julia37

julia37 & Rеi

- Ваш брат и правда устал, - это не было ложью, разговор вышел непростым, - а вашей кузине сложно отказать, да и смена у него хорошая, пусть будет так. - Конечно, они ведь так долго сражались. - согласилась на вная девица, не подозревая, какие разговоры велись у нее за спиной о ней самой. Она проводила взглядом Карлу, не заметила ничего тревожащего в дипломатично-предусмотрительном ответе демоницы, и ласково, по-детски, улыбнулась Освальду. - Пойду скажу брату, что он сегодня может отдыхать. Крыша постепенно становилась безлюдной. Какой о должна была быть.

Господи Иисусе, ещё один театр намечается. Неужто страсть к театру горит столь сильно в крови британской Инквизиции, что им самим надо заниматься экранизацией и привлекать всех вокруг к этому процессу? - Беатрис, у тебя уже было обучение в рукопашном бою или в ножевом бою? Мортимер поднял правую руку открытой ладонью вверх. - Слово инквизитора. - абсолютно серьезно, сеньор Рафаль, не беспокойтесь. Согласие все-таки было получено, но Морин, постепенно оттаивавшая от собственной нервозности, и блуждающая все ближе и ближе к живым людям, посмотрела в его лицо задумчиво. Рафаль явно был не в восторге от перспективы зрителей. А милая кузина.. Морин даже слегка растерялась, увидев на лице Беа, когда она говорила о том, что ей рекомендовали оттачивать навыки стрельбы, такое выражение.. Кажется, рекомендация было дана невероятно грубо. И мисс Блэк, не такая уж чувствительная, как могло показаться тем, что мало ее знал, до сих пор мучилась этим. Не трудно было сопоставить время пертурбаций в учебе и.. появлению неких новых привычек в жизни Беа. Впечатлительной ведьме очень захотелось ее обнять. И покрепче. Но ситуация была не подходящая. - Ох, это будет не просто. Спасибо. - Сказал он принимая нож. В этих словах неуверенность и благодарность, ведь нож не бритва, а оружие. У такого человека с оружием могли быть иные отношения, личные. Некоторые солдаты давали оружию женские имена... - Значит порядок оставляем прежним? Любопытное создание подкралось совсем близко, чтобы увидеть нож в руке. Но вопроса, так очевидно читающегося в выражении ее лица, так и не последовало. - Беа сказала, хочет подежурить. - напомнила она просто на всякий случай. - Значит, порядок придется поменять. Или пусть Морти отдохнет сегодня. Он, наверное, устал. Усталый, в глубине души, где-то очень глубоко, мистер Смит, задержался у основания лестницы, и задумчиво поглядел в ту сторону, где видел демоническое гнездо. Секунда, и он уже идет вниз, следом за всеми. Как-будто ничего такого. Ни-че-го не случится. Ведь так?

- Лучше, - кивнула Карла. Снова тяжело вздохнула, и повернула свои стопы в сторону выхода с крыши. Тяжелые вздохи скатывались с неунывающего инквизитора, как с гуся вода. - Вот и прекрасно. – Разве не на всё воля Лорда? - А ты признаешь его волю? - не сдержала первозданного любопытства юная сирена Смит, которая за это время все-таки вышла из своего укрытия, хоть и держалась на некотором отдалении от общества. - Зрелище получилось великолепное, спасибо вам, Рафаль, Мортимер. И, у меня есть небольшая просьба, Рафаль. Не могли бы вы на следующей остановке показать мне основы боя? Диана подарила мне нож и, после последнего боя, я считаю, что знание, как им пользоваться, очень мне пригодится. А я бы могла постирать вашу рубашку взамен, - не то в шутку, не то всерьез предложила Беатрис. - Леди Беатрис, ваше предложение любезно, но пугающе, - серьёзно ответил Рафаль и сопроводил следующие слова лёгкой улыбкой. - Один подслушанный анекдот говорил, что последнюю рубашку стирают перед тем, как относить её в налоговую. Ваша просьба абсолютна разумна и уместна в текущей ситуации, и я постараюсь её исполнить, когда вам будет удобно. Запишите эту услугу на мой счёт в банке Беатрис Блэк. Может, я накоплю там на что-нибудь встречное однажды. Брови кузена поползли наверх. Но если это и была ревность, то какая-то очень странная. В основном ее составляло отчетливое понимание: он просто обязан это видеть. - О, я просто должен там присутствовать. - с жаром, приличным поклоннику оперной певицы или известного военачальника, выпалил он. - Вы же позволите мне посмотреть? Он по очереди взглянул на кузину, а потом на Рафаля тем самым своим умоляющим взглядом. - Клянусь, что буду нем, яко рыба, и за все время не скажу ни слова. - заранее предвосхищая возможную критику в свой адрес, пообещал он. И кстати, мисс Блэк, раз уж вы выразили желание стирать рубашки... Это мысль повертелась в голове, пощекотала хвостом и чуть не заставила чихнуть. Вместо этого мистер Смит лишь обезоруживающе улыбнулся.

- Я не представляю, как мы переживём их, - на полном серьёзе кивнул Рафаль. Придирчиво попытался осмотреть спинку рубашки. - Хотя в моем случае больше всего пострадала чистота рубашки, полагаю. Протянул отобранный меч, коротко поклонился оппоненту и зрителям. Мортимер пожал любезно протянутую руку, привычно скрыв привычный дискомфорт в ладони. Он был убежден, что все прошло отлично, и повода сердиться нет. Если он и нанес урон самолюбию Солейна, то возмездие было более чем достойным и своевременным. Инквизитор принял свой меч, решив на будущее больше с ним никогда вот так в бою не расставаться, и поклонился в ответ. И, конечно, благодарственно отсалютовал Освальду, который наградил зрелище аплодисментами. Впрочем, может быть, излишняя восторженность аналитика объяснялась иными событиями?.. - Теперь следует воздать должное победителю. - искря глазами, заметил британец, признавая себя проигравшим в этой схватке. - Я бы предложил совместно вскрыть бутылочку вина в вашу честь, но увы, не располагаю такой роскошью, как алкоголь, в данный момент. - Свет факела в темноте виден километров за десять, - отделившись от стены, Карла оказалась в круге света, - кто-нибудь здесь может поручится, что в пределах этого радиуса не окажется никого, кто примет этот свет за приглашение посетить нас ночью? Замечание было во многом справедливым, но ведь не так уж много мест в округе было достаточной высоты, чтобы пронаблюдать за светомузыкой двенадцатого этажа. Мортимер об этом не подумал. И ещё эгоистично радовался сейчас, что Карла не поспела к началу. Иначе заставила бы принести театральность в жертву безопасности. - Это все моя вина. - улыбчивый и слегка помятый инквизитор готов был безропотно снести грядущее порицание. Неожиданное появление Карлы из темноты его не напугало. Он догадывался, что она будет где-нибудь здесь. Зато следующий за этим хлопок крыльями, способными поднять в воздух не менее ста фунтов, заставил его вздрогнуть и затрепетать факелы, освещающие сцену. - Шери.. - он засмеялся, но было не по себе. Обернувшись, мистер Смит по очереди погасил все факелы одним лишь усилием мысли, даже и не думая подходить. Крыша вновь погрузилась в темноту. - Ну вот. Так лучше? *** Бой почти отгорел, когда по лесенке наверх поднялся мистер Вуд. Морин проводила его взглядом, и пытаясь не замечать то тянущее сердце чувство, что сопроводило его появление. Она обещала рассказать. Не лучше ли сегодня?. Малодушно хотелось позволить утешить саму себя, что время не подходящее, что лучше позже, что.. Он искал ее глазами. Ведьма улыбнулась от чувства лёгкости. Нет, ждать ещё она не сможет. Шери настроена была пугать людей. Но в ее словах мисс Смит почудилось что-то такое.. словно какое-то двойное дно. Однако, здесь можно было лишь спросить. А говорить ей все ещё было немного тяжело.

Как видно, Солейн серьезно разозлился. Грациозно вскочив на ноги во второй уже раз, он в два движения взял и.. просто вырвал меч у него из рук, а инквизитор даже понять не успел, как это случилось. Воскликнув что-то нечленораздельное, и, кажется, запутавшись в собственных ногах, Мортимер повалился на землю, несмотря на попытку коллеги это предотвратить. Завершил блестяще начатое выступление провалом. Голова не пострадала, зато больное плечо серьезно возмутилось, когда его попытались подвинуть с положено природой места. - Я сам своим наказан вероломством. - прохрипел актер больших и малых академических театров. - Умираю. И тут же, на полу, довольно достоверно изобразил комическую агонию, после чего затих. Спустя секунду легко поднялся на ноги, и как ни в чем не бывало, протянул руку сангвинару, дабы закончить на дружественной ноте. - Надеюсь, вы не в обиде? Кажется, мы оба кое-чему сегодня научились. У лестницы, меж тем, одна молодая ведьма пришла в ужас, закрыв ладошками лицо. И только спустя несколько секунд поняла, что брат снова притворяется. Как хотелось ей сейчас взять что-нибудь тяжёлое и кааак... дать ему по глупой голове! - У вас все в порядке? Никто не ушибся? - с тревогой в голосе спросила она, окидывая взглядом обоих мужчин. - Ранения весьма серьезны. Пострадала гордость. - с соответствующим ситуации выражением лица отвечал кузен. Но после широко улыбнулся. - Боюсь, эти раны даже экзорцисту исцелить не под силу.

Коварный Лаэрт приподнял подбородок. Подумать только. Ему ставили на вид бесчестность! - Как я недогадлив! - кажется он не раскаивался ничуть. - Мне казалось, что мы с вами в условиях приближенных к боевым. Тактическое отступление он воспринял с интересом и рванулся к британцу, но промахнулся. - Куда же бы от меня убегаете, любезный инквизитор? - Это не бегство. - донеслось с трёх метров. Рафаль разгадал его замысел ещё до того, как Мортимер успел его оформить в собственной голове. Всё-таки опыт - это опыт. А инквизитор полагался больше на импровизацию. Раз уж она была единственным его подспорьем. - Это тактическое отс.туп.ле.ни.е! Что-то заставило его вновь повторить задевший противника маневр с наскоку. Может быть, вредность характера, может быть, максима "повторение - мать учения". Он не рассчитывал, что сможет застать Солейна врасплох дважды. Однако ж... - В третий раз, Рафаль, вы не шутите; деритесь с полной силой; я боюсь, вы неженкой считаете меня! Свое удивление такому сногсшибательному успеху британец прокомментировал излюбленным Шекспиром. Впрочем, Солейн был так невероятно ловок, что ронять его на землю было пустой тратой сил. В качестве примирительного жеста он протянул руку, чтобы помочь встать, если тот захочет.

- Да, вижу, очень... неклассическое обучение фехтованию, - ввернул маленькую шпильку маг. Так, даже не шпильку, а простенькую английскую булавку. - Индивидуальный подход! - задорно отвечала жертва джентльменской чумы, пытаясь парировать коварные атаки француза. Да, над парированием ему ещё следовало поработать и изрядно. - Главное же эффективность, не так ли? - весело поинтересовался плод домашнего обучения и каверзного характера, внезапно отступая на несколько метров и уходя на новой позиции в оборону. - Вы всегда бьетесь только по правилам, Рафаль?

Сеньор Солейн немедленно нанес ответный удар, который инквизитор отразить ее смог. - Неловкость? Да вы шутить изволите, - усмехнулся маг и вернул любезность, плашмя легонько ударив по боку актёра и декоратора в одном лице. - Вас обучали фехтованию в Сомерсете, в Академии? - Изволю. - блеснул зубами в свете сценических огней мистер Смит. Обманчиво-агрессивное наступление, чтобы вынудить сангвинара отступить. Дистанция. Бросок. - Увы, нет. Нас с сестрой обучали на.до.му! - во время физического усилия слова давались с трудом. Ещё одно обманное движение, и оружие, вместо того, чтобы разить, заставляет Рафаля споткнуться о него, и потерять равновесие. Британец, кажется, был поражен какой-то особой джентльменской чумой, заставляющей его иногда перерождаться, как это происходит с ангелами. - Но преподаватели были самые лучшие. - чуть запыхавшись, добавил он, созерцая результат своих действий. *** Морин припозднилась. Она поднялась по лестнице на крышу. Окинула взглядом плоское пространство, отвоеванное у черноты. Вот там сидит кузина. А там - крылатая Шери. Где-то в тени притаилась и Карла. Так сразу не разглядеть. Ей не хотелось обращать на себя внимание, а потому Морин так и осталась стоять у низенького парапета, к которому крепились перила лестницы. Если не оглядываться, то и не заметишь. Ей хотелось только посмотреть, что устроил брат. Это он хорошо придумал с огнями. Двое тренированных мужчин с оружием, окружённые факелами. Так зрители могли легко почувствовать себя невидимками. Именно это сейчас было очень кстати для нее. Очень хорошо. Тонкая ручка вновь проверила что-то в одном из кармашков жилета. С содержимым кармана все было в порядке.

Раскланялись. Мечи наизготовку. Молодой инквизитор не так, чтобы слишком рассчитывал на триумф. Но полагал, что если проиграет, то проиграет с честью. Как там учили? Нога сюда, свободная рука изящным жестом назад и вверх. После волков, продавшихся и зачумленных, он начал забывать учебные приемы, пришлось напрячься. Движение по кругу, шаг, другой. Атака. Мимо. Ловкий выпад. Укол. Потомственный боец получил ощутимый тычок ножнами в корпус. "Подайте нам рапиры." "Мне одну." "Моя неловкость вам послужит фольгой, чтоб мастерство, как в сумраке звезда, блеснуло ярче." "Вы смеетесь, принц" "Клянусь рукой, что нет." "Подай рапиры, Озрик." - Надеюсь, моя неловкость не выдаёт во мне новичка чрезмерно явно. - с улыбкой вопросил завзятый театрал, ничего и никого в окружающей тьме не замечая. Только огни. Только двое с оружием в руках.

- Значит, Мортимер, это все только твоими стараниями? Впечатляет, - отметила Беатрис. Артистический кузен, в отличии от скромного сангвинара, не преминул проследить взглядом цепочку. Увы, как и в случае с Шери, безрезультатно. - Я ещё даже не начинал, Беа, даже не начинал. - понизив голос, поведал братец фэйри. - А кроме того, что свет пригодится, так ещё и выглядит эффектнее, - усмехнулся француз. Француз занял позицию. Мортимер так же вошёл в круг. С одной стороны от боевого поля скромно наблюдала за ними Беатрис. С противоположной - во тьме скрылся крылатый силуэт. Инквизитор спрятал довольную усмешку в уголках рта. Что ж, можно было приступать. - Не без того. - признал он правоту замечания Рафаля. Взяв меч, с которого так же не стал снимать ножны, в ведущую руку, мистер Смит неспеша обошел все свои факелы, к каждому склоняясь и каждый мягко обнимая ладонью. После чего факел вспыхивал. Поле боя окружили огни, и все они будто провалились во времени: то ли гладиаторские бои, то ли эпидемия чумы в средневековом городе Вот же совпадение - и то, и другое. Британец встал напротив сангвинара в нескольких шагах. Багровые отсветы кривлялись на мужских телах, меняли своевольно цвет глаз и кожи. Мортимер сделал полагающееся приветственное движение и поклон. В выражении его лица как-будто появилось нечто чужеродное. Или виной тому было освещение? - По вашему сигналу.

- А вы времени даром не теряли, тренировочная площадка больше походит на турнирную, - одобрение в голосе к проделанной работе даже не скрывалось. - Я забыл спросить, на каких мы мечах, поэтому взял и свой, и ангельский. - Рафаль! - коллегу поприветствовали все той же сияющей улыбкой. Инквизитор встал на ноги, отряхнулся и подошёл поближе. Перчатки Мортимер носил из ткани, кожаные не терпел. Они с французом были практически одного роста, практически одной комплекции. Идеальный партнёр для отработки атак и отступлений. - Я подумал, взять ангельский клинок. Как раз хороший повод опробовать его в руках. Но настаивать не стану. Мистер Смит обернулся на свои приготовления и с невинным видом пояснил. - Так ведь темно. Свет нам с вами пригодится. Новый Лаэрт обернулся. - Любезная кузина. - галантно поклонился даме, явившейся вдохновлять их своей красотой.

Поединок на крыше. 22:00 Что бы там ни было сказано Освальдом, хорошее или дурное, к назначенному фехтовальному свиданию Мортимер отложил все мысли об этом в дальний уголок сознания и с воодушевлением принялся за дело. В ход пошли куски арматуры и разнообразная пересушенная ветошь, в изобилии имеющаяся в разоренных квартирах. Импровизированные факелы он бы полил немного маслом, если б нашел его на кухне, но и так гореть должно было преотлично. Ведь в его распоряжении был волшебный огонь. *** На крыше царила тишина, нарушаемая лишь зловещим гудением ветра в пустых коридорах где-то под ногами, и густая темень. Над головой равнодушно поблескивали звезды, но их света явно было бы недостаточно для достижения нужного эффекта. Все дело в том, что мистер Смит уже нарисовал в своей голове некую картину и теперь собирался создать атмосферу с помощью подручных средств. Приметив уютное местечко, явно приготовленное здесь для кого-то, имеющего некое родство с птицами небесными, он сделал себе пометку в памяти и отошёл подальше. "Сцена" расположилась на максимальном удалении от "гнезда". К назначенному времени, когда на крышу поднялся бы Рафаль, а так же любой желающий вкусить после хлебов ещё и зрелищ, то он застал бы Мортимера, закрепляющего факелы по довольно сомнительной с точки зрения геометрии окружности достаточных размеров для безопасного дружеского поединка. Оставалось только поджечь, и превращение крыши в Колизей, а инквизитора и сангвинара в гладиаторов, сразу совершится. Защитного цвета рубашка заботливо оборачивала лежащий неподалеку от инквизитора замечательный клинок, которым ему удалось завладеть совсем недавно. А сам он, в армейских сапогах, с открытыми до самых плеч руками, а так же, разумеется, в перчатках, возился, стоя на одном колене с особенно непослушным "прожектором".

Пользуясь разрешением мастера, возвращаю Предусмотрительность, которая, внезапно, работает совсем не так, как мне хочется)) и получаю обратно 300 оо Мортимер: 100 оо + 300 оо - 400 оо (Молот Ведьм) = 0 оо в остатке. Демонические сущности, берегитесь!

- Спасибо за комплимент, - польщенно потупила взор Беатрис, прикрывшись длинными ресницами, словно отсутствующим веером. В темноволосой изящной головке, в свете сделанного Рафалем предложения, уже зрел коварный план, детали коего, однако, требовали некоторой шлифовки. - Рафаль, Мортимер, а можно будет...поприсутствовать при вашей тренировке? - Ну конечно. Ответить даме иначе - значило просто начисто уронить свое джентльменское достоинство, которое, по правде говоря, и так покрылось некоторой патиной и случайными царапинами.. Но не настолько. Однако, Мортимера несколько беспокоило другое. Станет ли Беатрис просто наблюдать, как полагается прекрасной даме? Или.. в памяти всплыл крайне неприятный эпизод, когда благодаря несдержанности кузины он попал в неловкую ситуацию. И все перед тем же сеньором Солейном. Оставалось лишь надеяться, что ему больше не доведется испытать это крайне неприятное ощущение. Желательно никогда. - Присутствие леди даст нам лишний повод показать себя. - он ослепительно улыбнулся. Относилось это, разумеется, ко всем леди. Да и в целом, зрители лишь добавляли остроты. Рафаль не возражал. Можно было устроить небольшое представление. Демоническая кровь, помимо прочего, отвечала и за увлечение театром. - Сэр Смит, а не могли бы вы мне уделить время перед этим? Инквизитор мог быть горд собой, сегодня он был нарасхват. Он и был горд. И еще немного удивлен, что человек, лет на десять его старше, вот так обращается к нему. Несмотря на все больше и больше раздувающееся эго, Мортимер чувствовал, что это уже слишком. - Конечно. И сделав Освальду приглашающий жест рукой, мистер Смит прошел с ним в коридор, дабы подобрать для разговора более уединенное место.

- Мистер Смит, если настроение и силы есть, не окажете ли мне любезность совместной тренировки? После ужина, конечно. Мистер Смит был как раз занят усвоением питательного ужина и оформлением своих претензий к поведению прекрасного пола в наиболее меткие и литературно художественные фразы, которые он, разумеется, никогда не скажет вслух. Синие глаза воззрились на сеньора Солейна с любопытством. Ну надо же.. похоже, он и впрямь получил общественное признание, как настоящий боец! Уже второе предложение за эти сутки. Взгляд коснулся Николя. Тот пребывал в мрачном расположении духа по сравнению с первыми днями их путешествия и выглядел усталым. О своем слове ему Мортимер не забыл, но решил, что итальянцу даст удовлетворение позже. А пока... пока что, разве мог он упустить такой случай покрасоваться? Раз уж Рафаль решил сделать это приглашение при всех. Ну почти при всех. - Разумеется. - просиял инквизитор. - Это честь для меня. Он поднялся на ноги, покончив с ужином довольно быстро. Взглянул на часы. - Мне нужно немного времени на отдых. Если не возражаете, через час и.. пятнадцать минут встретимся, ну, скажем, на крыше? Полагаю, там найдется достаточно пространства. И можно будет опробовать новый клинок. Каков его вес, каков баланс.. - Прекрасный ужин, Беа. Ты нас просто спасаешь. - изящный поклон и улыбка кузине.

- Мою тоже отдельно, - сказала она, скрываясь в коридоре. Можно было, конечно, попросить взять еду с собой, но Карла надеялась, что найдет Морин достаточно быстро. Мортимер проводил итальянку взглядом исподлобья, не прерывая при этом прием пищи. Хотя жевать при этом стал заметно тщательнее. Женщины! Убеждены, что все и всегда знают лучше. Нет, тлетворный, по выражению присутствующих здесь, или скорее уж Адский прогресс был им вовсе не к лицу. Теперь его стремления определились. Разделаться с тарелкой, отдохнуть немного, водворить сестру на место, и, вероятно... Взгляд синих глаз скользнул в сторону Шери, на мгновение коснулся, и вновь продолжил следить за тем, как исчезает каша и консервы.

- Терпение - добродетель, Мортимер, - Эта добродетель более к лицу женщинам. - дерзко парировал голодный инквизитор, впрочем, ждать дольше гуманная кузина никого не заставляла. - Может, подождём всех? - Отвлёкшись от возвышенных рассуждениях спросил он не выдержав, так деликатно как только мог. Чуть ранее Освальд произнес такую речь, пространную и пылкую, какую вряд ли можно было ожидать от человека ничем внешне не примечательного, в деловом костюме и круглых очках, и на бумажной работе. В этой мысли не было решительно ничего уничижительно. Мортимер понимал и важность бумажной работы, и книги очень уважал. Просто... Освальд прежде казался ему довольно сухим господином. Теперь он начинал понимать, что именно нашла в нем сестра. Было в них какое-то внутреннее родство.. Он ощутил странный укол. Укол.. ревности? Как странно. - О нет, я уверяю вас, не стоит. - не вдаваясь в объяснения, Мортимер обозначил, что можно приступать к еде. Уж он-то точно собирался. Как оказалось, за Морин переживало гораздо больше людей, чем он предполагал. Пристальный черный взгляд, почти не скрываемый под тенью шляпы, но скрывающий волнение волн на дне моря, уставился на молодого инквизитора открыто и, естественно, бестактно, но с очевидным вопросом. Карла на него смотрела так, словно хотела наградить ещё одной незаживающей язвой в дополнение к четырем уже имеющимся. Казалось, она молча укоряла его за то, что оставил Морин там одну. Однако, он все ещё считал, что поступил верно. Едва заметно он сделал движение головой, на всех языках мира означающее: "Нет. И нет. И не стоит идти ее сейчас искать." Потому что может стать хуже. Теперь настало время воздать должное кулинарным талантам мисс Блэк.

- Рим! Колизей! Гладиаторы! Центр и колыбель западной цивилизации!  Мортимер какое-то время слушал выспренний диалог мистера Вуда и сеньора художника, потом моргнул и влез туда со своим грубым материализмом. - Всегда очень уважал разумную политику римских императоров. - поделился он. - "Хлеба и зрелищ"! Отличный лозунг. И если зрелищ у нас нынче довольно и даже более того, то вот с хлебами создалась довольно напряжённая ситуация. Беа. Не готово там ещё? Нетерпеливо поинтересовался оголодавший инквизитор у кузины.

- И как на это смотрит Святая Церковь? Как раз на этом щекотливом моменте в импровизированную кухню возвернулся Мортимер. Он выглядел так, будто ничего не случилось, но вернулся, однако, в одиночестве. - О, святая церковь смотрит на все очень серьезно. - вклинился в беседу мистер Смит с соответствующим сказанному выражением лица, когда Беатрис договорила. Ни за что он не стал бы перебивать ее. Он принялся стаскивать с себя броню, потому что до того не успел. Жилет, накладки, все полетело в кучу возле окна. Освободившись, британец утвердился на том же месте, где до того сидела его сестра с огоньком на ладошке, таким образом, как видно, замещая ее в меру сил. - Однажды Черчилль, - он повернулся к демонице и на всякий случай уточнил. - Вы слышали о Черчилле, Шери? Держу пари, что да. Так вот, однажды старина Уинстон, когда ещё только начинал свой политический путь, то агитировал избирателей, приходя к ним домой. И все шло довольно неплохо до некоторого момента. Тут братец-фейри выдержал подходящую моменту паузу, дабы все прониклись. - В одном из домов его встретили фразой: "Голосовать за вас? Да я лучше отдам голос дьяволу!». Тут-то любой другой человек растерялся бы. Черчилль сказал так: "Понимаю. Но если ваш друг не выставит свою кандидатуру, могу я рассчитывать на вашу поддержку?". Серьезная мина не дала ни трещинки, когда Мортимер перешёл к соли своего рассказа. - Говорят, говорят, - он многозначительно шевельнул бровью и интимно понизил голос. - Его потом две недели не выпускали из Лондонского представительства инквизиции. То есть, до тех самых пор, пока его объяснения не удовлетворили даже самых подозрительных и дотошных. Хотел бы я на это взглянуть, да..

Глядя на огонек на ладони Морин, экзорцистка качнула головой. Слишком долго готовить так ужин на всех. - Пожалуй, я покручу педали, - предложила Беатрис, расстегивая ремешки бронежилета. - Или...Рафаль, Мортимер, не окажете услугу? Тогда я могла бы заняться готовкой. И тут кузина решила, что ей не стоит участвовать. Морин приоткрыла ротик, чтобы что-то сказать, но ещё не успела понять, почему это вдруг такая обида поднялась в груди, с чего это захотелось расплакаться прямо сейчас. Она даже не ответила на вопрос о ее самочувствии. А потом раздался голос Освальда, ведьма вздрогнула и огонек на ее ладони погас. Она подхватилась на ноги, и, понимая, что ничего членораздельного сейчас все равно сказать не сможет, убежала из комнаты прочь. Благо, здание было достаточно большим, чтобы унять эмоциональную бурю без свидетелей. Мортимер не слишком горел желанием крутить педали и уже собирался попросить Рафаля проявить в этом благородном деле инициативу, как вдруг все покатилось куда-то под откос. Инквизитор покачал головой. - Пожалуй, будет хорошо, если педали покрутит Освальд. - заключил он, тягостно вздохнув. - Я скоро вернусь. И прогулочным шагом он отправился вслед за сестрой.

Хорошо, что хоть кто-то из них двоих видел границы. Потому что у Морин были с этим некоторые проблемы. На руку мистеру Вуду играло то, что она зареклась читать мысли родственников и друзей, и честно держалась своего слова. В противном случае, мисс несомненно сочла бы, что Освальд думает о противоречивой рогатой особе слишком уж много и в чрезмерно восхищённом тоне. Она посмотрела ему в глаза ещё с секунду и то, что он больше не прятался от нее, как раньше, умиротворило ее. На губах появилась тень усталой улыбки. - Нет. - качнула она головой в ответ на предложение генерировать электричество. - Этого я не могу. Только огонь. Усталая ручка оперлась о подлокотник, и в следующую секунду в ладони расцвел небольшой багряный цветок. Смирный, скромный, безобидный с виду костерок на ее руке шевелил говорливыми язычками и время от времени искрил и шипел. Вскипятить кофейник? Подогреть походный котелок? Спалить кашу? Сколько угодно. Мисс взглянула вопросительно, ожидая более точных указаний, как ей себя применить для общей пользы.