное, - неожиданно выдал Зюзя. Почему именно в этот момент он смотрел на хлебавшего похлебку хмурого наемника? А пес его знает! "Как бы от мрачного тебе не прилетело по балде", - спонтанно в мыслях продолжил Томаш вирши пиита, самозабвенно гоняя по миске ломтик морковки.

Он старался не обращать внимания на его спутников, кажется, уже нашедших общий язык, хоть и понимал - рано или поздно ему придётся с ними вступить в контакт. Как ни старался Хмурый изображать непринуждённость, получалось у него плохо. Намётанный воровской глаз то и дело окидывал долговязую фигуру с ног до головы, подмечая напряжённость и скрытность оппонента. Жесты, выправка, хватка меча - выдавали в нём солдата. Стало быть служил. Не проронил ни слова, наблюдает и держится в стороне. Явно что-то скрывает. Дезертир? Бывший наёмник? Шпик? А может и Охотник? Нет. Слишком уж честный взгляд. Такие самоотверженно преданы королю и добровольно служат мясом на убой. Карие глаза украдкой пробежались по заскорузлым рукам Войцеха. Огрубевшая мозолистая кожа ладоней, ясно свидетельствовала об умении обращаться с мечом равно хорошо обеими руками. Одежда и обувь потрёпаны, ножны потёрты. Или скупердяй или, как большая часть отряда, голытьба - сделал вывод циркач и принялся хлебать мутный овощной суп.

- Уф.. - выдохнула она и со стуком опустила кружку на стол, - А кто тут, циркач? - Томаш, - выглянуло из-за края кружки лохматое и смурное. Радужные надежды Климека вор не разделял. В бескорыстную доброту кметов, а тем более торговцев не верил. Запросят столько за пару мест на вонючей телеге, что без штанов останешься. Надеяться на девиц тоже опрометчиво. От одной чародейским снобизмом за версту несёт, того и гляди молнией шарахнет и на костре окажется. Вторая похожа на тощую уклейку, которую и в садке-то грех оставлять. На таких ни один караванщик не клюнет, тем более кмет, для которого баба состоит из сисек и жопы коровьих размеров, что в их случае отсутствовало напрочь. Конечно, можно стянуть лошадь у одного из постояльцев, но где взять к ней телегу. Да и начинать знакомство с рекламы своего побочного ремесла как-то не хотелось. - Может слыхала про «Весёлый вертеп» Якоба фон Хофмана? Я с ними, - добавил циркач, нехотя запуская ложку в миску с жидкой капустной похлёбкой.

- Твою ж налево! - в сердцах воскликнул краснолюд, нарушив гнетущую тишину, но не понятно было, то ли он комментировал ситуацию, в которой они все оказались, то ли ругался на щедро разбавленное пиво. - Хоть налево, хоть направо, а посреди всё одно задница. И мы в ней. По самое не балуй, - проговорил Томаш, выгребая из кармана несколько крон за дешёвое пойло. К Людо претензий по поводу выбора убогой корчмы у вора не было. С его скромными финансами дешевле только вода из колодца и то её поднять надо. Он отсалютовал бокалом Климеку, Людо и пану пииту, и с кислой мордой уставился на засаленную столешницу некогда скоблённого стола. Голова не светлела, умные мысли бродили где-то вдалеке.

- Ха, сам ж чего он не пошел к нему тогда? Ох, не нравится мне это. Совсем не нравится, - обернулся Климек к Томашу. - Кто знает, что это за фрукт еще этот Ган. Как-то мы на зов отозвались, а он нет что ли? Так вот прям он нам рад будет. Что-то сомневаюсь я этому. - Если бы я знал ответ хоть на один вопрос, - с досадой проговорил циркач. - Кто знает сколько у него вообще таких должников и как он их использует. Может мы добываем артефакт, а другие аукционные дома грабят. И кто такой этот Тёмный? Я даже лица его запомнить не могу. Хотя, у меня профессиональная зрительная память... - осёкся Томаш и замолчал. Нехватало лишь добавить "воровская профессиональная". Но он тут же перевёл разговор на другую тему. - Надо выпить. Может мысли светлые в голову придут.

А затылки собравшихся обожгло коротким огнем, вызывая невольные возгласы. - Ай! - циркач потёр макушку и поморщился от боли. - Что за дрянь? Пока он ощупывал вставшие дыбом и без того взлохмаченные вихры, тёмный удалился, вызвав тем самым не малую радость присутствующих. Как бы он хотел сейчас вернуться к своим вертеповцам, но злые чары (а теперь Томаш был точно в этом уверен) толкали его по направлению к деревне Звинницы в компании малознакомых людей. Он спрыгнул с табурета и пошагал за краснолюдом и Климеком. Двое - которым хотелось доверять. - ...А зачем нам этого старого Гана искать, кто-нибудь понял? Он может нам помочь в поисках этого, как там его... - Вероятность того, что Старый Ган в курсе велика, я думаю. Иначе, на кой нас туда посылать, - отозвался циркач где-то за спиной воина. - К тому же, он такой же должник, как и мы.

- Могу еще и меж глаз шибануть, хренов урод.- произнесла Талия, подготавливая руки к драке. - А ты совсем охренел, да? В голове было еще множество дум о том, куда и как можно послать говоруна. А чародейка-то их, кажется, проходила практику совсем вдали от Аретузы, где-то на большаке - улыбнулся вор, восхитившись смелостью девицы. То сапогом в рыло, то правду матку. Что же будет, когда она колдовать начнёт?

- Все вместе двинемся или каждый сам по себе? - кинул он в воздух вопрос, вертящийся на языке и бросил на краснолюда спокойный взгляд. Привыкший к поддержке цирковой труппы, которая за три года практически стала семьёй, Томаш представить не мог других возможностей путешествия, если не вместе для достижения общей цели. Но только сейчас осознал, что люди призванные кредитором, ему чужие. Со своими проблемами, заботами, характерами. Впору было вспомнить кто он есть на самом деле и не отсвечивать. Яблоко постепенно превращалось в мелко накрошенное коричневое пюре.

- Прекрасно, мой, друг! Я очень рад, что с маршрутом у вас не будет сложностей! - весело воскликнул мужчина, обращаясь теперь к циркачу. - Я знал, что не ошибся, позвав вас сюда! В дружеских чувствах знакомого незнакомца Томаш уверен не был. Более того, на безликой физиономии лежала печать коварства. Бывший разбойник хорошо знал этот лживый взгляд подельников, которые собрались кинуть своего. - Если отправимся пешком, то дня за четыре доберёмся, - проговорил малой. - На лошадях быстрее будет. Он осмотрел всех присутствующих в надежде, что у кого-то есть такая роскошь, как лошадь.

О, да. Этого человека он помнил. Слишком хорошо. И никогда бы не забыл. Его присутствие сейчас он ощущал физически. Как и в тот раз. Три года назад. ...Ржавые металлические прутья решётки. Грязный, залитый нечистотами пол и серебристый блеск цепей. Приговор вынесен. Радовид на то и Свирепый, чтобы время от времени свирепеть... Пальцы невольно нащупали в кармане новенькую универсальную отмычку. Огладили шлифованную кромку четырёхгранника, согрели рукоять. Он помнил ту простенькую железку, которую и отмычкой-то сложно было назвать, которой он вскрыл два замка, отделяющие его от свободы. "Я вернусь за долгом", - услышал тогда пленник шелест в ночной тиши и глухой металлический звон оброненного предмета, воскресивший надежду. - Нам нужно перейти Понтар. Я помню эту деревеньку. Мы там гастролировали. Как-то. Недолго, - отрывисто и неуверенно произнёс циркач, даже не думая возражать кредитору.

Дальше пошло веселее. Краснолюд заподозрил Климека в самом жутком, по его краснолюдскому разумению, грехе. И оказался прав. Наличие чёрного налёта на внешне миролюбивом образе воин не отрицал, даже наоборот бросил бородатому вызов. Бродячий артист ничего не имел против нильфгаардца, впрочем, как и против представителей других королевств и рас. Труппе «Весёлого вертепа» могло одинаково прилететь побоев и гнилых помидор со всех сторон многострадальной родины. Поэтому, он со стороны наблюдал за разворачивающимися событиями. Пиит основательно вдохновлялся крепким питиём и искал отдохновения у открытого камина, рискуя окончательно разомлеть и упустить музу. Хмурый продолжал хранить обет молчания и верность оглобле. В воздухе витала буря, а тусклые блики на лезвии краснолюдской секиры грозили превратиться в зловещий отблеск смертоносного металла. Но, вдруг, сценарий дополнился новым поворотным сюжетом и в благородную физиономию с плетёной бородой полетел дамский сапожок. Его обладательница появилась следом с пылающими гневом большими карими глазами. На мгновение малой замер, улыбнулся гостье и продолжил кромсать ножом ненавистное яблоко, настойчиво вступавшее в конфликт с его организмом.

- Вечер добрый, милостивые государи! - провозгласил повоприбывший, скорчив гримасу одновременно надменную и заискивающую. - Вижу пред собою достойное общество, нечуждое просвещению, где, несомненно, найдется местечко известнейшему пииту Новиграда Амарантусу Великолепному, сиречь мне. Томаш скептически глянул на вошедшего. С усилием напряг извилины, стараясь припомнить известнейшего пиита Новиграда и, спустя несколько минут, решил не терзать память, ибо в её закромах Амарантуса Великолепного не нашлось. - Добрый вечер, уважаемый, - поприветствовал вор пиита. - Баллады пишите?

Мысль, такая обыденная, мимолетная, но отклик на нее обжег вдруг сознание, сковал тело и волю, удавкой затянулся на горле, перехватывая дыхание. На миг, такой короткий, что никто и не заметил, но в сердце циркача остался короткий ледяной осколок страха, принеся давно известное понимание - старое обещание нельзя не сдержать. Второе яблоко тоже как-то в глотке не улеглось. Томаш поперхнулся, перевёл дыхание и отложил надкусанный плод. Затих, прислушиваясь к новым ощущениям, и затравленно глянул на вошедшего. Нет, это не Он. Это что-то другое. Кажется, вполне мирное и не вооружённое.

- Плохой вы маршрут выбрали для гастролей, - хмуро ответил на это Гримм, но подозрительности в нем, кажется, поубавилось. А может просто хорошо скрывал ее. - Сейчас на той стороне Понтара безопаснее, чем в Редании. - Мы не ищем лёгких путей, - с улыбкой дёрнул плечами артист. - Война войной, а искусство вечно! - выдал Томаш перл Якова фон Хофмана после дозы фисштеха. Ну в самом деле, не рассказывать же незнакомцам, что "Весёлый вертеп" может за себя постоять, да и не лезут они в пекло. В пекле и без них чертей хватает. Однако тот не был интересующим Войцеха персонажем, потому последний вновь опустил глаза в пол и продолжил постукивать пальцами левой руки по своему наголеннику в такт песенке из детства, крутившейся в его голове. Угрюмая статуя пришла в движение и обнаружила признаки жизни. Мысль - кинуть хмурому яблоко - почила в бозе. Зато пришла другая - пожонглировать уцелевшими плодами. Но оглядев серьёзные физиономии присутствующих, малой передумал. "Что я тут делаю? Свалить бы отсюда по тихому, пока мечом не отоварили", - подумал он и задумчиво впился зубами в следующее яблоко.

- Врешь ты все, парень! - рявкнул краснолюд. - Ни один циркач, будь он хоть в своем уме, хоть без оного, не сунется в Оксенфурт! Знаю я цирки, видывал! Там одних эльфок и низушков столько, что Радовиду хворосту не хватит! Яблоко встало где-то поперёк горла, хотя и говорил он чистую правду. Ну почти. - Так мы ж не в самом Оксенфурте, милсдарь, - откашлялся малой и продолжил жевать. - Мы по деревням. В городах своих артистов хватает. О периодических вылазках в жилые кварталы больших городов циркач промолчал.

Мысли о прекрасных эльфках его не посещали, зато вновь прибывший долговязый и мрачный, как Пустульские горы зимой, мужик с мечом вызывал опасения. Особенно его меч. Краснолюд, повисший на секире. Теперь этот с полуторной оглоблей вместо подпорки и суровым взглядом следователя... Томаш присел и пододвинул к себе тарелку со снедью. Вытащил из-за голенища сапога нож и ткнул в кусок сыра. - Я из бродячего цирка, - проговорил он, чтобы заполнить повисшую тишину. - Мы проездом из Оксенфурта в Кринфрид... Но тут забасил краснолюд и разрядил гнетущую обстановку. - Привет, Людо, - кусок сыра приказал долго жить, а артист подкатил к себе краснощёкое яблоко. - Выходит, мы здесь не случайно. Зубы впились в румяную кожицу, а челюсти усердно зачавкали. Никогда нельзя упускать халявную еду - это бродячий циркач знал наверняка.

Низкорослый бородач поудобнее оперся на древко своей секиры, в нарочито расслабленной позе расставив ноги в промокших сапогах, и продолжил светскую беседу: - А погодка, нет, погодка нынче дрянь! - Погодка в самый раз, - ухмыльнулся он и махнул Томашу, мол, присаживайся что ли. - Когда на улице ясно солнышко, так кто ж захочет сидеть тут и греться у камина. И ждать, - Климек встретился взглядом с циркачом, словно спрашивал, те же дела привели его сюда или нет. - Ну что ж. Подождем, - парень подмигнул Гримму и Томашу и стянул с тарелки кусок колбаски. - Почему бы и не подождать? - Так вы не живёте здесь, - немного осмелел парень, опуская руку и засовывая её в карман сюртука, где покоилась новенькая отмычка. Кажется, ловить его не будут, да и дело у этих двоих, похоже, общее. Более того - странная парочка на семейную не похожа, а значит, появилась здесь по тем же причинам, что и он. Так он решил. И не ошибся. - Да, погодка дрянь, - согласился циркач с краснолюдом и несмело подошёл к накрытому столу. - Можно? - не особенно чинясь, спросил он у воина в доспехах и указал на стул. - Меня Томаш зовут, - представился, протягивая открытую ладонь. - А вы тоже ждёте? - спросил почему-то совсем тихо и добавил. - Его.

да ну вас =))

По кибиткам монотонно барабанил дождь. Тяжёлое серое небо и хлюпающая под ногами грязь наводили уныние. Представление на сегодня откладывалось по техническим причинам, а мадам Бригитта принимала отчаявшихся, мокрых страждущих из ближайшего пригорода, рискнувших добраться до окраин в поисках ответов о грядущем. Слякоть радовала разве что Зосю, счастливо похрюкивающую в ближайшем кювете. Остальные же члены труппы лениво перекидывались в кости на щелбаны, допивали выдохшееся пиво и поглядывали на мрачный пейзаж, отыскивая малейшие признаки солнечной активности. Скука, безделье и безденежье вступили в свои права и монотонно давили на творческие души цирковых артистов. - Не могу, - молодой парень, на вид ещё совсем мальчишка, поднялся, откидывая лоскутный плед в угол. Макушка ткнулась в перекрытие, а керосиновая лампа опасно закачалась. - Не могу больше. Пойду в город. Прогуляюсь. - И охота тебе мокнуть? - без интереса бросил низушек Свифир, обрывая с лохматых ступней репьи. Томаш промолчал. Мокнуть не хотелось, но сидеть без дела не хотелось вдвойне. Подошвы сапог глухо чавкнули и погрузились в жижу. На нечёсаные вихры полилось и потекло за шиворот. Он поёжился, отвернул ворот потрёпанного сюртука и пошагал в направлении тусклых городских огней. Это была очередная вылазка в город. Своровать что-то ценное не получится. Торговцы сидят по домам, а толпа покупателей рассосалась по корчмам. Он бесцельно покружил по пустому третогорскому рынку, поболтал с хозяином крытой колбасной лавки, согрелся и стянул колбасу. На улице поделился с бродячим облезлым котом куском провианта и свернул в проулок. Дождь не прекращался, в прохудившихся сапогах хлюпало. Ковырнуть бы какой замок, но в этом районе стражников понатыкано больше, чем грибов в лесу. Он вздохнул и пошагал дальше. Дом из сегодняшнего сна возник так же внезапно, как неожиданно появился в ночных грёзах. Тёмный и хмурый, с наглухо закрытыми ставнями, необитаемый и немного жутковатый. Томаш обошёл строение по периметру, обследовал каждую щель и остановился у двери. Прислушался. Дверь беспрепятственно пропускала его, а где-то в глубине мерцал свет. Пахло съестным. Что заставило профессионального вора опрометчиво шагнуть за порог, он так и не понял. Но через пару минут, прижавшись к стене, он наблюдал за молодым воином, судя по щиту и мечу приткнутым в углу, и кроснолюдом похожим на пузатую молочную крынку с бородой. - Привет, - растерянно помахал циркач из своего укрытия и простодушно улыбнулся. Глупее ситуации в его жизни, пожалуй, ещё не было. Не пойманный вор приветствует жильцов с заискивающим видом. Он продолжал стоять с поднятой рукой и разглядывать "хозяев".

угу^^

Не сильно-то вы сопротивлялись насилию! окаааай^^ нашли растлителя)))

Я не могу растлевать невинных.