FOX69

На стоянке у серного озера За спиной камень, а впереди безбрежный голубой океан цвета его глаз. Белые облака проплывают по льдистой радужке и исчезают в тёмных зрачках. Он смотрит долго, не отрываясь, словно старается раствориться и понять, постичь неведомое и запретное. Из чего они сделаны, эти облака? Зачем они? Такие странные. Плывут по воле ветра, ежеминутно меняя свою форму, словно хотят удивить того, кто с рождения видел над головой только камень. «Он спрашивает, смог бы я принять этот мир? Не знаю. Здесь, всё необычно. Звуки, запахи, природа, люди… Сигилтан. К ним я не привыкну никогда. Этот непостоянный мир взимает с них плату. Он торопит их. Превращает в суетливых, непостоянных и агрессивных. Заставляет менять решения, спешить, как тараканов, убегающих из под тапка. Смог бы я здесь жить? Не знаю. Сейчас, я даже рад, что нет выбора. Ведь, если бы он был, мне бы пришлось принять этот чужой, враждебный мир». Пятый Ключ почти в руках, а значит, мы на шаг ближе к тому, чтобы расстаться. Мимолётное счастье. Яркая вспышка светового кристалла в тёплой руке. Лишь миг и снова тьма. Почему? Зачем Предки распорядились так? Снова потеря, снова боль. Привычная. Она всегда рядом. Терзает с одинаковым усердием и тело и душу. Разбивает хрупкий фульгурит неосторожным движением. Зачем, снова и снова? Неужели на его веку не достаточно боли и потерь. Но эта будет последней. Нет сил ни жить, ни бороться, ни верить. Пальцы механически растирали высохший серный гриб и жёлтый сфагнум – основные ингредиенты для «зиро». Орлейский табак сигилтан для легионера дварва, что дымок от затухающего костра. Курить хотелось, как никогда. Успокоится, привести в порядок мысли, чувства. Только крепчайшая отрава с глубинных троп, от которой задыхались наземники, могла сейчас его поддержать. Трубка набита и крохотная искорка заставляет тлеть «табак». Едкие клубы сизого дыма окутывают лицо, принося забвение и покой. «И всё-таки, серного многовато», - подумалось в полузабытьи. Тейг Дармаллон остался позади, оставив щедрые дары. Платиновую статуэтку, которую он помог найти сигилтан (26) и золотой кувшин по прикидкам золотых за двести. Что ж, валос атредум, Сверкающий Дармаллон. Храни свои богатства и умирай от скверны. Взгляд медленно полз по стоянке. Менкунрлан снова в движении, снова беспокойно бегают в поисках дров и воды. Переговариваются, ссорятся, бросают друг на друга злые взгляды. Ведьма из диких земель стоит в сторонке. Кажется, она ненавидит весь мир и себя в том числе, только боится в этом признаться, вот и считает остальных сигилтан не достойными её внимания. Белая леди всегда занята собой. Помимо ценных советов отряду, её занимают собственные ногти и, как не удивительно, Хорн. Малефикар и храмовник. Кто бы мог подумать? Впрочем, постель сближает многих. Длинноволосый киркволец с седой прядью забот или природной прихоти забавляется со своим котом. Как эта тварь не издохла в Глубинном Пределе не ясно. Они говорят, у кошек девять жизней. Наверное, парочку этот чёрный уродец точно оставил в пекле лавовых морей. Лопоухий худенький эльф, который смешно растягивает слова, называет себя мастером и грозным вороном, но на самом деле добр, весел и знает, что такое взаимовыручка. Рамона… да, кажется, сейчас, это Рамона. С серыми широко раскрытыми глазами. Смешная девочка, наивная, несчастная и обречённая. Для Нашкеля очередной сосуд. Жестокий, самовлюблённый призрак обязан её сохранить, иначе, лишится удачного места жительства. Лео давно забросил свои эксперименты, притих и шуршит по лагерю в беспредметных поисках. Тропы меняют людей. Он устал и иногда, пытается приблизиться к Фэй. Беззлобный чудоковатый некромант, которому пристало быть целителем. Фэй с Гисой. До сих пор сложно понять, где кончается Фэй и начинается её верная Гиса. Кажется, они понимают друг друга с полувзгляда. Самое верное существо – этот свирепый на вид пёс. О её хозяйке можно сказать то же. Верная, надёжная, смелая и всегда немного печальная. Серина - тёмная дикарка. Неуправляемая и непредсказуемая. На самом деле настоящий стоик и отличный боец. В глубине её тёмной души скользят нежные нотки слабости, которые она намеренно прячет за отчуждённым взглядом, не желая и капли жалости к себе. Хорн, как всегда, хочет влезть на коня с мечом на голо быстрее всех, не учитывая, что лошадь уже занята или убежала. При всей его назойливости, понятие долга и чести для храмовника не пустой звук, хотя и с излишним усердием. Он самоотвержен, честен и упрям. Лучшие качества для легионера. Он был бы одним из лучших командиров. Дэниза опять сидит, поджав к подбородку коленки. Её обида и злость написаны на румяной мордашке. Она разочарована и даже не пытается понять. Ей не важно счастлив кто-то или нет, ведь, ей плохо. Прости, сестрёнка, но мне стоит держаться от тебя подальше. Я не хотел твоих терзаний несбыточными мечтами. Он в отдалении от группы. Сидит и смотрит вдаль, сцепив пальцы в «замок». В зелёных глазах отрешённость, а на тёмном лице с запавшими щеками тень забот. О чём ты думаешь, мам тер? О своей сестре, которую любишь? О Ширен, о которой переживаешь больше, чем о себе? Или о своём доме, в который тебе трудно вернуться? Если бы я мог, я бы разделил с тобой всю боль, пошёл бы до конца и был всегда рядом. Очередная глубокая затяжка постепенно погрузила его в полное оцепенение. Он прикрыл глаза и остался в беспредельной тьме. Наверное, так умирают дварва отрезанные от Тени.

О, вот и голос лидера)))

Ты сегодня такой скрытный, Нев))) Так выберете другого лидера!)

Хоть бы совет собрали, да подумали о Парагоне)) *это так мысли мастера вслух*

А на фига вам проводник, который знает их пути миграции?))) Ну и да, повезло) Не,не, мы их в пятимерном пространстве проскакиваем. Они нас не видят.) Ибо мы почти Боги Тедаса)

Мы по окраине города проходили)

Утром перед уходом Ратиган собрал всю группу и ненавязчиво посоветовал прихватить со стоянки контрабандистов всё необходимое: спальники, палатки, тёплую одежду, продукты - всё что можно унести индивидуально каждому для продолжения похода. - Я больше, чем уверен, - обратился он к путешественникам, - нам придётся выходить на поверхность. Поэтому, постарайтесь взять только необходимое, чтобы не превращаться в пони, но с учётом того, что в вашем мире уже холодает. Еды берите на двое суток. На Серном мысе есть поселение. Через час выходим. К своему рюкзаку он прихватил тёплый плащ, скатанную половину медвежьей шкуры и вяленого мяса. Х

Так. Забыла указать. Клад является единственным в своём роде. Т.е. все кто выбросил чеки больше 25, имеют одинаковое право владеть им. Или продать и поделить прибыль. не радуйся очень-то)

Та, ладно))) Ищи уже) Только Рэми что ли пусть поможет тебе переносить от схрона к схрону))

А зачем Духу меча деньги и драгоценности?)

Все свои находки и клады описывайте) Очень хочу посмотреть на ночной горшок за 500)) Да, Хорн, невезуха(

Мастер-пост Ход 31. Дармаллон 8 умбралис. Полдень. Покинуть стоянку контрабандистов. Миновать тейг Дармаллон. Выйти на поверхность. Переночевать на стоянке. 9 умбралис. Утро. К вечеру добраться до Серного мыса и окраин деревни рыбаков. Если верить легенде, то золотые и серебряные жилы проходят через весь тейг Дармаллон. Будь то дома знати или трущобы простолюдинов, стены домов сияют вкраплениями и разводами благородных металлов. Говорят, всё изделия домашнего обихода у знати были здесь из золота, серебра и платины, а трон в королевском дворце - сделан из огромного самородка. Сияющий Дармаллон. Богатейший тейг в прошлом. Ныне разграблен мародёрами, загажен порождениями тьмы, а следы былого величия остались лишь в нерушимых стенах. Как и прежде блеск колон, арок, резных капителей, поражал расточительной щедростью камня, испещрённого тоннами жёлтых и белых нитей. Сегодня они коснулись легенды. Сотни лет нога наземников не ступала здесь. Никто не рисковал уходить так далеко и даже дварва не посылали сюда разведчиков. Порождения тьмы давно отвоевали символ роскоши и богатства. Герметичные двери были разбиты, улицы и стены домов покрыты неизменной маслянистой грязью, а все святыни пропитаны скверной. Сам камень сдался под натиском тьмы, почернев и осыпавшись трухой во многих местах. Им не пришлось побывать в центре города, но увиденного окраинных кварталов, вполне хватило, чтобы представить всё величие легендарного города. КВЕСТ. "Испытай удачу №1" КВЕСТ. "Испытай удачу №2" Чем дальше они уходили на запад, тем глубинные тропы становились уже и путаней, пока, наконец, не превратились в тесные тоннели и штольни, укреплённые прогнившими деревянными балками. - Стоп, - остановил их проводник. – Дальше хода нет. Надо подниматься на поверхность. Там только ртутные и серные шахты. Давно обрушенные и заполненные аммиаком и серной кислотой. Придётся выходить. Здесь неподалёку есть пологая штольня, по ней и выберемся. Но многие этому «досадному» факту обрадовались несказанно. Глотнуть свежего воздуха, увидеть травку, деревья и солнышко хотели все. Время, проведённое в горячих удушливых недрах, заставило их по-другому взглянуть на родной поднебесный мир. В осенний ясный денёк, сверкающий золотом листвы под стать древнему Дармаллону, они выбрались так, словно вступили в Злотой Град. Разбитые, уставшие, надышавшиеся угара и пыли, путешественники глубин разбили лагерь неподалёку от выхода из шахты на лесной поляне около крохотного озерца, от которого тошнотворно несло тухлыми яйцами. На удивление ночь выдалась тёплой, а может, микроклимат за счёт испарений из недр здесь был устойчивым в любое время года. С первыми лучами солнца и с новыми силами отряд уверенно двинулся к цели. До Серного мыса с одноимённой прибрежной деревушкой был день пути по холодным пустошам, покрытым редкими проплешинами первого снега и высохшей щетиной грубой травы.

Ход собираю. Скоро выложу.

- Ган, спасибо тебе. Ты единственный, кто заботился обо мне просто потому что это я, а не потому что ему от меня что-то нужно... - она отвернулась и сделала вид, что чрезвычайно заинтересовалась содержимым своей сумки. Она по-прежнему не могла его принять, как друга, как брата, хотя и очень хотела. Он кивнул головой и счёл необходимым просто уйти, тихо затворив за собой дверь.

Дениза всхлипнула и повисла у Гана на шее. - Я не хочу расставаться! - Но мы же не расстаёмся пока, - улыбнулся Ратиган, прижимая к себе вздрагивающее тело. - Собирайся, скоро в дорогу. Я покажу вам Драгоценный город, где золотом и серебром покрыты дороги, а платиной облицованы дома. Не плачь, - он поцеловал её в щёку и погладил по голове.

- Поможешь мне отыскать вещи? Там лютня осталась... - Помогу, - откуда-то с двери Ратиган снял с гвоздя повешенный контрабандистами шерстяной плащ с капюшоном и накинул на плечи Дэнизе. - Пойдём. Вскоре пропавшие вещи обнаружились вместе с беспризорной лютней. - Вот твой скарб, сестрёнка, - указал легионер в угол на рюкзак. - Дэнь, - он привлёк её внимание, дёрнув за рукав. - Я тут ночью руну вытравил. Не уровня Совершенного, но на высокую мастерскую тянет. Вот, - он вытащил из портупеи небольшой камушек в виде сердечка и положил в холодную ладошку бардессы. - Это пирит. Шама вахрам. Огненный камень. Высекает искры из стали. Он примитивен и не красив. Но надёжней его нет. В нём нет утончённости, как в хризопразах и самоцветах. Его кубическая структура пряма и незатейлива. Он, как кнурла. Даже при обработке сохраняет собственные изъяны. В его кристаллах вкрапления золота, а внутри бездна огня, - Ратиган замолчал и улыбнулся, не отрываясь от сапфировых глаз. - Храни его, помни обо мне. Этот кусочек моего сердца всегда будет с тобой. Он защитит от клинка и стрел, примет на себя часть удара (броня +5). Так же, как и я бы хотел - быть с тобой, защищать и помогать тебе во всём. Но настанет время, мы расстанемся. И только эта руна будет помнить прошлое.

вы его найдите сначала) там такие условия вам "добрый" мастер поставил, что шансов почти нет, как-то круто слишком, да)

У нас нету кнопки "уничтожить")

- Йяяя... иссккалла ссвоии ввещи иззабблуддилась... Ааапчхи! - Мену, - Ратиган обхватил её за плечи и потащил куда-то в сторону. - Тан дженте. Через пару минут блужданий по лабиринтам он завёл бардессу в помещение заставленное сундуками. Открыл первый попавшийся и сказал: - Сбрасывай свои мокрые и грязные одёжки и переодевайся. Я тебя у дверей с той стороны подожду. Разговор есть, - сказал он и вышел.

В этом лабиринте легко было заблудиться. Комнаты, коридоры, чуланы... Она блуждала, никого не встречая, уже целую вечность, когда услышала разговор Джоры и Ратигана. В другое время она непременно постаралась бы подслушать разговор, но сейчас, когда у нее зуб на зуб не попадал, они наверняка уже услышали ее приближение. Ратиган уже вышел из комнаты после дарения головных уборов своему... да, теперь он точно знал "любимому лорду" и увидел плетущуюся скукоженную девичью фигурку. - Дэни, - он подскочил к ней. - А ты чего мокрая? - он ощупал её. - Здесь, же склады одежды. Пусть не королевской, но для воина самое то.

Молчать!)) Правдолюбец-кладенец! Это жилы драгметаллов. Есть металлурги, ковыряйте руду) А алмазы дикие какбэ это, не совсем досягаемы в тех местах были) В кимберлитовых трубках высокоооо над головой) Так что, бананьев нет)

- И как ты себе это представляешь? – он потянул руку со стальной «шапкой». – Куда удостою хранение этого… ведра? В таком случае мне стоит избавиться от сумки и топора сразу. Никогда не любил такие алробад. Некомфортно и на череп давит. – Джора вздохнул и ближе приблизившись к Ратигану, коснувшись своим лбом к его, вслух высказав благодарность. Шлем из протянутой руки благородного был благополучно изъят и безжалостно отброшен в дальний угол: - Значит, у вас, лорд Кабул Трох, одна шапка, - усмехнулся Ратиган, толкнув лбом благородного. В его прозрачных глазах вмиг заплясали огненные демонята. - Будешь просить, не дам... - сказал он, направляясь к дверям и обернувшись добавил. - В смысле, шлем. Остальное - по сходной цене, - добавил клеймёный и вышел.

Джора закатил глаза, сделав вид, что задумался и с притворной серьёзной гримасой на лице сказал: - Ты не спросил разрешения, вод. Это неуважение к заслуживающем почтения со стороны Камня вечно пьяным и дурнопахнущим воинам. Ратиган скроил серьёзную мину на клеймёной физиономии и с напускной досадой проговорил: - Верг! Забыл, как там обращаются к благородным пьяным вонючим воинам? - он изобразил мыслительный процесс, но тут же развёл руками. - Не помню. Кабул: награ? урзхад? фангхур? фелдуност? - перечислил он пьяный зоопарк. Он зажмурил глаза, облокотив голову на бок. - Что-то там опять у сигилтан? - улыбнувшись таки в ответ и открыв веки, спросил он. - Не знаю. У них всё время чего-нибудь случается, главное с Дэни всё в порядке, - отмахнулся Ратиган от проблем некаменных. Он повернул лорда к себе лицом и, вытащив из-за спины какой-то лохматый предмет, надел тому на голову, а в руки сунул ещё один - из добротно выделанной кожи прошитой сильверитом. Ратиган отступил на шаг и посмотрел на дело рук своих: - Пока две. На выбор. Как потеряешь, обращайся.

- Аран мену, шата? – неуверенно приподняв уголки губ, спросил берсерк. – Что-то важное? Или есть? - оценивающе разглядев с ног до головы белобрысого, закончил он. - Конечно, важное, - сказал Ратиган, не обратив внимания на так "низко" павшего со стула благородного. Он зашёл в помещение откуда выходил берсерк и заставил того тоже отступить. - А если не важное? То мне к тебе не подходить? - улыбнулся он.

Берсерк убрал руки с лица, облокотившись сапогом – едва согнув колено - об нижний край стола, глубоко вздохнув… на долю минуты, даже позабыв о положение в котором сидит. Джора скривил брови, но его уже тянуло вниз. Негромкий скрип, падение и рык орзаммарского берсерка. Дварва стиснул зубы. Затылок и спина ужасно болели, а спинка стула, должно быть, хрустнула. И вот зачем спрашивается им эта деревянная рухлять? Другое дело, когда всё каменное. Когда ничего и никогда не упадёт – и сам вместе с этим. Джора медленно положил пальцы правой руки к вискам, а затем запрокинула на затылок – чуть приподняв голову. Он ворчал что-то неразборчивое на родном аглабе и медленно встал на ноги. Затем оценив состояние стула… да, сломал. Что-то похожее гнева со стыдом украсили гримасу берсерка. Он закрыл книжку с недорисованной картой и, взяв с собой, вышел из небольшой комнатки. Всё держа ладонь на затылке, массируя больное место. Наверное, он шёл по следу, как собака. Именно, так казалось со стороны. На самом деле Ратиган чувствовал его присутствие, будто его душа витала где-то рядом и напоминала о себе. Говорят, гномы не ощущают тонких материй. Но почему же тогда он слышит песню лириума, которую услышать другим не дано. Среди дварва испокон веков были самые искусные формари. Как такое могло быть среди народа, не владеющего магией и создающего магические шедевры? Он нашёл его в комнате за столом. Долго стоял в дверях, не смея нарушить сосредоточенный взгляд благородного и даже промолчал, когда тот грохнулся со стула, но у самых дверей Джору остановил знакомый голос: - Ду онас зара вахрам оэн аран хун дратх? - поинтересовался неприкасаемый о пристрастиях благородного зада к камню и не любви к дереву, еле сдерживая смех.