Grey_vi_Ory

Экзорцистка, неподвижно сидящая на своём месте, смотрела снизу вверх на заключение хрупкого временного перемирия. Похоже, именно ей выпадало играть роль демилитаризованной зоны. Так себе роль, если честно. Во время шторма волнорез ломает первым. А вот к тлеющему вулкану в лице Патрика Кьяра испытывала благодарность, которую сложно было бы выразить словами. Ирландец демонстрировал просто чудеса выдержки все время, которое она за ним наблюдала. Если бы оба отпустили поводья... Кьяра понятия не имела, что тогда делать. Но готова реагировать со всем пылом, чтобы это остановить, если потребуется.

Ня.

Тембр, которым Патрик принимал вымученные извинения Эдмунда, живо напомнил пахнущий ладаном и травами кабинет. "Разумеется, мне жаль". Но это была ложь, автор которой не считал нужным прикрыть её - просто изрекал то, что, по его мнению, дОлжно было сказать. Чтобы его побыстрее оставили в покое и дали идти прежним курсом. Люди, которые нам небезразличны, обладают удивительной властью над нами. Даром тех, кого Господь ставил на пути Кьяры, очевидно, было испытывать её. И пока она послушно срывалась. Тоскливо было наблюдать за этой сценой со стороны.

- Вот и славно, - спокойно заключила Кьяра, подавив отчаянное желание перекреститься. Ощущение было, как будто ей удалось уговорить хищника разжать пасть и выпустить жертву. Осталось выяснить, была ли хищником её собственная ярость или внезапная вспышка Грейвса. Интересно, предусматривал ли он подобное, когда просил её о помощи.

Пару раз в своей жизни экзорцистка думала, что поняла смысл выражения "между молотом и наковальней". Один раз, когда её погребло под собой тело демонической марионетки, созданной из взрослого мужчины почти семи футов роста. Другой и вовсе иногда являлся ей в кошмарах. Но то, что разворачивалось на глазах с её невольным участием, не шло ни в какое сравнение. Кьяра начинала злиться. Старое, запретное, давно не испытываемое чувство, обычно уступающее терпеливому понимающему сожалению. Но не сейчас. - Эдмунд, - едва слышный даже адресату тон был холодным, словно вода в ручьях старого Эриу. - Если ты собираешься с зависимости наркотической перейти на адреналиновую, я готова отдать тебе твои таблетки прямо сейчас. Они у меня с собой. Гробь только себя, если утвердился в этом намерении, будь любезен, а не ищи поводы утянуть за собой ещё пару людей, включая меня. Или подожди немного, пока твоя голова придёт в норму, и найдётся кого пристрелить. Выбирай.

Порядок посещения мест был в любом случае не важен. Потому что определяющей фигурой был пока отсутствовавший Бенедикт Блэк. Который, кстати сказать, намеревался добыть кое-какие сведения об окружении миссис Хэмиш, но об этом вчера не звучало ни слова. Важно было то, что двое битых жизнью и службой мужчин сейчас состязались в метании парфянских стрел. - Господа, никто ни в чем не сомневается, - без особой надежды на успех вмешалась Кьяра в сочащийся приторным ядом диалог. - Но пока вы намерены свежевать непойманную добычу.

Что ж, мисс Бирн исповедовала похвальный принцип пожизненного непрерывного самосовершенствования. Иными словами - "век живи - век учись". Правда, некая часть натуры истерически вопила, что курс неюного телепата и специалиста по физиогномике придется проходить ускоренным образом, но где наша не пропадала. Рука в замше дрогнула почти синхронно с правой кистью ирландца - то ли в обычном движении, то ли в попытке злостно нарушить этикет и успокаивающе прикоснуться. Слишком молодое лицо, тем не менее, сохраняло приобретенное утром безмятежное выражение. Инквизиция учит носить маски всех своих чад. - В винную лавку будет логичнее всего, - ответила Кьяра. - У этих клиентура вечерняя, как правило. А уж оттуда будет вполне удобно завернуть к специалистам по мистическому искусству. И, если успеем, я бы еще раз заглянула в архивы. Зависит от того, приготовили ли то свидетельство, о котором вчера шла речь. - Я уверен в этом на все сто процентов. - Сделав секундную паузу, Эд продолжил. - Ну что вы, я не могу просить вас о помощи. В конце концов, я более чем уверен в том, что у вас есть и свои дела. - Пальцы начали стучать в ускоренном темпе, но вторая рука во время их остановила. - Эдмунд, - экзорцистка бросила на оперативника укоризненный взгляд.

Зал совещаний 7.55 - И тем не менее я помню о твоем ушибе, ну, и немного переживаю за тебя. Да, ты права. Эдмунд отодвинулся назад. Он вальяжно распластался в кресле. Оставалось все меньше времени до начала собрания. - Не стоит, - пожала плечом экзорцистка. Оперативник, судя по всему, чувствовал себя отлично. Как минимум, об этом свидетельствовали расслабленная поза вместо мышечного спазма и ровное, неспешное постукивание пальцев вместо истерического стаккато. Инквизитор молча взглянул на аккуратные ручки в перчатках, держащие коробку с разного рода медицинскими принадлежностями и мысленно улыбнулся. - Не за что. Очень даже было, за что, с точки зрения Кьяры, но на сей раз она решила оставить последнее слово за кузнецом. В голове уже теснились прикидки, как совместить медицинский комплект аптечки с удобством походного набора. Носить все вместе не было возможности, да и смысла, а коробка не слишком располагала к размещению под плащом. Сумки же в ее работе не приживались категорически. Инквизитор повернул голову, созерцая очередное неприличное приближение взглядом, которым обычно смотрит коршун на лисицу. - Собираетесь куда-то? - деланно равнодушным тоном поинтересовался он у того, кто сочтет нужным ответить. Кьяра, традиционно подозревавшая худшие варианты развития событий, связанные исключительно с ее личными качествами, а чужие слова и выражения лиц принимая, как правило, за чистую монету, ничего за равнодушием не услышала. - Мистер Грейвс уверен, что ему потребуется моя помощь в исследовании винной лавки, - пояснила она.

- Это мне положено осведомляться о твоём самочувствии, - усмехнулась экзорцистка. И, не видя ни единой причины поддерживать таинственный шёпот, ответила обычным негромким тоном. - Зависит от результатов собрания.

Грубые руки уложили волосы как умели, а уставшее лицо сменила легкая улыбка. Не особо торопясь, Эдмунд вошел в кабинет и уселся рядом с Мисс Бирн. Рюкзак был аккуратно положен близ стула. Если за прошедшее время, которое Кьяра и Эдмунд провели порознь, оперативника и терзали некие сложные выборы, его лицо никак не отражало их последствий. Во всяком случае, для девушки. Патрик делал ей слишком весомый комплимент, считая, что она хорошо разбирается в людях. Если бы! Порой мисс Бирн поглядывала с завистью на читающих (и пишущих) в чужих разумах ведьмаков. Экзорцистка приветливо кивнула мужчине, отметив про себя, что Эд намерен ехать на место работы сразу после совещания, если судить по готовой сумке.

Экзорцист, не пожалевший бы не только трудочасов, но и трудодней, дабы некоторые конечности остались при владельце, перемен в облике инквизитора не заметил. Но явно не от равнодушия к его персоне. Презентованная аптечка оказалась прекраснее разного рода цветов, косметических притираний, сладостей или чем там положено завоевывать привязанность и благодарность дамы. - Спасибо. Не один Патрик ценил малое количество слов при максимальной наполненности сообщения информацией.

Примерно такую же секунду целительница задумчиво созерцала закрывшуюся за инквизитором дверь. После чего принялась беззастенчиво потрошить запасы незнакомых ей лекарей. Увиденный набор вблизи оказался ещё лучше: полный комплект игл, скальпелей, зажимов и прочего хирургического инструментария удобно разместился в прочных креплениях внутри мягкого кожаного чехла. В сочетании с полученным от мистера Грейвса немалым количеством морфина можно было провести даже ампутацию - впрочем, в таких случаях Кьяра предпочитала использовать магию. Пополнив в аптечке лазарета свой личный запас перевязочного материала, антисептиков, более щадящих обезболивающих и разноплановых препаратов, по большей части направленных на скорейшее заживление тканей, Кьяра вернулась в свою комнату. Надев вычищенный плащ и распределив по местам хранения все приобретённое, экзорцистка внимательно изучила отобранный у оперативника рецепт, после чего изорвала его в клочья и сожгла в очаге. Каминная труба с похвальной быстротой унесла запах жженой бумаги. Оставалось ещё одно. Найдя телефон (пришлось снова заручиться помощью дежурного по этажу), девушка позвонила в медицинское учреждение, штамп которого стоял на рецепте, и в очень вежливой форме запретила выписывать опиаты и их производные поименованному лицу. Наличие инсигнии порой придаёт твоим словам приятный вес. Завершив таким образом все запланированное, Кьяра Бирн безмятежно перечеркнула ещё один стереотип о современных женщинах, явившись в кабинет для совещаний за десять минут до назначенного времени.

Наблюдаемый результат мисс Бирн оценивала очень высоко, хотя это признание было бы весьма затруднительно вытащить из неё. Но несмотря ни на что, давнишнее предписание она считала верным и, обрати некто очень могущественный время вспять, не изменила бы его. Господи, прости. Что касается её самой, покойный отчим накрепко вложил в русую голову основы служения, и с его смертью Орден и его цели были единственным, чем обладала экзорцистка. С точки зрения мотивации она была идеальным инструментом. Надо п-посетить арсенал. - упокоив ладонь на ручке трости, цербер развернулся к даме ракурсом не в три четверти, а анфас. - Ты уже была?.. - Да, - кивнула, вернув мимолетную улыбку. - Вряд ли от меня есть ещё толк всему, что там есть. Увидимся на собрании... наверное?.. Вряд ли Патрик когда-нибудь почувствовал бы, как тяжело сознательно подставлять других под удар, надеясь, что им достанет сил выстоять, пусть даже и с твоей помощью. Знать, что ты не заточена под авангард. Но жаловаться она не собиралась. Не этому человеку. Поэтому улыбнулась снова, вспыхивая колючим, но вместе с тем теплым светом в стальных глазах.

Вот знаете это ощущение, когда садишься в поезд, и он везёт тебя, и ничего неожиданного, и пейзаж за окнами такой, как должен быть, и ты сидишь, пьёшь чаек и лениво ждёшь прибытия, как ВДРУГ ВНЕЗАПНО железная махина наращивает скорость, все трясётся, из-под колёс искры, вокруг лютая хтоническая жесть и ты осознаёшь, что несёшься в бездну и ничего с этим поделать не можешь - даже проснуться, потому что НЕ СПИШЬ? А я теперь знаю. Спасибо, Шеллти, это было, как обычно, прекрасно.

О да, инквизиция корректировала. Порой более, порой менее успешно. Двое в лазарете на своих ценных, хоть и отнюдь не святых, шкурках прочувствовали, как это работает. - Хотела удостовериться, - пожала плечами целительница. - Лучше так, чем наоборот, знаешь ли.

Слоу- поздравления и теплейшие пожелания лучшему месту в этих ваших интернетах. Процветания долгого-долгого. Охапки цветов и ярчайшего счастья молодожёнам ^^

Отсутствие высказанных вслух возражений заметно облегчало задачу целительницы, уверенным шагом ведущей своего рослого спутника в обитель страха и страданий. То есть, в лазарет. Последний оказался отлично оборудован - как и прочие помещения, однако. Удивляться не приходилось. Зоркий глаз инквизиторши уже приметил в одном из шкафчиков походный хирургический набор, который отлично поместился бы в одном из бесчисленных внутренних карманов её плаща. Но пока у неё было дело поважнее. Рана на рёбрах, не скрытая покровом рубашки и прекрасного вышитого жилета, выглядела и впрямь так хорошо, насколько могла. К вечеру, подумалось экзорцистке, Патрик и вовсе о ней забудет. Если не будет искать повод заработать пару новых отметин. - Да, все действительно неплохо, - отметила, освобождая пациента от неловкости пребывания под её пристальным, даже придирчивым взглядом. Если таковая неловкость присутствовала, конечно. Этого она не знала.

Ничего не б-болит. - лгун из инквизитора был ещё хуже, чем клоун, так что обычно он не пытался врать. Пока Патрик пытался как можно более убедительно сформулировать и выразить то, как тяжело отправить его в могилу - или, по крайней мере, подтолкнуть к ней, внимательно слушавшая целительница успела приговорить свою порцию завтрака. - Здесь есть лазарет. Сама гляну, - безапелляционно подытожила она и, давая Патрику время выбраться из плена ножек стола и коварно появляющихся отовсюду стульев, смыла с посуды следы использования.

А где же "что вы себе позволяете, мистер О'Коннелл?!" или даже "да как вы могли допустить даже мысль, что я..." Чем богаты, как говорится. Извините, мистер О'Коннелл, фальшивого смущения в эмоциональный арсенал госпожи Бирн отродясь не завозили. Наигранного возмущения - тем более. Кьяра несколько секунд наблюдала за переменчивой гаммой выражений лица инквизитора, испытывая весьма смешанные чувства. На душе стало на гран спокойнее от внезапного осознания того, что человек, чьё мнение вдруг стало ей чертовски важным (скажем так), вовсе не испытывает к ней снисходительного презрения (скажем так). Это была очень, очень хорошая новость. - В таком случае, осталось лишь придумать, как. - Когда оно появится. Если, - иронично усмехнулась экзорцистка. - Как твои раны? Не открылись? Заживает нормально? Нет, не попытка перевести тему разговора. Нет, не напоминание о том, что он не поблагодарил за лечение (придет же в голову такое). Вполне деловой врачебный интерес, выраженный требовательным тоном, который обещал жёсткие меры при попытке соврать. Работа была прежде всего и, кажется, в этом они были солидарны.

- А я, может быть, хочу, чтобы ты тратила моё время. - последние слова прозвучали тише, однако твердость их от этого только возрасла. Скромно потупленный взгляд экзорцистки (или, скорее, растерянно потупленный взгляд) все же поднялся. И, разумеется, натолкнулся на совершенно уверенный и прямой взгляд визави. И это было последним, чего она ожидала. В чем прямолинейная (пожалуй, слишком) уроженка Эксетера не замедлила признаться. - Я меньше всего это предполагала. Но... если таково твое желание, то я хочу только потакать ему. Едва ли этикет одобряет подобные высказывания со стороны дамы, но... это был как раз тот случай, когда Кьяра считала необходимым отмести его требования. Так все становилось легче, прозрачнее.

Во время рассказа мисс Бирн о ее утренних делах на фамилии "Грейвс" инквизитор отчётливо помрачнел. Усугубилось это появлением обозначенного лица непосредственно в поле зрения. Вопреки обыкновению и дурманящему действию кофе Кьяра мрачность Патрика заметила и даже умудрилась связать ее со скольжением прозрачно-голубого взгляда. Когда зрительный контакт вернулся в исходное положение, экзорцистка вопросительно подняла брови. Непонимающее "чего ты" становилось традиционным. - Если тебе нужна п-помощь. С холодным оружием или... Любая п-помощь. - обычно бесстрастный взгляд стал выразительнее, глубже, как и низкий голос, вибрирующий где-то внутри широкой грудной клетки. - Только скажи. - Спасибо, я... - больше никаких осмысленных слов не нашлось, и девушка уставилась в свою чашку, словно плавное размешивание сахара в кофе было самым важным и трудоемким делом ее жизни. - Тебе и так хватает дел, и... Я не должна тратить твое время. Кажется, ее щеки не горели так даже в приюте, когда она подхватила лихорадку. Главное, спички не подносить. Вспыхнет.

- Доброе утро. - бархатной прогудел кузнец. Выцветшие глаза заметно потеплели, в уголках появились характерные для улыбки морщинки. - Насыщенное начало дня? - после небольшой паузы, так и оставшись стоять, с некоторым беспокойством спросил он. - Доброе, - отозвалась целительница. В голосе сама собой прорезалась теплота, с которой при всем желании ничего нельзя было бы сделать. Пожалуй, неплохо, что желания не было вовсе. - Не стой, в ногах правды нет. Кьяра описала плавную дугу по столовой и, взяв себе тарелку овсянки и (о, баловство!) чашку кофе с молоком, вернулась к инквизитору. - Как сказать, - ответила она на вопрос. - Обнаружила, что еще не совсем забыла, как держать в руках железо. Правда, между "не забыла" и "умею" лежит бездонная пропасть. Лечение Грейвса продвинулось на целую треть. Я опасалась худшего. Девушка кивнула оперативнику, который успел зайти в помещение, и одиноко трапезничал за своим столом. Грейвс был, как обычно, серьезен, но ничего сверх этого Кьяра не заметила.

комната экзорцистки Эдмунд ничего не имел против варварского отношения к казенному имуществу. Вооружившись клинками, противники стали друг напротив друга, словно на турнире. Оперативнику принадлежал первый выпад, совершенный так быстро и искусно, что Кьяра едва успела подставить свой кинжал под удар. Тем не менее, её контратака оказалась недостаточно умелой для опытного бойца, каковым являлся Грейвс, вопреки своей показной скромности. Впрочем, везение не бросало маленькую экзорцистку: в следующем обмене любезностями Эдмунд промахнулся, а она - нет. Кьяра улыбнулась уголком губ, отводя лезвие от рубашки оперативника. - Туше, - и, полушутя отсалютовав, вложила оружие в ножны. - Спасибо. Не могу не отметить, что ты слишком скромен в оценке своих способностей. И все же не рекомендую затягивать с завтраком. Отвесив учителю вежливый и благодарный книксен, Кьяра покинула комнату. Столовая Предположительная опасность подаваемой еды сегодня беспокоила Кьяру столько же, сколько вчера. То есть, не беспокоила вовсе. Девонширская беспризорница справедливо полагала, что беспокоиться насчёт хода событий имеет смысл лишь в том случае, если ты можешь на него повлиять. Поскольку альтернативой неизвестного качества пище был голод, особо выбирать не приходилось. При виде инквизитора лицо девушки приобрело выражение, которое нельзя было описать иначе, чем "просияла". Впрочем, неподобающее проявление эмоций быстро сменилось обычным приветственным дружелюбием. А уж внимательный наблюдатель заметил бы вдобавок странный для раннего утра румянец и довольно растрепанные пряди, хотя собранный на затылке узел золотисто отливал тяжелой влагой.

- Я конечно рад, что в скором времени вы поможете мне, но я бы не хотел... - Он поперхнулся и сделал небольшую паузу. - Ваше присутствие мне не в тягость. Да, конечно, обязательно сообщу вам в случае чего. Да, можно и сейчас, но где? Не за что, Мисс Бирн. И давайте перейдем на "ты". - совершенно спокойным голосом произнес оперативник. - Как будет удобно, - таким же спокойным тоном отозвалась экзорцистка, слабовольно отодвигая на будущее догадки о том, что означала пауза в словах Эдмунда. Скептически оглядев комнату и отметив отсутствие хрупких фарфоровых изделий, девушка слегка улыбнулась. - Думаю, эта комната не будет протестовать.

- Лучше не бывает. - произнес Эдмунд, пытаясь улыбнуться как можно натуральнее. Вот только улыбка получилась скорее печально-тоскливой. - А вы как? Оперативник уже закончил с обувью и был готов к выходу. - Что там с вашими тренировками? Когда вы бы хотели приступить к ним? - Он немного потер лицо ладонью. Улыбка исчезла. Кьяра пожала плечами на вопрос о своём самочувствии и вплотную подошла к оперативнику. Стандартных просьб сесть-замереть-не дышать не последовало: целительница просто произвела несколько малопонятных манипуляций, сопровождаемых едва слышным напевом на латыни. И отступила на пару шагов, окончив. Впервые за утро нечто похожее на удовлетворение проскользнуло мимолетным отблеском по её лицу. - Всего два раза осталось, мистер Грейвс, и вы будете избавлены от моего присутствия. Прошу вас сообщить о любых сильных побочных эффектах, вроде мигрени или затруднённого дыхания, мы что-нибудь придумаем. Что касается вашей любезной помощи мне, это можно устроить и сейчас. Небольшая разминка перед завтраком не повредит мне, да и вам тоже, поверьте. И ещё раз спасибо за согласие, вы очень меня выручили.