julia37

Заканчиваем элегантно обмениваться колкостями.

- Спасибо за чудесную компанию, Джеймс. - Тебе спасибо. - возразил полтергейст, поднимая глаза, но не вставая. Голос его звучал ровно и мягко. Словно и не было никогда этих приступов паранойи, свидетелем которых стал Эндрю. - И спокойной ночи, Айрин. Джеймс не проявил желания проводить девушку до символических дверей соломенного домика. Как не проявил желания влезать в то, что было (или не было) между ней и тем огромным бородачом из ее мира, не имея на то достаточно веских причин, не чувствуя себя способным даже заиметь эти причины когда-нибудь в будущем. Он окинул девичью фигурку мало что выражающим взглядом и снова уставился в море, выпустив струйку дыма. Похоже, О'Брайан не боялся показаться невежливым.

- Остается надеяться, что ваш командир поможет мне в этом. Джеймс ничего не ответил. Что он мог сказать на это? А потому он снова улыбнулся ей, просто продолжая сидеть, курить и смотреть на звёзды.

- Ты никогда не будешь такой, как она. - мягко улыбнулся Джеймс, стряхивал пепел на мокрый песок. Он задумался. А в самом деле, что ему теперь делать? Кому он нужен? - Что делают люди, которые начинают жить с чистого листа? Довольно жизнерадостное описание для того, кто потерял дом, семью, работу, оставил в прошлом все, что у него было, и не по своей воле ушел в неизвестность. - Не знаю. - он пожал плечами. - Разберемся с этим деймосом. А потом... наверное, я начну с того, что встречусь с нашим посольством при дворе Императора. Посмотрю, как они воспримут меня. Он снова замолчал и некоторое время курил в тишине, вдыхая и выдыхая ядовитый дым, смотрел прямо перед собой. - Там видно будет.

- Я...я почувствовала...что-то, как будто пространство шевельнулось, словно ленивая кошка и....боже, что я несу, - покачала головой девушка. - Все так эфемерно, но я попробую сделать, как ты сказал. - Не получается, - разочарование в голосе Айрин можно было почти пощупать руками. - Ты чувствуешь. Это главное. - в руках у морского чудовища возникли пачка сигарет и зажигалка. Эти предметы давались ему куда проще. Джеймс постучал кончиком пальца по донышку пачки, выбивая сигарету, раздался щелчок, по воздуху поплыл терпкий не слишком приятный дымок. - Пытайся. Через неделю, через месяц, может быть, через год, но я уверен, у тебя должно получиться. Полтергейст затянулся, сводя на нет все достоинства вечернего бриза, неспеша вышел на берег, сел на песок. Здесь он мог курить, молчать и созерцать море и морскую нимфу в белом купальнике. До тех пор, пока та не решит променять русалочий хвост на пару ножек.

Ох уж эти имперские маги. Не успели начать игру, а уже весь Тедас кровью заляпан... :D

- Я...я не знаю даже, как это делается. А как создаешь предметы ты? Джеймс бросил изображать морскую звезду, нащупал дно и подошёл поближе, рассекая волны, словно морское чудовище, вознамерившееся пожрать Андромеду. - У каждого свой подход. - заметил он, отжимая ладонью волосы, теперь они торчали в разные стороны. - Для начала, тебе стоит выбрать что-то маленькое и максимально простое по внутренней структуре. А потом... - он пожал плечами. - я, например, просто представляю себе то, что собираюсь создать, как можно подробнее. Чем больше деталей припомнишь, тем лучше. Потом концентрируюсь и... На вытянутой вперед ладони растопырило свои тонкие щупальца-воздушные корни растеньице высотой в фут. Аккуратные, словно вырезанные и покрытые лаком, листики, крошечные белые цветки. При ближайшем рассмотрении и впрямь оказалось, что она лишь кажется живой. Цветок сморщился и пропал. Джеймс стряхнул серую пыль в воду и вздохнул. - У тебя должно получаться гораздо лучше. Ведь твоя мать, кем бы она ни была, что бы не сделала, создала целый огромный мир. Не может быть, чтобы тебе от этого ничего не досталось.

Джеймс помолчал немного. - А ты попробуй... что-нибудь создать. - он с лёгкостью перескакивал с темы на тему. - Она создала целый мир. Я думаю, у тебя должны быть подобные способности. Научишься - бороться с ней будет проще.

Морская звезда периодически подгребала руками, чтобы не утонуть. - Ничего. Ты вернёшься, соберёшь вокруг себя обездоленных и угнетенных, дашь им оружие. Поднимете восстание... - размеренно, так же как накатывали на берег волны, говорил и говорил он. - Засунете ее в капсулу, и тогда небо смогут видеть все. Она сильная, но она одна. А вас много.

Полтергейст покачивался на волнах неподалеку. Над водой возвышался только кончик носа. Он почти не шевелился, изображая, очевидно, дохлую медузу. Или морскую звезду. На небе потихоньку зажигались звезды. Если это место было воссоздано по человеческим воспоминаниям, значит созвездия должны быть знакомыми. Джеймс сосредоточенно пытался разглядеть Южный Крест. У него не получалось, но он не особенно расстраивался. Он улыбался небу. И чему-то внутри себя.

Не, ну можно было еще и так, конечно... Но мне было лень искать картинку :D Да они вообще там постоянно друг друга лупят палками)) Старший в роду может позволить себе все, что угодно) Там у них культ старшего, культ предков. Главного героя, например, папаша чуть насмерть не забил. Он потом месяц с постели не вставал. И как бы ничего, так-то он сына любит. Про это неоднократно сказано) Мне больше другое понравилось. Такой-то такой-то взял палку и стал в ярости лупить служанку по спине и вообще, куда попадет. Служанка громко плакала от обиды. (с) От обиды, Карл! Не, конечно, кто же спорит, обидно очень))) Читала. Написано действительно интересно, покиваю головой)

- Какое необычное ощущение. - В самом деле.. Джеймс помог девушке спрыгнуть в воду и теперь, как бы в продолжение, ладони все ещё поддерживали ее чуть выше талии. Необходимости в этом уже не было, но этот человек склонен был делать массу вещей без всякой необходимости. Айрин была милой. Такой... юной. И кажется, он ей нравился. Хотелось обнять ее покрепче, привлечь к себе и так стоять, чувствуя тепло чужой бархатной кожи, биение сердечка. А дальше... дальше он выпустит ее и пойдет плавать. Может быть, будет смотреть. Со стороны. Возможно, рыженькая мисс совсем не жаждет подобных вольностей. Тогда не стоит и начинать. Возможно, все наоборот, и она не стала бы возражать даже против продолжения. Тогда... тем более. В голове, в самом темном ее углу, мог срабатать затянутый паутиной выключатель. Касаться его О'Брайан не решался. - Большинству людей нравится море. - он улыбнулся, касаясь взглядом контура ее лица, шеи и плеч. - Не бойся. Главное, все время чувствовать под ногами дно. Он отступил на шаг и упал назад, раскинув руки, прямо в объятия моря, скрываясь на мгновение под водой.

Джеймс посмотрел на воду, прикинул что-то в уме и спрыгнул вниз. Оказалось, вода доходила ему повыше пояса. - А тут неглубоко. - проверив догадку опытным путем, сообщил он. С переменой костюма сноходец справлялся уже довольно неплохо. На костюм для купания много сил и не требовалось. - Не обязательно уметь плавать. Можно просто поплескаться. О'Брайан протянул руки вверх, чтобы поймать Айрин, если та надумает спускаться так же, как и он.

В прошлом году Shellty затевала спонтанный месячник японской культуры и я обещала присоединиться. Честно попыталась, но не смогла одолеть взятую тогда книжку. Бросила. Зато теперь у меня есть, чем оправдаться за прежнее слабоволие. Не Япония, конечно, но там недалеко: "Сон в красном тереме" ("Хунлоумэн") Цао Сюэцинь Название романа происходит от идиоматического выражения «красный терем». Оно многозначно, один из смыслов — «помещение, где живут дочери богатых семейств» (с), написан до 1763 года, три тома, сто двадцать глав, последний том был утерян (как я поняла) и заново дописан уже неким Гао Э после 1791 года так, как, по его мнению, автор планировал завершить свою книгу. В общем, меня хлебом не корми, дай вляпаться в трехтомник! Есть такой дяденька, Павел Перец, так вот у него есть целая серия передач о революционерах-народовольцах, где он как раз упирает на психологию, пытаясь доискаться причин, по которым миролюбивые сначала люди дошли до жизни такой. Рассказывает интересно и весело. Я весь цикл прослушала с огромным интересом) Вдруг пригодится.

Порождение снов, беглец, осколок - Джеймс - сжал несущую благодарность ручку пальцами чуть сильнее. Улыбнулся задумчиво. Накрыл ладошку второй рукой и некоторое время смотрел на их руки. Застыл. Только подушечка большого пальца раз или два проскользила осторожно по тыльной стороне чужой ладони. Пощечин на ближайшие пару дней было более чем достаточно, в этом сомневаться не приходилось. Но в этом ли была причина отсутствия поддержки в прежней ее форме, оставалось пока загадкой. Видимо, полтергейст, в силу способа своего недавнего существования, любил загадочность не меньше. - Вода остывается медленно. Сейчас она должна казаться теплой, как парное молоко. - сумерки и впрямь наплывали стремительно. - Если, конечно, я все правильно помню. - поправился призрак, не сталкивавшийся с материальной природой вещей уже очень и очень давно. Даже простое прикосновение к коже другого - живого - человека было для него чем-то невообразимо новым. - Замерзнуть будет невозможно. А я могу проследить, чтобы тебя не утащили медузы. Новая улыбка. И в шутку и всерьез. Как обычно.

Короткому сеансу любования подверглись, помимо рыжих волос и прекрасных глаз, и скрытое под шалью, а так же ножки. Почему бы, как говорится, и да? Спроси его кто, Джеймс заявил бы, что молодую женщину в купальнике он видел не менее трехсот лет назад. Что самое страшное, это была бы правда. - Благодарность не обязательна. - расщедрился полтергейст, возвращаясь к созерцанию зелёных глаз и разворачивая руку ладонью вверх. О'Брайан ничего не имел против прикосновений симпатичных девушек у моря на закате или где-нибудь ещё. Пощёчины, разумеется, в счёт не шли. - Надеюсь, теперь экзистенциальный кризис преодолен? Если нет, я готов повторить сеанс. К нему вернулась обычная его манера, когда нельзя было сказать точно: шутит или говорит всерьез.

Джеймс оставил в покое пейзаж и теперь созерцал Айрин. Профиль, анфас, три четверти или любой другой ракурс, который знакомая незнакомка готова была предоставить для любования. - Вообще-то, под несовершенством я имел ввиду себя, но мне льстит, что первым ты заподозрила солнце. - "свой-чужой" заразительно улыбнулся. Доктор Флинн был достаточно осведомлен о степени его брезгливости, теперь можно было поставить в известность и кого-нибудь ещё. - Давай. Сок не рассол, но дефицит жидкости можно восполнять и так.

- Ложись-ка спать, приятель. Оно полезно, - блондин соскребся с пола и тут же прислонился плечом к стене. Видно, гравитация слишком настойчиво призывала его обратно к земле. Параноидальный приятель приложился к бутылке с водичкой и разведенным в ней неизвестным препаратом и вылакал миллилитров триста, не меньше. Утер рот тыльной стороной ладони и прислушался к себе. - Определенно, не цианид. - заключил Джеймс, когда ужасных предвестников скорой смерти не воспоследовало. Кто-нибудь другой на месте Флинна, пожалуй, мог бы и обидеться, но насколько второй ирландец успел его узнать, доктор на глупости не обижался. И этим очень ему нравился. - Спасибо. Я, пожалуй, и правда п-рилягу. - язык окончательно вышел из повиновения. Через минуту бунгало оглашал чудовищный храп, лучше всяких рисунков на двери оповещая, что тут уже занято. *** Прошло часов пять или шесть. О'Брайан проснулся и, о чудо, почти не ощутил грозных симптомов жестокого похмелья. Напротив, в теле образовалась приятная легкость, в мозгу - расслабленность и пустота. Волшебное снадобье доктора сработало, как надо и единственным признаком недавней попойки оставался стойкий запах перегара. Хорошо, что за триста лет Джеймс не забыл о мистическом предназначении зубной щетки и зубной же пасты. Впрочем, ощущение недавнего присутствия во рту кошек, забредавших туда с известной целью, до конца не исчезло. Что поделать. За все нужно платить. Его все еще слегка штормило, когда полтергейст вышел наружу из своего временного обиталища. По пляжу ползли, кривляясь, длинные тени. Он зябко повел плечами, покрылся гусиной кожей. Солнце почти закатилось, впереди была вся ночь, но ирландец уже знал, что не заснет до рассвета. Пожалуй, стоило прогуляться немного. Айрин сидела на краю выдававшегося в океан причала, беззаботно болтая в воде ногами и время от времени делая глоток сока из стакана. Девичий силуэт отчетливо выделялся черным на фоне огромного оранжево-багрового диска погружавшегося в море (не буквально, разумеется) солнца. У основания причала новичок остановился. Почесал заросшую щетиной щеку, посмотрел на маленькую романтическую фигурку. Оглянулся на тропики за спиной. Сумерки здесь - одно лишь слово. День в считанные минуты переходит в ночь. Доски причала слабо заскрипели под чьими-то ногами. Джеймс дошел до края и с минуту взирал на печальную рыбу-солнце взглядом капитана корабля в кругосветном плавании. - Слишком идеальная картина, не находишь? - незваный гость спустился с небес на землю и тоже уселся на край причала, рядом. - Надо бы ее разбавить каким-нибудь несовершенством. Для равновесия.

Призрак послушно брел за лечащим врачом оставляя за собой цепочку следов на песке в виде синусоиды с малой амплитудой и длинным периодом. Дверной проем оказался слегка узковат, но и с ним Джеймс справился со второй попытки. Однако же вид сидящего, не иначе для устойчивости, на дощатом полу Флинна, без стеснения вливающего что-то ему в воду, произвел эффект ледяного душа. Или ушата кипятка. Обжигающей волной прозрения окатило изнутри. Серебристый взгляд мгновенно протрезвел, О'Брайан попятился, нашел спиной стену и только тут, к огромному облегчению, обратно "ослеп". - Извини, я... - Джеймс сглотнул и силой взъерошил себе волосы, шумно выдыхая. Нужно было учиться контролировать это. Хотя бы пытаться. - Извини. - уже более уверенно повторил он, протягивая руку за бутылкой. Разумеется, он выпьет. Хотя бы назло собственной паранойе. - Я - псих, ты знал? И беспомощно улыбнулся. Взгляд снова помутнел. Лёгкое безумие скрылось за пеленой усталости и опьянения.

- Рано или поздно придётся привыкать, - пожал плечами сноходец. - Что жить непросто. Зато интересно. Джеймс вздохнул. Ещё несколько секунд он собирал волю в кулак, а после встал, держась за ствол ближайшей пальмы. - Что ж, приступим, пожалуй... Где же тут, по-твоему, ближайшая свободная подушка? Отвыкшему решать бытовые проблемы полтергейсту не помешала бы помощь. Хотя бы потому, что по дороге он мог банально упасть и заснуть на том самом месте, где подкосил его новорожденный организм алкоголь.

- У вас стоооолько общего. Джеймс приоткрыл один глаз, потом второй, приподнял голову. И некоторое время добродушно взирал на сотрясающегося от хохота коллегу. Смех продлевает жизнь, так, кажется, говорят? Ну вот, он дожил до трехсот тридцати одного. Пожалуй, рекорд. Не то чтобы он желал своего специфического долголетия кому-то ещё... - Что, правда? - вроде как обрадовался полтергейст. - Может, поэтому я и нашел именно ее. Успокоенный, пациент со всем возможным комфортом лег обратно. - Я отвык от подушек. - простодушно признался О'Брайан. - От одеял. От душа. От того, что надо есть и пить вовремя. Похмелье, опять же... Оказывается, - весьма серьезно присовокупил строптивец. - жить-то весьма непросто. Я и забыл!

- А кто ж ее разберёт? - не открывая глаз пробормотал Джеймс. - Мысли-то я не мог читать. Только чувствовал, что сердилась. Каждый раз, как я появлялся. Он молчал так долго, что, казалось, заснул. - Женщины, они такие... никогда не знаешь, чего они там себе думают.. Голос звучал все тише и тише. Пока совсем не сошел на нет.

- Не беспокойся. Я почти ничего не принимаю достаточно всерьёз, - в тон собеседнику отозвался Флинн. - Да ты ещё более благоразумен, чем я думал! - восхитился в конец опьяневший сосед, с трудом ворочая языком. Ветер шевелил песчинки, солнце постепенно перемещало благодатную тень. Хотелось окунуться, но было слишком лень. - Встретишь ее там, передай... В конце концов, сноходцев всегда было мало, а значит вероятность случайной встречи возрастала в разы. Джеймс приподнял голову, с секунду смотрел на доктора, а потом рухнул обратно на песок и закрыл глаза. - А, впрочем, не надо. Ничего не передавай. Она все равно будет на меня сердиться.

Собеседник, в своем нынешнем состоянии, не способен был прочесть в чужих глазах ровным счётом ничего. Перед его собственными уже некоторое время назад пальм стало больше раза в два. Джеймс поднял руку и принялся считать пальцы. На третьем сбился. И, чтобы поздравить себя с этим успехом, решил выпить ещё. - В самом деле. Кажется, я, незаметно для себя, снова занялся любимым делом. - неразборчиво пробормотал О'Брайан, улыбаясь облачкам. - Говорю глупости. Не принимай меня всерьёз, братишка. Он не мог не отметить, что Флинн говорил о ней в прошедшем времени. Что ж, для него, бывшего призрака, такая форма речи была справедлива. Даже если Марси когда-нибудь ещё решит войти в Сон, вряд ли он будет одним из пунктов ее списка неоконченных дел. Карма. Так говорили китайские мудрецы. Или японские? Да какая к черту разница.

- Не так-то легко нести чепуху об устройстве сердечной мышцы или водородного двигателя. - Боюсь, ты недооцениваешь человечество, док. - тихо рассмеялся Джеймс. - отдельные его представители способны молоть чушь на абсолютно любые темы. Он помолчал немного, а потом все же подсунул руку под голову. - Марси это бесило. Точно. - сейчас, после изрядной порции шотландского виски, контролировать свои мысли было сложнее, да и не хотелось. - Знаешь, о чем я подумал тогда? - говорить, когда, не требовалось. Второй ладонью О'Брайан потёр лицо, наверное, что-то в глаз попало. - Я подумал о себе. Думал, что же будет теперь со мной? Выходит, она была права на мой счёт. - протяжная речь вдруг оборвалась. Последнее слово собутыльник выплюнул тихо и зло. - Ублюдок. А может быть, кто и похуже.