Dmitry Shepard

– Я бы здесь спала одна, – озвучила очевидную для себя истину, ведь не ждала встретить группу. – Как многие ночи ранее. Спите спокойно, это место для того и создано, чтобы тени и кошмары не коснулись ваших снов. Нет, если захотите... Я лично, – зевнула в ладонь от одной мысли, – точно буду спать. Изящество жестов сплеталось с изяществом линий и изгибов, рук и плеч, чью очаровательную хрупкость лишь подчеркивала открытость чужим взорам. Так и хотелось проследить взглядом по линии ключиц до той точки, где они сходятся, а там перед путником визуальной дороги встанет одинаково искушающий выбор: вверх, к точеным чертам лица, дышащим невинностью или же вниз, к небольшим и вроде бы целомудренно прикрытым округлостям. Вроде бы, потому что скрытое дразнит воображение куда сильнее самой откровенной наготы. Губы Беатрис изогнулись в ироничной улыбке. Выходило, что она и ее коллеги испокон веков имели дело лишь с тенью того соблазнительного искушения, что сквозило в Одержимых и лишь изредка сталкивались с вот таким овеществленным соблазном, когда кому-то удавалось временно открыть дорожку на Ту Сторону. Неудивительно, что только самые стойкие телом, душой и верой выходили из таких схваток победителями. – Ммм... Поврежденные участки тела Свет просто выжжет. Мы как-то приводили к светочу Искаженного, но от него.. в общем, мало что осталось. Сильные волей долго сопротивляются заражению – но только продлевают своё мученичество. Воспоминания были очевидно не из приятных, чего нельзя было скрыть. Повела плечами от ощущения, почти страха, что подобная участь затронет саму, проникнет под кожу, и крики, крики будут эхом внутренней агонии. Беатрис не выдержала, тихо и облегченно выдохнула, бросив взгляд на Мортимера. У них все еще был шанс спасти Донато. Если действовать быстро. Травмы и повреждения...она справится. Должна. Беатрис уже не в первый раз остро пожалела, что нет в ее арсенале самых сильных чудес святой магии, доступных экзорцистам рангом выше ее собственного. Когда даже "мало, что осталось" не стало бы еще приговором. - Понятно, спасибо, - заставила Беатрис себя ответить спокойно, с сочувствием к тени легших на чистый лоб Шери неприятных воспоминаний.

Морин поднесла кузине воды, присела рядом, и осторожно обвила ее руку своими, сложив голову на плечо. Она слушала этот разговор, время от времени поглядывая на брата с оттенком беспокойства и, иногда, на Освальда тоже, но не решалась больше ничего прибавить. Беатрис с благодарностью улыбнулась Морин и, сделав глоток, поставила стакан на стол. Объятия кузины были давно и насквозь привычным делом, Беатрис даже не стала как-то возражать. В конце концов, они не на светском рауте. - Шери, скажи, а вот эти Искаженные, их как-то можно вернуть к Свету? Или, если попал во Тьму, то это уже...необратимо? - несмотря на все старания, на последнем слове голос Беатрис предательски дрогнул. Мысль, что спасать Донато могло быть уже слишком поздно, жгла хуже огня.

– У нас есть артефакторы, ведьмаки и... о, и сангвинары, – дополнила последний ответ, перечисляя на пальцах. – Думаю, у святой магии прямой билет наверх. Я иногда думаю, что это место для душ – большой вокзал ожидания для тех, кто не определился, куда ему дальше. Они здесь не стареют, в лучшей своей силе. Ну или у кого-то очень хорошее чувство юмора! Беатрис машинально кивнула, одновременно благодаря Шери за ответ и соглашаясь сразу с обоими утверждениями. Судя по описанию, это место действительно походило на некий промежуток, остановку на пути меж двух железнодорожных станций, одной с табличкой "Смерть", другой с табличкой "Вечность". Ну и Беатрис всегда верила, что у Бога очень хорошее чувство юмора. Куда лучше, чем у Сатаны. – Моя природа, мой мир – доказательство того, что Замысел куда сложнее, и обычным святым догмам здесь может быть тесно, – прикрыла веки, доверив может быть немного греховную тайну, обличённую в крамольные слова для сына святой церкви. Но доверив с нескрываемой гордостью. – Но это лучшее место из возможных, определенно. Крылья распахнулись в полном объёме, явив размах, а следом и потянулась руками наверх, немного размяться. Или сам факт того, что она так беззастенчиво хвастается Городом, приносил ей настоящее удовлетворение, когда можно разделить это с кем-то незамутнённым. Беатрис не согласилась бы, но одно из двух мест, что она могла бы назвать, осталось далеко позади, а другое только в памяти мамы и ее сестры, живя теперь лишь в сказках на ночь. Быть может, она будет рассказывать их и своим детям. Мир чудесной гармонии и идеального порядка, заключенных в грани кристаллов и отблеск света на них. Представление Шери заставило Беатрис напрячься и сузить глаза, пристально следя за девушкой, но она почти сразу расслабилась. Крылатая гостья решила пошалить, похоже. Или просто не умела даже крылья размять, не показав своей красоты, впрочем, вполне очевидной и так. Беа, утомившись, села. Мисс Смит подошла к ней поближе и склонилась к уху. - Тебе принести что-нибудь? Воды?.. Простым вопросом Морин поставила кузину в моральный тупик, ей не хотелось привлекать к себе так уж много внимания, будто перетягивая его с разговора на себя, но и огорчать Морин отказом не хотелось. - Если тебе нетрудно, - тихо и чуть виновато улыбнулась она Морин. Мортимер заинтересованно поднял брови. - В самом деле? Как... удобно. И ирония, и сарказм, и бесстыжий интерес, все в одном флаконе. - Все как и...у нас, - Беатрис не удержалась от короткого взгляда на Мортимера. И, наверное, впервые, задалась вопросом, а было ли нечто подобное в Заповеднике? Не все сотрудники были семейными людьми, но их потребности как-то надо было удовлетворять.

Два шага в сторону, не спуская глаз с объекта, и еще два. Тихим, едва слышным шепотом: - Беатрис, тебе лучше присесть. Беатрис недоуменно моргнула и только теперь поняла, что да, в самом деле, стоять ей становилось уже тяжело. - Да, конечно, - также тихо ответила она Карле и благодарно улыбнулась. На ум снова пришло то, как бестрепетно она тогда встала между ней и Охотником. Похоже, грубость и даже нелюдимость Карлы скрывали за собой куда более самоотверженную и заботливую натуру, чем могло показаться с первого взгляда. Беатрис переместилась по столовой и как можно непринужденней села за стол, на некотором отдалении от Шери. Не хватало еще, чтобы Мортимер подумала, что она, в нарушение его просьбы, решила превозмогать самой же себе установленные трудности. Говорить Карле, чтобы та убрала пистолет, Беатрис не стала. По крайней мере, пока что.

Каждое новое слово, сказанное их крылатым кладезем информации, так и норовило пудовым молотом смять тонкую на поверку скорлупку представлений о том, как устроен мир, но Беатрис держалась, усилием воли раскладывая новое знание по полочкам своего разума. И не замечая уже некоторое время намеков измотанного тела, что надо бы не стоять на ногах, а присесть, а лучше уже и прилечь. - Шери, вы сказали, что демоны попадают сюда из Одержимых, - заговорила она, машинально погладив ноющий бок. - Я правильно поняла, что когда проходит обряд экзорцизма, есть шанс, что демон вместо Адского Плана попадает сюда? И что у вас тут, в Городе, нет вообще людей с даром святой магии, они сюда не попадают? А с другими Дарами? Или артефакторы?

Что ж, стоило признать, Освальд был очень близок к истине, заявляя, что вся Шери, от макушки и до кончика пяток и хвоста, является искушением. Почти. - Изгиб крыла, маховые перья, пояс и пряжка на нем. Обувь, - подумав, добавила Беатрис еще один пункт к недлинному списку. - У нее на поясе хлыст, можете смотреть на него, кстати. И не волнуйтесь, если она вздумает применить свои способности, Морин это почувствует обязательно, даже если вдруг я пропущу. Пойдемте. Беатрис двинулась к выходу из кухни с собранным подносом еды. Поздний обед, плавно переходящий в ужин. Поднос затем был аккуратно поставлен перед Шери, а сама Беатрис заняла место чуть в стороне, у окна, поглядывая то на крылатое искушение, то на пустую улицу, на мостовую которой клонящееся к закату солнце бросало постепенно удлинявшиеся и наливавшиеся чернотой тени. Последнее неприятно напоминало об утренней стычке и сразу же заныл не до конца залеченный бок, заставив Беатрис едва уловимо поморщиться.

-Дай мне сил. -Сказал он тихо, уже ища взглядом какое-нибудь полотенце, несмотря на краткость и требовательность слов это была мольба. Постояв ещё с пол минуты, он был готов подняться наверх, вопросов у него было действительно не мало. Тихо, но Беатрис услышала. И устыдилась. Она должна была оберегать этих людей от искуса, а не заглядываться сама на точеный стан этой полукровки. - Старайтесь смотреть на нее краем глаза, Освальд, - посоветовала она. - И не смотреть в глаза. Либо, концентрируйтесь на какой-то одной части ее тела. Нейтральной. Это должно помочь.

– А ты лидер? – беззастенчиво поинтересовалась Шери у взявшей ситуацию в свои руки. Загадочная Беатрис, благородный Мортимер, ослепительная Морин, опасная Карла, имена других ещё хранились в секрете, одно из них на запотевшем стекле... интересно, доктора? С саквояжем? Скорбно вздохнула, даже крылья немного повисли. – Кажется, мой ужин откладывается. Что же. Добро пожаловать в наше временное Убежище. Вам здесь будет хорошо, а я... постараюсь ответить на ваши вопросы. Только если вы тоже! - Ваш ужин мы откладывать не будем, - ушла от ответа на вопрос о лидерстве, который ее изрядно озадачил, Беатрис, беря из шкафа еще одну тарелку, чтобы наполнить ее кашей, рыбой и зеленым горошком. Наверное, оказывать гостье любезность, угощая ее из запасов, которые принадлежали ее же...общине, можно было счесть за изощренную насмешку, но что было поделать, если ничего иного съестного в их распоряжении не было? - Мы постараемся ответить на те ваши вопросы, на какие сможем. Нет, все же, крылатая Шери была прелесть как хороша, Беатрис признавала это, хоть и с некоторой неохотой. Черные крылья, рога и хвост каким-то образом не уродовали ее, а придавали умелый контраст и особый шарм дышащему чистотой и невинностью лицу и изящной фигуре.

Распустившему перья перед крылатой гостьей, словно павлин перед самкой, Мортимеру, достался ревниво-укоризненный взгляд Беатрис. Она доверять не спешила, архангельский след там или не архангельский. Хотя ни в жизни не призналась бы даже самой себе, дала о себе знать вбитая со времен практических экзорцизмов подозрительность или же это говорила в ней самая обычная женская ревность. В конце концов, если ее маме не было чуждо ничто человеческое (свидетельством тому являлась она сама), то уж Беатрис и подавно. Впрочем, при упоминании Царства всю ревность (почти) смыло волной любопытства. - Меня зовут Беатрис. А это Мортимер и Морин, - представилась девушка и представила родственников. - Наверное, нам лучше не стоять в прихожей, а пройти в место попросторнее? В столовую на втором этаже, например? Думаю, нам всем надо о многом поговорить. Были у этой Шери тайные замыслы или нет, а упускать такую возможность узнать как можно больше о Городе не стоило. Конечно, был риск рассказать ей что-то лишнее, но на него Беатрис была готова пойти. Не пытать же крылатую гостью, по примеру Харрингтонов.

Словно вспомнила, что здесь хозяйка, как-то даже приосанилась. – Только обещай не бросаться стрелами, – проницательно заметила, упреждая опасный удар. – Я полукровка. И такие вопросы у нас вообще верх неприличия! Частичка обиды, поджатых губ, частичка гордости за свою исключительность, частичка кокетства и кроха правил поведения в новом мире. Рубашка Карлы все ещё мулила перед глазами, и эти кудряшки, о, и очки тоже! - Я подумаю, - Беатрис уже взяла себя в руки и вспомнила, что красота еще не залог безобидности, поэтому в серых глазах цвела настороженность дитя Инквизиции. – А кто вы все и почему... одеты? - А не должны? - виноградной лозой цепко зацепилась она за сказанное, сейчас на Шери смотрела именно экзорцист. Беатрис не ощущала никаких позывов раздеться, но, если ты чего-то не чувствуешь, это не значит, что тебе не пытались внушить подобное желание. Их что, пытались сейчас соблазнить? - Мне как-то комфортнее путешествовать по здешним местам в одежде.

Беатрис, потрясенно смотревшая на почти заслоненную спинами других крылатую гостью, только теперь смогла опомниться. - Кхм, здравствуйте. А вы кто? Ну, не в смысле имени, а...принадлежности. Смущение все никак не хотело отпускать экзорцистку, которую никто не предупреждал, что здесь могут встречаться и такие ангельски прекрасные существа.

-Возможно не скопирован, а предоставлен, не поймите неправильно, по волшебству. Город слишком большой, по земным меркам ему нужна огромная инфраструктура, особенно если представить что он будет полон. Но её следов нет, и дело даже не в том что он брошен, уже построенные дома пусты как коробки ждущие что в них что-то положат. Вспомните комнату на вокзале, её словно именно положили для нас, а город он как сломанный механизм. - Думаете, комната на вокзале была создана для нас? - Беатрис настолько удивилась, что застыла с не донесенной до рта ложкой. - Городом?

Выбрав банку с пометкой под цвет глаз, Мортимер вскрыл ее ножом, и выяснилось: - Рыба. Неплохо-неплохо... Беатрис, хоть и не была покрыта шерстью, не имела хвоста и мурлыкать не умела (или тщательно это умение скрывала), рыбку любила почище любой кошки. - Спасибо большое, - желудок поддержал Беатрис согласным ворчанием, а сама она благодарно улыбнулась Мортимеру. Конечно, голод - лучшая приправа, но поздний обед (или ранний ужин) резко увеличил в приятности. Морин присела на углу стола и тихонько употребляла свою порцию каши. По правде сказать, овсянку она тоже не очень жаловала, но на фоне прежнего меню, эта пища казалась почти божественной. - Так мы можем остановиться здесь до утра? - робко повторила она за братом, втайне надеясь, что всем им сегодня достанется немного горячей воды. - По правде говоря, я уже очень устала.. - Я тоже не прочь остановиться здесь до утра, - озвучила свое мнение Беатрис. - Нам всем не помешает восстановить силы. "И, надеюсь, хорошо отдохнув, я смогу идти быстрее и перестану всех задерживать", - подумала девушка, налегая на овсянку. Даже приготовленная на воде, она была очень даже ничего, а с рыбой так вообще просто прекрасна. Или это сама Беатрис была очень даже голодна.

Вернулся он с образцами в руке и бочонком на плече. - Подвал переоборудован под укрытие. Пять спальных мест. Эвакуационный тоннель. Еда с цветовой маркировкой. - Маг показал четыре вида консервных банок, изготовленных определённо не промышленным способом. На кпждой метка своего цвета: красная, жёлтая, синяя, зелёная. - И бочонок. Вино. Наверное. - А давайте откроем одну банку? - по мнению Беатрис, консервы приятно разнообразили бы овсянку, не в обиду Освальду будь сказано. Часовой отдых на диванчике пошел ей на пользу, хотя отказываться от помощи любезного кузена она не спешила.

- Прошу. - раненой даме снова предоставили для опоры руку, дабы пройти на кухню. Выглядело это так, словно инквизитор по всем правилам приглашает Беа пройтись с ним в танце. - Спасибо, - улыбнулась Беатрис, принимая предложенную опору и хозяйственно взяв у Карлы найденное оружие, чтобы спрятать в изрядно похудевшем после оказания всем первой помощи медицинском рюкзачке. - Даже как-то странно, - поделилась она впечатлением. - Откуда здесь вообще берется современное оружие? - Конечно, - отозвалась Карла, мгновенно заинтересовавшись знакомыми буками. Правда прочитать ее оказалось не так уж легко - слог был какой-то... устаревший. С минуту простояв над ней со сдвинутыми бровями, не замечая ничего вокруг, она, наконец, отмерла, и громко прочитала: "Агата, пришлось потрудиться, но я ее все-таки нашел. Я помню, как ты сожалела об отсутствии флейты и решил тебя порадовать. Надеюсь, когда мы встретимся здесь или в Убежище, ты уже не будешь такой печальной. Твой Эннио." - Похоже, кто бы здесь не жил, любить и радовать других они не разучились, - отметила Беатрис, содержание записки неожиданно сильно зацепило нужные струны в ее душе. - Это хорошо.

-Есть интересные находки? - Спросил он возвращаясь в общий холл спустя около часа. - По улице никто не проходил, - отозвалась Беатрис, все это время бдившая на своем диванчике в прихожей и отчаянно боровшаяся со сном. Впрочем, ответ был очевидным, если бы она кого-нибудь заметила, немедленно известила бы всех через бусину. Юная ведьма сбежала по лестнице и первым делом восторженно возвестила всем: - Здесь есть горячая вода! Открываешь кран и она течет. Пожалуй, это была самая важная находка с третьего этажа. - Три комнаты, книги немного странные, записка вот.. - Морин вытянула на ладошке записку, ей нужен был кто-нибудь, кто читал по-итальянски. - Думаю, нам следует ночевать здесь. - высказался кузен, с куда большим достоинством и неспешностью спускающийся по лестнице. - До заката уже недолго, раненым требуется отдых. - Я только "за", - заметно оживилась Беатрис при упоминании горячей воды. Возможность принять душ временно потеснила потребность добраться до мягкой кровати. И пока оставив участие в прениях другим, подсел к мисс Блэк на диванчик. - Я нашел. - поблескивая глазами, сообщил он, понизив голос и предложил невинно. - Проводить тебя наверх? - Сначала обсудим планы. А потом можно и наверх. И душ неплохо бы принять, - Беатрис слегка смутилась, решив, что сообщила Мортимеру слишком личную часть своих планов на оставшийся вечер. -Как минимум остаться ещё ненадолго. -Добавил он тут же инквизитору и сделал зазывающий жест рукой. - Господа и дамы, к ужину овсянка. И будучи не уверен что его кулинарные способности воспитанные одинокой жизнью помноженные на постную овсяную крупу с солью вызовут интерес, скромно добавил. -И горячий чай. Правда, сахара тоже нет. Овсянка не числилась среди кулинарных предпочтений Беатрис, но сам факт горячей еды и питья успешно нивелировал этот минус до малозначительного. - Это просто здорово! - восхитилась она. - Освальд, я и не знала, что вы умеете готовить.

Он даже растерялся немного, видя, насколько ей на самом деле ей плохо. - Думаю, тебе стоит снять жилет и вздремнуть, пока мы осматриваем дом. - посоветовал он, размышляя, стоит ли сделать что-нибудь еще. Но ограничился тем, что подал Беатрис свою флягу с водой. Ее собственная, скорее всего, погибла вместе с броней.  - Я посторожу вход пока что, - ответила Беатрис, с благодарностью принимая флягу. Пить очень хотелось. И есть. - Найди мне там кровать помягче, ладно? В доме с таким богатым интерьером определенно должна была найтись хотя бы одна такая.

Я думаю, будет негеймплейный трейлер на движке фростбайта) За полгода после тизера вполне можно один такой подготовить)

Родственнички брели в хвосте процессии по причинам вполне понятным, остальные физически способны были ходить быстрее. Иногда к ним возвращалась Морин с раздражающим участием интересуясь, не болит ли чего у милой кузины. Беатрис неизменно отвечала, что все в порядке, хотя, на самом деле, бок болел все сильнее, пострадавшая плоть все еще помнила о пережитом насилии и забывала медленно. Хорошо еще, что Рафаль стимулировал кровь, ее собственные заклинания кровопотерю не восстановили бы и к ее нынешнему состоянию добавилась бы еще и жуткая слабость. Хотя и так приятного было мало. *** - Чувствую себя, как дома. - изрек инквизитор, подводя кузину самым бережным образом к крыльцу трехэтажного особняка. Домик и впрямь выглядел очень по-английски. Если не считать отсутствия хозяев, бросивших свое жилье, ради разнообразия, не тысячу лет назад, а тому дней семь. На первом этаже их ждали двери и лестницы из мореного дуба (или, как минимум, из чего-то очень похожего), предметы уюта, небольшой диванчик, предназначенный, вероятно, для того, чтобы усталые гости или хозяева дома могли с комфортом снять обувь. - Прошу. - галантным жестом кузине предложили предаться праздности на этом самом диванчике. Беатрис настолько измоталась, что даже не стала пытаться предложить свою помощь в обыске дома, просто с тихим стоном и вздохом облегчения практически осела на такой приятно мягкий диванчик. "Хорошо", - подумала она, вытирая выступивший на лбу пот. - Спасибо, - благодарно, хотя и немного бледно улыбнулась она Мортимеру, всю дорогу являвшему собой образчик английского джентльмена наивысшей пробы и достоинства.

Когда с оказанием первой помощи было закончено, отряд двинулся дальше, оставляя за спиной тела Искаженных Тьмой существ, бывших когда-то людьми. Беатрис двигалась с трудом, то и дело опираясь на непременно предлагаемую ей руку и плечо Мортимера. Из-за этого идти по и так не слишком удобной тропинке пришлось гораздо медленнее, чем раньше, что заставляло Беатрис мучиться от угрызений совести, это ведь из-за нее они не могли передвигаться быстрее. Побочным положительным моментом стало то, что при такой скорости передвижения пропустить настороженные ловушки (а таких попалось еще две, еще один арбалет и металлический капкан) оказалось невозможно, что немного примирило Беатрис со всей ситуацией в целом. В итоге, когда они добрались до границы бывшего парка, солнце давно миновало зенит и уверенно начало свое движение к закатной линии горизонта, а отряд снова обступили с боков высотные здания, мало чем отличавшиеся от тех, что они уже оставили позади. Здесь царило точно такое же запустение, хотя оконные проемы и обзавелись, в большинстве своем, стеклами, половина из которых, впрочем, были разбиты. Треснули они сами по себе, от времени или же постарался кто-то еще, оставалось вопросом открытым. Больше стало и зданий с квартирами, которые обзавелись обстановкой, а не представляли собой голые каменные коробки, хотя принцип, по которому обставлялась та или иная квартира, понять было сложно, рядом с парой окон, в которых висели занавески, мог быть целый ряд пустых оконных проемов и наоборот. Еще через пару часов внимание Рафаля и Карлы привлекла буква S и стрелка, указывавшая направление на боковую улицу, в сторону от центрального проспекта, по которому отряд двигался. Знак не то что бы прятали, но и в глаза он так сразу не бросался. После недолгих колебаний было принято решение последовать в указанном направлении. Как выяснилось, это был лишь один из целой цепочки таких же знаков, приведших в итоге, к трехэтажному дому, казавшемуся на фоне других зданий скромным карликом. На крики никто не отозвался, также как и никто не вышел на звук колокольчика над незапертой входной дверью. Однако, выглядел дом вполне обжитым, хотя, судя по тонкому слою пыли на полу, последний раз здесь кто-то был, в лучшем случае, неделю назад.

Мортимер, однако, продолжал без запинок вести себя подозрительно, и вскоре уступил место сестре на скамье медицинской помощи. - Да ведь ты меня уже полечила. - заметила Морин, так же покладисто, как и ее брат, отдаваясь в руки целительницы.  С той лишь разницей, что она всегда была такой и подозрений это не вызывало. Столь примерное поведение Мортимера тянуло на новый вопрос со стороны Беатрис, но он так и не прозвучал, свое любопытство кузина оставила при себе же. Морин досталась ласковая улыбка. - Так не до конца же, - пояснила она, кивнув на "украшавшие" нежную кожу щеки Морин царапины, благодаря усилиям Беатрис выглядевшие уже далеко не такими глубокими, какими были раньше. *** - Ты хорошо управляешься с кольтом, - сказала она, протянув один пистолет Беатрис, рукояткой вперед - вот, есть кое-что получше. Как-раз для тебя, освященный, кажется. Если никто не против, второй я оставлю у себя. Беатрис, даже если и хотела возразить, передумала, едва взглянув на предложенное оружие. Пистолет буквально искушал взять его в руку, примерить, как он будет лежать в ладони, использовать его. - У него аура святости, - с тихим удивлением проговорила Беатрис, принимая пистолет. - Демонам от него придется несладко. После нажатия на соответствующую кнопку, по эргономике расположенную сходно с таковой на кольте, с тихим щелчком из рукояти выскользнул узкий и продолговатый брусок с восемью белыми огоньками на нем. - Видимо, это обойма. На восемь...зарядов? - Беатрис задумчиво прикусила нижнюю губу, тратить даже один заряд, чтобы проверить, как он выглядит и какой эффект производит, было как-то расточительно. Но очень хотелось. В основе обоймы была еще одна двойная выемка, напоминавшая пазы для вилки электроприбора. - Ладно, потом разберусь, - решила Беатрис, закрепляя новый пистолет на бедре. Место на поясе было занято кольтом, в котором Беатрис сменила патроны с экспансивных на бронебойные, констатировав, что первых у нее осталось всего пять штук и надо было запасать их побольше. - А пока займусь твоей царапиной на щеке.

Как это развидеть теперь?))

Всё-таки, Беатрис, в отличии от своей двоюродной сестры, умела временами сохранять интригу. Мортимер улыбнулся тому, как она сделала вид, будто ничего не поняла и сделался подозрительно покладистым. - Как скажешь, дорогая кузина. Как ты скажешь. Далее исцеление пошло в точном соответствии с указаниями мисс Блэк и завершилось успешно. Покладистый кузен действительно было очень подозрителен в своей покладистости, которой за ним, вообще-то, не водилось. Но заострять на этом внимание Беатрис не стала, проигнорировав также, как и вопросительный взгляд до этого и сосредоточившись на правильных рекомендациях, что и как делать и несложной помощи, вроде придерживания бинта или края штанины. - Рафаль, Карла, Николя, Морин, подойдите, пожалуйста, я ваши царапины обработаю, - обратилась Беатрис к остальным членам отряда, почему-то не спешившим за квалифицированной медицинской помощью.

Синие глаза поймали веселый взгляд, брови вопросительно приподнялись. - Знаешь, сегодня я лучше сам. - так уж вышло, что в бою пострадала нога, и Мортимеру не хотелось шокировать сеньора Солейна, да и всех остальных, больше, чем необходимо. Картина "исцеление инквизитора" в данном контексте получилась бы слишком двусмысленной. - Ты мне просто говори, что делать. Немой вопрос так и остался без ответа, кузина не пожелала делиться причиной своего веселья. - Совсем без моей помощи не получится, - предупредила она Мортимера. - Но можно и так.