julia37

- С другой стороны... если с нами идет проводник и это их территория, то можно разделиться. И это в худшем случае всего три самолета. - Всего?! - не сдержался Мик. - А как далеко идти за каждым из них, они не говорят? Ставлю на то, что рукой подать, три дня лесом, два дня плесом. Тут уж он и сам не знал, смеяться ему или впадать в отчаяние.

Микаэль встрепенулся, как только раздались слова на незнакомом языке. Потянулся, зевнул и поморщился. Последние дни у него постоянно что-нибудь да болело. - Что, уже пора?.. Оказалось, их в самом деле ждали в апартаментах вождя. Помимо самого Чуску там был ещё один индеец в годах, и двое совсем молодых, почти подростков. Выходило, что радовать престарелую матушку местного руководителя очень полезно для дела: охотники были готовы рассказать все, включая подробности своей личной жизни.

- Вяленое мясо неизвестного происхождения? Наскоро замаринованная пресноводная рыба из местного озерца, зараженная солитером? Это если угощение. Но ведь ты видел, что сыпется в жаровню для исполнения ритуала. Ритуальная еда может быть с самыми неожиданными сюрпризами. Про специфический фрукт Хелене заговорить не дали. - Все-все, хватит! - Мик замахал здоровой рукой. Его собственная голова сегодня была целиком и полностью в распоряжении мыслей о столбняке. А еще о вирусе иммунодефицита, который, как любезно напомнила сеньорита Мора, не живет долго на лезвиях ножей и прочих местах, не слишком напоминающих живые теплокровные организмы. В некоторых аспектах бывшие слушатели курсов Колумбийского медицинского университета сохраняли нетронутую анатомичкой впечатлительность. -Не закрыть глаза, а скрыться с глаз, - поправил доктора Нейт, - в том смысле что угол зрения... Если не видишь ты то не увидят тебя, прячь хвосты. Я всегда так понимал. Сейчас будет щипать. Щипало или нет, больно было или нет, но Майкл Джон Дэвис сохранял невозмутимость, возможно, не желая рушить имидж героя, который приобрел совсем недавно. В оказании первой помощи Нейт был вовсе не так плох, как ему самому казалось, повязка легла плотно, а остальное Мик собирался пережить как-нибудь так. - Спасибо. - он пошевелил кривыми пальцами у себя перед носом и усмехнулся. Хорошо, что некоторые вещи он довольно быстро выучился делать левой рукой. Скальпель он держал теперь только левой. - Да, выполнить миссию и забыть про эти чертовы джунгли на ближайшее всегда, - отозвалась Инес. - Сущая мелочь. В какой именно мысли утверждался сеньор Дэвис, да и утверждался ли, история умалчивала. Он только улыбнулся краешком рта. Джунгли, несмотря на солитера в рыбе, столбняк и малярию, были прекрасны. Он был уверен в этом, несмотря на историю с жертвой Супаю. Но у Инес были свои, особые представления о красоте. Сеньор Дэвис почитал за варварство пытаться менять их под какие бы то ни было стандарты. *** 11:00 13.06.2018. Индейская деревня Время постепенно близилось к полудню. В хижине, как это не странно, было не так уж душно и влажно, как можно было ожидать. Мик расположился на циновке у стены и, привалившись к ней, неловко перебирал ампулы и остатки бинтов. Может, искал противостолбнячную сыворотку. Вскоре у входа, напоминавшего белую дыру в сумеречном домике из листьев, появился силуэт. - Вождь Чуску зовет. Нашлось целых три охотника, имеющих, что сообщить белым чужакам. И каждого следовало расспросить подробно.

- Очуметь. -Тихо выругался Нейт что был в шоке от происходящего не меньше Мика которому он тут же предложил помощь. -Помочь перевязать и обработать, ммм? Знаешь, как в детстве, если быстро поднять с пола то безопасно... Скажите только что это безумие не зря! Очередной нервный смешок сошел лишь судорожным вздохом. - А если закрыть глаза, то тебя никто не видит. - припомнил он еще один безотказно работающий принцип из детства. Сжать платок в кулаке этой рукой он не мог, искривленные пальцы таких маневров не позволяли, так что помощь в любом случае не была лишней. Мик подставил руку пилоту. - Ага, перевяжи, будь добр. По крайней мере, это должно было остановить кровь. - Это не худшее, поверь. По крайней мере тебе не пришлось разделить с ними трапезу, - заметила бывалая путешественница и знаток причудливой местной кухни. - Что ж они такое едят?.. - богатое воображение в этой ситуации было скорее минусом, чем плюсом. - Абсолютно, - подтвердила Инес. - Ты молодец и спас ситуацию. А если выяснится, что твой героизм поможет нам найти искомое, я тебя ещё и расцелую. Мистеру Дэвису, кажется, предстояла очередная сложная задача по определению сарказма и обещаний на серьезных щах. Небесно-голубые глаза по-детски доверчиво уставились на Инес. Это был очень долгий взгляд. Сеньорита Мора была женщиной умной и достаточно проницательной, чтобы понять - принимать это за сарказм даже такому мнительному сеньору, как Дэвис, было невыгодно настолько, насколько это вообще возможно. - Хм. Ладонь горела, но уже, кажется, не так сильно. В голове вертелась глупая мысль о том, что если бы сеньорита еще и подула на больное место, стало бы совсем хорошо. А ведь человеческие выдохи совершенно точно не имели никакого доказанного обезболивающего эффекта. Дэвис, как врач, списывал все на плацебо. - Как мало, оказывается, нужно для счастья. - он усмехнулся краешком рта. Всего лишь ложка крови, чтобы осчастливить женщину. Пожалуй, нужно это записать. На будущее. Хелена перевела взгляд на вождя. - Супай доволен. Что теперь будет, Чуску? Чуску, судя по выражению лица, не находил в происходящем абсолютно ничего ужасного. Старуха улыбнулась во весь свой ужасающе беззубый рот, и, сняв ритуальные украшения, отправилась на прежнее место. - Теперь мы соберем охотников. Нужно подождать. Для ожидания чужеземцам готовы были предоставить даже отдельную хижину. В ней даже было два вместительных гамака, на которых можно было раскачиваться, как на качелях. Пара циновок, брошенных на выложенный пальмовыми листьями пол, и такая же, как у вождя, жаровня, дополняли бедный интерьер, как могли.

- Помнишь такой фильм "Мертвец"? Там индеец считает главного героя Уильямом Блейком, покойным поэтом, которого он обязан проводить для какой-то важной миссии по дороге мертвых... Э... в общем, им нужен ты. Сеньор Дэвис забеспокоился. - Эй, мне еще рано по дороге мертвых! Я, вроде того... слишком молод еще, не? Судя по реакции, фильм он смотрел и аналогия ему не очень понравилась. Ее лицо перестало быть добрым: - Или они нам ничего не расскажут. Так что давай, не упрямься. Подумай о чем-нибудь приятном и потерпи немного. -Так надо, Мик, - твердо добавил Мигель, досадуя про себя немного, что не успел подставить свою руку. Кровь убийцы, наверное, тоже пришлась бы этому Супаю по вкусу. - Потеря чайной ложки крови решается лишней порцией печени какой-нибудь местной утки, - флегматично заметила Инес, - но если мы не продвинемся в поисках, это будет меньшая наша проблема. Твоя, в том числе, Майкл. Отсюда убираться надо, как можно скорее, а уходить с пустыми руками бессмысленно, минимум. Дэвис как-то сразу почувствовал себя маленьким мальчиком, которого толпа взрослых ругает за то, что он эгоистично не желает делиться игрушкой с младшим братом. Беспрецедентное психологическое давление дало немедленный результат, Мик моргнул светлыми ресничками и сдался. - Да ладно-ладно. Надо, значит надо... - опасливо косясь на старуху, он уже почти протянул руку. - Я, между прочим, считаю себя католиком! - зачем-то сочла необходимым упомянуть отмеченная индейским дьяволом "утка", которую упорно втягивали в языческий ритуал ради пользы дела. — Чуску, э… если мы используем свой нож, сгодится ли такая кровь? Вы можете окропить ритуальный инструмент в уже добытой крови? Шансы были небольшими, но все же… Вождь моргнул и переадресовал вопрос мамаше. Но жрица была непреклонна. - ВИЧ не живет долго в неблагоприятной среде, - добавила блондинка. Возможно, это известие должно было ободрить экс-террориста. Тут несчастная жертва вздрогнула и жалобно чертыхнулась. - Ну спасибо тебе! - сердито и даже как-то обиженно выпалил Мик. Ходячая энциклопедия в лице сеньориты не нашла ничего лучше, как озвучить именно этот научный факт, осевший в ее превосходной памяти. Вот только напоминания о ВИЧе ему сейчас и не хватало. С отчаянием обреченного он сунул руку старой гадалке, не став даже просить прокалить нож в огне, как изначально собирался и зажмурился. - Ай! - кривой и, наверняка, заразный нож полоснул по ладони, рассекая ее наискось. Чайной ложкой дело не обошлось. Никак не меньше, чем столовой. Угли зашипели и задымились сильнее. Стало трудно дышать. Гадалка удовлетворенно затрясла головой. - Супай доволен! Он принял жертву. - Надеюсь, все счастливы? - насупился Мик, наскоро обматывая ладонь платком, который немедленно пропитался алым.

- Ох, ладно, Мик, отойди. Они не отстанут теперь. Давай я. На мне всё как на собаке заживает. - Ты серьезно?.. - Мик переводил взгляд с ладони Хелены на ритуальный ножик, а перед глазами у него стояли все люди, погибшие от столбняка, бешенства, чумы, оспы и всех видов гепатита, от начала времён. Судя по выражению голубых глаз так и было. - Но зачем? Вождь внимательно посмотрел на мамашу, но та решительно помотала головой из стороны в сторону и довольно отчётливо сказала своим шамкающим ртом: - Нет. Он. - и снова ткнула своим кинжальчиком в Мика. Тот неосознанно прижал руку к груди. - Супай знает его. Идёт по его следам. На нем его знак, сросшиеся пальцы. Другие боги насмехались над Супаем за его уродство. И тогда Супай спустился под землю, обдумывать месть. Так он создал подземный мир и стал тем, кем мы знаем его. Может быть, эта жертва поможет умилостивить его и сделать ваш путь более безопасным. - Вы сделаете, как она хочет. - прибавил вождь. - Иначе нельзя. Очевидно, он сильно почитал свою матушку. - Ничего не понял, но длина ее тирады пугает меня до усрачки. - монотонно признался доктор, даже не пытаясь перейти на шепот.

- Нас только что прокляли?! У Мика вырвался смешок на нервной почве. Но когда Хелена сказала, в чем дело... - Старушка советует нам не ходить туда, куда мы собрались. Каждый шаг идущего будет проклят. У него ещё и глаза округлились. Только это сообщение смогло заставить его перестать пялиться на высохшие молочные железы гадалки, которые приводили его в состояние суеверного ужаса. - Она же это не серьезно?.. - робко переспросил он, до основания разрушая имидж высокообразованного и просвещенного человека третьего тысячелетия. Старуха залопотала снова, на сей раз вождь придвинулся поближе и перевел шамкающий неразборчивый бред для Хелены. - Супаю нужна кровь. Вообще, он больше любит человеческие сердца, но мы теперь таким не занимаемся. Кровь подойдёт. Старуха мелко закивала, выхватила из-за набедренной повязки крошечный кривой ножик, судя по всему ритуальный, перегнувшись через угли, вцепилась в покалеченную ладонь Мика и потянула на себя. Тот в панике отпрянул, вырывая руку обратно. - Спятила!? - словно старуха могла понимать. - Чего они хотят? Суеверный ужас, похоже, перерастал во вполне обычный. - Кровь. - вождь ткнул пальцем в Мика и снисходительно, будто делал одолжение, взглянул на Хелену. Похоже, уговоры на него, наконец, подействовали. - Иначе не будем помогать.

- Хелена, переведи, пожалуйста, - попросил он, делая шаг вперед. - Вождь, тогда вы знаете, что эти люди, когда доберутся до вашей деревни, не будут вежливы и почтительны, вовсе нет. И они не остановятся ни перед чем, чтобы найти этот самолет, так что встреча с ними ничем хорошим для племени не закончится в любом случае. Поэтому в ваших интересах, вождь, помочь нам в нашем поиске. Если у военных не будет причин для продолжения поиска, они просто уйдут и вас оставят в покое и мы, и они. Ваши люди знают, что происходят в джунглях и как минимум один самолет они уже находили, об этом говорят листы самолетной обшивки, что мы видели снаружи. Быть может, вождь, вам просто не успели сообщить о находке? Когда Хелена исполнила свою роль переводчицы, вождь Чуску опять взял паузу, во время которой принялся ерзать на своем месте, вздыхать, корчить недовольные рожи. Когда ему это, в конце концов, надоело, а чужаки все равно не ушли, он снова вздохнул, на сей раз с оттенком обреченности. - Эй, мать. - позвал он. Старуха в гамаке зашебуршилась, к ней подскочила другая, гораздо более молодая женщина, и помогла слезть. Не торопясь родительница вождя надела на себя ожерелье из кабаньих клыков, какую-то совершенно невообразимую шапку из ярких лоскутов ткани, и вся трясясь уселась перед очагом. - Давай, давай, сюда. - поманила она гостей, настойчиво тыча пальцем, чтобы они расселись кружком вокруг жаровни. А затем началось то, чего ждала Хелена в самом начале из посещения деревни: какой-то магический ритуал. Старуха раскачивалась из стороны в сторону, сидя скрестив ноги, тряслась, что-то мычала себе под нос и в полный голос. Колыхались нагие усохшие груди и седые жидкие волосы, морщились старческие губы. Наконец, не без помощи молодой товарки, угли разгорелись, и в них высыпали из мешочка обломки костей, зубы, весьма напоминающие человеческие, какую-то сушеную органику, птичьи лапы, перья.. все это немедленно отвратительно завоняло. Жрица размешала всю эту мешанину с углями, пропела еще что-то своим скрипучим голосом, страшно закатывая глаза, а потом уставилась в жаровню, где тлели перья и лапки. Созерцание длилось довольно долго. В какой-то момент старая женщина с хрипом втянула воздух, замахала руками и завыла: - Супааай! Супааай! - и затарахтела так быстро и неразборчиво, при этом тыча во всех гостей по очереди, что даже Хелене с трудом удавалось уловить смысл. Вождь наконец-то изобразил живейшее внимание и теперь глядел на пришлых с любопытством.

- Два дня назад в джунглях упал самолет. Сейчас его ищут. И пока не найдут, здесь будет много посторонних людей. Мы тоже ищем. Вы знаете, где этот самолет? Слышали что-нибудь? Вождь выпятил нижнюю губу, как бы давая понять, что только ради знания их языка, умения редкого среди женщин, готов отвечать. Но недолго. - Про людей в джунглях знаю. Про самолёт - нет. - отрезал он, становясь ещё более высокомерным засранцем с виду.

В хижине вождя - Здравствуй, Чуску! Благодарю за то, что согласился впустить нас в свой дом. Это было сказано, конечно, на кечуа. Ни один мускул на лице, обрамленном желтыми перышками, не дрогнул. Если Чуску и считал что-то по поводу белых чужаков, то прочесть его мысли представлялось задачей затруднительной. Он молчал, наверное, с минуту. Может, чтобы придать себе больше важности, может, чтобы выказать презрение, может, чтобы выполнить ритуал. Потом взглянул ничего не выражающим взглядом на Хелену, окинул ее всю взглядом, и сделал такой же невыразительный жест рукой, приглашающий пройти чуть дальше, но не слишком далеко. - Что тебе нужно, женщина? - без предисловий поинтересовался этот индейский грубиян. Мик прятался за спинами остальных. Его, почему-то, разбирал смех. И он даже не знал, что именно смешит больше: вот эти мелкие перышки, которые словно добыли из подушки, или же убийственно серьезное выражение лица властителя этого маленького народа.

- Брысь. А не то Мигеля позову. - Пригрозил он маленькому зверьку большой угрозой. Крошечный зверек тоненько заверещал и тут же был подхвачен на руки маленькой девочкой. Та что-то недовольно чирикнула на своем языке, и отбежала подальше. Мик со вздохом отложил дробовик и нож, раз уж Мигель разоружился, то смысла упираться не было. Да и многовато было этих индейцев. Даже для очень хорошо вооруженного отряда из шести человек. Когда примеру Мигеля последовали все, их проводили к большой хижине. - Вождь Чуску! Здесь чужаки. Хотят говорить.* - вполголоса спросил тот, что с раскашенным лицом, почтительно склонившись у "дверного" проема. После паузы из недр первобытных апартаментов донесся неопределенный возглас и дозорный кивнул гостям, чтобы вошли. Внутри было сумрачно, посреди жилища, в очаге слабо курились угольки. В обязательном гамаке лежала беззубая старуха, у противоположной стены возилась с чем-то, напоминающим глиняный кувшин, молодая женщина. У дальней стены торжественно восседал мужчина с головным убором из цветных перышек. Наверное, предупреждение требовалось ему как раз для того, чтобы принять соответствующую случаю позу. Вождь, как и меньшая часть его племени, не гнушался носить штаны, а вот женщины одежды не признавали. Желтые перышки колыхнулись в такт со струйкой дыма, глаза, напоминающие маслины, уставились не чужеземцев. * - здесь и далее разговор идет на кечуа, Хелена может переводить.

Дозорные помедлили еще немного, лучник буркнул что-то недовольное, его коллега коротко ответил и махнул рукой. Лук перестал целиться в человеческий глаз, однако, стрела все еще была наготове. Пришельцам предложили следовать вперед, как под конвоем. *** Племя Ава кочевало время от времени, однако на этой живописной полянке они, похоже, обосновались уже довольно давно. Хижины из палок и листьев, три или четыре маленьких палатки, а так же гамаки под навесами. Эти индейцы просто обожали гамаки, и, пока женщины занимались разнообразными хозяйственными делами, от приготовления пищи и до ухода за детьми, мужчины и маленькие дети, покачивались в них, свесив одну ногу. Здесь было не меньше полутора сотен человек, одни полуодетые, другие совершенно голые, если не считать бус и практически ничего не скрывающей набедренной повязки, гомон поселка даже заглушал джунгли. Завидев "белых", стайка детишек бросилась едва ли не под ноги охотникам за изумрудами, смеясь и показывая пальцами, но была изгнана прочь гортанным сердитым восклицанием раскрашенного обладателя лука. Неподалеку какой-то малыш дергал за хвост беспомощного броненосца. Самая большая, и, вероятно, самая комфортная хижина, способная, с виду, вместить не меньше двух десятков человек, высилась в центре деревни. Из прорехи в крыше курился дымок. Дозорный, не желая больше беседовать, ткнул пальцем в большую хижину, потом указал на мачете Мигеля, а следом на навес, возле которого они все и остановились на границе стойбища. И без слов было ясно, что дальше с оружием их не пустят.

Несколько секунд ничего не менялось. А потом кусты зашевелились. Индеец с раскрашенным лицом, не опуская лука, бочком вышел на тропу, становясь между пришельцами и деревней. Второй, щеголяющий естественным цветом кожи, чуть округлил глаза, и опустил старенький самозарядный пистолет. Оба дозорных, несмотря на экзотические детали их облика, не выглядели теперь так уж дико. По крайней мере, штаны они носили. Лучник подозрительно прищурился, а потом довольно бойко понес какую-то тарабарщину, в которой время от времени проскакивало "кеч'уа", сдобренное красочными гримасами недовольства. - Мы не развлекаемся чужаков. Уходите.* - довольно заносчиво заявил лучник в ответ, глядя прямо на Хелену.

Если на Пабло глядел дозорный, не чурающийся достижений захватчиков, то на Нейта, с другой стороны тропы, целился классический воинственный абориген. Можно было даже проверить, получится ли у него вогнать стрелу в глаз человека с десяти шагов или нет. Мик на секунду замер, а потом, глупо улыбаясь, медленно поднял руки вверх - международный жест, обозначающий мирные намерения.

- Не знаю. Оружие не выставляйте, но прятать тоже не надо, это только насторожит. И... главное, сморите под ноги. А то наступите на хвост... члена семьи. Любая игуана может оказаться индейцем, вскормленным с любовью матерью большого и недовольного семейства. Мик нервно переступил с ноги на ногу, как-будто к подошвам его ботинок уже прилип кто-то, вскормленный индейской женщиной. Пока что обошлось, но он все равно чувствовал себя индусом, подметающим перед собой дорогу метелкой, чтобы, не дай Будда, не раздавить какого-нибудь дурного, перевоплотившегося в жука, предка. *** 09:00 13.06.2018. Сельва То ли мины и впрямь остались тут с прежних времен, когда между повстанцами, правительством, бандитами и прочими гордыми и независимыми группировками велись бои местного значения, то ли бдительность подводила путешественников на этот раз, но ничего ценного, что могло бы скрываться за минным полем, не нашлось. Зато, судя по карте, индейское стойбище было совсем близко. Еще какая-то четверть мили, и они будут на месте. Джунгли по-прежнему оглашали на разные голоса обезьяны, птицы, и другая живность, но никакого присутствия людей заметить не получалось.

Здесь в роли мучачос был каждый из них. Мик попятился, когда Нейт решил обезвредить ржавую мину. Но не отказал себе в мести. - Меня звали Нейт Миллер, я любил выпивку и котиков. - В слове "кокс" ты сделал три ошибки! - съязвил доктор, которого собирались подарить индейцам и нырнул за ближайшую корягу, накрыв голову руками. Взрыва не последовало. Обрадовавшись, Дэвис встал на ноги, но сапёр уже полез куда-то с тропы. - Эй, эй! С ума сошел?! А если там минное поле?..

- Противопехотная мина, - глянув в сторону "круглого и железного", определил Мигель. - Этого добра в джунглях навалом, кто только не ставит: повстанцы, парамилитарес, военные, наркоторговцы. И она так годами может стоять, пока кто-то не нарвется. - Вот черт... - Микаэль на мгновение проникся ненавистью ко всему человечеству. Это же надо, среди такой красоты оставить это дерьмо! Оружие, наркотики.. Люди повсюду оставляли следы своей жизнедеятельности. Дотянулись даже до такой глуши. Впрочем, чувство это быстро притухло до будничных значений. Мик понемножку ненавидел все вокруг, включая себя, без перерывов и выходных. А Мигель даже бровью не повел, несмотря на то, что едва не взорвался. Неприятный холодок промеж лопаток пополз снова.

06:00 13.06.2018. Сельва К индейцам выдвинулись на рассвете. Брайт вызвался посторожить лагерь. Туман стелился над водой, в нижнем ярусе леса царствовала сырость и приятная утренняя прохлада. Мох и палые листья поглощал звук до последнего шороха, казалось, ноги ступают в вату. Мох скрывал много всего в перине из отмершей зелени. Вспорхнула стая попугаев, обеспокоенная внезапным вторжением. Красочные птицы принялись кружить над головами охотников за изумрудами, грубо крича. Качнули нежнейшими венчиками орхидеи, корнями вгрызающиеся в стволы вековых деревьев, и окропили путешественников накопленной с ночи росой. Мигель шел первым, срубая мачете особенно нахальные побеги, за ним Хелена, Инес, следом Мик, Нейт и Пабло шагали в арьегарде. Дэвис только что голову не сворачивал, глядя на красоты местной флоры и фауны, выражение тихого восхищения не сходило с его лица до некоторых пор. Тропа пошла в гору, идти становилось труднее. Неприятный холодок между лопаток заставил забыть о птицах и цветах, Мик беспомощно заозирался, но бесполезно, он ничего не видел.

Снаряд улетел в кусты. Дэвис, вместо того, чтобы продолжить обмен колкостями, замолчал. Взял палочку и принялся чертить ею что-то под ногами, по-прежнему мрачно хмурясь.

В некоторой растерянности, Мик приоткрыл рот, несколько секунд он не мог вымолвить ни слова. А потом сдвинул брови, сгреб комочек лесной подстилки в кулак и швырнул в пилота. - Да пошел ты! - кажется, он совсем не оценил шутки. - Работорговец.

- Вы же говорили они на подарки падки? Что же мы им дарить будем?.. - С этими словами Нейт подозрительно посмотрел на Мика и вдумчиво погладил подбородок с подросшей за время похода щетиной что всё было лень сбрить.  - Чего? - тут же буркнул Мик, подозрительно сощурившись. - На что это ты намекаешь?.. Но вообще, он собирался пойти туда, куда пошлют. К индейцам, значит, к индейцам.

Сеньор Дэвис усмехнулся снова и попытался повернуть разговор в волнующее его русло. - Так мы теперь будем разделяться или нет?

- Вот лично знаю случай как потеряли тридцать кило кокса из вещдоков, говорили крысы погрызли да растащили... Мик неэстетично хрюкнул. - Лично, говоришь?.. Он многозначительно ухмыльнулся, представляя эту восьмидесятикилограммовую крысу-воровку с зависимостью. - Ну-ну.

Невозмутимые, как обычно, глаза глянули на бывшего подзащитного. Инес слегка улыбнулась и пожала плечами. - Затем, видимо, вы и терпите присутствие человека, неспособного ни к чему иному. То ли это был такой едкий сарказм в адрес явного женоненавистника, то ли Инес в самом деле проявляла редкий градус самокритичности, что смотрелось совсем уж невероятно на взгляд Мика. Обычно, сеньорита Мора не распылялась на реакции в его адрес. То есть, вообще. Посему, реплика произвела на слушателя столь глубокое впечатление, что он погрузился в раздумья, которые заняли, ни много, ни мало, почти три дня. И даже жареная пиранья не ускорила процесс. *** Для Дэвиса время шло незаметно. С рюкзаком за плечами по жутким топям, перелезая через монструозные корни деревьев, либо в лодке, отдыхая или дежуря на палубе, он старательно занимался делом. Тем делом, которое ему поручали, без жалоб и вздохов, даже почти без мыслей о том, как трудно ему приходится. Странность заключалась в том, что в джунглях ему нравилось. Да, тут были ядовитые лягушки и змеи, злобные насекомые, не было цивилизации, но тут же были и розовые дельфины, и совершенно чудесные птички, одну из которых он наблюдал буквально сегодня утром, а еще, похоже, именно тут потерялось его душевное равновесие. Искать которое среди деревьев, стволы которых нельзя обхватить и пятерым за раз, получалось гораздо лучше, чем раньше. Лагерь спецназа обнаружился довольно быстро. Бойцы не прятались, очевидно, скрытность не входила в перечень приоритетных задач. Сломанные ветки, следы характерных подошв, остатки кострищ и окурки были повсюду. С индейцами получилось еще лучше, похоже, у кого-то было чутье на местных жителей. Теперь на карте капитана Миллера появилось два небольших, но очень важных кружочка. И к тому и к другому следовало подбираться осторожно. И если войсковые подразделения были вполне однозначны в прогнозах, то как среагирует племя, предугадать было нельзя.

-Ты не хочешь пиранью, пиранья хочет тебя! - Мхм. - многомудро изрёк сеньор Дэвис, вгрызаясь в свой кусок печёной рыбы и продолжая скромно молчать. Только на его памяти этот самолёт был один из двух потерпевших крушение в джунглях. Сколько их свалилось туда за последние лет пятьдесят? - Думаю, если сложить карту поисков и знания местного племени, наши шансы повысятся.