julia37

*загробным голосом* Вам предстоит еще много испытаний, дети мои))

Мастер-пост Музыка воды Утро продолжало быть на редкость погожим, тропический лес был свеж после омовения дождем, лианы оплетали мощные стволы, огромные разлапистые листья, разрезанные самым причудливым образом, не позволяли видеть дорогу дальше пары метров вперед. Айнур, который хорошо знал эти острова, уверенно указывал направление идущему впереди Ашабану, который одолженным на время у капитана изогнутым лезвием срубал сочные стебли и прокладывал тропу через непроходимые дебри. Здесь коссит не натягивал капюшон, не было смысла, и поэтому его белые волосы и рога были теперь выставлены на всеобщее обозрение. После полудня, уже вышедшее из зенита солнце внезапно скрыли низкие, темные тучи. Через секунду потемневшее небо расчертила молния и небеса разверзлись. Потоки воды ударили по листве, земле, превращая ее в грязевую жижу и группе путешественников. Одежда моментально промокла, а уши оглушил не прекращающийся шум крупных капель, ручейков и почти речек, появившихся под ногами. Каждый шаг стоил значительных усилий, ноги разъезжались в скользкой грязи. Музыка воды раздавалась отовсюду, звонкие капли барабанили по листьям, земле и людям, отскакивая, рассыпаясь мириадами брызг. Природа являла красоту одной из своих стихий слишком бурно. Стоило остановиться и поискать укрытие. После недолгих поисков проводник развел руками занавесь из тонких свешивающихся стеблей, скрывающих подходящее место и окликнул остальных. В огромном стволе как раз чуть выше корней чернело внушительных размеров дупло, величиной с небольшую комнату, тесновато, но расположиться можно. Никто и не заметил, как тяжелый сапог одного из путников раздавил прекрасный цветок, спутавший время года. Когда все забрались внутрь, в попытке спастись от беспощадного дождя и наконец притихли, то откуда-то сверху раздалось угрожающее гудение. Глазам непрошенных гостей предстал серый, будто бумажный, сверток, размером с человеческое туловище, висящий на потолке. Только потому, что снаружи было сыро, насекомые* впали в сон и не спешили нападать. Возможно, если сидеть тихо и не тревожить их, ничего не случится? *** Музыка войны Следующее утро, которое было точь-в-точь таким же предательски ясным, как и предыдущее, ознаменовалось трудным подъемом в гору. До полудня они не одолели весь склон, поэтому, как только начали собираться тучи, снова пришлось искать укрытие. Расселина, в которой расположились путешественники, едва ли защищала от дождя, пенящиеся ручьи, которые весело шумели, стекая со склона горы, были так близко, что еще и их брызги летели на путешественников. Стихия и не думала униматься, судя по всему, придется заночевать прямо здесь. Третий день ознаменовался достижением цели путешествия. С вершины открывался потрясающий вид, но далеко не все смогли его оценить. Ашабан внимательно вглядывался в горизонт и молчал, Крисп окинул море взором и скептически произнес. - Ну и где та могущественная сила, которая должна сровнять Минратоус с землей? - Подождем. - коротко объявил коссит и уселся прямо на землю, скрестив ноги. И они ждали. До полудня. Затем прятались от дождя, оставив дежурного, впрочем, из-за ливня все равно ничего нельзя было бы разглядеть. Вновь наступил рассвет и вновь горизонт был девственно чист. - Если сегодня они не появятся, мы уходим. - мрачно заявил маг и бросил взгляд на равнодушное лицо кунари. Все занялись своими делами и только Ашабан напряженно вглядывался в узкую полоску. Он знал, что не мог ошибиться. Через час в туманное дали появилось темное пятно, затем оно распалось на маленькие черные точки, которые постепенно увеличивались и приобретали форму. Во второй половине дня многочисленные точки наконец стали узнаваемы, они заполонили собой все, а небо над головами наблюдателей стремительно чернело, и словно в подтверждение грядущей опасности грянул гром, снова начался ливень, белесой пеленой постепенно скрывая открывшееся зрелище. Небесные воды не желали, чтобы прибывающий флот можно было рассмотреть подробнее, однако капитан Сольвейг успел понять, что корабли, кои сосчитать в течении минуты не представлялось возможным, так их было много, были весьма похожи на неизвестное судно, встреченное в Северном проливе. Ход 5: Решить, что делать дальше. *(Vespamandarinia (лат.) — самый большой шершень в мире, длина отдельных подвидов этого насекомого превышает 5 сантиметров (в среднем — 50,8 миллиметров), а размах крыльев может превышать 7,5 сантиметров.)

Пока нет, но если он станет старовером, то обязательно появятся, Крисп не даст соврать. Думат будет с ним говорить)

Не, ренегат, он ради высоких целей старается (МЕ головного мозга) а тут сволочь в чистом виде))

Наверное поэтому мне и паршиво. Такая гнида...

А я после Прилипалы чувствую себя такой скотиной... хочется вымыться.

Амина и Сольвейг - Не думаю что у этой остались хоть какие-то секреты, - положив одну руку на пояс, а другой почесав затылок, сказал Иоганн, - или если они есть, то ни в коем случае не удивят меня, - на минуту мужчина помолчал, - думаю мне ещё надо убедиться насколько она интересна и запоминающаяся. Рыбины и так полно в море. - Вам виднее, капитан. - Амина пожала плечами, то ли с намеком, то ли без. Неизвестный подвал - Хватит. - без особой жалости в голосе прекратил побои хромой, двое удальцов повинуясь жесту, вышли вон. - А теперь подумай над моими словами еще немного. - хищно улыбнувшись, Прилипала наклонился к побитому и вылил ром из фляжки прямо на ссадины, а кусок мяса швырнул в грязь рядом. - Мне нужна подпись и метка на карте. С этими словами он забрал факел и поднялся по лестнице. День закончился, наступила долгая долгая ночь... Х

ВЛААААСТЬ!!))

Не надо магии крови на мастера *боится* Я сама расскажу)) Скоро по сюжету вы его встретите)

Амина и Сольвейг - А? – вовсе забыв, что рядом стояла Амина, Иоганн запнулся перед ответом, глупо заулыбался. – А я… всё в порядке. Просто увидел тут… одну вещицу, которая меня дико бесит в последнее время. Он помахал ладонью, чтобы ещё раз убедить женщину, что ничего плохого не произошло, и в последний раз бросил тяжёлый взгляд на Катарину. Амина обернулась, проследив мрачный взгляд капитана и увидела ту самую девушку, которую ей пришлось сталкивать с реи. - Бесит, говорите? - орлесианка с присущим ей изяществом сложила руки на груди и усмехнулась. - Должно быть, это очень интересная, запоминающаяся вещь. С секретом. Такие обычно бесят

Мне больше нравился там принц Лимон)) и его налог на дождь)

Амина и Сольвейг Иоганн потупил взгляд в сторону: - Ребёнок может быть и с матерью и с отцом, - так же негромко сказал он, - но рано или поздно он покинет их обоих. Я не пытаюсь каким-то образом вас подколоть или намекать о смерти… просто я хочу быть достаточно прямолинейном. Ведь это «проблема» временна. - Конечно, вы правы, Иоганн. Я ценю вашу прямоту. - перед именем женщина споткнулась, чуть по привычке не сказав "мессир Сольвейг", но вовремя спохватилась. - но я мать. Матери редко логичны в отношении своих детей. Ему всего четыре и до исчезновения проблемы еще так долго... Иоганн уловил на себе взгляд отступницы, попутно заметив, как та изобразила в руках флягу. Намёк был понят сразу, и на лице мужчины исказилась озлобленная гримаса. Но единственное, что он смог сделать на расстоянии от Катарины так это едва заметным и слышным движением губ проговорить «Ко мне. В каюту. Принесёшь». Амина не заметила Катарину, так как стояла к ней спиной, поэтому гримасы капитана ее изрядно удивили. - Вам нехорошо? - спросила она, подозревая у собеседника проблемы с желудком. ____________________________________________ Неизвестный подвал Кости, сломанные еще при пожаре, почти зажившие ... и снова сломанные - те, которым не давали срастись.. Сколько? Не важно... Торнадо сцепил зубы и замер. Вытянуть ногу из-под сапога просто не хватало сил... После вечности голода и пыток - их уже почти не оставалось на то, чтоб отползти в угол и отлить... - Крестик, говоришь, - прошипел сквозь зубы Торнадо. - На завещании? Ты думаешь, в антиванских банках олухи сидят и подписи моей не знают? Рукоятку тебе от моржа - пальчики разомни... Может, расписаться за меня сумеешь.... - Сучонок! - сквозь зубы процедил Прилипала и с размаху пнул здоровой ногой пленника по ребрам, предварительно уперев руку в стену. Раздался хруст. Пират отхромал из камеры в коридор и гаркнул. - Сэм! Билл! Сюда. Надо напомнить капитану Торнадо, что такое уважение. По лестнице загрохотали две пары кованых сапог.

Кэп, я там добавила в последний пост)

Неизвестный подвал - Ты задаешь мне дебильноватые вопросы, на которые я вынужден давать такие же дебильноватые ответы. Да, Прилипала, да, шлюхин сын, я хочу жрать. И ты прекрасно знаешь, что я хочу жрать уже неделю, наверное... А еще ты прекрасно знаешь, что если я это сожру - я буду блевать как в прошлый раз, неделю назад или сколько это было... Просто потому что у меня желудок к спине прирос с голодухи и выдает назад то, что в него попадает... И еще ты, зелень подкильная, знаешь, что если ты сейчас бросишь это на пол... я таки стану это жрать... Видишь, я почти пророк! Торнадо засмеялся - странным полубезумным смехом. Реакция пленника вполне удовлетворила Прилипалу, судя по выражению лица. Он не подался назад, когда с хищным блеском в глазах, Торнадо дернулся за едой, у него было все расчитано. А еще хромой был счастливым обладателем железной выдержки, вперемежку с немотивированной жестокостью. - Раз так, значит мы поняли друг друга. - черноволосый снова сплюнул и поднялся с корточек. - Мне нужно от тебя два крестика - один на завещании, как подпись малограмотного, второй - на карте, где ты зарыл клад. Ты же не настолько туп, чтобы не понимать, что тебя ждет, если опять будешь артачиться, как девственница. Глаза пирата зло свекнули, а сапог надавил на плохо сросшийся перелом ноги узника. - Ну? ______________________________________ Амина и Сольвейг - Ну, хоть я понятия не имею каково вам было и есть сейчас, но, - он скрестил руки на груди пожал плечами, - но любые отношения разделять трудно. Особенно когда есть причина, почему их не стоит продолжать. Выразительная мимика капитана не ускользнула от ее внимания, Амина понимающе улыбнулась и ответила вполне ровным голосом. - Проблема еще и в том, что есть причина не только разорвать их, но и продолжать. У нас есть сын. И что делать с этой причиной, я не знаю... - она тяжело вздохнула

Амина и Сольвейг Пират заметил эту реакцию на Крипса и хоть здравый смысл говорил, что лучше не вмешиваться в чьи-либо отношения, детское любопытство вновь дало вверх: - Сколько я не старался узнать пассажиров и хозяина корабля получше, - а ты вовсе не пытался Сольвейг, мысленно сказал себе пират, - но и так заметно, что между вами и Крипсом словно кошка пробежала. Не один раз. Непосредственность капитана вовсе не раздосадовала Амину, напротив, она соскучилась по откровенности. Да и скрывать было особенно нечего. - Я бы сказала, сотня черных дохлых кошек. - подумав, добавила. - Оживленных некромантией. Затем натянуто рассмеялась. - Не обращайте внимания, просто я почти пять лет была его... любовницей, а теперь мы оба находим, что дальше продолжать эти отношения слишком эмоционально затратно для нас обоих. Он не хочет уступать, это не в его привычках, а я... больше не желаю уступать.

Неизвестный подвал Ты мать мою своим грязным хлебалом не тронь, - тот, или вернее то, что когда-то называлось капитаном Торнадо, прищурило глаза от света и невольно отвернулось, прижимаясь голой спиной к холодной стене - глазам было неприятно. - О чем мы с тобой будем говорить? Ты решил меня удивить? В приливе нежности ко мне признаться захотелось? Или не засралось войти сюда одному? Что-то я твоих плечистых не слышу... - Они тут, неподалеку - хмыкнул черноволосый пират. - соскучиться не успеешь. Тип прохромал мимо решетки туда и сюда, будто раздумывая, а затем отпер замок и вошел в... это была даже не камера, а практически чан с нечистотами, и с большим трудом присел на корточки возле прикованного в стене кандалами строптивца. - Слушай, рыбий хрен, я тут принес тебе пожрать. - и мучитель достал из камзола кусок плохозажаренного мяса и фляжку с ромом. - Ты небось жрать хочешь. Держал он их однако на таком расстоянии, чтобы Торнадо не мог дотянуться. _______________________________ Амина и Сольвейг Краем глаз Иоганн посмотрел на недавнюю знакомую: - Ага, - ухмыльнулся он, - решил, что будет неплохо подышать земной дрянью. - А мне привычнее иметь под ногами твердую землю. Постоянная качка немного выматывает.- Амина приветливо улыбнулась, но улыбка тотчас сползла с ее лица, когда на глаза попался магистр.

Остров К утру Амина чувствовала себя вполне сносно, физически само собой. Морально она была раздавлена, однако ничуть не сожалела о сказанном. Попытки скрыть свою боль спровоцировали Вариуса и его "кампанию". Но теперь с ложью покончено. Женщина одела броню, взяла меч и небольшой мешок, вместе со всеми высадилась на рассвете на остров. Люциус ее не замечал, она его тоже. Краем уха прислушиваясь к разговору Ашабана с Айнуром и Криспом, женщина бродила неподалеку, разглядывая последствия нападения корабля кунари. Судя по всему, даже один единственный корабль обладал весьма внушительной огневой мощью, и похоже, это была не магия. Что это было, Амина понять пока не могла. Неподалеку материализовался Сольвейг и орлесианка решила отвлечься разговором с ним. - Капитан. - поздоровалась она, - решили ступить на твердую землю?

Катарине влетело за все хорошее. Ее наказали. Сначала выбросили за борт, потом передумали, вытащили и... наказали другим способом)))))))) Прелэстно!)

Неизвестный подвал Здесь не было видно смены дня и ночи, вернее не так - здесь была всегда ночь, до того момента, пока вниз не спускался человек с факелом и не приносил с собой короткий, полный боли день. Вот и сейчас узник мог услышать знакомые тяжелые, не равномерные из-за хромоты шаги, наверняка он научился узнавать их и понять, что снова наступает "день". Человек, принесший факел, был смугл и черноволос, здорово припадал на одну ногу и поэтому иногда опирался на свою саблю. На голове его была черная же треуголка, а в другой руке факел. - Вставай, мать твою эльфийку! - с этими словами хромой резко провел по решетке клетки, в которую был брошен узник, на подобие музыкального инструмента, от звука сводило зубы. - Говорить будем. С этими словами он звучно сплюнул себе под ноги и заржал.

В его чёрных глазах мелькнули колючие искорки злости, а челюсти с силой сомкнулись: - Никогда не ставь мне условия! - с нескрываемым раздражением процедил магистр сквозь зубы и вышел прочь, хлопнув дверью с такой силой, что со стены каюты сорвалась на пол картина. Амина вздрогнула, когда картина с грохотом упала, но не обернулась на звук, какое-то время она лежала молча, а потом неожиданно захохотала, как безумная. Несколько минут женщина никак не могла успокоиться и в конце концов смех плавно превратился в судорожные рыдания.

Можно высаживаться на остров.

Люций укрыл её одеялом, вытер руки чистой салфеткой и сказал первый раз за всё время пока проводил манипуляции: - А теперь, послушай меня, солнышко, - его голос был холоден. Ультимативный тон фаворитки магистру не понравился. - Я по-прежнему, люблю тебя. Но указывать мне, что делать, ты не будешь. Я готов поверить, что Фульгинас врёт, но и ты не святая. Сомниари не активизируется на пустом месте. Ему нужна малейшая зацепка и ты её предоставила. Ты позволила ему начать фантазировать. И он не остановиться, пока не добьётся своего или я не остановлю его. Как захочешь. Если тебе кажется, что я мало уделяю внимания, можешь завести себе кого угодно. Но покуда ты "избранная", которая фактически является членом моей семьи, рожать от своих любовников ты не будешь, - он сделал паузу, перевёл дух и уже более мягко сказал. - А теперь, спи. Раны затянуться, всё будет хорошо. - Конечно не буду, радость моя. - однако в ее голосе не было обычного тепла, он звучал резко. - Я сделала это сегодня в последний раз. Ты просто должен решить, что тебе нужно, любящая тебя женщина и мать твоего сына, которую ты любишь, по твоим же словам или толпы ненасытных, жаждущих твоей власти и влияния. Нас с тобой связывает многое и я многим пожертвовала по твоей просьбе. Именно моя уступчивость и привела нас к тому, что есть теперь. - Амина закуталась в одеяло.- И не смей говорить мне о святости. Ты, который спит с любым приглянувшимся человеком без разбора. Ты не знаешь ни верности, ни стыда. Прошло то время, когда я готова была быть для тебя кем угодно, когда я готова была молчать. Моя любовь еще жива, но в твоих силах раздавить ее окончательно. Решай сам. С этими словами женщина, потеряв последние силы, опустилась на подушку и уставилась в потолок. О, она ни на секунду не сомневалась в его ответе, сильнейший маг был слишком слаб, чтобы отказать себе хоть в чем-то.

- Если там были демоны, то не всё обман. Он лишь передал тебе мысли в первоначальном виде. Духи препятствуют работе сомниари. Но лучше бы он исказил их. - Правда ничем не лучше. Выходит, что ты просто отдал меня ему. Как вещь. Он выслушал её и спокойно, сохраняя выдержку и самообладание, спросил: - И что же ты предлагаешь? - Я предлагаю тебе удовольствоваться твоей законной супругой и мной. Не заводить... фаворитов. В конце концов, если кому-то требуется твоя протекция в обществе, неужели обязательно пропускать их через постель? - Когда тебе стало плохо? - Люций приложил тыльную сторону ладони ко лбу Амины. - Ты вся горишь. - Какая тебе разница? Мне плохо с тех пор, как ты оставил меня на попечении своего боевого товарища. - она отдернула голову от его прикосновения.- Пусти. - вторая рука попыталась дотянуться до лопатки и сделав это, женщина сморщилась от боли. - Пусти или... - тут ее откровенно заштормило, хотя качка была самой слабой.

- "Думат"... Но я так и не нашёл его. Я не мог быть там. Я просто не знаю этого места, - проговорил Люций и на минуту задумавшись, сказал. - А ты была там... конечно, с Вариусом, - усмехнулся маг. - Так часто думаешь о нём? И какие мои мысли он тебе показал? - он продолжал держать её за запястье, ощущая необычно горячую кожу. - Так это был обман... Другого и ожидать не стоило. - у нее не было сил даже удивляться, ее светлые волосы потемнели, набрав воды и прилипли к коже. Оправдываться? Ни к чему... - Он плохой друг тебе. - Амина слабо усмехнулась. - Но в одном он прав. Я действительно хочу верности. Твои измены каждый раз до сих пор причиняют мне боль. И не важно, помнишь ты имена этих людей на утро или нет. - она подняла вторую руку, давая понять, что еще не закончила. - Не говори мне о традициях. Меня тошнит от них! Я сказала тебе там, в Тени и повторю еще раз. Я люблю тебя. Ты - моя первая и единственная любовь. Но ты отталкиваешь меня все дальше и дальше. И если я в конце концов сдамся под натиском Вариуса и окажусь в его постели, поздравлять ему себя будет не с чем. Знаешь почему? Потому что это будет целиком твоя заслуга! Через секунду адреналин, давший ей силы, закончил свое действие, голова закружилась. - Теперь, пусти меня, будь добр. Мне плохо...

- Погоди, - он схватил её за запястье. - Последнее время моё пребывание в Тени не слишком радужно, но тебя там не было, это точно. Как ты меня видела, где, с кем? В каком месте ты была за Завесой? Амина удивленно взглянула на Люциуса, потом на свое запястье. Крисп никогда не бывал с ней груб, а этот жест почти отдавал грубостью. - Ты сидел в капитанской каюте "Думата" и разговаривал с демоном гордыни. - ровно сообшила женщина, даже не пытаясь выдернуть руку. - Он говорил, что ты слаб и ранил тебя. А я... - "не могла на это смотреть", подумала орлесианка. - попыталась помочь тебе, говорила, чтобы ты не верил ему и пригвоздила его клешню к столу. Потом кто-то утащил тебя и я снова осталась одна. Закончив этот довольно подробный отчет, опальная фаворитка принялась смотреть через плечо мага на море тусклым взглядом, не обращая никакого внимания на затекающую за шиворот и заливающую глаза воду. Ей было настолько плевать на все... что даже реши Крисп выбросить ее за борт, и тогда не расстроилась бы.