Grey_vi_Ory

ЭкшОн, однако.

Дейзи

Почему и не да)

Абал :3

Ради эскапизма и погружения в недоступный мне игровой мир, оф корс.

Анимация не оч. Это я вам говорю, нифига не избалованный графоном человек, но если ОНО двигается, как обуреваемый наружным геморроем страдалец - то так оно и есть, хоть люби ты франшизу, хоть не люби. И меня радует, что в видео Легион подчеркнул, что в МП будет вполне влияющий соло-мод. Надеюсь, я правильно его поняла. Мне абсолютно не жаль платить кровные за игру, но нахрен мне сдалось социальное взаимодействие онлайн? Я не для того задрот жи.

Божественный сеттинг и вообще, все. В деле.

Тающий иней на стенах, тающий след чужого присутствия. Тяжесть голосов - женщины, силой воли удержавшей в себе все лишние чувства, запрещавшей себе скорбеть по погибшей, уповая на милость Господню, что обратится к ней; мужчины, говорившего медленно и веско в попытке усмирить бунтующий разум. Знакомо. Эмоции, бурлящие под хрупким стеклом самообладания. Кьяра связала их с девочкой, не заметив ничего сверх. Впрочем, этого ли мало?.. Она не проронила ни слова, следуя за покидающими подвал коллегами, рассматривая карту района. Нахохлившийся в дождь ворон, колючий клубок ежа, закрытая раковина, плотно сжатые лепестки бледного ночного цветка под ярким майским солнцем. Все равно нельзя было коснуться чужого плеча в попытке облегчить вечный груз, даже взглядом - нельзя. - Куда? - он взглянул на мисс Бирн, делегируя полномочия принимать решение хрупкой экзорцистке. Впрочем, если та затруднится с выбором, всегда можно было ткнуть пальцем в небо. - Церковь нередко берет под свою опеку приюты и им подобные заведения, - заметила экзорцистка, отдавая взгляд. - Бранка могла без опаски посещать собор со своими воспитанниками. Ни голос не дрогнул, ни руки. Несмотря на очевидный смысл сказанного.

- Их было много, больше десятка. Приковали меня к алтарю, надругались, а потом пытали, пока я не умерла. Последний удар нанесла миссис Бранка. Зачем они это сделали со мной? Что я им сделала? ЗАЧЕМ?! - Кьяра, успокаиваем ее и отпускаем! Вместе! Давай! - отреагировала Ирисса, с ее ладоней все лился и лился свет, утишая ярость души и обещая ей покой. Призванная из Чистилища Душа стремительно вспоминала о силе, которую обрела бы сирота, не будь она ограблена служителями демонического культа. Те забрали у девочки все - ростки Дара, жизнь, умиротворенный покой угасания. А Инквизиция еще и вырвала из объятий посмертия, чтобы заставить пройти все заново. Боль, гнев, обида - подобное порождало подобное, и неутолимая жажда мести горела на потемневшем лице, звенела цимбалами в рвущем сознание крике. Теплое золото текло и текло от пальцев, мелькающих в очередном плетении. Заключительный пасс, словно целительница завязала последнюю петлю на кружевной ленте - и свет сосредоточился вокруг размытого силуэта. Утешающее, настойчивое объятие. Тише, Катарина. Все закончилось. Возвращайся.

Подвал проклятого магазина Магические ткани мира дрогнули, повеяло холодом. Не тем, который обжигал и вытягивал жизнь из легких у пентаграммы Пустоты. Знак абсолютно иного. Чужого. Зрение заволокло мутной пленкой, но буквально через биение сердца глаза снова видели ясно. Видели призрачное дитя. Кьяра слушала голос инквизитора, знакомое гудение потревоженной контрабасовой струны. Звучанием имени тот прокладывал девочке дорожку к миру, которому она уже не принадлежала. Миру, из которого ее вырвали. Насильно. Грязно. Болезненно. Экзорцистка, которую Катарина так боялась, обратила к ней полученный при рождении Дар, бивший сейчас потоками света от узких ладоней. - Вы светитесь! Таким белым светом, очень красивым. А тетя справа как будто из янтаря! И...ой, - девочка повернулась влево и застыла, глядя куда-то за спину мисс Бирн. - Там сердце из огня. Грязное. Шагов триста. Оно меня тянет к себе. Тянет...больно! Первичная реакция требовала обернуться, немедленно выяснить, что видят за ее спиной призрачные глаза. Кьяра не шевельнулась, только дрогнули пальцы в движении, заученном в бесчисленных повторах. Может быть, вечный танец тонких рук был не так уж бесполезен; может быть, волю подстегнул окрик Ириссы, но англичанка умудрилась удержать Душу. Сияние, что текло от кистей целительницы к полупрозрачному силуэту, только вспыхнуло ярче.

Он подал Кьяре руку, чтобы помочь ей подняться и сесть, подождал, пока загрузится и чета Блэков. - Я на козлы. - конечно, он чувствовал усталость. Взгляд экзорцистки не опустился, чтобы скрыть другую неподобающую эмоцию - сожаление. Что же, Патрик был, как всегда, практичен, логичен и, вообще, всесторонне прав. Джентльменское прикосновение теплой ладони было максимумом, на который она могла рассчитывать. Что было к лучшему. В экипаже целительница по-братски делила с двухцветным котом свою порцию, когда под свободную руку вопросительно ткнулось что-то жаркое и мохнатое. Большой мрачный серый зверь оккупировал сиденье экипажа слева от Кьяры и сверлил ее взглядом внимательных светлых глаз. Удивленная донельзя медичка протянула коту раскрытую ладонь с кусочками запеченного мяса. Подношение милостиво приняли, запросили добавки. Получив требуемое, фамильяр инквизитора тяжело привалился к скрытому каскадом черной ткани бедру, все так же не сводя настороженного взора с экзорцистки. Скрыв улыбку, та осторожно коснулась левой рукой, затянутой в перчатку, пушистого загривка, прошла за ушами, кончиками пальцев расчесывая густую шерсть. Зверь дернул ухом, но, видимо, это не было выражением протеста, потому что после на Кьяру собственнически возложили массивную переднюю лапу, а сверху, никак, для надежности - мохнатый подбородок. Опустевший бумажный пакет отправился в свободный внешний карман, за неимением мусорного ведра, правую кисть снова обтянула замшевая перчатка. Эту последнюю пришлось отобрать у Миирклара, бдительно охраняющего собственность своей питомицы от нее самой. Ничуть не огорченный потерей, голубоглазый кот свернулся клубком у правого колена медички, чуть ощутимо вибрируя. Слева ее все так же обездвиживал помощник ирландца. Извинившись перед четой Блэков, остаток пути англичанка дремала, даже во сне поглаживая властных пушистых наглецов. *** Проклятый магазин. 13:40 На Тайерс Террас Святой Официум разворачивал бурную деятельность. Кьяра молча следовала за коллегами, поглядывая по сторонам. Стоило усилия не обратить к мужу очередной взгляд, полный восхищения. Не вовремя. Но ничего, успеется. Подождав, пока шаги Бенедикта затихнут, Ирисса взглянула на коллег. - Ну что ж. Вы готовы? Экзорцистка молча кивнула.

Патрик скупо улыбнулся ей и вручил свёрток. Он помнил, что Кьяра ничего не ела с самого вечера. Сверток перекочевал в женские руки еще до того, как их обладательница сообразила, что, собственно, ей вручают. Но через мгновение обращенный к Патрику недоуменно-вопросительный взгляд сменился теплым, лучистым, а на губах расцвела благодарная улыбка. - Спасибо. Судя по содержимому пакета, мистер О'Коннелл совершенно не смущался количеством белоснежного шелка, который уйдет на платье будущей невесты. Вежливый жест и соответствующие случаю выражения пригласили Блэков разделить трапезу, если детектив и его супруга также рисковали стать жертвами истощения.

- Да, вы правы, мисс Бирн, - ответила Ирисса, явно переключаясь на насущные дела. - Идите, я еще загляну в нашу с Бенедиктом комнату здесь, возьму его револьвер. Он говорил, что возьмет себе калибр побольше для будущих боев. - С вашего позволения, миссис Блэк, - целительница склонила голову перед супругой детектива. Называть сестрой эту красивую смуглокожую женщину, излучавшую южное тепло во всем, от тёмных локонов до благородно звучного голоса, не поворачивался язык. Оставив её делам ту, кто была гораздо большим, нежели просто экзорцист, Кьяра покинула лазарет. Едва дверь закрылась, как за девушкой увязался сосредоточенно глядящий перед собой небесными глазами кот. В таком составе они и дошли до гаража, где дожидалась мужская половина их маленькой группы.

- Все еще не восстановилась, простите, мисс Бирн. Ничего не могу для него сделать. - Мы оставляем мистера Грейвса в хороших руках, миссис Блэк, - мягко ответила Кьяра. - Отдых и уход сделают все остальное. Ириссе не нужно было извиняться. Её коллега отлично понимала, какие ощущения приносит собственное бессилие. Пусть даже временное и не зависящее от неё. - Вернёмся к экипажам? Полагаю, нас там уже ждут.

- Через полчаса. У экипажей. - напомнил он своим спутникам, кивнул мисс Бирн и покинул помещение. Экзорцистка, всецело поглощенная работой текущей и маячившей на расстоянии получаса, никаких перемен, связанных с упоминанием оперативника, не заметила. На кивок ответила аналогичным жестом и, убедившись, что невысказанных теорий временно не осталось, проследовала в лазарет. Обсудила с врачами клиническую картину, важные аспекты медицинского ухода за раненым, который, возможно, скоро перестанет таковым быть, упомянула о необходимости воздерживаться от применения опиатов. И, уже стоя в палате, у изголовья койки, на которой лежал мужчина, Кьяра ощутила, как захлестывает усталость. Сознание и память смазало, словно она была пьяна, и в мутной голове вязко ворочалось одно лишь желание - поспать. "Возраст берет свое", - ехидно сказала себе медичка, возвращаясь от пестования собственных слабостей к работе. С зависимостью Эдмунда она еще поборется, а вот с ранами уже закончила. Синяки, ссадины и заживающие швы остались на долю солнечной ведьме. Брал свое, впрочем, вовсе не возраст, но этой мысли проявиться не позволили.

-Среди сил Ордена оказались предатели. - Этой проблемой уже занимались на момент поднятия вопроса о важности круглосуточной охраны пентаграмм, - в свою очередь, напомнила о визите в Сад Камней Кьяра, не поморщившись от полной канцеляризма формулировки ответа. Очевидно, подобное встречалось не реже в Инквизиции, чем неизбежный гнетущий пафос. А подозревать Старшую и многочисленных Джонов в небрежности было бы несколько... оскорбительно. - Изменения, очевидные, были в третьем символе. Склеп, связь с Пустотой. Дитя и Страж, с которым говорила мисс Йелич, - экзорцистка терпеливо повторяла известное. Коль скоро сэр ведьмак тщился ухватить догадку за хвост, стоило хоть попытаться помочь ему. - Наблюдения специалистами и эксперименты с аурной марионеткой не были организованы по понятным вам, мистер Хонеккер, причинам. Иными словами- потому, увы, что никто из группы детектива Блэка не умел присутствовать в двух местах единовременно.

-А как ведут себя пентаграммы на местах ритуала? За ними кто либо наблюдает? Мне кажется вероятным что есть большой риск того что злоумышленники туда вернуться. - Пентаграммы активны, - подала голос мисс Бирн, доселе молчаливо созерцающая карту и лица соратников. - Их поведение и тот факт, что в жертву были принесены сестры Хэмиш, говорит о том, что идёт кумуляция энергии. Что касается наблюдения, охрана должна была быть укреплена силами Ордена, потому что усилия Скотланд-Ярда оказались недостаточными. Спущенные в русло подземной реки и обезглавленные тела, определенно, подходили под термин недостаточные усилия.

-Кроме того, мы с Кьярой сможем объединить усилия по исцелению мистера Грейвса, - добавила Ирисса, мягко улыбнувшись. - Вашу помощь трудно переоценить, миссис Блэк, - благодарно кивнула экзорцистка, вскользь отметив своё перерождение из мисс Бирн в Кьяру.

И когда он зашёл и внутри уже была вся в группа в сборе обсуждающая что-то важное, он не мало удивился, ибо возникло ощущение что его намеренно не позвали. Вот так вот. -Снова здравствуйте, я не помешаю? -Нет. -Очень кратко и очень легко согласился ведьмак, в сущности ему было почти всё равно с кем идти, и мисс Нойман вместе с мистером Ридом в эти "почти не входили" так что... Кьяра бросила серый взгляд в сторону входной двери, едва услышала достаточно легкие шаги молодого ведьмака. Мистер Хонеккер смотрел на коллег, как ребенок, которого взрослые не позвали к десерту. Впрочем, его желание помочь было гораздо предпочтительнее состояния аморфной испуганной массы, и целительница не стала (или не пожелала) связывать его энтузиазм с тем, что его предположительный вектор никак не пересекается с областью действия страшных инквизиторов. Настолько страшных, что юноша даже поторопился облагородить свой новый плащ некоторыми декоративными элементами. Стихийное совещание, кажется, подходило, к логическому завершению. - Мистер Блэк, мы можем задержаться здесь еще на... - Кьяра сверилась с внутренним хронометром, - на полчаса, скажем? Я смогла бы попробовать улучшить состояние Грейвса. К тому же, есть арестованные, возможно, он успеет что-нибудь выяснить, пока мы будем работать в городе. Полчаса сейчас могли сэкономить им время в перспективе.

Но в любом случае, вы правы, должно быть решение комиссии из трех инквизиторов аналогичного со мной ранга, - пояснила Ирисса, тепло улыбнувшись Кьяре. Занятно, подумалось экзорцистке. Расследование вела экзорцист пятого ранга. И того же ранга её коллеги отправили дело на полку, припечатав несусветной тройкой. Кьяра попробовала вспомнить, видела ли какие-то упоминания об инквизиторах пятого ранга в деле Ириссы во время ночного бдения. Не вышло. Ничего даже отдалённо похожего не всплывало в памяти. Или в деле это не указывалось... или, что вероятнее, она это пропустила. Медичка неуверенно глянула на инквизитора. Мы берем святилище, Бедлам и те дома по Кройдон-стрит. Мы, очевидно, снова подразумевало "я и мисс Бирн". И снова выбор выражений, неосознанное, уверенное "мы". Кьяра мысленно улыбнулась и кивнула, когда детектив и его супруга изъявили намерение присоединиться. А если они задержатся до полудня, у неё было ещё небольшое дело.

Очевидно, Патрик был упорен в своём собственническом стремлении всегда владеть мыслями экзорцистки. Непривычное обращение мазнуло щеки румянцем. Разум не оставлял новую зацепку и после того, как кожа вернула себе прежний оттенок. Повторял, оглаживал со всех сторон, пробовал на вкус, заставлял звучать в голове теми самыми рокочущими, вибрирующими аккордами. Пока усилием воли мисс Бирн не усмирила разбаловавшееся воображение, загнав тепло в самую глубину ртутных глаз. Миирклар с довольным видом трусил рядом. Похоже, как и его хозяйка, зверь больше всего ценил отсутствие чужого внимания. Патрик, как можно было заметить, в категорию чужих не входил. *** Лаборатория. - Мисс Нойман, - в свою очередь, вежливым кивком, поприветствовала немку экзорцистка. Взгляд, умудрившийся совместить пытливость и деликатность, аккуратно прошёлся по фигуре леди, по её костюму, по заготовке в тисках. В конце концов, такого рода взоры, как женщине, ей были разрешены. Мисс артефактор, очевидно, была увлечена своим делом. А люди, занятые любимым трудом, счастливы и, тем самым, красивы. Кьяра спрятала улыбку. Поймала взгляд Патрика, пожалела, что не знает, какие мысли поселились под поверхностью хрусталя. А потом к ним присоединилась чета Блэков. Бенедикт, изменившийся в самом тембре голоса. Ирисса, излучавшая солнечную, доброжелательную безмятежность. Её младшая коллега, гораздо больше склонная к мрачной молчаливой созерцательности, ощутила на себе тёплый взгляд с золотистыми искорками. Помимо невольной ответной улыбки, внимание Ириссы породило вопрос. - Миссис Блэк, разве ваше дело не должны были отдать в разработку кому-нибудь ещё, а не хоронить в архивах? Кто утверждает подобные решения? Если с лечащим врачом что-то случается, пациента не оставляют подыхать. Впрочем, как правило, медики и не заинтересованы в летальном исходе, а у них был случай ровно противоположный.

Очевидно, новый инвентарь подтолкнул мыслительный процесс в русой голове экзорцистки, ибо, отвлекшись от созерцания приятных внутреннему взору картин, она не последовала, как обычно, за инквизитором. Кьяра подцепила из изрядно опустевшего ящика ещё пару наручников и протянула Патрику. - Отдашь Блэку? Он снял свои. После чего вернулась к следованию традиционному порядку и на протяжении всего пути до вотчины мисс Нойман не нарушала тишины.

Если бы Патрик спросил, Кьяра бы могла обвинить во всем коварное, вечно ускользающее, текущее сквозь пальцы и сердце, оставляющее болезненные засечки, время. Кто в юности не спешит осуществить все задуманное, подгоняемый безумным током шумной крови? Кто не знает липкого леденящего страха не успеть? Девонширский ворон не отличался амбициозностью. Зато в работе всегда погрязала по самую макушку. В один прекрасный день под рукой оказались ножницы, а в голове - идея, как сэкономить себе драгоценные минуты. Стремления следовать моде и приличиям в ней не наблюдалось уже тогда.А оценивать свое отражение с точки зрения эстетичности мисс так и не научилась. Но Патрик не спросил, а предпочел в очередной раз огорошить свою помощницу. Беря в руки пару металлических колец, соединенных короткой цепочкой и снабженных усложненным запирающим механизмом, Кьяра не могла не представить себя в попытке использовать их. По всему выходило, что зрелище будет комичным. Но в предложении ирландца была, как обычно, неоспоримая логика. В мистере О'Коннелле непостижимо сплетались вулканическое неистовство натуры и неумолимая, здравая рассудительность. Кьяре не нужно было смотреть на него, разум сам собой воспроизводил дорогой образ - можно было делать вид, что она принимает сомнительного рода дары, и любоваться. Ресницы дрогнули в улыбчивом прищуре. Экзорцистка кивнула, выражая и согласие, и благодарность, и уверенность в правоте собеседника.

- И давно ты стрижешь волосы? - массивная фигура плечом привалилась к ближайшему шкафу, около глаз поселились едва заметные улыбчивые морщинки. - Последние лет пять, - последовал ответ после того, как Кьяра резким движением головы отбросила мешавшую челку. Руки мисс были заняты опустошением барабана и заменой боеприпаса. Запасная коробка нашла свое место в одном из бесчисленных карманов плаща, который иногда казался бездонным. Извлеченные патроны отправились в надлежащее им отделение. Экзорцистка то ли не была отягощена чрезмерной алчностью, то ли, что вероятнее, являлась особой практичной и до тошноты аккуратной. Она бы вернула и стальной квилон, но лишнее оружие в замкнутом пространстве далеко не всегда таковым бывает. - Каждый раз, когда нахожу время и что-то похожее на зеркало. С огнестрельным оружием она не расставалась дольше, предпочитая его холодному из соображений все той же практичности. Испытывая, по очевидным причинам, нехватку физической силы, девушка компенсировала дефицит с помощью револьвера. Более шумно, но, как ни странно, чище. В слабых руках клинок требует убийственной точности, а убийств она избегала. Потому что чаще всего имела дело не с врагами, увы, а с жертвами.

- А у меня кончились наручники. - вздохнул инквизитор, оглядывая окрестности поверх макушки мисс Бирн. "Неудивительно", - подумалось экзорцистке, которая дисциплинированно последовала за супругом, храбро отгоняя мысли о природе вздоха. В конце концов, если Патрик надеялся, что она скажет "нет", если уставал от ее общества, ему ничего не стоило попросить ее подождать в зале совещаний. И он это знал. Кьяра надеялась, что знал.