FOX69

- Ну. как хочешь. Только левую щеку вытри. А то вопросы задавать начнут. - Спасибо, - сухо сказал Арсений и отправился в свою комнату. В генераторной сегодня дежурил кто-то другой, Каверин испарился вместе с обещаниями, а настроение бывшее на нуле и вовсе приобрело отрицательные значения. "Объективная реальность есть бред, вызванный недостатком алкоголя в крови," - с этим утверждением Арсений был сейчас полностью согласен. Он упал на кровать, ощущая приятное разливающееся по телу тепло от спиртного, и через пару минут уже крепко спал. Х

- Что случилось? И у тебя лицо в крови. - Знаешь, о таком наверное, не рассказывают, - Арсений почему-то перешёл на ты. Может быть потому что этот одесский еврей был самым близким человеком ему здесь. Он долил свой стакан до верху и выпил залпом на одном дыхании. Занюхал промасленным рукавом свитера и сказал. - Как оказалось сволочей везде хватает. Это я не про тебя. И извини, за все мои нападки. Я не прав. Предложенную ложку с макаронами он всё же забрал и запихнул в рот закуску.

-Что вы несете, не хотите же вы сказать, что Каверин вас домог..эээ, невозможно, он же все-таки из этих. -Новак глубокомысленно поднял вверх указательный палец.-Или, этот добродушный одессит тоже вас домогался? - Это вы несёте, товарищ. И у этих, - Арсений поднял вверх тот же палец, - есть "эти". А добродушный одессит, это ... издержки бандеровских заблуждений. Иногда, мы переоцениваем ценности. Пойдёмте, лучше выпьем. и оглянулся на Кротова, понимая, что чего-то он тут явно не понял. Что Арсений имел ввиду? Арсений отправился прямиком к Лейбовичу, который теперь казался ему почему-то самым милым человеком. Он приблизился, бухнулся за стол и спросил: - Эдуард, у нас ещё есть водка? И где наш доктор в конце концов?

-Вы самая настояшая невоспитанная свинья, сначала оскорбляете одного, потом избиваете монтировкой другого, чего вы добиваетесь товарищ? - Ну по-вашему, я видимо, добиваюсь, чтобы меня домагались. Чёрт! - выругался Арсений, горячо пожалев о брошенной монтировке. Он глянул на растение ботаника. "А не засунуть ли мне этот кактус вам в задницу, товарищ," - подумал он нагло усмехнувшись в глаза собеседнику.

- Только попробуй что-то ляпнуть, гад. Поймаю - и пожалеешь, что не остался дома, - гэбист отбросил ошалевшего Арсения в сторону, словно тряпичную куклу, и вышел из генераторной. Держась одной рукой за живот, а другой за стену Арсений старался пересилить боль. Вот сволочь! И всё-таки я не ошибся. Он с отвращением отёр обслюнявленную щёку, дотянулся до монтировки и вышел в коридор с намерением догнать ублюдка. Угрозы на Кротова никогда не действовали, если он чувствовал свою правоту. Даже, если он и проиграет, его совесть будет чиста. Он догнал гэбисткую мразь в коридоре. Толкнул к стене и, вмазав железякой по лодыжке, сказал прямо в ухо скорчившемуся гаду: - Пошёл ты своими угрозами... *здесь идёт непереводимая игра слов украиньской мовы в течение трёх минут* Он бросил монтировку к ногам Каверина и отправился на кухню к Лейбовичу. Надо было выпить, а заодно и поесть.

Я так поняла, там воды нет. А озеро под станцией очень глубоко.

Какие пингвины и тюлени? Они там где вода, обычно. Или наши без еды обходятся?)

Вениамин решил пойти ва-банк, спровоцировав Кротова, которому все это явно не нравилось, и подойдя к нему еще ближе, так, что их лица разделяло лишь пространство сантиметров в десять длиной. Тесный контакт. Арсений отстранился от щетинистой физиономии, а в голове молнией пронеслось: "Как они это делают с такими образинами? Неужели эта волосатая обезьяна лучше привлекательной барышни? Бррр..." Ну где наша не пропадала. Рука самопроизвольно нашарила в углу монтировку, но боясь не рассчитать свои силы, он сжал кулак и вмазал по морде извращенца, напрочь аннулируя "тесный контакт".

Каверин напрягся. Кажется, Кротов знал слишком многое. Гэбист медленно встал и взглянул в глаза механику. - На что это вы намекаете? Мне кажется, или я слышу в ваших словах... обвинение? - холодно произнес Вениамин, радуясь тому, что в генераторной были только они вдвоем. - Я вообще-то, про дизельный генератор, - саркастически заметил Арсений. - А вы про что? Про какое это вы обвинение?

- Да нет. Сижу. Жду, - ученый выжидающе посмотрел на украинца. - Чего? Очередного поднятия поршня? Или... - Арсений осёкся. В глазах Каверина, как ему показалось, вспыхивали дьявольские огоньки.

Кротов выскочил в коридор и, обшарив все подсобные помещения, нашёл-таки искомый объект... в генераторной. Приблизившись к сидящему на стуле Каверину, он спросил: - Дежурить подрялись?

- Вот это нечем больше здесь заняться, кроме как брать всякую гадость к себе в голову! Эдик встал, вытер руки тряпкой , подошел к плите и снял шумовкой поднявшуюся в кастрюле с бульоном пену. - Вы понимаете, что шпионить тут безсмысленно. Пока, по крайней мере. В диверсанта я б еще поверил. В шпиона... Ну... ну... Давайте будем реалистами! Да даже диверсант - здесь по определению смертник, учитывая температуру забортной среды, особенно в приближающееся время года. Отсюда уйти просто так нельзя. А подписку о секретности дали все и за свой участок работы отвечает каждый самостоятельно. - Да причём тут шпионаж-то! - возмутился Арсений. - Человек разлагается внутренне. Это уже не строитель коммунизма, а вырожденец! Даже религия против таких отношений! - сказал он, не зная как уже этим непробиваемым что-либо доказать. - Скорее, наоборот, "товарищ", - последнее слово Леонтьев произнес с нескрываемой иронией. - Это вы сейчас очень хорошо вписываетесь в компанию к Аверину с вашими нападками на пустом месте. - Но лично с вами мне всё предельно ясно, - констатировал Кротов словно свершившийся факт. Он глянул на Тимура, как на собственное отражение. И решил, что и сам стал напоминать какого-то слабоумного. Нет, надо взять себя в руки. Где этот пе... Каверин? Сейчас, я с ним сам разберусь!

- Объясните для непонимающих, кто такие "эти", и чем они отличаются от тех... - Анна изошлась недобрым кашлем. "Кажется, на кухне какая-то нехорошая каша заваривается, диссидентская!" - Анечка, - улыбнулся Арсений, - запишите себе в блокнотик: прочитать на досуге УК РСФСР ст 121. - Пока я знаю одно - вам надо пойти проспаться. Может, тогда вам перестанут мерещиться везде мировые заговоры. Нас все же Контора проверяла, не дяди с улицы, - хмуро ответил Леонтьев, проигнорировав обвинения в собственной "инаковости". - А я бы не был на вашем месте столь категоричен. И когда мне следует проспаться я уж решу как-нибудь сам, а вот вы с вашим наплевательским отношением к общему делу и политической близорукостью, товарищ, очень хорошо вписываетесь в компанию к Каверину.

- С Кавериным много чего "не так". Перебесится, отойдет. Эдик прав, акклиматизация штука хитрая, на всех влияет по разному. - Знаете, Михаил, - серьёзно заметил Кротов, - пока мы здесь разглагольствуем Запад захватывает наши умы! - и подозрительно добавил. - А может, и вы из этих... а? "Да, им легко говорить, - подумал он про себя. - К ним Каверин не жался. Хотя, чего собственно, я кипячусь? По морде и вся недолга".

И, не дожидаясь ответа, продолжил: - А что с Кавериным? Плохо после вчерашнего? - С Кавериным что-то не так! - уверено заявил Арсений, выходя на середину кухни. - Предлагаю провести собрание, где на повестке дня будет единственный вопрос: *что за пидорас среди нас?* "Что происходит с нашим товарищем и как ему помочь". - Да тут кто угодно странным станет. Аклиматизация. Полстанции как буд-то не та муха покусала - все на нервах. С давлением и конценрацией кислорода - шутки плохи. Вы знаете, почему при глубоком погружении под воду запрещены резкие подъемы верх? - Вы о декомпрессии что ли? - удивился Арсений и тут же возмутился. - Как вы можете! Тут наш товарищ погибает, сбился с идейного пути. К тому же он кэгэбист. Мы обязаны сообщить в соответствующие органы!

Мы чё, все на кухню ломанулись?)))))) Ай, да Лейбович!))))))

- Да, - коротко и безэмоционально ответил Эдик, только наливший из большой кастрюли в маленькую кипяток и начавший боросать туда нарубленные куски мяса. - А что за вопрос? - А вам не кажется, что товарищ Каверин какой-то странный? - он склонился почти к самому уху еврея и шёпотом произнёс. - Вам не кажется, что он из этих? Из пидорасов, - это было сказано таким тоном, будто "Партия пидорасов" ни много ни мало есть враги народа и изменники Родины. - Если так, то его лечить надо. Может, к доктору обратиться? Или на Большую землю в милицию сообщить?

- Что ж... - Каверина будто подменили, он снова успокоился, - Думаю, мне нужно уйти к себе. До встречи, - он пожал руку молчавшему Лейбовичу, затем подошел к Кротову, и провел ритуал рукопожатия уже с ним... о чем ученый очень пожалел. Почувствовав тепло твердой мужской руки, крепко сжимавшей его собственную, тело Вениамина будто прошили теплые волны чистой энергии. На душе вдруг стало хорошо-хорошо... Что за чертовщина? И все из-за одного лишь прикосновения? Оставалось лишь надеяться, что его состояние осталось незаметным для остальных присутствующих в кают-компании. Вроде бы незаметно... Но как же стыдно! Не говоря ни слова, Каверин вышел из комнаты и медленно пошел по коридору, размышляя о чем угодно, кроме мужчин. Принимая слишком длительное и какое-то необычное рукопожатие для мужчины, Арсений слегка опешил. Его терзали смутные сомнения о благонадёжности данного члена экспедиции. Что-то неладное творилось с товарищем Кавериным. Может стоит на общем собрании помочь товарищу справиться с начавшимся буржуазным тлетворным влиянием Запада. С округлившимися глазами Сеня посмотрел на Лейбовича и, даже забыв что они враги, пошёл на кухню и с надеждой спросил: - Эдуард, можно вопрос?

- Друг познается в беде, не правда ли? - добродушно усмехнулся Каверин, в душе начиная немного побаиваться того, что Кротов разгадает его истинные намерения, - а у нас не беда, а просто ограниченное пространство. Я имею в виду, что во время исследований мы наверняка поймем, кто из нас Лев Толстой, а кто шут простой. Думаю, мы все тут... сдружимся, - перед последним словом Вениамин сделал небольшую, но крайне многозначительную паузу. Черт, а ведь судя по досье, у Кротова жена и дочь на Большой Земле. Ну да ничего - полгода без женщины свое дело сделают. - Ну это как сказать. Ограниченное пространство тоже иногда угнетает. К тому же когда нет достойного занятия для строителя будущего коммунизма, - сказал Арсений и отодвинул своё колено от прижавшегося Каверина. Думать о плохом не хотелось. Неужели и в ряды КГБ пробралось капиталистическое разложение. - Исследования? Интересно. Не расскажите?

- Ничего плохого сказать не могу, да и не хочу - как по мне, то курс СССР сейчас максимально верен. А на съезд не попал - личные проблемы, - уклончиво ответил ученый, - А по поручительству... Вы кажетесь мне отличным будущим членом партии, но пока что я вас не очень хорошо знаю. Быть может, к концу экспедиции мы узнаем друг друга получше? - с непроницаемым лицом ответил Каверин, будто бы и не представлял сейчас в ярких красках, как они с Кротовым остаются в одноместном номере и... - Я думаю... узнаем... получше, - Арсений замялся и как-то подозрительно посмотрел на собеседника. - А что вы собственно имеете ввиду? Мы и так достаточно долго в тесном коллективе, чтобы узнать друг друга. - Кстати, мы тут даже парторга пока еще не избрали..или уже есть? - как бы между делом заметил он, оглядываясь на Каверина. - Наверняка, вы предложите свою кандидатуру, - съехидничал Кротов.

- Да все как обычно. Что тут нового поделаешь? Бумаги заполнял, расчеты проводил, - пожал плечами Каверин, садясь на стул рядом со своим собеседником так, что он почти касался его колена своим. "Каверин, мать твою, не сходи с ума! Ты уже черт знает сколько на этой станции, ты работал над этим проектом долгие годы, так давай ты не будешь напарываться на статью и портить все?" - эта мысль рефреном повторялась в голове члена КГБ. Не то, чтобы Кротов сильно ему нравился (Каверин особо не контактировал с командой за прошедшие два месяца), но сейчас ему просто не хватало обычного человеческого общения. Даже тет-а-тет был необязателен. Арсений искоса глянул на Каверина. - А что вы думаете об основных направлениях экономического и социального развития СССР? Вы принимали участие в XXVI съезде КПСС? - поинтересовался он у явно знающего и осведомлённого в подобных вопросах человека. - Я вот до сих пор кандидат в члены Коммунистической партии, но по прибытии хотел бы вступить. Вы не могли бы стать моим поручителем?

- Арсений? День добрый, товарищ, - холодно поприветствовал он механика. Отношение отношением, а выдавать себя раньше времени Вениамин не хотел. Куда как проще было казаться отрешенным ученым. - Добрый, коль не шутите, Вениамин Анатольевич, - вежливо ответил на приветствие Арсений. - Чем занимались сегодня?

ДОЛЖЕН! :D Или ты не коммунист!

! Заснув вчера в генераторной, прямо на столе в обнимку с пустым стаканом, сегодня по обыкновению он встал рано. Пять часов сна вполне хватило. Отжавшись на перекладине, вмонтированной в проём дверей, тридцать раз, на традиционные пятьдесят здесь просто не хватало физических сил, Кротов отправился на очередной урок смирения в уличных полярных "удобствах". Пару минут спустя, он заскочил обратно и, сбросив верхнюю одежду, кинулся к умывальнику с тёплой водой... Народу в кают компании было не густо. Морда Лейбовича тоже отсутствовала. Он вспомнил вчерашний инцидент и отдал должное выдержке и мудрости еврея. А может трусости? Да не важно. Но почему-то сегодня ему было несколько неуютно после своих собственных вчерашних выходок. Нет, он не собирался извиняться, но и третировать, в общем-то ни в чём не повинного человека, особого желания не было. Если Лейбовский не станет бесконечно трындеть, он пожалуй, снисходительно отнесётся к присутствию этого хитрожопого Иуды. А вот кто его по-настоящему удивил сегодня, так это Керимов и Анечка. Ну что первому требовалась медицинская помощь, это было видно и со стороны. Замкнутый, напряжённый, подозрительный, вздрагивающий при любом шуме. Словно боится чего-то. Где его так жизнь поломала? И что рядом с этим странным типом делала вполне безобидная Анечка Кротов не понимал. Он присел на стул и приступил к ленивому изучению статьи журнала "За рулём" "О поломке траков при неравномерной нагрузке".

Ну шо? Утро тогда?