julia37

Господи... Рыбка.. ну кто тебе сказал, что "суровая" это оскробление? Это же не мешает ей быть умной, смелой, местами доброй. Это просто закалка. Хотя и женщине не всякой к лицу, ну да это другой вопрос.

Здрасти... очень даже читаем, как она в борделе сразу двух "баб" сняла помним, и как, пардон, яйца отрезала одному, тоже... и в общем-то причины, в целом ясны. Она суровая женщина - с этим спорить как-то... не знаю) мне кажется, она суровая

Фэй настолько сурова, что когда она идет по мужикам, практически можно сказать, что она пошла по бабам)))

Балерион мурлыкнул и пошел обтираться о юбку девушки. Дарион фыркнул, глядя на него, а потом скривился. - Паук. Надеюсь, будет не так плохо как с Денизой. Ты можешь посмотреть? Что-то мне не нравится этот палец... Про самого паука не беспокойся - твой пушистый герой его уже съел. - Может мой пушистый герой -это... - Рамона подошла ближе, приставила посох к стене и взяла укушенную руку в свои, чтобы рассмотреть. - ... паук? Откуда тебе знать? Провидица улыбнулась непривычно лукавой улыбкой, зажгла в ладошке волшебный огонек и пригляделась к пальцу. - Мда.. - протянула она, судя по изменению цвета с телесно-розового на мертвенно-фиолетовый, яд таки был. - Не двигайся. - она цепко зажала пораженую ладонь, достала свой скальпель и сделала небольшой, но весьма болезненный надрез на месте укуса и надавила. Брызнула кровь. Потом еще раз и еще несколько капель упали на обильно политый кровью дварва камень, теперь к ним присоединилась и человеческая кровь. Она аккуратно стерла остатки и сжала разрезанный палец в своих ладонях, через минуту он был как новенький. - Надеюсь, он не занес тебе туда какую-нибудь заразу, а то придется отрезать руку. - деланно серьезно предупредила колдунья, выпуская мужскую ладонь.

Кстати, Дарион, раз уж тут такая пьянка, ответь что-нибудь на вчерашний вопрос, а то как-то нехорошо получилось)

Рамона чувствовала себя совсем разбитой, нога уже почти не болела, но повязку снимать целительница не решалась, чтобы не подвернуть ее по свежим следам заново. Она вышла из своего персонального комфортабельного "склепа", но прогулка под сводами Боннамара ни капли не освежала. "Удивительное дело!" - саркастично усмехнулся дух. Так, глядя себе под ноги, она какое-то время болталась по коридорам, мешая легионерам и вызывая поток непонятных, но явно ругательных слов. Секундой позже он был прижат черной лапой и немедленно съеден. - Фу, - пробормотал Дарион, сжимая пульсирующий болью палец, - и как ты это ешь? Балерион медленно и с явным удовольствием облизнулся и промолчал. В конце концов ноги привели ее в парочке, играющей в прятки с пауком. - Что вы делаете? - с удивлением поинтересовалась она, переводя взгляд с кота на человека и обратно, в итоге остановившись на коте, как на более сознательной сущности.

Дарион, тогда никуда не уходи, я щас))

Дарион, мне тебя идти лечить или ты уже с кем-то еще договорился?)

Если не сильное, думаю, можешь, если серьезное, то ко мне за Восстановлением)

Угадай с трех раз)) Ган вместе с противоядием в тюрьме, значит у тебя нет выбора... придется идти ко мне)

Теневой совет - Ты слишком непоследователен в своих действиях и девочка выходит из под контроля. - спокойный, низкий женский голос раздается в темноте. - Что ты хотела от Хаоса? Я всегда был непоследователен. - уже знакомый баритон усмехается. - Моя задача не контроль, я лишь направляю, иначе... они ломаются, тебе ли не знать, Кассандра. - Глупцы, теряющие время на споры. - этот голос был знаком пререкающимся, и спутать его с чьим-либо еще не представлялось возможным. Этот голос был смесью их собственных и еще чего-то вдобавок. Оба духа, окруженный черной дымной завесой Хаос и прозрачная, словно горный ручей, Кассандра повернулись к третьему. - Слишком уверенно говоришь, для духа Сомнений. - усмехнулся Нашкель и новый собеседник заколебался, его лицо стало расплываться, так и не останавливаясь ни на одном из множества вариантов. - Помолчи. - приказала прозрачная - Сейчас разговор не о нем. О тебе. Серокожие снова переходят в наступление, ваш союз - одна из немногих вещей, способных помочь, ты же растрачиваешь ее попусту. Хочешь повторить все, как в прошлый раз? Глаза Нашкеля почернели, а от места, где он находился, стала толчками исходить какая-то странная энергия, она заставляла образы духов колебаться, как если бы они были отражениями в кругами расходящейся воде. - Так значит, в тот раз это была моя вина?! - пророкотал он, впрочем, выражение лица Кассандры осталось все таким же умиротворенным, как всегда. - Ты растратил заряд попусту. Ради одного ребенка. И ведь ты знал, что все бесполезно. - снова укорила она его, глядя своими водянистыми глазами в черноту его глаз. - Ты принимаешь их слишком близко к сердцу. Это неразумно. Они лишь инструмент. - Что ты делаешь здесь, бессмертная? - холодно спросил он, с трудом сдерживая гнев, а затем выплюнул самое страшное оскорбление. - Твое место в Тени, демон равнодушия, а не с ними. С этими словами Хаос исчез, оставив двух других защитников Ривейна наедине. - Может быть... - усомнился расплывчатый - .. в его словах есть смысл? Кассандра горько рассмеялась. - Как яро он пытался освободиться в начале, как сквозь зубы давал вечную клятву служить... никогда бы не подумала, что теперь все так переменится. - Все меняется. - философски заметил Сомнение, растворяясь в привычной черноте. *** В самой глубокой, в самой черной Тени раздался рев, полный боли, распугавший светящихся виспов. Возводя и круша усилием воли собственные иллюзии, дух перерождал скалы и бушующие волны в пылающие дома, знакомые улицы и силися не слышать где-то там вдалеке детский плач. Он был совсем тихим, но терзал слух не хуже самого громкого вопля. Конечно, ведь это был ее ребенок. И это было ее последняя просьба. "Не дай мне убить мое дитя, когда... когда все закончится." В тот день Нашкель дал вторую клятву, хотя вот уже сотни лет считал, что и одной с него более чем достаточно. Он пообещал сделать все, чтобы сохранить эту жизнь. И сделал все. Все что мог. За те месяцы, годы, что он был соединен с ее матерью, Хаос изменился сильнее, чем за предыдущее тысячелетие. Со временем, Рэми стала и его ребенком тоже. *** Сны. Слишком яркие, слишком живые... они топят рассудок в море впечатлений, не дают проснуться, не дают вырваться из жуткого плена. Воздуха не хватает, а глаза нельзя закрыть, чтобы не видеть... "Нашкель... Нашкель!!" - Рамона редко звала его по имени, а сейчас беззвучно кричала. "Я здесь, милая, прости, отвлекся." - прошептал дух, невидимой ладонью закрывая обожженные глазницы, погружая их в желанную тьму. "Что ты видела?" "Я.. видела, как Гану отрубили голову, и бросили в лавовый поток." - она судорожно вздохнула, - "А потом маленькую девочку, она была вся в крови, а кругом огонь и..." "Тебе нужно поспать немного." - так же ласково, но более настойчиво произнес он, не выпуская воспаленный рассудок из щадящей темноты незнания и шепча. - "Мы разберемся со всем этим потом. У нас есть время."

Свинюшка)) все теперь едят за компом, да?))

Ну... цена вопроса 500 р, можно даже одну в запас взять)) А еще не надо на нее пиво проливать

Повсюду они... повсюду знатоки дварва... :ph34r:

По дороге домой Ноа улыбнулся, тепло, безмятежно. Теперь он знал намного больше. И в его глазах не было ни сожаления, ни жалости, ни вины. - Судьба взбалмошна, своенравна и непостоянна. С ней можно даже попытаться договориться, правда нет никакой гарантии, что договор выполнят. И всё же в неё лучше верить, ведь судьба питается верой. А когда он склонился вперед, Джулия готова была уже забыть все, что было сказано сегодня в беседке, и даже поверить в то, что он сам забыл.. Но это было бы глупо. Крепче сцепив пальцы спрятанных в муфте рук, она не дала себе ни шанса прикоснуться к Ноа снова. Как же он, наверное, устал от всех этих сохнущих по нему благородных девиц, каждая думает, что одна такая, каждая, как очередная черточка на стене каменного мешка рабства, когда их набирается семь, их зачеркивают, чтобы нацарапать еще столько же и снова зачеркнуть... - Гарантии дают только в похоронном бюро. Всем остальным верить смысла нет. Можно только надеяться. Но и надеяться на что-то большее в ее случае бессмысленно. Он посерьёзнел. - О сёстрах я знаю не больше вашего. Домыслы, гадания. Нет нужды просить вас быть осторожней, потому попрошу о другом, геррин. Вернитесь оттуда. Прошу. Ее лицо приняло несколько удивленное выражение. Тонкие брови чуть приподнялись вверх, а на губах снова появилась улыбка, но не такая, как раньше, а очень похожая на его собственную, ту самую, которую ей приходилось замечать во время танца. - Я сделаю все, что в моих силах. - пообещала фрау. Однако, эти слова навели ее на мысль. А мысль эта, в свою очередь, предписывала пригласить нотариуса в особняк на Цигель-штрассе для важного дела. - Я вернусь. - добавила она уже гораздо более тепло и уверенно, хотя в душе у нее уверенности было не так много.

*Приплясывает от нетерпения, с трудом удерживая в себе догадки на тему..* )))

Какашки никого не преследуют) это мы их безжалостно давим сопожищами)

А на территории Боннамара неприятности действуют? То бишь, кубик надо бросать или нет?

- О, да, милочка, я всегда прав. :rolleyes:

- Для вас и для герршерин, - поправил эльф отрешённо и продолжил, размышляя вслух, - То есть - для женщин. Сообщение от служительницы ордена, единственной задачей которого является борьба с от.. с бесами, и который состоит из женщин целиком.. - Хм... об этом я не подумала. - Джулия улыбнулась, однако, улыбка скоро сошла с ее лица. - Ты что-то знаешь о них? Если да, то сейчас самое время сказать. Смотреть ему в лицо было трудно, но она заставила себя, и потом, ведь фрау не сделала ничего, за что ей было бы стыдно. Возможно, потом она будет жалеть о..., но не стыдиться. Впервые после разговора в беседке на Цигель-штрассе Ноа взглянул на хозяйку, безучастный взгляд ожил, выдавая беспокойство. - Боюсь, вас могут ждать опасные тайны, геррин. Он неожиданно шумно вздохнул и, прикрыв глаза, запрокинул голову к небу. - Словно всего остального было мало. - От судьбы не уйдешь, верно? - уголки губ приподнялись в насмешливой улыбке. - Или ты не веришь в судьбу? Ее взгляд встретил обеспокоенные желтые глаза. В них все еще можно было заметить насмешку. Над собой. И сожаление.

До спуска - Целицельство-то да, очень здорово.... - Рамона и случай с Джейн - вот почему Сизарэль решил не продолжать напирать и вести свою линию, - Конечно, у тебя отлично получается! Иначе тебя не было бы с нами, - ухватился он за соломинку и ушёл от темы патриотизма. - Надеюсь, у тебя никогда не будет повода проверять, так ли это. - Рэми грустно улыбнулась. - Но если потребуется моя помощь... только скажи. - Что ты имеешь в виду-у-у? - Сизарэль закупорил колбу и скептически рассмотрел тлеющие листочки - может, стоит взболтать микстуру? Удивительно, но от взбалтывания огонь прямо-таки захватил все листочки, возникнув буквально из ничего - там-то угольков почти не было.... Листочки сгорели полностью, в колбе же царила огромная доза ядовитого газа. - Ага. Ладно, но мне-то столько не нужно, мне вообще газ не нужен.... - и Сизарэль стал оглядываться в поисках местах, куда можно было ыб незаметно засунуть колбу, но в итоге со вздохом положил колбу себе в сумку. - Разобьётся - будет плохо всем.... КТо рядом будет. Так о чём ты говорила? Наверное, противоядия нужны? Провидица мало что поняла из слов про газ, но тем не менее, ухватилась за последнее. - И это тоже. Но я говорила о зелье исцеления. У меня скопилось много трав, их пора применить в дело, тем более Ратиган сказал, что бронто раздавил наш запас. Там много корней, их надо помочь порубить мелко-мелко... чем мельче, тем лучше.

Получив разрешение, Джулия снова присела в реверансе и направилась к выходу, не оборачиваясь даже, потому что она знала - Ноа следует за ней. Когда сестре будет нужно, она без проблем найдет любого из них. Скоро по дорожке возле Благословения Императора простучали кованые копыта пары лошадей, увозящих в открытом экипаже госпожу и ее слугу. Фрау какое-то время смотрела на окрашенные багровым облака, солнечный диск уже скрылся за горизонтом, по улице ползли длинные тени. - У меня дома... - неожиданно начала мейстрин, тут же уточнив. - ..в Лойлезии, морские офицеры говорили, подражая, я думаю, простым матросам, что кровавое небо к шторму. Здесь нет моря, поэтому, перефразируя их, скажу - эти облака не к добру. Этот разговор, что состоялся меж ними совсем недавно... он никуда не делся, и тяжесть от него никуда не делась, пришло только осознание неизбежности и правильности его. Это было разумно, логично.. Джулия тяжело вздохнула. - Что ты думаешь о словах уважаемой Сестры? Интересно, что за разговор она припасла для меня...

До спуска - Как так? - очень сильно удивился Сизарэль, - Ты ведь говоришь на нём! У твоей страны свой собственный язык, и ты говоришь на нём! Тебе не доставляет это удовольствие? Гордость? - Ну... - замялась Рамона. - Я много чего делаю. Разве надо обязательно всем гордиться? Например, взять целительство. У меня хорошо получается. Некоторые даже говорят - отлично. Обычно, это те, кому я помогла. - она улыбнулась. - Удовольствие - да. Гордость - нет.. наверное. Задав вопрос, эльф понюхал чуточку поджаренный корень смерти, поморщился и протянул его Рамоне. - Словно тысяча табачных трубок сразу. Очень лёгкий яд. Если вдыхать несколько секунд, то может очистить помутнённый рассудок. Если вдыхать дольше, например, минуту - исход летален. Очень интересно, что практически каждое ядовитое растение может быть использовано, как лекарство! Провидица взяла и вдохнула запах, почти сразу закашлялась и отдала обратно. - Запах ужасный! - вердикт был неутешителен. - Кстати... твои навыки в этом деле очень похожи на мои. Поможешь мне как-нибудь с зельями?

До спуска - Я ведь ан-нти.... - тут Сизарэль осёкся и рассмеялся, ему стало много легче. Напряжение, вызванное неожиданной ссорой, пршло без следа, - Да, ведь я антиванец. У нас в крови любовь к прекрасному. А твой родной язык? Ты гордишься им также, как я своим? - напрямую спросил он. -No se*. - она беззаботно пожала плечами. - Наверное. Я никогда не уделяла этому вопросу такого внимания. *не знаю (исп.) На Глубинных Тропах Ему тоже пришлось остановиться. - Она сердится потому что... хм, ревнует. Как объяснить ревность? Я не знаю. Но, скорее всего, ты ее чувствовала уже в своей жизни. Твой друг мог бы объяснить лучше, наверное, но я скажу так - тебе кажется, что тебе внимания достается меньше, чем... другому человеку. И тебе хочется с этим человеком что-нибудь сделать... и перетянуть внимание на себя. Иногда довольно глупыми способами. И это не всегда получается. А еще этим не всегда получается управлять. Рамона кивнула сама себе и опустила глаза. Пожалуй, именно это она сейчас испытывала. Это хорошо или плохо... - Я не хочу, чтобы ты целовал кого-то еще. - тихо ответила она.- Это очень плохо? *** Скоро они догнали остальных в Боннамаре. Эти мрачные гномы пугали ее и провидица спряталась за чьей-то спиной

- Рэми... Вокруг не было даже подземного озера, чтобы отвлечь внимание. Жаль. - Я обещал ей присмотреть за тобой. Не думай, что я делал это только потому что обещал, я бы присматривал за тобой в любом случае. Но теперь она ревнует, потому что... - "ну почему что", - я не знаю, что она сама придумала, для меня всегда было тайной то, что происходит в голове у женщины, если дать ей самой накрутить свои эмоции. Провидица остановилась и повернулась лицом к наемнику. - Почему же ты сделал это? - она внимательно и серьезно уставилась ему в глаза, мимоходом убрав выбившуюся черную прядь за ухо. - И ты говоришь она сердится.. не может быть, чтобы просто так. Что значит "ревнует"? Она хочет того же? Х до полвосьмого по всей вероятности