tеnshi

Юко с готовностью поддержала тост, отчего повеселела ещё больше. - Вы не голодны? - спросила она, деловито наполняя чашечку по-новой, - Мои повара уже, конечно, ушли, но это же ресторан. Мы наверняка найдем что-нибудь на кухне.

Хозяйка вернулась чуть погодя, с чемоданчиком, какие по требованиям безопасности должны содержаться в любом законопослушном публичном заведении. Она одобрительно посмотрела на пустые чашечки, и порхнула на диван. - Давайте ваш нос, Голод-сан. Две чашки крепчайшей версии окинавского авамори пришлись как нельзя кстати. Тонкие пальчики японки легко бегали по лицу Маккензи, не делая особых различий между здоровыми участками и раной. Юко деловито умыла пациента салфетками, и хорошенько приложила многострадальный нос тампоном с дезинфицирующим составом. Нос, влажный, чистый, и несколько перекошенный, просиял всеми оттенками бордового, отчасти уходя в благородную синеву. Какое-то время юная натуралистка взирала на чудо природы. - До свадьбы заживет, - утешила она подопытного, - Винсент-сан? Винсенту-сану досталась та же косметическая процедура, с той разницей, что глубокая царапина на щеке значительно уступала сломанному носу в диапазоне незабываемых ощущений. Кажется, целительница твердо уверилась, что наибольший ущерб ее пациенты понесли в сфере имиджа. Зато прорехи на одежде Моны оказались куда более красноречивы. То ли упомянутые курсы содержали перекос в сторону обработки ножевых, то ли Юко считала, что мужчины должны превозмогать, но повязки на раны оперативницы она наложила быстро, надежно, почти профессионально, после чего гордо оттерла салфеткой испачканные кровью руки и тут же наложила их на свою чашечку. (Мона +3 хита)

- Ханазаки, - терпеливо повторила Юко, скрываясь на минуту за шторкой у минибара. А вынырнув с пузатой бутылкой темного стекла, заверила, - Ваши язвы как рукой снимет. Вы с нами, Война-сан? Она аккуратно наполнила четыре округлые чашечки, две подала мужчинам, одну деликатно подвинула в сторону Моны, одну взяла было в руки, но, подумав, поставила обратно. В таинственной глубине бутылки что-то мягко ударилось о стекло. - Я принесу аптечку. Хозяйка скрылась за дверями, только юката мягко прошуршала по ковру. (крепость выше 50 градусов, стойкость -10)

- Давай, - Фрэнк, уловив восхищение во взгляде, заухмылялся, всем видом говоря "видела-бы-ты-как-я-их-всех". Потом дотронулся до носа, скривился и добавил: - Хуже точно де будед. Но для дачала я бы принял какой-дибудь целебдой микстуры. Юко просияла. - Разумеется, Голод-сан. Я сегодня получила одну чудесную бутылочку. Следуйте за мной, - Она легко зашагала вперед, ничуть не путаясь в полах юкаты и продолжая говорить на ходу, - Винсент-сан, а вы пробовали ханадзакэ. Незамысловатый путь вывел в зал Сакуры, освещенный приглушенным светом ночных ламп, откуда Юко направилась в уже знакомый Фрэнку "кабинет". Комната с диванами и занавесками освещалась только торшерами, и сейчас, в свете только одного из них, здесь царил уютный полумрак.

- У вас такая увлекательная жизнь, Голод-сан, - восхищенно вздохнула Юко, разглядывая разбитый нос с тем же восторгом, с которым сутки назад рассматривала черенок от штопора. Она посмотрела на Мону, на лбу пролегла морщинка раздумий. - Война-сан, - вспомнила японка, и покачала головой, - Я знаю некоторых специалистов, но вы вряд ли захотите с ними встречаться. Они работают, вы понимаете, на кого. Она округлила глаза и одними губами произнесла "Брайс". - Но я могу посмотреть сама, - предложила Юко с энтузиазмом, - Я проходила курсы первой помощи! И заинтересованно покосилась на "оруженосца".

Дверь приоткрылась, и в щели сверкнули любопытные глаза. - Okaeri, Голод-сан, - прошептала Юко и открыла дверь. Сегодня хозяйка Сакура была в юкате, расшитой крупными цветами. Широкий пояс небрежно перехватил традиционное одеяние, наброшенное едва ли не на манер халата, светло-зеленые полы волочились по полу. Юко отступила от двери и с любопытством оглядывала проходящих людей.

- Голод? - сонно переспросила Юко, - Но мы уже закрыты. Вы можете узнать расписание ресторана на нашем са.. Голод-сан! - она опознала собеседника и оживилась, - А я нашла для вас змею. Двери Сакуры всегда открыты для вас и ваших друзей, Голод-сан. Только пусть это будут служебные двери.

Неопределенное сонное мяуканье, отозвавшееся в телефоне, по всей видимости означало "Да?".

- Там, там, - сварливо отозвалась трубка, - Где ему ещё быть, когда эти ушлепки его квартиру спалили.

- Госпиталь Виктории, - проворчал Бобби, - самый надежный медперсонал в городе. Я тебя не знаю, мужик, и посреди ночи знакомиться неохота. Тем более - знакомить. Если те невмоготу, езжай сюда и молись, чтобы у него скальпель на старой квартире не остался.

- Куда едете? - опешил Бобби, - Ко мне едете, что ли? И сколько вас? У меня тут не резиново. Знаешь, мужик, я-то его растолкаю, но я бы под его скальпель щас не лез на твоем месте.

Бобби озадачился. - Не помню, - прошипел он, - Вы мне не за память платите. Финни.. ээээ.. не очень в кондиции. Чо те надо-то от него?

Номер мистера Конолли не отвечал довольно долго. - Ну чо кому надо, - человек, ответивший на звонок, очень старался шептать потише, но с его басом это не очень удавалось.

Предводитель рыжих, уже навостривший лыжи в противоположную от машины сторону, обернулся. В отличие от хромающих "малых", которых изрядно покромсали те же итальянцы, на старшем не осталось ни царапины. - Так вы ж с Финни работаете, - удивился он, - Он сам и шьет. Правда, иногда забывает, что по живому. Рыжий оценил предложение взглядом и ухмыльнулся. - Спроси у него старшего О'Брайана, как подлатаешься. Обмениваться номерами сейчас по мнению рыжего было секундозатратно.

Просто Тин увидел Мото считает что в этом суть мира ведьмака Ушел, ушел :D Я тебе, кажется, все сказал, и ты, кажется, сказала что понимаешь. Больше вниманием не побеспокою.

А что ты сделал со мной, скажи на милость?!

Эй, у вас ещё есть Фокс!

Рыбка, блин xD Ты как будто не пережила две игровые лички с моим участием)

Каким сопряжением черных дыр вы втянули в этот блудняк Мото? :D

Избирательность любви у дам налицо x) Остальные незначительны в калленоцентрической картине мира, вот и их забота не кажется значительной.

Итальянец нахмурился, недоверчиво глядя на бывшего детектива. И разочарованно вздохнул. - Не переживайте, мистер Джонс. Мы с Алексом - лучшие друзья. Может быть даже больше. От вкрадчивого голоса за ухом заложник даже дрожать перестал. Глаза его округлились, он попытался втянуть голову в плечи, но подбородок наткнулся на жестко сжимающую руку. За столом, где скрывался главарь, послышалось что-то, подозрительно похожее на хлопок ладони по лицу. Конте, поскучнев, перебирал стволом темные вихры. - Вероятно, Финн все-таки ввел меня в заблуждение. Что ж. Ничего личного, мистер Джонс. Он вытянул руку над плечом заложника и выстрелил.

- Его? - Конте посмотрел на заложника, как будто в первый раз увидел, - Его убьёте вы, мистер Джонс. После этого мне, разумеется, придется убить вас. Он поцеловал темный затылок, и парень дернулся, физиономию перекосило, теперь ещё и от брезгливости. - Но Алексу незачем умирать, - продолжал итальянец, - Его зовут Алекс, вы знали? Вы ведь здесь жили, кажется, пару недель. Он утомленно вздохнул. - Мои деньги, мой товар. Неужели вы устроили такое великолепное шоу только из-за моего товара, мистер Джонс? Я был там, знаете? Великолепие деструкции.

Не в пример бывшему копу, грабители и головорезы даже не думали скрывать своих чувств. В проем кухни они пялились, как будто узрели там по меньшей мере Деву Марию. Главарь с автоматом тихо выругался, отползая за опрокинутый стол. Бандит с пистолетом у двери попятился спиной к сияющему лидеру, не спуская с мушки дверной проем квартиры. Третий, с ножом, так и замер, низко пригнувшись у пола. Парень в розовом, которому едва ли было больше двадцати, отчаянно замычал сквозь кляп, тараща перепуганные глаза. Конте чувствительно ткнул заложника в висок, и тот зажмурился, мелко дрожа. Итальянец звонко рассмеялся. - Финн был совершенно прав насчет вас, мистер Джонс. Вы исключительно интересная личность. Поговорим об итальянском вопросе. Что же останавливает вас от его решения? Он прильнул щекой к растрепанному затылку жертвы.

Главарь не оценил. И не замедлил выразить неодобрение, зарядив в террориста номер двенадцать из автомата. Заряд вышел так себе, полностью уйдя в ближайшее кресло. За бешеной физиономией Маккензи объявились две, одинаково заляпанные чужой кровью, одинаково жизнерадостные, одинаково веснушчатые. С грохотом распахнулась последняя незапертая дверь квартиры. - Довольно! Франческо Конте стоял в кухонном проеме, прочно перехватив под горло щуплого человека в нежно-розовой пижаме, и ласково постукивал по виску жертвы дулом пистолета. - Мистер Джонс, - итальянец просиял радушной улыбкой, - Наконец-то мы встретились.

Стесняшки Ribka seda_rostro Vuvuzela Капібара Gella