julia37

Каморка покойного Ярна Гай помедлил. Пару часов назад он был готов исповедовать сестру Артурию, но не ожидал, что нужда в духовнике появится у псайкера. Что он услышит от этого кудрявого голубоглазого парня, каждый раз приоткрывающего дверь в обиталища демонов? - Исповедь очищает душу, - сказал он наконец, сплетая пальцы в аквилу. - Склони голову и обратись помыслами к Господу нашему Императору, чтобы он услышал тебя. Я приму твою исповедь. До последнего момента, пока святой отец медлил, Лем боялся, что тот откажет. И в тоже время надеялся на это. Странно, но привыкнуть обнажать душу так и не вышло. Каждый раз, как первый. Чувство вины за сегодняшнее придавило к полу, заставив ноги подогнуться. Кающийся стал на колени, привычная, хоть и не обязательная часть обряда, и склонил голову, как было велено. Священник в Схоластика Псайкана, в обязанности которого вменялось следить за чистотой санкционированных душ, был очень старым. Он любил опираться ладонью на голову коленопреклоненного грешника и кивать головой на любую чушь. Иногда макушку начинало ломить, но Леман все равно не возражал, ведь старик был глух, как камень. Отец Гай определенно не был тугим на ухо и это означало, что он поймет и запомнит все сказанное, хоть и будет связан тайной исповеди. В горле почему-то пересохло, захотелось сглотнуть. - Ты говорил мне о лжи сегодня. И мне следует... я должен... - на полу посреди комнаты совершенно не за что было зацепиться глазу и голубые глаза обратились внутрь себя. Он вдохнул поглубже. - Я не лгал, когда говорил, что делал в твое отсутствие, но... но ты совершенно прав. Это не вся правда. Мне хотелось досадить тебе. Потому что отослал, не объяснив ничего, не позволив даже попробовать пойти с вами. Это низкое, подлое чувство, я... - некоторых усилий стоило заставить себя сказать это, губы болезненно скривились, а голос сошел почти на нет. - я надеялся, что ты не узнаешь. Этого больше не повторится. Знаю, ты наделен властью прощать грехи от Его имени, но сначала... мне хотелось бы получить твое прощение. Грешник замер неподвижно, так и не подняв головы и ожидая ответа. Сняв этот камень с души он мог бы попробовать немного облегчить тот мельничный жернов, который висел на шее постоянно.

За то время, что Леман ожидал святого отца, гнев, вызванный словами братца, улегся до поры до времени. Этому должно быть простое объяснение. Обязано быть. И Арнеб даст его сам, а если нет... Что будет, если нет, Лем не знал. Сейчас это было не важно. Он зашёл следом за Гаем внутрь, прикрыл дверь и опустил глаза. - Я был бы благодарен, если бы ты принял мою исповедь, брат Север.

- А ты не веришь? - снова слегка зловеще улыбнулся псайкер и весьма пристально вгляделся в кучерявого собрата. И если голубые глаза Лемана можно было сравнить с чистым озером то тут была просто чёрная дыра. Всепожирающий монстр не выпускающий даже свет. - Как я уже говорил ты родился не на корабле. Это был... спутник. Огромная масса металла, вращающаяся вокруг красной звезды. Некоторые места его были давно заброшены и ты сам считаешь эти сказки о странных бледных существах не только плодом воображения... У тебя была сестра... старшая. - Добавил он после небольшой паузы. - Вы с ней были довольно близки. Даже ближе чем с родителями. А уж когда у тебя обнаружились способности мать вообще начала шарахаться, как от прокажённого, но это не новость. Продолжать? - немного навис чёрной тенью Арнеб. - Замолчи. - отрезал Леман, он смотрел и смотрел в демонические глаза и не мог поверить в то, что слышит все это. - Замолчи и прекрати фокусничать! Он отлип от косяка в долю секунды и вот уже стоял рядом, с силой сжимая предплечье собрата по проклятью и снова заглядывая в пресловутую черную дыру, только теперь гораздо ближе к горизонту событий. - Ты не можешь... - процедил обычно мирный голубоглазый сквозь зубы c неприкрытой яростью. Арнеб мог читать мысли, наверное, но... мысли в кучерявой голове были под надежной защитой. Их никто не мог прочитать! Никогда! - Кто ты такой? - решение, простое, как все гениальное, ускользало. Это раздражало. Пугало. Значит, его тайна, вовсе никакая не тайна? Или тайны больше... не существует? Голубоглазый отдернул руку, как от раскаленной сковороды и восстановил дистанцию, не глядя больше на долговязого дьявола. - Гай, если мы здесь закончили, я... я должен сказать тебе пару слов. Сделай мне одолжение. Наверху, в каморке. Уставившись в пол, словно устыдившись своей вспышки, а может, желая, чтобы никто не видел гнева в его глазах, Лем вышел прочь и принялся подниматься по лесенке в обиталище покойной Зекки и покойного же бармена. Х

- Ещё один довод в его пользу. - Пожал плечами псайкер. - Зачем бояться того, в чём сам замешан? Или для кого же играет капитан, если он неплохой актёр? - Хочешь посмотреть, как она взглянет на меня? Да ни к чему и так знаешь. - К лицемерию старший определённо привык и не часто обращал на него внимание. - Ты, наверное, веришь, что видишь людей насквозь? - "и я не помню... чтобы говорил тебе о том, что вырос на станции, а не на корабле." Взгляд Лемана отяжелел. - Может быть, так оно и есть. - отступил он. - Капитан, так капитан. К счастью, окончательное решение принимать не мне. Кучерявый бесстрастно уставился в стену напротив. Удивительно, но чем дальше они летели, тем более далеким казался ему собственный собрат-псайкер.

- Капитана мы почти не видели, - напомнил Гай. - Наверх ходили вы с сестрой. И каким он вам показался? - Странным. Скорее даже... напуганным. Ему явно было не по себе. - Не доверяй никому и проиграешь, Леман. Мы думали, что Обвинитель замешан. Зачем же он в таком случае отпустил нас из своих владений? Имя нынешнего капитана пока ни разу не звучало в наших поисках. Только местные. А когда это ты успел так проникнуться к этой, вдове говоришь? Уж не того ли самого пассажира из третьей каюты эта вдова? Откуда она? Плас обмолвился, что богатей летел со Сцинтиллы. Кучерявый смерил длинного долгим взглядом. Дожили. Братец Пфелл, живое воплощение недоверия, обвиняет в недоверии его, Лемана! - Она была добра ко мне. Я спросил ее о покойном супруге, и госпожа Лавье сказала, что он погиб во время несчастного случая на охоте. Впрочем... не ручаюсь, что это правда. Тема была довольно болезненной. "Для нас обоих."

- Зачем говорить? Передать записку или вокс-бусину. Думаешь Вейда отберёт и проверит, что там? А кинжалов таких, сам слышал, сколько хочешь. И все на верхних палубах. Опять же, что ты там делать без него будешь? - Что ты напишешь ему? А если он сам замешан? Не представляю... Впрочем, в прошлый раз капитан ушел со службы один и раньше ее окончания. Можно попробовать подождать его в коридоре. Или убедить вдову пригласить его к ней на ужин. Пассажирке первого класса он не должен отказать, а госпожа Лавье... - тут псайкер смущенно кашлянул. - ... оказалась довольно милой, отзывчивой дамой. Такая радикальная перемена мнений снова доказывала, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок.

- Нам нужен капитан. - вставил свои пол трона Арнеб. - Могло оно попасть в трюмы миновав Вейду? Могло, как и найденный Леманом кинжал. Но, на всякий случай, я бы не исключал возможности, что и она причастна. А она прямое начальство Пласа. Не думаю, что он рискнёт оспаривать прямой приказ пока у нас нет ничего серьёзнее всех этих может быть. А в эту идею и его присутствие в соборе вписывается. Раз уж мы не можем попасть на мостик, капитан сам придёт к вам. Леман пожал плечами. - Ты собираешься говорить с ним при всех? В прошлый раз он был окружен людьми. Рядом постоянно находилась Вейда, пассажиры первого класса. Не думаю, что в этот раз все будет иначе. Если бы выяснить точно, чей это кинжал...

- Надо думать, что делать с Двельтом, - наконец сказал он, по-прежнему ни на кого не глядя. - Во всех исчезновениях, которые здесь происходят, замешан он. Мы могли бы убить его не медля, но тогда снова придется собирать цепочку, связывающую культистов вместе. Значит, нужно больше информации. Священник стал в дверях, а значит, совсем рядом с тем, кто подпирал собой косяк, предохраняя тот от неминуемого обрушения, вероятно. - Значит, мы должны узнать то, что знает он. Надо обыскать его комнату. Или кабинет. - псайкеру тоже не хотелось ни на кого смотреть. Но не злость снедала его душу. Стыд. Вина. - Надо отвлечь его. Госпожа Лавье предложила устроить благодарственный молебен в честь успешного усмирения бунта в трюмах. Это могло бы быть хорошим поводом отвлечь внимание...

Высказанный Линту вопрос так и остался висеть в воздухе, когда в баре появились уже порядком задержавшиеся коллеги. - Гай, Леман, я тут нашёл кое что в коридоре. - На столе, перед кудрявым оказался небольшой и немного влажный свёрток, какой-то бесформенной тряпки. - Он узнал, ну, до того как... - жестом указал на недоеретичесий труп псайкер и не спеша направился обратно к стойке. Леман непонимающе взглянул вослед братцу и развернул платок. Замер. Секунды через три стул, на котором сидел псайкер медленно, со скрежетом отъехал назад. Лицо кучерявого застыло в равнодушной, совершенно не характерной для него гримасе. Что ж, если Арнеб хотел окончательно добить его, следом за Гаем... он выбрал верный способ. На границе сознания мелькнуло белоснежное, ухмыляющееся, равнодушное.. Виски прострелило болью. "Не угадал." Так же медленно, словно боясь совершить слишком резкое движение, он подцепил пальцами край платка и прикрыл то, что осталось от Зекки. Шестой пальчик явственно говорил сам за себя, без опознания уже мертвым ее другом. "Дурочка. Бедная, глупенькая, маленькая... дурочка." - хотелось закрыть лицо руками, но он не позволил себе этой слабости. - "Зачем ты меня не послушалась?" - Ты, наверное, доволен, что так вышло? - такой удобный случай доказать свою правоту. Блестящий просто. Свидетель мертв. Проучить наивного собрата по проклятию получилось как нельзя лучше. Оставив кусок мертвого человека лежать на столе, псайкер отошел к барной стойке и там, скрестив руки на груди, подпер дверной косяк и снова замолчал. Ему было что сказать по поводу Двельта и их дела, но... сил на это не осталось. Все они оказались потрачены на самообладание.

- Когда ты просил, чтобы я тебя не обманывал, я полагал, что и ты будешь вести себя соответственно. Видимо, я ошибался. Пойдемте, здесь не место для разговоров. Это было хуже, чем розги. Хуже, чем палки. Хуже, чем... впрочем, нет, испытания на Терре навсегда останутся на первом месте. Святой отец бил точно в цель, и управлялся со словом не хуже, чем с мечом. Такова его работа... - Но я не лгу! - в отчаянии воскликнул псайкер, но священник уже повернулся к нему спиной, новые оправдания его не интересовали. С секунду Лем потерянно смотрел незрячими глазами себе под ноги. Он ведь действительно ходил ко вдове, и действительно хотел есть, но... Гай говорит не об этом. Совесть стальной рукой сдавила горло. Не в голоде было дело, верно? Что ж, он найдет время и скажет ему. Скажет всю правду. Если, конечно, святой отец захочет ее услышать. *** В бар он вошел следом за сестрой и священником, не сразу сообразив, что за запах ударил в нос. Пока их не было, тут смешались телесные жидкости, и кровь была наименее неприятной среди них. Лем остановился посреди комнаты, когда взгляд упал на труп спеленутого Сида. У переносицы залегла морщинка. Он отошел в противоположный от трупа угол и сел, уставившись в стол, изо всех сил стараясь быть незаметным.

Вот все кругом его хвалят, этого Марсианина.. тоже пойти прочесть что ли?)

20:00 Выговора по радиосвязи не последовало, однако, Леман не обманывался на счет этого. Какая-нибудь расплата обязательно настигнет его за неповиновение и, чтобы отсрочить неизбежное, псайкер малодушно отирался по палубам еще целых два часа, вместо того, чтобы пойти сразу в бар. Всякий раз в голову приходила очередная гениальная идея, почему спускаться еще рано и он шел воплощать ее. Поинтересовался о пропавшем пассажире. Безрезультатно. Желающих узнать свою судьбу все еще не было, а жаль. Безмолвные игнорировали так усердно, что даже взгрустнулось по угрозам дубинкой на первой палубе. Жаль, идея попасть на капитанский мостик провалилась. Ну да ладно. Если все обстоит именно так, как казалось ему сейчас, они туда так или иначе попадут. К концу второго часа разболелся слегка пораненый бок, а от интенсивной ходьбы еще и раскровился. Пятно на шинели заиграло свежим красным. Лем сморщился и решительным шагом зашагал по лестнице вниз, однако, когда до бара оставался всего один поворот, решимость истаяла, как туман на солнце и он привалился к холодной стене, уставившись перед собой. Боль была слишком слабой, чтобы отвлекать, ворча где-то на задворках сознания. Ничего. Когда-нибудь... наступит такое время, и его недовольного взгляда, его мягко укоряющего слова будут стараться избежать другие люди. Он станет, как милорд Сальваторе. Ну, может быть, не совсем таким, все же, до такого величия слишком далеко, но где-то близко. А пока... пока надо потерпеть. Не это ли у него всегда получалось лучше прочего?

- Я... - тут не по годам наивный конспиратор понял, что попался и закончил упавшим голосом. -... в бар. Иду. Гай будет зол. Что ж, зато, пожалуй, впервые за всю свою сознательную жизнь он был сыт настолько, что не хотел есть. Совсем! Хотелось лечь и заснуть на пару часов. Это блаженное ощущение сытости определённо стоило грядущего гнева священника. Наверное...

- Мы нашли записи капеллана. Оказывается, раньше на корабле исчез пассажир-аристократ из первого класса, и снова здесь не обошлось без Двельта. У вас там все в порядке? Хорошо бы выяснить, что это за история. - А я то хотел об этом лично. - Ответили с нижней палубы, на которой Леманом и не пахло, не уточняя последний факт. - Люди Пласа в курсе только самого факта, пассажирами занимается распорядитель. И ещё кое что. Золото, что я у Ярна забрал помните? Так вот, колечко там нашлось капитанское. Старого Трантора. И тут в ухе кучерявого псайкера развернулся весьма информативный диалог. Так вот что случилось в каюте №3! Что же, теперь он начал кое-что понимать. Золото старого капитана у еретика, Двельт, который ошивается по борделям, пропавший пассажир первого класса... оказывается, дорогая каюта еще не гарантия безопасности, верно? Леман торопливо раскланялся со вдовой и покинул гостеприимную каюту, пообещав навестить благородную госпожу снова, как только она пожелаешь, чтобы ей составили компанию. Уже на лестнице он заговорил, целиком выдавая себя. - Гай, ты уже в баре? - очевидно, что если бы непослушный пустотник сам был в Ярновом баре, то не стал бы задавать этот дурацкий вопрос. - У меня все в порядке, я уже иду.

- Да, конечно, но никто не заменит отца. - сказала вдова. Разговор перешел в другое русло, девушка отодвинула тарелку с едой. - Нет. - сказала она, но может тут ее любопытство взяло вверх, а собственно, почему бы капитану и не пригласить пассажиров на небольшую экскурсию на мостик? - Жаль. - посетовал гость. - Было бы любопытно взглянуть. Об идее просканировать мостик на предмет психовони пришлось пока забыть. Разговор, после демонстрации фотографии сына госпожи Лавье как-то не клеился. - Что ж... благодарю вас за гостеприимство. - Леман поднялся из-за стола, все еще глядя куда-то вниз. - Не стану больше отнимать ваше время. Как только встречу сестру Артурию, передам ей ваши слова о благодарственном молебне.

Первый-то где?!))) *чувствует себя Леонардо Дикаприо*)) :happy: Коварный куратор ФРПГ бродит по статусам, как снежный человек)) Заманивает в свое логово! :swoon: Только у нас все гораздо медленней, реже и дольше. (Я об играх, само собой))) Это надо учитывать. То есть, мы на мафию похожи, но... не похожи) Вот. Если какие-то вопросы будут, я на связи, Грей. *** Игра была классная, да) Правда, для меня сильно быстрая какая-то. Эльх коварен! В последние дни, если б я была, то, увы, проголосовала бы против Геллы. Потому как очень уж резко изменил Джефф свое мнение насчет априори мирной Эмили (почему априори мирной, пояснять, надеюсь не надо, да?)), я была почти уверена, что босс - это Джефф, который выгораживает себя. Так что... настоящий босс заслужил.) Всех обвел вокруг пальца) Всем спасибо)

Ой, покажите мне того, кто сразу догадался)) Есть такие?)) А коварство мафии не знает границ, да)

У Джонни сейчас вспышки немотивированной агрессии случаются. Осторожно ^_^

Она показала пикт карточку. Где была изображена счастливая семья с младенцем на руках, - Увы, мой супруг обожал охоту, эта страсть его и погубила. Бедный мой мальчик, он еще не знает, что его отца нет уже с нами . Эмпладия стала печальной задумавшись о погибшем супруге. Она вышла замуж по настоянию родителей, хотя она не любила, но уважала супруга, а потом появился Гарэн. Ее мальчик. Постепенно их брак стал настоящим, хоть и не был союзом двух любящих сердец. Леман несколько секунд смотрел на портрет, а потом опустил глаза. Он увидел там то, чего давным-давно лишился. То, чего у проклятого, вроде него, не должно быть. - Но у него есть вы. Со временем, он утешится. - эхом отозвался голубоглазый, почувствовав, что теряет аппетит. Хотя, причина могла быть банальной. Возможно, он к этому моменту съел столько, что места не осталось даже вон на ту маленькую виноградинку. - Позволено ли пассажирам первого класса посещать капитанский мостик? - кучерявый сменил тему с облегчением. - Я, хоть и вырос в пустоте, никогда не был в рубке. У его спутника не было никакой рубки. Да и зачем?

Когда мужчина упомянул сестру Артурию, то вдова стала более благожелательна. Когда он упомянул последние новости вдова, попросила служанку принести им закуски и немного вина. На столик был установлен изящный поднос с закусками, немного вина. Девушка решила, что с помощью вина сможет вытянуть больше подробностей, которых она так жаждала услышать. - Вы же, несомненно, слышали, что в нижних трюмах случились волнения? Леман покосился на вино. Судя по запаху, это было уже совсем не то, что пресловутая "благодать" из Ярнова бара, но рисковать не хотелось. - Десятки людей, или даже сотни людей - псайкер слегка округлил глаза, в конце концов, ситуация для художественного преувеличения была самая подходящая. - принялись стрелять друг в друга. Убивали направо и налево. Закуски исчезали со сверхъестественной быстротой. Не сказать, что угощение было особенно калорийным, но на безрыбье... - Я там был. - с набитым ртом похвалился он. - Все видел своими глазами. Вот. Пальцем скромно ткнул в кровавое пятно на боку и взглянул на даму с хитринкой. Заинтересовалась или нет?

Дверь открылась и Леман вдруг понял, чего это его сюда принесло. Ноздри затрепетали от... запаха чего-то съестного. В прошлый раз на столе были фрукты. Интересно, а вдовы едят мясо? Хорошо бы, чтоб ели. Псайкер, всем своим видом, ей-богу, не нарочно, вызывающий жалость в чувствительных женских сердцах, сделал шаг и почтительнейше поклонился. - Госпожа Лавье. Сестра Артурия сейчас немного занята, дела ордена требуют ее присутствия в другом месте, а я зашёл засвидетельствовать вам своё почтение и... - псайкер улыбнулся, точно так, как в прошлый свой визит, в роскошной каюте стало еще немного светлее.- ...поделиться новостями. Новости вдова должна была оценить.

Леман ещё раз опасливо покосился на неподвижные фигуры стражей и, убедившись, что прикладом дробовика промеж лопаток его добивать не будут, воровато по-крабьи поспешил по лестнице. Скоро перед дверями каюты благородной вдовицы нарисовался кучерявый голубоглазый оборванец, на боку у которого ещё не подсохло окровавленное пятно. Он занёс руку и постучал.

- Лучше идите с ним. Думаю, после побоища внизу все притихли, но осторожность не повредит. В собор пойдем мы с сестрой... - рассеянно глянув на Артурию, ничего предосудительного Гай не заметил. Зато заметил Леман. Секундой ранее он хотел было снова попробовать убедить священника в необходимости взять с собой хотя бы одного псайкера, на случай психического следа и прочих надобностей, но... взглянув на Гая еще раз, передумал. Леман только склонил голову, подчиняясь. Внешне он выглядел абсолютно спокойным и покорным чужой воле. А что он по этому поводу думал - история на сей раз умалчивала. Такой редкий случай! Выходя за дверь, кучерявый тоже бросил взгляд на сестрицу. Его взгляд был гораздо более обеспокоенным. Последний бой не прошел бесследно для нее. И похоже, мрачное сердце варпа являлось не только проклятым, но и всем остальным тоже. Увы, далеко не каждый мог скоро забыть о такой встрече... Впереди маячила спина Пфелла, но Леман скоро отстал, а потом и вовсе, повернул совсем в другую сторону. *** В первую очередь псайкер отыскал и уничтожил положенный ему на эти сутки паек. Легче стало ненамного и ненадолго. Желудок по-прежнему просил добавки, но порадовать его было нечем. Кучерявый направил стопы свои к их каюте на средней палубе. Вообще говоря, это было довольно глупо, ведь они не знали, не поджидает ли их там кто-нибудь, да и отец Гай велел идти вместе с братцем, но... Леман был обижен, пожалуй. Можно же было позволить ему дойти хотя бы до врат собора? Ну не пустил бы его старик внутрь, и ладно. Но ведь мог и пустить... Впрочем, обижен он был не настолько, чтобы отключать микробусину. Та вполне себе работала на прием сигнала, буде такой поступит. С видом самым беззаботным, псайкер вырулил в знакомый коридор, собираясь, в случае чего, просто пройти мимо двери. Маскироваться не потребовалось. В каюте преспокойно прибиралась горничная. Леман вошел. - Я ненадолго. - успокоил он девушку и присел на свое бывшее место. Что дальше? Сделать то, что приказал Гай? Леман не хотел делать то, что сказал Гай. По-детски упрямо не желал. Он понимал, что у того свои резоны, что он не обязан делиться всеми своими соображениями с кем-то, вроде него, но... В желудке заурчало. Псайкер поднялся на ноги и прошелся по комнате, запустив руки в волосы. Подошел к умывальнику и как следует умылся. А затем решительным шагом вышел прочь. Непослушный мальчик отправился к каютам первого класса. Еще толком не зная, зачем. Может, просто хотелось поболтать с посторонним человеком. - Эй. - у лестницы наверх стояли суровые стражи. - Эй, вы мне поможете? Он беспомощно улыбнулся. - Госпожа Лавье ждет меня. Можете передать ей или ее слуге, спутник сестры сороритки пришел, как и обещал. Х

х