FalseLemur

Ди - Ди - удалось выдавить пареньку Раза помотал косматой головой, высматривая названного. Дамьен тем временем плелся в хвосте и только-только подходил к окраине. Почуяв на себе пристальный взгляд, посмотрел на моряка, который кивнул на сидящего подле полуэльфа. Нахмурился - ну что уже случилось? А после стало ясно, что случилось. И ожидаемо это беглеца никак не тронуло. Самому бы уцелеть - и уже хорошо. Тем не менее, страдания Ги парень мог понять, хоть и не прочувствовать. Поэтому сел по другую сторону от Ги, благодарно кивнул моряку, отпуская, и взял в обе руки ладонь орлесианца, рассеянно поглаживая пальцами.

Раза Гийом быстро нырнул в кусты вслед за ривейни, сел на землю, поджав колени и закрыл уши руками. Раза присел рядом и обнял мальчишку за плечи рукой. Ничего не говорил - да и что тут скажешь, когда сам подстёгивал любопытство и радость паренька? Мог только сидеть рядом и сочувственно молчать - о том, что среди погибших наверняка были те, кто просто хотел жить, любить и заниматься своим ремеслом. О том, что один полуэльф не погладит гордых и прекрасных галл. О том, что теперь никто не помешает Ги набрать гору сувениров родственникам из Орлея, ривейни старался не думать. Вряд ли полуэльф захочет брать с собой память о побоище.

Раза К тому времени, как они пустили первые стрелы, их родные и близкие были уже мертвы. Женщины, дети, старики. Как водится, самое страшное уже случилось. И это странным образом освобождало. Раза застыл у края поселения.. и не сдвинулся с места, позволив враждующим сторонам самостоятельно решить - завершить - вспыхнувший конфликт. Ни с долийцами, ни с тевинтерцами он ссоры не имел, был готов помогать обоим отбиваться от кунари, порождений тьмы.. да от кого угодно, с кем в будущем не имел бы нужды сходиться вновь. Но бросаться с кулаками, мечом и пламенем на тевинтерцев просто за то, что они считали эту землю не менее своей, чем долийцы? Ставить под угрозу свои с Фогги шансы продолжать работать в Империи? Две стороны пришли на одну землю, духи вынесли решение о том, кто оказался сильнее. Всё так, как должно быть. Сила - приятно. Приятно, когда она на твоей стороне. Тем не менее, долийские дети не заслужили стать жертвами бойни. Даже если участь большинства из них - вырасти такими же недоверчивыми мстителями, как отцы и матери. Которые, к слову, именно из-за пререканий с мирными путниками пропустили реальную угрозу (что странно - не всем же боевым составом они в патруль ходят). Присев за густые кусты всё там же, на краю поселения, Раза отчаянно всматривался в лежащие на земле тела. Но нет, не шевелятся. Мертвы или притворяются. В этом лагере те, кто действительно нуждался в помощи ривейни, уже не могли её получить. - Пусть наши тевинтерцы с ними разбираются, - шепнул пиромант своему котику. За спиной послышались шаги - остальные его догнали. Полуэльф пытался что-то сказать, но ему катастрофически не хватало воздуха. - Гийом, пожалуйста, укройся. Им ты уже не поможешь, - тихо попросил ривейни.

Ди - Ты спрячься куда-нибудь. Гийом не знал что именно он мог сделать, но он вывернулся из хватки волчка и побежал в сторону боя вслед за остальными. Следом Дамьен не побежал (что его опека полуэльфу, не маленький же), но уверенно пошёл. Надеялся придти уже к окончанию схватки или хотя бы оказаться в задних рядах, откуда можно и арбалетом достать, и бомбу кинуть. И где точно нет никаких драконоподобных собак. Раза Тот только легко согласно кивнул в сторону шума и голосов, уже срываясь с места одним быстрым движением. Ривейни бежал рядом, как непокорный лесной дух. Каштановая грива с посветлевшими прядями развевалась, мышцы играли под кунарийской бронёй, а взгляд.. Взгляд, что мог поймать на себе Фогги, был полон не только тревогой за долийцев, но также благодарностью и обожанием. Gracias, mi Gatito.

Ди Гийом растерянно огляделся по сторонам, но ничего подозрительного не заметил. На плечо ему легла рука. Уверенно удерживая на месте. - Т-там б-бой. Не сп-пеши, - тихо предупредил Ди, который слишком хорошо помнил звуки побоища. Долийцы мальчику были интересны ровно в той же мере, что и любой народ со своей культурой. Участвовать в их заварушках Дамьен не видел смысла. Раза - Это заказ? -улыбнулся Гийом, но Раза уже уходил и его не слышал. Ривейни не настолько далеко и отошёл. Болтался-мотался лохматым облаком возле красивых парней. Сначала хотел ответить, что наводка. Но, раз уж кое-кто учил его требовать от жизни больше, то.. - Почему бы и нет? Сочтёмся, - и хитро улыбнулся, прикусив нижнюю губу. — Звуки боя. И просьбы о помощи, — коротко констатировал марчанин. — А наш путь идет именно через их лагерь. - Если просят, то я хочу помочь, - Раза не отпустил руку Фогги, но было видно, что магу тяжело даётся промедление. Не мог он бросить в беде тех, кому лишь несколько минут назад говорил "Почту за честь встречу с вами".

Раза - Но ты не представляешь сколько у меня родственников и им всем захочется долиийские сувениры Раза хрюкнул, сдерживая смех. Демоны пойми этих осторожных эльфов - вдруг ещё решат, что их разыгрывают. - Родня это важно, - покивал патлатый. - Только и ты для них в диковинку. Настоящий городской эльф. Тут, на острове. Смотри, как бы маленькие остроухие детишки тебя самого на сувениры не разобрали, - широкая ладонь опустилась и небольно ущипнула полуэльфа за щёку. - Но вообще, я слышал, что долийцы производят тончайшей отделки сапоги. Или перчатки? А, не помню, - Раза сдул длинную пушистую прядку, что болталась поперёк лица, и оставил Гийома обдумывать услышанное и заводить новых эльфийских друзей. Фейн спокойно последовал куда вели, по дороге коснувшись тыльной стороны ладони ривейни и коротко улыбнувшись ему. Ривейни тут же переключился на ласкового котика, сжав его ладонь в тёплых пальцах. Касание лишь дразнит, а пламени всегда мало касаний. Вернув ответную улыбку, Раза прошептал: - Мы с тобой напару любого уломаем.

Раза - Ага! Мне дома никто не поверит! Если они нас не убъют, конечно же. - Уф, вот это оптимизм! Уважаю, пацан, уважаю, - с широченной улыбкой Раза протянул руку и взъерошил кудри полуэльфа. Притянулся следом за рукой и понизил голос. - Ты только это.. не тырь у них пока что ничего, ага? Ривейни тоже не хотелось, чтобы его тыкали стрелами. Чай, не кунарийские локти.

Раза С ветки спрыгнул долиец, ловкий как обезьяна, и пригласил следовать за собой. - Не бойтесь, шемы. Я верю вам. Остальное решит Хранитель. Идёмте - Почту за честь, - негромко ответил маг, опуская руки. Не стал говорить за всех, но определённый восторг от приглашения в настоящий долийский клан и встречи с настоящим долийским Хранителем испытал. Свободные эльфийские маги ведь мало чем отличались от ривейнских провидиц, если подумать. И те, и те ценили магию, а не боялись её. Защищали свой народ. Слушали природу и духов, заключённых в ней. Искали гармонию. А ещё гибкий, татуированный эльф-провожатый был по-своему красив, и Раза изменил бы сам себе, не приметив это. Запитаться энергией вселенной от эльфийских стройных форм уже не успел, но пообещал себе, что в долийском лагере всё компенсирует. Ривейни выцепил Гиймо взглядом и подмигнул ему. - Прикинь, настоящие долийцы! Это ж твоя история, пацан. Твой народ, считай.

Раза - Стой на месте, шемлен! То "уходите", то "стой на месте". Долийцы, похоже, и сами не знали, чего хотят. А ещё они нарывались. Была грань, которая отделяла уважение от унижение, и поддакивать эльфам, которые вместо торговли и собственной безопасности выбирали сейчас обоснованный лишь страхом и предрассудками риск, было ниже достоинства ривейни. - Броня антаамовская, потому что из лагеря рогатых добыта как трофей. Лагеря, где я в клетке сидел. И если бы не тевинтерец, - кивок в сторону образа магистра, - то и сидел бы дальше. Как видите, я человек свободный, а не чей-то раб забитый, благодаря тевинтерцу. Раза сделал шаг вперёд и чуть опустил руки. Выражение лица сменилось на непроницаемое. - Нам нужен отдых и безопасный путь. Это всё, о чём мы просим. Но если заставите нас защищаться - мы будем защищаться. Рогатые думали, что Кун с ними. Но броня-то их теперь на мне. Лёгкая ироничная улыбка тронула губы мага.

Раза - Вы тевинтерцы?! - крикнул другой голос, более взбудораженный, но кажется настроенный на диалог. - Я - ривейни. Мореход, потерпевший крушение и теперь желающий лишь одного - перевести дух и выбраться из джунглей. Как и все эти люди, - не опуская рук, Раза неспешно повёл головой чуть вбок, намека на остальных выживших. - Путь на восток перекрыт кунари. Враждебными. Вы сами видите, к чему это привело, - маг красноречиво опустил глаза на свою броню. - Среди нас и марчане, и орлейцы, и тевинтерцы. Просто выжившие в крушении. Мы можем за себя постоять, но создавать проблемы не хотим. Мы уйдём, если пожелаете. Но тогда укажите, куда. Повернуть обратно мы не можем, к вам вторгаться не желаем. Наверняка должны быть ещё тропы.

"Держи меня крепче, котик" И котик держал. Защищал в своих объятиях и от застуженного пола, и от кошмаров (хотя откуда им взяться в голове Фоги Фейна, который стойко пропускал мимо все превратности судьбы), да и просто оставался лохматым крепким парнем, с которым приятно засыпать и просыпаться. И почему эти странные люди боятся змей? Наутро Раза не только выглядел довольным, но и был полон сил. Из всех выживших ривейни уже получил всё, чего только мог желать, уверенно смотрел в будущее и был благодарен за целую вереницу подарков, которые ему посчастливилось принимать вчера. Ди же хранил равнодушное молчание. Съел липкие конфеты, запил остывшим чаем. Перепрятывать кинжал не стал - так и нёс у сердца. О "срочном разговоре" тоже словно позабыл - не из тех была беседа, которые можно вести на ходу и в присутствии лишних свидетелей. Бедная капибара пала жертвой легчайшей досады мальчика, который напару с ривейни свежевал и разделывал тушу, размышляя о том, насколько сильно его, привыкшего к городским условиям (об особом комфорте речи не шло - два года провёл в бегах, а там не до придирок), утомили эти бесконечные блуждания в грязи, траве, мошкаре и паутине. Капибара, может, и проявила бы сочувствие к парнишке, но в этот раз от флегматичного грызуна требовалось быть не столько поддерживающим, сколько вкусным. Ещё час ходьбы и рубки, и обессилевшие путешественники доберутся до небольшой возвышенности, где было решено разбить лагерь. Но их остановил пронзительный крик: - Стоять! Ни шагу шемлены! – а со всех сторон на путников направились долийские стрелы. Шемлены, значит. Лишь чистокровные долийцы да их плоскоухие собратья в эльфинажах использовали грязное словечко, как символ бессильной злобы в сторону людей. Раза не возражал. Раза понимал боль народа, чью землю тоже когда-то оккупировали, а историю неумолимо переписывали или вытесняли. Долийцев Раза не боялся, в отличие от кунари. Вернее, боялся - как и всякий, кто не хочет получить стрелу в колено или в зад.. в лучшем случае. Но лесные эльфы жили по своим устоям, уходили оттуда, где не видели для себя места и свободно передавали магию как дар внутри своих племён, чем были похожи на самих ривейни. Если кратко, то остроухие в отличие от рогатых не навязывались, и было бы невежливо навязываться в ответ. - Приветствую вас, достойные потомки Долов, - искренне произнёс маг, развёл пустые руки в стороны и медленно их поднял. Открытые ладони, дружелюбный тон, ни тени страха или коварства во взгляде - ривейни хотел выглядеть мирным и неопасным, таким же он и был. - Мы уважаем ваше уединение и не хотим его нарушать. Ранее мы встретили ловушки - возможно, поставленные вашими охотниками и разведчиками. Мы не стали заступать за них. Не желаем вторгаться и сейчас. Лишь ищем место для отдыха и ночлега после долгого пути. Позволено ли нам будет продолжить свой путь? Мы так же хотели бы приобрести дорожные припасы. Но только если вы не против нашего присутствия.

Ди - Шшш, Ди, ты спишь? - шепотом спросил Гийом, склонившись над спящим. А он действительно спал. Позволил сну сморить себя или до конца боролся с усталостью, но проиграл? Теперь и не узнаешь. Волчонок мирно дрых, поджав ноги к груди. А из кармана его выкатилась чуть смятая медовая конфета.

Ди Немного времени потребовалось Дамьену, чтобы разобрать арбалет и вытащить из полого ложа завёрнутый в бурую, успевшую и промокнуть, и высохнуть тряпицу обломок покрытого кровью кинжала. От крови за два года осталось лишь название - сейчас она больше напоминала коричневый, присохший к лезвию песок. Бережно сунув сохранённый и в шторм, и в стычке с кунари артефакт во внутренний карман куртки, Ди собрал арбалет обратно в рабочую конструкцию и вышел из дома. Ни Фогги, ни Гийома в лагере он не увидел. У костра шли оживлённые разговоры, которые ничуть не походили на тайный сговор. Значит, пусть себе обсуждают, всё равно наутро суть и то, к чему пришли, наверняка оговорят для остальных. А роли добытчика, повара, парня одного полуэльфа и незадачливого алкоголика чувствительно лягались по остаткам бодрости. Поэтому заключив, что Ги просто сбежал от неприятного ему разговора, либо Фогги потребовалась помощь юнги для чего-то, синеглазый не стал отсвечивать, чтобы его ещё к каким обязанностям не припахали, и отступил обратно в тень фазенды. Там он стянул края куртки потуже, обнял себя руками, да так и лёг в уголке в надежде быстро заснуть.

Ди Вроде нормально. Спасибо, а то я боялся что так и буду с дырищей на бедре ходить. Она, конечно, для дрочки бы удобной была бы, но все же... - улыбнулся своей шутке полуэльф. Чем именно дрочка снаружи штанов была удобнее дрочки изнутри, практичный Ди не уразумел. Разве что Ги ьаким окольным образом поедлагал кому-то извне присоединиться к процессу. Но Дамьен не настолько был слуга, да и непривычных развлечений на ручье ему хватило. Поэтому синеглазый волчик только опустил голову и брезгливо поджал губы. - Я хочу п-погов-ворить. С тоб-бой и Ф-фог-ги, - назвать наемника "мессиром Фейном" было предпочтительней, но муторней. При своих, которые не стесняются вслух обсуждать функционал дырок в штанах, можно и пренебречь этикетом. Ди поискал взглядом наемника, который поодаль ото всех что-то мирно попивал у дерева. - Не м-мог бы т-ты поп-просить его н-не ух-ход-дить? - чем дольше говорил, тем сильнее заикался, но все же просительно коснулся руки Ги. - Я скоро п-под-дойду. Чтобы полуэльф вновь ничего себе не напридумывал, Ди самым безобразным образом поставил парня перед фактом и удалился внутрь фазенды с рюкзаком, в спешке попихав швейные принадлежности по внутренним карманам сумки.

Ди Глубоко вдохнув, полуэльф сел скрестив ноги и принялся за работу. В неровном свете костра он приготовил нитку с иголкой, но только он сделал первый стежок, как Дамьен вернулся . Тонкая нить в его дрогнувших пальцах спуталась, а за ней все мысли в кудрявой голове. Но выбора, кроме как продолжать, не было, и стежок за стежком, Гийом изображал саму сосредоточенность, стараясь игнорировать присутствие Дамьена и негромко подпевая себе за работой мягким юношеским тенором куплеты Песни Света на родном языке; гениальным певцом вор не был, но в его исполнении была видна красота, вбитая годами церковной школы. Ди тоже удивился - для слуги вполне естественным было на жалобу о рваной одежде ответить предложением эту одежду починить. Но помощь тут не требовалась. Поэтому Дамьен лишь тщательно сполоснул руки и сел рядом у костра, следя за техникой и частотой стежков. Ложатся ровно и часто, юнга не халтурит. Дамьен чуть улыбнулся, довольный качественной работой, и позволил себе любоваться пламенем, слушая Песнь. Тоже в качественном исполнении. - Крас-сиво п-поёшь, - тихо похвалил парнишка, когда Ги прервался. - И шьёшь т-тоже сносно. Великая похвала из уст того, кто сумел приготовить целого вомбата, впервые встретив сего зверя только тут. Раза Вроде ни с кем им драться не пришлось, ни у кого в плену не побывали, а день выдался насыщенным. Из последних сил борющийся со сном (но сокрушённый в этой неравной битве) ривейни немного поколдовал над костром, запустив туда одну из своих серных призрачных змеек. Пламя взвилось, зашипело, и продолжило тепло гореть ровным бездымным цветком. Пожелав мальчишкам у костра спокойной ночи и пообещав Ги спеть дуэтом под укулеле, Раза нашёл Фогги, уже привычным движением (ещё один приятный ритуал) огладил ему ушко и поцеловал в висок. - Жду тебя, - пообещал нагреть если не постельку, так хоть плесневелый диван или укрытый листьями пол. И ушёл исправно играть роль огненного котика - создавать уют и согревать. Даже авансом.

Ди - Эй, Ди, ты как? Башка не болит? - Гийом с большим интересом рассматривал потрескавшуюся паутинкой стену хижины - Кстати, мне тут бы штаны зашить...У тебя же вроде нитка с иголкой где-то была? Башка не особенно сильно, но потрескивала, мочевой пузырь уже вовсю трещал, а потому Ди благополучно упустил из вида и голые, но целомудренно прикрытые дырявыми штанами бёдра, и направленный в сторону от него взгляд. Просят помочь - он поможет. Что разговоры разводить. - Угу. С-сейч-час, - утолив жажду последним глотком, Ди поднялся с места и быстро скрылся в доме. Оттуда он вернулся с рюкзаком и поманил Ги к костру. Где ещё дырку штопать, как не на свету? - Вот, - парень решил отлучиться в кусты перед тем, как станет зашивать полуэльфу штаны. Вытащил из внутренних кармашков прочную, блестящую, промытую в чём только можно иглу и моток тонких прочных ниток. Затянул рюкзак на ремешки и положил набор юного хирурга-сшивателя сверху. - Я б-быстро. Удивительно шустро для своего размазанного состояния Дамьен ушёл за угол фазенды. Более грязным обросшее мхом и травой здание точно не станет.

Ди Ему было душно, беспокойно и мокро. Паучки ползали по коже, сплетали паутину удушливым ковром, который всё никак не удавалось скинуть. Голову давили тиски, глаза горели, как песком присыпанные. В общем, пробуждение облегчения не принесло. Но думалось уже яснее. Чуть. Ди открыл саднящие глаза и потёр их. Повернулся на спину. Что-то хрустнуло, размякло. Парень приподнялся и пошарил сзади рукой. Извлёк две мятые конфетки. И, вопреки нежеланию что-то сейчас есть, мягко улыбнулся. Заботливо убрал конфетки в карман куртки, чтобы съесть, когда дурнота пройдёт. Ещё немного полежал, пялясь в потолок, но тело отзывалось нещадно - звало одновременно и выпить прохладной воды, и отлить застоявшуюся. Пошатываясь на ватных ногах, Дамьен каким-то чудом вышел из фазенды, не собрав лбом все углы, стены и ступени по пути. Воды. Обойдя початый бочонок как прямой портал в осквернённый Чёрный Город, Ди в темноте добрался до ёмкостей с водой и жадно к ним припал. Пил, смачивал лицо, протирал глаза - в общем, тратил бездумно и нерационально. Но очень уж хотелось.

Раза — Ты позволишь? — улыбнувшись, Фейн протянул руку любимому магу, предлагая помочь подняться и снова облачиться в функциональное и эстетичное плетение. Это.. было странно. Непривычно. Раза часто вызывал у людей и не совсем людей отклик своим добродушием. Внешностью и обаянием, возможно. Милой дуростью? Но ривейни всегда оставался простым сельским пареньком для окружающих - и, в первую очередь, для самого себя. И уж точно ему никогда не подавали руку, спрашивая разрешения поднять. Одеть. Починишь или доломаешь этого ривейни, мессир Фейн - вот в чём вопрос. Но продолжай, будь мил. Ни с кем ещё молодой пиромант не чувствовал себя таким достойным и предусмотрительного вопроса, и ненавязчивой услуги. - Я позволю, - немного растянув момент, чтобы ощутить пьянящий вкус и неожиданно лёгкий вес своей новой роли достойного ривейни, парень прищурился довольным котом и подал руку. Хороший марчанский человек, правильный. Знает, что котики должны на ручках быть, не на траве. Натянув штаны и сапоги, Раза снова постигал все прелести ставшей уже нескучным ритуалом их совместной с Фогги жизни процедуры плетения брони. Следил за порхающими движениями наловчившихся пальцев, оценивал исполнительную четкость, и просто любовался. Много в жизни беспокойного скитальца было заботы, отданной другим. Мало - отданной ему. И только сейчас, жмурясь с улыбкой, понимал цену своих лишений. И больше не хотел когда-либо себя ограничивать.

Раза И, как ты заметил, он очень приятно звучит. В умелом исполнении и бархатистым голосом наречие Оствика раскрывало свой подлинный букет вибрирующих звуков, что ривейни как музыкант сразу же оценил. Но марчанский котик и сам это знал. Иначе бы не вворачивал словечки в нужное время и правильным тоном. Убаюкивая, расслабляя. Погружая в сладкий морок без единой чары. — Моя истинная любовь. Близкая душа, — нежно коснулся губами изогнутых в улыбке уголков рта после каждой фразы и только после отстранился. Вздохнул с ноткой сожаления, глядя на невозможного сверху вниз, и потянулся за разбросанной одеждой. — Если ты не собираешься здесь ночевать, то пора возвращаться. Скоро стемнеет. - Но я тебя не отпускал, - прошелестело игриво-недовольное снизу. Кольцами питона каменные руки пловца оплели, прижали к солнечному магу крепко-крепко. Не до треска костей, но точно уж до умопомрачения. Ладонь хозяйски легла на вихрастый затылок и притянула лицо к лицу для нового поцелуя. - A mhuirnín. M’fhíorghrá, - возможно, чуть коверкая слова, но уловив суть музыкальным слухом, Раза неспешно чередовал полевые уроки изучения оствикского языка с губами носителя этого языка. Получалось недурно и весьма продуктивно. Весьма. Фогги Фейн, светоч науки и парагон языковых познаний. - Ммм.. вот. Теперь идём. Улыбнулся и расплёл змеиные объятия, но сам подниматься не спешил. А зачем? Солнышко - оно такое, встаёт и заходит лишь по расписанию. Лёжа на траве, было так приятно любоваться одеванием марчанина. Почти как плавное, смешанное с танцем раздевание наоборот. Новый вид искусства зарождался тут, не меньше. Да и Раза понимал, что своими силами кунарийскую броню обратно не нацепит. Поэтому смиренно ждал рук помощи, любви и заботы, покачивая ступнёй в такт мысленной мелодии.

Раза — Будем гнуть линию в обратную сторону, чтобы все охреневали от того, какую красоту им милостью Создателя довелось увидеть. - Да, это я. Предложил тебе подрумяниться на солнышке, а убедил выйти из тени к свету. Невозможный ривейнский парень, - улыбнулся, обозревая волшебное само по себе и волшебно ласковое впридачу создание на своей груди. Жалея, что сам - человек, а не змея. Шея короткая. Не дотянуться носом до носа. Не поймать губами губы. А подниматься, разрывать плотный и повсеместный контакт обнажённых тел ради этого.. практичность сбоила. Раза улыбался. Руки уже давно жили отдельно, рассказывая котику на языке неспешных жестов, насколько он прекрасен и желаем. Впрочем, план рационального марчанина, как и обычно, не содержал изъянов и покорил партнёра с первого же озвучания. - Согласен с тобой. Во всём согласен. - "И в нашей красоте в первую очередь", смеялись карие глаза. - Asit tal-eb, - ривейни продекламировал известнейшее кунарийское высказывание и скрепил новый бизнес-план дразнящим шлепком по ягодице партнёра. Ну раз стаканов рядом нет для тоста. И не по рукам же им друг друга ударять. Заняты уж руки, заняты. ♫ — А еще я понял, что с тобой я тот, кто я есть. Кем хочу быть, а не кем полезнее быть в данный момент. И не думал, что еще на это способен. Спасибо тебе, a mhuirnín. Что ты есть. Что ты — ты. - Под солнцем ты всегда волен быть тем, кем пожелаешь. Оно принимает всех и светит всем. На то и солнце, - и снова ласково погладил по затылку. Задумался над тем, как только что построил фразу. Прыснул. - На солнце ты тоже можешь быть, кем пожелаешь, a mhuirnín. Что это слово значит? Мурчавое такое.

Раза — Например? — живо заинтересовался марчанин. - Нууу, - парень снова закатил глаза и даже лоб наморщил, усиленно размышляя. Но как же тяжело это было с такой-то ношей на себе. Руки что к магниту уже притянулись к спине и пояснице Фогги, оглаживая их. - Если я предложу лишить меня девственности, это сработает? Как бы соблазнительно звучало это предложение, знай партнёры о магии времени и её возможных преимуществах. - Или же я могу показать тебе все злачные места столицы, Дарсмуда. Там красиво. Представь себе: купола, на которых солнце играет бликами. Роскошь и богатство торговых кварталов. Запах специй, кофе и табака в воздухе. Смуглые парни и девчонки в яркой и, зачастую, мало что скрывающей одежде. И крыши. Плоские крыши домов в несколько ярусов, по которым легко забраться в такие укромные.. уютные местечки, из которых открывается прекрасный вид даже на сам дворец королевы. Я могу быть твоим гидом, - подкупая, Раза подмигнул и лёгкими движениями пальца погладил шёрстку на крестце своего котика. - Могу быть для тебя всем. Карие глаза согревали теплом, а полные губы растянулись в понимающей улыбке. - Тебе нужно только пожелать, Фогги. Простой ривейнский парень не в силах торговаться с таким.. таким.. Прикрыв глаза, Раза с наслаждением потянул руки на себя, оглаживая котика по всей длине его расслабленного тела. - С таким, - решил остановиться на самом очевидном объяснении.

Раза — Обращайся, — усмехнулся марчанин и повернул голову, чтобы любоваться ненаглядным магом, который, как и полагалось хорошему хозяину, не переставал гладить улегшегося на нем котика. — И тебе тоже спасибо, любовь. Ты ведь и мне позволил отпустить себя. Раза незаметно закатил глаза, всей новообретённой волей сдержав позыв затребовать у преданного новых изъявлений покорности. Ну не дразнись, ну что ты. Не только до Алама ведь, а даже до кустов не дойдёшь, если буду обращаться. - Я это запомню, - пообещал без шуток или хитрых подмигиваний, честно и с благодарностью. Зарылся пальцами в кудри и привлёк ближе к сердцу. - Постараюсь не злоупотреблять твоим доверием. — Я уже понял, что ты хочешь сделать из меня парагона новой системы образования, — рассмеялся тоже, вспоминая разговор в сгоревшем лагере кунари, про мотивацию учить спиритические ривейнские ритуалы. — Может, у провидицы вашей просто не было подходящего мужика под рукой. Спросишь у нее при случае, вам все равно разговор предстоит. - Ну, принимать экзамены у молодых красивых магов я бы тебе точно доверил. Но боюсь, с такими наставниками никакие Круги не смогли бы разместить желающих, эм, получить личную благодарность за успехи в обучении, - потянулся лапкой за лапкой, сплёл эти самые в который уже раз и упокоил на своей тёплой груди. - С провидицей.. да поговорю, чего уж. Но сейчас о другом хочу. С тобой. Освободив руку из пленительных тенет взлохмаченных кудрей, Раза с упоением отправил её в странствие по телу любимого. - Я-то в джунглях рос, а вот вы, которые столичные и городские, порядком одичали. И, должен сказать, - моряк улыбнулся и оценивающе опустил взгляд на наёмника. - Тебе очень идёт. Дикость, свобода, лёгкость. Ты такой мурчавый весь, когда растрёпа. И с рубашкой на груди распахнутой. А это тело.. многое бы отдал, чтобы увидеть его бронзовым. Украшенным всякими узорами. Целовал бы их утром, пробуждая тебя. И ночью, желая сна. Мечтательно поднял глаза к небу и огладил кончиками пальцев редкую мягкую поросль на бедре красивого.

Раза - Спасибо тебе, - Раза поцеловал волшебного в макушку, когда уставший от истового поклонения и принятия ответных почестей марчанин прилёг частично на траву, частично - на обожаемого мага. Ривейни лежал на спине, шкрябая пальцами-коготками спутанные вихры уютно возлежащей на груди светлой головы. И казалось, больше ничего и не нужно было рубахе-парню для счастья. - Я и сам не знал, как сильно хотел.. этого. Отпустить себя. Прошёл двумя пальцами-ногами по груди и легонько нажал на хитрый марчанский нос. - А ещё я понял, что провидица нас с братом неправильно учила. Ну посуди сам: какой дурак откажется от Истязаний и учёбы, когда его ждут такие поздравления, - и пиромант тихо, всё ещё немного хрипло рассмеялся. Да уж. Праздник удался на славу.

Раза