julia37

- Не извиняйтесь, вы не должны извиняться за собственное мнение, тем более что вы правы. Никто не хочет гадать укусит его пёс лишь потому что у него есть клыки, или он достаточно приучен, милая жена доктора приготовит им чай или затолкает защитный амулет в глотку Или вот еще: синеглазая ведьма силой мысли будет зажигать и гасить свечи ради комфорта, или, может быть, устроит несанкционированное аутодафе на дому? Ей вдруг захотелось кричать от неслышного скрипа, производимого педантичными движениями тряпочкой по стеклышкам. Морин не могла пошевелиться. Бросило сначала с холод, потом - в жар. - Мистер Вуд! Вырвалось почти против воли, когда, устав прятать всеми возможными способами глаза, включая сюда и протирание очков, Освальд поспешно ретировался из комнаты прочь, оставляя ее в обществе мертвеца и еще нескольких, к тому близких, что были без сознания.

- Мисс Харрингтон была ...малефиком? - Не знаю, - честно признался он, - может быть личные причины, а может сам факт подобной защиты вызывал гнев как символ той неприязни и страха которые люди испытывают перед одарёнными, и жестокости что проявляют при попытке от них защититься. Ведь вы... простите. Забудьте что я сказал. - Почему вы знаете, что это именно она? - спросила мисс Смит несколько резче, чем собиралась, и слегка коверкая построение фразы. - Это мог сделать кто-то ещё. Нет никаких прямых доказательств. Слова Вуда вызывали странное ощущение внутри, как перед прыжком в пропасть. Она сомкнула челюсти сильнее, в этот момент очень похожая на своего брата. Спина одеревенела, синие глаза впились с лицо аналитика, так, что если бы он посмотрел в них сейчас, очень возможно, что не смог бы отвести взгляд в ближайшие несколько секунд. - Вы тоже? Тоже считаете, что если у собаки есть зубы, то она непременно укусит. Чтобы зарезать, дар вовсе не нужен! - мисс разразилась неожиданно пылкой речью, но вот огонь в глазах погас. Настала ее очередь просить прощения и прятать глаза. Ей так хотелось, чтобы... чтобы мистер Вуд не думал о них - о ней - как о проклятых. Но что тут можно сделать? Здесь, сейчас, когда все зло вокруг них сотворено с помощью магии. - Извините меня. - голос снова стал глухим. - Я часто говорю то, что не следует. Дурная привычка. Пересилить себя и прикоснуться к покойнику снова она все равно не могла, так что на этом осмотр можно было считать оконченным.

- Ого! - Воскликнул с интересом оглядывая открывшиеся ему образы прошлого и не отказал себе в осторожном движении попробовать их схватить. Увы, прикосновения не приносило ничего кроме дрожи в мираже. -Наверное вам никогда не приходилось искать потерянные ключи. У меня, к несчастью, на это периодически уходят целые вечера. Лицо мистера Вуда, не обладающее какой-то выдающейся внешней красотой, было, меж тем, очень выразительным. Одухотворенным. Морин посмотрела на него, по-прежнему цепляясь пальцами за воротничок блузки. По губам скользнула лишь тень улыбки. Прошел всего один день, и даже он ещё не закончился, а мисс Смит стала выглядеть заметно старше. Выражение ее глаз изменилось. - Спасибо. - тихо-тихо, словно не желая разбудить мертвеца, отозвалась она. - Но это не обязательно. Не обязательно пытаться отвлечь ее от кошмара вокруг. И все же это было очень мило. Так... по-человечески. Мисс ценила, когда к ней относились по-человечески. И он снова избегал встречаться с ней глазами. Ещё два дня назад первым, что Морин сделала бы, задала бы прямой вопрос "почему?". Но сейчас... то ли дело было в несчастном Андросе, погибшем напрасно, то ли в самом Освальде, но ей не хотелось спрашивать. Хотелось сохранить эту маленькую тайну, позволяя себе иногда строить догадки на этот счёт. Почему так? - И похоже что этими инструментами его и убили, надрез глубокий, края раны ровные и чистые, без сноровки, уверенности и очень острого инструмента такое не сделать. Одно ровное движение, бедняга, но хотя бы не мучился долго. -Сказал он проведя пальцем по ране но не касаясь её, прикидывая каким должно было быть движение сделавшего это. Деловым движением Освальд отбросил с лица убитого простыню, обнажая смерть во всем ее уродстве. На этот раз мисс Смит не зажала рот ладошкой, сдержалась. Однако, уголки ее рта опустились ниже, переносицу прорезала трагическая складка. - Его амулет пропал, вы заметили? - делая над собой усилие, мисс подошла к трупу, задержав дыхание склонилась. А секунду спустя, все под тем же наитием, своей ручкой осторожно взялась за челюсть покойника и надавила. Не успевший окостенеть, тот покорно приоткрыл рот. - О, Господи! - она отпрянула, глаза из синих стали почти черными, так расширились зрачки. - Его амулет... Амулет в форме ведьминского трилистника был там. Убийца, кто бы он ни был, затолкал амулет, защищающий от магии крови, прямо в рот своей, уже к тому моменту мертвой, жертве. Инстинктивно Морин ощутила всю ту ненависть, двигавшую рукой убийцы во время этого бесполезного, с точки зрения практики, жеста. - За что с ним так?..

- Предлагаю начать с обыска дома, а потом, вместе - в потайной ход. Морин, уже готовая извлекать информацию из небытия, растерянно моргнула. Люди из гостиной разбегались по разнообразным прочим нужным делам. Она пальчиками скрепила на шее воротник, так, словно бы кроходный разрез над впадинкой у шеи стал вдруг неприличным. Повела плечами. И, оставив временно мысли о потайных ходах за шкафами, позволила себе действовать по наитию. Наитие, как это ни странно для столь молодой девицы, привело ее туда же, куда привело и Освальда. "Судьба" - решила она и даже хотела улыбнуться, но обстановка в стационаре на кого угодно подействовала бы удручающе. Мертвец на залитой кровью постели. Прикрыли простыней, чтобы не так бросалось в глаза. Чтобы улыбка, что называется, от уха до уха, не самой первой встречала входящих. Крови, должно быть, было ооочень много, но на полу от лужи остались лишь следы. Вероятно, тот, кто поместил сюда других несчастных, пребывающих в беспамятстве от ран, постарался вытереть ее получше. Тихонько, стараясь не шуметь, Морин прошла несколько шагов по комнате и остановилась. Огляделась вокруг. Реальность подернулась слабой дымкой. На пустой теперь тумбочке проявилась тень: саквояж, хирургический набор, который, вероятно, доктор мог взять с собой. Уголок рта мучительно дернулся. Не похоже, что доктора увели силой, раз он успел взять набор. Впрочем, может быть это сделал убийца. Проявилось и еще кое-что. Кое-что маленькое, прежде лежащее на тумбочке возле тела Андроса, а теперь отсутствующее. - Инструменты доктора пропали. - почти шепотом сообщила она, зябко передергивая плечами, хотя в комнате вовсе не было прохладно.

- Странного ничего не было. Да и скрыться можно много где, леса большие, - покачал он головой. - А места...ну, есть одно, вроде бы. Ведьмин утес. Говорят, во время Прорыва, на том утесе ведьминский ковен заключил с демонами договор, жизнь в обмен на служение. И скреплен тот договор был кровью. С обеих сторон. Мне еще отец рассказывал, что там место действительно нехорошее, даже несмотря на то, что Инквизиция перемешала там землю с солью и обильно окропила все святой водой. Оно далеко от общины, мы туда вообще не заглядываем. Иногда только приедет кто-то из Инквизиции, раз в год, проверить место и уезжает обратно. Эту историю Морин слушала, затаив дыхание. А Мортимер, напротив, смотрел в сторону, всем своим видом выражая безразличие. Впрочем, вряд ли он посмел бы так солгать самому себе, сказав, что не испытывает острого интереса. - В остальном, - уважительно посмотрел охотник на Карлу, - вы явно знаете больше меня. И, думаю, я соглашусь с вашим предложением. На вилле обороняться будет проще. - Отлично. Значит, решено! - Мортимер хлопнул себя ладонями по коленям, и встал на ноги. -Благодарю, вы можете показать направление, и может найдётся карта? - Мистер Вуд, расскажите потом о ваших изысканиях, будьте добры. - Конечно, только сначала постараюсь восстановить силы мистеру Смиту. Вдали от любопытных девичьих глаз, - с притворной строгостью осмотрел гостиную Рафаль. - Заодно можем найти рубашку. - Видишь, Беа, есть еще люди, которые верят в мою скромность. - слегка нервозно рассмеялся "ковбой", то ли в самом деле испытывая некоторое волнение относительно перспективы уединиться с магом крови в одной комнате, то ли это была еще одна его шутка. - Идемте, Рафаль. Я никогда еще не подвергался воздействию магии крови, - он снова приподнял брови и все в том же, то ли притворном, то ли действительном, испуге спросил. - Надеюсь, это не больно?

- Мы доберемся туда еще засветло, пешком до виллы чуть больше часа идти, - возразил Иероним. - И дорога достаточно открытая, волкам будет сложно подобраться незамеченными. Я подумаю, мистер Смит. Обещаю, что недолго, я понимаю, что решение надо принять быстро. - Можно и правда попробовать восстановить телеграф, но я сомневаюсь - линия может быть оборвана сразу в нескольких местах и каждого места обрыва возможна засада. Идея, которая мне нравится больше всех - идти на виллу. Всем, вместе, не разделяясь. Вилла хорошо укреплена и обороняться, стоя за ее стенами, гораздо легче, чем стоя за баррикадами. Я уже не говорю про арсенал, который там наверняка есть. Мортимер удивленно приподнял брови, воодушевленный внезапной поддержкой. - Да, разумеется, сеньор Спаниди. Я понимаю, вам необходимо все обдумать. Все-таки на этом человеке лежала ответственность за слишком многих живых, и за их мертвецов. Но вообще, пожалуй, это была хорошая мысль. Не только послать на виллу общинников. Но и пойти туда самим. Переиграть все. Сделать то, что от них меньше всего ожидают, вернуться в самое волчье логово и держаться до помощи, которая, хотя и нескоро, но непременно должна прибыть так или иначе. Даже если Габриэлю и не удалось достичь Николаоса. - Мой дом за пределами баррикад. Разве что, можете взять одну из рубашек доктора. Заплатите, если он вернется, - не особо раздумывая, распорядился чужой собственностью Иероним. - О, благодарю вас. - с чувством поклонился инквизитор, не уверенный, что платить вообще потребуется. Доктор-то попал в изрядную переделку. Будь он хоть предатель, хоть честный человек. На некоторое время он отвлекся на сестру. - Конечно, можно. - инквизитор выдал ведьме санкцию на применение магических сил. - Ты же прошла обучение. Значит, имеешь полное право. Он ободряюще улыбнулся сестрице, и получил сияющую улыбку в ответ. - Мистер Смит, если вы не брезгуете магией крови, то, думаю, я мог бы ускорить восстановление ваших сил, - негромко предложил молодому инквизитору сангвинар. - В самом деле? - сеньор Солейн застал его врасплох. С магией крови у мистера Смита были отношения довольно запутанные, но, большей частью, лишь теоретические. Секунду он раздумывал, а потом не совсем уверенно кивнул. - Что ж, это будет хорошо. Я и правда чувствую себя в некоторой степени.. утомленным. - он подобрал достаточно нейтральное слово. - Благодарю вас. Она перевела взгляд на внимательную Морин, - Молодец, оперативником будешь, - легкая улыбка коснулась губ - хотя лучше не надо. Мисс Смит взглянула на Карлу своими большими глазами и неуверенно улыбнулась ей. Она хотела спросить, почему это, не надо?.. Но сейчас следовало заняться делом, вопросы могут подождать. Получив разрешение от брата, и от кузины, она вышла на середину комнаты, так, чтобы действие заклинания охватило обязательно шкаф и как можно большую часть остального пространства. Оглядела обстановку, сделала сдержанный вдох, словно бы собиралась петь, и осторожно выпуская воздух обратно, прислушалась к себе.

Морин: 450 оо -250 оо (+5 Стойкости (1)) = 200 оо в остатке. Повышен бонус Стойкости и количество очков магии на +1 Мортимер: 350 оо - 200 оо (Парирование 0+) -100 оо (Допрос 0+) = 50 оо в остатке. *ищет жертву для допроса*

- Меня не покидает ощущение, что наш невидимый враг еще не закончил... с нами и с этими несчастными, - поделился он испуганными мыслями, подстегивавшими его мозговые извилины шевелиться значительно быстрее подкашивающихся ног. - Они просто поджидают. Наверняка тут не так много дорог. А мы ведь не солдаты, - он имел в виду в первую очередь сеньориту Морин и себя, и, чтобы не обидеть Карлу, даже указал на себя пальцем, подразумевая, что она-то уж может постоять за себя, но вот есть некий... э... балласт. - Меня совершенно не тянет направляться в Николаос дорогой. Может быть, для начала хотя бы попытаться починить телеграф? Я бы взглянул... - Кстати, надо бы и на вилле проверить. Может, там подвернется подходящая радиола. Я когда-то собственными руками собрал нечто... вроде радио. И кажется даже удалось поймать чью-то морзянку. Но там было что-то по-венгерски... - Всё ещё хуже чем я предположил изначально, следует учесть возможность что в Николаосе ситуация ничуть не лучше чем здесь, и что враг постарается изолировать остров всеми возможными силами. В таком случае не стоит ждать помощи раньше чем через двенадцать часов... Мортимер присел на прежнее место, там, где он расположился для беседы с милым доктором и его женой еще утром. Голоса коллег-инспекторов сплетались в сложный музыкальный узор, разделяясь, соединяясь, составляя занятные узлы и сплетения. Засада? Почти наверняка - да. В Николаосе - неизвестность. Неужели враг собрал такие большие силы, чтобы изолировать целый остров?.. "Архангел Михаил" был бы теперь очень кстати, позволив добраться хоть в самый Рим не по дорогам, а прямо по воздуху. Только вот он не прилетит, чтобы уважить желания осторожного артефактора. Или прилетит, но будет уже поздно. Доктор, симпатичный доктор... И его очаровательная веснушчатая супруга. "...когда нас станет больше." "...никогда не чувствовала здесь или в округе ничего странного или демонического..." Ложь и ложь? Сомнительно. Болезненно чувствительная ко лжи сестрица наверняка отметила бы хоть что-то. Впрочем, она отметила беспокойство, не так ли? "..может быть, их похитили? Доктор ведь был чем-то обеспокоен.." В голове сложилась картинка: на улице волки, рвут мечущихся в ужасе общинников. Побледневший доктор хватает самое необходимое, берет жену за руку и исчезает по одному ему известной тайной тропе в горах. Профессиональный долг пал жертвой любви. Он не мог рисковать женой даже ради целой деревни. Однако, перед уходом хладнокровный британец берет бритвенно-острый скальпель и перерезает горло пациенту, за которого взял ответственность. Лучше уж он сам убьет его, чем оставит на растерзание волкам. Или нет. Мизансцена та же. Только уже рыженькая сангвинария делает решительное движение ножом по горлу несчастного. Хватает мужа за руку и уводит прочь, пока их не разорвали на части. Может быть, они уедут в Китай. Занятно, что киноцефалов они все же встретили на своем пути. Правда, те огрызались на них с плеч наемных убийц-фанатиков, прислужников одного из властителей ада. Этакая гримаса судьбы. Мортимер скептически ухмыльнулся. Ну да, как же. Убийство из милосердия - ножом по горлу. Странный стиль. Док говорил, сам ди Анджело пригласил его сюда. Выходит, Инквизиция жестоко ошиблась в кандидате на столь ответственную должность? - Да-да, я согласен. - рассеянно отозвался он, одновременно слушая коллег и продолжая размышлять. - Засада нас несомненно ждет. Так или иначе. И надо попробовать собрать радио, или телеграф, или что там еще может быть нам полезно? В таком большом доме наверняка найдется что-то подходящее. Нужно вообще нужно все обыскать. - Посылать отряд людей с ранами различной тяжести на виллу под вечер не стоит. Такой караван на открытой площадке - лакомая добыча для этих отродий, его сложно защищать. Здесь у них есть еда, вода, укрытие, лекарства. Родные стены, придающие веру. Тем более, не думаю, что они станут атаковать снова. Их целью была связь. Он не стал говорить, что знакомить общину с Донато тоже не стоит. Да и среди оставшихся жителей могли быть лазутчики. Мортимер пожал плечами. Не похоже, чтобы целью мутировавшей волчьей стаи была связь. По крайней мере, судя по количеству трупов, точно не только связь. - Я только высказал свои мысли, не более. Он никого никуда не собирался выгонять. Тем более, что очевидных плюсов и минусов такого решения было более чем достаточно. А результат виделся туманным. Вряд ли Костас оставил ангела на вилле, впрочем... может быть запасного убежища и нет. Так или иначе, там сейчас не помешала бы любая помощь. Но караван действительно стал бы легкой мишенью, в этом Солейн был несомненно прав. Мистер Смит так же со своей стороны размышлял о предательстве. Но в несколько ином ключе. Кто-то знал, что на острове живет ангел. Что к ангелу едет целая делегация. И, что самое любопытное, похоже, был осведомлен не только о том, что вскоре этот ангел отмечает свое совершеннолетие, но и о том, какой выбор должен быть сделан в связи с этим. Этот кто-то явно не был жителем деревни. О, этот неизвестный сидел на самой вершине властной пирамиды инквизиции. Уровень допуска, мероприятия по сохранению секретности, проверки, пароли и отзывы, амулеты, святое серебро и пристально следящие за всеми, даже за самими собой, коллеги.. все эти меры не дали ничего. С тем, что предатель, или, сказать мягче, жертва вражеского обмана может находиться среди самих Иерархов, на недосягаемой высоте должностных структур, Мортимер, если можно так сказать, вынужден был столкнуться. И иметь после дело с весьма долгоиграющими последствиями. На губах инквизитора мимолетно возникла и исчезла кривая, с горчинкой усмешка. -Но в тоже время это всё что есть у врага, когда сюда прибудет флот здесь и тени от камня не оставят, значит чтобы они ни планировали они собираются сделать это сегодня, может в полночь? Ритуалистика не знакомая мне область знаний, но такое количество людей необходимо собрать, расположить, прокормить, как и волков, их не вырастили за одну ночь, и наверняка не в простом месте, возможно там же где они собираются и сделать это. Что скажите, сэр Смит? Ваша мысль здравая, вести оборону здесь бессмысленно, но там у нас будет оставшиеся меры защиты и экипировка, топливо если понадобиться, добраться сможем за час. Ну и я пожалуй осмотрю дом, возможно здесь могли остаться следы.  Мистер Вуд решил посекретничать, и слушая его, мистер Смит согласно кивал. - Я думаю, вы правы, Освальд. Дело даже не в ритуалистике. Операция наверняка приурочена к завтрашнему дню. - ко дню рождения ангела, чтобы упредить его. И его гостей, которые могли спровоцировать нежелательное для культа и его руководителей, развитие событий. - А так как новый день начинается в полночь, вполне логично предположить, что именно в полночь случится что-то еще. Только вот что? И где? Помимо времени хорошо бы было вычислить еще и место. Вероятно, это будет ангельская вилла. Мортимер посмотрел на часы: у них оставалось на все про все часов шесть. Может быть, чуть больше. - Простите, сеньор Спаниди, я, кажется, упустил, а где мэр?.. - впрочем, судя по тому, что руководство остатками общины взял на себя охотник, вопрос уже в ответе не нуждался. Морин все это время хранила молчание, стоя перед так заинтересовавшим ее шкафом, словно он гипнотизировал ее. Она смотрела, смотрела... - Здесь потайной ход. Этот шкаф стоит странно. Я еще тогда заметила. И на полу будто дорожка, стертая сотнями ног. - произнесла, наконец, она, торжествующим тоном. - Доктора и его жену наверняка похитили. И увели через этот шкаф. То есть ход. Наверняка, мы сможем тоже туда войти. Надо только посмотреть.. - она на мгновение задумалась, а потом просияла. - ..посмотреть, что двигали в комнате. Я могу. Ведь можно?

Близнецы брели следом за Иеронимом и его женой вглубь площади, ставшей теперь оплотом сопротивления нечистым тварям, и слушали, слушали... Похоже, в этой местности уже давно вызревало нечто. Ростки зла успели укорениться и разрастись. Инквизиция проявила недопустимую близорукость, не выполов их вовремя. И теперь эти плевелы совершенно заглушили добрые всходы. Когда разговор дошел до судьбы Андроса, Мортимер не сдержался и ввернул непечатное словечко. Это был и его провал тоже. Проклятье. Он рискнул ради этого парня жизнью, и теперь выходило, что зря. Ничего нет хуже напрасных усилий. А еще доктор с супругой... На их счет мысли приходили одна другой хуже: агенты врага, предатели, убийцы. - Может быть, их похитили? Доктор ведь был чем-то обеспокоен, когда мы видели его здесь утром. - подала голос Морин, она не могла думать о худшем. Известие о смерти Андроса, и всех этих несчастных людей, производило на нее все более разрушительный эффект с каждой новой смертью. Мисс побледнела и, кажется, даже немного похудела с того времени, как ее нога ступила на землю Греции. - А может быть.. - начал было инквизитор и задумался. Да, эти люди просто не имели сил им помочь. Но с другой стороны... - Право, я не знаю.. - не совсем уверенно начал Смит. - Нам теперь дорога одна, в Николаос. Мы должны вызвать помощь. Но, может быть, вам не следует ждать здесь ночи? Я имею ввиду, может быть всем вашим людям следует прямо сейчас пойти и соединиться с оставшимися на вилле людьми? Думаю, туда можно добраться до темноты. Это место укрепленное, и осаду, думается мне, легче переждать там. Всем вместе. А мы, тем временем, будем пробиваться к городу. У вас есть транспорт, чтобы перевести раненых? Инквизитор пожал плечами и замолчал. Других вариантов ему в голову не приходило. Повисла небольшая пауза. - И еще у меня будет одна маленькая просьба. - понизив голос, обратился Мортимер к Иерониму, словно это был разговор тет-а-тет. - У вас не будет где-нибудь здесь.. запасной рубашки? Мою на ленточки пустили эти зубастые твари, и... - он улыбнулся и развел руками, как бы говоря, что даже в такой ситуации люди думают о хлебе насущном. - ..вот. Может быть, стоило наведаться в гардероб пропавшего доктора. Почему бы и нет, в конце концов?

- А, кхм, - прочистил горло Иероним, снова заставляя себя думать и мысленно удивляясь, что на него нашло. - На виллу напали? Проклятье! Я посылал туда своего человека за помощью, вы не встречали его по пути? - Связи нет, - мрачно добавила Диана. - Телефон в мэрии молчит, телеграф и радиостанция разбиты вдребезги одной из тех...тварей. А что они сделали с почтальоном, его женой и их ребенком, лучше не видеть. Связи нет. Ну естественно. Разве могло быть иначе? Мортимер благородно проигнорировал заминки в речи Иеронима, и потратил несколько мгновений на размышления. Телефонная линия скорее всего перерезана, наверняка, это далеко, в нескольких местах, и, вероятно, с засадой на незадачливых связистов. Теоретически (теоретически!) местные жители по просьбе обладателя инсигнии должны были мобилизоваться и оказать посильную помощь. Так его учили. Но, ходили упорные слухи, что теория некоторым образом отличается от практики. И кто знает, не пошлют ли в этом конкретном месте в этих конкретных обстоятельствах, юного инквизитора вместе с его инсигнией в некое далекое путешествие, буде он сходу начнет раздавать приказания. Даже если он и имеет на это право. Мистер Смит был достаточно умен, чтобы держать в голове и такой вариант. Кроме того, не желал наносить своему и без того пока несущественному авторитету лишний урон. Впрочем, на случай непредвиденных обстоятельств в наставлениях всегда писали, что следует как можно лучше разведать обстановку. Этим он и собирался заняться. - Да, - присоединился он к предыдущим вопросам. - Будьте добры, расскажите нам, что же собственно случилось? Нужно разобраться. Морин оставила в покое люк на крыше и выбралась из машины, тихонько подошла поближе к воротам. И к Иерониму с его женой. В даме ощущалось довольно сильное сопротивление демонической магии, при полном отсутствии какого бы то ни было дара. Кажется, сама земля, сама глубинная природа Греции, перенеся страшный удар Прорыва, начинала оказывать ему незаметное на первый взгляд, но ощутимое противодействие. У людей все чаще встречался иммунитет. - Что вы видели? - вопросила ведьма своим мелодичным голоском. - Что вас так напугало?

По пути все равно пришлось размяться. Местами трупы были навалены целыми грудами и их приходилось растаскивать, чтобы дать проезд машине. В конце концов улочка, весьма удобная кстати говоря, для ведения городских боёв, оказалась перегорожена баррикадой, и оттуда на них смотрели несколько сумрачных пар глаз и несколько ружей. Мортимер спрыгнул с подножки, обошел грузовик, и с видом уместной серьезности и скорби, направился к встречающим. - Мортимер Смит. Инквизиция. - озабоченным голосом представился он, демонстрируя инсигнию. - На виллу ди Анджело напали. Нам необходимо срочно воспользоваться вашим телефоном, чтобы вызвать подкрепление. Прошу вашего содействия, сеньор Спаниди. Смит вежливо поклонился, и персонально для дамы чуть приподнял уже замызганный котелок над головой. - Мэм. Морин снова высунулась в люк на крыше и изучала лица измученных людей оттуда.

- Я...не думаю, что нам стоит сейчас разделяться, - проговорила Беатрис, параллельно мучительно размышляя, чего в ее выводе сейчас больше, логики или опасений за жизнь кузена. Одно накладывалось на другое, заставляя сомневаться в себе и своих решениях. Мортимер посмотрел на кузину с досадой, сам еще толком не сообразив, почему первым шевельнулось именно это чувство. И потом как-то неожиданно ему пришло в голову, что, возможно, его слова теперь ждут, чтобы принять окончательное решение. Все-таки, он - инквизитор. Да, еще совсем зеленый, но тем не менее. Знак принадлежности к особому кругу, знак власти прятался с обратной стороны жилетки в не самой санитарно-безопасной обстановке. - В таком случае.. - мгновенно решив не устраивать тут дурацкое двоевластие, и не спорить с дамами, у которых наблюдался численный перевес, он махнул рукой. Они с французом оказались в меньшинстве, ничего не попишешь. - гоните, мистер Вуд! На площадь. Можете даже задавить кого-нибудь по дороге. Засчитаем это, как несчастный случай. Морин спрятала облегчение во взгляде, уставившись куда-то в пол.

- Просите, и дано будет вам; ищите, и найдёте; стучите, и отворят вам; ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят. - Это мое жизненное кредо. - заверил инквизитор сангвинара, в очередной раз чувствуя себя практически голым в жилетке, но без рубашки. Все-таки, одежда являлась важным пунктом социального договора. Определенные традиции. Даже правила. Все рушилось, Мортимер сидел на скамье, теперь постоянно держа боевую трость в руке, как какой-то... босяк! Не удивительно, что на полевой работе люди совершенно дичают. В кабине грузовика окопались Освальд и Карла, в фургоне - все остальные. Разговор об ужасах брачной жизни, тем более неуместный на фоне рыщущих в округе культистов, изуродованных неизвестной магией волков и предстоящего перехода в царствие небесное, сам собою сошел на нет. Трюфели в контексте смотрелись уже далеко не так весело, как могли бы. Морин осторожно прислонилась к плечу брата, но тот, вопреки обыкновению, никак не дал ей понять, что возражает, и вскоре она уже дремала, положив на это плечо голову. Горная дорога укачивала, лесистые склоны дышали покоем. Так сложно было поверить, даже после всего увиденного, во всю ту жестокость, в весь этот ужас, что творился буквально на каждом шагу. И даже не думал заканчиваться. Машина остановилась на окраине деревни. Мисс Смит, несколько освежившая свои силы с помощью неглубокого сна, выглянула в окно, но так было не слишком удобно высматривать врагов. Тогда она встала на скамью и, с трудом распахнув люк на крыше, высунула голову наружу. По сравнению с раскаленной застывшей атмосферой кузова, ветерок показался ей райской прохладой. Счастье длилось ровно одну секунду. Милое личико осунулось, в уголках рта спряталось какое-то болезненное выражение. Развороченная мебель, изувеченные человеческие тела, и волки. Опять эти волки... Больше того, за кровавым хаосом угадывалась некая система. Если угодно, план. В ближайших домах окна были выбиты, при все еще запертых дверях. Точь-в-точь, ситуация с их дилижансом. Специально наученные твари целенаправленно рвались в жилища, и делали свое черное дело, даже если от них пытались спрятаться за стенами домов. На улице же большинство тел лежало так, будто их настигли в попытке бежать к центру деревни. Кто-то гнал их туда. Кто-то или что-то?.. Местами виднелись следы ожесточенного сопротивления, в какой-то момент же бойня почему-то прервалась, и, возможно, кое-кому удалось спастись. В подтверждение этой мысли раздались выстрели. - Их гнали туда! - в обычно приятном голосе ведьмы царапала слух какая-то натянутая сверх меры струна, дребезжала и грозила лопнуть. - Они все бежали к площади. И волки здесь опять били стекла. Смотрите! Двуногих злодеев нигде не было видно, тем страшнее становилась способность большой стаи волков придерживаться такой осознанной тактики. Мисс Смит быстро спустилась вниз, и прижалась к борту грузовика. - Не спешите, мисс Блэк. Мы млжем попасть в засаду или под перекрёстный огонь. Сеньора Карла, что думаете? - обратился француз к оперативнице и глянул на Беатрис. - Может, нам разделиться на два отряда? Один въедет на машине, а второй выйдет чуть раньше и зайдёт в спину? Предложение Солейна казалось вполне разумным. - Если нужно, я готов размять ноги. - сразу предложил инквизитор. - Как ты думаешь, Беа? Морин посмотрела на брата испуганно.

Молодой мистер Смит, похоже, считал, что романтическая история, случившаяся где-нибудь в дамском будуаре, там же должна и остаться. Или, может, просто считал их неподходящими для некоторых, присутствующих тут же, пар ушей. - О, нет, это мы не можем считать достоверным свидетельством. - все никак не мог он угомониться. - Ведь вы не женаты, и даже, кажется, не собираетесь. Что остаётся нам, неопытным молодым людям? - немедленно обобщил он себя и художника. - Только продолжать жить в страхе. Морин ничего не сказала. Своими весьма проницательными глазами она посмотрела на сеньора Солейна. Тот, похоже, с теплом вспоминал некое время, когда нес ответственность за другого. И, похоже, был вполне этим счастлив. Потом взглянула на брата, едва заметно качнула головой, и скрылась в тени его плеча, не желая больше вступать в этот разговор. Она вспомнила: "найдет кого-то, кто согласится его терпеть" и ощутив болезненный укол где-то в области сердца, отвернулась в сторону.

- Дамы, господа, кто из вас умеет укрощать это... чудо инженерной мысли? Я... - маг крови обвёл взглядом собравшихся спутников, - в общем, поверьте мне на слово, ради блага всех нас и грузовика меня за руль лучше не пускать. Чудо инженерной мысли не вдохновило и британских близнецов. - О нет, тут я не помощник. - подняв ладони и как бы признавая тем самым свое поражение, легко рассмеялся Смит. Сестрица его так же не стремилась внезапно обнародовать умение справляться с механическими монстрами. Это предстояло сделать кому-нибудь еще. *** Николя вздохнул. - В тот день я плотно пообедал и остался дома, - рецепт был так себе, зато верный. Инквизитор легонько хлопнул себя по колену и рассмеялся. - Как изощренно. - с видом ценителя всего изощренного сделал вывод он. Морин склонилась немного вперед, чтобы видеть обоих. - Что же, по вашему, жениться так уж плохо? - большие синие глаза остановились сначала на лице брата, а потом на Николя. - Понятия не имею. - беззаботно отозвался Мортимер, но тут же сделал страшные глаза и понизил голос. - Только говорят, что оттуда никто не возвращался. Шагнул через порог церкви, и все. - и без всякого перехода вдруг обратился к магу крови. - Сеньор Солейн, вы, случайно, не женаты? Публика жаждет рассказа очевидца.

- Или из банальной вредности, - предположил маг крови. - Чтобы их оружием не могли воспользоваться другие. Серийные номера на них сбиты и очень тщательно - так бы Инквизиция смогла отследить партию и покупателя. Кто-то очень предусмотрительный, это планировалось заранее. - Предусмотрительный, и обладающий достаточными средствами, чтобы держать не только фанатиков, но и, я полагаю, - он кивнул в сторону трупа наемника легионера. - высокооплачиваемых специалистов. - Вот бы выяснить, кому или чему покровительствует этот адский маркиз. Тогда, возможно, ситуация прояснится. - Мортимер вздохнул с досадой. - Как бы мне хотелось попасть в архив... - Да уж, — развеселился вдруг артефактор, стараясь не отставать от героического инквизитора, портрет которого уже складывался в его воображении. — Пустить нас по ложному следу особенно пригодилось бы им в данных обстоятельствах, не находите? Примерно по такому же следу как-то пустила меня дамочка, желавшая заполучить вашего покорного слугу в счастливые узы брачного договора. Не слишком покамест героический, но рассчитывающий на это в самом ближайшем будущем, инквизитор весело взглянул на художника. Это было уже у самой машины. - И как же вам удалось спастись от этой хищной особы? Удача? Или какое-то особенное мастерство? На лице мистера Смита был написан такой интерес, словно он всерьез собирался перенимать полезный опыт.

- Да, возможно, плетение было наложено заранее. Конечно. Но... зачем? Этот вопрос бумерангом вернулся к мистеру Смиту. Мистер задумался на секунду, даже забыв о своих неприятностях на гардеробных фронтах, и потирая пальцем уже слегка подзаросший подбородок. Последнее бритье случилось сутки назад. - Чтобы не дать врагу завладеть трофеем? Заставить нас думать, что эти наемники и так должны были потерпеть поражение? Пустить нас по ложному следу?.. Инквизитор пожал плечами, предлагая Николя самому выбрать понравившуюся версию. - У господ, состоящих в сатанинских культах, знаете ли, бывает довольно странная логика. Впрочем... пойдемте в машину. Можно будет поразмыслить над этим в дороге. У них у всех было много вещей, о которых стоило подумать.

- Так вот, - шумно вдохнул он и продолжил. - Здесь поработали так, чтобы совершенно вывести механизм из строя. Поглядите. Совершенно. Испортили вещь... Сеньор Буджардини покачал головой с сожалением. - Не понимаю, зачем это делать этим неприятным сеньорам. Или, возможно, нам кто-то помог? Он начал с опаской оглядываться по сторонам. Сломанным ружьем заинтересовался и Мортимер. Он подошел, и теперь с любопытством смотрел на манипуляции артефактора. - То есть, за нами прямо сейчас кто-то следит? - уточнил инквизитор, подавляя в себе аналогичное желание оглядеться. - Или все-таки подобное возможно сделать заранее. Например, заложить определенный... алгоритм? Чтобы он сработал в нужный момент. *** Столь бурная реакция Морин смутила аналитика, его глаза и так выдающее беспокойство забегали ещё шустрей, а палец остановился в паре дюймов от губ, не то призывая к молчанию, не то прикрывая собственные слова. - Не беспокойтесь, как и многое другое, это вопрос лишь практики. -Не стоит благодарности, просто будьте осторожны. -Кивнул он ей с некоторой тенью поспешной улыбки и поспешил к водительскому месту. Мистер Вуд вдруг занервничал, движения стали несколько хаотичными, глаза, и так всегда прячущиеся за круглыми стеклышками очков, теперь вовсе избегали смотреть ей в лицо. Морин же напротив смотрела в лицо благодетеля так, словно намеревалась прочесть в нем ответы на все важнейшие вопросы века. "Куда исчезают ангелы?" Наверняка, в этой голове был ответ. А пока ответа не было, она инстинктивно читала чужие эмоции, как в открытой книге. Тревога. Страх. Нетерпение. Легкое раздражение от задержки. Ничего удивительного, учитывая, что их хотели убить уже дважды, и нужно скорее ехать. А еще беспокойство. За нее? Да, похоже.. за нее. И смущение, желание встретиться глазами, и отказ самому себе, из осторожности, а может быть, по какой-то еще неизвестной причине. Освальду было лет тридцать на вид. Может быть, немного больше, так сразу и не сказать. И он являл собой чудесный, многогранный, сложный мир, спрятанный за двумя круглыми стеклышками. Она невольно прикоснулась к этой вселенной, и теперь с сожалением вздохнула: ей стоило вести себя немного сдержанней, чтобы не пугать людей еще и этим. Увы, сдержанность никогда не была ее коньком. Спину необыкновенного человека она проводила глазами, а после и сама пошла следом. Они же должны были ехать, не так ли?

Пятью минутами ранее, у входа в подземелье Ее наряд особых изменений не претерпел, Беатрис вполне готова была мириться с дырой на рукаве блузки и куртки, да и крови натекло не так уж и много. - Когда будет возможность, испеку тебе печенье в качестве компенсации, - посулилась милая кузина. Мастер-оратор покосился на мисс Блэк и произнес туманно. - О, я рассчитываю все же на нечто более, хм, значительное. - от Инквизиции в целом, или от Беатрис персонально, это осталось тайной, покрытой мраком. И прибавил, подумав. - Но печенье ты все-таки сделай. *** - В этих существах чувствуется странная магия. Голодная, стремящаяся пожрать всё, что сможет. И ненасытная. Пустая. Лишённая... жизни, какой-то основы. Но про магию пустоты я ничего не знаю, если такое вообще есть. Раньше мне с подобным сталкиваться не приходилось. А ещё они долго не протянули бы. Три-пять дней от силы, их кровь испорчена. Будто тяжело больной, возможно, смертельно больной человек. - Поразительно! - восхитился Мортимер, потирая в растерянности затылок. - Пустая магия. Пустая.. Повторил он, так и этак пробуя слово на вкус. Никогда ничего подобного ему не попадалось, ни в книгах, ни в сводках. Морин слушала с отрешенным выражением на лице. Наверное, это и было то самое, что ощутила и она, тогда, на полянке. И здесь. Но это были лишь слабые отголоски, в то время как Солейн говорил о вполне определенном ощущении. Ей вовсе не хотелось бы встретиться с тем, что они тут почувствовали, лицом к лицу. *** - Я знаю что ваше оружие всегда при вас, но спрячьте и держите при себе сейчас, хорошо? Тут всё просто, вас наверняка учили, и... если вдруг что случится в городе, лучше воспользуйтесь им. - То что он увидел вызывало у него немало удивления и вопросов, и он счёл лучшим если они останутся только у него. - О. - только и смогла вымолвить ведьма, глядя на мистера Вуда. Сердце ее переполнилось благодарностью, и нежностью, и.. много чем еще. Мисс Смит вообще была чрезмерно эмоциональной девицей. - Спасибо вам, Освальд, вы так... - мелодичный голосок дрогнул, и она осторожно взяла пистолет, хотя такой же, или почти такой же, мисс совершенно ничего не смыслила в оружии, лежал у нее в маленькой сумочке. Морин вечно забывала про пули, пистолеты и прочие вещи, к которым ее душа не лежала. - ..так заботливы. Правда, я абсолютно бездарна в том, что касается стрельбы. Ее, конечно, учили, но довольно безуспешно. И все же.. - Спасибо. Я запомню ваш совет.

Выяснилось, что у зажаренного культиста на груди имеется презанятный символ. Инквизитор, разумеется, никак не мог оставить подобное без своего внимания. При виде татуировки воина с головой собаки и мечом в руки, синие глаза мистера Смита зажглись новым огнем. Он почувствовал себя на своем поле. - Так-так. Символ маркиза Сабнока. Аристократия Ада. - изрек он с видом человека, говорящего самые обыденные вещи. - Кажется, нами заинтересовалось самое что ни на есть высшее общества, ха-ха. Впрочем, этим не кончилось. Когда ему указали на особенности, подмеченные у волков, Мортимера буквально прорвало. - Господь Всемогущий, да это же... - инквизитор даже ощутил зуд в перебинтованных ладонях, склоняясь над волчьей тушей и тыкая палочкой в толстую шкуру. Если бы он раньше знал, какое перед ним уникальное существо, то, может быть, даже попытался его не убивать. А впрочем, тварь не оставила иных вариантов. - ..я же читал об этом! - поделился он своим счастьем со всеми желающими слушать. - Повышенная живучесть, дублирование жизненно-важных органов.. да-да, точно! Необычные культисты, использующие для защиты измененных неустановленной магией собак. Они ловили дворняг, и что-то делали с ними, а потом.. вот. Только у нас тут волки. А в остальном, все сходится. Он встал на ноги и просиял улыбкой, осветившей половину горного склона. - Сводка была секретной. Так что.. за дополнительной информацией нам необходимо обратиться в Рим. Ну или в ближайшее представительство Инквизиции, может, они смогут предоставить помощь. - он пожал плечами. На бумагах стоял штамп "Копия. Оригинал передан в особый отдел". А это значило, что, каким бы ни был этот особый отдел, отчитывался он напрямую в вечный город. Было бы прекрасно вернуться туда ненадолго, и зарыться в груды книг, доступных в, наверняка, самой прекрасной из библиотек Европы. Эх, мечты.. -Если все готовы, прошу. Только... Мисс Смит, можно вас на минуту? Мисс Смит вопросительно взглянула на Освальда. Сразу же встала и подошла к нему, как послушная девочка. - Конечно. - она мягко и выжидающе улыбнулась. - Я что-то могу для вас сделать?

- А куда же мы теперь? - опомнился вдруг он, задавая вопрос скорее вселенной, чем кому-то конкретно. Вселенная не откликалась. И Николя потерянно присел на бревне недалеко от сеньориты Морин, необычно задумчивой теперь. Что, впрочем, было неудивительно. Морин, которая до того смотрела в одну точку, подняла и тоскливо взглянула на милого сеньора художника. - Ах, я ничего не знаю.. - выдохнула она, прижимая запястья к вискам и морщась, словно от сильнейшей головной боли. Сделала пару успокаивающих вдохов, опустила руки, и стала больше похожа на саму себя, с поправкой на отсутствие обычной веселости. - В общину, кажется?.. Мы должны.. позвать на помощь. - припомнить первостепенную задачу она смогла с трудом. *** - Мы справимся и приведем помощь. Лакоон не остался неотмщенным, остальные тоже не избегнут кары. Преступления против Инквизиции не имеют срока давности, - в голосе Беатрис на последних словах зазвенел металл, она действительно не собиралась спускать смерть своего кому бы то ни было, сколько бы не потребовалось времени на выслеживание и поимку. На том стояла вся организация, за столетия ни разу не поступившись принципом неотвратимости наказания. Как бы ты ни был хитер и изворотлив, тебя будут искать и про тебя не забудут. Мрачность большей частью слетела с неспособного слишком долго грустить в силу возраста и иных причин, молодого человека. Он осторожно накрыл своей ладонью ладонь мисс Блэк, очень удобно устроившуюся у него на груди. - Ты так высокопарна временами. - поддел он ее беззлобно. - Сам Папа Римский в подметки не годится. Улыбнувшись по-доброму, что с ним бывало довольно редко, мистер Смит отступил на пару шагов и развернул свой гардероб. Несколько секунд он разглядывал ту красно-бело-бурую тряпку, в которую превратилась его рубаха, но, в конце концов, не смог пересилить в себе отвращение и, скомкав, швырнул ее на землю. После чего просто одел еще более или менее живой жилет прямо на повязки. В таком виде он стал чем-то напоминать погонщика скота из Северной Америки, не хватало, пожалуй, только особой шляпы. - Если за такие жертвы мы не получим достойного вознаграждения, - он потянул себя за пуговицу, - то я даже и не знаю... *** В ковбойском наряде, сопровождаемый кузиной-целительницей, Мортимер снова явился на поле боя. - Ну, что у нас тут?.. - с воодушевлением поинтересовался он, мельком глянув на сестру. Ее вид немного беспокоил, но, так или иначе, сейчас не было времени на выяснение обстоятельств ее растройства. А мисс Смит обладала счастливым свойством быстро забывать вещи, которые ее огорчали и радоваться жизни в любых обстоятельствах.

- У этих зверей два сердца. И шкура чертовски прочная, просто так не пробить. Стилизованный огонь, первую татуировку, едва различимую под второй, перекрывала сверху черная лилия. - Французский Иностранный легион. Служил, изгнан с позором. - Представьте, я видел этот огонь... ну, то есть этот, - он указал на татуировку. - в Париже, на плече у довольно вульгарно одетого, ну или недостаточно, я бы сказал, для приличного питейного заведения одетого бойца Иностранного Французского Легиона, правда, без черной лилии поверх. А этот-то парень был не таким уж проходимцем. Через несколько минут, когда уже почти нашелся замаскированный под валун грузовик, мисс Смит перестала плутать в сосновых стволах и вспомнила, что они здесь не просто так. Что-то говорили о том, что по их душу явились легионеры, это зацепило слух. Отупевшим взглядом Морин наткнулась на приоткрытую уже до нее татуировку, где лилия закрывала огонь. Ей эти символы не говорили совершенно ничего, помимо того, что на самом деле лилий черных не бывает. А бывают лишь очень густо фиолетовые. Где она подцепила это бесполезное знание, ведьма не помнила, возможно, следы здесь вели к брату, который любил делиться полезными и не очень открытиями. Впрочем, нашлись другие люди, которым сей символ был известен. Иностранный легион, верно? Люди, торгующие своим умением убивать. К волкам подходить не хотелось, даже мертвые, они страшно скалили зубы. Два сердца? Что ж, два сердца, это, наверное, ненормально? Впрочем, она и сама - ненормальная. Так что ж? Взгляд зацепился за двухслойную шкуру зверя: можно сказать, у них была подкожная броня. Некий дополнительный слой под облезлым верхним, напоминал по структуре змеиную чешую. Змеи как-то очень далеко отстояли от волков что в безумном учении старика Дарвина, что в общепринятой картине сотворения мира. Странность этого слияния предстояло оценить кому-нибудь еще. В нескольких метрах впереди лежал обгорелый труп. Маска расплавилась и потекла на перекошенное болью черное лицо, рука прикрывала голову. Одуряющий запах горелой плоти бил прямо в голову, минуя обоняние, и Морин, словно сомнамбула, подошла и снова опустилась на колени. Все-таки, брат был прав. Он умный. А она - идиотка. О таких вещах стоит молчать. Когда они встретились впервые, в Риме, разве пришло ей в голову, что сеньор Солейн может выпить ее кровь? Да-да, когда-то очень давно, случилась Римская бойня. Так ведь и то - все неправда. Все ложь. Теперь они это знают. Ей пришло в голову, что у него красивые глаза. Но когда нормальный человек слышит слово "демон", он думает о чем? Все верно: демоны, терзающие женщин, попавших в их лапы, демоны пытающие, развращающие, потрошащие. Демоны, пожирающие человечину. Любой, интересовавшийся этим вопросом хоть немного, сразу представлял себе именно такие картины. Достаточно вспомнить Индию. Достаточно подумать о Греции, где они сейчас и находились. С клочка кожи на груди трупа, почему-то почти не поврежденной огнем в этом месте, глядела человеческая фигурка с мечом и головой собаки. Воин, не имеющий человеческого лица, готовился напасть. Перед глазами вдруг стала картина: пиршественный стол, багровая скатерть, она, с вымазанным кровью лицом, в парадном платье, с серебряного блюда ест хлюпающее сырое мясо, отрывая куски руками, а в соседнее бросает кости, очень напоминающие человеческие скрюченные пальцы. По ключицам прямо в вырез платья стекает чужая кровь. Рыдание, задавленное без звука, заставило ее тело судорожно согнуться. Морин зажала рукой рот, и зажмурила глаза так, что слезы брызнули. Так почему же нет? Вот человек, которого она убила - самым страшным, наижестоким, наиболезненным способом. Сожгла заживо. И запах его горелого мяса проникает в ноздри. Ничего невероятного в таком допущении на ее счет нет, и никогда не будет. Пятно, которое невозможно смыть, можно только делать вид, что не замечаешь его. Со стороны все это было скорее похоже на неконтролируемый позыв к тошноте. Неудивительный совершенно, учитывая возраст мисс и окружающую обстановку. Совладав с собой, она отошла к бревну, и, обессиленная, села, ожидая, когда поблизости покажется кто-то, кто еще не видел татуировок и змеиных шкур.

- Сходящие с ума официанты, почти демонические огни, да незаживающие стигматы? Не слишком ли много уникальности на одну душу? - Да не сказал бы. Ведь речь-то обо мне! Это провокационное заявление сопроводило уже спину уходящей прочь итальянки, применяющей свою шляпу вместо щита. Приятную мысль о том, что именно его неповторимость сегодня толкнула Карлу броситься его спасать, он оставил при себе, чтобы насладиться на досуге. Нельзя же было позволить ей взять и парой фраз испортить все удовольствие, верно? Что касалось интересных находок, то к тому моменту, как закончено было с осмотром трупов, мистер Смит был весь захвачен перевязкой своей пострадавшей уникальности. Ему ещё только предстояло оценить совершенные другими открытия. Мисс Смит же и вовсе никогда не славилась сосредоточенностью, ее ум и чувства временно заняты были постыдной семейной тайной. - Позер, - насмешливо фыркнула Беатрис, но от помощи отказываться не стала, хотя и слегка покраснела, присутствие Карлы ее немного смущало. Или дело было в самом Мортимере, а точнее, в его взгляде? - Придержи бинт, пока я буду накладывать себе повязку. Итальянка удалилась, Мортимер взглянул на кузину, не преминув отметить, что та вновь чем-то взволнована. На щеках ещё оставались следы румянца. На языке вертелось "Но ведь именно поэтому ты меня и любишь!", но застряло в горле. Недавняя поддевка "Ни в чем себе не отказывай" привела к слишком уж неожиданным последствиям и молодой инквизитор, сам себе удивляясь, решил, что повторять эксперимент, тем более, сейчас, будет чрезмерным. Молча прижав пальцами бинт, где было сказано, он только смотрел, как Беа бинтует себе руку и хмурился. Весело, конечно, что он остался жив, что его родственницы почти невредимы, равно как и спутники, они же коллеги, но ведь их и вправду ждут. Ещё больше омрачила настрой мысль о том, что не все, вышедшие в путешествие по потайным ходам, остались живы. Одного они сегодня не досчитались. *** - Да, людям можно простить эту слабость, нечасто такие знакомства бывают. Впрочем, я пока что не заметил, чтобы вы или месье Мортимер пытались меня съесть, а это определённо говорит в вашу пользу: я очень трепетно отношусь к своей шкуре и ценю это, - весело улыбнулся Рафаль. - Хотя предупрежу: мне кажется, что я совсем не вкусный. Думаю, моё мясо жестковато, - с сожалением отметил француз. Синие ведьмины глаза смотрели испуганно и печально. И чем дальше вел свою речь Рафаль, тем испуганнее и печальнее они становились. - Д-да, конечно. - плохо повинующимся языком пробормотала Морин. Румянец стыда морфировал в некрасивые красные пятна по всему лицу. Похоже, чувство юмора в этой семье с занятной ветвью на фамильном древе, досталось только брату. Сестра шутку про каннибализм не оценила. - Нужно пойти посмотреть. Конечно. Мы же спешим. И, быстро поднявшись на ноги, поспешила прочь, по не слишком подходящему для исследования трупов курсу.

- Вы правы, нас терпят, - согласился Рафаль и чуть улыбнулся обладательнице светло-сапфировых глаз. Грустновато, но улыбнулся. - Слово христианина, что вашу тайну буду хранить, пока вы сами не освободите меня от этого слова. - Спасибо, сеньор Солейн. - Морин душевно улыбнулась, руки ее, наконец, нашли покой на коленях. - А то, вы знаете, от этого столько проблем, столько проблем. Когда люди узнают, они, порой, становятся совершенно на себя не похожи. Ведьма грустно вздохнула, повернула изящную головку к своему собеседнику, и сказала. - Та женщина, которая нас родила, она... - девушка на секунду задумалась, видимо, подбирая наиболее подходящие слова, но судя по мимолетному выражению досады и морщинке на переносице, быстро бросила это дело. - ...состояла в некотором родстве с.. - голос ее с каждым словом становился все тише и тише, теряя силу, которой, однако же, хватило, чтобы закончить мысль. - ..с демоном. Румянец мучительного стыда вновь окрасил бледные щеки, спина как бы застыла. - По правде говоря, он был ее дедушка. Речь ведьмы, несмотря на ее некоторую борьбу с собой, была достаточно отчетливой, чтобы сеньор Солейн не смог полагать, будто ослышался. Каким бы сумасшествием не прозвучало это заявление, сделанное, словно в насмешку, над трупом едва почившего инквизитора, оно, по правде говоря, могло многое объяснить.

Поскольку у меня сегодня день мужЫцкого кино, то вот. Братья Коэны могут. А уж Тарантино, так вообще)