FOX69

На западе - Надеюсь, я об этом не пожалею, - проговорила Китни, убирая лук за спину, а стрелу обратно в колчан. А потом по простому шагнула вперед на пару метров, протянув этим существам открытую флягу с водой, которую отстегнула от пояса. - Хотите пить? Пока Китни пробовала задобрить существ, Вернон забрался в голову одного из них. (Чтение мыслей: успех) — Они хотят отложить в нас яйца, — сказал социолог, концентрируя кинетическую силу, — доставай лук. Пока люди занимались разными телодвижениями, гигантские ночные бабочки подлетели почти вплотную (до жертв 2м).

На западе Оставшись без фонарика, Вернон посмотрел незваных гостей оценивающим взглядом. — Вы голодны? — спросил он и, взяв остатки мяса, кинул его на землю возле них. Абориген раскрутил двухметровый хоботок, потыкался в предложенное угощение и приблизился ещё на метр. Второй последовал за ним.

На западе - Эмм, привет! Вы понимаете унилингву? Или аборигены унилингву не знали или не желали общаться с незнакомцами, но на приветствие они не ответили и тоже сократили расстояние на пару метров.

На западе - Мы здесь не одни. Ландау приложил два пальца к губам, мол, потише, и достал фонарик. Кто бы там ни был, его нужно было увидеть. Кусты шевелились. Раздвигались ветки, шуршали листья, раздалось частое хлопанье, а фонарик Вернона выхватил из окружающей темноты огромных бражников, оправданий существования которых быть не могло. Они зависли метрах в десяти от костра, избегая яркого света и раздувая огромными ярко-розовыми крыльями угли.

На западе - А ты приходи и тебе тоже будет хорошо, - невозмутимо предложила Китни в ответ. Сумерки спустились незаметно. Трещали поленья в костре, опьяняюще пахла печным первая добыча, на чёрном небосводе зажигались звёзды. Умиротворение, тишина и покой. И двое у огня, как и тысячи лет назад делят пищу и страхи друг друга, не подозревая что за границей света за ними давно наблюдают. (Бдительность)

Штабная палатка, 18:00+ За всю дорогу до лагеря, жёстко зафиксированный по всем правилам транспортировки "чмт", пациент в сознание так и не пришёл. Лишь хриплое патологическое дыхание, ни стона, ни звука. Грааль и стилсьют поддерживают органы и системы и защищают повреждённые структуры мозга от отёка. Но мозговую кому эти надёжные средства снять не в состоянии, пока не будут удалены очаги сдавливающих гематом. Трое суток он продержится , но после начнутся необратимые изменения. Тишина ожидания в полевой операционной нарушается хриплым дыханием, которое периодически останавливается, жужжанием работающего генератора лаборатории провизора, да потрескиванием дозиметра на стилсьюте пациента. Пахнет зеленью и дезинфицирующим раствором.

Человек с рюкзаком за плечами начал медленно отступать к мосту. За ним продолжали наблюдать. Пристально. Повысовывались из шалашей полулысые головы, защёлкали клювы и огромные глаза выпученно удивились отступлению человека. Два десятка пернатых проводили чужака взглядами до моста и обратились к броневику.

Далеко на юго-западе - Дикобраз? - позвал осторожно. Наушник отозвался шипением таких знакомых помех. Фьюри позвал снова. Ещё раз и ещё. Через пять минут комбат быстрым шагом вышел к арсеналу, где оставалось ещё два комплекта наноброни. Он слышал голос. Где-то на периферии сознания отчётливо понимал, что его зовут, но тело отказывалось подчиняться травмированному мозгу. На мгновение перед глазами мелькнуло что-то пушистое. Пушистое? Лизнуло щёку, щекотнуло нос и растворилось в надвигающейся тьме. Тихий шорох убаюкивает, нет ни боли, ни страха. Лишь тихий шёпот ветра, треплющего степной ковыль.

К западу от лагеря, 13:00+ Он уверенно держался за штурвал и не обращал внимания на постоянный писк дозиметра. Тащить заражённую технику в лагерь было опасно, пока не исправна установка для дезактивации. Но соблазн опробовать технику из прошлого пересилил здравый смысл и увесисто забил на инстинкт самосохранения. В лагерь нельзя. Летим на запад. Заложил крутой вираж, наслаждаясь рокотом винтов и повёл машину прямым курсом по безжизненной степи. Недалеко. Семь километров. Десять минут наслаждения полётом и... всё исчезло в один миг. Жёсткий удар и тьма... Тело пришельца грохнулось наземь с десятиметровой высоты далеко на юго-западе от лагеря. По светлым вздыбленным иголкам дикобраза стекала струйка крови на свежую зелёную траву. Гарнитура лежала рядом и подавала слабый сигнал на транспондер. -2 СЗП

06:00, Лагерь => на запад (14км от лагеря+2км к озеру+12км до находки), 6часов время в пути+1час на изучение вертолёта=7ч =>13:00 Он ушёл не дожидаясь, пока социолог начнёт свой рассказ и вытянет из пачки ещё одну сигарету. Надо же так пристраститься к курению с первых затяжек. Жил бы на Ковчеге уже бы давно израсходовал свой доминантский лимит клеток и досрочно ресомировался. Думал троянец, уходя всё дальше от лагеря. За плечом приятной тяжестью лежал дробовик с оставшимися одиннадцатью патронами после ночной стычки, стил привычно сжимал тело, а в голове не было ни одной мысли. Думать не хотелось, принимать решения - тоже, хотелось наслаждаться открывающимися видами, слушать птиц и жужжание насекомых. По пути он свернул к озеру, наполнил фляжку, умылся и пошагал дальше. На запад. Никуда не сворачивая. Через 14 километров цветущий оазис, в котором они обосновались закончился и началась пустынная местность с высохшей растрескавшейся почвой, жухлой травой и низкорослым кривым, колючим кустарником. Он внимательно выслушал общую конференцию, так и не примкнув ни к одной из противостоящих сторон. Он просто шёл на запад. В том самом направлении, куда указали мысли паукообразного человека, не предполагая, что ушедшая чуть раньше Ева, двигается с ним почти параллельно. Через два километра безжизненной степи дозиметр заверещал, как сумасшедший - 11зв. Пришлось свернуть, чтобы не нацеплять на себя лишнего. Неизвестно, что ждало впереди опасного после кинетического предвидения Риты. Обошёл излучение по краю строго на север три километра и под ослабленный писк дозиметра снова повернул на запад. Ещё через три километра уже машинально отметил всё те же 11зв и пошёл дальше, в надежде экспериментальным путём подтвердить свои догадки и посмотреть в областях с какой радиацией находится пыль и вкрапления ихора. Через один километр - 12зв. Через два - 13зв. Через три - 14зв. Стил держал нагрузку, но дышать приходилось отравленным воздухом. Первое что пришло в голову - вытащить из набедренного чехла ещё чистый фильтр и приложить к носу и рту. Ещё километр - продержался на 14зв. Следующий выдал сразу 16зв. Затошнило, ноги ослабли, захотелось лечь. Стилсьют зафонил сам и снизил защиту вполовину. С учётом этого - 12зв. Первые признаки лучевой болезни. Хотите сдохнуть, героическая химера с Ковчега? Да нет. Пока не думал. Но потащился дальше. Связь отключил. Всё равно из-за помех ничего не слышно. И прошёл ещё километр при тех же "шестнадцати". Ни пыли, ни вкраплений не нашёл, зато обнаружил кое-что другое. Это был настоящий геликоптер. Лёгкий, маневренный. Аппарат из прошлого в заражённой зоне. Целый и невредимый. Потребовалось время чтобы разобраться с принципами управления (1час) и попробовать поднять чудо инженерной мысли прошлого в воздух. Кто бы видел сейчас ошалелые от счастья глаза троянского инженера и щенячий восторг. Вертолёт оторвался от земли и полетел. Горючего почти полный бак. Шум винтов кружит голову. Доложить бы в лагерь, но помехи от излучения забивают любой сигнал. "Надо выбраться из заражённой зоны", - наконец-то, пришла насущная мысль в эйфорическое сознание.

А кстати, всем за ночь превозмогания по 200 очков опыта

- В стиле тебе лучше, - прокомментировал перемены в облике Фьюри Ди. - Правда, То? - Да, наверное, - растерянно проговорил химера, погружённый в свои мысли. Бросил взгляд на умывающегося комбата, подхватил дробовик и вышел из палатки.

- И вам того же, - прохрипел, ошалело пялясь перед собой. - Ты чего? - не понял причин вынужденной позы командира боец. Только сейчас заметил под рукой шапку. Сдвинул драгоценное подальше от края и поднялся. - Спина, - догадался химера. - Помочь? Или доктора позвать?

— Просыпайся, — улыбнувшись, сказал Вернон, — нужно собрать совет. — И только социолог хотел перейти прерввать сны Фьюри, как он, вспомнив кое-что, обратился снова к химере. — Дай сигарету. Тот на автопилоте достал пачку сигарет и подал доминанту со словами: - Курить вредно, - где-то в дебрях терракома он слышал эту заезженную фразу.

8.05 - 05:00 Голубой глаз открылся. Впереди стоит будильник. Как встал в 2:00, так и стоит. Даже не заведённый. Но привычку не изменить. За будильником сопит командир. Как упал на стол, так и лежит. Даже позу не сменил. Что-то он хотел... Ах да. Вспомнил. Но будить опять не рискнул. Рука дотянулась до шапочки, брошенной на стол. Пальцы осторожно пригладили пушинки, представляя что касаются короткого ёжика на затылке. Тихо. Тепло. Рядом. Как ребёнок, проснувшийся ночью, чтобы проверить рядом ли мать. Проверил. Улыбнулся. И веки смежились вновь. 06:00 Вернон прошелся в большую палатку, где спали Тодд, Ди и Фьюри. Социолог подошел к уснувшему сидя химере и подергал его за плечо. — Тодд, просыпайся. - А... - слегка ошалелый взгляд, рука тянет за собой мягкое и пушистое, не желая отпускать, а сон не хочет прощаться с телом.

Флинну (не могу в почту зайти) карта обновлена

Забыв про меч, лаборантка уползла в облюбованный еще днем угол, свернулась калачиком и моментально заснула, слегка посапывая носом и время от времени пытаясь натянуть на плечи несуществующее одеяло. После чего сложил их на столе и уронил голову. Надо было сходить за спальником для девчонки, хотя бы положить под голову. Он только ещё немного посидит. Ещё минуту.. Пепел с тлеющей сигареты опадал на гладкую кожу стилсьюта, а он отрешённо наблюдал, как отходы нефтепроизводства с астероида рассыпаются прахом по поверхности планеты Земля. И ждал, когда юная дубликатка закончит разговор с доминантом. Так сложно понять. И сложно выбрать. Попробовать не ошибиться. И жить с последствиями. Прав или нет? Никто ведь не подскажет. Почти всю жизнь пробыв в замкнутом пространстве буровой, сейчас, он как никогда остро ощущал одиночество. Не в силах разобраться и понять, запутавшись окончательно в сложном переплетении эмоций и чувств, хлынувших непреодолимой лавиной. Обуглившийся фильтр выпал из пальцев. Он вздрогнул и глянул через приоткрытый полог палатки. Зелёного не было, а за столом по-прежнему сидел координатор. Химера поднялся, перекинул поудобнее станину дробовика и зашёл в палатку. Закрыл за собой полог и протянул молнию закрывающую вход сверху до низу. Дробовик приткнул к стене, а сам осторожно подкрался к приникшему на столе командиру. Сел с торца лабораторного стола на пластиковый ящик и, навалившись локтями на гладкую поверхность, залитую реактивами, уставился на стриженный затылок. Будить не хотелось. Он опустил голову на руки и прикрыл глаза.

— Подумаем, — сказал Вернон, выкидывая окурок и вставая на ноги, чувствуя, как резко кружится голова. Схватился за столб пальмы, приводя себя в порядок, и посмотрел на химеру, — на свежую голову. Спокойной ночи, Тодд, — сказав это, социолог отправился в палатку. - Доброй ночи, Вернон, - кивнул вслед троянец и вернулся к ночному дежурству подле штабной палатки.

— Все ясно, — ухмыльнулся социолог и сделал еще одну заятжку, — нам нужно беспокоиться об опасностях. Рита почувствовала что-то страшное, но не может конкретно сказать, что, — Вернон посмотрел на химеру и кивнул на тлеющую сигарету в его руках. — Что будем делать, когда закончатся? Троянец рассмеялся. Глянул на доминанта и стряхнул пепел к ботинкам стила. - На Ковчеге говорят: если кончилось курево или снифер, будем нюхать фильтры стилсьюта, - выдал он грубоватую для тонкой доминантской натуры шутку троянских рабов. Снова затянулся и выпустил ровное колечко дыма. - Не знаю. Может быть найдём в этой местности нефть или хотя бы торф. Я бы мог кое-что придумать, - он немного помолчал, заполняя паузу новым вдохом ядрёного дыма, и сказал: - Мне не спокойно здесь. Мы в этом лесу уязвимы. Ведь существуют пауколюди. Не факт, что нет волколюдей или тигролюдей. Нам нужно убежище. Надёжное. Спасательная капсула в этом плане мне нравится больше, чем брошенная палатка в лесу.

Социолог взял сигарету и кивнул дозорному, мол, подвинься. Усевшись рядом, положил сигарету в рот и зажег ее. — Не думаю, — сделал затяжку, которая пошла на удивление легко, — им больше незачем сюда возвращаться. Хотя, если они совсем тупые… — еще одна затяжка, которая вызвала приятные мурашки по всему телу. — Меня больше беспокоят слова Риты об опасности с запада. Подвинулся. Искоса бросил усталый взгляд на такое же измождённое небритое лицо и в очередной раз затянулся. - Подозреваю, что интеллект у них на уровне термопота, - усмехнулся троянец. - Я бы побеспокоился об опасности на востоке. Там происходит что-то совершенно невероятное, - он обвёл взглядом длинноносый профиль Ландау. - Я не знаю таких законов в физике, по которым возможно существование этой зоны. Парадоксальный объект... А что там, на западе? Что Рита почувствовала?

Вернон вышел из палатки и увидел дымящего под пальмой Тодда. Направился к нему, мысленно заставляя уставшее тело двигаться. — Тодд, — сказал он, подойдя к химере, — дай покурить. Не ожидал. Что кто-то обратит внимание на дозорного с дробовиком. Вскинул взгляд вверх и приветливо улыбнулся доминанту. - Держи, - протянул сигарету. - Как думаешь, они вернутся? Ну, эти улитки. Или как их там?

Лагерь, штаб, около 02:00 Бледная, до сих пор не тронутая солнцем кожа терранца натянулась, и к тёмному кровеносному сосуду прильнула игла. Он шёл медленно, не торопясь, осторожно переступая с ноги на ногу. Смотрел на далёкие звёзды и улыбался. Когда-то их предки земляне мечтали полететь в неизведанные миры чужих галактик, освоить другие системы и планеты. Познать неизведанное. Но этой цивилизации не суждено было ступить за пределы далёкого космоса. Космос решил за них. Предсказания сбылись и люди изменились. Изменился мир, избавившись от бремени часов. В штабной палатке светился тусклый неоновый огонёк. Кажется, лагерь угомонился и затих, а за лабораторным столом сидел их предводитель со шприцем в руке и смотрел на собственную вену. Жителю Ковчега хорошо были известны разовые инъекторы, отличающиеся только маркировкой. Доминант ты или химера, инъектор для химической кастрации не меняется. Меняется лишь состав гормональной смеси. Ещё с минуту он наблюдал за нерешительностью командования и, вдруг, осмелился. Обошёл палатку и хотел уже шагнуть под полог, как... - А... О... Фью, тебя укусили? Это противостолбнячное? Его опередили. Он присел под пальмой напротив входа в штаб, опёрся спиной о шершавый ствол и потянулся за сигаретой. Торопиться некуда. Он подождёт. Решение принято. Стил привычно стягивает тело, напоминая о границах недозволенного. Всё, как всегда. Теперь бы только осознать и принять свой выбор после всего что ощутил. Забыть и вернуться к состоянию зомби.

Спать хотелось. Но не пришлось. Каждый занимался неотложными делами. У него дел не было. Но была почти полная пачка сигарет, ночь, звёздное небо и ворох мыслей, которые навязчиво лезли в голову. Троянец спрыгнул с ящика, посмотрел на белых, склонившихся над синей, закинул дробовик на плечо и отправился по периметру в обход лагеря. Кому-то нужно было дежурить этой неспокойной ночью. Х

Лагерь после побоища 08.05 - 01:00+ Стрелять из боевого дробовика в темноте на дальнем расстоянии всё равно что стрелять с закрытыми глазами, учитывая разлёт и снижение кучности. Даже поцарапать цель сложно. Поэтому первый выстрел ушёл в абсолютное молоко. И не успел он передёрнуть затвор, как кто-то из кинетиков применил эффективное сосредоточение и наградил последствиями призрачной боли всех окружающих, но не себя. Вокруг залетали прозрачные монстры, которых даже под снифером не увидишь, и попытались сломить волю бойца. Когда он очнулся, большая часть мокриц приказала долго жить. В бою отряд изгоев действовал, как отлаженный механизм. Контроллеры и впрямь не ошиблись в выборе. Дистанция заметно сократилась, твари приближались и теперь в прицеле чётко были видны их бронированные силуэты. Очередь из трёх выстрелов разнесла бронированный панцирь твари и размесила внутренности. - Готов, - сказал троянец, передёргивая затвор. Бой продолжался ещё час, пока снайперский выстрел Элианы не упокоил последнюю тварь. Почти никто не пострадал, кроме Евы. Но доктор уже хлопотал над прокушенной ногой бедолаги. Стил был повреждён и из-под пореза вытекала тёмная кровь. Но Флинн умело обращался с раненой и можно было не переживать за состояние её здоровья. Он отошёл к контейнерам с оборудованием и уселся верхом на первый попавшийся ящик. Передёрнул затвор, возвращая дробовику боевую готовность и поставил на предохранитель. Хотелось есть и спать. Химера огляделся, поискал где бы приткнуться, вспомнил мягкую кровать на Темпоре и пожалел, что сейчас не там.

Они немного опоздали сегодня. Немалую часть переловили пауки. Многие рассеялись, издали почуяв, что ловить здесь больше нечего. Но самые упрямые - или самые тупые - уже шуршали в траве. Услышав шорох в кустах он машинально схватил дробовик, лежавший на сиденье акара. Захлопнул дверцу и прислушался. Со стороны леса явно кто-то приближался. - Это они? - спросил шёпотом у командования.