Hikaru

Дениза проснулась ближе к полудню. За это время шевалье успел сходить в город, где продал изукрашеный золотой насечкой и драгоценными камнями, но бесполезный кинжал и приобрел простой, но надежный одноручный меч из неплохой стали. Остаток денег пошел на оплату комнаты и обеда. Виктора беспокоило состояние Дени, разузнав у хозяина в какой комнате остановилась худенькая девушка с длинными черными волосами, он вскоре постучал в комнату целительницы: _ Рамона, можно с вами поговорить?

нелогично - если свалился с дальнего камня, ближе к другому берегу подгрести, чем возвращаться в начало к первому камню

Тогда очередь прокидываем в кубике?

А про Лео молчок))

А у Дэньки, промежду прочим, до сих пор болтается драгоценная статуэтка. Пойдем завтра продавать?

Как получилось, что он привязался к этой смешной девчонке с короткими кудряшками и немного неправильными чертами лица, что, впрочем, только добавляло ей своеобразного очарования? Они и знакомы то чуть больше недели, а Шюрно уже готов предпочесть ее любой из первых красавиц Империи. Взбалмошная, с переменчивым настроением, она не походила ни на одну знакомую Виктору женщину; он уже и не помнил, что увязался за этой странной компанией с главной целью - уличить ЛеРуа в чем-то недостойном, что позволило бы расторгнуть грядущий брак. Сейчас шевалье, наоборот, готов был на все, чтобы приблизить этот день. И основной его заботой стало защитить Денизу от грозящих опасностей. Да, но как уберечь ее от нее самой? Проблема... Самоходная повозка гномов, найденная Ратиганом оказалась настоящим благословением. Без нее путешественникам пришлось бы нелегко. Лириумное подземелье оставило на Денизе гораздо больший след, чем она призналась кому-либо: головные боли, тошнота, необъяснимые приступы слабости... Почти всю поездку она проспала, положив голову Виктору на плечо. Это была единственная защита от удушливого дыма сгорающего в топке угля и пронзительного писка, вонзающегося в мозг на грани слышимости. Шеверни, похоже, ничего не слышал, как и остальные. Или их не беспокоило монотонной звучание одной-единственной высокой ноты, от которого можно было избавится только во сне. Чтобы выбраться наружу, пришлось взорвать проход. И тут бардессе снова не повезло - отлетевший булыжник попал прямо ей на ногу. (дГТ) Виктор тут же подхватил Дени на руки и нес до самого города. Стычку с упырями она в буквальном смысле проспала, придя в себя уже в гостинице, где шевалье потребовал лучшую комнату "для себя и своей супруги". Впрочем, сил возмущаться у девушки не осталось. "Надо поговорить с Рамоной", подумала Дениза, снова проваливаясь в сон.

- Надежду даёт правда, а не ложь, - не согласился дворф. - Но сказки не ложь, - запротестовала Дени. - Сказки, это... это сказки! Ведь правда? - обратилась она за поддержкой к шевалье. В кои то веки Виктор был согласен с коротышкой, но огорчать Денизу тоже не хотелось. - Как скажешь, - невнятно пробурчал он, увлекая бардессу в сторону жилых комнат и задержавшись только чтобы бросить в сторону проводника: "Мы еще вернемся к этому разговору, гном."

- В фантазиях? Хи, - мотнул головой Ратиган. - Пустое. Иллюзии ничего не дают. Только обман. У нас достаточно легенд, мифов и аллегорий, основанных на реальных событиях. А сказки... ложь. - Ган, ну как ты можешь так говорить! - возмутилась вернувшаяся бардесса. Она улыбнулась Виктору, тайком показав ему три шпильки. - Фантазия, это прекрасно, а сказки учат добру и дают надежду.

А Дэньке, между прочим, больше чем Фэй досталось. Только Витек к ней все равно никого не подпустит

- Ах, Дениза! Это... мне? - Королева засмотрелась на арбалет в руках бардессы.- Я слышала, в нашем Лабиринте живет Гусеница - большая любительница загадок и меткой стрельбы. Но... может вы нам что-нибудь споёте? У меня найдутся гусли-самогуды. - С удовольствием, Ваше Величество, - ответила Дениза, довольная, что можно одновременно избавиться от арбалета и продемонстрировать свои таланты. - Я как раз недавно подслу... эээ... услышала новую песенку про суперновомодный танец.

- А у тебя чем отрывать-то есть? - уже с вызовом выдал Ратиган, в упор глядя на волосатого снизу вверх. - А то сломаешь отрывалки. Оэн каган трох гаден экут. - Зрителей многовато, - задумчиво произнес Виктор, глядя на остроухого и целительницу. - Короче, я тебя предупредил.

Ратиган бросил на длинновязого беглый взгляд: - А ты у девок спроси, - стараясь сдерживаться от грубости, насколько это было возможно при изматывающей головной боли, ответил легионер. - Увижу, что лапы к Денизе тянешь, вырву нахрен, - Все тем же безэмоциональным голосом продолжил Виктор. - И вообще, держись от нее подальше. Я понятно излагаю?

На бал Дениза все же опоздала - заплутала в трех соснах. Да так основательно, что успела заглянуть в чью-то гардеробную, причесаться, накраситься, переодеться... Короче, бежать пришлось очень быстро. Чудо еще, что лютню не забыла. - Ваше Величество... Дени склонилась в изысканном придворном реверенсе, да так и застыла, глядя на предмет у себя в руках. Не лютню...

- Дени, солнышко, проверь, ты ничего не забыла упаковать? - Тихо спросил Виктор у Денизы, попутно целуя ее в ушко. - В купальне ничего не забыла? Бардесса, слегка порозовев, отрицательно покачала головой. - А где твои шпильки? - Ой! - Дени бросила на Ратигана извиняющийся взгляд и помчалась в купальню, пока ее никто не занял. Шевалье проводил ее взглядом и подошел к проводнику. - Слыш, белобрысый, чем на тебе намазано, что все девки так и липнут, - поинтересовался он безразличным голосом.

- Если их разъединить, то они снова петь начнут, только теперь уже всемером. - Только не это! - воскликнула бардесса, вспомнив ввинчивающуюся иглой в мозг песню камня. - Надо тогда побыстрей собираться и искать последний, может это их заткнет.

- Если бы я знал "как", я бы уже давно их "успокоил". Для формари песнь лириума - это пытка. Если они не заткнутся, то рядом с этой сумкой я свихнусь через пару дней. - Ооо, что же делать... - Дени высвободилась из объятий Виктора и присела на корточки рядом с Ганом, сочувственно погладив его по руке. - Может, попробовать их разъединить? скажем, дать каждому по камню. Вы не пробовали? Во взгляде шевалье тоже отчетливо проглядывало желание облегчить муки проводника. Отвинтив ему голову.

- Я не знаю, - со вздохом сказал Ратиган, убирая карту в футляр и вновь ощущая мучительную боль в голове от нудного звука. - Джора говорит, что ключи насытились лириумом, потому и поют теперь постоянно. - А я думала это только у меня так... А можно их как-нибудь... успокоить, что ли. - бардесса вопросительно посмотрела на Ратигана. Виктор прошептал ей что-то на ухо, отчего она порозовела, и обнял за талию, с вызовом глядя на гнома.

Поправила

- Я почти все время слышу какой-то писк, - сказала Дениза, выныривая из за угла. За ее спиной маячил шевалье. - Фэй, ты тоже решила подстричься? Зачем?

А я так поняла, что в ту же самую

- Просыпайся, соня, - прошептал насмешливый голос прямо в ухо. На сей раз Дени лежала в бассейне. Глиняный панцирь уже размяк под действием горячей воды, и теперь Виктор снимал его остатки, одной рукой поддерживая голову девушки, чтобы она не утонула. Коричневая липкая грязь неохотно сползала с тела, обнажая лохмотья старой кожи, как у линяющей змеи или ящерицы. - Ооо... - простонала Дениза, сморщившись от отвращения. - Что "ооо", - передразнил Виктор. - Давай помогай лучше. Он провел рукой вдоль тела девушки, срывая мерзкие ошметки. Бардесса, почувствовав тошноту, отвернулась. - Ну вот, совсем другое дело. Такой ты мне еще больше нравишься. "Издевается он, что ли", с тоской подумала Дениза, но голос Виктора звучал вполне серьезно. Она рискнула вновь посмотреть вниз и замерла: под отслоившейся грязью и старой кожей проглядывала новая - молочно белая, отливающая перламутром и без единой ниточки шрама. Выхватив губку, Дени стала с остервенением освобождаться от старой оболочки, точно бабочка, рвущаяся прочь из куколки на волю. Шевалье только посмеивался, глядя на такое рвение. - Давай помогу. - Развернув девушку спиной к себе, он стал аккуратно тереть ей спину между лопаток. - Теперь твоя очередь. - Виктор вручил ей губку и подставил спину, украшенную большим шрамом левее позвоночника. - А тебе не больно? - Бардесса осторожно потрогала рубец и смыла с его спины лоскут отслоившейся кожи, в том месте где мужчина сам не смог дотянуться. - Это ты про шрам? Там давно все зажило, так что не бойся, три сильнее. Я тогда получил хороший урок - никогда не поворачивайся спиной к недобитому противнику. - Я запомню, - серьезно сказала Дени, хотя давным давно знала эту прописную истину. - Запомни, - согласился Виктор, рывком сажая ее на край бассейна и выбираясь следом. - Пусть вода очистится, - пояснил он, склонившись над сложной системой кранов и рычагов. - Сделать попрохладнее? - Да нет наверное... - пролепетала девушка, не сводя глаз с физического подтверждения интереса шевалье к своей персоне. Он озадаченно повернулся и довольно заухмылялся, заметив ее взгляд. - Нравится? Ты еще не знаешь, на что он способен! - А почему ты считаешь, что меня это интересует? - довольно сухо ответила девушка, отводя глаза. - У меня, между прочим, жених есть. - Восьмидесятилетний старикан, - расхохотался мужчина, обняв Денизу и крепко прижимая ее к себе. - Как же, помню. Он не будет возражать. - Зато я буду! - бардесса слабо дернулась, пытаясь вывернуться из его объятий. - Не будешь, - прошептал Виктор, закрыв ей рот поцелуем и пуская в ход руки. Дени почувствовала, как ее решимость слабеет, ноги подгибаются, а тело плавится словно воск под умелыми ласками шевалье. Что ей оставалось сделать? Только сдаться на милость победителя...

Дени очнулась в уже знакомой купальне. Тихий плеск воды грохотом отдавался в ушах, заглушая негромкий спор двух голосов. - Да понял я, понял! Все будет как надо! - послышался раздраженный голос шевалье и сразу за тем громкий всплеск нырнувшего (или упавшего) в бассейн тела. "На кого он сердится?" вяло подумала бардесса. Мысли текли медленно и тягуче, словно патока. И еще слабость, такая, что невозможно шевельнуть ни одним членом, даже веки, и то подчиняются с огромным трудом. Она открыла глаза и долго лежала так, бездумно пялясь в потолок и вслушиваясь в недовольное ворчание, доносящееся из бассейна вместе с характерными звуками мытья. - Ты очнулась! - в поле зрения оказалось худощавое мужское лицо, покрытое темными пятнами и без привычной роскошной шевелюры. "И я тоже так выгляжу!", мелькнула паническая мысль. Девушка зажмурилась и с трудом выдавила из себя: - Не смотри на меня! Я уродина! - С чего ты взяла? Ты очень красивая. "Успокаивает... Значит совсем все плохо..." Из глаз брызнули слезы. - Дениза, открой глаза. - Мягкая рука нежно смахнула слезинки с длинных ресниц. - Ну же! Посмотри на меня! Она хотела отвернуться, но не смогла повернуть голову. Глаза открылись сами собой. - Что ты еще навыдумывала, дурочка? На этот раз она хорошо его рассмотрела: испугавшие ее пятна оказались размазанной по лицу мазью, а мокрые волосы попросту прилипли к голове и шее длинными и по-прежнему густыми прядями. - Я не могу пошевелиться, - пожаловалась бардесса. - Это потому что ты обмазана лечебной глиной. - Успокоил ее Шюрно. - Тебе еще так две склянки лежать... Демон, чуть не забыл! Мужчина ненадолго исчез из ее поля зрения, а потом снова появился и продолжил как ни в чем не бывало: - Чуть не забыл часы перевернуть. Через полчаса снова переверну, а потом избавлю тебя от этого панциря, так что потерпи немного. Зато потом станешь еще красивее прежнего. "Правда или успокаивает?" Насколько Дени могла видеть, сам Виктор был в полном порядке. - А что с другими? - спросила она. - Как Рэми? Ей хуже всех пришлось. Если бы не она... - По крайней мере, все живы. Сейчас ими тоже занимаются. Ты бы лучше поспала пока. Дениза хотела ответить, что не хочет спать, но глаза закрылись сами собой, словно на нее наложили сонное заклинание, и вскоре сознание девушки снова по грузилось во тьму.

Меня Витек лечить будет) если успею, напишу пока в метро еду

Дени тайком стрельнула в Волшебника острой шпилькой из лютни

Дениза честно попыталась понять, что драматичного в коликах, но так и не поняла и принялась в очередной (двадцать пятый) раз настраивать лютню.