FOX69

Апартаменты трибуна Отстраниться не дали. Ладонь легла на ладонь и удержала на груди. Сбор мог и подождать. - Откуда информация, агент? - усмехнулся Тео. - Элахиль, - ответил на вопрос. - Есть. Сын. Люций. Три года. Живёт с моими родителями. Честно сказать, я не был уверен, что это мой ребёнок, если бы не его разительное сходство.

Апартаменты трибуна - Лучше? - Да, - приподнял руку, чуть не выронил трубку, - намного. Просто устал. Его тихие шаги и мягкий голос заставили сознание встрепенуться. - Надо всех собрать. Надеюсь, Оптат очаровал вдову. Симпатизируя ему, принять поражение ей будет легче.

— Мне нужно… гхм, я дождусь, подготовлю всё, перевязку. Не волнуйся. Иди. Элька согласно кивает. Он не волнуется. Он знает, что Пол сумеет позаботиться и убедить. Поможет, не смотря на гнев и протесты. А ещё, он знает, что седой уедет. Закончатся дела, и он уедет в свой холодный Ферелден. И будет всё, как прежде. Почти семь лет с человеком, который подарил весь мир. Который был отцом, любовником и другом. Наставником и учителем. Которому подросток преданно заглядывал в глаза и верил в непогрешимость слов. Сейчас всецело посвящал себя другому. Беспомощная ревность кололась где-то в глубинах бессознательного не вовремя вышедшим из спячки маленьким ежом. Так сложно разобраться в чувствах, дружбе и этой, как её, любви. Пол любит? А Тео? Тоже? А я? Что будет, если Пол останется? Нет, не останется. Он ведь не раб. Глава отступников. Он их не бросит... Оставшуюся часть дня зеленоглазый эльф проведёт на пляже, в уединённой бухте, подальше от купающихся аристократов, и будет вспоминать те дни, когда хотел избавиться от собственной свободы. 9 фрументума, 21:00 В десятом часу вечера трибун добрался до своего номера. Всё та же усталость, всё та же работа, изматывающая морально и физически. За годы пребывания у власти он научился справляться с информационной шелухой, отметая не нужное и оставляя в памяти крупицы ценного, которое имело шансы когда-нибудь сложиться в общую картину значимого эпизода. Возможно, актуального, возможно, утратившего приоритет. Но информация копилась, и сегодня сделанные ставки, завтра могли на фоне корреляции всех партий пойти ва-банк. В апартаментах пусто. Он раздевается и уходит в ванную комнату, чтобы вернуться через пол часа. Рана уже затягивается, но где-то в груди до сих ссаднит и тянет кашлять. Табачный дым, как избавление от всех тягот бытия, погружает в лёгкую эйфорию и заставляет лечь. Он приглушает свет и валится в плен простыней и одеял. Трубка продолжает тлеть вместе с мыслью - собрать агентов и систематизировать дальнейший план. Сейчас... ещё немного... Несколько минут покоя и надо всех созвать.

Дорога в сторону побережья — Как ты думаешь, — интересуется Пол, глядя в окно кареты, которая везет их к солнечному пляжу гостиницы, — новый глава дома оставит при себе тех формари? Ну, чтоб добро не пропадало. И доходы опять же не падали… - Думаю, оставит, - ответил Эли. - В прежнее состояние их не вернуть. Не убивать же. Хотя, я не знаю, что хуже - быть таким, как они или быть мёртвым. Пока карета поворачивала, он выглянул в окно и посмотрел на удаляющееся здание с колоннами. - Вечером никакой приползёт. И опять сердиться будет. Сам на себя, - мальчишка оттолкнулся от дверцы и откинулся на спинку сиденья. - Приеду сейчас и купаться уйду. Я в море уже года два не купался.

Преодолев пятнадцатиминутную тряску по булыжной мостовой, трибун, наконец-то, прибыл к зданию местной префектуры. Его уже встречали - викарии и квесторы. Служба оповещения в Виминациуме была на высоте. О приезде высокопоставленного гостя узнали сразу. Он вышел из кареты, опираясь на руку телохранителя и оглянулся на эльфов. - Езжайте в "Прилив". Я здесь, похоже, надолго, - его голос был обречённым и усталым, словно у приговорённого к каторжным работам. - Стоять за моей спиной несколько часов к ряду то ещё удовольствие. Езжайте. Развернулся и, стараясь держать спину ровно, отправился в обществе чиновников на приём к главе города.

- Позволите ли узнать, что теперь намерены делать с подобными знаниями? - да если синеглазый посол умеет не только ценить прекрасное в представительницах женского пола, но и проявлять толику уважения да внимания после того, когда бесстыдно покопался в чужом и сокровенном. - Я верю вам, миледи, - ответил он, игнорируя вопрос и на время оставляя хозяйке иллюзию надежды. - Но вы должны понимать, что вся ответственность за деяния вашего мужа, после его смерти, лежит на вас, как и ответственность за его наследие. Даже, если вы были против и не имели никакого отношения к его преступлениям. До окончания расследования, я не буду делать преждевременные выводы и принимать решение. К тому же, я считаю, что из любого безвыходного положения есть выход. Нелепо будет отвечать за прегрешения мужа. Правда?.. А теперь, прошу меня извинить. Я должен уйти . Ещё много дел в префектуре. Vale, omnium optimi*, миледи. Мы ещё встретимся в самое ближайшее время. Мессир Оптат, я вас покину. Полупоклон головы, и магистр отправляется к выходу, бросая на морталитаси долгий взгляд. Теперь, за вами дело, мессир Жених. - Мне нужны данные с кладбища, чтобы окончательно зажать вдову. Надеюсь, за "тихими похоронами" что-то есть, - сказал трибун уже подходя к карете. *да свидания, всего хорошего

- Вы вторглись в чужие покои. Без ведома их хозяина. И открыли двери, ныне которые должны оставаться запертыми. Позволите ли узнать, что теперь намерены делать с подобными знаниями? - Таковы уж мои обязанности - вторгаться в сокровенное, миледи? - официальный тон чуть потерял любезности. - Ещё один вопрос. Вы знали, что ваш муж насильно усмиряет ветеранов? Списанных по поводу ранений.

- Но к его смерти если и причастна, то случайно. Пойдём? Хотя нет, спросим. Миледи Селестина знала об экспериментах? - обратился Сэй к самой миледи, духу мужа и Тени. Но Тень, явив воспоминания, распалась на отдельные фрагменты. Трёхмерная картинка рассыпалась, словно карточный домик. Если дух почившего магистра и был где-то поблизости он исчез, показав пришельцам самые яркие события прошлого.

- Полагаю… отчёт для столицы готов? - вроде как обратились к гостю из столицы с его помощниками, по карие глаза непрерывно смотрели на обладателя бездонных осколков. - Не торопитесь, миледи, - ответил на её нетерпение, вернувшийся в высшее общество Красс. - Ответьте на один вопрос. Вы знали, что в вашем доме насильно усмиряют магов? Постарайтесь ответить предельно честно. Я всё равно узнаю правду.

Что-то Эндерал совсем испортился. Решил тут ещё раз перепройти. Карта сломалась, не исправляется, пробовал. Вылеты с зависаниями. Загрузки дольше. Сегодня вообще саунд на хероической теме заело, перезагрузка и смена локи не помогают, только на ранние сейвы уходить. Мне кажется или последний патч его только ухудшил.

- Миледи, что за микстуру вы купили? У кого? Скажите мне правду. Кажется, сомниари был услышан. Миледи обернулась. Тугие русые локоны обняли её обнажённые плечи. Тень снова дрогнула. И осыпалась мелкими птичьими пёрышками к ногам гостей в чужих воспоминаниях. В следующий миг Тень выдавила стоны. Наслаждения. А следом - крик. - Нет! Мессир, мессир, очнитесь! Они увидели кровать. Упавшего ниц пожилого мага и женщину, которая пыталась тщетно привести его в чувства магией. По всему было видно - смерть для неё явилась неожиданно. - Это всего лишь травы, - шепнула женщина, словно отвечая на вопрос сомниари из прошлого эпизода памяти умирающего Титуса Суллы.

- Но... - Пол не мог не добавить, хотя было ясно, что достаточно крыши ее дома, чтобы обвинить, - нет доказательств, что миледи в этом участвовала. Впрочем, допрос слуг... Он промолчал. Большего-то не требовалось. - Сейчас это не важно, - холодно сказал трибун. - В колоду сбросили весомый козырь. Который нам был нужен. Даже моё желание снести эту башню к херам не имеет никакого значения. Надеюсь, Сей и Крис подкинут что-нибудь ещё. Он резко развернулся. Его качнуло. Но спасительное плечо Пола пришло на выручку. Ещё раз посмотрел в свинцово-серые глаза и пошагал обратно.

На Красса было больно смотреть. Но новости стоили того. Он коротко тихо изложил их суть. Не упустил из виду и того, что усмиряли насильно, раненых боевых магов, при помощи странного устройства в подвале. - Пока там еще не прибрали, вроде никто не заметил, что я там был. После рассказа смотреть на Красса стало ещё больнее - бледное лицо магистра посерело. В глубокой синеве глаз полыхнул лириумный отблеск, руки в чёрных перчатках непроизвольно сжались в кулаки, а волна стихийной энергии прошлась по ауре и окатила рядом стоящих ледяным холодом. - Усмиряли... ветеранов... - повторил он бесцветным голосом. Оглянулся на вдову. Вспомнился десятый легион. Армейское братство. Кровавые бои, взрывы гаатлока и буйство магии. Распятые и четвертованные маги. С бас сааребас кунари не церемонились. Их в плен не брали. И каждый бой для мага мог стать последним. За Империум! За Тевинтер! И после службы оказаться здесь. В подполье... Надо остыть. Он замер. Разжал кулаки. Глаза отрешённо прилипли к невидимой точке вдалеке. - Хорошая работа, дорогие мои, - похвалил обоих, постепенно возвращая самообладание.

Тень - Да беспокоюсь, мессир, они же маги. На «Кару» никогда не успевают среагировать? - А ты не беспокойся, ты дело делай, - зло бросил маг. - А то отправлю обратно в церковь псалмы петь. Иди работай. И чтобы следующий не сопротивлялся. Тень поплыла. Видение размазалось и заменилось другим. Прорисовался тот же маг разглядывающий перстень с горящей руной. - Вот видишь, получилось, Селестина. Любовь моя. Теперь всё будет без проблем. - Я заказала вам микстуру, мессир... - женский голос прервался. Башня Сулла Через некоторое время в дверях - так, чтобы хозяйка дома не обратила внимания на странное оживление, а Красс мог бы спокойно наблюдать, разыгралась пантомима из серии коротких, но емких эпизодов. Седой эльф изобразил пальцами шаги в подземелье по ступеням. После чего со зверским выражением лица картинно влепил Эли мнимый штамп на лоб. Далее очередь была за зеленоглазым напарником... Элька попытался показать лапшу на ушах Фамке, вооот такого медведя с зубами и дюжину собак, которые хотели его съесть. А ещё усмирённого с двумя лопатами. Да, это важно. С двумя. Он мог медведю огрести. В окончании пантомимы ударил себя ещё раз в лоб, показал правую ладонь, пять пальцев и посмотрел на Пола. Всё правильно же показал? Трибун пил кофе. Как раз хотел глотнуть, но начался спектакль. Он так и застыл на пол пути с чашкой в руке, наблюдая действо. По завершении последнего акта магистр мог предположить, что в мастерские попасть, не ударившись лбом о притолоку, очень сложно. Похоже, пять раз они пытались. - Прошу прощения, миледи, мессир, я отойду. Буквально на минуту, - он улыбнулся, с трудом поднялся и пошагал к двум мимам. - Что за цирк? - обратился Красс сразу к обоим, оттесняя артистов подальше от парочки жениха и невесты.

"Тихий дом" - Я видал такое. В там месте усмиряли мага. Тебе это о чем-то говорит? - Значит, тех боевых магов... всё-таки, насильно? Да? - до сих пор он ещё сомневался. - Я читал про Усмирение. В библиотеке Серебряного Шпиля. Меня чуть Крисп не поймал. Вернее, не то чтобы читал. Там на древнем тевене всё. Но картинки видел. Только не понял суть этого процесса. Надо шефу как-то сказать. Тень Мессир, как продвигается эксперимент? - обратился к мужчине Сэй. - Что нужно? - раздражённо бросил мужчина через плечо. - Я сказал подготовить следующего? Что не понятного? Забыл, как "Святую кару" читать?! Бездарь!

"Тихий дом" Эли кивнул и последовал к выходу. От Фамке ответов не ждали, он и не ответил. Всё так же растерянно и умиротворённо, как его подопечные, глядя вслед уходящим эльфам. - Ну, что там? - от нетерпения мальчишка чуть из штанов не выпрыгивал. - Ну, рассказывай!

— Кажется, нам пора, мессир Фамке. - Вы уже закончили? - растерянно спросил сопровождающий, окончательно потерявший связь с реальностью от сыпавшихся на него столичных новостей разной давности. - Может, что-нибудь ещё?

Тень Они увидели пожилого человека в мантии. В небольшой мастерской похожей на алхимическую лабораторию. Перед пожилым сидел молодой человек с обожжённым лицом и руками. Двое рабов насильно вливали в рот молодого лириум. Тот сопротивлялся какое-то время, но вскоре утих. - Не надо препятствовать. Будет только хуже, - сказал пожилой и поднял руку в заклинательном жесте.

Но опасный мишка уже влезает в люк. Равнодушный взгляд провожает гостя и обращается к калитке загона. Непорядок. Надо прикрыть… Вниз ведут каменные ступени, которые заканчиваются небольшим помещением, похожим на обычную алхимическую лабораторию, если бы не одно странное сооружение. Оно возвышалось в углу и было покрыто светящейся лириумной пылью. Пока Пол изображал усмирителя усмирённых и впечатлял хвостатых зрителей лохматым образом хозяина ферелденской тайги, Фамке продолжал стоять перед молодым эльфом с развесистой лапшой на ушах и слушать очередную историю из столичной жизни, в отличии от сказителя, видевшего восставшую в полный рост хищную зверюгу, но сохранившего невозмутимый вид.

— А давай-ка и правда отвлечем его. Тут темновато — может, и сунемся в люк без ведома здешних управляющих. Поболтай о качестве угля для кузницы - вон он там как раз в дальнем углу, где посветлее... - Угу, - тут же с готовностью к любым действиям соглашается Элахиль. О чём поболтать он придумает без проблем. - А ты? Как ты к собакам полезешь? Собакой? А как люк откроешь? Зубами? А если он заперт? А если на тебя собаки нападут? - традиционный рой вопросов эльфинажного самородка не лишённого логики.

Солома, которой был усыпан пол загона, кое-где раздалась в стороны, и, несмотря на скудное освещение этой части мастерской, зоркие глаза приметили контур люка. Фамке отдалился, обходя широкий стол, уставленный всевозможными инструментами и странными тисками, а Пол мотнул головой Эллахилю, незаметно указав на люк. - Хм, - мальчишка размышлял, - если спросить у этого Фамке, он наверняка, скажет, что там какие-нибудь склады. А если будем настаивать? Может, его отвлечь и посмотреть что там? Он немного помолчал и решил поделиться увиденным, пока бродил и искал что-нибудь подозрительное. Как говорил шеф - ищи то, чего здесь быть не должно. И кое-что юному агенту показалось странным. Усмирённые мало чем отличались друг от друга. Даже внешность у них, казалось, была схожей, но эти несколько человек выделялись из безликой толпы. - Пол, а боевых магов усмиряют? Ну, то есть тех, кто был на войне. Я видел пятерых. Калеки. Точно боевые. У них от магического меча отметки, - и Эли показал собственную ладонь с характерным светлым пятном от концентрированной статичной маны составляющей рукоять призванного меча.

- Фамке, - подозвали прислугу. - Проводи помощников мессира в наши мастерские. Предоставь доступ, кои необходим для отчётности. - Слушаюсь, миледи. - Благодарю, миледи, - трибун кивнул своим застоявшимся агентам. - Ну, наконец-то, - с нетерпением шепнул Эли своему невольному собеседнику, сорвался с места и пошагал за приземистым человечком Фамке. - Что-нибудь чем могу ещё помочь, мессиры? - Определённо, - трибун расположился поудобнее. - Я думаю, мессир Оптат задаст вам несколько вопросов.

- А ты бы? - Я? - удивился Эли, как-будто ему предлагали завести дракона. - Мне ещё девятнадцати нет. Наверное. Какие дети? Ты-то старый уже. У шефа же вон есть. Ушастая голова снова повернулась в оборота к тарелке со снедью. - Когда они уже там нас отправят, а? - вздохнул и посмотрел на беседующих господ. - Знаешь, я думаю, он тебя отпустит после этой миссии. Ну то есть, задания давать больше не будет.

- Не в зубах... не в том дело, - попытался он объяснить. - Будь она попроще... А здесь... - Да ну, - не согласился циничный отпрыск эльфинажа, не разделяя благих порывов ферелденца, - как раз в зубах. И лысине. Чтоб мухомору "приятно" было. - У меня? - эльф хмыкнул, отрицая для своей биографии вероятность такого эпизода. Подумал, и пояснил для пытливых умов, - у Серых дети не родятся. - А почему? - не замедлил с появлением очередной вопрос. - А ты бы хотел?

- Мой покойный муж не прослыл человеком крепкого здоровья, а потому в его смерти не нашли ничего удивительного. Семьдесят лет – грань, когда наступает пора нашего человеческого увядания, - а меж тем – грань острия, прелюдия к смерти. - Но если на то, - взгляд карих глаз задержался на фигуре следователя по особо важным делам, а затем вновь был переведён к синеглазому послу столицы, - если на то оный приказ… уверяю вас, однако, вероятно единственную пользу, которую вы получите в ходе этого расследования – отдых на пляже. Не более. - Непременно, миледи Сулла, я не упущу возможности отдохнуть на пляжах Золотого берега, - на бледном лице трибуна угадывалась коллекционная улыбка. Он принял из рук рабыни чашку кофе и добавил, как бы между прочим: - Я думаю, что за день мы закончим с этими формальностями, миледи. К тому же, мои люди уже работают на кладбище. Он сделал медленный глоток, оценивая реакцию хозяйки на неожиданную новость, и продолжил: - Ко всему прочему, не обременяя вас, я хотел бы, чтобы ваши люди проводили наших помощников в мастерские. О, - он предупредительно вскинул ладонь в успокоительном жесте, - всего лишь бухгалтерия, учёт. Ничего серьёзного. Статистика. Отчёт для столицы. Пусть их проводят и предоставят свободу передвижения по объекту. Будьте так любезны, миледи Сулла.