Stormcrow

Рафаль честно предупредил ватиканского ведьмака, что обычно подсознательно сопротивляется любым попыткам воздействия на разум. Тот лишь усмехнулся и невозмутимо успокоил, что в его руках все становятся шёлковыми. И то ли ведьмак был таким мастером своего дела, то ли волчья натура сегодня оказалась покладистой. Даже без головной боли обошёлся, хотя чувство такое, словно ко всей голове применили локальную анестезию. Или к разуму. Попутчики очень правильно не стали ждать или искать Волка. У него в вечернем Риме хватало дел. Едет ли он на аудиенцию к ректору (впрочем, именно аудиенция была у него лишь раз) или вызван особым конвертом в Ватикан (что тоже у него в первый раз) - у Алессандро Коста всегда находились для него мелкие поручения про между делом. Его бессменный куратор всегда использовал эффективно выпадающие возможности. Вот и отрабатывал теперь Рафаль почтальонскую зарплату. Поездку в Грецию он, конечно, не ожидал. Иначе приехал бы со шляпой. Что ж, по дороге пришлось зайти в магазин и купить новую. Конечно, вряд ли он будет столь моден, как суровая Шляпка, но защита черепушки от солнца его заботила больше. Старый добрый ресторан с видом на Колизей не знал отбоя от клиентов, попасть сюда было нелегко. Особенно на чудесный балкончик, где было лишь два-три столика. А вот сангвинара, оказавшего несколько лет назад услугу хозяину, столик в углу ждал всегда. - Сегодня один, мессир? - Да, Антонио. Увы. Хотя предпочёл бы, чтоб иначе, но волки без стаи всегда одни. Официант без лишних собирает два других комплекта приборов и бокалов. Винная карта и вечернее меню. Чем сегодня порадуешь меня, когда растёт луна в летнем небе и тени пляшут под сводами Колизея? Изящный хрустальный кувшин белого пино гриджио. Букет, рождённый в венецианском терруаре, согретый страстным итальянским солнцем и зацелованный дыханием моря. Да, именно то, что нужно. Спасибо, Антонио, иди. К красному мясу - красный кьянти классико, но к цыплёнку - только белое и никак иначе. Нежное белое мясо со средиземноморскими травами. Тандем картофеля с розмарином из дровяной печи. Французы бы посмеялись над любовью сородича к столь простым, но совершенным в своей простоте блюдам. Они просто не бывали в Греции. Хотя и он не мог похвастаться, что объехал вокруг света за 80 дней. Или даже вокруг Европы. Но друзья сестры, имевшие какие-то коммерческие дела с родиной демократии и философии, рассказывали и про невыносимую жару на Акрополе, и про достаточно скромную кухню по меркам даже Италии.

Координата 12 км. Майте, Прохфессор. Транспорт: "Мул" Снаряжение: глайдеры, нож, стазиска, ремонтник, табельное оружие котика, стилы, сканер, энергоячейка, батарея, фонарь, резак, комплект для взятия образцов, ребзир, баллоны обычной ёмкости. Дрон от сканерной комнаты.

Секрет-в-секрете. Прямо как тот самый личный сундучок с магией, сейчас надёжно упрятанный в комнату без магии. Греция? Летом? Ооо. Янтарные глаза с сочувствием глянули на троих светлоликих фэйри и аналитика. Легендарная греческая жара станет для них не меньшим испытанием, чем сама встреча с ангелом. Ангелом, поселившимся почти что в адском пекле на Земле. Впрочем, даже привычному к итальянской жаре французу будет там нелегко. Хм. Задумчиво посмотрел на дерзкую шляпку не менее задиристой итальянки. Кажется, для их личного блага обшляпить в прямом смысле стоит всех перед поездкой. Вопросов у него больше не было, короткий поклон обозначил благодарность за ответы.

Маленькая община. Легче контролировать всех обитателей. Быстрее распространяются слухи. Остров. Сложнее бежать с него, слишком мало путей для отступления. Он бы не выбрал такое убежище. Затеряться проще в большом городе. Но, может, ангелы привлекали к себе внимание и это излишне? - Благодарю за ответы, Ваше Святейшество, messere Rossi. Ещё несколько организационных вопросов, если позволите. Мы добираемся самостоятельно? Будет ли с нами ваш представитель, которому мы должны дать отчёт после встречи? Или мы возвращаемся в Рим, к вам? И под какой легендой мы отправляемся к Кассию? Появление семи столь разных человек привлечёт внимание к нам и к нему.

Знал ли ректор ди Герра? Ректор Академии Рима, сотни лет назад залитого кровью? Стелла? Если знал, раскрыл ли ей? По понятным причинам, подруга Солейнов мало говорила о работе. Ах, да, ментальный блок. Ректор мог бы рассказать только при наличии у дочери допуска, а сама она не смогла бы рассказать друзьям. И к лучшему. Почему ангел решил выбрать его? Он, конечно, верный Волк, но не безгрешный. Не безгрешный. В какие-нибудь древние имена ему прилепили бы страшный эпитет. Рафаль Кровавый. Чёрный Жнец. Душелов. В общем, во имя веры он многим сократил пребывание на земле грешной. Порой спрашивал себя, не слишком ли многим. - Ваше Святейшество, messere Rossi, есть ли у вас предположения, почему Кассий мог выбрать нас? Я не могу сказать за остальных, но несмотря на верную службу Инквизиции ангел Господень за добродетельность меня бы не призвал. Он не стал уточнять. Эти могущественные люди и так могли получить о нём - о них всех - всю информацию, какую только захотели бы. И наверняка это сделали. Ведь каждого соединяли десятки ниточек. С Дани и её друзьями. С Алессандро Коста. С родителями. Со Стеллой и Леонардо ди Герра. С Ламбертом и Ищущими Руана. - И только ли для разговора он нас призывает? Что нам делать, если он даст нам указания?

12:20 - ... Прозвучал сигнал о новом сообщении и она, извинившись перед собеседником, быстро его прочла. Сама ли в действительности сержант приняла это решение, или капитан дала такое поручения, получив отчёт об их совместной работе, это в любом случае говорило о мудрости кого-то из котиков. - Aye-aye, ma'am! - не менее серьёзно козырнул профессор. Конечно, Рэннел никак бы не мог знать, что в полученном сообщении речь идёт о его особе. Наверное, он возгордился бы иначе, что столько места в мыслях капитана отведено ему. Или смутился бы. Если бы умел. Поэтому его лукавая улыбка и невинный-невинный голубой взгляд, встретивший возвращение Мяуте уже привычным ей глаза-в-глаза, точно были совпадением. Никак иначе, нет-нет! - Хотите? - профессор протянул тарелку с чипсами. Оставалось гадать - из запасов корабля или свежезасушенные с грядки за бортом.

Существование ангелов Волк Господень принял на удивление легко. И не только потому, что об этом говорили Его Святейшество и Лорд-Инквизитор Италии. Точнее, их персоны были дополнительным подтверждением. Наличие ангелов идеально вписывалось в его мировоззрение. Если есть демоны и святая магия, то почему бы не быть и ангелам? Может, и архангелы, серафимы? Хотя это уже вопрос небесной иерархии. Её соответствия их земным представлениям. Но роль ангелов в событиях Бойни... История стала внезапно другой. Совсем другой. - Ваше Святейшество, говорили ли ангелы, зачем они посланы? Ведь то, что сказано в Вульгате, вряд ли вся история.

Он видел растерянность, даже, быть может, разочарование Маргариты. Но не мог найти им объяснения. Да и как это сделать, когда человек не говорит с тобой? Поймёт ли она, что это сегодня триумф человека, успешно совершившего социальный суицид? А если нет, то спросит ли? Он уже закончил передавать ей неограниченные права доступа главы экспедиции. Ушла - и ни слова. Как она сказала? Консультации? Теперь он - консультант. Пусть так. Главное, что вряд ли кто усомнится в правах капитана спецподразделения «Умбра», которой подчинился аж сам Элеазар Рэннел. Погладил черепаха. Так оно к лучшему для них всех. Для неё. Хрустнула чипсина из морской капусты. Интересно, предложение об утренних тренировках отозвано? Профессор позволил себе отметить коньяком триумф. Рука баюкала бокал с тёмно-янтарной, мягкой жидкостью, пока глаза бегали по строчкам новой статьи о сравнительных достоинствах сканера, разных прошивок к нему при исследовании морской биоты и оказании первой помощи. Оглянулся на голос, отставил бокал. - А, сержант! Конечно, давайте впишу. Ведь он же для этого получил три докторские степени, верно? Быть администратором. - Отметки 18 км и 12 км. Таак, пока свободны, оборудование посмотрю. Темпл и Рэннел, запи... «Рэннел?». - Решили мобилизовать меня? - мягко улыбнулся Элеазар.

Вождение 20+ за 500 очков. Интеллект +5 за 500 очков. В остатке - 50 очков.

Роскошь кабинета его не очень впечатлила. О, нет, безусловно, обставлен со вкусом, роскошно, но удачно избегает излишеств. Значительно больше впечатлили каменные плиты под дубовым шпоном, тройные замки... Интересно, кроме бдительных (и наверняка особо верных) стражей чем ещё может похвастаться этот кабинет? Сколько всего занимательного, но, увы!, недоступного его взгляду тут скрывается... Его очень радовали эти разумные меры безопасности, учитывая как статус двух человек, ожидавших гостей, так и наверняка сомнительные биографии ряда этих самых гостей. Соблюдая церемониал, Волк Господень преклонил колено и коснулся губами перстня Его Святейшества. Скользнув назад, глубоко поклонился "другу" Папы Римского. Солейны никогда не гнули рабски спину - лишь выражали поклоном почтение и уважение. Замер возле одного из диванов, порадовавшись, что в соответствии с протоколом удачно пришёл в чёрном, и ожидая разрешения сесть. Он видел их раньше на официальных выступлениях, но никогда так близко. И не отказал в возможности легко коснуться их аур. Да. Как и ожидалось, их мощь впечатляла. А способности Его Святейшества бесспорно доказывают, что милостивая рука Иисуса коснулась его.

Вот и всё. Вряд ли кто узнает, что этот переход власти, этот конфликт был специально спланирован опытным интриганом, сейчас прячущим удовольствие от успеха за маской напряжения. Они будут думать, что он пытается сохранить лицо, что он держится, чтобы не показывать горечь поражения, горечь утраты власти. Они будут видеть маску, за которой скрывается маленький триумф. "Люблю, когда всё идёт по плану". Сейчас к этому ощущению примешивалось сожаление, что всё пришлось провернуть именно так. Что пришлось ранить ни в чём не повинную, пылкую волшебницу с Изумрудного Острова. Но ей не стоило спешить или бросать ему вызов прилюдно. Вряд ли капитан будет опечалена, ведь она - профессионал. Она сама направила этот разговор в нужное русло, сыграв ему на руку. Она хотела этого - а он был не против. - Вопросов нет, капитан Брук, - ответил профессор, всё ещё напряжённый после конфликта с Аникой. - Буду ждать заявок. Можно в электронном виде, можно лично, я буду в сканерной. Или если вдруг консультация понадобится. Разрешите идти? - вежливо обратился он к новой главе. Подчеркнуть для всех, что теперь она - руководитель, а они не будут разбегаться по норкам без разрешения. Укрепить уважением, прилюдным признанием её авторитет.

Губы француза в ответ на взгляд Шляпки беззвучно прошептали то, что она и так поймёт: "Ууу, как страшно". А янтарные глаза смеялись. В ответ на поведение он лишь покачал головой. Зачем такие провокации? Дааа, воспитание девицы прошло, видимо, в Египте. Он даже догадывается, у какого животного она научилась там плеваться. Что ж, если сия разношёрстная группа собрана для совместной работы, то придётся во благо совместного взаимодействия заняться перевоспитанием. Noblesse oblige1. ________ 1) "Благородное происхождение обязывает" (фр.).

Рафаль скептически хмыкнул. Оперативник итальянский, может, и была девицей бесстрашной, но определённо не знала, когда это своё бесстрашие демонстрировать. Профессионал не создаёт таких ситуаций просто потому, что того просит кровь, в которой бурлит память тысяч солнечных дней. Если только профессионал не отвлекает этим от чего-то ещё? - Несомненно, сеньора, - влез флорентийский француз, то ли смягчая ситуацию, то ли отвлекая внимание папской стражи от бунтарки. Постучал по виску: - У каждого благовоспитанного, патентованного мага есть специальный сундучок, в котором магия хранится. Мы эти сундучки получаем по окончании Магической Академии ажно из рук Ректора вместе с ключиком. Мисс Смит, вам ведь тоже выдавали такой сундучок? - обратился сангвинар к представительнице ясноглазного волшебного народца с островов. Он ведь и не лукавил. Магия действительно покоилась в особом хранилище - сплаве души, разума, сердца и воли каждого мага.

Доброжелательный взгляд застыл антарктическим торосом, как и негромкий, опасно негромкий тон, от которого повеяло вечной мерзлотой. - Доктор Бьёрк, я сейчас сделаю вам один раз скидку - очень большую скидку - на то, что вы только-только начали оправляться от тяжёлой физической и нервно-психологической травмы. Только поэтому я сделаю вид, что ваших неуместно эмоциональных слов не слышал. Потому что звёзды на моих погонах слишком яркие и большие, чтобы я позволил кому-либо разговаривать со мной в подобном тоне. Он с трудом подавил в себе ледяную ярость и желание ответить так, что молодая женщина пробила бы колодец, которому Марианская впадина позавидовала бы. - Если вы не слышите меня, объясню ещё раз: мы имеем дело не с угрями, морскими змеями или гигантскими кальмарами. Мы погрузились на жалкие 500 метров - и уже столкнулись с опасностями, которые раньше не были известны нам. И капитан права: это война. При всех моих талантах я не военный. Я могу предусмотреть вопросы безопасности на шаг вперёд, два - но не продумать тактику, как капитан Брук и её бойцы. И сейчас мы в той ситуации, где именно она задает теперь тон. И вы бы, доктор Бьёрк, это поняли, если бы дослушали меня, а не начали бы бросаться обвинениями. Профессор активировал экзокортекс и проектор в кают-компании. - Видите? - указательный палец со старыми шрамами на просоленной коже ткнул в последнюю строчку об Ушастике, возле которой мигал значок радиационной опасности.

Сангвинар плавным, мягким движением вежливого (или терпеливого) хищника следовал чёрной тенью в конце их группки. А это означало, что сдавать оружие он будет одним из последних и мог понаблюдать за тем, что же выбирают остальные для лучшей защиты, которая суть нападение. Мисс Блэк - пистолет. Сеньор художник - пистолет, нож и... Николя достался удивлённый взгляд, но... одобрительный? Кажется, птица пришлась по душе Рафалю, если судить по улыбке. Мисс и мистер сиблинги - трость. Ах, эти модные англичане! Трость-меч или трость-шпага. Юная леди ничего не выложила. Наверное, доверяла защиту либо брату, либо своим магическим талантам. Скьявона заняла угол в ящике, следом за ней последовали беретта и две обоймы, а из потайного отделения голенища проследовал в отель-для-оружия боевой нож. Интересно, чем вдруг он - они - привлекли внимание Его Святейшества?

Рафаль с лёгким любопытством разглядывал сеньори... точнее рассыпавшиеся по полу вещицы артефактора! Но вмешиваться не спешил: женская эмансипация, количество людей на узком пятачке да ещё блуждание ряда деталей возле крепкого каблучка Шляпки, с которым его пальцам в перчатках знакомиться совсем не хотелось... Каблучок должен быть приятный, а этот производил впечатление гильотины. Янтарные глаза несколько неодобрительно глянули на строгого братца. Воспитание юноши оставляло желать лучшего, если он позволял себе повышать голос на юную мадемуазель, сестру да ещё и в обществе. Но это их семейное дело. Рассказы об иконах Волка интересовали мало, поэтому он перевёл взгляд на Шляпку. Понимающе хмыкнул. Кажется, её рассказы общительного юноши (или искавшего центр, где можно получить внимание?) тоже не заинтересовали. С серьёзными людьми ему как-то... спокойнее. Конечно, если Его Святейшество поручит ему слушать истории, то он выполнит и такой приказ, но искренне надеялся, что нет. Поискал часы, чтобы проверить время. Хрум. Хрум-хрум. ХРУМ!

Профессор позволил только себе чуть скривиться при упоминании её решения о передаче полномочий. Право слово, нашла кому передавать. Первоклассному пилоту с сомнительными навыками социального взаимодействия и приоритизации. Макс, Хельма, Иван - любой из них подошёл бы лучше, но она выбрала Эдварда Шимидзу. Она задавала вопросы - но в ответах не нуждалась. Он открыл рот и закрыл, как рыба. Наставал момент попкорна и чипсов из морской капусты. Для других, наверное, не для него. Нагнетает обстановку. Реализм, приправленный щедрыми щепотками угрозы. Страхом не удержать команду. Страхом не смотивировать людей. Ты и сплотить их сможешь только на время, милая девочка. Пока горит свет и открыты глаза. Пока дышат ядерный реактор "Архимеда" и биореактор - Водного дома. Они - преграда для сорняков страха, которые ты сейчас сажаешь и щедро поливаешь в их душах. И в своей. Не в его. Он слишком много видел и много сделал, чтобы бояться смерти. Но когда погаснут приборные доски в "Мотыльке" и "Муле", взрывным ростом взмоют сорняки страха, начнут душить их. Чихнёт реактор, заморгает свет - они вздрогнут. Вот это ты сейчас делаешь, дорогая моя Маргаритка с нежной, цветочной заколкой. Войны ты мой цветок, Маргарита Брук. Недовольно дёрнул щекой. Закусил губу. Перевёл взгляд на потолок, ища ответы, просчитывая варианты. Как ловко ты обставила всё. Голубые глаза вернулись на её лицо. На долгое, долгое мгновение. Мгновение, полное возможностей. Настало время принять ещё одно решение. - Вы правы, капитан, - неохотно признаёт седой учёный, урезоненный доводами молодой женщины. - Мы в эпицентре разворачивающейся войны. Это уже не научная экспедиция. Это военная вылазка на территорию противника, где мы собираем информацию. Военно-научная разведка, чтобы понять и подготовиться. Поэтому есть только одно решение, которое я могу принять в этой ситуации. Зря ты боялась, цветок войны, что профессор решит после всего сделанного дать полный назад. - Двоевластие на моей памяти никогда не доводило до добра и только создавало для всех сложности. А поскольку мы, как вы метко выразились, в эпицентре катастрофы, то у нас нет времени для лишних сложностей и разборов полётов. В этой связи, я с этого момента полностью передаю в ваши руки командование экспедицией, капитан Маргарита Брук. Ваше решение по всем вопросам будет окончательным как для меня, так и для экипажа. Свои научные обязанности я буду исполнять в полной мере, какой потребуется. Цвети, милый цветок, цвети.

- Профессор, - быть может несколько поспешно перебила Аника столь самоотверженную речь. Улыбнулась, то ли извиняясь, то ли надеясь таким образом расположить собеседника к своим словам. Профессор мягко улыбнулся. Ей не надо было располагать его к себе. Он и так тепло к ней относился и доверял её уму. - Аника, голубушка, не в обиду: я отдал вчера распоряжение - вы все четверо дружно поступили по-своему в первый же день глубоководного исследования. Какой смысл устанавливать правила, которые соблюдать никто не хочет? Да и надо ли ограничивать творческие устремления. Тем более, это не значит, что я не буду покидать базу. Наоборот, я могу при необходимости и первую помощь оказать, и через камеры посмотреть-посоветовать, и отправиться на подстраховку какой-нибудь из групп в научном, техническом или стрелковом плане. Плюс, кто-то должен и в лаборатории работать, а загонять вас или Ивана сверхурочной работой после дня плаваний тоже нельзя. Или друг друга, если мы все трое будем плавать. Кивок в ответ на предложение Хельмы. - Думаю, теперь актуально будет плавать втроём. Например, биолог, военный и инженер. Биолог будет заниматься прямыми обязанностями, а остальные страховать с вооружением или техникой. Вполне возможен стайный характер других хищников. Именно поэтому, Айзек, я не возражаю против твоих вылазок, - повернулся учёный к старому другу. - Я правильно понял, что вы с лейтенантом Такараи хорошо сработались? Тем лучше, всегда хорошо, когда группы по взаимному... - он помолчал, подбирая слово, - доверию формируются. Плюс, опыта экспедиций у тебя и так хватает. Только либо не заплывай далеко и в районы без связи, либо бери "Мотылька", чтобы быстро вернуться. Тогда всё будет в норме. Я потому и попросил Майте сопроводить меня в дальний заплыв, чтобы те, кто на базе будут, расследовали локальные объекты.

Как и Карла-не-надо-мишуры, Рафаль воспользовался возможностью посмотреть, как себя люди показывают, да послушать их истории. Такие группы просто так не собирают. Их собирают вместе для чего-то. Чем лучше узнает сейчас, тем легче потом. Хм. "Карла-не-надо-мишуры" звучит как-то длинно. О! "Шляпка". Пока просто "Шляпка", а там, может, переведём. Художник-артефактор пока представлял собой загадку. Если присутствие магов, оперативников и аналитика укладывается в формирование группы, то художник как-то выбивается из этой логической задачки. Хотя артефактор... Что ж, автору полночных конвертов виднее, наверное.

Профессор с облегчением выдохнул при виде Аники, её улыбки. Если она улыбается, то всё хорошо. И с грустью поймал себя на мысли, что она редко улыбается в его присутствии. Возможно, это дело в нём? Наверняка. Что ж, она жива, а её улыбка зажигает огоньки в глазах маличиков и девочек, пугает тени. Это самое важное. - Рад видеть вас, Аника, с нами, - улыбнулся учёный. - И лично я глубоко признателен капитану Брук, Ивану и доктору Леманну за их роль в вашем спасении. Голубые глаза севшего по-турецки Рэннела чуть дольше задержались почему-то на Айзеке. - Это возмутительное поведение днищенских грызуль стало последним напоминанием, что моё указание использовать стилсьют не просто прихоть старости, что смерти боится. Лейтенанта и доктора дважды уберегли именно они, благослови Господь их неизвестного создателя. Но даже они с трудом выдержали встречу с метателем молнией. Хм. Эдвард не пришёл пока. Что ж, он услышит в любом месте их, если захочет. - Поскольку здесь все взрослые и самостоятельные люди, я не стану разоряться о неисполнении моего второго приказа: о наличии руководящего состава на борту, - в голосе Рэннела прозвенел металл, а ледяные глаза прошлись по капитану, лейтенанту, старому другу, смягчившись лишь на Анике. Шторм мелькнул и ушёл, сменившись мягкой улыбкой и грустным спокойствием. - Но разве я могу винить пылкую молодость за нежелание жить в подводной темнице из стали? Поэтому с сегодняшнего дня я становлюсь бессменным дежурным и буду сопровождать транспортные средства с помощью дронов сканерной комнаты.

Профессор приветственно кивнул представителям двух разных миров - капитану и биологу. Терпеливо ждал инженеров, двух докторов столь разных наук и Майте.

– Да, мы учтём агрессивность среды, – кивает "живой щит". – Это займёт больше времени, но будет безопасно. Даже стил не панацея. - Да, стилу далеко до Панацеи, - кивает учёный и ищет взглядом их живое благословение, шутит, чтобы сбросить напряжение. Его ещё будет в будущем. - Меркнет перед и её красотой, и силой духа, и остротой когтей.

- Из Лондона и на службе Инквизиции. - счёл нужным добавить интеллигентно харизматичный и молодой мистер, очень естественно, как бы между делом (а на самом деле, просто не имея сил отказать себе в этом маленьком хвастовстве), отводя чуть в сторону полу пиджака, где на внутренней стороне, закреплённая специальной булавкой, всякому, готовому смотреть, виднелась инквизиторская инсигния. - Как отрадно, что Лондонская Инквизиция не видит в молодости порока, - улыбается маг крови, рассматривая инсигнию, вежливо склоняет голову. И не поймёшь - то ли тонко посмеивается, то ли уважительно оценивает таланты столь молодого инквизитора. Вряд ли они слышали про него. Про него и в Италии мало слышали. И хорошо. Так и должно быть. У Волка Господнего несмотря на его верность делу Господа несколько напряжённые отношения с теми, кто стоит на формальностях в отношениях со Святой Троицей. "Мортимер, Морин", - шепчут губы, запоминая. Морт. Мортис. Смерть. Инквизитор и ведьма. Брат и сестра. Интересно, работают вместе? - У вас очень красивый цвет глаз, сеньор Солейн. Никогда такого не видела. - немедленно поделилась она сделанными выводами, с тем видом, с каким сообщила бы солнцу, что оно, это же очевидно, радует всех живущих на земле одним своим наличием на небосводе. - Рафаль, - подтверждает рассматриваемый и расспрашиваемый, ничуть не смущаясь ни первого, ни второго. Ответный взгляд не отрывается от голубых, как озеро Комо, глаз. Смотрите, если хочется, мисс. - Должен был быть "Рафаэль", верно подметили. Но ошибка клерка дала чуть иное имя. Впрочем, меня называют обоими именами. И менее приятные вещи маг крови в свой адрес тоже не раз слышал, и значительно менее нежным голосом сказанные. - Благодарю, мисс Морин, редко такое говорят про них, - снова доброжелательная, чуть потеплевшая улыбка. - Это дивный комплимент из уст ясноглазых фэйри Туманного Альбиона. - Взгляд возвращается на брата. - Надеюсь, солнце Италии будет ласково к вам обоим. Профессионал по яблочкам чуть усмехнулся в ответ на изучающий взгляд темновласки и склонил голову и в адрес второго служителя Инквизиции. Цеховой знак мага крови на левой стороне костюма говорил сам за себя. И Волк не служил Инквизиции. Волк служил Господу, а организации, их структуры - преходящи. Только музыка да план Божий вечны - но не неизменны.

Он прячет растерянность за серьёзность. Суметь извиниться - это мужество и искренность. Негоже принимающему принижать этот поступок. Внимательно слушает котика, чей дух рассекает небеса, а тело - воды океана. - Такараи-сан, вы обеспечивали безопасность доктора Леманна, а отчёт вашего капитана говорит, что дежурство было передано Эдварду. Я не вижу здесь вашей вины. Не вы напали на доктора Бьёрк. Защищала её и привела обратно капитан Брук. - Пожатие плечами, задумчивое, немного печальное выражение лица. - Ваше чувство ответственности делает вам честь, но тут скорее вина другого, если искать виноватого. Раны доктора Бьёрк - последствия её выбора экипировки и, наверное, моя ответственность, что я недостаточно ясно дал понять, что после нападений змеи на Ивана, столкновения с газобрюхом мы работаем на глубине исключительно в стилсьютах. Он помолчал рассматривая алые пятна на щеках сиамского хвостатика. - Теперь будем внимательнее. И ещё от вас, лейтенант, и ваших коллег потребуется больше, чем раньше. Мы соблюдаем правила безопасности, но вы - наша первая и последняя защита.