Ribka

- Эт-т-то н-наше, - простучал зубами плут. - Т-т-ты поос-с-строжней, - возмутился заледеневший полурослик. - Эт-то, наверное, д-девушки. "Или сосульки", - проплыло в заиндевевшем мозгу. - Ак-курат-т-тней, не ра-з-з-збей... - Эк? - варвар низко наклонился, уперевшись огромными ручищами в колени и посмотрел на еще одну говорящую сосульку, очень маленькую. - Вот оттаят и посмотрим, кто там. Может и тебя туда? - спросил участливо, кивнув головой на повозку за спиной.

Пронизывающий ветер, давший название этой местности, от которого не мог защитить подаренный сестрой плащ. Колючий снег, безжалостно жалящий незащищенное лицо. И жгучий холод, от которого стальная броня мгновенно покрылась белой изморозью, забрав последние крохи тепла у полуэльфийки. Она еще цеплялась посиневшими пальцами за жавшуюся к ней Алайяйю, когда к отряду подъехал караван. А потом уже в беспамятстве упала в пушистый сугроб, увлекая за собой близняшку, да так и осталась лежать, уже не чувствуя чьих то сильных рук, будто котят поднявших их с Алей из снежного плена. - Это чьё? - прогудел могучий гигант, с покрытой мелкими сосульками длинной бородой и длинными же светлыми волосами, что подобно гриве льва спадали на плащ из шкуры медведя. Стального цвета глаза, прячущиеся в лучиках морщин, оглядели бессознательных девушек, которых варвар продолжал держать за вороты плащей, удивляясь про себя на находку. А потом без усилий закинул обеих в тепло одной из повозок, прямо на мягкие звериные шкуры, с головой накрыв еще одной, чтобы две "сосульки" отогрелись.

- Ничего, мы тебя все равно вылечим! - К Але понемногу возвращался оптимизм. А вот Иволга наоборот, погрустнела, подумав о том, что лишилась благословения Тира. Чтобы не расстраивать сестру, девушка поспешно отвернулась, делая вид, что целиком поглощена опоясыванием перевязью с ножнами. - Да, конечно, - ответила она, - мне уже гораздо лучше, чем было. Жар прошел и больше не знобит.

Теперь уже Алаяйя покраснела, в точности как ее близняшка. Чтобы сгладить неловкость, девушка бытро выскользнула из шалаша и вскоре вернулась с ворохом одежды и несколькими своеобразно пахнущими листиками. - Вот, одежда совсем высохла, а это поможет твоему бедному носу. Просто разотри их в руке и нюхай сок. - Спасибо! - Иволга начала одеваться, осторожно облачаясь в кирасу. Потом по совету сестры растерла в ладошках один листик и, поднеся руку к лицу, сделала глубокий вдох. Вернее попыталась. Напрочь заложенный нос не дал ей это сделать, зато полуэльфийка зашлась в кашле, со стоном схватилась за ребра. - Ох, - выдохнула она, когда смогла откашляться и сконфуженно посмотрела на Алю, не сдержав все же улыбки. - Никогда раньше не болела. Тир берег меня от простуд. Это оказывается очень неудобно!

Тихий вскрик заставил Алю моментально встрепенуться и окрыть глаза. - Иволга? Как ты себя чувствуешь? Вчера ты вся горела... Прости, это я виновата - надо было взять тебя с собой в тот, первый шалаш. Но я так расстроилась, что совершенно не подумала... А потом решила, что ты укроешься в доме... Сейчас я принесу твою одежду, она, должно быть, уже совсем высохла. - Спасибо, мне уже лучше, - прогнусавила в ответ Каури, смущенно краснея до кончиков острых ушей. - Не вини себя! Так глупо вышло, я заблудилась. Дождь был такой сильный!

не могу, вы меня там в кучу теплых вещей кутаете (( нэ, это садизм! автора над персами :D

какие вы все злые ((( не дадите пострадать ((

не надо! Каури не была подготовлена! она даже плащ где-то потеряла )

конечно не учили!

Очнулась Иволга от того, что задыхалась. Жар спал, но нос, сломанный ранее, напрочь заложило. Полуэльфийка шумно вдохнула воздух ртом, осторожно ощупывая разбитое лицо рукой. Болеть ей было в новинку. И только потом поняла, что не одна. Испуганно вздрогнула, оборачиваясь и тут же улыбнулась, увидев белокурую макушку сестры. Замерла, не желая нарушать покой той - лицо Алайяйи осунулось, а под глазами залегли тени. Заметив тонкую цепочку на шее близняшки, протянула руку и осторожно взяла медальон, чтобы посмотреть на портрет матери. И тут же приглушенно вскрикнула, когда верный страж Йож цапнул несильно за палец "воровку".

папа, у меня насморк, я хочу пледик и чай с малиновым вареньем! пчхииии!

вот блин, опять прервут агонию страданий :D какая-то игра у нас не суровая )

у нас там есть таверна? черт, мне нужны очки. и отпуск.

эм... посмотрела список анонсированных игр.. не нашла Фоксину игру?

Упс... Хикару, пока пост писала, оказывается ты там уже меня ищешь... Ну, давай тогда - или пусть Аля найдет Каури, или не найдет...

Куда она шла? Казалось небеса рассердились на нее за то краткое время, что она пряталась под кроной ольхи, и теперь желали просто смыть ее с лица земли. Водяные струи больно стучали по непокрытой голове, заливали глаза и нос, не давая возможности нормально дышать, видеть куда идешь. Оглушали. Гнули хрупкую фигурку к хлюпающей под ногами жиже, чтобы навсегда погрести ее в ней, растворить, не оставив и напоминания. В сапоги вдруг хлынула ледяная вода, а бурный поток некогда тихой речушки попытался подхватить и понести их владелицу. Оскальзываясь, на четвереньках, вскрикивая и плача от боли в израненном теле, Иволга выбралась на берег и отползла подальше от реки, в которую случайно забрела. Так и стояла, низко пригнувшись к жидкой грязи, тяжело дыша, захлебываясь льющимися по лицу потоками дождя. А потом вдруг услышала резкий свист. И снова — лишь оглушающий шум воды. Показалось? Но полуэльфийка уже упрямо ползла вперед — под сень густых ив, где укрытая от дождя выглядывала из своего гнезда маленькая иволга. А там упала, теперь скрытая от непогоды, дрожа от холода. Желтая птичка вылетела из своего домика, подлетела ближе, поворачивая головой из стороны в сторону и разглядывая лежащую на земле знакомую. Снова свистнула, зовя ту. - Тихо, милая, - прошептала Каури, поднося грязный палец к посиневшим губам. Тело бил озноб, в то время как жар, идущий от раны на ноге распространялся, и теперь испепелял изнутри, разгораясь лихорадочным румянцем на клейменой щеке. Лишившуюся благословения Тира терзала лихорадка. Пернатая тезка снова чирикнула, подлетела к девушке, не страшась опустилась на тонкие пальцы. Ответа не последовало... Не смей поднимать глаз на хозяина. Не смей говорить без разрешения хозяина. Не смей ослушаться приказа хозяина. Эти и еще сотни подобных правил с пеленок вбивали в голову безымянной рабыни. И она не поднимая глаз, молча выполняла приказы. А потом сцепилась с другим таким же безымянным мальчишкой за кусок хлеба — тот тайно принесла ей мать, служившая в господском доме, а тот вздумал отобрать. Набросились друг на друга — не дети, а цепные псы, кусаясь, царапаясь, с камнями в маленьких ручонках. А горбушка валялась, втоптанная в грязь. И как собак — окатили ледяной водой из колодца, а потом надсмотрщик больно ухватил за остроконечное ухо, поднимая на ноги. Затрещина, от которой потемнело в глазах и зубы лишь чудом остались на месте. Может и убил бы. Или плетью изувечил бы, как того, второго. Но драку видел хозяин. И разглядел в ней зачатки воина. К счастью ли? К беде? Мать свою она больше не видела. Хотя воспоминания о ней не померкли за прошедшие годы. Какому богу поклонялась она раньше? Не по велению сердца, но по научению старших? Все рабы тайно молятся кому-то, желая хоть после смерти найти участь лучшую, чем при жизни. Но та встреча в лесу, когда воин Тира сэр Касавир спас ее от неминуемой смерти, навсегда изменила жизнь маленькой рабыни. Дождь, наконец, перестал. Лишь капли продолжали падать с мокрых листьев ивы. Птица снова чирикнула, вспорхнула, отлетая в сторону, на тонкую ветку дерева. Черный блестящий глаз пичуги смотрел на полуэльфийку. Потом, замахав желтыми крылышками, иволга вылетела из зарослей ив, погнавшись за какой-то букашкой.

Пропадаю до вечера. А если усну - то до завтра.

- Затяжные, по большей части. И кровавые, - пояснил он. - Как же иначе, воодушевить простых солдат? Убедить их отдать жизни? Так вот, из тебя бы вышел отличный агитатор. Ну ты понимаешь, те которые стоят на шумных площадях и выкрикивают официальные лозунги. Иволга помрачнела, с обидой взглянув на барда. - Я не собираюсь выкрикивать лозунги и воодушевлять солдат к кровавым и затяжным войнам, - девушка поднялась на ноги. - А ты, Канниган, зря отталкиваешь от себя друзей. Однажды тебе понадобится рука помощи. Но только рядом не окажется никого, кто бы мог протянуть ее. Коротко кивнув, полуэльфийка шагнула под ливень и через несколько мгновений пропала из виду. Х

- Красиво сказано, - подтвердил убийца. - Именно такими речами и развязывают войны. - Что?... - Иволга совсем растерялась, не зная, как воспринимать слова собеседника. - Какие войны?

о, блин ((( я плащ потеряла (((

- Два... Три... Семь? Не имею представления. Одно знаю точно, - повернувшись к скукожившейся Иволге, он странно улыбнулся. - Нас еще помотает. Хозяин не откажется от возможности лишний раз использовать своих рабов. С каждым разом, планка будет повышаться. И может статься так, что в один прекрасный день, для кого-то она станет непомерной. И этим кем-то придется пожертвовать, - закинув руки за голову, протянул убийца. - Найти выход - вот, что главное. Иволга резко вскинула голову и тут же сморщилась от боли, невольно приложившись затылком о ствол дерева. Смотрела на барда с недоумением и страхом. - Мы не рабы! Не говори так! Да, оказаться здесь не было нашим выбором, но называть Алмерика нашим хозяином... а нас его рабами? Нет, Канниган, ты не прав! Мы помогаем ему, чтобы не допустить прихода Гэлмора в наш мир, не позволить ему перекроить его по своему желанию!

- От одиночества? Скорее от твоих попыток сохранить остатки гордости, - произнес убийца, вяло выговаривая слова. - Можешь зайти. Канниган похлопал ладонью рядом с собой, как бы приглашая. - О! Я...- Иволга сконфужено замолчала. Потом качнула головой и подойдя к ольхе, осторожно опустилась на землю. - Спасибо! Девушка тепло улыбнулась барду, но из-за сломанного носа и синяков под глазами, улыбка получилась несколько страшноватой. Здесь, под кроной дерева было относительно сухо, лишь капли дождя с трудом находили дорогу в густой листве и падали на сидящих внизу. Но холод донимал. Кое-как найдя максимально комфортную позу, Каури обхватила себя руками, пытаясь сохранить остатки тепла. - Впервые вижу дождь здесь... Раньше всегда было солнце... - она замолчала, не уверенная, что бард хочет слышать ее "бубнение под боком", потом все же продолжила осторожно. - Как думаешь, сколько уровней нам осталось пройти до конца? И есть ли этот конец? И выход из этой тюрьмы?

- Это ты так просишься войти? - предположил он малость равнодушно. - Нет, - Каури качнула головой. - Просто ответила на твой вопрос. Нарушать твое уединение не входило в мои планы, но ты сам окликнул меня. Возможно, ты устал от одиночества? Но я буду признательна, если ты позволишь мне укрыться от дождя под этим деревом. Если нет, я пойду дальше.

- Люблю. Трудно сосредоточиться, когда кто-то постоянно бубнит под боком, - он сменил расположение вытянутых ног, левый сапог теперь возлег на правый. - К несчастью, в этом я сильно стеснен. - убийца мельком подумал о наставнике, еще раз глянул на Каури. - Ты куда-то шла? Полуэльфийка замялась, не зная, как реагировать на слова барда. Вроде как он не жаждет общения с ней и хочет, чтобы она ушла. Но зачем тогда окрикнул? Она бы и не заметила его, прошла бы мимо... Но иногда одиночество надоедает... - Куда-то шла, - Иволга чуть заметно пожала плечами. - Из-за этого ливня совсем не видно дороги...

- Раненная, побитая и брошенная, - заметив невдалеке хромую фигуру, спокойно перечислил он симптомы. - Где теперь твои друзья? Услышав голос барда, Каури остановилась, глядя на того из-под козырька ладони. - Прячутся от дождя. Переживают свою боль. Всем иногда хочется побыть в одиночестве, - полуэльфийка подавила вздох, не желая показать Каннигану, что его слова как то задели ее. - Ты тоже один. Почему? Любишь одиночество?