FOX69

6.17, в пяти километрах от лагеря - Ты сегодня шесть часов должен был лежать! - вернулся командир к менторскому тону, резко садясь на земле, - Тебе сутки назад провели трепанацию в походных условиях. О чём ты вообще думаешь?! О чём? О чём он думал последние дни? О чём он думал с отлёта из Темпоры? О чём он думал пять часов назад, отправляясь в заведомо смертельно опасный в его состоянии поход? - О тебе, - уставился глаза в глаза, затянулся и выпустил струйку дыма в подбородок и губы командования. - А ещё думал, как же неудобно с одной рукой запаивать кевларовую сетку укреплённых частей стила. Вспомнил много троянских матов. Но... - ещё затяжка, но дым струится в сторону, - по большей части думал о тебе. Почему не отзываешься? Что могло случиться с тобой ночью? Жив ли ты вообще?

6.17, в пяти километрах от лагеря - Не знаю, - умиротворённо пробормотало командование, следившее за бойцом, лишь немного приподняв голову, - сделайте с ним что-нибудь хорошее вместе. Там гранаты ещё. Где-то в сене.. - Рита с Евой сделают, - проговорил дикобраз, который сейчас напоминал не колючего грызуна, а лысого страуса. - Я сегодня шесть часов три стила делал, - сообщил командованию с грустью и злостью уже на самого себя, на свою беспомощность и болезнь. Пепел опадал с тлеющей сигареты, о которой кажется забыли, как и о гранатах в сене, а "спасатель" задумчиво изучал ботинки арамидной брони.

6.17, в пяти километрах от лагеря Ещё через полтора часа они нашли друг друга. Точнее, нашёл командир, на всём ходу кувыркнувшись через вытянутые ноги окончательно спёкшегося "спасателя". Тридцатикилограммовый тюк с сеном, находками и дроном с грохотом рухнул на землю. Доминант с усталым хныканьем поднялся на руках, перевалился на бок, стянул шлем и уставился на вконец охеревшего дикобраза. - Ты совсем охерел, - сообщил он печально и устало прилёг щекой на согнутом локте. Вы бы тоже охерели, если бы через вас внезапно перевалилась тушка в девяносто килограмм и с глухим грохотом сверзилась рядом. Но вздох облегчения, вырвавшийся из груди, и осознание, что наконец-то, комбат в поле зрения и теперь практически под защитой недобойца с пробитой головой, купировал все симптомы удивления. - Угу, - мрачно буркнули в подтверждение, стараясь скрыть радостный блеск в глазах от встречи с живым и здоровым командованием, и выпустили облачко дыма из лёгких. Последние десять сигарет. Подачку от Дёница он решил больше ни с кем не делить. Доминаты, мать их. - Один из девяти, - заключили после краткого осмотра "убиенного" дрона. - Может и нам использовать его для разведки территории? Если Рите удастся перепрограммировать.

На западе, 03:00+, Тодд <-> Фьюри Напомнить о том, что выйти в восемь утра ему мешала дрыгающаяся на койке после операции химера с амнезией, "сам" не успел. Он пожал плечами и продолжил путь. О своём плачевном состоянии - бинты на голове и боль в затылке не в счёт - химера давно забыла, ибо сейчас бодро шагала по лесу, освещая путь фонариком. Ну, не совсем бодро, но всё же шагала. Три километра. Пока не свалилась под ближайшую пальму от усталости и слабости. Полежав несколько минут в покое и полюбовавшись звёздным небом, он потянулся к станции. Откинул панель и нашёл на мониторе "шефа" уверенно возвращавшегося со свидания. - Всё, иди. Ты хорошо идёшь, прямо, замечательно идёшь, - устало выдохнул и снова рухнул на траву. - А я немного полежу. Минут через десять щёлкнул предохранитель винтовки, а арамидная броня навалилась на шершавый ствол пальмы. около 04:30 Через час "дорогая" поднялась и потопала дальше. Пару раз пришлось плеснуть раскалённой плазмой в сторону уж очень наглых больших теней, ныкающихся по кустам, скорее предупредительно, чем на поражение и идти вперёд. Ещё километр, чтобы опять прикорнуть в овражке под защитой колючих кустов на час. Сканер радовал показателями, но не долго. - Твою мать, - тихо шепнули в гарнитуру на частоте командира. - Комбат, приём! Стойкий сигнал. Южнее метрах в пятистах от тебя. Идёт прямо на твои координаты. Что-то механическое. Возможно, дрон. Будь осторожен. ________________________________________________________ Разведывательный дрон (не боевой) Можно попытаться вывести из строя. ЭМИ (НС), кинетика - можно в сочетании.

На западе, 01:30, Тодд <-> Фьюри - У меня свидание, - со стоном отозвался командир, впрягаясь в тюк, - Неудачное. Иду домой, дорогая, - добавил он нараспев. - И с кем же... дорогой? - в тон ответила на том конце провода дорогая. Почему-то раздолбайство командования злило. Или эмоции бушующие подсознательно вырывались наружу едкой иронией. - На радиоактивных монстров перешли, гражданин доминант? Ты в курсе, что ночь наступила? Зачем было забредать в такую даль? Зачем было выходить так поздно? На меня ругаешься, а сам?.. - он не договорил и отключил связь, уверенно топая вперёд.

На западе, 01:30+ Тодд <-> Фьюри - Комбат. на связи, - выдохнул командир в передатчик, с хрустом потягиваясь. Провалявшись в отключке с час, он даже чувствовал себя немного отдохнувшим. Нечто вроде хардкорного массажа. Ну, наконец-то! С облегчением выдохнул инженер-недоразведчик и схватился за гарнитуру: - Ты почему на связь не выходишь? Что у тебя там случилось? Я тебя уже больше получаса вызываю! Решил всю траву на хрен радиоактивную скосить! - отчитали командира в микрофон, продолжая идти навстречу.

Лагерь, 19:00 - 01:00+ Доктор и юный биолог поспешили на помощь "затонувшему" технику. Лагерь опустел. Близилась ночь. Он выскреб остатки "синей свободы" из тарелки и облизнул ложку. Надо было чем-то заняться. К примеру, настроить станцию спутниковой связи и попробовать отремонтировать повреждённые стилы Вернона, Эли и Евы. На всякий случай. Вдруг, пригодятся. Не выбрасывать же новенькие стилы. На настройку станции ушло несколько минут. На присвоение позывных - минута. Так с лёгкой руки химеры на отслеживающем сканере появились индикационные точки: "шеф", "док", "псих" ("олог" был принесён в жертву краткости обозначений на скромном мониторчике станции), "попа", "рысь", "зай", "цыпа", "дик" и "сова". Почему "сова"? Потому что скрытная и нелюдимая. Сигнал со спутника был чётким и покрывал расстояние не в пример примитивному транспондеру. Троянец отследил передвижение каждого, задержался на западном индикаторе с позывным "шеф" дольше, чем на всех других, вздохнул и приступил к ремонту стилсьютов. Через шесть часов и несколько десятков шахтёрских матов на каждые шестьдесят минут, однорукий ремонтник кое-как справился с заданием. И хоть химерские одеяния уже нельзя было восстановить до исходного состояния, защитные функции удалось сохранить. Теперь, их можно было использовать, как обычную броню (ОБ=2) с радиационной защитой (до 8зв). Довольный своей работой, он вернулся к пульту сканера. К тому времени точно зная, что Ева спасена, разведчики живы-здоровы, а командир продолжает исследовать запад. Но к часу ночи сельхозработы явно должны были подойти к логическому завершению, а косарь вернуться в лагерь. Но передатчик командира молчал, сколько бы его не тревожил сигнал вызова. Где-то далеко на северо-западе посреди степи выругались, сорвали наушник и бросили его в стог за спиной. Зайчик хочет уединения посреди озера в затонувшей машине? Сколько угодно. У него было ещё как минимум два человека, которых нужно спасти. С ожесточением рванув пучок травы из под ног и кинув его на гарнитуру, Фьюри зашагал вперёд. Муторное предчувствие непредвиденной опасности грозящей доминанту, неприятно холодило изнутри. "Он сильный и умный, и сможет за себя постоять", - то и дело заклинанием проносилось в мыслях, но с каждой минутой неуверенность нарастала и готова была обрушиться снежным комом на больную голову. Через десять минут беспрерывного вызова, он не выдержал. Поднялся, распаковал усиленную арамидную броню и экипировался. За плечо - лучевую винтовку, на пояс - тетанайзер, 3 дымовые шашки и столько же разрывных гранат. Содержимое одного из стилов перекочевало в карманы арамидной брони. Он свернул станцию и подхватил портативный чемоданчик. Готов. Ещё раз вызов. Безрезультатно. И он пошёл. Впереди было двадцать пять километров пути и усталость, нарастающая с каждым шагом. (за 1км - 1 уровень усталости. На каждый уровень усталости 1 ч отдыха). Луна, звёзды и фонарь освещали путь недоразведчику с перебинтованной головой, из под ног постоянно что-то выпрыгивало, выпархивало, напоминая о грозящей на каждом метре опасности. Но упрямая химера шла, отправляя на частоту командира повторяющийся вызов: - Комбат, ответь. Дикобраз на связи. Комбат, приём. Комбат, отзовись. Степь, 21.00 - 01.30 Бессознательное тело осталось безвольно болтаться под лапами. Бессознательное тело мяли, ворочали, катали, лизали, кусали, сосали, щекотали усами, пытаясь отжевать хотя бы кусочек. Но не получилось. Провозившись с неподъёмной добычей, закованной в прочный панцирь, неопределённое время, радтаракан решил оставить жучка в покое, но прежде пометил место и само неприступное насекомое, оставив вокруг множество коричневых шариков светящихся зеленоватым ихорным цветом. С тем и удалился в сторону опасной заражённой зоны ещё до того, как бессознательное тело обрело сознание.

Покос на западе, 21:00+ - Заааааайчик.. - только и донеслось из далёкой степи, очень-очень вкрадчиво. А потом раздался громкий треск. Что-то сухое и толстое резко переломили пополам. Он пришёл на зов. В сгущающихся сумерках. Но не зайчик. Хотя, метровые шевелящие усы отдалённо могли сойти за уши зайца, при хорошей фантазии. Но если фантазия была скудной, то кроме огромного трёхметрового таракана склонившегося над человеком, ничего придумать было нельзя.

- Слышу... - она поморщилась, когда искаженный звук хлопка царапнул ухо. - Кар фонил ...льзя в лагерь, в озере захлох и покатился на дно. - Жду рыбок, - меланхолично доложил горе-водитель. - Открывай аварийный люк, он автоматический. Забыла? - быстро проговорил троянец. - Затапливай салон и выплывай. Хрен с ним с каром, потом вытащим погрузчиком. Выбирайся, слышишь?

- Не, - с набитым ртом замотала головой Дрейк. Порозовевшие щеки выдавали внутреннюю мысль "Вот напридумывала же себе!". И все-равно что-то было... что-то беспокоило. Крохотным неспокойным червячком грызло внутри. Проглотила очередную синюю порцию, такую же, как ее маркер, и ответила совсем невпопад. - Я программу пишу.... Чтобы карту нарисовать по данным транспондера. Но потом надо будет планшет Фьюри вернуть... Это ж его планшет, - тихий, завистливый вздох. - Ты же техник. Поможешь сообразить, как под это дело приспособить... хм... например, монитор от системы связи? Он удобный.... - Конечно, от спутниковой, - оживился неунывающий химера. - Я сделаю, - уверенно кивнул и продолжил ужин. - Кхм..шшш.. на дне озера… кар… шшш… из строя. Я застряла. И через секунду совсем отчётливое и очень виноватое: - Извините… - Чего? - он чуть не подавился "свободой". - На каком дне? Ева, - ладонь хлопнула по гарнитуре. - Ты меня слышишь? Почему ты на дне? Ты же недавно вне пределов озера была.

- Рада, что ты в порядке, - проговорила в промежутке между ложками, обращаясь к химере. Слова сопровождались улыбкой, растерянной, но ласковой. Всего то и прошло от силы пол минуты, недостаточно, чтобы смутить своим промедлением. - Ты какая-то расстроенная, Рит, - он проглотил внушительный кусок из рагу и посмотрел на делецию. - Что-то случилось? - А где Ева и Фьюри? – проглотив очередную ложку «свободы», спросил Айзек, - И есть ли вести от разведки? - Командир на западе собирает траву для антирадина. Разведчики на юго-западе. Сигналы подвижные. Ева на дальнем южном озере, - отчитался боец.

Лагерь, 19:00+ - Тодд! - просияв улыбкой, Рита повернулась к другу. - Ты как? Тебе уже можно вставать? Голова болит? Ух, и испугал же ты меня вчера! - чуть сбивчиво протараторила девушка, беспокойно скользя взглядом по лицу парня, пытаясь по его внешнему виду определить, как тот себя чувствует. - Нормально, - махнул рукой тот, просияв от приветствия подруги. - Чего со мной сделается. - Вижу, пациент идет на поправку семимильными шагами, - медик пристально глянул на инженера, оценивая координацию движений и беглость речи, - Я бы рекомендовал еще полежать, но.. – уголки губ вздернулись вверх, - ..Только повремени с новыми приключениями, ладно? После ужина, сделаем перевязку. Взгляд на доктора Флинна и такая же улыбка с оправданием: - Мне командир разрешил встать. Ладно, повременю, - тут же согласился с рекомендациями врача. - Красиво, правда? - расцвела повариха, щедро наваливая полную миску варева химере и подошедшему вслед за ним доктору. - Сам не ожидал, что так здорово получится. А еще у меня десерт есть! Он поспешно принял тарелку одной рукой и уселся тут же, рядом с термопотом. Поставил на колени и схватился за ложку. Есть хотелось зверски. - Ммм! Вкусно! - только и смог сказать техник и продолжил уплетать синее нечто. - А как оно называется? - между двумя ложками спросил у дупликата-повара.

19.00 Дикобраз < - > Комбат - Встречу мокрицу, прикинусь стогом сена, - пообещал командир, посмеиваясь, - Отбой. - Лучше мокрицей прикинься, - донеслось вслед угаснувшему сигналу. - Будешь доминировать... их, у них. Отбой, - вздохнул и отключил связь. Взяв чистую тарелку и ложку, Рита смело подошла к зеленому: - Давай! Накладывай! - с выдохом, будто перед прыжком в глубокий омут, протянула посуду. - И я хочу! - подал голос выздоравливающий. Он подошёл к девчонкам и сунул нос в восхитительно пахнущий котёл. - А чего она такая синяя? - поинтересовался, впрочем, без претензий.

19.00 Дикобраз < - > Комбат - Тогда не схожу, - неожиданно послушно согласился командир, - Мне нужно сырьё для антирадина. У тебя лучевая болезнь, у нас с Айзеком тоже. Зайчик, судя по всему, тоже с нами. Если вы так и будете без спросу и защиты шляться по радиации.. - Фьюри тяжело вздохнул во второй раз за пятнадцать минут, - Вернусь к полуночи. Надеюсь. - Ясно, - кивнула забинтованная голова. Нет, чувства вины у подчинённого не было. Была досада из-за разбившегося вертолёта, которая перевешивала любые терзания совести. Радиация - это, конечно, плохо. Но вертолёт! Это же настоящий вертолёт! Неужели, гражданин доминант не разделяет щенячьего визга троянского инженера перед артефактом из далёкого прошлого? Неужели, совсем не разделяет? Совсем, совсем?.. Если бы троянский инженер знал насколько биологу "совсем" на исторический металлолом, он бы остудил, пылающий любопытством, основательно помятый мозг, жаждущий знаний. Но он не знал, а может, ошибался в нелюбви кандидатов биологических наук к технике. - Фьюри... - боец заикнулся, тут же исправившись. - Командир, будь осторожен. Ладонь легла на пульт транспондера и неосознанно провела по клавиатуре, почти реально ощущая под пальцами пушистую тёплую шерсть.

19.00 Дикобраз < - > Комбат Поистине, техники в его отряде отрывались на полную катушку. - Вертолёооот, - медленно протянул командир, и можно было легко представить, как он медленно кивает, - С возвращением, - поприветствовал Фьюри воссоединение инженера с видом homo sapiens, - Где, говоришь, вертолёт? Схожу, посмотрю. - Нет, не надо, - дикообраз разумный был резко против предложения командования. - Я так полагаю, машина осталась на тех координатах откуда меня перенесло. И если перенесло только органику, то представь, что стало с неуправляемым вертолётом с полным баком горючего. От него мало что осталось. Да и зачем рисковать и лезть в аномалию. Кто знает куда перенесёт. К тому же, до места крушения тебе пилить ещё километров восемь на запад, - подчинённый немного помолчал и всё же поинтересовался. - А ты зачем туда потащился? Южнее похоже большой выпад ихора. На месте стоянки вертолёта было 14-15зв. Я наделся... - он хотел поделиться ноу-хау, но передумал - не время. - В общем, потом расскажу.

Лагерь, штабная палатка, 19:00 Ему никогда не снились кошмары. В сказках и мультиках кошмаров не бывает. Под снифером ничего не страшно. Но сейчас страх сковывал и лишал способности мыслить и анализировать. Он лишь принимал образы, хлынувшие болезненным потоком. Прошлое возвращалось стремительно. Спустя сутки после тяжёлой травмы, нивелируя последствия амнезии и в очередной раз подтверждая на какие чудеса способна террская медицина. Живое доказательство сих сопело на операционном столе и время от времени вздрагивало, когда поток заполнявший память был особенно насыщен. - Твою мать! - с этими словами из недавнего прошлого выздоравливающий и проснулся. Вскочил, оттолкнувшись от своего пластикового ложа, и сел. Протянул рукой по мокрому лицу, тряхнул головой и ошалело проговорил в пустоту. - Не может быть. Это был не сон. Он отчётливо разделил явь воспоминаний от миража сновидений. Был реальный "Хьюз", реальный полёт. Он даже помнил идентификационный номер машины или как там в прошлом называли эти номера. Помнил приборную панель и показания высотомера. Стабильный авиагоризонт и не меняющееся положение стрелки вариометра. Всё было в порядке и вдруг... Вдруг, всё исчезло. И он очнулся в брезентовой палатке рядом с недовольным инструктором с перебинтованной головой и загипсованной рукой. Сложить два и два с учётом неоднократных своих перемещений уже не составляло труда. - Значит, вот откуда я упал, - наконец-то пришло осознание произошедшего. В ответ на мыслительный процесс заломил затылок, заболели швы над местом краниопластики. - Ммм... - троянец поморщился, потёр лоб и сполз со стола. Огляделся. За лабораторным столом никого, спальник пуст. Тишина и мерное потрескивание приборов комплекса жизнеобеспечения мини-операционной. На коробке из-под реактивов лежит запакованный рабочий комбинезон и высокие армейские ботинки. Стилсьют куда-то пропал. Хотя, не удивительно, с учётом принятых на себя зиверт. Разорвал пластик, неуклюже оделся, размахивая гипсом, и пошагал наружу. Хотел снять повязку с головы, но пока решил оставить. Боль в мышцах, сопровождавшая остеосинтез, то и дело напоминала о себе. В лагере ещё тише, чем в палатке. Прячутся он что ли? Или все в разведке? Или ищут "Гнездо"? Первым делом двинул к транспондеру. Определился с местонахождением каждого. Двое разведчиц с дипломатом далеко на западе, механик на юге, инструктор на северо-западе, остальные в лагере, замаскировались. Координаты инструктора всколыхнули новую волну возбуждения от недавнего полёта. Доминант был в километре от того самого места, где нашёлся вертолёт. - Чего он там делает? - прозвучало задумчиво и на передатчик Фьюри через небольшие помехи ушло голосовое сообщение. - Командир, вызывает дикобраз. Ты почти в том самом месте, где я нашёл вертолёт. Да, это был вертолёт, - словно опомнившись добавил рядовой. - Почти новый. С полным баком горючего. Кажется... - физиономия незадачливого летуна с досады покривилась, - кажется, я его угробил. Всё из-за этих зон перемещения.

Штабная палатка Высшая особь оставалась по-высшему невозмутимой и в своём праве перекладывать омегу как удобно не сомневалась ни секунды. Прежде чем устраивать бунты, питомцу следовало снова вырасти до полноценной личности. Со встречным укором в глазах Фьюри неодобрительно покачал головой. - В следующий раз тебе может и не повезти, - разочарованно сказал он, легонько стукнув пальцем по повязке на лбу, и отправился к рабочему столу. А он и не думал бунтовать. Он лишь хотел уйти с этого неудобного стола, где лежал, как на витрине. Улечься в уголке, свернуться и заснуть. Но кого интересуют желания предмета обстановки. Улёгся обратно, скрылся под одеялом с головой и ничего не ответил про везение. А благодарить высшую особь за спасение низшей он будет потом. Х

Штабная палатка Фьюри не без удивления посмотрел зайчику вслед, почесал место поцелуя и расплылся в совсем уж широкой улыбке. У бунтующего дикобраза на таком душевном подъёме командования не было ни шанса. Операционную сдвинули, диссидента подцепили, едва ли не закинув на плечо, и усадили на стол. Обиженно шмыгнул нос, а глаза с укором покосились на высшую особь. Вот так, эти доминанты всегда, берут и доминириуют. Хватают и кладут куда хотят. Уставился на непреодолимую грудь командования, надулся и замолчал. Даже поцелуй зайчика не помог справиться с досадой от собственной беспомощности.

Штабная палатка - Нельзя, - отрезал командир, - ты только после операции. Тебе нужно лежать на ровном, хотя бы пока не осмотрит Айзек. Пациента поставили и подтолкнули к столу. - Там тоже ровно, - буркнули в ответ и отвернулись к столу. Попытка закорячится на высокий медицинский агрегат провалилась. Нога съехала с перекладины, и пациент ухнулся подбородком о твёрдый пластик. Глухо промычал от боли и прочно зафиксировался у края. Неизвестно, что сейчас для пациента было безопасней - спуститься вниз или восходить наверх. Поэтому, переступив несколько опор, удерживающих мини-операционную, вредный грызун съехал под стол и приткнулся поверх одеяла прямо на полу.

- Куда ты спешишь? - даже добавь она обращение "химера", которое так и льнуло к фразе, оно прозвучало бы заботливо и нежно. - Я не спешу, - ответили с низов, - я хотел вот... Договорить на позволили. И потому же Фьюри только закатил глаза, наклонился и подхватил нестоячего грызуна под живот, потянув наверх. - Я сказал, сидеть, а не ходить, - заметил он, посмеиваясь, и поглядел на зайчика, - Я унесу, - и согласно кивнул, - Езжай. Подхватили, потянули. - Я не хочу, - раздалось жалобно. Колючки прильнули, остался только мягкий дикобразий живот. - Туда на стол. Можно я вон там?.. - взгляд был устремлён на командирское ложе.

Штабная палатка - Рада видеть тебя, - осторожно поприветствовала больного, сдерживая смех. Почему-то сочувствовать или переживать за жизнь Тодда не получалось, побывавшего в надёжных руках, и все эмоции Сатар были окрашены радужными теплыми оттенками. И он тоже был рад видеть. Он сегодня радовался исключительно всему. Лучу солнца, стакану воды, кубику сублимата, юному натуралисту, кваке, шапочке и, конечно же, командиру с механиком. Когда ты понимаешь, что выжил, радуешься даже мухе ползущей по стене. Но делать нечего, пришлось вступить в сражение с футболкой, не обращая внимания на наблюдателей. Это было поистине впечатляющее зрелище, которое превратило майку в растянутый мешок, а питомца в бледную пошатывающуюся статую. Зато сам. Головокружение, тошнота, зато сам! Непреодолимо захотелось лечь, но не на операционный стол, а на... да, вот как раз на командирский спальник, мягкий и призывно распахнутый. Но до него надо как-то добраться. Стянул одеяло и оттолкнулся от стола. Зря. Потому что ноги подкосились и идти дальше не захотели. Бухнулся вниз, благо не на переломанную руку, успел убрать, и растянулся на уголке одеяла. Замер. Сейчас, опять будет ругаться. Ощетинил колючки и приготовился обижаться.

Штабная палатка За изучением артефакта пациента и застал вернувшийся командир. Лишь когда артефакт упокоился на коленях, Фьюри, хмыкнув, шагнул через порог. Он кинул на стул комбинезон, распаковал трусы и майку и протянул химере. - Меняю, - с улыбкой кивнул на шапку, - Помочь? А он и не заметил его прихода. Вздрогнул, когда почти над ухом раздался знакомый голос. Хорошо, что полыхнувшие уши частично под повязкой и не выдают смущения фетишиста. Зато язык застрял на половине фразы: - Я ни ха... ниха... не хотел я. Возьми, - шапочка была бережно поднята с колен и с виноватой улыбкой передана владельцу в обмен на нижнее бельё. - Я сам, - помощь сразу отверг по неоднократному примеру опекуна. Откинул одело, свесил ноги и сполз на пол. Босые ступни шлёпнули о тёплый брезент. Придержался здоровой рукой, утвердился в новом положении и прикрыл глаза, чтобы не видеть, как закружились предметы в палатке. Трусы сопротивлялись целых шесть минут. Цеплялись за ноги, мялись, падали, презрительно щёлкали резинкой - вообщем, вели себя отвратительно. Борьба была не равной и через шесть минут и вечность обессиленный питомец повис на операционном столе в кое-как натянутых трусах.

Штабная палатка Биолог с сомнением поглядел на пациента и кивнул. - Только осторожно. Я принесу тебе одежду. Он плюхнул сырую шапочку на одеяло больному, вышел следом за лаборантом и уже через минуту с комплектом нижнего белья и новым комбинезоном снова заглянул в палатку, выясняя, как дела со сменой положения в пространстве. Шапочке улыбнулись. Проводили взглядом утопавшую сиделку и начали подниматься. Медленно. Осторожно, как приказано. Привстал на локоть. Зацепился за край. Подтянулся. Одной рукой. Уселся. Сам (сила: успех). Довооольный. На физиономии вся радость бытия, словно только что совершил подвиг. Пока нет хозяина шапки, можно уткнуться в пушистый ворс носом и втянуть его запах. Неосознанно. Потому что так хочется. Запах особенный. Единственный, который будоражит и возвращает пласт воспоминаний приятных и горьких одновременно. Тяжёлый вздох и пушистый раритет укладывается на колени. Сверху ладонь, на мокрую шерсть. И снова улыбку рождают воспоминания. Не было бы бинтов на голове, непременно бы напялил по самые уши, как тогда на озере...

- Ты как? - заглянула в палатку встрепанная физиономия лаборанта и только потом заметила Фьюри. - О, хорошо что ты вернулся! У нас есть ведро, а то канистра не тонет! Приятелю помахали рукой, квакой и банкой одновременно, чуть не обронив всё хозяйство. - Вспомнишь, дикобраз, - во всяком случае, координатор очень на это надеялся. Собирать такие вот осадки из собственной группы по всей пустоши не хотелось. Фьюри ободряюще сжал плечо больного и обернулся на голос. - Фьюри, - краем подбородок ткнулся в тёплую ладонь на плече, а глаза умоляюще уставились на командира. - А мне ещё нельзя вставать? Или хотя бы сидеть? И я хочу комбинезон. Тоже. Квака наконец-то сообразил, что из пальца он ничего не высосет и, обиженно скосив лупалки, плюхнулся на дно банки. Пленник с облегчением вздохнул.

Лагерь, 11:30+ Тот улыбнулся в ответ и нажал на нос подопечного как на кнопку. - Молодец. Вспомнил что-нибудь? Вмешиваться в отношения с Квакой не спешили. Самостоятельность - верный шаг к восстановлению сознания. Активация "кнопки" сгенерировала новую улыбку. Так когда-то в далёком детстве с ним общалась дупликатка, которую он называл "мамой", а доминант, такой же как Фьюри, никогда не был для маленькой химеры "отцом". Фьюри был. Отцом. Кажется. Нет, точно был. Хотя, и ругался. Правда, за дело. - Вспомнил, - палец потянули наружу вместе с квакой, но вовремя опустили обратно в банку. - Много чего. Но... - по бледному лицу пациента пробежала болезненная гримаса, - я не помню, что со мной случилось. Совсем не помню, - он с досадой вздохнул и уставился на дрыгающееся настырное тельце, решившее пообедать человеком.