Dmitry Shepard

- О! Быть может, мессир Мастарна, вы тоже возьмете выходной и насладитесь благами города? Постоялый двор может предоставить обученных людей для моей...охраны. Я верно проведу вечер у себя, поэтому не стоит волноваться, что что-то может случится. Безопасность постояльцев здесь всегда обеспечивают на высшем уровне. - Спасибо за предложение, мессир Лурц, но это не в моих привычках, - покачал головой Мастарна, без видимого сожаления отказываясь от щедрого подарка. - И спасибо за лекцию, она была очень познавательной. Я буду у себя в комнате, если вам что-нибудь понадобится. Мессиры, миледи. Сопроводив прощание легким поклоном, Мастарна покинул комнату, даже не сделав попытки выдворить так и остававшуюся на подоконнике миледи в черном.

У меня у самого сорка бегает, Шаи сдох и даже "мяу" сказать не успел, без всяких проблем)) Так что это не с машиной что-то явно, уж извини)

Покои Лурца Мастарна слушал мессира Лурца с не ложным вниманием, при упоминании молодым магом дендрария и библиотек глаза телохранителя вспыхнули истинным интересом, такому типу людей, казалось бы, неведомому. Но, видимо, бывали и исключения из правил, удовольствие от слова написанного определенно не было чуждо Мастарне. Зайди кто сейчас к нему в комнату, нашел бы на столе оставленную книгу стихов фривольных, одним орлейским автором написанных. Вопросы так и рвались с языка Лара, но приход командира их разношерстного отряда заставил Мастарну оставить их пока при себе. - Хотел убедиться, что ты не один. Поскольку пост Лара у дверей оказался пуст. Я ухожу в город. Вернусь поздно. За старшего остаётся Мастарна. - Хорошо, командир, - кивнул в ответ телохранитель, не питая, впрочем, иллюзий по поводу своего "старшинства". Когда и кто его слушать будет?

Невозмутимый телохранитель урвал свою обворожительную улыбку и ноль, ровно ноль объяснений о том, зачем это миледи понадобилось видеть мага. - Прекрасный день, Мастарна, не так ли? Если не о чем говорить, говори о погоде. Этому ее научили с детства. - Вы правы, миледи, - вежливо улыбнулся в ответ Мастарна, подходя ближе. Его тоже учили говорить ни о чем, хоть и не с детства. А еще он через боль и кровь запомнил, что в мелочах с женщинами, тем более такими, как миледи в черном, лучше соглашаться, даже если ты сам не согласен. Меньше будет потом жертв. Одна из ошибок начала его карьеры, чуть эту самую карьеру не загубившая вместе с самой жизнью. - М-миледи?! - Децимус удивленно выдохнул, улыбнулся застенчиво и отступил на шаг, делая приглашающий жест рукой. На своего телохранителя он бросил таки встревоженный взгляд. После последнего разговора с Арсиноей целитель вполне мог рассчитывать скорее на попытку поколотить его, чем на просьбу о помощи.. или зачем миледи пришла? Но Мастарне все же кивнул, мол "все в порядке". В конце-концов, если дело и впрямь дойдет до рукоприкладства, он всегда может кричать. Призыв о помощи, хоть и молчаливый, без ответа не остался, Мастарна вежливо, но непреклонно обозначил намерение зайти в комнату вслед за миледи, а причина нашлась легко, как будто всегда наготове была. - Кстати, мессир Лурц, помнится, вы обещали мне и миледи лекцию по этому самому городу и его Кругу, но тяготы пути не позволили вам осуществить это, - голос Мастарны был в меру почтителен и абсолютно спокоен. - Мне кажется, сейчас вполне подходящая для этого обстановка.

В соседней с Лурцевой комнате гневно хлопнули ставни. А через несколько минут раздался довольно невежливый стук в его дверь. Стучали носком сапога. На невежливый стук немедленно отреагировал телохранитель, появившись из своего номера и невозмутимо уставившись на миледи в черном.

Но выражение лица сменилось. А сменилось оно жалостью по отношению к телохранителю. Боги милостивые… Наверно, он уже начинает от паранойи страдать. Боги, нелегка жизнь телохранителя. И физически, и морально страдаешь день от дня. Охотникам, как и воякам, велено было отдыхать сутки положенные, в хлам напиваться и песни горланить, пока, неожиданно, чья-то смена наступала, а голове звон болезненный. Похмелье. Была в мыслях Улвы тоже часть правды, телохранитель стоящий всегда слегка параноик, один из шрамов незримых, что профессия на тебя налагает. И действительно, нелегка была жизнь телохранителя и тем более, чем более персону высокопоставленную он охраняет. Чем выше подопечный стоит, тем большим виден, а самому врага его еще поди разгляди среди толпы серой, одинаковой. Вот только жалость лишней была, особенно от Улвы и потому как пощечиной по лицу Мастарны ударила, неожиданной обидой и болью в глазах серых отразившись раньше, чем телохранитель ее поглубже упрятать успел. Не нуждается в жалости тот, кто свой путь сам выбрал и идет по нему, трудностей не страшась. - Ладно, - неохотно протянула Улва, ежа плечи. - Улва, пойдем, купим яблочек, видишь Лар уйти не может. А мы всеж вместе тут. А я вот шапку хотел... - голос был менее решительный, Пол сочувствовал Мастарне. Вот ведь, приходится в такой чудесный день стоять тут, как тополь на Имперском тракте. - Я вам благодарен буду, - тихо произнес Мастарна, тусклее, впрочем, чем вначале намеревался сказать.

Теперь спрашивает молчаливо. Смотрит недоуменно. Яблок? Яблочного сидра? А почему ее-то? - А рабы? Почему не рабов об оном попросить? Раба, вернее. Стремительно добрые пожитки иссякли у мессира кудрявого. Потому что раб тот мессиру Лурцу и принадлежит, а не Мастарне? То правда, но не вся. Потому что Лар сам привык все делать, полагаясь лишь на немногих, кому доверяет истинно? И это правда, и тоже не вся. Смотрит Лар молча на Улву и правда в глазах его четко видна. Нет в руках раба того волшебства, что способны руки воительницы смуглой создать, пусть и не магия это и высокородные альтусы лишь нос свой аристократический брезгливо сморщат, едва заслышав слова такие. Но таки есть она и глупо ее отрицать, хоть и пытаются многие. - У раба мессира Лурца и так хлопот выше головы, один он у хозяина остался. А гостиничным слугам или рабам я такое не доверю. А тебе и Полу я доверяю, - пояснил наконец Мастарна, из многих ответов именно такой выбрав.

Видишь, какой марафет на личике навела? Как до пышно волосы расчесала и даже в косу заплела? Умылась даже, чтобы умыться еще раз! Мысли останутся мыслями, но на зов телохранителя тевинтерского остановится и посмотрит в его сторону. Непривычно было надевать новую одежду. Так как платья Улва жаловала не шибко в походе, прогулке обычной с мечом наперевес, - али жаловала, но изуродованные, порванные, что любая дева, кои в жизни не уготовано стать воительницей, ахнула бы громко и в обморок праведный упала, - вот Улве предложили одежду такую. Сорочка легкая, поверх жилет оливковый. Манжеты того же оттенка, перчатки и штаны кожаные. Да и сапоги, вычурные местами, однако для прогулок долгих годились вполне. Мастарна действительно не просто смотрел, но и видел. А что видел и как, то лишь по глазам сказать можно было и улыбке, кои чуть теплее стали, на Улву обращенные. И без привычной настороженности, каковую телохранитель на всякого обращает, вольно или невольно. Сам телохранитель одет был хоть и просто по покрою, но в одежду из ткани качества отменного, белая рубашка с черным жилетом поверх и штаны черные же, с сапогами кожаными, кожи черненой. Но, пусть красноглазка и кивнула утвердительно телохранителю, но смотрит на того с подозрением небольшим. И настороженность уже непривычную, не с поиском угрозы связанную, порождает в Мастарне. Но взгляд мужчина не отводит, глядит смело в озера души алой. Вот он я, не скрываюсь. И зла для тебя не таю и не держу открыто, али скрыто. - Эй, Улва, - вновь неуклюже поздоровался, поправился, - Улва, а ты на рынок пойдешь? Мне одному... А тут дело одно. Вопросительно глянул на Улву и почему-то заодно на Лара. Мастарна не вздрогнул, но дрогнуло что-то во взгляде его, дрогнуло и спряталось под серый камень, как ящерка, что на солнце вылезла погреться, да на нее тень от коршуна упала и потому прятаться надо. - Я как раз хотел Улву попросить яблок купить на рынке, - зачем-то пояснил Мастарна Полу. - И яблочного сидра доброго, если вам не трудно. Самому мне не выбраться, за мессиром Лурцем теперь постоянно присматривать надо, сами понимаете.

И впрямь не ехали. С покорным, но тяжелым вздохом Лурц подчинился. Тем более, что предложение нормально покушать, отмыться и передохнуть с дороги было весьма своевременным и рациональным. И поэтому сейчас столичный мессир сидел по пояс в горячей воде, покуда рабы взбивали белую шапку пены на кудрявых волосах и осторожно терли плечи мягкими губками. Телохранитель приватности подопечного не нарушал и рабов пристальными взглядами не смущал, заняв стратегическую позицию у входа в отдельный зал, где мессир Лурц сейчас отдыхал и в горячей воде нежился. Предварительно, разумеется, проверив, что иного доступа внутрь нет и никто внутри не прячется, устроившись заблаговременно в углу дальнем. Самому Мастарне хватило времени, пока мессир и его последний (но, видимо, самый везучий) слуга в номере обустраивались, чтобы быстро, но тщательно помыться и побриться. Рукам, к сожалению, внимания уделить не получилось, ну да на то вечер был. Нашлось, наконец, применение и одежде обычной, которую Мастарна одел взамен доспеха, что в дороге носил. В железо он облачится, если мессир куда в город выехать пожелает, а пока и меча с щитом хватит. Вот и все развлечения. А оставаться подолгу в постоялом дворе Улве не хотелось. Ни удобства ради, ни тепла, ни отдыха, ни лени, ни тем более внимания чужого. Взгляда любопытного, но до боли назойливого. Вернулась она в свою комнату. Переоделась в одежду чистую и меч с собой прихватила. Сделать, выполнить, купить, приобрести кое-что необходимое оставалось, а там люд найти простой, общество их, где должна красноглазка отдохнуть душой и телом. Заприметив идущую по коридору воительницу, Лар позволил себе улыбнуться, на нее глядя, на алый рубин глаз, что смуглая кожа только больше подчеркивала. И, повинуясь мелькнувшей мысли, произнес, когда девушка уже мимо прошла. - Улва, погоди! Ты в город не собираешься?

6 нубулиса Можно было сказать, что Мастарне, как и миледи в черном, тоже спалось плохо, если бы подобный чуткий сон вполглаза, прерываемый метаниями подопечного и звуками, которые подсознание сочло подозрительными достаточно, чтобы ударить во внутренний тревожный колокольчик, не был бы ему привычен. После вчерашнего инцидента задремавшие было привычки снова взяли свое, Мастарна молчал и держался поближе к мессиру Лурцу, щит его уже не покоился за спиной, а в полной боевой готовности пребывал на правой руке. Город вызвал у телохранителя смешанные чувства. С одной стороны, конечно, приятно было снова попасть в цивилизацию со всеми ее благами. С другой - подобный город был настоящим кошмаром с точки зрения обеспечения безопасности. Непрофессионал, конечно же, сжался бы в один напряженный комок мышц, реагируя на каждого в пределах видимости и быстро утомился, в результате пропустив роковую стрелу или бросок ножа. Мастарна же поступал, как его учили, не противопоставляя себя толпе, а мысленно становясь с ней одним целым, ища несоответствия и нарушения подчиненного уличным правилам течения людских тел и не забывая скользить хватким взглядом по крышам и окнам, а также переулкам, мимо которых они проезжали.

Вероятно, все дело было в том, что Лар и так собирался спать поперек входа в палатку Лурца, причем не спрашивая ничьего для этого разрешения. Однако же, во взгляде Мастарны тоже прорезалось определенное веселье, которого не было раньше. Судя по всему, обижаться на отказ Лар не собирался в любом случае. - Конечно, мессир, как скажете, - склонил голову в легком поклоне Мастарна и, кивнув рабу, взялся за скорбный труд по переноске тела его товарища за пределы лагеря.

- Да... конечно... Маг облегченно выдохнул, когда под действием лечения боль прошла. Раб, бросая возмущенные, но все же скрытные взгляды на телохранителя, отнимавшего его хлеб, с не меньшим рвением бросился обтирать лицо господина, к которому начали возвращаться краски. - Что вы хотите знать? - Завтра мы будем в Маротиусе, поэтому я обратил внимание на ваши руки...они такие неухоженные...меня это...ну...коробит. В пути, конечно, ничего не поделаешь, но сейчас, когда есть возможность и время, могу я заняться вашими руками? У меня все для этого с собой, - наверное, если бы Лурц не получил сегодня стрелу в ногу, Мастарна не стал бы такое ему предлагать, но желание сделать юному подопечному хоть что-то приятное, чтобы сгладить все превратности тяжелого дня, перевешивало обычно нехарактерную для Мастарны робость.

Когда вытаскивали стрелу, Лурц взвыл. Приглушённо, кусая собственную руку, но взвыл. А после откинулся назад, тяжело дыша. На лбу блестели бисеринки пота. - Ненавижу...,- невнятно пробормотал он, дотрагиваясь пальцами до горячего потока. С пальцев заструился было, но тут же иссяк магический поток. Децимус тряхнул головой, пытаясь отвлечься от боли, чтобы сосредоточиться. Вторая попытка была более успешной. Тёплый поток энергии проник в рану, начав стягивать рассеченые ткани меж собой. Сколько раз Мастарна видел, как магия исцеления делает свое дело, столько раз завидовал тем, кто этим умением владел, в отличие от него. Но сейчас привычная эмоция не появлялась, оттесненная прочь сочувствием. Кто другой непременно спросил бы, кого или что ненавидит мессир Лурц, но Мастарна просто принял сам факт. Все равно он ничего поделать не мог. Только как можно лучше делать свою работу. А вот эта мысль кольнула сердце стыдом и горечью. Сегодня он справлялся со своими обязанностями из рук вон плохо. Наставник за такое не похвалил бы. Взяв принесенную рабом миску с водой и дождавшись, когда поток магии иссякнет, оставляя на месте раны только покрытую кровью кожу, Мастарна смочил в воде свой последний чистый платок и принялся заботливо очищать ногу мессира Лурца от крови и грязи. - Мессир Лурц, позволите задать вам вопрос? - с некоторой долей тщательно скрываемой застенчивости в голосе спросил телохранитель у своего подопечного.

- Д-да, - выдохнул Децимус дрожащими губами. - Стрелу... вытащите ее... чтобы я мог... залечить... - Секунду, мессир, - кивнул Мастарна. Пока он помогал Лурцу дойти до палатки, успел бросить взгляд на стрелу, что вертела в руках Улва и помнил, что наконечник у нее был гладкий, без зазубрин. Взявшись за стрелу вплотную к ноге Лурца, Лар одним плавным движением, без рывков, потянул стрелу на себя, под тем же углом, под которым она вошла. Стрела вышла также легко, как и вошла, из раны тут же брызнула кровь. - Готово, мессир, - ненужно проинформировал Мастарна своего подопечного, откладывая испачканную в крови стрелу в сторону.

Лурц тут же зашевелился, цепляясь за своего телохранителя, чтобы встать, со свистом втянув в себя воздух, когда оперся на раненую ногу. Пока что он не произнес ни слова, но миледи вполне выразила его мнение по поводу происходящего. Так, отступая под прикрытием щита, он проковылял пару метров до палатки, лишь на секунду застыв на входе и промычав что-то нечленораздельное сквозь стиснутые зубы - один из рабов был метко убит стрелой, прошившей палатку. Второй в ужасе переводил взгляд с мертвого товарища на хозяина, но быстро отмер, помогая тому добраться до постели. Похоже, проклятье, наложенное на свиту мессира Лурца, действительно имело место быть, еще один раб пал его жертвой. Осторожно опустив мессира на лежанку, Лар с сочувствием посмотрел на последнего раба и с куда большим сочувствием на самого Лурца. Пальцы его, обычно испачканные только в чернилах и, иногда, в земле, сейчас были запятнаны его собственной кровью. - Принеси горячей воды в миске, - сказал вдруг Мастарна рабу, сурово нахмурившись, чтобы спрятать за мрачным выражением лица накатившее смущение. - Мессир Лурц, могу я вам чем-то помочь?

Инцидент Мастарна тоже периодически поглядывал на небо, молчаливо соглашаясь с миледи в черном, что ночь чудо как хороша. Была. Пока не прилетели... поочерёдно три стрелы непонятно откуда. Одна прошила палатку Лурца, другая воткнулась рядом в бревно, на котором он сидел, и третья застряла в ноге так тщательно охраняемой драгоценности. (Лурц - трама голени 6хп) Была ли реакция Лурца лишь удачным стечением обстоятельств или тщательно заученной тактикой? Со сдавленным возгласом маг опрокинулся назад, укрывшись от возможных новых выстрелов за высоким бревном. И не смотря на белое, как одеяния Андрасте, лицо, закушенную от боли губу и лихорадочно блестящие глаза, он показывал удивительную выдержку, какую не ожидаешь у изнеженного столичного протеже высокородного альтуса. Даже если бы Лурц попытался отреагировать как-то иначе, все равно оказался бы на земле, куда его аккуратно, но быстро сбросил бы подхватившийся с насиженного места Мастарна. А так оставалось только присесть перед магом, щитом и собой прикрывая. "Проклятье, насколько же быстрый стрелок!", - думал Лар, безрезультатно вглядываясь в темноту, неизвестный нападающий, похоже, ушел также тихо, как и пришел.

Беру первое улучшение Силы Воли +5 за 250 опыта и Бой с оружием ББ 10+ за 350 опыта. В остатке 0.

Не больше пяти минут прошло, как имперский боевой маг и маленькая волшебница, которой не суждено было выжить в этой стране, исчезли за стеной ближайшего дома. Ещё через пять центурион Красс вернулся с непроницаемым выражением лица и оседлал Тибо, дождался товарищей, и они отправились в путь. За всю дорогу, пока они догоняли шпионов и Лурца, он не сказал ни слова. На очевидный вопрос, заданный по возвращению, Мастарна получил не самый очевидный ответ от Красса "Мы здесь закончили". Но его хватило, чтобы все понять. Центуриона, однако, Лар не осуждал. В конце концов, он сам не так давно готов был убить эту девчонку, пока она не стала причиной новых жертв. Мир несправедлив и никогда не будет иным. С этой истиной Лар познакомился давным-давно. - Лошадок то накормим, а ящеров чем потчевать будем? Или овес всем сгодится, и нам заодно? - Им в еду все сгодится, - хмыкнул Мастарна, слезая с Летана. - Вот мы, с другой стороны, не настолько неприхотливы, чтобы овес так есть.

Она помнила всё, что было до момента одержимости. Поэтому, начала подробно рассказывать мужчине про свою куклу. - Лар, - окликнул Пол Мастарну, - пошли достанем этих двоих из погреба. Надо тут закончить и отправляться. Небось мессир Лурц уже пирует в лучшей таверне Маротиуса. Мастарна не нашел в словах Пола никакого подвоха и, вздохнув, поднялся на ноги, снова возвышаясь на девчонкой, словно бронированная башня. - Побудь здесь, Лина, с мессиром Крассом пока. Будь хорошей послушной девочкой, хорошо?

Девчонка помотала головой и ещё крепче вцепилась в шею взрослого. - Я не помню. Я играла. А потом, там... сижу... - она снова заплакала. Мастарна снова терпеливо отстранил девчонку от себя, преодолевая слабое сопротивление ее рук. - А вот что ты играла, Лина? - было тут что-то неясное, была ли девочка первой? И если не была, то кто был?

Девочка крепче прижалась к шее взрослого и захныкала, прошептав тихо-тихо: - Лина. Я хочу к маме? Где моя мама? На простые вопросы было непросто дать ответ. Да и сейчас Лар уже не мог даже себе ответить, с чего вдруг бросился спасать простую деревенскую девочку. Или не простую. И не девочку. Сложнее было ответить только на последний ее вопрос. - А меня Лар зовут, Лина. Где твоя мама, я не знаю. Что ты помнишь, Лина?

- Девочка была одержимой. А теперь одержима статуя. Все кричали про статую Андрасте, - наконец начал перечислять он. - Но что теперь с демоном? - Хороший вопрос, - отозвался Лар, все же преодолев сопротивление всхлипывавшей девочки и опустив ее с рук на землю. Впрочем, далеко он ее не отпустил, удерживая за плечи. - Хочешь проверить ее еще раз? А ты, дитя? Как тебя зовут?

Демоны, хоть и рассыпали вокруг себя щедро языки пламени и окружены были дрожащим маревом нагретого воздуха, особой проблемы не составили, с одним без труда расправились Красс и Улва, второго легко загнали в угол Лар и Улва, перекинувшийся в медведя Пол оказался уже лишним, два клинка не оставили демону ни единого шанса. А вот потом... Что статуя движется, Лар понял только когда вздрогнул пол под ногами от первого шага тяжелой каменной поступью. А потом, даже не думая толком, метнулся статуи почти под ноги, подхватывая ревущую девочку на руки и со всей доступной скоростью побежал прочь из часовни. - Что это было, твою мать... - у самого себя спросил Тео, поглядывая то на бойцов своего маленького отряда, то на девочку на руках Лара. - Опусти её! - скомандовал он резко, активируя меч. Сказать было проще, чем сделать, девчонка вцепилась в шею Лара так, словно только он и отделял ее от неминуемой смерти. Глядя на центуриона, вполне можно было решить, что это действительно так. - Почему? - мягко спросил Мастарна, обхватив запястья девочки своими, хватило одной ладони, настолько они были тонкими.

Часовня Андрасте Эхо магического взрыва еще не успело утихнуть, как Мастарна уже шагнул внутрь, запах гари почти сразу перебило волной миазмов. Святое место кто-то превратил в скотобойню, раскрасил стены кровью и внутренностями. Вызывало дискомфорт, впрочем, не это, а маленькая девочка, плачущая у ног статуи Андрасте. Ее не должно было быть здесь. Также, как и всего этого. И она виновница?! Лар подошел почти вплотную к продолжавшему плакать и звать маму ребенку. Сколько она уже здесь? Почему до сих пор жива? Лицо Мастарны превратилось в маску, пока он заносил меч для последнего удара по одержимой, но, когда раздался голос Пола, маска треснула, а вздох облегчения мог поколебать пропитанные кровью полосы ткани с вышитыми на них гимнами во славу Андрасте, все еще висевшие кое-где на стенах. - Пол, ты уверен? Но кто тогда это все устроил?

Там уже избушку можно строить)) При наличии петуха - и на курьих ножках))