Grey_vi_Ory

Лагерь кунари Пленники были связаны, подхвачены и транспортированы в кунарийский лагерь. Аргуса и Ди бросили в ту же клетку, где находились Раза и Фогги, а рыжую магессу закрыли отдельно. В небольшом земляном погребе под охраной карашока. Пленников не развязывали и оставили до утра, чтобы допросить. Фейн только кивнул новоприбывшим, сделав мысленную заметку, что Фаина Тилани не пострадала (если, конечно, не считать унижения от способа транспортировки и вреда, нанесенного чокером). Любопытно, что могло понадобиться кунари от чужаков, если они решили так заморочиться с их пленением, а не убить на месте, особенно магессу. Значит, будет общение с командованием. А до этого пленников немножко притомят в клетке, чтобы осознали все нюансы своего положения. Стоило обходить долийцев, чтобы попасть на рога к кунари. Еще троих не хватало. Их отряд продолжал! разделяться, но, признаться, марчанин не сумел наскрести сожалений по поводу того, что кому-то, видимо, повезло больше, чем им. Повезло же? Следов борьбы и крови не было на обоих молодых брюнетах.

- Ну, раз ничего, то давай мы будем на них любоваться. Мы ж не дикари, - справедливо рассудил ривейни и тут же начал заполнять свои душевные резервы внутреннего покоя, посверливая взглядом кунарийские задницы. Фейн только усмехнулся. Кунарийские задницы его в этом плане интересовали не больше, чем кальсоны тевинтерских магистров, хотя практичную эстетику кожаных ремней наемник оценил. Впрочем, еще один образчик практичной эстетики сидел рядом со связанными за спиной запястьями, и трудно было определиться, жалеть ли или радоваться, что не удалось запечатлеть в памяти образ ривейни, подвергнутого легкой сенсорной депривации. Не будучи любителем слишком трудных заданий, практичный по-своему марчанин растворился в жизни кунарийского лагеря, следя за передвижениями и ловя обрывки разговоров.

Повернув голову и едва не касаясь губами щеки наёмника, Раза спросил. - Что делать-то будем, партнёр? — Прямо сейчас – ничего, — пожал плечами наемник и сел поудобнее, иллюстрируя намерение. Пошевелил связанными руками, чтобы не затекали. — Во-первых, лагерь ходуном ходит, во-вторых, нас зачем-то сюда притащили и охраняют, хотя кунари ничего просто так не делают. Не про них это, тратить время, силы и место в клетке, чтобы только полюбоваться двумя связанными мужиками. Карие глаза, смешливо прищурившись, глянули на ривейни. "Пусть даже один из них выглядит так, как ты", читалось во взгляде.

И их понесли. Не повели, а просто подхватили под мышку и потащили, как аварку на брачное ложе. Неясно сколько прошло времени, но в лагерь кунари они попали, когда уже совсем стемнело. Пленников бросили в тесную металлическую клетку, стянув повязки с глаз, а руки оставив связанными. Как говорится, если ничего не можешь поделать, расслабься и получай удовольствие. Антистрессовые мероприятия по методу Разы не были его методом, поэтому оставалось просто дожидаться конца невольной поездки. Ждать пришлось довольно долго, судя по тому, что солнце не слепило глаза, когда с них сняли повязку. Уже первый плюс в ситуации. Вторым плюсом было то, что тщательно спрятанный метательный нож, он же врио отмычки, так и остался в куртке. Кунари облапали его на совесть, но потайной карман, специально для подобных ситуаций вшитый, свою задачу выполнил прекрасно. Третьим, и самым главным плюсом было то, что Раза был жив и вроде как даже невредим. — Псст, — едва слышно шепнул Фейн, чтобы не тревожить четвероногих охранников у клетки. — Цел?

Стен помолчал, принимая решение. Потом резко махнул своим воинам. Те выполнили приказ. Споро подскочили к Фогги и Разе с намерением разоружить и связать. Кунари явно не были расположены к диалогу, а потому Фейн даже не стал тратить дыхание, а также открывать, что понимает их. Спокойно протянул дротик, который все еще был в руке, глянул на Разу и кивнул ривейни. Хотели бы их убить, они бы уже лежали трупами.

- Что-то не встаёт, - глухо пробубнило большое и доброе дурачило, подразумевая, очевидно, магический дар. Не бери в голову, родной, со всеми мальчиками такое бывает. Даже с самыми волшебными и огненными. Да и с девочками тоже, чего греха таить. — Тогда ноги в руки, — флегматично отозвался марчанин, подобравшись для рывка. За полезными вещами можно вернуться и попозже, компанией побольше, если припечет. И заодно записать в носильщики кого другого, ради разнообразия. Пока основной задачей было уберечь ляжки от чужих зубов и когтей.

- А в сексе такой скромник, - забавно, что сейчас именно порывистый ривейни был собран и спокоен. Мертвенно спокоен. - Бежать нам надо, больше делать нечего. Если ты, конечно, не собираешься их рыбой закидать. Помешкав, Раза всё-таки достал из ножен саблю. Давно ей воли не давал, даже с пиратами не удалось схлестнуться. — А у меня повода не было тебя трехэтажным крыть, — так же спокойно отозвался Фейн. Если он был не слишком доволен ситуацией, это еще не значило, что злость застила наемнику глаза и разум. А местами так и вовсе рот занят. - Если хочешь, можем поджечь палатку и кому-нибудь из этих хлопчиков на морду кинуть, - вполголоса протянул маг. — Ну, может, и сработает хоть на ком-то из, — кивнул марчанин. Конечно, кунари, скорее всего, обучали свое боевое зверье не реагировать на такие мелочи, но дезертирство никто не отменял. — Только что ты жечь собрался?

За полчаса поисков были обнаружены: целая палатка, три спальника, 2 котелка, верёвки, ящик провианта (вяленая рыба), обычный полуторный меч и 3 метательных кунарийских дротика. Древности и ценности исследователям не попались. Если разделить палатку и спальники, то всем ночующим могло достаться по кусочку относительного комфорта. С учетом того, что, в представлении Фейна, паре человек полагалось нести ночную вахту, с учетом того, что с одной стороны у них были долийцы, с другой стороны — кунари, с третьей стороны — те, кто этих кунари вырезал. Зато у них добавилось некоторое количество провианта. Который, к тому же, прекрасно сочетался с оставшейся картохой. Были в насыщенной жизни Фогги моменты, когда за такой ужин можно было бы задуматься о сделке с демоном. Наемник задумчиво крутил в руке дротик, проверяя баланс, когда место побоища пополнилось еще участниками. Которые скалили пасти, клацали когтями по камням и чья кунарийская броня тускло отражала дневное солнце. Марчанин понятия не имел, что это за твари (хотя доспехи намекали на их происхождение), но длинно выругался сквозь зубы, мешая все известные ему наречия. Между насыщенными эмоциями фразочками можно было разобрать и определенные обороты Королевского наречия, насыщенного определенными диалектизмами разных городов Вольной Марки, и уже известное Разе благодаря прелестной миледи Тилани vashedan. — Katara, go hifreann leat! — присовокупил Фейн, злой отчасти на себя и свою небрежность, отчасти на ситуацию. И поудобнее перехватил оружие.

- Кинжал запачкал, - ответил ривейни. "А кто его тебе дал", — мог бы сказать Фейн, но не сказал ничего. Временами болтливый наемник становился крайне скуп по отношению к словам. - У, лопаточки мои. Лопатулечки. Раза обернулся к Фогги, явно предлагая как следует прошерстить местечко, раз уж они забрались сюда. Перефразируя народную мудрость, кто к нам с лопатой придет, того ею не закопают. Моряк и наемник продолжали являть единодушное равнодушие, на этот раз — к судьбе тел поверженных рогатых. На предложение Разы он кивнул. Если уж практичные до мозга костей кунари решили заинтересоваться историей и разбить здесь то, что могло сойти за приличную археологическую экспедицию, стоило этим воспользоваться. А те, кто их убил, вряд ли вернутся на место успешной зачистки.

- Прости, - Раза тщательно вытер кинжал о траву и вернул Фогги. - Он не тал-васгот. Он враг. Я не хочу, чтобы от кунари пострадал кто-нибудь из наших магов. И сам не хочу пострадать. – За что? – взметнулись брови. Кинжал отправился в ножны, но застежка осталась незащелкнутой, чтобы можно было быстро достать, если что. Вопрос, очевидно, был риторическим, потому что, положив на плечо ривейни уверенную теплую руку в знак не то поддержки, не то признания, что тот все правильно сделал, и задержав ее там ненадолго, Фогги кивнул дальше в том направлении, откуда тянуло гарью. — Идем, пора дальше. Нам все еще нужно выяснить, откуда в лагере дым и нужно ли спешно уносить оттуда ноги. И если да, то куда. Очевидно, бесславная смерть рогатого гиганта его нисколько не задела. И, возможно, Разе предстояло решить, как относиться к этой невиденной ранее стороне того, кого он выбрал себе в напарники.

- А если дёрнется и на лезвие напорется? - Раза неуверенно принял оружие. – Так ты плоской гранью-то подноси, — с тенью улыбки в голове насоветовал Фейн.

Ответом задорному ривейни была тишина, а тело на ощупь всё ещё было мягким. Фогги протянул Разе один из своих кинжалов. Так-то это был исключительный случай, когда его любимое оружие оказывалось в чужих руках, но почему-то Раза становился исключением. Исключительный во всем ривейни. — Поднеси ко рту, проверь, дышит ли, — тихо сказал. А заодно будет чем защищаться, кроме магии, если что пойдет не так.

- Погоди, - предостерёг Фейна полушёпотом. - Лучники его зацапали. Может, до сих пор рядом, друзей рогатого поджидают да обстреливать начнут. Не подходи, подстрахуешь если что. Фогги только едва слышно угукнул и, весь как-то пригнувшись и подобравшись, остановился у края рва, чтобы, если что, одним прыжком добраться до Разы. Вполне возможно, что подстраховка включала бы прикрытие телом, потому что кожа с металлом, как ни странно, защищала от стрел лучше, чем МАТЬ ЕГО ГОЛЫЙ ТОРС. Рослое тело с серой кожей не вызвало в нем ровно никаких чувств, включая удивление. Они знали, что плыли в кипящий котел, где схватывались фексы, кунари, воины тумана, долийцы и тевинтерцы. Вполне возможно. им предстояло увидеть еще немало тел. Главное к ним не присоединяться.

Вот цепи мне пошли бы. В другое время непринужденная болтовня Разы вызвала бы такой же легкий, фривольный ответ. Уж крючков, за которые можно зацепиться, моряк оставлял предостаточно. И про цепи, которые можно устроить (и кстати, а то слишком уж повадился ривейни класть его на лопатки), и про зашитый рот, которому есть лучшие применения. Петь, например, а ты про что, солнце? Но Фейн не хотел слишком отвлекаться до поры до времени. Джунгли, как ни крути, не были его рабочей площадкой. Во всяком случае, пока. А вот улыбнуться глубоким познаниям напарника — это да, это пожалуйста. Котик-умница и есть. Его котик. — Косситы, значит. Знал одного. Только он дротики не любил, предпочитал лезть в рукопашную с топором. Ну идем посмотрим. На рожон только особо не лезь, — тепло предостерег.

Первое свидетельство присутствия посторонних нашлось далеко от лагеря. Дым по-прежнему застилал обзор, а в одном из стволов хлебного дерева торчала обломанная часть какого-то оружия, хорошо знакомая тем, кто сражался с кунари. Чуть поодаль от находки в землю были вогнаны две стрелы, выпущенные из мощных длинных луков. — Здесь был бой, — озвучил очевидное Фейн. Оружие, впрочем, не было ему знакомо. — И, кажется, кто-то прожил достаточно долго, чтобы с поля боя уйти. Наемник указал на багровеющий на зелени след, уводящий в сторону. Вопросительно посмотрел на напарника. Там мог быть кто-то, кому нужна помощь, мог быть источник огня, без которого дыма, как известно, не бывает. Могло быть гнездо разъяренных ос, фигурально выражаясь.

Восток, Фогги и Раза - Ты может мне совет какой дашь? От опытного начинающему марод.. эм, ценителю архитектуры. — Ты преувеличиваешь мой опыт в отношении древностей, — отозвался Фейн, пробираясь через зелень и понятия не имея о том, что его партнер предается созерцательной оценке... видов. — Но, в целом, правила примерно те же, что в джунглях. Или в жизни. Смотреть в оба, не принимать поспешных решений, опасаться ловушек, блаблабла. Правила поведения в джунглях, в жизни, а также чужих спальнях и подвалах.

Скоро стемнеет. На свидание пока что не зову, но вдруг найдём чего. Да и.. темнота сближает. Фогги приметил обещающее "пока что". И усмехнулся. Посмотреть, что да как, в любом случае стоило. И интересные руины он в любое время предпочел бы цикличным рокочущим звукам, похожим на храп пьяного дракона. Он, конечно, обещал Дамьену реагенты при случае, но что-то подсказывало, что живые драконы не расстаются с частями себя так легко. Прости, Дамьен. — Идем, посмотрим. Схожу на север, погляжу, - сообщил он Фогги с Разой, не тратя уставшие уши на лишние объяснения. Необходимость осмотреться была очевидной. Предупреждать друг друга - тоже. — Угу, а мы проверим восток, — отозвался кэпу.

- Идем собираться, - хрипло предложил Раза и действительно неспешно встал, протягивая руку Фейну. Фогги принял предложенную руку и свойственным ему гибким текучим движением вскочил на ноги. Разомкнув прикосновение, вытряхнул из волос мелкий растительный сор и обмахнул одежду. — Я иду собираться, — бодро улыбнулся несносный провокатор. — А ты идешь остывать. Нечего портить гостеприимный ландшафт. Фейн развернулся и сделал пару шагов к центру лагеря. — Я возьму лопату, — пообещал щедрый марчанин, не стирая с лица все ту же улыбку. — И Жозефину. И твою долю воды. И, понизив голос, добавил едва слышно, так что приходилось чуть ли не по губам читать: — Все компенсирую полностью, не сомневайся. Подмигнув, наемник легким шагом направился туда, где был костер. И, в точности исполнив данное слово, собрал всю ношу, которую предстояло нести двоим.

Ты не хотела страдать одна, да?

- И кто же из нас должен был кому заплатить? Как думаешь? — Я согласен на взаиморасчет. А ты? — успел горячо выдохнуть Фогги до того, как его руки оказались на широкой загорелой спине, а сам наемник — спиной на траве. - Предупреждаю, что твой умный рот тебе злейший конкурент. Ты первый человек, чьи остроты меня так заводят. — Но мне нравится, что этот рот доставляет тебе столько удовольствия, — улыбнулся Фейн, знакомо уже ощущая, как растворяется окружающий мир в колдовском тепле темных глаз. Впрочем, мир не забыл напомнить о себе, впившись мелким камешком в шею. И нет, это не та твердость, которую хочешь (и ожидаешь) ощутить в подобной ситуации. — Эээй, — марчанин тихо-тихо свистнул, потерся носом о смуглую щеку, избегая очередного поцелуя. — Остынь, пламенный. А то так пропустят не только долгожданный выход из лагеря, но и апокалипсис, и воскрешение Андрасте или за чем на чертов остров съехалась половина тедасских магов.

- Я тебе верю, - спокойно и серьезно ответил. - И благодарен духам за каждый миг рядом с тобой. – Возможно, они оказали тебе ту еще медвежью услугу, — улыбнулся Фогги, несовместимый с чересчур долгими серьезными разговорами настолько же, насколько несовместим был с покоем, сидением на одном месте, ничегонеделанием, невыбранной несвободой и искренней верой в мудрость Создателя. А потом просто слушал тихое пение ривейни, думая о своем. Возможно, о том, как часто повторялось в песне слово "мой". Или о том, что было бы, услышь он раньше строчку "Прошу, ты мысли и улыбку от меня не скрой". - Эти стихи я придумал после нашей первой ночи. Помнишь? "Мессир, ветер все еще весенний?". — А, это когда ты пытался сбежать под покровом ночи, разве что почасовую оплату на столе не оставил, — в тон фыркнул Фейн. А потом было утро с демоном мессира капитана, бодрящие разговоры про ухудшение и магию крови. Необычное во всех отношениях вышло знакомство, да.

Мало это. Ой мало. А на кону могут оказаться жизнь и репутация твои. Жизнь и репутация — дело такое. Сегодня есть, завтра нет. Не угадаешь. Для Фогги основная загвоздка была не в них, и даже не в упущенной выгоде. Почему-то сегодня окружающие были особенно озабочены вопросами его прибыли. — Квинт и Рис помощи не просили, только Энцо с ними пошел. Значит, считают, что и таким составом справятся, и предлагать там нечего. Впрочем, это все предположения теперь. Раз уж они дивно сходились во мнении касательно маленькой беглой экспедиции. Фейн обнял ривейни. Аккуратно, пострадавшую руку берег. — Я знаю, — повторил. — Все будет хорошо. А с тем, что не будет, разберемся. Вместе.

- Ну и.. разве ты не это ищешь? На Сегероне. Всякие важные сведения, всякую забытую магию Пару минут Фейн молчал, вглядываясь в изящные и чувственные черты любимого лица. Очень внимательно и очень задумчиво. Пытаясь понять, каким образом ривейни умудрился выложить почти все доводы, которые он сам привел бы против внезапного марш-броска через джунгли. Наконец, улыбнулся и нарушил молчание. — Партнера лучше, чем ты, я бы в жизни не нашел. Не удержался и все же поцеловал. Коротко, нежно, лаская свободной ладонью здоровое плечо, не защищенное цивильными барьерами одежды. — Как ты понимаешь, — усмехнулся, отстраняясь, — ты во всем прав.

- Слушай, - Раза вдруг рассмеялся. - А магистр этот ваш, Квинт, подумал вчера, что я до оргазма его хочу довести, когда штаны ему сушил. Не, ты представляешь? Чтоб магией - и до оргазма? На этом месте один не-маг мог бы вспомнить стратегические поползновения одного питона, но не стал. Да и при имени Квинта сначала подумал о сбежавшей троице, о мелодраме в лагере, а потом и сновавшей перед носом задаче с двумя ривейни, одним магистром и чем-нибудь очень тому магистру нужным. - Это я так, держу тебя в курсе. Раз уж выяснилось, что я самый настоящий маг. Ты знаешь, к кому идти сушиться. Или за чем другим. — Всегда им был, — заметил Фейн, имея в виду, очевидно, стандарт магической подлинности. — Но да, знаю. Вообще, иногда проявлялось, что наемник много чего знает. - Как думаешь, сколько у нас ещё времени? - спросил, подняв глаза на Фогги. — Сейчас или вообще? — не удержался от мрачноватой шутки. — Кстати, про вообще. Леди Паффери говорит, что Рис с Энцо нашли записи, касающиеся неваррской магии смерти. Что-то про возвращение духа в мертвое тело и прочие штуки морталитаси. И что они могли ринуться расследовать это дальше.

Фейн сидел рядом и слушал ровную, плавную речь, которой аккомпанировали тихонько плеск воды и шорох зелени. О ривейнской провидице он мнение уже сложил, хоть и не собирался делиться. Не всякий знающий — хороший учитель. Захватывающую сферу знаний, постигать которые можно было бесконечно и увлеченно, она превратила в долг, в бремя, за которое еще ты сам должен приплатить. Не считаясь с сердцем и характером ученика. А когда поняла, что не справилась, сделала виноватым того, кого должна была обучить, направить и уберечь. Круги были призваны не только быть темницей. Но и помогать освоиться с редким драгоценным даром. И быть в безопасности от тех, кто его не понимает. Какая же ирония, что чародейка Круга не смогла ни того, ни другого. Но не судил. Жизнь никогда не спрашивает, к чему ты готов, а к чему нет. Как ты справишься — не ее забота. А люди не идеальны. И менее всех он. Фогги до сих пор не знал, что и как следовало бы сказать. В какую форму облечь жуткое предположение, которое оставляет след, даже не будучи правдой. Но это была только его проблема. Да, не солгал. Да, не стал отнимать выбор между правдой и согревающей верой. Но Раза выбор сделал, заплатил за него сполна, а может, и слишком много. А сейчас выбирал сразу на все будущее, которое у них было на двоих. Просить прощения не стал, потому что видел и чувствовал, что заранее прощен. Просто поднес неизменное переплетение пальцев к губам, запечатлел прикосновение на темной коже., как обещание. И так же молча кивнул. Все красноречие здесь полагалось барду.