FOX69

А, точно) Забыл.

да! не знаю даже что лучше найти при ЛБ-3 в сутки - нага или сковородку)

Я вот не помню, Ган об этом знает или нет? Вообще, на ГТ можно много найти, если не всё)) ЛБ-3 по формуле)

- Я тебе не матрас, - так же тихо и беззлобно говорил берсерк, - у меня есть острое желание перевернуться на другой бок. Он крепче обнимает его одной рукой, а другой прикасается к щеке и опускает вниз к подбородку – осторожно, но требовательно поднимая его лицо к своему. - Посмотри на меня. Ратиган запрокидывает голову, открывает мутные глаза и говорит: - Ты не матрас... ты лучше. Это единственное твоё желание? - очертания лица берсерка плывут, а к горлу подступает муторная тошнота. Яд продолжает растворяться, а ослабленный ранением организм отказывается сопротивляться отраве. Он пытается улыбнуться, но получается лишь вымученная гримаса. Попытка подняться заканчивается неудачей и только со второго раза, он принимает вертикальное положение. Садится рядом с Джорой, ставит локти на колени и закрывает лицо руками. - Что-то херово мне, маз.

Чёрный колючий подбородок прислонился ко лбу. Ещё немного и он сам заснёт вечной тьмой. Веки настойчиво опускались, но Джора качнул головой и посмотрел на Ратигана. Он слегка толкнул клеймённого к себе. - Шата, проснись, - тихо попросил его берсерк. Сладкая истома забвения. Так хорошо и так спокойно. Но кто-то снова тормошит его, толкает и разбивает негу покоя вдребезги. Он слышит его голос и, не отрывая головы от груди берсерка, спрашивает: - Аран?

Говорят, что гномы не видят снов, потому что отрезаны от Тени с незапамятных времён. Им не дано почувствовать тонкий план бытия, не дано увидеть великолепия Златого и извращённость Чёрного городов, потому что для дварва их просто не существует. И кто знает, к худшему это или к лучшему. Не ощущать собственные и чужие мысли, олигофренические фантазии, философские бредни и прочий фрактальный мусор, не затуманивать разум истинного Камня метаниями сигилтанен и курирен. Примитивное восприятие мироздания - свысока скажут менкунрлан. Истинное осознание действительности - ответят им дварва. И будут правы. Они видят мир по-другому. Без эмоциональной шелухи, сопровождающей веру. Их вера постоянна и неизменна, потому что постоянен и неизменен Агхал Вахрам - Камень-Творец. Он бесконечен во времени, стоек и непоколебим. Он надёжен и всегда под рукой. Это не иллюзорный Создатель с лицемерной Песней Света. Здесь, в недрах земли другие законы. Здесь, камень сопровождает вас от рождения до смерти. Он велик и могущественен, безжалостен и жесток к своим детям. Но всегда справедлив. Он даёт жизнь и забирает и он является мерилом всего. * * * Где-то вдалеке раздался вскрик, но выйти из полузабытья беловолосый легионер не смог. На плечи легло что-то мягкое и принесло долгожданное тепло. Он повернул голову на бок и уткнулся лицом в знакомый пьянящий запах, сильнее прижимаясь к груди берсерка, словно ребёнок, который ищет защиты. Он не видел снов, не пребывал в Тени, не разгребал мишуру своего и чужого обмана. Но зато, он чувствовал. Шершавый каменный монолит под ладонями, тепло исходящее от родного, близкого тела. Слышал ровное дыхание и стук большого, горячего сердца. Он ощущал ласковые, сильные руки и заботу в каждом прикосновении. Мягкие губы, касающиеся его головы и шёпот любящей души. Просыпаться не было ни сил, ни желания. Яд продолжал растекаться по крови, а он хотел только одного - быть с ним рядом навсегда.

Джору :give_heart: :teddy:

Все голодные и злые! Ищут кого бы сожрать. Как-то так, да)

Я не знаю. Кто-нить брал? Ган - нет. Он всё на тропах может сделать.)

мальчики :air_kiss:

"Тайтус, мой зайчик". :teddy: Лилит.

Насколько я помню, 200 лет назад тоже был добрый храмовник, по крайней мере один. Не надо тут, миледи.)

Где мои лайки( Вчера столько много было. Они размножаются бесконтрольно(

У Серина, кстати, есть посох, который выносливость восстанавливает у всего отряда. А она зажала)

Буду часа через 2-3.

Приходи) Ган в отключке, не знаю, как Джора. Солнце, верни плащик с поддоспешником, а то Джору на себя надевать неудобно.)))

- И не сверну, - негромко сказал он, обняв его руками и уткнувшись носом в белые волосы. То единственное и дорогое, что осталось сейчас, - нархо зара ту, мам алд маз, - в таком же тихом тоне проговорил берсерк, губами дотронувшись к макушке клеймённого. В этих объятьях было тепло, спокойно и надёжно. Если бы он сейчас мог, то повалил бы его и заставил заняться тем, о чём желал каждую минуту, будучи рядом. Но озноб продолжал бить, а слабость нарастала. Клеймёный лишь плотнее вжался в сильное тело, прикрыл глаза и уже засыпая прошептал: - Ту нин мам. Ту каган мам ба алд.Ту смер нархо алд хир. Х

Оскалив зубы в ухмылке, Джора сбросил часть верхних доспехов – коих было немного – и, схватив ладонь Ратигана, резко потянул того к себе, положив свободную ладонь на плечо. Лбом он прислонился к его лбу, но улыбка сникла, а освободившаяся от ладони рука легла на спину – медленно начала водить верх и вниз, делая попытки согреть задрожавшего дварва коим образом. Хотелось сказать что-то, но он промолчал, опустив глаза с двух прозрачных окон. Он лишь поморщился от усилившейся боли в свежих ранах, когда его дёрнули и заставили подойти. Ну, а что ты хочешь от урзхад? Ратиган усадил это большое и теплое на каменный приступок и сел рядом, прижавшись спиной к широкой груди в надежде, что его даже может быть обнимут. Он вспомнил их последний разговор, который прервал бой. - По мне видно было, что они меня смущали? – пожал плечами берсерк. – Что ты меня смущал своими поступками? А ты зачем в таком случае терпишь меня? Мой темперамент, мои неожиданные поступки, которые непонятны другим? Я в любой момент могу кому-то свернуть шею, если вдруг пожелаю. Ты так не думаешь? Даже тем, кто этого не заслуживает. Почему тогда я тебя не смущаю, мам шата? – искренне улыбаясь говорил Джора. - Я и правда, не представляю, как я тебя терплю, - с притворной досадой проговорил Ратиган, стараясь согреться хоть немного. - Наверное, я просто не боюсь, что ты мне шею свернёшь. Наверное, в этом всё дело.

Джора положил ладонь на подбородок, протерев колючую бороду. Указательный палец едва нащупал сторону, где был ранее порез. - Давно думал об этом, - задумчиво протянул берсерк, скорчив гримасу от того, что в деревни не представилось оной возможности. - Хм, - ухмыльнулся Ратиган, сквозь дрожь пробивающую всё тело. Жутко хотелось пить и кружилась голова. Повреждённая плоть в бою впитала часть яда и теперь напоминала о себе первыми симптомами интоксикации. - Надо показать тебе, как бреются легионеры, - и он покосился на свой армейский нож за голенищем латного сапога. - Аран? – закатил глаза Джора. – У меня есть выбор? – словив на себе этот ледяной прозрачный взгляд, он вздохнул и не спеша начал снимать замки доспехов. Настолько, чтобы это могло самую малость раздражать клеймённого. Зубы отбивали мелкую дробь, а эта тиби исс тараг словно замерла в пространстве и времени. - Я чувствую мне придётся поискать кого-то другого, чтобы согреться, - сказал он, припомнив об отданных Дэнизе плаще и поддоспешнике.

Джора поднял руки, выполняя просьбу и в этот раз почему-то довольно ухмыляясь живучести легионера. Они могут отрезать себя от прежней жизни, хотя ещё остаются живыми – с тёплой коже и бурлящей кровью внутри. Берсерк наклонил голову на бок, ощущая на себе взгляд белобрысого дварва. - Зря, - протянул он и на пару минут замолк, добавив громче, - на что же вы, юноша, так уставились? Как бы глаза из черепа не выпрыгнули. - Ха ту тараг, которую постричь не мешало бы, - сказал легионер, забирая свои вещи. Он влез в чистый комплект белья, натянул кожаные штаны, рубаху и следом сапоги. После купания в ледяной воде ощущалась какая-то внутренняя дрожь. Или его лихорадило от ранения. - Сними доспехи, - потребовал он у благородного.

Насколько хорошо было, если я придавил тебя лицом к земле? – подумал благородный на колкость легионера. Потянувшись к сумке, он вытащил малую аптечку, а за ней – бинты. Срезав должную половину ножом, Джора приложил один конец на спину. Пару сантиметров от следов, что остались от ран – до этого убедившись в том необходимом, что могло приходиться в данной ситуации. - Кто бы так смотрел, - улыбнулся Джора перевязывая спину. Когда перевязка была закончена, Ратиган не сводя глаз с благородного, потянулся к своему рюкзаку, который лежал на уступе за спиной Джоры. Там была чистая пара комплектов белья, штаны и рубаха, купленные ещё в Вал Фирмене. - Тушку переместите, немного в сторону, господин, - сказал клеймёный, пытаясь обойти недвижимую статую берсерка. - А то холодно голышом стоять. Он в ожидании поднял глаза и замер. Его близость даже после такого тяжёлого боя возбуждала.

Блин, ну я же картинку там вешал( Темно...

А че это вы-то всё время первые?) Молчать, женщина) И я не совсем моюсь, а кровищу с себя смываю, если кто не заметил.)

- Тебе нужно что-нибудь? Рискнув пойти за клеймённым следом и решился спросить Джора. Кровавые линии что черви ползут по спине и под одним прикосновением чужой жидкости – быстро разлагаются не оставляя за собой останков с гнилым запахом. - Перевяжи, - сказал Ратиган, выходя из под струй воды. Глубокие раны, пересекающие всю спину, лишь чуть подтянулись, но продолжали доставлять боль. Он вынул из рюкзака одну рубаху, промакнул лицо и торс и подошёл к Джоре. - Ну, чего стоишь, как благородный столб, перевяжи. Он повернулся к другу спиной и выдавив из себя улыбку сказал: - И не глазей на меня, а то глаза выпадут.

Он взял его предплечья, без особого труда подняв на ноги. Руку закинул через плечо и повёл туда, куда попросил клеймённый. Забавно ведь… берсерки запросто будут черпать жизненную силу из той мощи, что они проявляют ещё с юношеских лет. Другие будут привязаны к Камню, как узники. Джора краем глаз посмотрел на бледное лицо Ратигана. Я не хочу, - судорожно пронеслась мысль в голове, - не хочу, чтобы ты умирал там. Он поджал губы и вскоре довёл легионера к тропам. Силы самого берсерка были на пределе и тому нести на себе чужую ношу было тяжело, но слова он не смел сказать. Перед тем, как они отправились в путь, Ратиган всё же не забыл прихватить кольчугу. Повреждение было не большим и легко ремонтируемым. Да и бросать "чёрные доспехи" под небом менкунрлан, всё равно, что предать камень. Они дошли до пещеры, той самой, которую он определил для стоянки и остановились. Легионер скинул с себя портупею, снял окровавленную изорванную рубаху и, положив ладони на каменный монолит, прислонился к шершавой поверхности лбом. - Нархо сек акх вахрам, - прошептал он, принимая благословение и силу камня. Силы восстановились практически мгновенно, а вот раны на спине продолжали зиять, хоть кровотечение и прекратилось. Он дотянулся до своего рюкзака и неуверенно пошагал вдоль ручья в дальний конец пещеры. Остановившись в тупике, где водный поток таранил скалу и падал небольшим водопадом, Ратиган остановился, снял сапоги, остатки одежды и шагнул под прозрачные ледяные струи. Лишь приглушённый стон и снова тишина. Вода облизывает тело, смывает кровь и охлаждает раны.