julia37

Пожарище - Зло. - Ну, сложите два минус три? Невольные спутники переглянулись. - Зла тут навалом. Килограмм двести. - хмыкнули они, прикидывая на глаз вес худенькой малкавианки. Ее массовая доля в тёмной материи была не так уж велика. Продолжением мысли стало "делать выводы - не наша забота." - Ты это искала. Осколки глиняного горшка? - сложно сказать, чего было в этой фразе больше, сарказма или фаталистического равнодушия. - Так может пойдём?

Кто-то останется следить за благополучием служения Гиппократу, а им ещё придётся заглянуть в базилику. Пить хочется только... Пострадавшего очень скоро сдали в руки проверенного годами сотрудничества доктора. Доктор был в почтенных годах, убеленный сединами, а потому почти не реагировал на оставленного присматривать за процессом лечения вампира. Только порекомендовал держаться подальше, когда будет производиться переливание крови. И только. Дедушка старый, ему все равно. *** Погорельцы не тащили уцелевший скарб, не жаловались небесам на несправедливость. В Базилике никого не было, и, похоже, не предвиделось. Вход был огорожен ленточкой в цветах пчелы, внутри белоснежные потолки закоптило черными и в воздухе витал странный запах, перебивающий даже запах гари. - Что ты собираешься найти? - поинтересовался один из двух оставшихся спутников у малкавианки.

Бойцы не сговариваясь закатили глаза. - Так куда его? В ближайшую больницу? Тащите его в машину, парни. Двое шагнули к Саше, дабы принять ношу с рук на руки.

- Лучше дай денег на такси. - предложил гуль. Простой поцелуй в щеку, по его мнению, был довольно скудным выражением благодарности, но и это было приятно. - Так будет быстрее.

- Свидетель, - отозвалась Сухина, бережно поддерживая Католика, - нужна серьёзная медицинская помощь, только вот в больницах ему небезопасно. То душат, то куда-то тащат.. - Ну так дай ему немного крови, раз он такой бесценный. - выдал очевидное для себя решение проблемы чувак в жлобском костюме. - Князь, конечно, имеет дела в больничках, но действительно надежного человека нет. Да и не гарантия это, если его хотят убить. Лучше пусть отлежится там, где людей нет.

- Позвольте? -Виктор достал телефон намереваясь сфотографировать печать, эксперт по таким вопросам мисс Тойвонен перестала отвечать на звонки видно сильно расстроившись во время их последней встречи. - Сколько угодно. - не собирался препятствовать Серж. Натура увлекающаяся, он быстро терял интерес к любым событиям. *** После того, как новый воевода отдал приказ, прошло лишь несколько минут. Навигатором бойцы пользоваться умели. Сашенька услышала резкий свист шин. За углом остановилась машина и раздались голоса трех человек. - Ну и где они? - Черт его знает. - Черт не знает. Раздался смех и приближающиеся шаги. Скоро из-за угла показались знакомые мельком лица, слегка перекошенные легким неприятием, племянница вентру могла легко догадаться, к ее бурному прошлому. - Что еще за пакетик? - фыркнул старший.

Почему серый?) может белый. И они очень верные. Так что зависит от угла зрения, а не от предмета)

*подсказывает * А голубь, это фактически павлин, только маленький и хвост не такой красивый ^^

Ну я тоже комнатный)) Динозавр, летящий на крылья ночи.. >_>

А теперь мне полагается немножечко пошалить (с) ^_^

Особняк - И к немного меркантильной части визита, - Сторож клыкасто улыбнулся, - вы не будете возражать, если я воспользуюсь одним из ваших гулей? Не хотелось бы терять время на выиискивание подходящего...смертного. - Конечно, дорогой. - Натали улыбнулась в ответ, но без клыков. Не имела привычки пугать людей. Не зубами, по крайней мере. - Только моих гулей тут нет. Эти принадлежат Сержу. - Жив и всё слышит, - подтвердила Сухина, рассматривая через плечо. - Пока не вытащу кол - думает над своим поведением, хотя... это вряд ли. Кстати, это очень больно. Плюс пытка невозможностью действовать, когда всё клокочет и вопит. А моя кровь не выносит ограничений... - Я ещё не придумала, что делать с ним, а тебя нужно лечить, - как и где было уже на совести Сухиной. - Так что.. я повторяю вопрос - ты способен за меня держаться хоть немного? - Я бы даже пожалел его. - с сомнением заметил католик. - Если бы он не хотел меня замучить и сожрать. Постараюсь не упасть. И он протянул дьяволице руку. -"Мысли и бытие врагов наших в письмах" издавать в брошюрах, с карикатурами на последние события. На обложке бледный юноша целующий испуганную даму в шею и человек с ножом в тёмном силуэте за их спинами, по крыше на фоне луны бежит высокая звероподобная фигура, а из окон выглядывают множество лиц точно также с ножами на изготовке. Продавать птенцам и неонатам науки ради остальным на потеху. - То ли Виктор принял совет князя в качестве немедленного к исполнению, то ли решил пошутить в своей манере. -Я удивлён что она вообще есть у подобного человека. Можно было бы послать ей человека "Наилучшими пожеланиями" но одного лишь имени будет мало, жаль. Впрочем, это уже что-то не придётся прибегать теперь к этому псевдониму. Благодарю князь, и всё же нету ли там слов о другом? Во владении названного в письме Клаусом, находиться предмет оказывающий на нас неприятное парализующие воздействие, нет упоминаний об этом? И о том что могло бы ещё быть полезным делу. Серж считал, что вентру нельзя класть палец в рот, ибо руку откусят по локоть. Не без оснований. Неонату досталась далеко не самая последняя должность, но он, по заветам отцов, собирался получить больше. А потом еще. Да и князь, положив голову в пасть финансовых крокодилов, не особенно дергался. Чтобы не откусили не только руку, но и башку. - О предметах тут ни слова. - покачал он головой. - Зато есть некий Симеон. Кто это? Впрочем, не важно. Убейте всех. И выясните, что еще за Ингрид. Мне не нравится эта печать. Под именем неизвестной дамы находился отпечаток перстня. - Вызывает дурные ассоциации.

Почему же) я ещё)

- Правда, этот подарок не столь вечен. Как и жизнь, - улыбка стала чуть шире и погасла, - не бойтесь. Я знаю, что вы видите, - он правда знал, хоть и не обладал виденьем, компенсируя практику знаниями, - я защищал свою жизнь и это кончилось...как кончилось. Губы сжались в жёсткую линию. - Не мне тебя осуждать, дорогой. - ласково улыбнулась Натали, в ее ладошке, как в чашке, клубилась дымная роза. Впрочем, потеряв связь с создателем, цветок рассеялся в искусственном освещении довольно быстро. - Ты выжил, значит.. ты был прав. - Сосуществовать, - рассмеялась легко и солнечно. - Если я тебя сломаю, что можно сделать в мгновение, другого такого найти будет непросто. Чем больше гаджетов, тем меньше убеждений, Католик. Хочешь, подкину пищу для размышления? Вот он, - подбородок указал на тело, - видел, как рождается новый птенец, прогрызая себе путь из общей могилы среди таких же копошащихся голодных неонатов. Кто сумел выбраться - солдат в пылающей войне за города и власть над стадом, в нём уже не остаётся человеческого. Выбирают среди людей, тренируют, натаскивают. И он пришёл меня вернуть в родное гнездо. Хотя я подожгла многих наших братьев и сестёр. Пока Саша говорила, найденыш смотрел на пронзенное в самое сердце тело ее не менее безумного поклонника. Страшные раны, нанесенные мечом... затягивались на глазах. - Он что, еще жив? Ну, в смысле.. - он вздохнул, не в силах подобрать подходящий термин. - Ты понимаешь, о чем я. Может быть, это немного эгоистично, но мне бы не хотелось, чтобы это повторилось. Уж прости.

Канализация - Ты очень красноречиво меня ненавидишь, - улыбнулась она, не делая попыток помочь. - "- Изыди во тьму, из которой пришла, дьяволица... Красота твоя ложь, а льстивый язык не обманет праведника. Изыди". Католик не менее красноречиво фыркнул. - Мне нравится стойкость твоих убеждений, я их чувствую, - вампирица на ощупь стала завязывать обратно клинок в чёрную ткань. - Тебе нравится их ломать. - не согласилась жертва, голос все еще звучал очень слабо. - но... спасибо. И за тот раз, кстати, тоже. В конце концов, - он пожал плечами. - ты хотела, как лучше.

Канализация - Ну что, пора кормиться? - рутинным тоном поинтересовался он, как если бы католик был дитя, молоком вскормленное, и процедура повторялась по десять раз на дню. Он отрицательно качнул головой, в надежде, что Саша хотя бы примет его желание к сведению. А потом неожиданно улыбнулся. Мимика вышла болезненной. - Ты все пытаешься не дать мне умереть. - хрипло констатировал католик, по миллиметру пододвигая спину выше по стене, что требовало значительных усилий. - Сумасшедшая. Зачем тебе это? Несмотря на молодость, взгляд юноши казался проницательным. Как если бы ему на самом деле было гораздо больше лет, чем кажется на первый взгляд. Прямо как самой малкавианке. Особняк -Если на то есть причины, почему бы и нет. - Князю возможно известно больше чем одну отдельно взятому Вентру мелкого ранга. -Здесь письма из тайника "Чёрного человека" в базилике Святой Екатерины, похоже у него там была основная ставка, хорошо обставленный кабинет, немалая сумма наличных и эти письма в сейфе, и старые подземные ходы. Вероятно они имеют ценность, хотя бы для лучшего понимания их мотивации. Сами люди уже были на выезде, как раз искали Натали, которую уже искали Валентайн с Александрой, Валентайн от них избавился, но к сожалению последствия по какой-то причине просочились в СМИ в не самом приятном виде, теперь в городе паника, везде патрули и полагаю ищут маньяка. Хотя возможно мы сможем обернуть это на свою пользу если продолжим ранее начатую компанию и скинуть все грехи на сектантов. Князь поморщился. Стиль изложения вентру (а Виктор по его мнению был типичным представителем), вызывал у него зубную боль. Ах если бы не финансовая зависимость... он непременно изгнал бы их из города. Завтра же! Увы, держателями крупных депозитов и контрольных пакетов акций в самых разных концернах были именно они. Зануды-аристократы. - Его что же, сир не научил прятать трупы за собой? Ну что за нечистоплотность! - увы, Серж вовсе не был идиотом, хотя иногда и казался. На несколько часов, ночью, "как-то просочилось" в СМИ? Только если вся улица была занавешена кишками, а судя по выпуску новостей, на кладбище застали похожую живописную картину. - Замните это по возможности. А если не получится... Заканчивать фразу князь не стал. Его взгляд уже скользил по строкам, написанным рукой человека, желающего его уничтожить, во всех смыслах и его собеседника, а возможно и наставника. - И вы, дорогой друг мой, Клаус, последняя надежды этой отсталой страны. Кто принесет им свет веры? Симеон слишком мягок, можно ли полагаться на его методы. Он скорее погибнет, нежели приведет эти земли к повиновению. Рассчитываю на вас. С выражением, как раньше в аристократических семействах благородные дамы развлекали друг друга чтением вслух, Серж зачитывал избранные моменты. Закончив это предложение, князь расхохотался, перепугав, наверное,весь особняк. - О Каин... - он едва ли не утирал слезы. - Это просто charmant. Сharmant! Тореодор поменял листок и снова принялся упражняться в театральной декламации. - Но что значит ревность о Боге, как не желание спасти всякого грешника. Пусть даже через его страдания. Наш долг взять на себя этот грех. Ведь мы действуем во имя всеобщего блага. Мерзостные твари заполонили землю и с каждым годом их становится все больше. Господь посмотрит на землю и узрит, что «нет и пяти праведников» и постигнет нас участь Содома и Гоморры. - небольшая пауза, видно, пропуская банальности, он искал еще что-нибудь "шарман". И нашел. - Верьте, что жалость не остановит меня. Я готов пожертвовать собой, если будет необходимо. Преданный вам Клаус. Князь откинулся на спинку кресла в еще более приподнятом настроении, чем был. - Не подумываешь это издать? Выгодное дельце, скажу я тебе. Мольер перевернулся в гробу от зависти. Между прочим, переписывается он с некоей дамой, с романтическим именем Ингрид. Cherchez la femme, мой дорогой Виктор. Когда не знаешь, что делать, ищи женщину. Улыбка Сержа сделала его похожим на демона. О женщинах он знал все. - Натали? Дверь открылась не сразу, а когда это случилось, Натали прильнула к дверному косяку, склонив точеную головку набок. Испуганный вид быстро сменился ангельской улыбкой, которой совсем не шли следующие слова. - Тихо все. Одно кладбище не пустеет, не молчит. Поминутно мертвых носят, и стенания живых боязливо бога просят упокоить души их. - и плавно перешла со стихов на прозу. - Валентин. Тень к тени? Иногда ей просто нравилось казаться безумной.

Особняк -Добрый вечер князь. -Виктор поклонился в знак приветствия. - Добрый, добрый. - мурлыкнул в ответ счастливый обладатель французского акцента и откладывая письмо в сторону. - Хороший вечер, не правда ли?

Архивы Инквизиции - Глазастый, хоть и сколько без отдыха, - позволила себе улыбку Кьяра. Работать в связке с инквизитором было на редкость легко и в удовольствие, в чем она без тени стеснения себе признавалась. И снова цербер позволил себе смотреть. На сей раз на улыбку. В конце концов, это женщинам не полагалось глядеть на мужчину дольше десяти секунд, дабы не прослыть развратницей. А ему можно. - Ты тоже. - не сразу ответил Патрик, по объективным причинам предпочитающий короткие слова и фразы. Что "тоже" было не вполне ясно, но, очевидно, относилось не только к "глазастости" после бессонной ночи. Это "тоже" было гораздо шире по своему значению. Ворона Божья поднялась с места и принялась собирать материалы дела назад в коробку. Здесь они, кажется, закончили. Патрик поднялся на ноги, чудом не уронив свой стул, и отправил в коробку оставшуюся стопу бумаг со своей стороны стола. - Дай я. - испытывая, почему-то, чувство неудобства от собственных действий и слов, он взял короб в руки. Мисс Бирн ни к чему было поднимать на высокие полки тяжелые предметы, когда рядом был тот, кому это не составляло никакого труда.

Или добрую светскую компанию в мрачное собрание как это часто уже бывало. Которую не одобрил бы даже о пока ещё бессменный привратник князя стоявший на своём посту. Виктор приветствовал кивком и кратким вопросом у себя ли князь, намереваясь пройти к нему немедленно, дабы не задерживаться надолго в надежде что сегодня когда вернулась Натали его настроение будет лучше вчерашнего. Костя замахал руками, мол, иди уже. Один вид этих двоих, ласомбра и вентру, заставлял его глаз дергаться, а кулаки чесаться. Князь и в самом деле был в гораздо более благодушном настроении, хотя и не музицировал. И даже не слушал антикварные пластинки. Он сидел в удобном кресле, и, закинув ногу на ногу, читал какое-то письмо.

Архивы Инквизиции - А вот что есть у меня, - Патрик оказался атакован сразу несколькими страницами описаний, развёрнутыми к нему. Места, на которые стоило обратить внимание, отмечались движением ладони по мере рассказа. - Но без Ириссы ничего не вышло бы. Яворский работал под несколькими именами, занимался и картинами, и картами. Леди Блэк первая додумалась связать несколько разбросанных дел одним общим фактором. Баловень многих талантов. Слишком уж хороша для пятого. - Еврей. - Проявился британский снобизм, благоприобретенный во время обучения и после него. И ни капли сожаления о сожженном заживо, пусть даже и еретике. Патрик перегнулся через стол и постучал пальцем по странице. - Можно будет п-поискать потом по ее номеру в картотеке. - судя по тому, что расследовала дело Ирисса, первое сочетание цифр "703" было чем-то вроде ее личного шифра. Глаз зацепился за интересное. - Один из магазинов, торговавший его "шедеврами", находится на той же улице, что и наш "Лэндвич"! Хм... Инквизитор пригляделся к тексту. - Этот идиот покупал мясо в той же лавке, что и лорд Хэмиш. Похоже, именно это его и погубило. - слугой сатаны, на досуге с невинным выражением лица закупающим самое дорогое в Лондоне мясо естественно заинтересовались грозные силы инквизиции, полностью контролирующие все, что связано с фермой в Тилфорде. А раз миссис Блэк связана с производством "сердец", значит, она имела доступ к секретам самого высокого уровня. Что лишь подтверждало предыдущий вывод о том, что истинный ее ранг был гораздо выше общеизвестного. - Многие знания - многие беды. - избегая латыни, пожалел восставшую из мертвых даму Патрик, и сев обратно, хлопнул себя по колену. Решено. - Завтра нужно проверить этот магазин. Торговцы артефактами так просто не отказываются от своего ремесла.

Канализация - Язвить хотя бы можешь? – не оборачиваясь, но обращаясь именно к католику, негромко отозвалась Сухина, взирая на павшего к ногам своим. Именно это и заставляло Игниса поступать так, как в последние ночи. Одного, павшего к ногам, предпочитали другому. Ревность. До безумия. Губы дрогнули, да так и застыли в кривой усмешке, когда бессмертное тело парализовало. То, что от него осталось после рубки мечом. Католик сделал все, что смог. Смог он немного, только отполз к ближайшей вертикальной поверхности, привалившись к ней плечами, да так и оставшись полулежа и тяжело дыша. Судя по молчанию, язвить он тоже не мог, хотя, возможно, и хотел. Взгляд жертвы остановился на лике своей спасительницы (снова), а потом соскользнул вниз, туда, где дергала пальцами почти отделенная от гостя из Прибалтики рука. Наверное, лоскут кожи уже не давал необходимой связи с остальной частью организма, а потому конечность не считалась парализованной. Католик тяжело вздохнул и прикрыл глаза. Особняк пребывал в безмятежном спокойствии, укутавшись в ночь, как в душное ватное одеяло. Снежные завалы на крыше еще никто не успел убрать, а следы на дорожке говорили, что сегодняшним вечером сюда вошли только два человека и Виктор превратит плохую оценку в магическое число три.

Архивы Инквизиции Серые глаза встретились с парой тоже серых. В уголках легли едва заметные морщинки, словно в сталь взгляда пыталась закрасться понимающая улыбка. Да, синергия инквизитора и экзорциста становилась все более совершенной. Если бы не род деятельности и принуждение к саморазвитию в Академии, Патрик так никогда и не узнал бы, что такое синергия. Аббат, преподающий богословие, приложил все усилия к тому, чтобы голова непутевого, да и по чести, совершенно в те года не расположенного к познанию Бога юноши, стала квадратной от вбитых в нее терминов и понятий. По мнению педагога, здоровый, бестолковый и склонный к насилию студент чувствовал бы себя куда лучше под началом доблестных британских генералов. Таких же буйных и безмозглых. Но у юноши не было выбора, а он желал ему блага. В своем понимании, конечно. Так что брат О'Коннелл на всю жизнь запомнил, что говорил о сем предмете преподобный Макарий, отшельник Египетский, за тысячу лет до второго Прорыва. И к тридцати годам, пожалуй, даже начал понимать, что великий святой имел ввиду. Он позволил себе рассмотреть такое непривычное выражение дружелюбия к нему. Этакий незначительный намек, нисколько не прибавляющий возраста молодому лицу. Клиентки мисс Йелич отдали бы правую руку за то, чтобы выглядеть вот так, моложе своих лет, но мисс Бирн, Патрик был почти уверен, стеснялась этого, считая, что подобный внешний вид дурно сказывается на профессиональном авторитете. Инквизитор переключился на дело № только после того, как мисс Бирн вернулась к чтению. *** - Видимо, да, - кивнула она. - Я хочу попросить у наших специалисток анализ магической составляющей на плоти Люсиль и Герхарда. И, если твоя подопечная добралась до кровавой орхидеи, про которую говорил Блэк, было бы полезно узнать её мнение касательно ауры Ириссы. Не встречали ли мы её на местах преступления. - Готов поспорить, что кровь совпала. - краешком рта усмехнулся Патрик, вытаскивая из коробки прошитые в ручную листы. - Интересно узнать, следы демонического вмешательства есть только в одном или обоих образцах? Она стала такой до или после "смерти"? Миссис Блэк занимала неподобающе много места в чугунной голове инквизитора, благодаря его исключительной преданности работе, разумеется. - Ого. Одной из страниц оказалась заявка на предоставление Ириссе Блэк, как пострадавшей стороне, магического растения "кровавая орхидея". За подписью Лорда-Инквизитора и самой Королевы. - П-погляди. Патрик развернул бумагу лицом к напарнице. Миссис Блэк уделялось неправдоподобно много внимания везде, где бы она не появилась. Прямо роковая женщина. Да, конечно, вероятность при стычке с малефиком получить в награду неизлечимую болезнь крови была довольно высока, но чтобы королевское семейство по доброй воле оторвало от себя такую бесценную редкость? Не слишком ли почетно для какого-то там пятого ранга? Впрочем, может вовсе и не пятого? Видно, было что-то такое в этой даме, что заставляло Орден ценить ее очень высоко.

Архивы Инквизиции. Около 20:00 Патрик пролистал очередную прошитую тетрадь и отчаянно зевнул. - Я тут думал... - признание могло бы показаться неожиданным. - над словами Хранителя. Допросы, отчеты.. румынские евреи-художники кривлялись где-то на уровне подсознания. - Не было никакого великого зла. Там. На ферме. - цербер отложил прочтенное в стопку уже изученного и посмотрел на Кьяру мутным взглядом смертельно уставшего человека. - Да и наши символы не светились во время боя. Вариантов нет, это та "волна", про которую говорила девчонка.

Патрик не без оснований полагал, что мисс Бирн была знакома с его печальным семейным положением. По долгу службы ей пришлось изучить личное дело нервного инквизитора. Конечно, у него была юная подопечная, родом из знойной Греции, но та вряд ли огорчилась бы, если неизбежная встреча отодвинется ещё на несколько часов. Грузно опустившись на один из стульев, цербер вытащил из коробки папку с протоколами допросов и тупо уставился на титульный лист. Хотелось есть. И спать. А потом снова есть и снова спать. Выцветшие серые глаза оторвались от букв и остановились на лице экзорцистки. - Хороший вечер, чтобы прочесть пару-тройку т-томов. - согласился он. Его дома не ждали тоже.

- Сможешь разузнать побольше? Поспрашивай у своих старых друзей, сам не рискуй. Может быть, придётся просить о помощи и Госпожу. В конце концов, Чёрный ещё дышит, а значит, она все ещё в долгу. С неохотой гуль оторвался от кормящей руки, но возражать не посмел. - Конечно. - пообещал он, утирая с губ кровь. Зрачки расширились и теперь он тоже в некотором смысле напоминал того зверя, что сидит в каждом из вампиров. Сытого, а значит, до времени безопасного. - Сделаю все, что смогу. Но если будешь говорить с ней, лучше не напоминай о долге. - посоветовал Дениска. - Дави на благородство и великодушие. Так будет лучше.

Патрик, вопреки ожиданию, услышал. Он частенько подмечал такие вещи, хоть и говорил об этом вслух гораздо реже. Мисс Бирн была раздражена или расстроена и он решил промолчать. Кроме того, уровень секретности книги Соломона не был по плечу и ему тоже. - Да. - не рассчитывала же она, в самом деле, читать дело без него? Корявые буковки перестали прыгать. Второй лист с аналогичным запросом накрыл написанный твердым почерком экзорцистки документ. - Идём.