julia37

- Ты хотел поговорить, - все недосказанности следовало прояснить ещё до прибытия в Скотленд-Ярд. - Я слушаю. Что подразумевалось "здесь и сейчас". Патрик открыл один один глаз, щелчком пальца отправив котелок, который только что прикрывал лицо до кончика носа, на затылок. Потом открыл второй и несколько секунд смотрел в упор на маленькую нахалку. Когда она говорила с ним, всегда была так вызывающе холодна. Кусок мрамора. Из тех, что выбирали античные скульпторы для своих шедевров. Улыбки предназначались мистеру Конан Дойлу, и, теперь, мистеру Риду. Она могла быть приветливой, но с ним - не хотела. - Не п-потерплю больше насмешек над ин-инсигнией. - Похоже, это была одна из тех вещей, которые все еще оставались святыми для цепного пса ордена. Если не считать привычных уже, возможно, раздражающих запинок, голос звучал ровно, без эмоций. - Ты все пытаешься уколоть меня. - интонационная окраска изменилась, слова звучали глуше. - Если это доставляет тебе удовольствие... Впрочем, леди и сама должна была догадываться, что терпение его не бесконечно. Впрочем, должны же несчастные забитые маги как-то развлекаться? - Но не кощунствуй.

Ввиду отсутствия достаточного количества зрителей, эксперименты прекратились, так что мистер Рид, как ни старался, не смог ничего пропустить. Патрик поднялся следом, а по пути до Скотланд-Ярда погрузился в мысли, могущие в будущем быть неплохой темой для богословского трактата. Может ли ничто быть чем-то? И не есть ли "пустота" противоположность Бога, который, как известно, вмещает в себя все и вездесущ. В то же время, оно мыслило. И говорило. А значит, оно есть. Полицейская аксиома гласит "ищи мотив". Вряд ли дело было в деньгах. Но тогда оставалось две дополняющих друг друга противоположности: любовь и ненависть. Учитывая природу события, правдоподобной могло быть только последнее. Так кого же они ненавидят? Неужели весь род человеческий? Или все гораздо прозачнее? Замороженную ладонь покалывало и это было единственным, что беспокоило его теперь в собственном теле. Взгляд соскользнул с прикрытого окна экипажа на греческую снежную королеву. На плотно сомкнутых губах мелькнула будто бы улыбка. Спина и правда с тех пор больше не болела, но... истина изреченная есть ложь. Патрик не знал, кто сказал подобное, слышал в академии. И ему следовало молчать чаще. Бесцветные глаза оставили в покое леди Йелич и вернулись к пейзажу за окном. Нужно было снова попытаться поспать.

"Меня зовут...Инани." Прежде чем оборваться под натиском грозного рыка "Прочь, чужак!", хрупкий ментальный мост донес до инквизитора эмоции удивления и осознания себя, будто собственное имя было для говорящего невероятным открытием, доселе неведомым. А еще пульсация незримого яснее ясного подсказывала, что Страж уже готов нанести очередной удар и медлить более не стоит. "Инани..." Прежде чем следующая мысль зародилась в голове, Патрик выдернул руку и его так же, как до того гречанку, окатило ледяными крупинками. Связь прервалась и было ясно, что дальнейшие попытки восстановить ее окончатся ничем. По крайней мере, сейчас. Отступив на шаг, цербер обхватил замороженную длань второй, теплой, пытаясь размять ее, вернуть чувствительность. Воспитательный момент не удался, а имя ему ни о чем не говорило. Фиаско по всем фронтам. - Ее зовут Инани. - он пожал плечами, и хотя не было никакого указание на то, что это именно "она", инквизитор почему-то решил именно так. Может быть, в свои права вступали близкие ему аналогии. - Больше ничего узнать не удалось. Меня изгнали. Почему, все-таки, здесь никого не убили? И зачем магу, убившему третью близняшку, ошиваться около второго места преступления? То, что преступникам нужен был доступ к пентаграммам, и констебли просто мешали, было ясно как день. Исправляли ритуал? Рисунок пентаграмм нуждался в поправках? Не слишком убедительно, ведь изменения заметили бы Кето или Кьяра. Впрочем, другой версии пока все равно не было. - Нужно понять, чем это место отличается от двух других. Почему здесь не стали никого убивать? Должна быть п-причина. - все еще потирая руку, цербер взглянул на остальных. Пора было уезжать. Думать о том, как они будут разгребать всю эту кучу сатанинского непонятно чего, не хотелось.

Отодвинутая покорно проглотила предложенную собратом по служению горькую назидательную пилюлю. - Работать я могу и с повреждённой рукой, - только и проронила она. - Даже если бы это случилось. В том, что что-нибудь обязательно случится, Патрик не сомневался. Мисс Бирн не желала отступать, что же.. выбора не было, инквизитор добровольно отдавал себя на сырье для горьких пилюль. - Если очень-очень осторожно, - хмуро разрешил Бенедикт. Ответом детективу был взгляд, со спрятанной в глубине глаз легкой усталостью. Патрик повернулся к чертову знаку и протянул руку вперед. Так было нужно. Холодно. Очень холодно. Впрочем, скоро, когда кожа на кисти побелела, стало несколько теплее. Жаль, что цербер знал, это только кажется. Почти сразу он ощутил ярость. Всепоглощающую, неукротимую. Такую... знакомую душе. Кто-то был в бешенстве от вторжения, но до сих пор не наказал непрошеного гостя. Выходит, он не мог поразить сразу. Ему, этому неведомому стражу требовалось время, чтобы скопить силы. Около двух минут. Пальцы вытянутой вперед руки едва заметно дрогнули, когда в голове раздался голос. "Кто ты?" Странный, пустой, без возраста, пола, эмоций. Хотя нет, одна эмоция была. Любопытное нечто пыталось коснуться чуждого человеческого разума. Что же, он силен и вынослив, а любопытство могло бы сгубить кошку. Это им было бы на руку. Да и Кьяра... "Меня зовут Патрик." - подумал инквизитор. - "Я... человек. А кто ты?" Рука уже не чувствовала холода. Не чувствовала ничего.

-Тут небольшой презент от наших церковных почитателей, нет никакого смысла оставлять его здесь, разделите между собой как сочтёте нужным и как закончите скажете, пока проверим другой коридор. Взгляды бойцов посветлели, незримо занося плюсы в карму своего нового начальника. Деньги - очень хитрый предмет. Способны одинаково радовать и живых и мертвых. - Спасибо, босс. - подчиненные остались довольны. -Надеюсь там не бетпещера. -Тихим шёпотом отозвался Артём стоявший позади остальных в то время как Виктор включив вспышку на телефоне пошёл в низ. Бэтмена они не встретили, но зато за полминуты добрались до первого тройного разветвления. По мере продвижения становилось темнее, отдавало сырость, а кое-где даже хлюпало под ногами.

Когда гости добрались до третьего коридора, там их так же ждала дверь. Правда, ради разнообразия, не запертая. За ней обнаружилось помещение почти пустое. Слева стояла прочная,способная удержать и носорога, клетка, а справа очень интересный музейный экспонат. Дополнял картину запертый шкаф, несомненно заполненный еще какими-нибудь невинными вещами.

- А если так?.. - и быстро, зубами, стянула перчатку с правой, "рабочей" руки, наглядно демонстрируя своё намерение. Патрик вздохнул. Очень тяжело и протяжно. Первая волна гнева схлынула, уступив место легкой апатии. - Упрямая. Это необходимо именно сейчас? - видимо, все-таки придется подставить загривок под удар, мисс Бирн не унималась, а позволять ей терять конечности инквизитор так же был не намерен. - Уверена? Своя рука тоже была дорога, как память, но выбирая между ней и некоторыми жизненными принципами, цербер тоже был на редкость предсказуем. - Если, конечно, мистер Блэк не п-против. Целительницу легонько передвинули в сторону за плечи, он остановился рядом с контуром, ожидая ответа.

Патрик скрипнул зубами. Ну что за детский сад? - Медик в первую очередь бережет себя. - медленно, словно ребёнку, втолковывал он целительнице. - Потому что без него остальные обречены. Неужели это не было очевидным? Нет? Только для тех, кто участвовал в боевых действиях? - Не вздумай другой раз рисковать собой. - он склонился ближе к лицу упрямицы, сопротивление которой удалось преодолеть. Хотя и временно. Дистанция была ещё приличной, но уже на грани. - А с тобой - Патрик повернулся к дерзкой насмешнице. - я после поговорю. Х

- Просто не будет. - оскорбленное достоинство проводили взглядом, в котором лениво плескалась вулканическая лава. Да, вот так. Подальше от опасного места. Вдвойне опасного последние полминуты. Инквизитор повернулся к Кьяре. - Не пущу. - отрезал он и пусть только попробует ослушаться. - Ты единственный целитель. Я сам войду туда, если ты объяснишь, что нам это даст. Только вот - ничего. Сейчас это не даст ничего, кроме бессмысленных потусторонних повреждений

- Ничего. Ту сущность защищают. - Так... какого дьявола ты туда полезла? - негромко взъярился надзиратель и яростно обернулся к Кьяре. - Даже. Не. Думай. Он сердито ткнул в ее сторону пальцем. - Хватит лезть на рожон.

По другую сторону грациозную лань ждал цербер. - Ну? Узнала что-то новое? - пробасил инквизитор, не отступая ни на полшага и глядя на подопечную в упор.

Решительный шаг вглубь. В нисходящий поток. Что же ты? Увидев это, Патрик подступил ближе, к самым границам пентаграммы, на расстояние вытянутой руки. На случай чрезвычайных происшествий. Тишину инквизитор не нарушал и даже старался дышать потише, так что Кето могла продолжать считать себя в полном одиночестве.

В казематах значительно похолодало. Патрик выдохнул и проследил недолгий путь облачка пара взглядом. Иней и в самом деле покрывал и стены и потолок. Однако, внутри пентаграммы его, почему-то не было. Присутствие Пустоты явно усилилось. Зачем было убивать констеблей? Выходит, преступникам нужно было возвратиться на место преступления, согласно полицейской аксиоме. Дежурные мешали. Но что им было нужно? Девицы успешно умерщвлены... подпитка дьявольских знаков новыми жертвами? Опять же, зачем? И если так, то почему только в двух из трех? Пока что у них были одни только вопросы.

Боевики навалились на потайную дверь, а пока они занимались порчей чужого имущества, замок сейфа нехотя щелкнул. Внутри несгораемого шкафа покоилось несколько пачек новеньких евро, на вид, тысяч четыре, может, больше, пистолет с коробкой патронов к нему и письма. Похоже, это была довольно пространная переписка, которую вели, почему-то, по-старинке, на бумаге. Аккуратно сложенные пополам и вложенные в конверты листы были сложены стопочкой и перевязаны шпагатом. Видно было, что их часто и очень бережно перечитывали. К несчастью, бегло читать на латыни нынче мог не всякий обыватель.

Камера приветливо мигнула светодиодной лампочкой, дверь открылась и придирчивым взорам Виктора и его спутника открылся кабинет. Во всяком случае, обстановка намекала именно на это предназначение небольшой, примерно три на три метра, комнаты. Стол из довольно качественной древесины стоял посередине. На нем, о чудо, возвышался современный плазменный монитор. Системный блок тихо гудел откуда-то снизу. Шкаф с книгами на незнакомых языках прижимался к противоположной двери стене, в углу висело распятие, а рядом, чуть ниже, портрет женщины в доспехах. Хозяина этих апартаментов дома не было.

- В шесть прибыли другие полицейские, которые уже не застали товарищей на месте, - пожала плечами экзорцистка. - Впрочем, вполне возможно, что их отсутствие не означало смерть. И их умертвили позднее, пока рядом дежурили констебли. - Или смена прибыла с большим опозданием, - озвучил своё предположение криминалист. - Но рассказывать об этом они не хотели. - Мне не пришла в голову мысль, что кто-то из них озвучил не совсем истинное положение дел, - криво усмехнулась экзорцистка, признавая своё интеллектуальное поражение. Мисс Бирн была чрезвычайно самокритична. И хотя работа в ордене подразумевала предполагать ложь и козни повсюду, все же работа экзорциста реже была связана с допросами. Можно было простить себе веру в людей, тем более, само по себе, это качество вовсе не было дурным. - Нужно побеседовать с опоздавшими констеблями. Мистер Блэк, возможно, пока мы здесь, дать знать, чтобы они прибыли в Скотланд-Ярд? Послать кого-нибудь. - Патрик же, обнаружив несоответствие времени, немедленно предположил ложь. А так как он, в отличии от самой Кьяры, не подвергал сомнениям ее профессионализм и преданность делу, то в этой цепочке видел только одно слабое звено - тех самых ночных дежурных. - Они солгали о времени своего прибытия. - и нужно было выяснить, стояло ли за этим банальное нежелание получить выговор и лишиться премии или же здесь присутствовало нечто большее. - Уверена, пока мы тут строим предположения, мисс Йелич занята делом. Кстати, она утверждает, что на месте преступления была та, кто убил третью девочку. - Именно третью? Хм... Они меняются местами? - Все эти мистические приготовления заставляли думать, что помощники Первой привязаны к своим пентаграммам. Выходит, нет? Он зашагал к спуску в казематы, дабы тоже взглянуть на покрытые инеем стены.

Патрик скользнул взглядом, столь неприятным для кое-кого из присутствующих, по прибывшим следом леди. Легкий вздох облегчения был тщательно подавлен. Он волновался. Совсем немного. А потом последовала пренеприятная сцена между мистером Блэком и мисс Бирн. Сам того не зная, Патрик подготовили почву для раздражения последнего. Ведь детектив уже выслушал тоже самое от него. - Очевидно, что полицейских убили до шести вечера. Помимо наложения заклятия и, собственно, акта физического воздействия, убийцам требовалось время, чтобы спрятать тела. Инквизитор кашлянул в кулак и проводил взглядом свою подопечную, равнодушную к окружающему миру, словно комар в янтаре. Хороший повод сменить тему. - Это невозможно. - твердо заявил он. -В шесть часов мы едва ли покинули библиотеку. С чего вы взяли, что убийство произошло до шести, мисс Бирн? Нужно было выяснить, откуда растут ноги у этого убеждения. Не с потолка же она взяла время?

-Я вижу - Безэмоционально подметил Виктор положив руку на обмякшую шею и не прощупав на ней пульс закрыл глаза трупа. -Вот проныра... Прям таки можно сказать по самурайски ушёл ничего не выдав. Досадно, но да ладно. Проверим что тут ещё есть и решим что делать дальше. - Твою мать. - скрипнул зубами боец, отшвыривая бесполезное уже тело. Оно мягко повалилось на пол. Еще можно было бы использовать его, но, видно, безопасники брезговали мертвечинкой. Пусть даже и свежей. -Виктор Александрович? -Тут же оказавшись рядом поинтересовался Артём сделав попытку вынуть что-то вроде копья из стены в которой оно застряло, но тут уже подоспели и бойцы на помощь. - Твою мать!! -на этот раз досада прозвучала куда отчетливее. - Что за больной ублюдок поставил такое, где люди ходят?! Вероятно, Георгий хотел сказать, что в ловушку могли попасть и свои. Мало ли, неаккуратно наступили не на тот кирпич.. Он заозирался, остальные, синхронно с главарем достали свои пушки. В плохо освещенном коридоре было тихо, если не считать ругани самих незваных гостей и их шагов, которые довольно гулко отдавались от низких сводов. Под капеллой и в самом деле были самые настоящие разветвленные катакомбы, ровесники князя, а может быть, даже его советника черта лысого. Слегка отсыревшие стены при касании крошились, в воздухе стоял стойкий запах тлена, видно было, что несколько ответвлений заложены кирпичом совсем недавно. Лет пять назад, а не двести, по крайней мере. И только в один была втиснута внушительная железная дверь.

Приход церкви Святого Петра, 8.55 Прибывшим к третьему месту ритуала следователям открылась бы довольно спокойная, учитывая обстоятельства сегодняшнего утра картина - все также покосившиеся каменные плиты, все также слегка шевелимая ветерком трава. И восемь констеблей, прохаживавшихся вокруг территории и входа в склепы, бдительно оглядывая окрестности и стараясь не упускать друг друга из виду. Патрик вознамерился снова с пользой провести время в дороге, но как-то не задалось. Несмотря на благоразумно прикрытые глаза, сон не шел и он слышал каждый звук. Впрочем, длилось это не так уж и долго. Спокойная обстановка радовала, насколько может радоваться человек, не спавший сутки кряду. Перекосив экипаж, цербер сошел на бренную землю и огляделся в поисках своей подопечной и ее временной защитницы.

Место первого ритуала, 8.15 - Здесь нам делать нечего. Отправимся ко второму месту ритуала? Или, может, сразу к третьему? Всю дорогу инквизитор восполнял пробелы в режиме сна. Во исполнение полученного пару часов назад в кабинете криминалиста, наказа. Возможно, соседям по экипажу пришлось на своем опыте убедиться, что массивные люди все храпят, даже те, у которых на вид вроде бы и нет лишнего веса. Соскочив с подножки изрядно посвежевшим, Патрик, словно ледокол, проследовал к месту преступления. Дамы отбыли. Прекрасно. - Сразу к третьему. - нужно было действовать на опережение.

Патрик поднял руки в сдающемся жесте. Взваливать на себя бремя ответственности за принятые решения самостоятельно, не понуждаемый к тому должностью руководителя? Увольте. - Как угодно, мистер Рид. Мистер Блэк, отправимся сейчас? Пальцы на правой руке тихонько подергивались. Дамы находились в неизвестности. И продолжат находиться там ещё минимум полчаса.

Патрик метнул быстрый взгляд на молчальника. - Думаю, нам сообщили бы все, касающееся дам. - размеренно пробасил он. - Если на оставшихся местах преступлений ничего не произошло, предлагаю направиться в Скотланд-Ярд.

- В ваших личных делах про это ничего не было сказано. Мистер Рид с успехом подвизался в молчальничестве. Патрик махнул рукой. - Чего они там только не накорябают. - криво усмехнулся он. - А по существу ни слова Обещание его вполне удовлетворило. - Звонили из Скотланд-Ярда. У нас новое происшествие. Констебли, дежурившие у первого и второго мест ритуала, пропали, их ищут. Инквизитор сдвинул брови. Констебли-то чем помешали? Преступление ведь уже совершено. Или.. еще нет? - В таком случае, мы отправляемся к третьему? Или, может, в особняк?

-Будет лучше если вы постарайтесь вспомнить события сегодняшнего дня куда они ушли когда и что собирались делать. Пленник вдруг сделал попытку вырваться, после чего был грубо усажен на землю, вдруг закатил глаза и обмяк. - Эй, ты чего?.. Эй, мужик! - княжеский боевик даже выпустил не слишком-то и тяжелое тело. - Это не я! Я ничего ему не сделал! Смертный не шевелился. Похоже, Виктору просто не повезло. Здоровье у свидетеля оказалось с изъяном.

-Хорошо подумал? -Задал Виктор последний вопрос. -Я ведь второй раз предлагать не буду а мне уже порядком надоело с вами возиться. Ответом ему было молчание. Видимо, пленник прикинул, какова вероятность последней версии, в которой его съедают ПОСЛЕ того, как он покажет место. Выводы были неутешительными. - Так может того его? В расход? - с надеждой поинтересовался Григорий, который Георгий. - А то жрать охота...