FOX69

Терраком-центр. 17.00+ - Как жалко, что я не могу помочь тебе ничем в этом деле.... Взгляд заплаканных, но уже сухих глаз, скользил по воодушевленному лицу химеры, уголки губ печально кривились вниз. Рита тяжело вздохнула, поворачиваясь снова к монитору терракома. По рассказу Тодда все кажется таким простым и лишь время их единственное препятствие на пути к добыче. Но так ли это? - Количество сталкеров лучше ограничить, - он улыбнулся, сворачивая карту. - Мы справимся. А помочь, вполне возможно, нужно будет после. Мы точно не знаем, какие технологии нам предстоит воспроизвести.

Терраком-центр. 17.00 Плечи снова дрогнули. То ли от новых рыданий, то ли от нечаянного смешка. Химера! Будь снисходителен к несчастной влюбленной делеции, которой ты только что разбил сердце! Сейчас она в последнюю очередь думает о том, сколько раз ты умирал на Темпоре. - Не знаю, не знаю, - бормочет Рита , чуть отстраняясь и обеими руками пытаясь унять слезы. Никогда бы не подумала, что человек может столько плакать. Видимо всю жизнь копила свои слезинки как раз для такого момента. Но в этих слезах есть и облегчение, потому что прежние терзания были невыносимей втройне. Словно после сна оглядывается вокруг. - Я... мешаю тебе наверное... Ты занят... И скоро брифинг, - глупые сбивчивые слова, хватаясь за реальность окружающего, когда не знаешь как лучше выйти из сложившейся неловкой ситуации. По мере возможности он вместе с ней борется против нескончаемого потока солёной воды. Похоже, чем больше говоришь "не плачь", человек плачет только сильнее. Ладони размазывают и вытирают и даже предлагается рукав собственного комбинезона в качестве носового платка. - Вот ещё, - возмущается на предположение девушки. - Ничего ты мне не мешаешь. Хочешь я тебе этот завод покажу? И не дожидаясь ответа, тащит рёву к терминалу. Падает на стул и выводит на монитор план какого-то военного объекта. Рассказывает, что одному не успеть за пол часа отведённых нынешним процентом ихора и нужно или добрать, или действовать вдвоём. - Я Еве рассказал, она согласилась помочь, - добавил к рассказу. - Фьюри тоже считает, что нам нужно это оружие. Комната Евы Девушка обняла себя за плечи, минуты три глядя на сложенные на экране буквы. Шла четвертая.. ползла пятая.. С ним действительно легко заиграться. Или... Не думают же доминанты только об одном! Делеция не может быть настолько.. хороша. И она хочет знать. Больше. Глубже. Была цель, к которой стоило стремиться. - И какая? - спросила вслух, так и не сменив позы, но закинув голову наверх, где обычно располагались камеры. Терраком у Дёница был мееееедлееееенный.... Страшно представить о чём думают стопятидесятилетние доминанты заключённые в одиночку на несколько сотен лет. Хорошо, что статичная среда обитания тормозит большинство рефлексов, превращая котика в безвольную шкурку, которая с фундаментальным безразличием жмёт по одной кнопке в десять минут. И на экране появляется цифра: 18:00.

Комната Евы Кому: Пауль Дёниц От: Ева 15:03 Тема: Вопросы Что сдерживало сталкеров? На семидесяти, восьмидесяти... Что держало нас? И почему прежние мы не могли сохранить для себя все записи, все знания, всю информацию, которую собрали? Ответы имеют свою цену. Пришло спустя пол часа.

Комната Евы Кому: Пауль Дёниц От: Ева 14:57 Тема: Спасибо Очень виртуозно. Совсем не похоже на музыку ТSPro. Ответ от оппонента не пришёл. Видимо, делеция передумала задавать свои вопросы. Терраком-центр. 17.00 - Я люблю тебя, - горячо и чистосердечно признается Рита, стискивая руки за спиной Тодда. Не важно кем он для нее готов быть, не важно в каком виде согласен принять ее любовь. И опомнившись, поспешно добавляет, чтобы не быть неверно истолкованной. - Хочу, хочу, чтобы были друзьями, не хочу тебя терять.... А слезы все-равно текут, оставляя мокрые пятнышки на чужой одежде. - Да куда я денусь-то, - пытается он пошутить ей в ответ и ещё крепче прижимает плаксу. - Интересно, а на Темпоре ты всегда догадывалась меня на полигон тащить? Или начинался новый цикл? Или догадывался кто-то другой? Или этой ситуации вообще могло не быть? Как подумаешь о возможных вариантах параллельной реальности, голова кругом идёт.

Комната Евы Чем занимаются секретари его Совершеннейшества, когда не планируют изменить историю? Ответ на вопрос делеции придёт только через час, когда рука перемотанная окровавленными бинтами лениво ткнётся в панель управления, чтобы отправить музыкальный фрагмент. Мелодия в серой комнате зазвучит внезапно, невзирая на желание хозяйки.

Терраком-центр. 17.00 Слабая, надломленная ложь, идущая из-под низко склоненной макушки, чтобы не увидел случайно налившихся влагой глаз. Тонкие пальчики вдруг ожили, переплетаясь с мужскими в ласковом доверчивом жесте, наперекор желанию своей хозяйки немедленно убежать и спрятаться ото всего белого света. Беззащитно дрогнули под теплой ладонью острые плечики, выдавая душащие ее эмоции. Замотала отчаянно головой, не веря, не желая признавать - зачем, зачем вообще все это нужно, все эти чувства, если от них такая боль? И затихла, прижалась к надежному плечу, пряча слезы. - Риитка, не плачь, - он загребает её в надёжные объятья и не отпускает. А самому впору тоже зареветь. Он чувствует её боль, как собственную. Свежая рана. И её снова приходится бередить. Боль усиливается вдвойне, ведь он сам причина этой боли. На глаза наворачиваются слёзы. Только бы она не видела. Рукав украдкой стирает слезу со щеки, а перед глазами словно в насмешку над всеми любовными треугольниками, Его улыбка и лукавые глаза. Прощай, Фьюри. - Рит, - шепчет он в белобрысую макушку, - я когда пойду на завод, я обязательно попробую найти там второй шлем. Или комплектующие подберу. Собрать его не проблема. И тогда ты покажешь мне что хотела? Ну там, в виртуальности. - Риит, - он чуть отстраняется и пробует вытереть её слезинки, - я вряд ли стану для тебя больше, чем другом. Но, - он заключает девичье лицо в ладони и чмокает немного покрасневший нос, - я могу быть очень хорошим другом. Если ты захочешь конечно.

Терраком-центр. 17.00 - Тодд, я... Что нужно говорить, как правильно нужно говорить?! - Ты.. Ты мне нравишься.. Не просто как друг.. Больше! Гораздо больше..,- голос дрожит от волнения, то и дело сбивая признание, нервные пальчики то теребят одежду, то ерошат короткие волосы. - И наш поцелуй.. Я впервые чувствую подобное... Ведь ты меня поцеловал... А потом... Теперь.. Как будто ничего не произошло.. Словно мне все приснилось... Я не понимаю... Я.. Ты.. Тебе не понравилось? Поэтому ты делаешь вид, что его как-будто не было?... Или... Я не знаю, что и думать.. Я с ума схожу... Я.. Я все время думаю о тебе... И не понимаю... Что все это значит?... В конце голос надломился и вся хрупкая фигурка девушки дрогнула, но не заплакала, просто, наконец, замерла в ожидании ответа. Лишь гулко билось сердечко, отдаваясь болезненным эхом в висках. Кажется он понимал, что значит "нравится больше, чем друг". Так было с Фьюри. Он был не только другом. Он был наставником, отцом, старшим братом, командиром не раз спасавшим жизнь, учителем, воспитателем, любовником - центром мироздания для познающей мир химеры. Он был больше, чем другом. Он был всем. Даже отталкивая сейчас, он продолжал таковым оставаться. И горечь разочарования и боль потери терзали химеру не меньше, чем делецию. Он только старался не подавать вида, а тот поцелуй в вертолёте... Тяжёлый вздох. Парень поднялся и подошёл к сникшей девчонке. Опустил руку на её ссутулившиеся плечи и прижал к себе. - Рит, прости, - широкая ладонь подхватила подрагивающие девичьи пальчики и нежно сжала. - Я не думал, что для тебя это так важно. Все изгои целуются. И им приятно. И мне хотелось сделать тебе приятно. А если тебе приятно, то и мне хорошо. Ты мне нравишься. Ты красивая. Добрая. Умная. Ты спасла мне жизнь. Я никогда этого не забуду. Но я... - он хотел сказать правду, но не смог причинить ей дополнительную боль. - Я больше не буду так делать. Прости.

Терраком-центр. 17.00 - Мне показалось вчера.. что ты меня избегаешь? После того..того поцелуя.. Говорить вдруг оказалось куда проще, чем ожидала. Может потому, что Тодд проявлял к ней прежнее дружелюбие, а может от того, что любой исход разговора лучше тех терзаний в неопределенности, что выворачивали душу у впервые влюбившейся. - Почему избегаю? - не понял "провинившийся", не догадываясь, что поцелуй может к чему-то обязывать. Ведь целует же Фьюри всех подряд и всем нравится. - Я не избегаю. Просто навалилось дел разных.

Терраком-центр. 17.00 - Тодд...,- еще мгновение, чтобы наполнить легкие воздухом, потому что иначе не сможет продолжить,- я искала тебя... - О, Рита, - обернулся растерянно. Не ожидал. За работой и не заметил, что кто-то наблюдает за спиной. - А я тут схему военного завода изучаю. Кратчайшие пути подхода к лабораториям.Там оружие разрабатывали. Очень мощное. А ты кружочки с джемом ела? Вкусные, правда? - протараторил и улыбнулся подруге.

Тодд Отпустить его одного? Туда? Вопреки всему, ладонь нашла другую и сжала в тонких пальцах. Ева не знала, что это было предательство. - Можем пойти вместе, - обернулась в сторону выхода. - Или поговорить дистанционно. Фьюри не раз связывался с секретарём. Даже здесь, во время первого собрания, помнишь? - А может тогда, - ладошку в ответ тоже немного стиснули, - поговорить с Фьюри? Рассказать ему об этом. Он вроде с секретарём общается. По крайней мере следит, чтобы тот не помер. Он же "десятый". Поговоришь с ним? А я хочу со схемами закончить.

Тодд - Я.. спрошу, - девушка смотрела на монитор, но не видела в нём картинки. Сжатые коленки, напряженные руки – все это чтобы не выдать то, как трясется сейчас абсолютный зайчик после услышанного. – Я всё спрошу… Тодд, а что делают с химерами-кинетиками? Они тоже.. на наркотиках? Вопрос вырвался сам собой, без перехода, без щадящих пауз. А он и не почувствовал, как в несколько секунд, считали его самые жуткие воспоминания, самые сокровенные. Стоило лишь подумать и о тебе известно всё. Воздействие сродни предательству и воровству. Украдкой брать чужое и использовать. Он посмотрел на сменившуюся в лице дилецию и категорически отверг её поползновения на самостоятельность в этом опасном деле: - Нет, я сам спрошу, - и через паузу добавил. - Способностям не дают развиваться. Я не видел на Ковчеге ни одной химеры-кинетика. Сосредоточиться под снифером и использовать психическую энергию невозможно. Если и есть химеры со способностями, то все они деградируют, как кинетики.

Тодд - Хочу подстраховать, - она показала на предполагаемую точку выхода. – Растянем полчаса на час. Как только первый использует своё время – эта реальность затеряется в мириадах других, и все придется начинать сначала. Второй может появиться через 28 минут после входа первого. Дальше по ситуации, возьмем связь и переговорим. Для нашего времени не пройдет и минуты, как всё будет сделано. Пауза. - Лучше держаться подальше от возможности получить 70%. По крайней мере… пока это возможно. Что бы Дёниц не говорил. - Да, - задумчиво кивнул троянец. - Пока возможно. Но тот же самолёт не перетащить в нашу реальность без большого процента, я уж не говорю о том, что получаса не достаточно на его захват. А платформа с ядерной боеголовкой... Он удручённо покрутил головой, уставился в схему завода и долго молчал. - Но, - вдруг, внезапно вернулся к начатому разговору, - я всё думаю, как? Как построено всё это? Сталкеры явно добирали до 70 и больше. Они опасны, но что-то их держало. То, о чём мы ещё не знаем. Каким-то образом они владели собой. Иначе, ничего бы этого не было, - голубые с надеждой обратились к делеции. - Дёниц знает. Надо спросить его. От мысли о встрече с секретарём по коже пробежал лёгкий холодок и нервно дёрнулись мышцы щеки.

Лаборатория Минут через сорок доктор Фьюэлл, чистый, безмятежный, с сигаретой и с огромной кружкой кофе под рукой, как ни в чём не бывало восседал в рабочем кресле, закинув ноги на стол, и листал данные по улучшенной сыворотке. В перегонном кубе булькало, мягко рассеивали дневной свет лампы. Играем дальше. А через некоторое время экран рабочего монитора доктора Фьюэлла погас, а в середине показалось белое пятно с надписью: Я не успел поблагодарить. Спасибо за завтрак. Х

Темпора Холодный душ. Ледяная вода. Острые осколки режут тело. Боль. Она всегда останавливает. И возвращает разум. А рядом на стене крюки. Те самые скобы. Вряд ли хватит сил пробить запястья. Но снять кожу с ладоней можно. Медленно, впитывая мучительную боль. Отрезвляющую. Запускающую время, изменяющую застывшую реальность. Оживает электрическая сеть, включаются бытовые приборы и даже дроны мигают индикаторами. Ледяной поток не прекращается, вода пенится в кровавых брызгах. Сосредоточенность приходит первой. Покой и безразличие чуть позже. Теперь остановить всё и забыть. Играем дальше. Пока ошибка не критична. Больше оступаться нельзя. Сто первый цикл может стать последним. Нет сил держаться и противостоять. Сдаёт не только тело, требуя тепла, но разум плавится от одиночества. - Вы кажется себя переоценили, Пауль Дёниц, секретарь Его Совершенства и будущий советник, - прозвучало назидательно. Двойник в зеркале ухмыльнулся, продолжая перевязывать изрезанные руки. - Я вам серьёзно говорю. Котик. Выше головы не прыгнешь. Предел. Он близок. Ты сломаешься. И застабилизируешь систему навсегда. Страшно? Уже нет. На плечи ложится кашемировый халат. Пальцы тянут из пачки длинную сигарету. Щелчок и пламя озаряет вновь застывший мир...

Тодд - Хватит ли нас двоих? - с сомнением уточнила, впервые погружаясь в перипетии схем. - Можно устроить отвлекающий маневр, как хотели с заводом по репликации... Полностью на автоматике, чтобы не рисковать живыми. Техники мы, или кто? Все же, у них был опыт на несколько столетий вперед. - Время перед катастрофой, - напомнил Тодд. - Через десять часов жахнет Полынь. На заводе никого нет. Люди эвакуированы за несколько суток. Вполне допускаю, что к некоторым территориям есть свободный доступ. Дёниц не зря же дал эти временные координаты. Значит, мы уже были там и это оптимальный вариант. А... - он поднял на девушку глаза, - ты хочешь со мной? Я вообще-то, планировал справиться один. Хотя, вряд ли получится. Времени не хватит. Тут или ихор добирать, или действовать сообща. Один расчищает путь, возвращается с точными координатами, а второй уже целенаправленно забирает искомое. Темпора

Тодд, за полдень, терраком-центр - Угу, - качнула на последнее и её тема разговора, собственно, испарилась сама по себе. - Странно, что теперь не против. Рассматривать схему с нуля, когда Тодд уже бился над ней какое-то время, значило тормозить его самого. Девушка подтянула соседний стул к себе, и присоединилась к процессу. - Что ты уже успел подметить? - Почему странно? - откровенно удивился троянец. - Этот Дёниц знает намного больше нас. Хоть он и сволочь. Он помнит всё. Глупо не верить его словам. Мне кажется он видел много вариантов решения одной задачи. И может выбрать верный. Фьюри это понимает, - тут же встал на защиту командования боец. На экране появились многочисленные строительные схемы и, собственно, сам завод заснятый предыдущей группами с воздуха. - Вот, это и есть тот самый завод 2050 год. Момент перед катастрофой. Через десять часов хвост Полыни войдёт в атмосферу Земли. Но у нас в распоряжении есть всего пол часа. Вот я и ищу то самое место, где хранятся эти самые чертежи. Таких мест оказывается около десятка. И все их надо проверить. Но загвоздка в том, что подходы к трём объектам заблокированы и вряд ли хватит пол часа, чтобы добраться до цели. Остаётся только надеяться, что чертежи окажутся на семи других объектах. Шансы неплохие. Надо попробовать. Темпора

Тодд Троянский инженер выглядел так, словно не разгибался от монитора по меньшей мере последние сутки, всецело вовлеченный в процесс изучения. Делеция подошла сбоку и наклонилась над плечом Тодда поближе к экрану. - Действуем по плану Дёница? – спросила, после минутного молчания. - Угу, - согласился Тодд, не отрываясь от монитора, на который была выведена сложная система вентиляции производственных помещений завода. - Фьюри тоже не против. Нам нужно это оружие.

Темпора

Темпора Доктор расправил ладонь, чутко ловя движение навстречу. Тянешься ко мне. Льнёшь. Тоже хочешь. Хочешь ведь, чтобы я на тебя смотрел. Пальцы играют с резинкой. Скромно? Едва ли. Доктор хранит гармонию. Сейчас - гармонично. Если потянуть ниже сразу - рубашка будет мешать. И руки тянутся к плечам, чтобы сползти по рукам вниз, уводя с собой ткань. Сбросил лишнее на соседний стул, повернулся снова. Доволен. Теперь можно тянуть. По бёдрам и ягодицам. Немного подталкивая к себе. Так удобнее. Даже если дыхание уже щекочет обнажённую кожу, пока взгляд удовлетворённо следует вверх и вниз. У нас визуальная оценка. Эталон? Э-та-лон. Хочет. Чтобы смотрел, чтобы трогал, чтобы восхищался. Котик живой. Чувствуете, доктор, насколько живой? Видите? Вы как грааль, доктор. Воскрешаете. Правда, через шесть минут вам придётся снова заколачивать гроб. Каждая секунда с болью. Я чувствую каждый миг подготовки системы к перераспределению вещества. Да, мы всего лишь вещество, милый. Элитное. Эталонное. Но вещество. Шесть минут. И подсознательная боль сменится настоящей. Сейчас бы не думать об этом, когда перед тобой любовник в такой недвусмысленной позе. Смелый экспериментатор. Раскрепощённый испытатель. Но скоро всё закончится так и не начавшись. На несколько секунд улыбка превращается в вымученную гримасу, но тут же с профессиональным умением воспроизводится вновь. Лишь в карих глазах остаётся грусть. - Ну как? - поинтересовался у коллекционера. - Гожусь я для вашей коллекции, доктор? Или не достоин? Х

Темпора Хочу. Коллекционер не прячет желаний во взгляде. Никогда не прячет. Довольно разворачивается навстречу и тянет ещё чуть поближе. Уникальный экспонат, каких не было. Был Айзек. Пример и слепящая глаза вершина в юности. Коллега и приятель в поздние годы. Теперь - пьяный в хлам, ведомый инстинктами, с которыми играет низшая. Ты никогда не будешь таким. Улыбка в ответ. Довольная и жадная. Почти зеркало. Каким ты будешь, если напоить? Каким ты был здесь, когда я разворачивался для тебя у зеркала? Много вопросов. По одному на каждую пуговицу, пока освобождённые из-под ремня полы рубашки не повиснут вольно вдоль тела. Стоп. Стооп. Пусть висят. Теперь ремень. Ещё одна пуговица, ещё одна застёжка. Пальцы любовно раздвигают ткань, находя следующий слой. Он потянул вниз, недалеко, пару дюймов. И отклонился, разглядывая собственную скульптуру. Скульптура улыбалась. Наблюдала. И ловила каждое движение осторожных рук. Даже то малое, что высвободил из-под одежды юный скульптор уже претендовало на раритетные места в коллекции. Ладони по-прежнему открыты в предлагающем жесте - продолжить. Скульптура знает себе цену. За один просмотр не хватит и годового клеточного лимита. Но вам, доктор Фьюэлл, всё бесплатно. Только для вас и только сегодня. Варианты оплаты следующих просмотров придётся рассмотреть. Он улыбается и плотнее прижимается к руке, скромно застывшей на паре дюймов ткани. Вы же любознательны, доктор. Вот и фантазируйте.

Темпора Палец и всю ладонь поймали в две. На смену точечным импульсам - тесный контакт и трение. Девяносто восемь о девяносто восемь. Взгляд, что поднялся на секретаря, оторвавшись от сплетённых рук, вело по-пьяному. Доктор улыбнулся, прижимаясь щекой к собственным ладоням, прячущим захваченное. Щёлкнула запонка, освобождая ткань. Конечно. Ты этого хочешь. Посмотреть. Ты ведь ещё не видел. Всего. На губах всё та же улыбка. Немного надменная. Немного самодовольная. Немного похотливая. Блуждает на губах немой загадочностью. Он поднимается, не выпуская руку из "ловушки", встаёт напротив гостя и приглашает к действию в доверительном жесте отводя раскрытую ладонь: - Сделай это сам. Если интересно. Может и для меня найдётся место в коллекции твоего хобби.

Темпора - Я же биолог, - произнесённое второй раз, начинает смахивать на универсальный ответ "на отлюбись", но он вполне искренен, - Это моё хобби. Носители белого. У меня 98. Почти идеал. Я бы мог стать секретарём контроллера при другой обучающей программе? - любопытный глаз сверкнул из-за манжета, - Или нужно больше? - Куда же больше, - теперь уже влажный палец обводит по контуру нижнюю губу и сползает на подбородок. - С таким геномом ты бы мог стать Контроллером, - сказал вполне серьёзно, улыбка лишь смягчила тон. - Почти 99. 1,02 несовершенства. 98,98%. Хотите сравнить и визуально оценить разницу в 0,98%, доктор Фьюэлл? Свободная рука потянулась к вороту белоснежной рубахи и расстегнула верхнюю пуговицу, а в карих глазах появился азартный блеск.

Темпора Подался навстречу. Немного. Так чтобы позволить распоряжаться своей рукой. Отдал палец. Пользуйтесь. Самый долгожданный гость. Тебе можно многое. Приятные касания. Ощупывания, заигрывания. От его пальцев по запястью вверх к плечу ползут оживляющие мурашки, от которых у кошачьих встаёт дыбом шерсть. - Зачем тебе? - палец недавно захваченный в плен, проводит по самой кромке верхней губы.

Темпора Его собеседник игривого тона не разделил. - Не знаю, - мрачно пробулькал он из чашки, - Эти брелки в машине не появились из ниоткуда. На посмурневшего мишку глянули всё с той же улыбкой. Почти настоящей, почти добродушной. Джем щедро лился на блин, кот довольно щурился и расправлялся со следующей парой кружочков. - Считаешь, что эти игрушки были следствием или катализатором химического процесса под названием "любовь"? - сытый котик отодвинул тарелку и притянул к себе кружку. С корицей. Милый мой, ты так внимателен к одиноким голодным котикам. Он снова улыбнулся и отпил. - Зачем тебе знать прошлое? Ты всегда другой. Ведь сам же говорил - неизвестно кого я встречу в следующий цикл и мне может не повезти. Ты меняешься и всё зависит от обстоятельств. Кто знает, что будет в этот раз. Карие глаза из-за края кружки смотрели лукаво и удовлетворённо, пристально рассматривая объект напротив.

Темпора - Для начала она убивает мои нервные клетки, - проворчал биолог. Новая "трубочка", скрученная для себя, ткнула в сторону собеседника, - В первой пятёрке по стоимости, между прочим! Фьюри ткнулся щекой в кулак, поднял глаза к потолку. - И они всё время трындят о любви, - раздражённо бросил он, - Как эпидемия. Мы же террцы! Откуда?! Биолог затолкал блинчик за щёку и какое-то время мрачно жевал, пока не посмотрел на доминанта напротив неожиданно подозрительно. - Я тебе хоть раз признавался в любви? - поинтересовался он настороженно. - Генетическая память, издержки определённого процента несовершенства генома, - прозвучал ответ на риторически-возмущённый вопрос "откуда". - Не знаю, как по-другому объяснить желание эгоистично всё присвоить. Безжалостно расчленённый вилкой кружочек приказал долго жить, а довольный кот, потянувшись к тарелке за следующей порцией, только повёл плечами и с улыбкой спросил: - А ты как думаешь?