FOX69

Темпора - Ты думаешь? - усомнился Фьюри, подтягивая и тарелку. Задумчиво зажевал блинчик, скрутил в компактную трубочку второй и протянул над плечом наверх. Скрученный блинчик подхватили, приложились к взъерошенной макушке губами и уселись напротив, аккуратно уложив кружочек на тарелку поменьше. В руке появилась вилка. - Я знаю, - ответил хозяин на вопрос. - Каждый раз. Они кардинально меняют твои решения. Привязанность - зло. Слабость, которая тебя убивает.

Темпора Он и отклонился, с видимым наслаждением расправляя плечи под руками личного массажиста-добровольца, и насмешливо фыркнул. - У меня специфичные вкусы, - биолог с любопытством пригубил из кружки. Тройная доза кардамона помогла, но не очень. В целом эффект напоминал сигареты, полученные троянским инженером из тех же самых бесподобных рук. Фьюри сделал уже уверенный глоток поражающей воображение гадости и удовлетворённо закончил, - Ты не поймёшь. - Нет, - не собирался спорить личный массажист, обхватывая руками шею пациента и сдвигая на плечи требовательные ладони. - Ты всегда разный. И не всегда со мной. И я. Не всегда с тобой. Но, иногда, мне жаль. Что не с тобой. Хотя, с зоопарком мне не ровняться, - он усмехнулся лишь уголками губ и продолжил массаж.

Тодд С тяжелым вздохом делеция смежила опухшие веки. Ева простит ей это молчание. Сейчас признания не получилось, но может быть потом. - Я.. попробую уснуть,- охрипшим голосом пробормотала Рита. - Кажется..таблетка подействовала. Она и впрямь чувствовала себя разбитой и уставшей, хоть слезы и перестали, наконец, течь. Легкомысленное уютное одеяло наползло девушке на плечо, заключая маленькую колибри в кокон тепла и покоя. Ева будет рядом, пока не выровняется тихое дыхание, пока целительный сон не окутает исколотое сознание. Будет рядом. Так просто. Он не стал их тревожить. И подслушивать не стал. Приткнулся к стене около чуть приоткрытых дверей и принялся за свою часть оладий. Макал в баночку с джемом и засовывал в рот. Думал. Больше о технических проблемах, чем о терзаниях в душевных сферах. Химера. Недавний робот, превращающийся в человека. Не требуйте от него много. Риту осмотрел доктор, утешительница тоже была рядом. А у него голова забита предстоящим походом в зону. Полутонов нет. Всё чётко и ясно. Отъев строго отсчитанное количество кружочков, троянец поднялся и заглянул в комнату. Вроде притихли. Прокрался, поставил тарелку и джем на стол и, прикрыв за собой дверь, отправился в терраком-центр изучать найденные схемы и чертежи секретного завода.

Темпора - Я так засну! - "пригрозил" Фьюри, но как-то слабо. Найти более нейтральную точку опоры без ущерба грузу в руках уже было непросто, - Я сегодня в машине спал. Зачем-то. Зато я тебя там нашёл, - последнее гость пробормотал, повернув голову к лицу хозяина. Руки опасно дрогнули, - Веди, - согласился он, закрывая глаза, и потёрся носом о гладкую щёку. - Меня, - шепнули губы, а щека отдалась трущемуся носу беспрекословно. Веки сомкнулись, а губы попытались прихватить подбородок. - Белый шарик на верёвочке. Вернее два. Шарика. Медведь и кот. Ассоциативная пародия. Но милая. Ладони перенимают вес тарелки, кружки и подрагивающих рук. Да, ближе. Ко мне. Я держу. Всего тебя. Не брошу. Нет. Поцелуй за поцелуем ложатся на шею. Невесомо, нежно, словно дразня. Губы льнут к мягким волоскам за ухом, а заключённый продолжает вести своего сокамерника. Медленно, словно в танце. Наслаждаясь каждым неспешным движением. Довёл до самой кухни. Осторожно и бережно. Только поддерживая. Странным способом помогая нести. Подвинул ногой стул. И усадил, аккуратно перехватив тарелку и кружку. Зашёл со спины, положил руки на плечи и заставил отклониться назад. Вот так. Расслабься. - Зачем ты спишь в машине? - слабый укор в бархатистом шёпоте ничего не значащего вопроса. Можно не отвечать. Только слушать.

Темпора - Извращенец, - закатил глаза биолог, но губы уже невольно потянуло в довольную улыбку. Не то, чтобы он был против "каждой минуты", но не с полными же рукааа.. - ..ааа хрен с тобой, - откинул он голову на плечо нахального кошачьего и потопал. Медленно. - Меедлеееннооо, - мелодичным шёпотом произнёс извращенец, продолжая передвигать ноги, подталкивая гостя. - Левой, правой, левой, правой. Можно закрыть глаза и только ощущать. Я зафиксирую и выпью каждое твоё движение, с жадностью и вожделением. Чувствуя, как напряжены мышцы спины и как перекатываются мышцы намного ниже. Наамнооогооо нииижеее. Закрой глаза, я поведу.

Темпора Пошатываясь, шагнул через горизонт событий. - Щас уроню! - предупредительно провозгласил в пространство темпоры. - Ммм, - послышался вздох наслаждения за ухом, мочку которого игриво прихватили зубы. - Уже не уронишь. Локти подхватили знакомые руки и доползли до запястий, помогая удерживать посуду с завтраком. К спине гостя прижались так плотно, что можно было ощутить все подробности одеяний хозяина и не только. Его сильное тепло в уверенном преткновении напоминало собственное. - Идём на кухню, - промурлыкал кот и толкнул носком ботинка ногу кулинара. - Шаг в шаг, не торопясь. Медленно переставляя ноги. Я хочу быть рядом с тобой. Каждую минуту здесь. Ощущать твои движения.

Тодд Фьюри вздрогнул и поспешил убрать явно перестоявшую турку с плиты. - Готово, - он с улыбкой цапнул кружок двумя пальцами и поднял к дикобразьему носу, - Салфетки возьми только. И джем, - он указал глазами на баночку, - С ним вкуснее. Наверное. А вот не надо перед носом голодного дикобраза поднимать съестное. Можно и пальцев лишиться. На этот раз повезло и зубы клацнули на румяном боку, минуя пальцы повара. Минус пол оладьи, плюс довольная рожа. Подхватил всё что положено, вилки, ложки, салфетки и, дожёвывая, на ходу бросил: - Шпашипа. Фыльна вкушна, - и скрылся на лестнице.

Тодд Доминант перегрузил чуть больше половины в отдельную тарелку с глубокой крышкой, отставил к ней же баночку, опознанную как сладкое, которым можно намазывать, и сбросил обещанный звонок дикобразу. По запахам тянувшимся снизу, дикобраз понял что процесс у доминанта идёт значительно удачнее, чем у делеции. Они и правда, что ли всё могут, эти доминанты? Задался он вопросом, но поразмышлять не успел. Сорвался с места и поскакал по ступенькам на кухню, где и застрял, как завороженный перед горкой румяных и обалденно пахнущих "кружочков". - Это чего такое? - почесал затылок, присматривая ближайший столовый прибор, которым можно умыкнуть "кружочек" и набить пустующий желудок. - Готово уже?

Тодд Командир полохматил бедовый затылок. Постоял. Закатил глаза и обнял в ответ, прижавшись к макушке щекой. - Проведай. Обязательно. И, кажется, завтрак у неё так и не состоялся. Я приготовлю что-нибудь и занесу тебе, отнесёшь? - Отнесу, - улыбка до ушей. Счастливый ёж в наличие - одна штука. Берите пользуйтесь. Отцепился, ещё один поцелуй туда же, словно своровал, и шаг назад. - Ну, я пошёл. Буду в терраком-центре. Ты мне сообщалку сбрось по сети, и я прибегу забрать еду. Протараторил и упылил изучать путаницу заводской постройки.

Тодд Командир рассмеялся. Кот. Кот и ёж. Это не та проблема, которую он сможет решить так просто. Фьюри пожал плечами и гостеприимно развёл руки, глаза лукаво поблёскивали. Целуй, коли не химера. Тоже непростой, если задуматься, выбор. Как и куда. Ещё на шаг ближе. Вплотную. Прижался. Приподнялся на носках. Ткнулся в шею, как нашкодившее щеня, и приложился губами к щеке. Не удержался и обнял. Ёжикам тоже не хватает обычного человеческого тепла и дружеского плеча, потому, они ёжики, и бегают из дома. - Тогда я пойду, - собирается уходить, а руки цепляются за пояс штанов, лохматая голова маскируется на плече. - Изучать план. А потом, в мастерские. Несколько отмычек сделать. Я если буду тебе нужен, ты меня позови. И надо Риту ещё проведать, - всё, зацепился намертво клещом, почти ушёл. - Ну вот, я иду уже, - и продолжает висеть. Пора что-то делать с насекомыми, командир.

Тодд Фьюри вздохнул и покачал головой. - Об этом я и говорю, - ответил он устало, - Тебе больше не нужно быть химерой. Так не будь ей. Широкая ладонь примяла светлые вихры. Командир улыбнулся. Балбес игольчатый. - Иди. И всегда сообщай, когда уходишь в зону. Просто отправляй сообщение мне в комнату или в лабораторию. - Я буду, - согласно кивнул и шмыгнул носом. - Я обязательно буду тебе сообщать. А на завод я сразу не пойду. Сначала надо изучить строительный план, входы и выходы, где находятся экспериментальные лаборатории, чтобы знать наверняка и не ошибиться за те пол часа, которые я имею в распоряжении. Потому что больше 70% я набирать не хочу, что бы там не говорил этот твой драный кот. Фьюри, - крохотный шажок вперёд к командиру. Встал, ни жив, ни мёртв, - а можно я тебя поцелую? Просто так.

Тодд Фьюри открыл глаза и посмотрел на мальчишку. - Ты знаешь, что ты отравлен ихором. Ты знаешь, что он способен лишить тебя человечности. Ты не можешь делать вид, что всё в порядке, только потому, что чувствуешь себя нормально сию секунду. Ты должен помнить. Всегда. Это означает быть самостоятельным. Это означает принимать решения. Самостоятельный человек отправляется в клинику, под контроль специалистов, когда понимает, что больше не может без наркотика. Только химеры закидываются бесконтрольно, не думая о последствиях, потому что им не положено думать. Обвинение он выслушал, как приговор, не отводя глаз от наставника. Лицо доминанта подёрнулось туманом, а по щеке химеры сползла одинокая слезинка. Как же он не понимает?! Или не хочет больше понимать? - А разве химерам разрешают думать? - он смотрел, не отрываясь от его глаз. И искал понимания. - Разве я хотел уезжать с Терры? Разве хотел в восемь лет надевать стил? Каждый надзиратель говорил мне, что снифер это хорошо. О каких последствиях я мог думать, если другого образа жизни я не знал. Мне не позволили почувствовать, заменив жизнь галлюцинацией и рабской работой. И ты считаешь, если бы химерам дали право выбора, они бы продолжали закидываться? Я так же, как и ты, хочу жить, чувствовать, выбирать, помнить и любить. Он отпустил запястье и отвёл взгляд к бездушно-серой стене напротив. - Я знаю, в моей крови слишком много отравы. Но пытаюсь этому противостоять. И я не отказался от твоей вакцины. Но и помочь группе кто-то должен. Если бы не было сталкеров, не было бы и "Гнезда". Этот Пауль сам так говорил. И это он толкнул меня в тот раз под реактор, когда я ползать-то не мог после перемещений. Снова пауза и тишина, неопределённость, раздвигающая стены кухни. - Прости, - и снова голубые искали поддержки у старшего, как прежде.

Тодд Он оттолкнул парня, чувствуя, как слабеют руки, развернулся и зашагал к выходу. Он ошалело выслушал речь полную ненависти и стойко выдержал встряску. Но, как ни странно, у него самого не было ни капли этой отравляющей душу материи. - Фьюри... Фьюри, погоди, - мальчишка бросился следом и схватил разъярённого кинетика за запястье, рискуя навлечь ещё больший гнев. - Избранный? Эффективный? О чём ты? - взгляд полный надежды снизу вверх, на старшего. - Может быть это первое моё решение, которое я принял сам. Мы ведь ничего такого не сделали. Мы только принесли еды. Как это делали сотни, тысячи раз до нас. Это город.Там безопасно. И мы в любую минуту можем вернуться, потому что не отходим далеко от зоны. Всё было продумано. Я только не сказал об этом тебе. Я попробовал быть самостоятельным. Ты сам учил меня, что химера ничем не хуже других ступеней. Почему я не могу приносить пользу группе. Почему не могу принять решение самостоятельно. Я повзрослел. И ты мне в этом помог. Выход в эту зону был просчитан. Мы не собирались рисковать. Мы только принесли продукты. Фьюри... - ладонь чуть сильнее сжала запястье, а голубые покорно взирали на доминанта. - Зачем ты так?

Тодд Фьюри повернулся. Ещё один долгий взгляд, мрачный и тяжёлый. Фигня. Вкусная. И ни грамма раскаяния от осознания того, что самовольщика раскрыли. Доминант поджал губы, чувствуя, как снова учащается дыхание от подступающей злости. Химера. - Необходимо. Иди. Ещё что-нибудь? - спросил он тихо. - Нет, - ответил, рассматривая доминанта с головы до ног и чувствуя, как пропасть между ними расширяется с каждой минутой. - Я только хотел сказать, - он смутился, опустил голову, снова вскинул, не находя в серых глазах даже капельки прежней теплоты для себя, - спасибо тебе, командир. За всё. Ты не представляешь сколько значишь... значил для меня. Я не знаю, что происходит. И в чём причина. В тебе, во мне или в чём-то ещё. Но если я тебе ещё нужен... хотя, - он виновато улыбнулся и, уставившись в пол, тихо произнёс так, словно прощался навсегда. - Прости. Я никогда не забуду, что ты сделал для меня.

Тодд - Вчера вы тоже были на заводе? - поинтересовался буднично. - Нет, - мотнул вихрами и откинул полотенце на стол. Руки в карманы. Голос уверенный, но без вызова на неравный поединок. - Вчера мы были в супермаркете в Бангкоке. И притащили кучу трофейной вкуснятины. Такое нам самим не сделать. У вас даже на Терре такого не было. Ты когда-нибудь пробовал "Синикерас"? - переврал название шоколадки сталкер. - Это такая вкусная фигня! Но я не о том. Фигня фигнёй, а оружие нам необходимо.

Кухня Фьюри прикрыл глаза ладонью и дождался, пока девушки покинут медблок. Наконец-то учуяв запах и от себя самого, правда не из-за количества выпитого, а из-за количества случайно разлитого, спустился к себе, после чего стремительно завернул в душ и вернулся на кухню. Там, как смутно помнилось, ещё одно хотело ещё чего-то. Чего, оставалось только гадать. - Дикобраз? - позвал доктор, шагая через порог кухни. Ещё одно хотело практических действий и благословения, не желая больше никому идти наперекор. Если они хотят что-то изменить - нужно держаться вместе и беречь свои жизни - это понятно и ежу, и коту. Выпадет одно звено - рухнет вся цепь. Кто этого понять не мог, рискуя жизнями на "прогулках" в лесу, явно или тайно хотел начать новый цикл, не иначе. Троянская химера этого не хотела. От осознания того, что всё может повториться снова его тошнило. Произошедшее в этом цикле хотелось забыть, как страшный сон и никогда не вспоминать. Особенно хотелось забыть Фьюри. Не злиться, не страдать, не корить себя за наивность и неопытность, а просто забыть. Поэтому, он решил быть предельно осторожным и если уж новый цикл начнётся, то его смерть не станет тому причиной. Сталкеры не безумцы, чтобы не понимать прописных истин. Справившись с задымлением и копотью, Тодд подключил бытовых роботов и попробовал разобраться в произошедшем. Следы "преступления" были на лицо: кулинарный рецепт и останки продуктов, раскиданные по кухне, строго по рецептуре. Что-то пошло не так и "Пирог к чаю" - а именно так могло бы называться сие произведение Риты, почившее в утилизаторе - без согласования возможностей своих органолептических данных с температурным режимом восстал против негуманного отношения прямо в духовке. - Да, - отозвался боец командиру, вытирая испачканные руки полотенцем. - Фьюри, я хочу сходить в зону, по тем координатам, которые дал секретарь. На тот завод с экспериментальным оружием. Пока разведать. Посмотреть что к чему. Мне кажется это целесообразным в нашем положении. Оружие, выводящее дронов из строя одним выстрелом нам необходимо. Дёниц тоже так считает. А ты? И... я вполне собой владею. Да, бывают галлюцинации. Но всё под контролем. Сталкеры не теряют разум. Мы просто другие и мыслим по-другому. Чтобы достичь цели мы готовы на всё. Но не сломя голову кидаться в пекло. Ведь тогда и цель становится недостижимой.

Тодд Завеса мало помалу рассеивалась, втягивала вентиляция в аварийном режиме. Фьюри подбежал к делеции и уставился на несчастные руки. - В медблок! Сейчас же. Давай, - он осторожно подтолкнул делецию в спину, - Мы с тобой. - Вы идите, а я проверю здесь всё, - отозвался Тодд, вернувшийся к пострадавшей и физически, и морально. Причём ущерб во втором случае, кажется, был на порядок больше. Он только покачал головой и с жалостью посмотрел на подругу. Потом, перевёл взгляд на командира: - Фьюри, я хотел кое о чём тебя спро-сить, - заикнулся на полуслове и замолчал. - Позже тогда. Ладно?

Тодд Пронзительно закричала от боли, когда горячие края того искалечили обе ладошки и пальцы, с ужасом глядя на багровую кожу наливающуюся пузырями. Поднос с грохотом упал на пол, черное сгоревшее нечто намертво припеклось к нему. В чёрном чаду вряд ли можно было увидеть страдания юной поварихи, поэтому, техник бросился устранять причину задымления. Накинув на дымящую железяку мокрое посудное полотенце, он подхватил противень и утащил к утилизатору.

Кухня Взвыла сирена пожарной тревоги, когда клубы сизого дыма заполнили кухню, заструились из-под двери в коридор. Разочарование после бессонной ночи и безрадостных мыслей навалилось на плечи тяжёлым грузом. Испортил. Криворукая химера. Попытка сделать первую свою броню потерпела крах. Первый блин комом, но похоже не у него одного, если бы он сейчас видел чадящий блин Риты. - Твою мать! - подскочил троянец, отбрасывая испорченный каркас неудавшейся конструкции, когда услышал оглушительный вой системы пожаротушения и бросился к выходу из мастерской. Несколькими этажами выше, в белом джипе, командир подлетел на сиденье водителя и крепко приложился о руль животом. Охая, Фьюри вывалился из кабины, с грохотом захлопнул дверь и выскочил к лестнице. - Пожар! - крикнул он командиру, осматривая того ошалевшими глазами. - Где-то внизу. Почему голосовая система оповещения молчит-то? И сразу после слов инженера, заверещал механический голос: - Задымление четвёртого уровня. Провокация пожароопасной ситуации. Кухня. - Кухня?.. Печи что ли не исправны? - растерянно проговорил Тодд и бросился к ступеням ведущим вниз. - Бежим, командир!

Тодд, мастерские, 19.05, утро В свою комнату возвращаться не хотелось. Не хотелось видеть двери напротив и снова чувствовать и вспоминать недавнее отчуждение командира. Пусть он не был кинетиком, но изменившееся к себе отношение заметил сразу. Пустые глаза и раздражение. Нет отеческой заботы, защиты, поддержки. Нет ничего. Словно и не было. Неужели сто первый Фьюри тоже станет Белым. Окончательно белым, холодным и чужим, как сотый. А значит, теперь можно надеяться только на себя. Не спалось. Мысли бродили в голове. Было до слёз обидно и больно. Бросил. Поиграл и бросил. И всё же, он был благодарен своему наставнику, учителю, спасителю, командиру, любовнику и любимому, который никогда таковым не станет. Белый. А значит, чужой. Чтобы упорядочить мысли, потребовалась целая ночь. Он вспоминал, стирал набегающие слёзы и думал. О сталкерстве, о предстоящем штурме, о возможном будущем, об ихоре отравившем кровь и о Рите, которую так опрометчиво решил поцеловать. Друзья не переступают некоторые грани - это ему ещё предстояло узнать, а пока, он поднялся, сходил в душ и на кухню, и спустился в мастерские, чтобы заняться изготовлением стелс-брони, ещё не зная, что через два часа безнадёжно испортит каркас (Металлургия (знания) - провал) и выбросит заготовку.

Темпора, - - : - - Очередной всплеск душевной эйфории, когда чувствуешь, что живёшь. Всего несколько минут, чтобы понять - ещё не умер. Галстук небрежно брошен на пол. Расстёгнут ворот белоснежной сорочки. Пиджак валяется на кровати. За спиной холодная стена. Перед глазами её удручающий противоположно гнетущий близнец. Пустота. Безликая бездна. В ней несколько десятков лет, а может сотен. Нет необходимости считать то, чего нет. В карих глазах тьма. Разве можно увидеть свет, которого не существует. Вокруг статичное пространство, стираемое памятью. Нет ничего и быть не может. ...Толчок, боль, мрак. И он заходит в ту самую лабораторию за полигоном в очередной раз. Садится на пол прямо у порога и долго смотрит на серую стену. Потом поднимается и идёт варить кофе с корицей, выставляя на видное место вакуумную коробочку с кардамоном. Так начинается каждый новый цикл. Предсказуемо неотвратимо. Возвращает к исходной точке и даёт возможность исправить ошибки. Вот только бесценные результаты опытов никому не нужны. Ничего не меняется. И не изменится никогда. Пепел осыпается на постель и возвращает к недавней встрече - эпизоду воскрешения похороненного в статичном временном гробу. Ну что ж вы, доктор Фьюэлл, воскресили на несколько минут и снова заколотили крышку гроба. Вот так всегда. Жар встречи и забвение. Пышные похороны и эксгумация. И ничего тут не изменишь. Изощрённое издевательство. Но я привык. Я даже нахожу необъяснимое блаженство в коротких встречах и перманентной новизне. Я оживаю. Я пробую вспомнить не только проблемы и ошибки минувших циклов, но краткие минуты свободы от заключения. Они дают мне стимул существовать. В пальцах остаётся потухший фильтр, затылок упирается в стену, а глаза закрываются. Покой и безразличие. До следующего пробуждения. Х

Тодд - Потом поймаем, - отмахнулась Ди, потащив покусанного в лазарет. - Вдруг он все же ядовитый? Правда, никаких признаков этого не видно, но надо все равно срочно проверить! По огороду никто сейчас шастать не будет, там ничего съедобного не осталось, а пока мы разберемся с рукой змей успокоится и его можно будет спокойно поймать. Он покорно топал за девчонкой, не совсем понимая зачем нужно проверять, если никаких признаков не видно. В клинике доктора Флинна Тодд уселся на первый попавшийся стул и положил перед собой поцарапанную руку.

Тодд - Надо тебя срочно перевязать! - переполошилась лаборантка, разглядев на руке Тодда глубокие кровоточащие царапины. - Очень больно? - Не, не очень, - змеелов даже не понял, когда гадина покусилась на его руку и почему вообще покусилась. Только ведь немного дёрнул, а оно кусаться. - Я сам перевяжу. Может, его всё-таки поймать надо? А то ещё кого-нибудь укусит?

Тодд Би принялась уговаривать змия открыть пасть и показать зубки. Хм... показать зубки - не так уж и сложно. Технически. Подумал троянец и потянул зверюшку за длинный хвост, пытаясь зафиксировать, чтобы Ди было удобнее рассматривать её пасть.

- Значит, давай его ловить и отпускать? А оно как хоть называется? - то что "это" может быть ядовитым или опасным троянский шахтёр даже не подумал.