Hikaru

Я запутался - у вас еще вечер, или вы там всю ночь трындели пока утро не наступило?

[Предыдущий день. После поджога каюты Элирии.] окончание

- Драм, ты как? Драм, прихрамывая, направился к начальству. - Жабры не отросли, оба глаза на месте! - бодро отрапортовал он.

Поняв, что остановить не в меру шустрого ученого можно только одним способом, бард героически пожертвовал собой, сунувшись прямо под ноги дворфу. "Эх, быть мне камбалой!"

Альв долго медитировл на берегу озера. Так долго, что незаметно для себя заснул. Ему снился пронизанный солнцем лес, бирюзовые озера, ласковый теплый ветер и девушка с зелеными глазами, его сестра-близнец. Они болтали, смеялись, творили маленькие чудеса. Смех Элени был подобен маленьким колокольчикам. Потом он ныряли с обрыва в озеро. "Я лечу, лечу!" - кричала эльфийка. "Конечно", отвечал ее брат, "мы и должны летать, ведь мы - ветер..." Как всегда, к утру сновидения развеялись клочьями тумана, оставив после себя лишь сожаление о чем-то безвозвратно потерянном. Эльф проснулся замерзший и насквозь промокший от росы. Пришлось тащиться в таверну, где, похоже, всегда кто-то бодрствовал. Через полчаса он сидел на кровати в маленькой комнате, завернутый в теплое одеяло и с кружкой какого-то травяного отвара в руке. Мокрая одежда сохла на стуле. Дверь в коридор была приоткрыта, но вставать, чтобы закрыть ее, Альву было лень.

Ширрочка, откуда навигационные карты на мостике? А в каюту кэпа твой веник не заберется)

А мы совсем и не флудим, просто тихонько сидим - тараканов своих кормим и по сеттингу трындим ))

А поплавать в озере можно, или за это тоже настучат?

Подумаешь, мальчик какую-то вольноотпущенницу прирезал - тоже мне преступление На собственность Люцика он бы не покусилсяА на алтаре Думата они как раз все правильно сделали

Ио, Руби ведь может помечтать, что она так сделала, но на самом деле никого не убивать.

Альв не пошел в гостиницу. Вместо этого он спустился к озеру и уселся около самой кромки воды. Душа эльфа пребывала в смятении. Возможно ли, что тьма, скрывающая его прошлое рассеется? Он одновременно хотел и боялся этого. Кто знает, что скрывает его прошлое? А вдруг он преступник, осужденный и изгнанный собственным народом? Тогда лучше ему оставаться в неведении. Впрочем, он и сам не верил в вероятность подобного, ведь по эльфийским меркам он был еще совсем юн, пожалуй даже моложе, чем Руби по людским. Правда, в отличие от чернокнижницы, которую многие принимали за ребенка, он выглядел старше своих лет. Присущая эльфу от природы легкомысленная насмешливость и беззаботность часто сменялась приступами меланхолии и отчужденности, но что вызвало такие перемены в его характере - кто мог ответить на этот вопрос? Уж точно не он сам. Как не мог сказать, что заставляет его оставаться с Рольфом и Ториным, хотя он давно мог бы вернуться к своим. Благодарность за спасение жизни? Безусловно, но не только это. Тогда что? Восторг, испытываемый им за штурвалом Укротителя, когда огромный корабль послушен каждому его движению? Свобода быть собой и не оглядываться на других? Возможность путешествовать, а не быть привязанным к одному месту? Все это и множество прочих мелочей помогло ему уверовать в правильность своих поступков. Может, когда-нибудь он и вернется в замкнутый мирок Высших, но это будет еще очень и очень нескоро. И не раньше, чем он сможет обрести себя, вернув воспоминания о прошлой жизни.

Не, будем быстро-быстро махать руками))

- Глупые вы все! - заявила Маруська. - Сами на себя тоску нагоняете. Мы же победили, радоваться надо! Кикиморка топнула ножкой, вытащила платочек и задорно запела: - Сардинка, сардинка, сардинка моя, в саду ягода калинка-малинка моя!

Разыскавший свой ненаглядный барабан Драм обрадовался ему как родному. - Куда ж ты убежал, глупенький, - приговаривал он, заключив беглеца в объятия. Найти палочки в том бардаке, который царил в лаборатории, оказалось сложнее. Одна оказалась сломана (похоже, на нее кто-то наступил), а вторая так и не отыскалась. Впрочем, бард расстраивался не долго - в караване у него было три, а то и четыре запасные пары. Так что он подхватил свой инструмент и направился вслед за остальными к месту завала. Время от времени, забывшись, он начинал отбивать на барабане бодрый ритм, но очередная горсть песка или мелких камушков, осыпавшаяся с потолка за шиворот, заставляли его прекратить музицирование. Минут на десять. После чего все снова повторялось.

Интересное сказание - произнесла Милавна. - А по веселее что-нибудь есть? А то и так настроение что-то грустное... - А мне понравилось, - заявила Маруся. Она уже повязала разомлевшему баюну бантик на хвост и теперь заплетала из длинной шерсти косички, украшая их пестрыми ниточками. - И совсем она не грустная! Кикиморка захихикала, представив как Великий Дух распрямляет собачий хвост.

Гундораб закряхтел, запыхтел, как старый самовар, ухватился за протянутую руку и едва не опрокинул худенькую девушку на пол, но удача была, как всегда, на стороне Лаки и дворф с трудом встал. Драм еще немного потрепыхался, проверяя на месте ли глаза и не отрасли ли у него плавники, потом с кряхтением воздвиг себя на четвереньки и пополз в ту сторону, куда укатился барабан. Чувствовал он себя если не камбалой, то скатом точно.

- Камбала, между прочим, презабавное создание. - меж тем продолжал рассуждать дворф, - у нее оба глаза с одной стороны! Полузадушенный бард попытался лягнуть болтуна, но не преуспел в своем намерении.

- Погладь да почеши меня. От настроения и места зависит история. Могу рассказать поучительную историю да сказку. - Сказку, сказку! - запищала кикиморка. Она как раз расправилась с пряником и искала, чем бы заняться. - Хочешь я тебе бантик из хвоста на хвосте завяжу? Из бездонного кармашка на свет появилась зеленая ленточка.

Незвестно, сколько бы продолжалось противостояние местного Джордано Бруно и отца инквизитора, не желающего прогресса, но под ноги Гундорабу попался бард, дворф споткнулся, пискнул и выпустил бесценный, подлежащий исследованию, артефакт из рук, затем плюхнулся всем своим немалым весом на Драма. - Варвар! - это разумеется относилось к Фейбо, - Темный человек! - С этими штучками чего делать? - Големов из них делать нельзя больше. - все еще лежа на несчастном барабанщике изрек ученый, - испорчены. - Дедуля! - прохрипел откуда-то снизу бард, - Слезь с меня, пока я в камбалу не превратился!

- Что вы говорите? Эльф не слышал ее слов. Внутренне он был совсем в другом месте, там тоже был лес, и озеро, но вместо лунного диска на небе ярко сияло солнце и дул ласковый ветер.

В мастерской царил настоящий ад. Клубы пыли, грохот камней, слова заклинаний, вопли... и беготня друг за другом ненормального дворфа и хозяина похищенного оружия. - Эксперимент!! - верещал Гундораб, намереваясь посмотреть, как действует на металл лезвия кислота и щелочь, а мелочный Фейбо упорно мешал научному прогрессу, дергая яблоко раздора на себя. Любопытный бард решил таки высунуть свой нос из коридора, чтобы посмотреть, что же там происходит. И именно в этот момент на него налетел убегающий от воина коротышка. Барабан вылетел из рук парнишки, а сам Драм растянулся на полу.

- Я - верховная жрица Элуны, Тиранда Шелест Ветра. Имя жрицы эхом отозвалось в голове эльфа. "Тиранда Шелест Ветра... Шелест Ветра... Ветра..." Он был поражен настолько, что застыл точно изваяние, забыв поклониться. - Ветер... Я - ветер, - шепнули пересохшие губы.

Эльфа одолевали смешанные чувства. Это место одновременно успокаивало и будоражило. Древние деревья, казалось, приветствовали его, а вот на лицах встречных эльфов читалось какое-то настороженное недоумение. Впрочем, возможно оно относилось не к высшему, а к другим членам их странной группы.

Драму показалось, что перед тем, как застыть под действием заклинания волшебника, големы недовольно поморщились от громких звуков, издаваемых его барабаном. - Ага, не нравится! - обрадовался парнишка, и забарабанил с утроенной энергией, пока с потолка не посыпались камешки покрупнее. Один приличных размеров валун упал прямо на големов. Раздался звук бющегося стекла. Испуганный барабанщик, сообразивший, что следующий булыжник может спланировать прямо ему на темечко, прекратил свои экзерсисы и нырнул в спасительный коридор.

- Успокойся, милый. - прошептала Элирия и обняла эльфа со спины, пальцы девушки легонько пробежались по его животу. - Идем ко мне, расскажу кое-что. Альв перехватил руку и поднес к губам, целуя тонкие пальчики. - Идем. Обняв девушку, эльф повел ее к трапу, на время выбросив из головы все другие мысли.